Монотонный гул девичьих голосов распространился по всему периметру модельного агентства «Paint». Стройные, длинноногие девушки, откровенно скучая, толпились в коридоре. Многие ревностно изучали красоток с обложек глянцевых изданий, висевших в стеклянных рамках в фойе агентства, мечтая поменяться с ними местами. В душном, недавно отремонтированном помещении смешались запахи краски и цемента с ароматами духов, косметики и лака для волос, словно здесь решили объединить магазин строительных товаров с парфюмерной лавкой.

Когда в один день в одном агентстве назначалось сразу несколько кастингов, для девушек предполагался реальный шанс удачно пройти хотя бы один из них. К тому же, это было очень удобно – не нужно мотаться по городу, бегать с кастинга на кастинг. Правда, требовалось немало сил и терпения, чтобы отстоять даже одну очередь – слишком много было желающих пройти эти кастинги. Но амбициозные красавицы быстро привыкали стойко переносить многочасовые ожидания. Прислонившись к холодной стенке, они переминались с ноги на ногу, тяжело и устало постукивая высокими каблуками. Все сидячие места давно были заняты довольными или расстроенными девушками, которые уже прошли один или несколько кастингов.

Мальчиков – моделей в этих очередях было немного, поэтому они всегда привлекали к себе внимание. Юноши, как правило, придерживались псевдометросексуального стиля, явно желая быть похожими на Дэвида Бэкхэма. Правда, большинство из них скорее напоминали Боя Джорджа, заблудившегося, к своему несчастью, где-то в районе Северного Бутова.

Позвякивая цепочками на джинсах, заправленных в жокейские сапоги, сверкая полудрагоценными камнями и бесцветным блеском на губах, эти молодые петушки расхаживали по агентству, свысока поглядывая на девчонок. Весь их внешний вид говорил о том, что таким нереально сексуальным парням наскучило изо дня в день находиться в обществе моделей, которых они вовсе не считают красавицами.

Между тем, девчонки, работая в модельном агентстве, давно устали гадать, кто из мальчиков гей, а кто – натурал. Ни один из них не соответствовал тому образу, который рисовали в своих мечтах девушки, когда представляли себе мужчин, достойных их внимания – галантных и мужественных, без этих цепей и длинных волос. Хотя некоторые модели все же встречались с коллегами по цеху. Чаще всего это были девочки, недавно приехавшие из провинции и уставшие от излишне брутального, грубого мужского внимания у себя на малой родине.

Такие важные в модном мире мероприятия, как Russian fashion week и Moscow fashion week, на некоторое время обеспечивали работой большое количество моделей, хотя и предполагали ежедневные многочасовые кастинги во всех модельных агентствах Москвы.

Этим событиям особенно были рады начинающие старлетки, такие, как Николь (по паспорту Нина). Эта блондинка с длинными нарощенными волосами, накладными ресницами и бирюзовыми линзами обожала кастинги и вообще все, что связано с миром моды.

Она часто фантазировала, представляя себя на шопинге в Третьяковском проезде с безлимитной кредитной картой. Одежда от всемирно известных дизайнеров была предметом ее мечтаний и основной составляющей смысла жизни. И, конечно, как и большинство ее коллег по работе, она грезила о принце, который оплатит ее мечту.

«В самом деле, – думала Николь, – к чему тратить время на учебу и просиживать модные брючки в офисе, если я рождена для того, чтобы блистать и сражать всех наповал своей неземной красотой?»

Эта мысль так приятно грела Николь-Нину, что ей было совсем не сложно простоять несколько часов на каблуках, гордо прижимая к груди тяжелый бук с круглой эмблемой агентства «Paint» на обложке. Его содержимое всегда оставалось загадкой для окружающих. Девчонки, теряя в очередях на кастинги много часов, любили полистать буки конкуренток. Но Николь никогда никому свой не показывала, мотивируя это тем, что новые фотографии еще как следует не отретушированы.

На самом деле, новые работы появлялись в ее портфолио крайне редко, поскольку длинноволосые блондинки с кукольным лицом – не редкость. Ее в основном приглашали работать на показах и промо-акциях, где требовались однотипные девушки. Фотографии с такой работы удавалось заполучить совсем нечасто.

Кастинги на фотосессии удачно проходили девушки с нетипичной внешностью. Красота роли не играла, просто лицо должно было быть запоминающимся и отличаться от других.

Бук Николь пустовал, скрывая в себе ее первое портфолио, несколько фотографий с показов и прошлогоднюю fashion – съемку для журнала «Лиза».

Несмотря на частые отказы, молодая блондинка не страдала комплексом неполноценности. Она уже научилась поднимать себе самооценку.

Стоило только ее мобильнику жизнерадостно заиграть модную клубную мелодию, как Николь с нескрываемым удовольствием сообщала собеседнику или собеседнице, что она в данный момент на кастинге. На том конце провода обязательно раздавалось либо уважительное, либо завистливое мычание.

Всего этого было достаточно, чтобы Николь засветилась безграничным счастьем, ведь так приятно лишний раз дать понять кому-то, что ты – настоящая модель. И уже неважно, возьмут тебя на этот показ или нет. Гораздо важнее вечером встретиться с подругами в каком-нибудь модном кафе и устало, по-московски пафосно растягивая слова, произнести: «У меня был такой тя-яжелый день – столько ка-астингов! Мне срочно нужен клубничный ма-ахито».

Других напитков она не пила с тех пор, как на одной из вечеринок после показа заметила зеленовато-розовые бокалы в руках у более успешных и узнаваемых моделей с настоящими «Луи Вьюитонами». Николь была уверена – чтобы иметь такую сумку, нужно обязательно пить клубничный мохито, а логика блондинок – железна.