К досаде Карли образ высокого ковбоя не только последовал за ней домой, но и проник в ее сны. Что еще хуже, именно о нем она подумала, проснувшись в воскресное утро. Она никогда не сходила с ума по красивым мужчинам, но Зейн Роун Игл был не просто красив. Он был высок, смугл и великолепен.

Когда Карли спустилась в кухню, Бренда уже была там.

— Привет, соня, — сказала она, намазывая майонез на кусок домашнего пшеничного хлеба. — Ты появилась как раз к обеду.

Карли скорчила подруге рожицу и потянулась за кофейником.

— Сегодня воскресенье, — сказала она, усевшись за стол. — Разве ты не знаешь, что это день отдыха?

— Только не здесь. Мы уже сделали всю утреннюю работу и сходили в церковь.

— В церковь?

Карли почувствовала, как в ней шевельнулось чувство вины. Она не была в церкви уже несколько лет.

— Мать Джерри никогда не пропускает воскресной службы, — объяснила Бренда. — Я как-то привыкла ходить вместе с ней.

— Как тебе живется со свекровью?

— Неплохо. С Эдной нетрудно ладить. Кроме того, несколько раз в год она ездит к сестре в Бостон. Сейчас она там.

Карли кивнула и отхлебнула кофе. Бросив взгляд в окно, она подумала, чем могут заниматься работники в воскресенье и как проводит день некий ковбой. Бренда сказала, что он работает на ранчо.

Тряхнув головой, Карли попыталась избавиться от мысли об этом мужчине. Вероятно, она никогда не увидит его, а даже если увидит, то это не будет иметь никакого значения. Она уверена, что у них мало общего, вернее, ничего.

— Послушай, подружка! Помнишь, я обещала тебе уроки верховой езды? — обратилась к ней Бренда. — Так вот, они начнутся завтра утром.

— Будет тебе, Брен! Разве тебе не кажется, что я немного стара для верховой езды?

— Конечно, нет! Я хочу показать тебе ранчо, но не раньше, чем ты возьмешь несколько уроков.

— Почему мы не можем поехать в твоем грузовичке?

— На лошади можно попасть в такие места, куда грузовик никогда не проедет. Мы возьмем с собой еды и отправимся на озеро. Тебе там понравится.

Карли поморщилась.

— Сомневаюсь.

***

В понедельник утром, проснувшись, Зейн обреченно вздохнул. Ему сообщили, что гостья Кларков хочет научиться ездить верхом, и попросили дать ей несколько уроков верховой езды.

После завтрака он пошел в конюшню и, осмотрев лошадей, остановил свой выбор на Сэме, вероятно, самом подходящем коне для начинающего. Выведя мерина из конюшни, Зейн привязал его к столбу, тщательно почистил щеткой и занялся копытами.

Он уже почти закончил, когда почувствовал, как кто-то подошел к нему сзади, и услышал женский голос, показавшийся ему немного знакомым.

— Привет!

Зейн обернулся и внезапно узнал женщину.

— И вам привет, — ухмыльнулся он.

Карли почувствовала, как у нее замерло сердце, когда она поняла, что смотрит на мужчину, на которого налетела на ярмарочной площади. Чтобы оттянуть этот урок, она приложила все силы, помогая Бренде готовить завтрак, осыпая похвалами ее клубничное варенье и наслаждаясь второй чашкой кофе. Бренда отклонила ее предложение убрать со стола, и Карли ничего не оставалось, как отправиться на свой первый урок. Теперь она обрадовалась, что ей не удалось уклониться от него.

Зейн лениво улыбнулся, и она почувствовала, что тает.

— Вы мисс Кирквуд? — осведомился он, отпустив ногу лошади.

— Да, но называйте меня, пожалуйста, Карли.

— Зейн Роун Игл. — Он протянул ей большую мозолистую руку.

— Зейн. Довольно редкое имя.

— Мой отец был большим поклонником Зейна Грэя.

— Кого?

— Зейна Грэя. В начале двадцатого века этот писатель пользовался большой популярностью. Он автор многочисленных вестернов. Я помню только «Наездников Полынного штата».

— А-а-а, ковбои и индейцы.

— Миссис Кларк сказала, что вы хотите научиться ездить верхом. Вы готовы?

— Не совсем, но я обещала Бренде, что попытаюсь.

Он сделал широкий жест рукой, указывая на территорию вокруг конюшни.

— Будьте осторожны. Никогда не знаешь, во что здесь можно вступить.

Вспомнив, как она столкнулась с ним, Карли почувствовала, что краска заливает ей лицо.

— Вам понравилось родео? — поинтересовался он.

— Да, очень. Вы были велико… то есть, я хочу сказать… поздравляю вас. Вы прекрасно выступили.

— Спасибо.

Наступило молчание. Карли почувствовала волнение, когда он задержал на ней взгляд, и, хотя ничего не было сказано, между ними установилась какая-то непонятная душевная связь.

— Итак, — наконец произнес Зейн, — вы когда-нибудь ездили верхом?

Она отрицательно покачала головой. У него вырвался преувеличенно громкий вздох.

— Ну, хорошо. Начнем с самого начала. Это лошадь.

— Очень смешно! Зейн ухмыльнулся.

— На самом деле это мерин. Его зовут Сэм, и ему тринадцать лет.

Карли с опаской приблизилась к Сэму. Конь смотрел на нее большими карими глазами.

— Ухватитесь за луку седла, — велел Зейн, — поставьте левую ногу в стремя, оттолкнитесь правой ногой и перебросьте ее через седло.

Сделав глубокий вдох, Карли ухватилась за луку седла и подняла ногу. Ей удалось попасть в стремя, но перебросить ногу ей никак не удавалось.

Зейн Роун Игл обхватил ее за талию и посадил на спину лошади.

Когда она устроилась в седле, он подогнал стремена и прикрепил веревку к недоуздку, после чего вручил ей повод. — А-а-а.

— Сэм — самый покладистый конь на ранчо. Миссис Кларк позволяет ездить на нем своим племянницам и племянникам, так что вы в полной безопасности. Просто расслабьтесь и положитесь на него. Готовы?

Карли мрачно кивнула.

— Прекрасно. Поехали!

Зейн прищелкнул языком, и Сэм, как большой щенок, послушно пошел за ним. Карли ухватилась одной рукой за луку седла.

— Уберите руку, — приказал Зейн. — Попытайтесь расслабиться. Нет, вы совсем обмякли. Выпрямите спину и не растопыривайте локти. Вот так лучше. Опустите пятки. И держите повод обеими руками, — с этими словами он повел мерина в большой загон.

Карли, вцепившаяся в луку седла мертвой хваткой, неохотно убрала руку.

Зейн три раза обвел Сэма по загону. Карли старалась расслабиться, но ей казалось, что земля где-то далеко внизу, а ее положение в седле крайне ненадежно.

Они объехали загон еще несколько раз и остановились.

— Ну, теперь пора вам самой попробовать, — сказал он, отвязывая веревку. — Старина Сэм знает дорогу, и он привык к новичкам, так что не беспокойтесь. Если захотите, чтобы он повернул налево, потяните левый ремень или положите правый поперек его шеи. Он повернет направо, если вы потянете за правый ремень или положите левый поперек его шеи. Чтобы остановить его, потяните за оба ремня, но потихоньку. Поняли? Карли проглотила набежавшую слюну и кивнула.

— Так. Чтобы он пошел, прищелкните языком и поднимите повод или прижмите пятки к его бокам.

Чтобы успокоиться, Карли снова сделала глубокий вдох и прищелкнула языком. Сэм неторопливо пошел, и она почувствовала себя так, будто ездит верхом многие годы, а не всего двадцать минут.

— Это был только первый урок, — сказал Зейн. — Завтра у вас получится лучше.

Завтра!

— Но…

— Вы же не собираетесь прекратить занятия? — спросил он.

Карли подняла голову и утонула в глубине черных, как ночь, глаз. В этот момент она могла бы согласиться проехать на Голубом Динамите обнаженной и без седла.

— Нет, конечно.

Он улыбнулся ей.

— Хорошо. Тогда увидимся завтра. В то же время.

Она кивнула. Господи, такая улыбка, как у него, может осветить целый город!

***

На следующее утро Карли пришла в конюшню на несколько минут раньше назначенного часа, хотя у нее не было уверенности, что она окажется в состоянии сесть на лошадь. Мышцы, о существовании которых она не подозревала, ночью дали о себе знать и к концу дня болели почти так же сильно.

Но что-то влекло ее к конюшне, и это был отнюдь не Сэм.

Когда она вошла, Зейн чистил мерина. От ее глаз не ускользнуло, как его мышцы перекатываются под рубашкой, а солнце блестит в длинных черных волосах.

Карли почувствовала, что краснеет, когда он обернулся и увидел, что она смотрит на него. Когда они встретились взглядом, в ней ожило вчерашнее ощущение.

— Вы пришли раньше, — заметил он. Карли кивнула.

— Идите сюда. Можете поучиться и этому.

Следующие двадцать минут Зейн показывал, как надо ходить за лошадью и чистить ей копыта. Последнее оказалось невозможным без маленького крючка, необходимого для того, чтобы выковыривать грязь и навоз из копыт.

Он одобрительно кивнул, когда Карли почистила копыта Сэма.

— Хотите научиться седлать его?

— Почему бы нет?

Почувствовав разочарование в ее голосе, Зейн поднял брови.

— Это не так уж трудно, — сказал он.

— Я думала, что учиться ездить верхом означает учиться ездить верхом. Он пожал плечами.

— Если это все, чему вы хотите научиться, это будет все, чему я научу вас.

Ей не хотелось, чтобы он принял ее за тряпку или, еще хуже, за городскую белоручку, которая боится испачкать руки.

— Нет, я хочу научиться всему, — приятно улыбнувшись, сказала Карли.

Это была неправда, но зато она опять увидела его неповторимую улыбку.

Вопреки опасениям Карли, оседлать лошадь оказалось не трудно, хотя седло было неимоверно тяжелым. Ее усилия подтянуть подпругу не удовлетворили Зейна.

— Ничто не вызывает большей неловкости, чем кувырок головой вперед из-за неподтянутой подпруги, — заметил он.

Карли кивнула, глубоко вздохнула и изо всей силы потянула ремень.

— Достаточно, — сказал Зейн, вручая ей повод. — Давайте отведем его в загон и посмотрим, что вы запомнили после вчерашнего урока.

Когда они подошли к загону, Зейн отодвинул задвижку и пропустил вперед Карли, которая вела Сэма. Она перебросила повод через голову лошади, ухватилась за луку седла и вставила ногу в стремя.

И почувствовала руки Зейна на своей талии. Большие руки. Сильные руки, которые легко приподняли ее и посадили в седло. Руки, которые задержались на ее талии немного дольше, чем следует. Карли пробормотала «спасибо», остро сознавая близость Зейна.

— Готовы? — спросил он низким глухим голосом.

Она молча кивнула, боясь выдать себя.

Он протянул ей повод, коснувшись ее руки длинными смуглыми пальцами. Дрожь пробежала по ее телу.

В течение следующих сорока пяти минут Сэм ходил шагом и трусил рысцой, трусил рысцой и ходил шагом. Постепенно Карли привыкла к рыси, но, если бы это зависело от нее, она никогда не попросила бы Сэма пускаться в рысь.

— Как насчет легкого галопа? — спросил Зейн.

— А я смогу? — с сомнением сказала она.

— По-моему, да. К тому же это намного приятнее, чем рысь.

«Звучит заманчиво», — подумала Карли.

— Начните с шага, затем пустите его рысью, а потом галопом.

— Как поднять его в галоп?

— Подтолкните его правой пяткой. Держитесь обеими ногами, как при рыси. Готовы?

Карли кивнула. Когда Сэм пошел, от волнения и нетерпения у нее сильно забилось сердце. Чувствуя, что Зейн следит за каждым ее движением, она толкнула коня в бок, и он пошел легким галопом. Инстинктивно ухватившись за луку седла, Карли вскоре выпустила ее, захваченная радостью движения и ощущением ветра, развевающего ей волосы.

Осмелев, она натянула левый повод, и в следующую секунду уже выплевывала попавшую в рот пыль.

— Вы не ушиблись? — обеспокоенно спросил Зейн, склонившись над ней.

— Что произошло?

— Сэм повернул, а вы — нет. Он всегда был резвым конем, и даже сейчас может дать вам сто очков вперед. — Вставайте, — предложил Зейн. Длинные смуглые пальцы ухватились за ее руку, и он помог ей подняться. — Может быть, на сегодня достаточно?

— Нет.

Он одобрительно улыбнулся, и у Карли радостно забилось сердце.

— Готовы? — спросил Зейн.

Она кивнула, и он протянул ей повод. Карли увидела, как он прошел по загону и, подпрыгнув, уселся на верхнюю перекладину ограды.

Глубоко вздохнув, она прищелкнула языком, и мерин пошел шагом. Шаг. Рысь. Галоп. На этот раз, поворачивая налево, она была готова к внезапной перемене направления. Карли ликовала. У нее получилось!

Зейн зааплодировал, когда через несколько минут она остановила Сэма. Спрыгнув с перекладины, он подошел к ней.

— Вы способная ученица.

— У меня хороший учитель.

— Спасибо. Увидимся завтра.

— Конечно.

Карли улыбнулась ему. Ее карие глаза сияют от удовольствия. Спешившись, она вручила ему повод и ушла из загона.

Зейн смотрел ей вслед, восхищаясь, как джинсы облегают ее длинные ноги, как покачиваются ее бедра, и солнце играет золотом ее волос. «Она — Беда с большой буквы», — подумал он. Большая беда, потому что он не ищет женщину, особенно, женщину на всю жизнь, а мисс Карли Кирквуд именно такая женщина. Несмотря на то, что она просто великолепна, он больше не попадет в эту ловушку. Однажды он уже потерял голову из-за длинноногой женщины, и чем это обернулось? «Обжегшись на молоке, дуешь и на воду», — напомнил он себе. Элейн обожгла его на всю жизнь.

Завтра он заставит Потита обучать Карли верховой езде, и делу конец. Но принятое решение не помешало Зейну смотреть на соблазнительно покачивающиеся бедра до тех пор, пока Карли не скрылась из виду.