Когда человек в латексной маске наводит на нее пистолет, Катерина Пржизевски начинает кричать. Но в тот же момент он произносит:

— Пожалуйста, не кричите. Мы не хотим причинять вам боли.

Голос явно принадлежит белому, и это ее слегка успокаивает.

— Это просто кино, — добавляет он и, похоже, улыбается под маской Рональда Рейгана.

Потом она обращает внимание на то, что он очень аккуратно одет — чистый пиджак и хорошо отутюженные брюки. Даже ногти подстрижены.

Их трое. Двое в масках президентов, третий в маске Дона Квейла.

На часах одиннадцать минут двенадцатого.

— Покажите мне стол Бигла, — говорит налетчик. — Пожалуйста.

Она испытывает страшную неловкость оттого, что нарушает свои профессиональные обязанности, но у него пистолет, а у нее дети, и поэтому она выполняет его просьбу. Вслед за ними отправляется еще один. Он открывает ящики и находит папку с корреспонденцией. Он пролистывает ее до буквы «М» и находит «мама». Китти обращает внимание на то, что руки у него в перчатках. Он вынимает единственный листок и протягивает его человеку с ухоженными ногтями.

— Спасибо, — говорит тот.

И они возвращаются в ее кабинет.

— Вот видите, никто не пострадал, — произносит тип с ухоженными ногтями. — Считайте, что это была серия «Розыгрышей и оговорок». Вы даже можете позвонить в полицию, если хотите. Только не кричите. Потому что тогда возникнут проблемы.

— Ладно, — отвечает Китти.

Она звонит в полицию, как только они уходят. Но по ходу своего рассказа она понимает, что преступления вроде как и не было. Какой-то листок из палки с надписью «мама». Детектив приезжает лишь потому, что речь идет о Кинемате, а полицейские всегда любят заниматься делами, в которых замешана индустрия развлечений. Это человек лет пятидесяти с добрым лицом. Китти говорит, что в папке могло находиться что-нибудь важное, так как Бигл, звонивший накануне, говорил о ней.

Между ними возникает скрытая симпатия. И то ли потому, что Китти ему нравится, то ли потому, что он осознает степень ее потрясения, он приглашает ее съесть тарелку супа или чего-нибудь еще. Время близится к ланчу, и она соглашается. Они направляются в очень скромное место, которое может позволить себе офицер полиции, находящийся на государственном жалованье. В его взгляде сквозят мудрость и терпение, и Китти решает поделиться с ним тем, что ее давно тревожит.

— Стоит мне взглянуть на часы, как тут же что-нибудь происходит… Я понимаю, что это глупо. Но я не понимаю, почему все всегда случается в одиннадцать минут двенадцатого. Такое ощущение, что кто-то пытается мне что-то сообщить.

— Так оно и есть, — говорит детектив.

— Да?

— Хотите знать, что я думаю?

— Конечно.

— Возможно, вам покажется это странным, — говорит он.

— Ничего.

— Вокруг нас существуют пришельцы…

— Пришельцы?

— Да. Те самые, которые построили пирамиды. И те странные конструкции, которые можно увидеть в Перу только с воздуха. Есть масса доказательств.

— Да, я видела это по телевизору.

— Масса доказательств. Вещи, которые невозможно объяснить никаким другим образом.

— Да, я слышала.

— Хотите, я вам дам несколько книг? «Колесницы богов» и «Мы не первые».

— Если вы мне скажете имена авторов, я сама смогу их достать. Через офис. У нас огромная библиотека — книги, видеокассеты…

— И вот некоторые пришельцы были оставлены на Земле, когда остальные улетели. И у них родились дети.

— Вы действительно в это верите?

— Да, верю, — отвечает полицейский.

— И что с ними стало?

— Для того чтобы выжить, им пришлось смешаться с людьми, и они забыли практически все о звездах. И тем не менее они отличаются от остальных. Они отмечены особым знаком, который позволяет им узнавать друг друга.

— И как выглядит этот знак?

— 11:11.

— Вы тоже? С вами тоже такое случалось?

— Одиннадцать одиннадцать, — отвечает детектив.

Китти пытается убедить себя в том, что все это странности Лос-Анджелеса, глупости Новой эпохи. Какие пришельцы? Она разумная и практичная от природы женщина. И тем не менее эта идея ее увлекает. Заставляет чувствовать себя особенной. Это объясняет, почему она лучше окружающих. Детектив рассказывает ей о том, что у них есть своя организация и специальное место — что-то вроде церкви. Он дает ей свою карточку и говорит, что возьмет ее на следующее собрание, если она ему позвонит. И Китти чувствует, что ей это нравится, даже само слово «собрание».

Абсолютно довольная она звонит Биллу и рассказывает ему о том, что произошло. О грабеже, а не о цифрах 11:11. Это сообщение почему-то повергает его в отчаяние. Даже несмотря на то, что она передает ему слова грабителя, что все это очередная серия «Розыгрышей и оговорок».

Если бы Бигл не был столь высокомерен, он бы постарался скрыть тот факт, что он снял копию с докладной записки и что ее у него украли, в надежде на то, что буря пройдет мимо. Но звание величайшего режиссера обязывает к совершению крупных ошибок ценой в несколько тысяч, а то и миллионов долларов и при этом сохранению способности сказать: «Ну и что такого?»

Поэтому Бигл тут же звонит Хартману.

Хартман предпочитает не тратить время на распекание Бигла. В конце концов, Джон Линкольн его режиссер и еще ему понадобится. Поэтому вместо этого он звонит Шигану.

— Это хорошие новости, сэр, — с апломбом отвечает Шиган, который, в отличие от Тейлора, умеет держать себя в руках. — Мы открыли свое слабое место и выявили врага. Операция еще не завершена, но все идет крайне успешно.

— Вы на это и рассчитывали?

— Мы умеем работать, сэр, — со смешком отвечает Шиган, изо всех сил пытаясь запудрить мозги клиенту, что получается у него не слишком хорошо. — Даже Мел Тейлор. Хотя ему еще следует приобрести навыки в работе с клиентами.