Почти во всех случаях нарушенного из-за аномалий рефракции зрения существует объект или объекты, которые могут рассматриваться с нормальным зрением. Такие объек-ты я назвал оптимумами. С другой стороны, есть некоторые объекты, которые люди с нор-мальными глазами и обычно нормальным зрением всегда видят плохо. При их рассматри-вании, как показывает ретиноскоп, появляется какая-нибудь аномалия рефракции. Такие объекты я назвал пессимумами. Объект становится оптимумом или пессимумом в зависи-мости от эффекта, который он производит на психику. В некоторых случаях этот эффект легко объяснить.

Для многих детей лица их матерей представляют собой оптимум, а лицо незнакомого человека – пессимум. Одной портнихе всегда удавалось без очков продеть тонкую ниточку шелка в иглу № 10, хотя она вынуждена была надевать очки, чтобы пришить пуговицу, так как не видела дырочки в них. Она преподавала кройку и шитье и считала детей глупыми, поскольку они не могли различить между собой два оттенка черного. Сама же она могла подобрать пару цветов без сравнения образцов. И все же этой портнихе не удавалось раз-глядеть строчку черных букв в фотокопии библии (буквы при этом не были мельче, чем нитка шелка). Не могла она вспомнить и черную точку. Один рабочий в бондарне, многие годы занимавшийся выбраковкой дефектных бочек, в момент, когда они быстро катились мимо него по наклонной плоскости, смог продолжить свою работу и после того, как его зрение для большинства других объектов ухудшилось. В то же время люди со значительно лучшим, судя по проверочной таблице, зрением не могли найти дефектные бочки. Знаком-ство с различными перечисленными объектами дало этим людям возможность смотреть на них без напряжения, то есть без старания увидеть их. Следовательно, бочки были оптиму-мами для контролера, а ушко иглы и цвета шелка и тканей – для портнихи. Незнакомые объекты, как уже отмечалось в 4-й главе, наоборот, всегда являются пессимумами.

В других случаях особенность мозга, делающая один объект пессимумом, а другой оптимумом, трудно объяснить. Невозможно также объяснить такой факт, когда какой-либо объект может явиться оптимумом для одного глаза и не быть им для другого, или быть оп-тимумом в одно время и на одном расстоянии и не быть им при других обстоятельствах. Среди этих странных оптимумов часто встречается какая-нибудь одна буква в провероч-ной таблице. Например, один из моих пациентов мог видеть букву «К» на строках сорок, пятнадцать и десять, но не мог разглядеть ни одной другой буквы на этих строках, хотя большинство пациентов из-за простоты контуров наверняка увидели бы некоторые из них лучше, чем такую букву, как «К».

Пессимумы могут быть столь же необъяснимы и странны, как и оптимумы. Буква «V» так проста по своим контурам, что многие люди способны разглядеть ее, хотя не мо-гут увидеть другие буквы на той же строке. В то же время некоторые люди не могут раз-личить ее ни на какой дистанции, хотя способны прочитать другие буквы в том же слове или в той же строке проверочной таблицы. Другие не только не могут узнать букву «V» в слове, но и прочитать любое слово, содержащее ее, это пессимум, ухудшающий зрение, как для самого себя, так и для других объектов.

Некоторые буквы или объекты становятся пессимумами только в определенных си-туациях. Буква, например, может быть пессимумом, будучи расположена в конце или в на-чале строки или предложения и не быть им в других местах. Когда внимание пациента об-ращается на то, что буква, которая видна в одном месте расположения, по логике вещей, должна быть увидена также хорошо и в других местах, буква часто перестает быть песси-мумом в любой ситуации.

Пессимум подобно оптимуму может то пропадать, то появляться. Он может меняться в зависимости от освещения и расстояния. Объект, который является пессимумом при умеренном освещении, может перестать им быть, если освещение усилится или умень-шится. Пессимум на расстоянии 20 футов может перестать им быть на расстоянии двух или тридцати футов, а какой-нибудь объект, который является пессимумом, когда рассмат-ривается прямо, может быть увиден с нормальным зрением в периферическом поле зре-ния.

Для большинства людей проверочная таблица представляет собой пессимум. Если вы можете видеть ее с нормальным зрением, значит, в этом мире вы сможете увидеть практически все что захотите. Пациенты, которые не могут увидеть буквы на проверочной таблице, нередко оказываются способными увидеть другие объекты такого же размера и с того же расстояния с нормальным зрением. Когда рассматриваются плохо или даже неви-димые вообще буквы, или же когда человек не осознает их видение, аномалия рефракции увеличивается. Человек может смотреть на чистую белую поверхность без какой-либо аномалии рефракции, но если он смотрит на самую нижнюю часть проверочной таблицы, которая видится ему такой же чистой, как и чистая пустая поверхность, всегда отмечается существование какой-нибудь аномалии рефракции. Если закрыть видимые буквы прове-рочной таблицы, результат будет тот же самый. Короче говоря, пессимумом могут быть буквы или объекты, видение которых человек не осознает. Этот феномен весьма распро-странен.

Когда в периферическом поле зрения видна проверочная таблица, она может ухуд-шить зрение для точки, на которую направлен взгляд. Например, человек может издали рассматривать кусок зеленых обоев и видеть их цвет так же хорошо, как и с близкого рас-стояния. Но если по соседству с рассматриваемой площадью расположить проверочную таблицу, буквы на которой видны плохо или вообще не видны, то ретиноскоп может пока-зать наличие аномалии рефракции. Когда зрение улучшается, число букв на проверочной таблице, которые являются пессимумами, сокращается, а число оптимумов возрастает до тех пор, пока вся проверочная таблица не станет оптимумом.

Пессимум, подобно оптимуму, является проявлением психических процессов. Он ка-ким-то образом связан с усилием увидеть, тогда, как оптимум является тем, что никак не связано с напряжением. Пессимум не вызывается определенной аномалией рефракции, но всегда вызывает какую-нибудь аномалию рефракции. Когда же напряжение снижается, он перестает быть пессимумом и становится оптимумом.