Риан

Я шел по коридору, направляясь в главный зал замка, и думал о том, что сейчас произошло. Перед моими глазами все еще стоял ее взгляд, когда я выходил из кабинета. Немного испуганный, немного злой и все еще с дымкой желания. Я чуть не потерял контроль, чуть не взял ее там, в кабинете, в том проклятом кресле, но еще рано, не сейчас.

Черт, она оказалась очень сильной. Я даже удивился, когда она использовала заклятье. А потом порадовался, что убить она меня не хотела, да и не смогла бы, только сама покалечилась бы. Ее шок был ей ответом на многие вопросы. Она еще не совсем поняла, но уже испугалась. Ведь она не знает кто я, но знает наверняка, что я намного сильнее ее. Смешнее всего то, что никто не знает кто я… Кроме них, а они будут молчать, ведь они безумно боятся меня. Боятся и все же решили рискнуть, только наверное не все предусмотрели, а зря. Хотя….

Старейшины правильно рассчитали. Они прислали ко мне молодую девчонку, которая еще даже силу не набрала, но в которой изначально был стержень. Наверное, именно поэтому она меня очаровала. В ней была сила, которую я ощущал только на уровне сердца. Я не смогу ею руководить или манипулировать, в этом она сильнее. Тут можно только просить, но я могу попытаться найти с ней общий язык, что я и сделаю. А еще, как бы я себе не лгал, а я за свою многосотлетнюю жизнь усвоил что это бесполезно, я не хочу ею манипулировать или управлять, наоборот я хочу ее такой какая она есть. По ее собственной воле в моих объятиях и без принуждения. И не просто на раз или два, а на долгое время, может даже навсегда. Иначе, я бы уже был в ней. Б…дь, это ж надо так попасть! С малолеткой практически!

— Риан? — я замер и посмотрел на встревоженное лицо Шейлы. Она стояла предо мной и с тревогой смотрела на меня. Уж и не знаю, что именно она прочитала в моих глазах, но следующей ее реакцией был страх и вопрос — Где она?

— В кабинете — пожал я плечами.

Она быстро направилась туда, но ее остановил мой голос:

— Она хотела бы побыть одна.

— Я должна знать, что она цела — упрямо заявила Шейла, направляясь к кабинету.

— Шейла! — остановил ее мой голос полный силы — Поверь мне на слово, сейчас она бы не хотела, чтобы кто-то ее видел.

— Кто ты? Что ты с ней сделал? — развернувшись, она с испугом смотрела на меня.

Почувствовала и тоже испугалась. А жаль что она тоже из них.

— Тот, о ком тебе лучше не знать — горько улыбнулся я.

А потом вошел в главный зал, не сомневаясь, что она пойдет следом. Ведь в отличие от Амиры, ею я мог руководить. Ко мне тут же бросилась Арания.

— Риан, что происходит? Что значит, ваша жена вернулась? Вы же вдовец!

— Амира моя супруга, она вернулась — бросил я безразличным тоном.

— Но… Вы обещали жениться на мне! Вы что, использовали меня? Погубили? — на глазах женщины были слезы, но они казались больше слезами гнева, чем отчаянья или душевной боли. А мне вдруг вспомнились совсем другие слезы. Искренние слезы отчаянной беспомощности. А были ли они настоящими?

— Арания хватит! Мы оба знаем, что я тебе ничего не обещал — отрезал я и ушел на стену наблюдать за троллями. А часа через два, когда обсудил дальнейшую стратегию и даже навестил наших гостей в подвале, я взял тарелку с ужином, платье и направился в кабинет к жене.

Амира

Я сидела, не шевелясь, и смотрела в огонь. Постепенно ко мне возвращалась чувствительность моего тела. Мне не было холодно. Скорее наоборот, жарко, а тело до сих пор страдало от неудовлетворенного желания.

Кто же он такой? И как я могла не заметить? Что теперь делать, ведь он выполнит свою угрозу.

Я попробовала пошевелить рукой — пальцы согнулись. Попробовала ногой, но тут еще была беспомощной. Еще чуть-чуть и я смогу одеться. Не желаю, чтобы он видел меня слабой. Одного раза хватило. Горькая улыбка коснулась губ и я вспомнила глаза, полные желания и чего-то еще, похожего на презрение. Почему он не закончил, что его остановило? Нет, не хочу знать, хочу бежать и как можно скорее.

И тут в замке заскрипел ключ. Черт, не успела!

Дверь открылась, и вошел Риан. У него в руках был поднос, а на плече висело платье. Внимательно осмотрев меня, он поставил поднос на стол со словами.

— Я вижу, что я вовремя.

Я попыталась, на непослушных руках, отползти назад. Но забыла, что за спиной кресло и оно чуть не упало от моих движений. Он удержал, оказавшись рядом со мной.

— Упрямица! — качая головой, сказал он.

— Отпусти меня!

— Нет!

Мы смотрели в глаза друг другу. В его желание и гнев с чем-то еще. В моих — желание и страх и… восхищение? Я схожу сума?…

Додумать свою мысль он мне не дал, потому что нагнулся и накрыл мой рот своим. Сопротивление ничего не дало. Да и такое сопротивление, когда руки не подчиняются и только скребут его рубашку. Захотелось кричать и плакать, но я недаром живу столетия, научилась терпеть боль. Он отстранился, когда я потеряла контроль, когда губы снова раскрылись, приветствуя его, и я стала отвечать на его поцелуй. Посмотрев на меня еще раз, он выпрямился и стал одевать меня в принесенное платье. Скрипя зубами, я опять была вынуждена повиноваться и подчиняться его рукам.

«А ведь тебе нравится, когда о тебе заботятся!» — прошептало мое тело, млея под его руками, но я быстро замяла эту мысль испуганная своими чувствами.

Одев меня, он занялся моими волосами. Как странно, вроде и мужчина, а создать шедевр на женской головке может. Хотя какой тут шедевр заплел мне косу, но она смотрелась как-то необычно. Состояла она, казалось бы, из простой высокой косы, однако при этом была иной. Она казалась каким-то произведением искусства и все из-за вплетенных в нее лент и колец.

— Были времена, когда такая коса означала ранг воина. И чем больше в ней колец, тем более почитаем был воин! — сказал он, разглядывая дело своих рук — Сейчас же это просто украшение женской головы, а жаль!

Я взглянула в зеркало, висевшее у дверей, и увидела три кольца, вплетенные в косу. Одно из колец было явно золотым, что удивило меня. Видя мой недоуменный взгляд, он ответил, становясь за моей спиной и начиная ласкать мое ушко языком и зубами, отчего по мне прошла дрожь.

— Три кольца обозначали, что данный воин уже не новичок, но еще и не мастер. Ему еще далеко до легенды, но при этом он уже способен вести за собой людей. Ты только начала свое восхождение и у тебя есть все шансы стать легендой, моя дорогая супруга.

И только тут я заметила, что на его голове такие же кольца их было одиннадцать. Более того, самое первое такое же золотое как мое, полностью повторяющее рисунок.

— А золотое кольцо, что оно означает? — спросила я, не удержавшись от вопроса.

— Золотое кольцо обозначает, что воин принадлежит к правящей династии и если его кольцо повторяется, значит перед тобой его спутник жизни — улыбнулся он. После чего, поставив меня на ноги, он заставил подойти к зеркалу, не забывая придерживать меня за талию. Ноги все еще не работали нормально.

Я смотрела на давно забытый облик. Девушка с голубыми глазами и в королевской одежде не была мною, это был образ, который создавался когда-то для него.

— Это не я! — покачала я головой — Я не Амера и никогда ею не буду.

— Это ты — утвердительно кивнул он — Амера никогда бы не получила больше одного кольца и оно бы было кольцом супруги воина.

Мне нечего было ему ответить. Моя сестра действительно была слаба и почти беспомощна. А ее силу с трудом можно было назвать таковой.

Думая об этом я совсем не заметила, как он стал поглаживать мой живот, будто изучая меня.

— Что ты делаешь? — спросила я с тревогой, чувствуя, как растет во мне желание. Почему же я не могу контролировать себя?

— Ты знаешь — усмехнулся он, а потом подхватил на руки и сев в кресло посадил к себе на колени.

— Я не хочу! — запротестовала я.

— Мы оба знаем, что ты лжешь! — пожал он плечами, а потом подвинув к нам тарелку с едой и взяв ложку. Зачерпнув с тарелки ложкой немного каши, он протянул мне её — Ешь!

Хотелось заупрямиться, но я была слишком голодной, поэтому подчинилась, но стоило мне съесть ложку каши, как меня чуть не затошнило.

— Это что такое? — спросила я, наконец, прожевав безвкусную, почти горькую кашу — Кто отвечает за кухню?

— Арания, — пожал он плечами, внимательно глядя на меня — хотя это вроде обязанность жены.

— Ты обвиняешь меня? — зло спросила я, сверкая глазами.

— Нет! — ответил он — ешь, нас ждут в общем зале. Тебе придется сегодня занять свое законное место, а завтра я надеюсь получить нормальную пищу.

Возразить было нечем. Тем более его руки, поглаживающие мое тело, просто мешали мне думать. Как только я доела безвкусную, отвратительную пищу, мы пошли в общий зал. Идти мне не хотелось, но, зная его, я была уверена, что он не даст мне отказаться. Уже у дверей в зал я задала главный тревожащий меня вопрос. Ну, или почти главный:

— Риан, кто ты?

- Я тот, кто я есть, и кого боятся старейшины — он как-то грустно посмотрел на меня и, открыв дверь, пропустил меня вперед.

Дальше были представления тех, кого я не знала. С Аранией меня тоже познакомили, и я почти сразу поняла, что с ней у меня будут проблемы. В ее глазах была ненависть и я почему-то испытала то же чувство, при мысли о том, что она могла с ним спать.

Часа через три я чувствовала себя настолько усталой, что еле держалась на ногах и тогда у себя в голове я услышала его слова:

— Подойди ко мне!

Он сидел на своем троне, я же была рядом с подругами и, стараясь не затрагивать происходящее, разговаривала о мелочах. Услышав его голос, я обернулась и посмотрела прямо на него.

— Нет!

— Амира! Подойди ко мне! — и тут я поняла, что ноги сами несут меня к нему.

Неужели я даже телом повелевать не могу?

— Можешь, просто ты сопротивляешься тому, чего хочешь сама — услышала я ответ.

Мне было страшно, но я все же смогла подойти к нему с гордо поднятой головой. Он протянул руку и устроил меня у себя на коленях.

— Ты подчиняешь меня себе! — прошептала я — Ты все же используешь цепь?

— Нет, я предложил и спросил у твоего тела, а оно решило за тебя — покачал он головой, а я осознала, что это правда. Мои глаза смыкались. Я чувствовала покой, который был мне не свойственен и мое тело, расслабившись, погружалось в блаженный сон, радуясь его теплу и близости.

— Спи, солнышко, тебе нужно отдохнуть — это последнее, что я услышала, прежде чем заснуть. И лишь край сознания зафиксировал конец его фразы — уже послезавтра в это время ты будешь взращивать наше дитя, а пока спи и отдыхай. Дай своему телу подготовиться к предстоящему событию.

Когда королева уснула на руках своего супруга, ее муж поднялся с трона, и аккуратно вынес жену из зала, направляясь в свои покои. И вышел из них только сутра какой-то усталый.

Шейла.

Королева Эльфов с тревогой наблюдала за уходящим Рианом. Амира казалась иной в этот вечер. Казалось, от нее идет свет, но в ней еще не чувствовалось новой жизни. Грань, при переходе которой будет слишком поздно, а Риан явно собрался нарушить эту грань. Знает ли она сама, что ее ждет и если знает, готова ли она?

— И о чем это ты так задумалась, солнце мое, что даже не поспешила от меня сбежать? — услышала Шейла совсем рядом голос, который причинял ей боль.

— Не твое дело! — зло отрезала она.

Он только кивнул, а она, спеша уйти от него, пошла прочь. Но уйти от него, ей было не суждено. Он нагнал ее в коридоре, у ее спальни.

— Мы не закончили наш разговор, супруга моя — преградив ей путь, сказал он.

- Мы уже закончили и не один месяц назад! — отрезала она.

— Ошибаешься, дорогая моя.

А в следующий миг его рот накрыл ее, и она забыла кто она такая. Почему, стоило ему к ней прикоснуться, и весь мир исчезал? Вот и сейчас, он втолкнул ее в спальню и, не прекращая целовать, прижал к стене.

«Как получается, что даже живот ему не мешает!» — отстраненно подумалось ей, в то время как она помогала ему стянуть с себя платье и ненавидела себя за это.

Вот руки скользнули по голому телу, задевая грудь и живот, а потом она оказалась на кровати, а его губы начали исследовать ее тело.

«Будто голодающий — дорвавшийся до ужина!» — изгибаясь, думала она.

И тут….

Сильный резки толчок прервал их занятие. И они оба замерли, глядя в глаза друг другу.

— Ребенок, нельзя! — вскрикнула Шейла. Он чертыхнулся, а потом, не реагируя на ее протесты, начал ласкать ее заново.

Первоначальные протесты потонули в волнах удовольствия, и она просто не смогла заставить себя остановить его. Она чувствовала, как скручивается и нарастает желание, а потом последовал резкий взрыв такой силы, что она не сдержала крика.

«А ведь это просто губы и руки!» была ее последняя мысль.

Сколько месяцев она была без него. Сколько месяцев мечтала и злилась из-за своих желаний. Теперь же, она лежала не шевелясь, чувствуя, как ее окутывает дымка сна.

— Уходи! — прошептала она из последних сил.

— Нет! — ответил он, укрывая их обоих одеялом и укладывая ее голову к себе на плечо. — Не сегодня!

Сопротивляться у нее не было сил. Уж слишком хорошо ей было в этот миг, и она спокойно уснула.