"Чёрная вдова".
Степан и Екатерина Селезневы этим субботним утром не ждали гостей. По заведённому Степаном жёсткому режиму оба проснулись ровно в восемь утра и готовились принять завтрак из здоровых продуктов: овсяную кашу на молоке и зелёный чай с бутербродами, состоящими из хлебцов с кусочками творога. Умывшись, Степан уселся в кресло читать газету, а Екатерина отправилась на кухню готовить, потому как Степан готовить не умел. Звонок в дверь застал Селезнёвых врасплох.
- Екатерина! - заверещал Степан на такой убойной ноте, что даже хрусталь в серванте вошёл в резонанс и тоненько плаксиво зазвенел.
- Чего? - фыркнула из кухни Катя, не слишком-то довольная тем, что её изящные плечи прижала обязанность готовить здоровую пищу четыре раза в день.
- Ты кого-то ждёшь? - подозрительно осведомился Степан, отвлёкшись от скучной чёрно-белой газеты "Экономический вестник".
- Никого! - поспешила откреститься Катя, которая, действительно сегодня никого в гости не ждала и не желала, чтобы Степан в очередной раз клевал её из-за Сенцова... Как начнёт клевать - так клюёт три дня подряд, поганя настроение...
- Хм... хм... - угрюмо похмыкал Степан, нехотя отложил газету на журнальный столик, вылез из кресла и отправился к двери, желая выяснить, что за гость потревожил их покой?
- Кто там? - без особой гостеприимности осведомился Степан, придвинув свой глаз к дверному глазку. В подъезде перегорела лампочка, из-за чего он увидал лишь густую мглу и два неясных, эфемерных силуэта, похожие на тени.
- Милиция! - из-за толстой двери раздался сухой суровый голос. - Открывайте, гражданин Селезнев!
- Я милицию не вызывал... До свидания... - пробулькал Степан, собираясь отбояриться от незваных гостей и вернуть утро своего выходного дня в привычное скучное русло.
За дверью Селезнёвых топтались в темноте следователи Федор Федорович и Крольчихин. Осознав, что Степан пытается дать им от ворот поворот, Крольчихин ощутил, как его разразила злость.
- Сегодня пропал сотрудник милиции, а вас, гражданин, подозревают в его убийстве! - зарычал он Степану, шумно сопя и нервно топоча ногами. - Если вы не откроете сами - мы снимем дверь и арестуем вас!
Степан устрашился... Сколько он себя помнил - убивал он только пауков и тараканов... ну, мух ещё... и крыс травил.
- Эт-то какая-то ошибка... - пробормотал он, откручивая замки дрожащими руками... Если они снимут дверь - назад же не поставят и придётся ему деньги платить за установку... А Степан деньги любил и жалел. А больше ничего и никого не жалел.
- Здравствуйте... - выдавил Степан, когда следователи ворвались в его тесную прихожую, заполнив её своими широкими телами.
- Позовите вашу жену! - рявкнул в ответ Крольчихин, от недосыпа забыв даже представиться.
- Е-ека-катерина... - давясь буквами, замямлил Степан, отступая к стеночке, чтобы следователи его не задавили.
- Кто там, Стёпа? - удивилась Катя, выглянув из кухни с ложкою в руке - кашу мешала.
- Милиция! - ответил за Степана Федор Федорович. - Граждане Селезневы, проходите в зал и садитесь! - скомандовал он, оттесняя Степана из прихожей в заставленный бесполезной мебелью зал.
Катя от изумления застпорилась посреди коридора, удерживая ложку, забыв о каше, которая давно уже закипела и начинала подгорать на большом огне, который она так и не убавила.
- Давайте, Селезнева, не стойте! - подогнал её Крольчихин, нетерпеливо кивая головой, и Катя по инерции поползла в зал вслед за мужем, села на первый попавшийся стул.
Степан ёрзал в том кресле, которое недавно покинул, корчился в присутсвии следователей, которые решили обвинить его в том, о чём он и знать не знает... Катя молчала, а следователь Крольчихин подпёр кулаками крепкие свои бока и сухо произнёс:
- Сегодня пропал наш оперуполномоченный Сенцов Константин. Вы, гражданка Селезнева, были с ним близко знакомы! Что вы знаете о его исчезновении??
Следователь едва ли не прожигал Катю насквозь, а она съёжилась под его огненным взглядом и едва слышно прошептала:
- Ничего...
- А вы, случайно, не знаете, куда он ходил вчера вечером? - не отставал Крольчихин, а Катя уже чувствовала, как щиплет у неё в носу и наружу рвутся бессильные слёзы. Степан силком заставлял её забыть Сенцова и не упоминать о нём никогда, будто бы его не существует. А этот Крольчихин тут задаёт вопросы, навязывает, не зная, что после его ухода Степан взбелениться и начнёт обгладывать Катины косточки...
- Я не знаю... - зарыдала Катя и залилась слезами, скукожившись на уголке стула. - Я его на прошлой неделе видела в последний раз и всё! Я вышла замуж за Степана, и сказала Сенцову, чтобы он не звонил мне больше!
Степан, теперешний муж Кати, банковский бухгалтер со статичным ленивым пузцом - сидел в кресле, захватив в кулак подбородок, зыркал исподлобья и недовольно ворчал и хмыкал:
- Я же говорил... Мне все говорили, что это всё дурно пахнет... Теперь вот, пожалуйста! Екатерина! - Степан изъявил желание сказать что-то Кате, но вмешался Крольчихин:
- Гражданин Селезнёв! До вас ещё дойдёт очередь! - следователь словно бы резанул сталью и высунувшийся было, Степан сразу же заглох и вдвинулся в кресло поглубже.
- Гражданка Селезнёва, - обратился к Кате Фёдор Фёдорович. - Скажите, после того, как вы видели Сенцова в последний раз - он вам не звонил, не присылал никаких сообщений?..
- Послушайте! - опять возник Степан Селезнёв - на этот раз он не ворчал и не хмыкал, а свирепо подскочил с кресла, стиснул кулаки и танком двинулся вперёд, к Фёдору Фёдоровичу и Крольчихину. - Екатерина - моя жена! С этим... как его... Сивцовым... мы навсегда распрощались! Чего вы от нас хотите??? - Селезнёв взвизгнул так, что в окне задрожало стекло, а тонкий стеклянный стакан на компьютерном столе едва не грохнулся на пол.
- Селезнёв! - на этот раз вскочил Крольчихин. - Повторите-ка, как вы сказали? "Навсегда распрощались"? И как это понимать?
Следователь Крольчихин в который раз прожёг Степана огненным глазом, а Степан осознал, что сморозил глупость. Следователь мог заподозрить, что это он расправился с Сенцовым, которого Степан и в глаза-то не видел... вернее, видел один раз - в окошко. Поэтому Степан, дабы не навлечь на себя неоправдеанный гнев, замолк, извинился и вернулся в кресло.
- Вот и славно! - оценил отступление Селезнёва Крольчихин и тоже сел. - Если вы, гражданин Селезнёв, ещё раз помешаете следствию - я удалю вас из комнаты и оштрафую. Вам ясно?
- Ясно... - угрюмо прогудел Степан, не желая ни встрять в историю с проклятым Сенцовым, ни платить деньги не за что.
- Я вам уже говорил, что скоро будет ваша очередь! - строго напомнил Крольчихин, и снова возвратился к Кате.
- Скажите, гражданка, вы знаете, кто такая "чёрная вдова"? - суровым голосом осведомился он и, кажется, переборщил, потому что Селезнева вдруг зашлась рыданиями, вцепившись руками в свои волосы и истошно запищала:
- Да... да... да какое вы имеете право?? Зачем вы меня кошмарите?? Чего вы от меня хотите?? Я порвала с Константином, потому что нашла человека, который меня не обманывает, который мне во всём помогает, который любит меня, в отличие от него! Я люблю Степана, вот и всё, но я никого не убивала - октуда вы это взяли??
Крольчихину стало неловко: он не хотел никого кошмарить, и по-человечески понимал, что Катя - никакая не "вдова"... Но по-милицейски считал, что допрос в любом случае должен быть жёстким, ведь серийные убийцы тоже плачут...
- Да вы что делаете, волки позорные?? - внезапно взорвался Степан и, отпихнув стул, на которм рыдала Катя, вдруг прыгнул и бросился в оголтелую драку.
- Получай! - выдохнул Селезнев и взмахнул кулаком, целясь Крольчихину в нос...
- Ух ты... - не ожидав, издал Крольчихин, отпрянул назад и наткнулся на стенку. Кулак Степана просвистел в сантиметре от носа Крольчихина, но Селезнев не успокоился, решился на второй выпад, но сзади на него налетел Федор Федорович, жёстко скрутил, заломив за спину руки, и уткнув носом в стол, около пирожков.
- Стоять! - пропыхтел следователь, заключив дёргающиеся руки Степана в наручники. - Василич, ты впорядке? - осведомился он у Крольчихина.
- Ага... - булькнул Крольчихин, видя, как Селезнев с налитым кровью, озлобленным лицом, дёргается на столе, сбрасывая пирожки на пол. - Чего он такой бешеный-то?..
- Вы оскорбили мою жену! - прорычал Степан. - Посмотрите, до чего вы её довели?? А если она после вас в больницу попадёт??
- Не попадёт! - огрызнулся Крольчихин, который успел по горло наесться "безумной семейкой". - Всё, Федя, идём, чёрт с ними!
Крольчихин вскочил со стула и широким шагом потопал в прихожую, собираясь покинуть квартиру Селезнёвых как можно скорее.
- Мы вас к нам в отделение повесткой вызовем! - пообещал Селезнёвым Федор Федорович, освобождая Степана из стального плена наручников. - По одному!
- Это ещё почему? - рыкнул Степан, потирая пострадавшие руки. - Я свою жену одну не отпущу!
- Придётся! - строго постановил Федор Федорович. - Когда вы собираетесь вдвоём - выходит зоопарк!
- Чёрт бы вас побрал с вашим Сенцовым! - проревел напоследок Степан, вместо того, чтобы попрощаться. - Я в ваш свинарник и ногой не ступлю!
- Мы вас тоже очень любим... - тихонько буркнул под собственный нос Федор Федорович и покинул прихожую Селезнёвых, аккуратно закрыв за собою дверь.
- Ты чего так долго возишься? - осведомился у Федора Федоровича мрачный Крольчихин, который ждал его не площадке.
- Мы завтра этих "гусиков" повесткой вызовем, только по одному! - сказал Федор Федорович.
- Отлично, - согласился с ним Крольчихин. - И Степана этого я в обезьянник на сутки забью - пускай, поторчит там, с бомжами и скинхедами - может, успокоится?
- Неужели, ты думаешь, что это - Селезнёв? - изумился Федор Фёдорович, когда они с Крольчихиным вышли из Катиного подъезда.
- Да нет, что ты... - невесело ответил Крольчихин, перешагивая лужи. - Селезнёв визжал, как резаный, кулаки тут распустил... я его приструню слегка... У этого слизня не хватит духу даже курицу зарезать - не то, что человека... Скорее, он будет всю жизнь грызть Катю. Но я не об этом. Скорее всего, Сенцова отыскали эти "туристы" с "репейниками".
- Знаешь, Василич, - буркнул Фёдор Фёдорович, копаясь в карманах в поисках ключа от служебной машины. - Придётся нам с тобой самим навестить этот клуб "Вперёд". Туда приходят "туристы", и у нас с тобой есть верный шанс их накрыть...
- Или накрыться самим... - добавил Крольчихин. - Кстати, ключ у меня... - пробормотал он и нажал на кнопку чип-ключа. Служебная "дэу" мигнула фарами и разрешила открыть свою дверцу.
Крольчихин уселся за руль, а Фёдор Фёдорович бухнулся на место пассажира.
- Ты прав, Федя, - согласился Крольчихин, заводя мотор. - Мой мотоцикл Сенцов угрохал... У тебя случайно, нету?
- У меня "Патрол" в гараже, - сказал Фёдор Фёдорович. - Увлекался раньше джип-триалами. Подойдёт?
- Ты не говорил про джип-триалы! - усмехнулся Крольчихин, выводя машину со двора на побитую зимними снегами и реагентами улицу Владычанского.
- А ты не говорил, что ты - байкер! - отпарировал Фёдор Фёдорович.
- А "Патрол" на ходу? - осведомился Крольчихин, пропустив замечание про байкера.
- А как же! - довольно заявил Фёдор Фёдорович. - Хочешь, секрет открою?
- Хочу, - согласился Крольчихин и нажал на кнопку клаксона, спугивая с дороги серую бездомную кошку.
Кошка шмыгнула к обочине и исчезла в кустах, а Федор Федорович, оглядевшись вокруг себя так, словно бы вместе с ними в машине ещё кто-то сидел, негромко сказал:
- Я и сейчас занимаюсь джип-триалом... Тайком от жены!
- Клёво! - хохотнул Крольчихин, но тут же скис:
- Я тоже бы сейчас был байкером... тайком от жены. Если бы "туристы" проклятые мой байк не угробили с Сенцовым на пару! - вздохнул Крольчихин, отвернувшись к окошку.
- Сегодня же вечером мы едем в клуб "Вперёд!", - постановил Федор Федорович. - Как звали того типа, который "Терминатора" с Утицыным познакомил?
- Кирьяныч, - ответил Крольчихин. - Скорее всего, кличка! Я тоже думаю, что поехать надо сегодня - прищучим этого Кирьяныча по полной программе!