– На этом вы и закончили? – уточнил Лиам.

Кэтрин кивнула:

– Я сказала, что Лена может продолжить, когда пожелает, не торопиться и рассказывать свою историю столько, сколько заблагорассудится. Воспоминания очень тяжело ей даются.

– Она что-нибудь говорила о девочках или Каролине?

– Пока нет. На этом этапе истории Лена еще не знает, что случилось с Каролиной. А о близнецах она вообще не упоминала.

– Сегодня утром мне звонил некий Артур Вудвард. Сын Лены, как он представился. И он настойчиво рекомендует нам держаться подальше от его матери.

– У нее есть сын?

Лиам кивнул:

– Он показался мне обеспокоенным и раздраженным. Спрашивал, говорила ли его мать о женщине по имени Каролина. Я ответил, что ничего не могу ему сказать: разговоры между адвокатом и клиентом строго конфиденциальны, а я работаю на адвоката.

– Отлично, – кивнула Кэтрин. – Нельзя раскрывать информацию никому, даже сыну Лены. Без ее разрешения.

– Согласен. А потом Артур спросил: «Она что, повторяет эти безумные истории о потерянных детях? Моя мать хочет, чтобы вы разыскали пропавших близнецов Каролины? Хоть это вы можете мне сказать?»

– Я ответил, что, к сожалению, ничего не могу ему сообщить, и посоветовал обратиться к матери – интересно, что она скажет. И тогда он по-настоящему разозлился. «Послушайте, – отрезал он, – это бредовая идея! Нет никаких младенцев, нет никакой Каролины. И никогда не было. Не знаю, какую игру вы затеяли, но я не позволю, чтобы какой-то адвокатишка обвел ее вокруг пальца и заманил дурацкими обещаниями. Никаких пропавших детей вы искать не будете. Поэтому оставьте ее в покое! И берегитесь, если я узнаю, что вы взяли у нее деньги. Понятно? Я ясно выразился?» И он швырнул трубку.

– Ничего себе, какой приятный парень! – заметила Кэтрин. – Хоть мы и знакомы всего пару дней, у меня нет ощущения, что Лена – слабоумная старуха. Наоборот, ее рассказ хронологически выстроен и изобилует подробностями. Она четко излагает свои мысли. И, Лиам… она знает, что я беременна!

– Наверное, она еще и очень наблюдательна.

– Но по мне ничего не видно, разве нет?

Лиам кивнул:

– Не видно. Поверь, я внимательно наблюдаю за всеми твоими выпуклостями, Кэтрин.

– Ты ей что-нибудь говорил?

– Я никому ничего не говорил.

– Лена сказала, что в ее жилах течет цыганская кровь. Может, она обладает мистической силой. – Кэтрин засмеялась. – Знаешь, Лена начинает мне нравиться. Она напоминает мою бабушку. И я не верю, что она слабоумная. У меня есть знакомые адвокаты, которые и вполовину не могут говорить так складно, как она.

– Согласен, она не выглядит безумной. Возникает ощущение, что этого Артура больше беспокоят деньги, чем душевное состояние матери. Может, он ждет не дождется значительного наследства?

– Не знаю. Она живет на Пиарсон-стрит, в одном из старинных особняков. У нее изысканный гардероб, красивые вещи. Надеюсь, ты это заметил.

Лиам пожал плечами:

– Возможно. Она всегда выглядит достойно и вовсе не похожа на убогую старушку.

– Лиам, не стоит так говорить. И я готова держать пари, что она тратит немало на Мичиган-авеню.

Он кивнул:

– Она очень привлекательная женщина.

– Ты можешь раздобыть информацию о ней? И об Артуре Вудварде?

– Кэт, ты меня обижаешь! Ты же разговариваешь с величайшим детективом. Не говоря уже о том, что ты с этим величайшим…

– Прекрати! Я серьезно. Посмотрим, что ты сможешь узнать о Лене и ее семье.

– Договорились.

– Мне кажется, не стоит рассказывать Лене о звонке Артура. Пока. Будем просто продолжать беседу.