Месяц спустя. Кира.

Началась сессия. Отца положили на операцию. Я не ожидала такого поворота, да и он тоже. Очень подозрительно все, раньше врач пожимал плечами и говорил, что операции сейчас платные, денег в бюджете города нет, а тут вдруг и операция и санаторий, странно… Виктория заплатила мне больше, чем обговорено, сказала, что отец премиальные выдал, я отказываться не стала, может куплю себе компьютер, а то стыдно, у всех есть, а у меня нет. Для психолога время все-таки пришлось освободить, кошмары стали донимать меня слишком часто. Пока по ночам сплю спокойно.

Сегодня вечером у нас тренировка, соревнования состоятся в начале июня. Наши главные конкуренты уже приходили, стебались над нами, говорили, что они круче и у них новые фигуры. Леха, наш признанный лидер, сказал, что посмотрим, судьи скажут кто круче. В парке мы отрабатываем технику, а сами фигуры изучаем в другом месте. За городом есть завод, не помню, кто нашел там ровную асфальтированную площадку, но сторожа Леху знают и нас пропускают на территорию после закрытия завода. Там мы и прокатываем наши программы, изучаем новые фигуры, а главное, что кроме нас и сторожа там никого нет.

Сегодня мы решили потренироваться на площадке завода. Меня отвезет Леха, остальные доберутся своим ходом. Оксана сдает экзамены, её не будет, у неё важные события, она окончила школу, готовится поступать в ВУЗ, мы её не напрягаем, понимаем, что ей не до нас. Можно выступать и в таком составе, главное чтобы было не мене 4 человек. Заявку на соревнования Леха подал, теперь нужно полностью отработать программу группой. На индивидуальные соревнования, я не пойду, парни собираются, а я не считаю, что достаточно к ним подготовлена.

Погода теплая, ветра нет, туч нет, благодать. Мы с Лехой приехали первыми занялись разминкой. Парни подтянулись через несколько минут и присоединились к нам. А потом началось, делаем фигуру, разбираем ошибки, повторяем и опять разбираем ошибки. Лешка нервничает, парни успокаивают, говорят, что все хорошо. Я не лезу в их разборки, говорить тяжело, да и вижу я, что парни правы, это Леха идеалист. Он хочет, чтобы все было идеально, только в жизни так не бывает. Сделаем сейчас идеально, на соревнованиях можем ошибиться. Наконец становится совсем темно, даже свет прожектора, включенного сторожем, не помогает. На часах двенадцать ночи, мне завтра в университет на консультацию, но не с самого утра, так что я не переживаю, а вот парням рано вставать. Решаем прекратить тренировку, и встретится завтра.

Мы ехали по переулку, когда из-за поворота резко вывернула грузовая машина, и не тормозя понеслась на нас. Леха резко ушел с дороги, но мотоцикл наехал на камень и мы начали падать. Я оттолкнулась от мотоцикла и приземлилась вполне успешно, больно конечно, но я ничего не сломала. Леха тоже отпустил руль и тоже приземлился не получив серьезных повреждений, если не считать поцарапанной руки и порванных брюк.

Из машины выскочили два мужика, и я впервые услышала, как Леха умеет ругаться. Мужики оправдывались и каялись, предлагали оплатить ремонт байка, Леха же все никак не мог успокоиться. Один из мужчин, подошел ко мне и помог подняться.

— Поехали, мы отвезем вас куда нужно. — Сказал он.

— Нет. — Резко отказалась я.

— Ты чего, может тебе в больницу нужно, надо ехать. — Говорил он и удерживал меня за плечи.

— Отпусти её. — Послышался знакомый голос.

Мужик резко отпрянул от меня, а я, не удержавшись на ногах, упала на попу и тут же услышала резкий металлический звук. Сняв со спины рюкзак, я уставилась на скейтборд. У меня отвалилось колесо, скейтборд уже давно требовал ремонта, но сейчас придется покупать новый скейтборд.

Подняв голову, я увидела, как рядом с Лехой стоит Дмитрий, а рядом со мной Александр, когда они подъехали, я не услышала.

— Дима, ты разберись тут с компенсацией. — Сказал Александр. — А я Киру домой отвезу.

Мужчина отошел от меня, Леха в это время поднял свой байк и с помощью второго мужчины пытался погрузить его в кузов машины. Дмитрий наблюдал за ними. Александр же присел на корточки рядом со мной и спросил:

— Может тебе нужно отцу позвонить, он, наверное, беспокоится?

— Он в больнице ему операцию сделали….Ты же брат Виктории, это ты операцию оплатил, а доктор представил, что это за счет бюджета, раньше денег не было, а теперь вдруг появились…совесть заела. — Спросила я.

— Я оплатил, а что тебя удивило? Что у меня совесть есть?

— Человека увидела…. — Ответила я и перевела взгляд на скейтборд. — Ты на чем приехал?

— На байке. — Ответил он. — Сломался. — Александр взял скейтборд и повернул его к свету.

— Плакал мой компьютер. — Тихо сказала я. — Который раз уже пытаюсь на него накопить, обязательно что-то случается и приходится откладывать покупку.

— Давай я куплю тебе компьютер? — Спросил Александр.

— Нет, это лишнее, спасибо, что оплатил отцу операцию, остальное мои проблемы, только зачем так сложно…..

— А ты бы взяла деньги? — Спросил он.

— Для отца бы взяла и у тебя совесть успокоилась, и отец бы помощь получил. — Ответила я. — Только ты же ничего не предлагал?

— Мой отец предлагал деньги, так он отказался. — Ответил Александр.

— Папа гордый никогда ни у кого ничего не просил, даже когда мама уходила, он не стал её уговаривать, просто открыл дверь и сказал — Прощай.

— А ты?

— Ради папы я бы поступилась своей гордостью. — Ответила я. — Зачем спрашиваешь, знаешь же прекрасно, что денег нам взять негде, а смотреть, как отец болеет и лелеять свою гордость, нет, я не смогу. Можешь считать, что у меня нет гордости.

— Я так не считаю. — Ответил он. — Вставай, я отвезу тебя домой.

Он помог мне подняться, надеть рюкзак и повел к мотоциклу. Леха загрузился в машину вместе с мотоциклом и машина тронулась. Дмитрий поехал за ними.

— Они куда? — Спросила я.

— В мастерскую к отцу Димы. — Ответил он. — Там механики посмотрят повреждения и назовут цену ремонта. Ты не переживай, Леха себя в обиду не даст.

— Дмитрий тоже был в гараже. — Спросила я. — Не молчи, я же знаю, что был, не совсем я дремучая, сразу поняла, когда Леха как-то упомянул, что он три года за границей учился.

— Ты когда рисунок ему на байке делала, знала об этом? — Спросил Александр.

— Знала, а что это меняет, я делала работу, он заплатил за неё, причем тут личное отношение?

— Странно мне всегда казалось, что художники люди ранимые, эмоциональные и обидчивые. — Ответил Александр и сел на мотоцикл.

— Художники тоже хотят кушать, странный ты, мы все люди. — Я села сзади Александра и обхватила его за талию.

Мы поехали. Медленно и осторожно. Но я не стала возмущаться, он водитель, пусть едет, как хочет.

Александр.

Кира так нежно прижималась ко мне. Я же ехал медленно, чтобы продлить этот момент. Она все знала и ничего не сказала, а может, простила, скорее всего, она больше не держит зла на нас. А вот я бы не простил. Все таки мы очень разные, я бы наверное отомстил или потребовал большую компенсацию, не смог бы наверное, все так все оставить. Как быстро мы доехали до её дома, я бы ещё пару часов покатался по городу. Хорошо, спокойно, к тебе прижимается теплое тело, худенькое, нежное и так хочется продлить этот момент.

Поставив байк на сигнализацию, я прошел за Кирой в подъезд.

— Спасибо, только дальше я сама, ты же не пойдешь со мной до квартиры, высоко, а я всегда поднимаюсь по лестнице.

— И я поднимусь или ты думаешь, что запыхаюсь?

— Зачем. — Спросила Кира.

Вопрос своевременный и ответить я на него сейчас не смогу, просто не знаю ответа. Поэтому пожимаю плечами и иду за ней. Она быстро бежит по ступенькам, на меня не оборачивается. Мы добегаем до её квартиры и она, достав ключ, открывает дверь. Я прохожу за ней в прихожую, снимаю кроссовки, вешаю куртку и проверяю, закрыл ли я дверь. Кира носится по квартире. Забегает в ванную комнату, снимает куртку, складывает в машинку, и быстро насыпав порожка, включает ее. Потом я вижу, что она забегает в комнату, но дверь не закрывает. Я прохожу по квартире отмечаю, что вторая комната отца его же мастерская. В середине комнаты, стоит недописанная картина, на столике лежат краски и кисточки, ещё какие-то салфетки, в общем творческий беспорядок. На стенах висят картины, здесь везде картины и в рамках, и рисунки под стеклами, и наброски, приклеенные на картон. Все это располагается на стенах, выглядит необычно и непривычно, и даже можно сказать, что креативно. Пока Кира носится по квартире и приводит себя в порядок, я рассматриваю картины и рисунки. Красиво, а отец у неё большой талант. Интересно, а Кира тоже так же талантлива, скорее всего, да. Я мало её рисунков видел, но те, что видел, очень понравились. В её комнату, я заходить не стал, не буду смущать девушку. На кухне тоже картины и ещё плитка разрисованная вручную. Каждая плиточка отдельная картинка, смотрится необычно. Кухонные шкафчики тоже разрисованы. Небольшие картины природы, есть животные, лежащие в траве или на ветке дерева и несколько экзотических птиц. Солнечная кухня, даже не смотря на ночь за окном. Интересно в ванной комнате плитка тоже разрисована. Даже холодильник на кухне и тот разрисован. Небольшое озеро, заросшее камышами и цапля. Очень впечатляет, я ненадолго зависаю около холодильника, красиво, я бы тоже не отказался от такой красоты на кухне.

— Ты чего завис. — Спросила, появившаяся около меня Кира. — В холодильнике сыр и колбаса есть, если хочешь, сделай себе бутерброды, а я пока душ приму. Ты у меня ночевать собираешься остаться, я не понимаю….

Она выглядела так нежно по-домашнему. В коротких широких штанишках и растянутой футболке, из выреза которой торчали ключицы. Тонкая шея и маленькие покатые плечи. Подросток…

— А если собираюсь? — Спросил я. — Мне до дома далеко, ты же не откажешь мне в приюте.

— Ну, если в приюте. — Улыбается она. — Тогда делай бутерброды, я сейчас тебе на папином диване постелю. Тебе завтра на работу или ты не хочешь кушать, тогда я сейчас постелю и спать.

Она разворачивается и убегает, я быстро иду за ней, останавливаю её, разворачиваю и подхватив на руки несу на кухню. Она ничего не понимает, смотрит на меня и молчит. Сажаю её на кухонный стол, и пока она не опомнилась, прижимаюсь к её губам. Мягкие, пахнут клубникой. Кира вздыхает и приоткрывает рот, а я проскальзываю туда языком и начинаю ловить её язык, а потом прижимаю рукой её голову и углубляю поцелуй. Как вкусно, не знал, что будет так приятно. Глажу руками её спину, сплошные кости, совсем мяса нет. Обхватываю талию руками, как давно хотел это сделать, она отвечает на поцелуй, и я на седьмом небе от счастья. Подхватив её под попу, несу в её комнату. Квартира маленькая и легкая, но мне кажется, что идти до кровати, так далеко.

Укладываю Киру на кровать, осматривать её комнату некогда, не хочу, чтобы она передумала. Мы целуемся долго и со вкусом. Снимаю с себя всю одежду, очень неудобно делать это все лежа, но я не хочу от неё отрываться. Кира так сладко стонет, почти шепотом, и меня это так заводит, что я боюсь кончить в трусы как подросток.

Сладкая девочка, целую её тело, пытаюсь контролировать себя, чтобы не сжать сильно, разве можно быть такой хрупкой. Обхватываю её груди ладонями, и втягиваю поочередно соски, Кира шипит, я начинаю лизать их и слышу стон. Отзывчивая девочка, не могу оторваться. Чувствую, что больше не могу сдерживаться, стягиваю с себя боксеры и раздвинув её ноги, вхожу. Черт, она начинает отстраняться и вскрикивает от боли.

— Прости хорошая, я же не знал, что первый. — Шепчу я, и целую ей лицо. — Потерпи, сейчас привыкнешь, будет легче.

Она замирает, я целую её и начинаю осторожно раскачиваться. Глажу её тело и медленно двигаюсь. Кира не может расслабиться зажимается, я чувствую, что на пределе, выхожу из неё и кончаю в руку. Немного полежав, встаю. У меня кровь, у Киры внутренняя часть бедер в крови. Подхватываю её на руки и несу в ванную. Осторожно ставлю, и забравшись туда, задергиваю штору и начинаю настраивать душ. Она стоит, прижавшись лбом к стене. Сначала я смываю с себя кровь, а потом разворачиваю её к себе и направляю душ ей на живот.

— Кира, я не мог даже предположить, что ты ещё ни с кем не была, прости меня, знаю, я не был нежным.

Она молча отбирает у меня душ, и развернувшись спиной начинает мыться. Я выхожу, чтобы не смущать её, нахожу полотенце и вытираюсь. Жду, когда она закончит, я не собираюсь бросать её в таком состоянии, мне нужно объяснить ей, что это не одноразовый секс. Я целый месяц пытался забыть её, но не смог, каждую ночь, вспоминал, как держал её в объятьях. От неё пахло краской, а я не догадывался, что краска может так вкусно пахнуть, как токсикоман я вдыхал её запах и не мог оторваться.

Когда она выключает душ, я одергиваю штору и завернув её в полотенце несу в спальню. Она пытается сопротивляться, но я крепче прижимаю её к себе.

— Кира, я не уйду и не брошу тебя, ты можешь кричать и даже побить меня, я должен, тебе все объяснить и добьюсь, чтобы ты выслушала меня.

Она кивает головой и успокаивается. Ложу её на кровать и начинаю осторожно вытирать её тело, не могу удержаться целую живот и груди. Вкусно. Девочка нежная, хрупкая. Потом укладываю её на подушку, ложусь рядом, и прижав её к себе начинаю говорить.

— Кира, это не прихоть и не одноразовый перепих, я целый месяц пытался забыть тебя, но не смог. Если бы мы не встретились сегодня случайно, завтра я бы пришел в университет, я спросил у Виктории, во сколько у вас консультация. Поверь, я бы обязательно пришел, а если бы ты выгнала меня, то пришел бы снова и снова. Хорошо, что мы встретились сегодня. И я готов поговорить с твоим отцом, извинится перед ним, и попросить разрешение встречаться с тобой.

— Он не настолько архаичен. — Тихо шепчет она мне в грудь. — Можно не спрашивать, но если у тебя это серьезно, то поговорить обязательно придется. Я ничего ему не говорила, не хотела расстраивать, думала, мы больше не встретимся.

— Кира не буду врать, я ещё не в чем неуверен, но я не хочу с тобой расставаться. — Отвечаю я.

Она кивает головой и удобно устраивается на моей груди. Через минуту она засыпает, а я наконец-то могу рассмотреть её комнату. В окно светит луна, и я вижу все до мелких деталей. В её комнате нет картин, но у неё разрисованы все стены и даже потолок.

На потолке космос. Космические корабли из фантастических фильмов один большой и несколько маленьких, метеориты, планеты и далекие звезды. Земля, Луна и все планеты солнечной системы, как из учебника по астрономии. Но они выстроены по-особому и получается карта космоса, я даже нахожу млечный путь и вдалеке очертание летающих тарелок. Странно никогда бы не смог представить себе космос именно так, у Киры бурная фантазия. Она видит все по-другому, интересно, я, где то читал, что творческие люди не могут изучать технические науки, они непостижимы для них. А Кира учиться в техническом вузе и как утверждает Виктория, хорошо. Врут все, невозможно причесать всех людей под одну гребенку.

Стены комнаты Киры расписаны природными ландшафтами. Только это не наша природа и даже не природа других континентов, это выдуманные ландшафты, таких растений не существует. Это все фантазия художника и небо таким цветом не бывает, но очень красиво и необычно. На каждой стене разное время года и растения разные. Сначала я рассматривал рисунки, а потом закрыл глаза, и прижав к себе Киру заснул.