Танцующие с волками. Символизм сказок и мифов мира

Бену Анна

Три царства – медное, серебряное и золотое

 

 

Жил-был царь Горох с царицей Анастасьей Прекрасною, и было у них три сына.

Однажды случилась беда – утащил царицу нечистый дух.

В этой сказке мы опять встречаем четыре мужских принципа – царя и трех сыновей и один женский принцип – царицу. Сказка начинается с беды – женское начало крадет нечистый дух. Потеря влечет за собой поиски женского начала.

Поехал старший сын искать матушку и пропал, три года о нем вестей не было.

Отправился и второй сын на поиски матушки и тоже пропал без вести.

На поиски отправляется младший сын Иван-царевич – найти и братьев и матушку.

В родном доме остается только царь. Старое сознание, но накопившее определенный опыт, остается на троне сознания, пока молодые силы разума ищут обновление и богатство нового опыта. Двое старших пропали без вести.

Поиск женского начала и двух мужских принципов продолжает младший – познающий, ищущий разум.

Приехал Иван к синему морю. Вдруг прилетели на берег тридцать три колпицы, ударились о землю и стали красными девицами, разделись и бросились в воду. Пока они купались, Иван взял кушачок у той девицы, что всех краше, и спрятал за пазуху. Искупались девицы, стали одеваться, а одного кушачка нет. Попросила красна девица отдать ее кушачок. Иван взамен потребовал открыть, где находится его матушка. Девушка рассказала, что его мать живет у ее отца – Ворона Вороновича. «Ступай вверх по морю, попадется тебе серебряная птичка, золотой хохолок: куда она полетит, туда и ты иди».

Синее море – область эмоциональной сферы. Тридцать три птицы – качества небесной сферы, т. е. духовные начала, омывающиеся в чистых водах анимы – души. «Высокое летанье птиц имеет смысл ничем не стесняемой свободы, – пишет А. Потебня в своем исследовании «Символ и миф в народной культуре». Он также приводит примеры народных сравнений высоко летящей птицы со счастливым человеком.

При ударе о землю птицы превращаются в красных девиц. Небесные, свободные крылатые качества-мысли, соприкасаясь с земным, материализуются, обретают форму прекрасных качеств души-психеи. Иван крадет кушачок – пояс самой красивой девушки (см. «Пояс»). Пояс в традиционном русском костюме считался оберегом, символом радуги и солнечных лучей, опоясавших стан девушки. Пояс – линия, замкнутая в круг – символ организации хаоса. Иван крадет символ организации эмоциональной сферы. В его руках пояс гармонии крылатой психеи. Это дает Царевичу знание, где находится его матушка.

Иван-царевич отдал девушке кушачок, пошел вверх по морю и повстречал своих братьев.

Идут они вместе берегом, увидели серебряную птичку, золотой хохолок, и побежали за ней следом. Птичка летела, летела и бросилась под плиту железную, в яму подземельную.

Иван – ищущее сознание, поднимаясь вверх по морю, т. е. эволюционируя, встречает здесь же братьев – логические принципы, занятые тем же процессом.

Серебряная птица с золотым хохолком – вестница небесной сферы. Серебро в народных представлениях связано с луной, а золото с солнцем. Солнце представлялось источником истины и правды, а луна светит отраженным светом – светом мудрости. Это птица мудрости, несущая свет истины. Три брата – три активных логических начала следуют за крылатой мудростью. Но она исчезает под железной плитой, в подземелье. (Железо астрологически соответствует планете Марс – красной планете или железной планете.) Железная плита – символ прочной тяжелой материи, под которой скрыт вход в сферу подсознания.

– Ну, братцы, – говорит Иван-царевич, – благословите меня вместо отца, вместо матери. Опущусь в эту яму и узнаю, какова земля иноверная, не там ли наша матушка.

Братья его благословили. Спускался Иван ровно три года.

Ищущее сознание решает погрузиться в подземелье подсознания. Три года – три уровня – сфера логики и разума, сфера эмоций и сфера действий. Можно сказать, что Иван проникает в потаенные пещеры этих трех сфер.

Шел-шел, увидал медное царство. Во дворце сидят тридцать три девицы-колпицы, вышивают полотенца хитрыми узорами, – городками с пригородками.

– Здравствуй, Иван-царевич! – говорит царевна медного царства. – Куда идешь, куда путь держишь?

– Иду свою матушку искать.

– Твоя матушка у моего отца, у Ворона Вороновича. Он хитер и мудер, по горам, по долам, по вертепам, по облакам летал! Он тебя, добра молодца, убьет! Вот тебе клубочек, ступай к моей средней сестре – что она тебе скажет. А назад пойдешь, меня не забудь.

Иван-царевич покатил клубочек и пошел вслед за ним.

Приходит в серебряное царство. Там сидят тридцать три девицы-колпицы. Говорит царевна серебряного царства:

– Доселева русского духа было видом не видать, слыхом не слыхать, а ныне русский дух воочью проявляется! Что, Иван, от дела лытаешь али дела пытаешь?

– Ах, красная девица, иду искать матушку.

– Твоя матушка у моего отца, у Ворона Вороновича. Эх, царевич, ведь он тебя убьет! Вот тебе клубочек, ступай-ка ты к меньшой моей сестре – что она тебе скажет: вперед ли идти, назад ли вернуться?

Приходит Иван-царевич к золотому царству. Там сидят тридцать три девицы-колпицы, полотенца вышивают. Всех выше, всех лучше царевна золотого царства – такая краса, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Говорит она:

– Здравствуй, Иван-царевич! Куда идешь, куда путь держишь?

– Иду матушку искать.

– Твоя матушка у моего отца, у Ворона Вороновича. Эх, царевич ведь он тебя убьет! На тебе клубочек, ступай в жемчужное царство: там твоя мать живет. Увидя тебя, она возрадуется и тотчас прикажет: няньки-мамки, подайте моему сыну зелена вина. А ты не бери, проси, чтоб дала тебе трехгодовалого вина, что в шкапу стоит, да горелую корку на закусочку. Не забудь еще: у моего батюшки есть на дворе два чана воды – одна вода сильная, а другая малосильная. Переставь их с места на место и напейся сильной воды.

Итак, Иван встречает три царства, где живут дочери Ворона и четвертое – жемчужное, где живет сам Ворон и мать Ивана.

 

Медное царство

Медь – полезный мягкий металл желто-красного оттенка. (Астрологически медь соотносится с планетой Венера. Астрологические качества Венеры – красота, любовь, творчество, вдохновение. Исходя из этого, можно сказать, что Медное царство – мир красоты и творчества.)

Девицы-колпицы живут под землей, в медном царстве и вылетают на белый свет в виде птиц. В подсознании лежит мир вдохновенной красоты, источник творчества, проявляющийся в сознании крылатыми поэтическими идеями – птицами.

Царевна медного царства дает клубочек ищущему сознанию, ведущий к серебряному царству – более драгоценному (см. «Волшебный клубочек»).

 

Серебряное царство

Серебро – драгоценный металл. В народных представлениях серебро связано с луной. Луна светит ночью серебристым светом.

Ночь – противоположна дню. Если день и солнечный свет – символ жизни, то ночь и мрак – символ смерти. Если днем все явно и открыто, понятно, то ночью все сокрыто и таит в себе загадки. Луна светит отраженным светом солнца, отражает истину. Истина отражается в мудрости. Серебряное царство – царство мудрости, мерцающее в ночи, приоткрывающее покровы тайны.

Причем царевна серебряного царства обращается к Ивану со словами, присущими Бабе Яге. «Доселева русского духа было видом не видать, слыхом не слыхать, а ныне русский дух воочью проявляется!»

Баба-яга – символ трансформации (см. о Бабе Яге). Иван попадает в ночь своего подсознания, где хранятся драгоценности мудрых тайн, ведущих к трансформации. «Русский дух» обычно не заглядывает в эту область, «а ныне воочью проявляется». Можно сказать, что сознание, обитающее в осознанной сфере личности, обычно не погружается в эту противоположную часть – сферу подсознательного. В данном случае – Иван, ищущее сознание, проявляется в области подсознательного, еще не до конца осознанного им.

 

Золотое царство

«По собственному значению золото относится к свету» (А. Потебня. «Символ и миф в народной культуре»).

Золото – самый драгоценный металл в народном представлении. (Астрологически – металл солнца.) Это самое высшее царство – царство света истины. Герой – ищущее сознание полюбил царевну именно золотого царства – источник истины. И этот источник дает знания о том, как победить Ворона и спасти матушку.

 

Жемчужное царство

Жемчуг образуется на дне моря в раковине моллюска из песчинки. Песчинка – нечто инородное, попавшее за створки ракушки извне, может быть, даже мешающее жизни моллюска, его усилиями превращается в белый мерцающий шар. Простая песчинка стала драгоценностью. Так и в жизни человека – в наш дом-сознание попадает извне множество хаотичных песчинок, приносящих боль, и только от нас зависит, станут ли они жемчужным ожерельем гармонии.

Итак, Ворон унес матушку-психею в сферу подсознания, в ту часть, где на дне происходит превращение песчинок в жемчуг. Но эти драгоценности могут так и остаться на дне, запертые в ракушке ограничений, если их не поднять в сферу осознания, не вынести на белый свет.

Из области сознательного герой спускается в подсознание, но в этом подсознании есть гораздо более высокие уровни, чем его сознание.

Все четыре царства медное, серебряное, золотое и жемчужное связаны царевнами для Ивана путеводными нитями-клубочками. Три царевны подземных царств – сестры, т. е. источники красоты и творчества, мудрости и истины родственны и связаны нитями взаимодействия.

Вода сильная и малосильная

От сильной воды силы прибывают, а от малосильной исчезают. Что должна нести в себе вода, чтобы отнимать силы? Казалось бы, это противоречит качествам воды. Вода обычно очищает, растворяет грязное, тяжелое и тем самым дает силы.

Вода, в отличие от огня, растворяет в себе вирусы и может переносить болезни. Огонь очищает полностью, сжигая зараженное. (Так раньше при помощи огня боролись с чумой, холерой и др.) Вода, несущая в себе вирусы болезни, отнимает силы. Что такое болезнь в символическом смысле? Это поражение хаосом гармонии организма, нарушение законов порядка и равновесия. Заболеть может и разум, и душа и тело, т. е. утратить гармонию. Испить малосильной воды – значит, утратить гармонию.

Долго царевич с царевной разговаривали и так полюбили друг друга, что и расставаться им не хотелось; а делать было нечего – попрощался Иван-царевич и отправился в путь-дорогу.

Шел, шел, приходит к жемчужному царству. Увидала его мать, обрадовалась и крикнула:

– Мамки-няньки! Подайте моему сыну зелена вина.

– Я не пью простого вина, подайте мне трехгодовалого, а на закуску горелую корку.

Выпил трехгодовалого вина, закусил горелою коркою, вышел на широкий двор, переставил чаны с места на место и принялся пить сильную воду.

Когда в сказках герой пьет вино – это означает подкрепление воли, усиление своего Я. Трехгодовалое вино – укрепление «Я-сознания» на трех планах – в сфере идей, эмоций и действий. Знания об этом трехгодовалом вине и сильной и малосильной воде ему дает царевна золотого царства – истина. Следовательно, Иван – сознание, испив вина и сильной воды, обретает духовные силы.

И теперь он способен отличить истиное от ложного, только после этого он побеждает Ворона.

Знание о том, какое вино пить и какую воду, дает Ивану не мать, а царевна золотого царства. Если бы он последовал совету матери – выпить зелена вина, то был бы убит Вороном. Мать здесь олицетворяет ту часть души-психеи, которая подверглась заблуждениям и стремится вовлечь и Ивана – сознание в область иллюзий и энтропии.

Вдруг прилетает Ворон Воронович; был он светел, как ясный день, а увидал Ивана-царевича – и сделался мрачней темной ночи; опустился к чану и стал тянуть бессильную воду.

Тем временем Иван-царевич пал к нему на крылья. Ворон Воронович взвился высоко-высоко, носил его и по долам, и по горам, и по вертепам, и облакам и начал спрашивать:

– Что тебе нужно, Иван-царевич? Хочешь – казной наделю?

– Ничего мне не надобно, только дай мне посошок-перышко.

– Нет, Иван-царевич! Больно в широки сани садишься.

И опять понес его Ворон по горам и по долам, по вертепам и облакам. Иван-царевич крепко держится; налег всею тяжестью и чуть-чуть не обломал ему крылья. Вскрикнул тогда Ворон Воронович:

– Не ломай ты мои крылышки, возьми посошок-перышко!

Отдал царевичу посошок-перышко; сам сделался простым вороном и полетел на крутые горы.

Ворон унес матушку – психею из сферы осознанной в неосознанную. Ворон – отец царевен медного, серебряного и золотого царств. Но он держит их под землей, на «белый свет» они вылетают лишь на время в виде птиц. И Ворон, и его дочери способны подняться в сферу сознания, но дом их пока в неосознанной сфере. Ворон заточает прекрасное эмоциональное начало – аниму-матушку на дне в сфере неосознанной. Т. е. из сферы проявленной Ворон возвращает к непроявленному состоянию, состоянию небытия, из которого все рождается. Жизнь, бытие – проявление противоположны небытию и смерти. Черный ворон в народном представлении символ смерти. То, что не осознается человеком, для него не существует. В сказке о Царевне-лягушке Кощей уносит царевну в свое царство и герой вынужден ее искать. В индийском мифе о Раме и Сите, Ситу уносит демон Раввана на остров Шри-Ланка. Рама не знает, кто похитил Ситу и где она находится. Он вынужден искать свою возлюбленную. В сказке о трех царствах Иван также не знает, кто унес матушку и где она находится. Но в отличие от Кощея, Змея Горыныча и демона Равваны, Ворон Воронович – отец царевен, являющихся позитивными, прекрасными, мудрыми началами. Небытие темно и покрыто мраком, покровом тайны. Я предполагаю, что Ворон здесь – это то небытие, из которого рождается мир и в которое возвращается то, что свершило круг жизни. Небытие, таящее в себе семена жизни. Небытие противоположно бытию, поэтому Ворон не отпускает своих дочерей и матушку-психею в сферу бытия. Для того чтобы извлечь из своего океана небытия на поверхность сознания в сферу жизни драгоценные качества души-психеи, сознанию необходимо подчинить себе и свое небытие, процесс энтропии. Когда Ивану-сознанию это удается – усмирить крылья Ворона, царевич получает посошок-перышко, а Ворон Воронович становится обычным вороном. Т. е. Ворон теряет власть над сознанием – Иваном и сферой подсознательного. Теперь эта сфера подвластна сознанию.

Иван – ищущий разум – побеждает все проявления хаоса в самом себе в виде змея, Вихря, Ворона Вороновича – нечистого духа, Кощея, освобождая свою душу-храм из их плена.

Царицу унес в подземельное царство нечистый дух. И в его владениях было и золотое царство, и серебряное, и медное, и жемчужное. И только потом они вышли из подземелья в виде клубочков разного цвета – медного, золотого, серебряного. Из плена иллюзий, из сферы неосознанности. Сначала Иван борется с Вороном, он думает, что тот реален. Иллюзии же нереальны. И, когда царевич его побеждает, Ворон Воронович – нечистый дух, становится обычным Вороном. Просто птицей черного цвета, после чего все царства, которыми Ворон владел, освобождаются.

Посошок-перышко. Посох служит для опоры в пути. Перо – символ небесной сферы, нематериального, духовного начала. Владеть посошком-перышком – это способность опираться на «небо» самого себя, на духовные качества.

Иван-царевич пришел в жемчужное царство, взял свою матушку и пошел в обратный путь. Смотрит – и жемчужное царство клубочком свернулось да вслед за ним покатилося.

Пришел в золотое царство, потом в серебряное, а потом и в медное, взял с собою трех прекрасных царевен, а те царства свернулись клубочками да за ними покатились.

Клубочек, который постоянно развертывается, катится и указывает путь – символ бесконечного развития. Бесконечное развитие его золотого царства, серебряного и медного. Царство, свернутое в клубочек – символ познанных нитей этого царства и смотанных в клубок, т. е. собранных в эссенцию, из которой в любой момент можно извлечь золотые или серебряные нити мысли.

Подходит к веревкам и затрубил в золотую трубу. Позвал братцев. Братья услыхали трубу, ухватились за веревки и вытащили на белый свет душу красну девицу, медного царства царевну. Увидали ее и начали меж собою ссориться: один другому уступить ее не хочет.

– Что вы бьетесь, добрые молодцы! Там есть еще лучше меня красная девица.

Царевичи опустили веревки и вытащили царевну серебряного царства. Опять начали спорить и драться.

– Не ссорьтесь, добрые молодцы, – говорит царевна серебряного царства, – там есть краше меня девица.

Царевичи перестали драться, опустили веревки и вытащили царевну золотого царства. Опять было принялись ссориться, да царевна-красавица тотчас остановила их:

– Там ждет ваша матушка!

Вытащили они свою матушку и опустили веревки за Иваном. Подняли его до половины и обсекли веревки. Иван-царевич полетел в пропасть, крепко ушибся и полгода лежал без памяти. Очнувшись, посмотрел кругом, припомнил все, что с ним сталося, вынул из кармана посошок-перышко и ударил им о землю. В ту ж минуту явилось двенадцать молодцев.

– Что, Иван-царевич, прикажете?

– Вынесть меня на вольный свет.

Молодцы подхватили его под руки и вынесли на вольный свет.

Братья – это рассудочная деятельность, которую «я-сознание» еще не трансформировало. Это те концептуальные начала, которые желают обладать дарами, талантами, вынесенными из подсознания, а не сотворчествовать в союзе с прекрасным. Иван-сознание еще не распознал в самом себе эти искаженные начала, вводящие разум и душу в иллюзии, поэтому доверяет им владение прекрасными качествами мудрости, которые он вынес из глубины своего подсознания. И эти заблуждения– братья режут веревки. Иван-сознание снова опускается на дно самого себя. Но его предыдущая победа над Вороном дарует опору в мудрости, в духе.

Двенадцать молодцев – это могут быть двенадцать месяцев (и двенадцать знаков зодиака). Год поделен на двенадцать месяцев, каждый обладает своими качествами и силами (см. «Двенадцать»).

Весна

Весенние месяцы пробуждают природу от сна. Это начало нового бытия, процветания, новой жизни, нового цикла, засевание семян в плодородную, напитанную влагой и солнцем почву. Это также и семена идей и чувств. Весна человека – это молодость. Весна – это и начало нового дела, воплощение в жизнь новой идеи.

Лето

Пора вызревания и активной работы. Это зрелость человека, его труды на ниве жизни. Это и борьба с сорными травами страстей и мыслей, маета от роящейся и жалящей мошкары иллюзий. Это наслаждение красотами бытия сознания.

Осень

Время сбора урожая. Приближение к старости, собирающей спелые плоды жизненного пути. Осуществление предназначения, достижение цели и приглашение к своему праздничному столу всех желающих вкусить щедрые дары вдохновения.

Зима

Покой природы. Это старость человека, принесшая ему тишину мудрости, успокоение и примирение истины. Это тихий взгляд в небеса самого себя в ожидании перехода из этого мира. Белизна снега как символ чистоты покровов ума и души. Все, что жужжало, жалило, шалило и мешало летом, улеглось и исчезло. Чистота и покой.

Двенадцать месяцев – это замкнутый цикл, круг бытия. Год, поделенный на отрезки, каждый из которых несет свой смысл.

Природа сменой времен года являет образ созидательного пути человека. От радости весеннего цветения молодости до мудрой старости. Весной все деревья – и молодые и очень старые покрываются новой листвой. Яблоня до самой смерти покрывается цветами. Так и человек способен созидать, рождать новое, благоухать цветами мыслей и чувств до самой смерти.

Конечно, не для каждого человека жизнь – это путь к истине, для кого-то завершение жизни – это болезнь, слабость и горечь. Но мир вокруг нас, сама природа негласно проповедует иную цикличность бытия, где после каждого завершенного плодотворного периода следует покой и возрождение.

Двенадцать молодцев, исполняющих желания героя – сознания, это производительные силы жизненных ритмов. Это сама жизнь, законы цикличности бытия: рождения, роста, плодоношения, смерти и возрождения. Иван, ищущее сознание, владеет посошком-перышком – опорой на духовную силу этих законов бытия, поэтому сила законов выносит его на поверхность – в сферу осознанного.

Стал Иван-царевич про своих братьев разведывать и узнал, что они давно поженились: царевна из медного царства вышла замуж за среднего брата, царевна из серебряного царства – за старшего брата, а его нареченная невеста ни за кого не идет. И вздумал на ней сам отец-старик жениться; собрал думу, обвинил свою жену в совете со злыми духами и велел отрубить ей голову. После казни спрашивает он царевну из золотого царства:

– Идешь за меня замуж?

Царь – сознание, влюбившись в царевну золотого царства – духовные качества души, убивает царицу – тоже эмоциональное начало, но как утверждает царь, вступившее в совет со злыми духами. Действительно, царица была похищена Вороном, названным нечистым духом, и была его спутницей в подземном царстве, т. е. мать-психея аналогична этой сфере бессознательного и сама не способна из раковины своих ограничений, со дна бессознательного подняться в сознательную сферу, чтобы в ней свободно плодоносить. Подобный сюжет встречается в индийском эпосе о царевиче Раме и его супруге Сите. Сита, увлеченная демоном Равваной на остров Шри-Ланка, была найдена и освобождена супругом – Рамой, но, уничтожив демона и вернув жене свободу, Рама отказывается жить с ней вместе, говоря: «Моя жена провела много дней во владениях другого мужчины. Он осквернял ее нечистыми помыслами и взглядами. Я не могу принять ее как свою супругу после этого». Тогда Сита принимает решение взойти на костер, чтобы, пройдя испытание огнем, доказать свою чистоту: «Я провела много дней с чужим мужчиной. С повелителем ракшасов, который низким обманом выманил и выкрал меня из дома моего благонравного супруга. Ничем я не могу доказать свою чистоту и свою верность супружескому долгу. Люди не поверят моим словам, и во многих семьях сможет воцариться нечестивость. Поэтому прошу я вас разложить самый большой и высокий костер. Я взойду на него. И если я нечиста, мои истлевшие в огне останки вы сможете выбросить, куда захотите». Сита входит в бушующее пламя, но оно не причиняет ей вреда. В пляшущих огненных языках появляется бог огня Агни, провозглашающий: «Вот перед вами самая чистая и непорочная из всех женщин мира, самая верная и преданная жена. Нет на ней ни малейшего греха, она невинна перед супругом, людьми и богами… Она прошла самое страшное из испытаний – испытание огнем, и ее беспорочность несомненна» (Н.Р.Гусева. Легенды и мифы Древней Индии. М., 2008).

Демон Раввана подобен Ворону Вороновичу. И тот и другой похищают прекрасное женское начало. Ворон уносит царицу в мир подземный – сферу подсознания. Демон Раввана, влюбившийся в Ситу, крадет ее, заставив одного из демонов принять облик золотого оленя. Сита, прельстившись золотой шкурой оленя, просит Раму догнать его. Пока Рама охотится, Раввана уносит Ситу на остров Шри-Ланка – в обитель ракшасов, предлагая стать царицей этого острова.

«– Подними свой взор, прекрасная, огляди свои владения и свой народ. Здесь все отныне принадлежит тебе. Требуй. Приказывай, казни, милуй по своей воле, никто не посмеет возразит или не подчиниться.

Когда Сита, собравшись с духом, подняла глаза, ее охватил такой ужас, что она сразу же их закрыла. Ей почудилось, что она попала в царство бредовых снов. На площади толпились, жадно разглядывая ее, тысячи ракшасов. Никого и ничего страшнее она в своей жизни не встречала. Они не были одинаковыми, но отличались один от другого только разными уродствами. Каждый был исковеркан злобой собственной души, каждый носил печать своих нечистых помыслов, коварных намерений и жестоких поступков» (Н.Р. Гусева. «Легенды и мифы Древней Индии»).

Море – символ эмоциональной сферы, где воцарился остров зла, хаоса и иллюзий. Сита, олицетворяющая прекрасную эмоциональную сферу, попала в этот источник мрака, так как вовлеклась в обман – приняла демона за чудесного оленя с золотой шерстью. Рама, прибыв на остров и победив демонов, отказывается от той, за которой пришел, он не хочет соединяться с Ситой – той сферой своей души, которая способна быть увлеченной демоном, принимающим вид прекрасных вещей и явлений. Раввана видом золотого оленя вверг Ситу в иллюзию. Но когда Сита узнает подлинный облик ракшаса, она отвергает все, что исходит от Равана, не желая стать царицей чудовищного мира демонов. Сита отвергает все драгоценности и подарки Равваны, отказывается жить во дворце, избрав своим жилищем место под деревом ашоки в саду. Оказавшись в обители зла и хаоса, душа-психея ни на миг не теряет бдительности, отвергая все прояления и заманчивые предложения союза с миром заблуждений и источником иллюзий. Сита всходит на костер, чтобы доказать свою невинность и непричастность к этим хаотичным силам. Огонь – символ очищения и преображения (см. «Стихии»). В огне сгорает все нечистое, не подобное огню. Войдя в пламя и оставшись не тронутой им, Сита уподобляется самому этому пламени, т. е. силе очищения и преображения.

В сказке о трех царствах мать-царица не преображается, она погибает, но ее место занимают другие качества эмоциональной сферы, более прекрасные – царевны медного, серебряного и золотого царств. Погибает царица, так как оказавшись в царстве стихийного, хаотичного начала, она уподобилась ему, стремясь содействовать уничтожению позитивного начала – Ивана-сознания. Оказавшись в царстве иллюзий, царица, в отличие от Ситы, живет в жемчужном царстве, ни от чего не отказываясь, т. е. уподобляясь иллюзиям.

«Отец-старик» – это старое инертное сознание, представляющее собой «застывшие и окаменевшие доктрины и формулы» (Мария-Луиза фон Франц), хочет жениться на царевне золотого царства – источнике истины в душе. Истина не уживается с догмами и рамками, так как сама границ не имеет. Эти два начала – красота истины и концепции не аналогичны друг другу, поэтому соединиться в плодотворном союзе не могут.

– Тогда пойду за тебя, когда сошьешь мне башмаки без мерки.

Царь приказал клич кликать, всех и каждого выспрашивать: не сошьет ли кто царевне башмаков без мерки?

На ту пору приходит Иван-царевич в свое государство, нанимается у одного старичка в работники и посылает его к царю:

– Ступай, дедушка, бери на себя это дело. Я тебе башмаки сошью, только ты на меня не сказывай.

Старик пошел к царю:

– Я-де готов за эту работу взяться.

Царь дал ему товару на пару башмаков и спрашивает:

– Да потрафишь ли ты, старичок?

– Не бойся, государь, у меня сын чеботарь.

Воротясь домой, отдал старичок товар Ивану-царевичу; тот изрезал товар в куски, выбросил за окно, потом растворил золотое царство и вынул готовые башмаки:

– Вот, дедушка, возьми, отнеси к царю.

Царь обрадовался, пристает к невесте:

– Скоро ли к венцу ехать?

Царевна – возвышенная одухотворенная душа, дает задание сшить башмаки без мерки.

 

Башмачки золотого царства

Башмаки носят на ногах. Ноги даны для передвижения, поэтому они символ пути (см. «Три пары железных башмаков»). Башмаки из золотого царства – это стези благоухающей истины. Иван изрезал ткань на башмаки, данную старым царем, т. е. ищущее и обновленное сознание отвергает материю старого разума, старых концепций, которыми пути к истине не проложишь. Башмаки без мерки – красоту истины в душе невозможно измерить, так как природа ее бесконечна и безгранична. Иван растворяет золотое царство, а оно как мы помним, в виде золотого клубочка, золотой сферы. Из сферы истины души, которую герой извлек из глубин неосознанного, сознание берет башмаки – волшебные шаги одухотворенной психеи, путь возвышенной души.

Царевна отвечает:

– Тогда за тебя пойду, когда сошьешь мне платье без мерки.

Царь опять хлопочет, собирает к себе всех мастеровых, дает им большие деньги, только чтоб платье без мерки сшили. Иван-царевич говорит старику:

– Дедушка, иди к царю, возьми материю, я тебе платье сошью, только ты на меня не сказывай.

Старик поплелся во дворец, взял атласов и бархатов, воротился домой и отдал царевичу. Иван-царевич тотчас за ножницы, изрезал на клочки все атласы и бархаты и выкинул за окно; растворил золотое царство, взял оттуда что ни есть лучшее платье и отдал старику:

– Неси во дворец!

Сшить платье без мерки – соткать покровы неизмеримой глубине одухотворенной души. Что есть ее золотые покровы? Это прекраснейшие чувства – любви, милосердия, вдохновения, радости, в которые облекается истина и предстает в доступном пониманию образе. Атласы и бархаты застывших концепций и догм «я-сознание» уничтожает, извлекая из злотого клубочка-царства то, что золотой психее принадлежит.

Царь радехонек:

– Что, невеста моя возлюбленная, не пора ли нам к венцу ехать?

Отвечает царевна:

– Тогда за тебя пойду замуж, когда возьмешь старикова сына да велишь в молоке сварить.

Царь не задумался, отдал приказ – и в тот же день собрали со всякого двора по ведру молока, налили большой чан и вскипятили на сильном огне.

Привели Ивана-царевича; начал он со всеми прощаться, в землю кланяться; бросили его в чан: он раз нырнул, другой нырнул, выскочил вон – и сделался таким красавцем, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Говорит царевна:

– Посмотри-ка, царь! За кого мне замуж идти: за тебя ли, старого, или за него, доброго молодца?

Царевна не соглашается соединиться со старым отжившим инертным сознанием, но только с таким, которое способно проложить стези возвышенной красоты (башмаки без мерки) и соткать покровы для светлых чувств (платье без мерки).

Молоко. Сварить в молоке

Белый цвет молока в противоположность черному цвету, ассоциируется с идеей чистоты, неопятнанности. Молоко – пища младенцев человека и животных.

Мотив погружения героя в кипящее молоко сравним с мотивом «творения-пахтания мира (космогонический контекст), с одной стороны, и с представлениями о зарождении и утробном развитии ребенка (эмбриогонический контекст) – с другой.

В связи с мотивом отвердения, сгущения, создания материальной основы, предшествующей появлению человека, следует отметить выражение «сырое молоко», обозначающее молозиво – густое молоко до и после родов. Такое молоко осмысляется как продукт творожения (в народных говорах сыром часто называют творог) и служит верным признаком зарождения новой жизни; сам плод выступает как своего рода результат «створаживания» (сгущения) молока. Этот мотив эксплицитно выражен в загадках о беременности, которая описывается в «творожных» терминах: «Под полом, полом стоит кринка с творогом». Ассоциации формирования Творцом тела человека с творожением встречаются в Книге Иова: «Не ты ли вылил меня, как молоко, и, как творог, сгустил меня; кожею и плотию одел меня, костьми и жилами скрепил меня» (Иов. 10: 10–11).

Продолжение этой темы обнаруживается и в свадебной обрядности. В Вятской губ. в церковь (на венчание) привозили сыр с целью обеспечения деторождения (ср. выражение «Сыр забыли в церкви, молодушка безребятница будет»); в Московской губ. обряд одаривания молодых называется сыром обносить, сыр молить; угощение на второй день свадьбы носит название сырный день, сырный стол, сырный обед. Отметим также обычай преподнесения почетного сыра зятьям в Петров день на второй год брака (Архангельская губ.) и имеющий более сложные причинно-следственные связи словацкий обычай кормить девочек сваренным и, вследствие этого, похожим на творог молоком, чтобы отелилась корова.

В свете сказанного вряд ли можно назвать случайным существование устойчивого сравнения ребенка с сыром в русских и белорусских свадебных песнях: «(…) Роди ты мне сына; / Как белаго сыра (…)»; «(…) Ражу тебе сына / Як белыга сыра (…)» (Д. А. Баранов, Б. Л. Мадлевская. «Образ лягушки в вышивке и мифопоэтических представлениях восточных славян»).

Сыр получается в результате кипячения молока, молочных продуктов. Как мы видим выше, в народных представлениях молоко и сыр, полученный в результате кипения молока, ассоциируются с рождением ребенка. Нырнув в кипящее молоко, сознание пахтает заново свой мир, обновленный способ мышления. Таким образом, можно сделать вывод, что погружение героя в котел кипящего молока символизирует перерождение, преображение героя.

Огонь – символ трансформации, очищения, просвещающего знания. Итак, ищущее «я-сознание» погружается в кипящее молоко – трансформирующую, очищающую среду, в то же время питающую обновляющим знанием. Вынырнув из кипящего котла, Иван сделался сказочным красавцем. Т. е. сознание, избавившись от всего наносного, иллюзорного, становится свободным, ясным, просветленным.

Царь подумал: «Если и я в молоке искупаюся, таким же красавцем сделаюся!»

Бросился в чан и сварился в молоке.

А Иван-царевич поехал с царевной из золотого царства венчаться; обвенчались и стали жить-поживать, добра наживать.

Царь – косное сознание тоже решает преобразиться, но он не аналогичен трансформирующей силе огня и чистоте молока. Он не прошел пути Ивана-царевича – поиска погруженной в небытие психеи, победы над неосознанностью и энтропийными процессами (Вороном), познания в себе прекрасных качеств души (три царства). Чтобы преобразиться силой огня и не сгореть (подобно Сите и подобно Ивану в кипящем молоке), нужно иметь аналогии чистоты и способности преображаться. Косность и застывшие концепции не способны стать свободными, так как противоположны самой свободе. Поэтому царь погибает.

Знания о сильной и слабой воде, о том, как победить Ворона и преобразиться в кипящем молоке, дает сознанию царевна золотого царства – одухотворенная, осененная светом истины психея.

В конце повествования исчезают старый разум – царь Горох и царица – эмоциональная сфера, подверженная иллюзиям. А преображенное свободное сознание соединяется в плодотворном союзе с возвышенными началами психеи, золотом души.

В сказке «Медное, серебряное и золотое царства», в изложении А.Н.Толстого, есть ряд отличающихся символов. Золотоволосую царицу Настасью уносит не Ворон, а Вихрь.

Иван-царевич находит братьев у высокой стеклянной горы, которая «верхушкой в небо уперлась». Братья нашли след матушки.

«– Пойди-ка попробуй на эту гору взобраться, а у нас уже моченьки нет. Мы три года внизу стоим, наверх взойти не можем.

– Что ж, братцы, попробую.

Полез Иван-царевич на стеклянную гору. Шаг наверх ползком, десять – вниз кубарем. Он и день лезет, и другой лезет. Все руки себе изрезал, ноги искровянил. На третьи сутки долез до верху».

Иван идет искать матушку, братьям велит ждать его три года и три месяца.

В отличие от сказки в изложении Афанасьева, Иван не в подземелье спускается за матушкой, а наоборот, поднимается на высокую гору. Гора в небо упирается, т. е. Иван взбирается на «вершину» сознания, но путь этот труден – гора стеклянная скользкая, поэтому братья как инертная часть сознания не могут по ней взобраться к более совершенному состоянию.

Три дня поднимался Иван – три уровня: 1-й день – уровень материи и физических действий, материального сознания;

2й день – сфера эмоций и чувств;

3й день – сфера логики, разума, мудрости.

У медного царства «у ворот страшные змеи на медных цепях прикованы, огнем дышат. А подле колодец, у колодца медный ковш на медной цепочке висит. Рвутся змеи к воде, да цепь коротка.

Взял Иван-царевич ковшик, зачерпнул студеной воды, напоил змей. Присмирели змеи, улеглись. Он и прошел в медный дворец».

Огнедышащие змеи

Ворота охраняются огнедышащими змеями, которые усмиряются холодной водой. Огнедышащие – дышащие огнем, вернее выдыхающие огонь. Дыхание связано с эмоциональной сферой. Вдыхание огня – это кипящие возгорающиеся эмоции, которые нужно погасить «студеной водой» трезвого мышления, тогда вход станет свободным в драгоценный дворец сознания.

То же происходит и у врат серебряного царства, и у врат золотого.

Прежде чем пройти в ворота медного царства – красоты, царства мудрости – серебряного, царства истины – золотого и царства чистоты – жемчужного, Иван-сознание усмиряет «огнедышащие» эмоции, мешающие войти в эти прекрасные сферы.

Царевны всех трех царств говорят, что их в неволе держит Вихрь, и просят взять с собой «на вольный свет».

Вихрь прячет золотоволосую царицу, прекрасных царевен и их царства на стеклянной горе, т. е. делает их недоступными осознанию. Ставит у врат огнедышащих змей – эмоциональные кипящие вихри. Качества красоты, любви, мудрости, истины живут высоко в недосягаемой сфере. Но ищущее сознание – Иван поднимается в «небо» самого себя и обнаруживает там сокровища. Что значит выпустить на «вольный свет»? Т. е. сделать осознаваемыми, сделать эти возвышенные царства частью своего сознания.

Волшебная вода в двух кадках в этой сказке называется еще точнее – вода сильная и бессильная.

Иван отсекает Вихрю голову, забирает матушку и трех царевен. «Зашли за Еленой Прекрасной. Она золотым яичком покатила – все золотое царство в яичко запрятала.

– Спасибо тебе, – говорит, – Иван-царевич, ты меня от злого Вихря спас. Вот тебе яичко, а захочешь – будь моим суженым».

Золотое царство здесь не в виде клубочка, а спрятано в золотом яйце – космогоническом символе мира, бытия.

Вместо посошка-перышка у Ивана – палица Вихря. Если перекинуть ее с руки на руку, появляются Хромой да Кривой, исполняющие любые три желания. Первое желание Ивана – поесть, второе – отдохнуть, а третье – оказаться дома в «своем царстве-государстве».

Счастливое завершение сказки повествует о том, что Иван и Елена Прекрасная сыграли свадьбу в золотом дворце, появившемся из золотого яйца на седьмой версте у моря.

Проведем сравнительный анализ европейских сказок о Золушке с русской сказкой «Золотой башмачок».

Начнем с одной из самых известных версий – сказки Шарля Перро.