100 великих рекордов животных

Бернацкий Анатолий Сергеевич

Самые странные способы размножения у животных

 

 

Странные способы размножения у простейших

Как и подавляющее большинство простейших, инфузории пола не имеют. И тем не менее с некоторой натяжкой их все-таки можно назвать гермафродитами. Действительно, если ядро, которое перемещается в тело инфузории-партнера, назвать «мужским пронуклеусом», а остающееся на месте – «женским пронуклеусом», то аналогия получится довольно близкая: мужской пронуклеус – это сперматозоид, а женский – яйцеклетка.

Особенно хорошо заметна эта аналогия у тех видов инфузорий, у которых особи во время конъюгации не прикрепляются боками, а лишь взаимодействуют друг с другом с помощью сцепленных ресничек, которые окружают их ротовые отверстия. У этих инфузорий индивиды обмениваются мужскими пронуклеусами не через цитоплазматическую перемычку, а через ротовые отверстия.

Конъюгация инфузорий

При этом каждое такое ядро, прежде чем попасть из тела своего хозяина в цитоплазму партнера, должно проплыть некоторое расстояние в воде. Для этих целей «мужской пронуклеус» имеет и соответствующее строение: утолщенную «головку» и удлиненный подвижный «хвостик», придающий ядру инфузории повышенную подвижность. Таким образом, мужской пронуклеус инфузорий и впрямь во многом похож на сперматозоид высших животных.

Сам же процесс конъюгации, или спаривания у инфузорий, происходит не хаотично, а в соответствии с определенными правилами. Так, в качестве половых партнеров они выбирают лишь тех особей своего вида, которые относятся к своей разновидности, или, как говорят зоологи, «вариетету».

Кроме того, инфузории имеют так называемые «типы спаривания», число которых у разных видов в пределах вариетета может колебаться от 2 до 15. В соответствии с «правилами» участвовать в «половом акте» могут лишь те особи, которые относятся к разным типам спаривания.

Случается, что, например, инфузория «А», не нашедшая для спаривания соответствующего типа, пытается даже конъюгировать с мертвой особью любого другого типа, но полностью игнорирует в качестве полового партнера индивидуума «А».

В ходе наблюдений за этими крохотными существами было установлено, что при выборе партнера инфузория пользуется особым химическим чувством. Так, когда в капле жидкости одновременно находились инфузории нескольких типов спаривания, то в первый момент все они, ринувшись навстречу друг другу, вскоре сбивались в плотный комок. Однако спустя некоторое время из этой густой массы начинали выплывать конъюгирующие парочки…

Таким образом, можно предположить, что у некоторых видов инфузорий имеется..15 разных полов. Впрочем, на этот счет у специалистов мнения не совпадают…

Не менее любопытным примером самых странных сексуальных отношений можно назвать жизненный цикл паразитического простейшего трихонимфы, каплевидное тело которого покрыто бахромой длинных жгутиков, часть которых на заостренном переднем конце топорщится наподобие пышных усов.

Так вот, эта трихонимфа в огромном количестве населяет кишечник древесных тараканов криптоцеркус и занимается тем, что переводит в усваиваемое состояние клетчатку, составляющую основу древесины, которой питаются тараканы.

Обычно это простейшее размножается простым делением. Однако в тот период, когда у таракана, приютившего этих миниатюрных созданий, начинается линька, все трихонимфы в одно время замирают, «одеваются» в плотные оболочки-цисты, внутри которых и делятся.

В ходе этого процесса внутри цист появляются две особи, различающиеся между собой как по размерам, так и по цвету. И когда после линьки таракана цисты лопаются, становится хорошо заметно, что эти две клетки представляют собой женскую и мужскую гаметы.

Оказавшись внутри тараканьего кишечника, более мелкие и темные гаметы начинают атаковать более крупных, которые к тому же еще и более светлого тона. И когда преследователю удается настигнуть женскую гамету-трихонимфу, он тотчас начинает буравить своим острым «носиком» ее овальную заднюю часть. И «трудится» он до тех пор, пока в конце концов целиком не заберется в тело своего партнера.

Оказавшись в нужном месте, клеточная оболочка мужской особи-гаметы растворяется, ее ядро направляется к ядру женской гаметы, где и объединяется с ним в одно целое. То есть происходит процесс, похожий на тот, который наблюдается в половых путях самок млекопитающих, когда сперматозоид оплодотворяет яйцеклетку.

Но среди инфузорий известны не только свободноплавающие в воде виды, но и такие, которые ведут неподвижный образ жизни, поскольку у них отсутствуют реснички. Называются эти простейшие сукториями, или сосущими инфузориями. Одни из этих организмов сидят на субстрате на более или менее длинных стебельках, у других стебельки и вовсе отсутствуют, а у третьих тело ветвится, словно стебель растения.

Питаются эти инфузории тоже весьма оригинально. Они имеют особые щупальцевидные придатки, с помощью которых животное сначала ловит добычу, а затем высасывает ее внутренности.

Но самым удивительным у этих микроскопических организмов является их размножение. У некоторых видов наблюдается очень своеобразный способ «внутреннего почкования». При этом способе внутри материнского тела образуется полость, в которой формируется почка-бродяжка. Наружу она выходит через специальное отверстие, сквозь которое «протискивается» с немалым трудом.

В продолжение разговора об интимной стороне жизни простейших хочется обратить внимание на один любопытный факт, связанный с размножением амеб. Оказывается, что если амебы не в силах сами справиться с размножением, то призывают на помощь «акушерку».

Так вот, когда амеба приступает к размножению, которое осуществляется простым делением, она первым делом удваивает свои носители наследственной информации, то есть хромосомы, и формирует второе ядро. И только после этого она, можно сказать, по-настоящему приступает к размножению: посередине амебной клетки образуется перетяжка, которая постепенно делит ее на две дочерние клетки.

С каждым мгновением эта нить, словно пуповиной соединяющая два организма, становится все тоньше, пока ее в конце концов не разрывают две новорожденные амебы, ползущие в разные стороны. Когда эта связка лопается, простейшие обретают право на самостоятельную жизнь.

Однако иногда у амебы появляются проблемы. Ее дочерние клетки, как ни упираются, а самостоятельно разорвать связку не могут. И порой, не выдержав столь напряженной работы, опять сливаются в одну клетку с двумя ядрами.

Вот в этот тяжелый для простейших момент им на помощь приходит еще одна амеба, которая внедряется между делящимися клетками и давит на связку до тех пор, пока та не разорвется.

Но как посторонняя амеба узнает о том, что у товарки возникли проблемы с родами? Ученые предполагают, что во время деления амебы выделяют особое химическое вещество, на которое и реагирует «амеба-акушерка». А, скорее всего, это комплекс веществ, включающий фрагменты белков, липидов и сахаров.

И действительно, когда исследователи микропипеткой отсасывали немного воды рядом с мучающимися в «родах» амебами и капали эту воду туда, где спокойно ползали их родственники, то те начинали сползаться к «роженицам».

Более того, достаточно было только перенести кончик пипетки с этой водой немного в сторону, и, откликаясь на сигнал о «помощи», «амебы-акушерки» ползли к… пипетке.

 

У червей

Но если у инфузорий процесс «спаривания» проходит мирно, то совсем иначе обстоят дела у одного из видов многощетинковых кольчецов. Впрочем, для строгой объективности следует заметить, что настоящего спаривания у них не происходит. В ходе «любовных игрищ» самец откладывает сперму прямо самке в рот, после чего тут же, не медля ни секунды, разрывает ее на части. Благодаря столь агрессивным действиям «жениха» сперматозоиды и оплодотворяют яйца, которые вываливаются из обрывков тела.

Спаривание дождевых червей

Своеобразную экзотику в процессе спаривания демонстрирует и 5-сантиметровая планария-гермафродит Pseudocerosbifurcus, населяющая Большой Барьерный риф. У этого червя имеется мужской совокупительный орган, расположенный на брюшной стороне тела. Когда происходит спаривание, этот орган выпячивается наружу и, подобно стреле, вонзается в тело партнера, выделяя сперму прямо ему под кожу. А дальше сперматозоиды, протискиваясь между клетками различных тканей, уже сами находят нужное им место.

Кстати, во время спаривания планарий Pseudoceros bifurcus наблюдаются довольно любопытные сцены: черви в буквальном смысле слова встают на дыбы, «лицом к лицу», и стремятся «осеменить» друг друга. Но, как ни странно, взаимности в этом деле у них почему-то нет. Вместо того чтобы руководствоваться, казалось бы, вполне логичным для этой ситуации принципом – «ты мне свой материал, а я тебе – свой», они, как установили зоологи, применяют другой девиз: «уколоть противника, но избежать укола самому».

И сражаются планарии в этой позе в среднем около 20 минут, но, в виде исключения, иногда – и целый час. При этом каждая «схватка» состоит примерно из семи раундов. Но в ходе этой дуэли черви наносят друг другу один, в редких случаях – два укола.

Впрочем, сексуальные турниры не всегда имеют место. Дело в том, что если на дыбы встает лишь один червь из дуэта, то спаривания обычно не происходит: планария, не пожелавшая участвовать в схватке, мирно уползает, оставив соперника наедине с надеждами на более продуктивную встречу.

Однако если оба соперника готовы сразиться и вступают в схватку, то в 75 % случаев успешно переносит сперму лишь тот, кто «уколол» противника первым, причем он же выделяет почти вдвое больше спермы, чем его сексуальный партнер.

К тому же более успешный червь увеличивает свои шансы перенести сперму на спину партнера, то есть ближе к тому месту, где находятся яичники. А вот менее расторопный червь, если и внедрит сперматозоиды, то, вероятнее всего, сделает это в области брюшка. А это значит, что с этого места им придется продвигаться к яичникам среди многочисленных разветвлений кишечника, что может привести к тому, что сперма попадет совсем не в то место, куда требуется, и станет для партнера порцией неплохого обеда.

Впрочем, пронзают тело своих «возлюбленных» во время спаривания не только планарии Pseudocerosbifurcus, но и другие плоские черви, а также пиявки, некоторые улитки, а также насекомые.

Таким способом вводят сперму, причем в любой участок поверхности тела самки и некоторые виды коловраток. Для эффективного осуществления такого осеменения у самцов над копулятивным органом находится особое приспособление, которым он прикрепляется к самке. Кроме того, в нижней части семенника находятся клетки, похожие на острые стилеты. Скорее всего, с их помощью самец и прокалывает тело самки. При таком способе оплодотворения спермии проникают в полость тела самки и проникают в яичник, где и происходит оплодотворение.

Интимная сторона жизни имеет свои любопытные особенности и у дождевых червей. Эти беспозвоночные, как известно, являются гермафродитами. Во время спаривания их головные концы направлены в разные стороны, а брюшные поверхности сначала плотно прижимаются одна к другой, а затем склеиваются слизистым секретом пояска – утолщенным участком эпидермиса на 32–37-м сегментах тела.

После этого сперма одного червя проходит в семяприемник второго червя. Здесь она и хранится. Черви затем разделяются, и поясок выделяет слизистую муфту с белковой жидкостью.

Проделав все эти действия, червь освобождается от муфты через свой передний конец. И когда она проходит мимо женских половых пор, в нее откладываются яйца. Когда же муфта движется мимо семяприемников, в нее изливается сперма. После того как муфта соскальзывает с головы червя, отверстия ее сжимаются и образуется веретеновидный кокон. Впоследствии из яиц внутри кокона развиваются крошечные червячки.

Пиявки, как выяснили зоологи, тоже не обошлись без экзотики в сфере интимных отношений. Дело в том, что эти черви практикуют… разные сексуальные позиции. Правда, основных у них все-таки две, которые имеют к тому же важный биологический смысл.

Так, в первой позиции «головы» копулирующих пиявок смотрят в одну сторону. Во второй – концы тел направлены в противоположные стороны.

При этом в первой позиции одна особь выполняет функцию самки, а вторая – самца. Во втором случае обе пиявки выполняют одновременно функции и самца, и самки, то есть одновременно оплодотворяют друг друга…

Удивительный эротический феномен продемонстрировал ученым паразит пресноводных рыб спайник парадоксальный, относящийся к типу плоских червей.

На стадии личинки это удивительное создание представляет собой листообразное существо длиной около 0,5 сантиметра. Для того чтобы выжить, личинке необходимо решить две главные задачи: сначала с помощью особых крючков и присосок прикрепиться к жабрам леща или какой-нибудь другой рыбы из семейства карповых, а затем – срочно встретиться с представителем своего вида, но противоположного пола.

И как только такая встреча происходит, самец и самка сначала присасываются друг к другу, а затем намертво срастаются срединными участками своих тел. В месте срастания половые протоки обеих особей объединяются в единую систему, где и происходит оплодотворение созревших яйцеклеток сперматозоидами самца. Личинки, которым не удастся найти партнера, обречены на гибель.

 

У моллюсков

Мы уже неоднократно убеждались в том, что в интимной жизни животных наблюдается удивительная пестрота не только в способах привлечения партнера, но и в самих органах размножения. Однако моллюски в этом отношении, наверное, перещеголяли всех. Взять, например, крошечного, всего полтора сантиметра длиной, самца осьминога аргонавта – обитателя поверхностных вод тропического и субтропического поясов Мирового океана.

Как и всякого живого существа, его основное предназначение – продлить свой род. А для этого он должен как минимум оплодотворить самку. Но случается, что удача отворачивается от аргонавта, и встретить желанную подружку в сезон размножения ему не удается. Но моллюск от этого особо не страдает, так как на этот случай у него имеется оригинальный оплодотворяющий орган: одна из восьми его щупалец – так называемый гектокотиль. Именно он и проделает ту мужскую работу, которую не удалось осуществить самому самцу.

И устроен гектокотиль как раз в соответствии со своей функцией. Он пронизан продольным каналом, который открывается наружу. Его самец и заполняет несколькими сперматофорами.

В какой-то момент эта щупальца отрывается от тела осьминога и отправляется на поиски самки. А ведь даже трудно представить себе такое. Но оно и впрямь так происходит.

В своих странствиях по океаническим просторам эта сексуальная щупальца, чтобы найти самку, вероятно, пользуется особым химическим чувством. Иначе говоря, гектокотиль ориентируется на специфические вещества, которые выделяет в водную среду самка. Нечто похожее наблюдается у некоторых водных животных, спермин которых по химическим знакам разыскивают женские гаметы.

Если поиски самки увенчались успехом, гектокотиль проникает в ее мантийную полость, которая раз в двадцать крупнее самца.

У этих осьминогов гектокотиль имеет довольно сложное строение. Внутри него находится туго скрученная «пружина» и особая «пробка», которая очень быстро растворяется под действием полостных жидкостей самки.

После разрушения «пробки» распрямляется и «пружина». При этом она разрывает стенки сперматофора, в результате чего сперматозоиды выбираются на свободу и начинают активно двигаться в сторону половых продуктов. Наконец-то миссия самца выполнена: его сперма получила доступ к яйцеклеткам…

Удивительные явления происходят при половых контактах аплизий – лишенных раковин морских улиток, вес которых иногда достигает 4,5 килограмма. Эти моллюски – настоящие гермафродиты, характеризующиеся внутренним оплодотворением. Причем, во время этого процесса аплизии образуют цепочки, состоящие порой более чем из десяти копулирующих животных. В этом сексуальном хороводе каждая улитка оплодотворяет свою соседку и, одновременно, сама оплодотворяется другой особью.

Гектокотиль осьминога аргонавта

Когда процесс оплодотворения завершился, моллюск откладывает более миллиона яиц, соединяя их, словно бусины, в длинный шнур, который посредством сокращения мышц репродуктивного мешка выталкивается наружу. После того как шнур достигнет определенной длины, улитка цепляет его конец верхней губой и, совершая головой монотонные движения взад и вперед, освобождает яйца из репродуктивной камеры.

В это же время специальная железа выделяет клейкое вещество, которое склеивает шнур в более компактную массу в виде мотка. После всех этих действий улитка надежно с помощью клейкого секрета прикрепляет эту массу яиц к твердому субстрату, где они и остаются до вылупливания…

А этот наземный брюхоногий моллюск, наверное, один из самых крупных в нашей фауне. Его раковина имеет высоту до пяти сантиметров, а ширину – до четырех с половиной!

Его латинское название хеликс помация, что значит – виноградная улитка. Раньше ее называли: крышечная, бургундская, яблоневая. А на Руси величали великорослой.

Домик-раковина этого моллюска напоминает большой светло-коричневый грецкий орех, расписанный четырьмя темными полосками. Он довольно крепок: выдерживает давление до 13,5 килограмма. Но если она все-таки получит повреждение, улитка с помощью особой жидкости, содержащей минеральные вещества, качественно отремонтирует пролом. И дней через десять даже трудно будет определить место повреждения.

Обитает эта улитка в сырых лиственных лесах, кустарниках, оврагах. В этих укромных местах она проводит лето, запасая питательные вещества, которые ей помогут пережить длительную зимовку.

А сигналом наступления этого периода служит ночное понижение температуры воздуха до 19–12 градусов.

Зимуют улитки в специально вырытых для этой цели особых зимовальных норках, глубина которых колеблется от 5 до 10 сантиметров. Иногда для зимовки они используют естественные неровности и углубления в почве или брошенные убежища мелких животных. Прикрытые листвой и снегом, улитки без особых проблем переносят зимние морозы.

Следует отметить, что эти моллюски могут выдерживать и значительные понижения температуры. Например, в лаборатории они в течение нескольких часов выдерживали температуру минус 7 градусов.

Такая температурная пластичность позволяет улиткам обитать в различных климатических поясах. Они одинаково хорошо себя чувствуют в Италии и Скандинавии, в Германии и Африке, на Кавказе и в Подмосковье.

С наступлением весны, когда воздух прогреется до 6–8 градусов, улитки просыпаются и отправляются на поиски пропитания. Перемещаются они в этот период со скоростью 6–7 сантиметров в минуту.

Подкрепившись молодой весенней растительностью, виноградные улитки начинают готовиться к размножению. Но прежде чем совершить этот ответственный шаг, они какое-то время предаются «любовным играм».

Но для этого улитке необходимо отыскать брачного партнера. Поэтому какое-то время она неторопливо передвигается в известном ей направлении. Иногда останавливается, приподнимает переднюю часть тела, словно к чему-то прислушиваясь и приглядываясь.

Когда две улитки встретятся, они, долго не мешкая, приступают к «флирту»: становятся одна напротив другой и максимально высовывают свои тела из раковин. При этом они постоянно ощупывают друг друга щупальцами и ротовыми лопастями, соприкасаются подошвами ног.

Длятся эти «объятия и поцелуи» недолго. Насладившись, улитки падают и, прижавшись друг к другу подошвами, около получаса лежат в неподвижности. Затем «любовная игра» снова возобновляется.

В целом же весь процесс «объяснения в любви» длится около двух часов. И когда он завершается, одно из животных, вероятно, достигшее большей страсти, вонзает в своего партнера «любовную стрелу», – особое известковое тельце, усиливающее возбуждение.

И уже после этого укола происходит сам процесс совокупления, во время которого каждая улитка одновременно является и самцом, и самкой. Продолжается процесс спаривания у нашей героини всего несколько минут. Однако у некоторых видов этот процесс растягивается на часы.

Но даже после сексуальной близости пройдет еще немало времени, прежде чем совершенно обессилившие моллюски обменяются сперматофорами.

И только когда все интимные действия будут окончательно завершены, улитки расползутся в разные стороны. Но даже тогда у каждой из них в ноге продолжаются сократительные движения, благодаря которым сперматофорам со сперматозоидами легче добраться до семяприемников…

 

У ракообразных

Разговор об интимных делах ракообразных, видимо, следует начать со строения и функционирования их живчиков, которые у этих животных весьма любопытны: они у многих раков не только практически неподвижны, но и имеют довольно причудливую форму.

Взять хотя бы галатею из отряда десятиногих раков. Сперматозоид у этого ракообразного состоит из двух овальных мешочков, связанных между собой тонким пояском, снабженных тремя длинными отростками. Причем один из этих мешочков имеет острый конец. В половой клетке заостренный мешочек соответствует головке «стандартного» сперматозоида, а другой овальный мешочек, или «хвостовая капсула» – его хвостовому отделу.

И как только живчик попадет в половые протоки самки, он сразу цепляется одним из своих отростков за случайно подвернувшееся движущееся мимо него яйцо. А еще через некоторое время он пускает в ход и два остальных своих «коготка». После этих действий сперматозоид уверенно закрепляется на поверхности яйца, как на треножнике, развернувшись при этом в сторону яйцеклетки головкой.

Спаривание раков

В это же время на заднем конце хвостовой капсулы появляется узкое отверстие. Через него в капсулу начинает поступать окружающая сперматозоид жидкость. В капсуле, в свою очередь, находится особое студенистое вещество, которое жадно впитывает влагу, разбухает и, наконец, уже не в состоянии поместиться внутри капсулы, с силой вылетает из ее заднего отверстия.

В то же время в результате «выстрела» сперматозоид получает обратный толчок и вонзается заостренной головкой в яйцеклетку. Теперь хвостовая капсула и отростки, словно ненужные ступени в ракете, отбрасываются, а головка целиком проникает внутрь яйца…

Морские желуди и морские уточки, относящиеся к торациковым ракообразным, отличаются от других представителей этого класса – речных раков, дафний, циклопов или крабов – тем, что они однажды прикрепляются ко дну стебельком, на котором находится защищенное известковыми пластинками тело, и всю жизнь, словно растения, проводят на одном месте.

В соответствии с подобным образом жизни у этих организмов возникла и довольно любопытная половая система и своеобразные особенности размножения. Так, в отличие от подавляющего большинства остальных членистоногих, почти все эти рачки являются гермафродитами, то есть каждая особь имеет как мужские, так и женские половые органы.

Из яйцеводов выходят яйца, которые попадают в мантийную полость. В свою очередь семяпроводы впадают в трубкообразный мужской совокупительный орган, который находится сразу позади пары грудных ножек.

При спаривании мужской половой орган высовывается из раковины, проникает в мантийную полость ближайшей особи и выделяет туда сперму, оплодотворяющую яйцеклетки. А так как морские желуди и морские уточки располагаются практически рядом друг с другом, перекрестное оплодотворение происходит без всяких проблем.

А вот у морских уточек из семейства скальпелида, которые обитают на значительной глубине и к тому же ведут в основном одиночный образ жизни, во время размножения происходят более сложные процессы. Например, у раздельнополых видов самки развиты нормально, а самцы большей частью имеют упрощенное строение и по одному или по двое находятся в мантийной полости самки, прикрепившись к стенкам.

Если же это виды-гермафродиты, то в мантийной полости каждой особи опять же находятся один или несколько «дополнительных» самцов «упрощенного» строения.

Наконец, у некоторых видов нормальные особи могут быть или «чистыми» самками, или же гермафродитами, причем и те и другие имею карликовых самцов.

Кстати, до сих пор ученые так и не выяснили, какие факторы определяют превращение личинки в самца, самку или гермафродитную особь. По некоторым сведениям, если личинка окажется в мантийной полости гермафродитной или женской особи, из нее впоследствии вырастет самец. Если же личинка обоснуется на неорганическом субстрате, то превратится в гермафродитную или женскую особь.

Весьма занятно ведут себя во время сексуальных игр клешненосные ослики, почти все виды которых живут на морском дне в трубках или норках собственного изготовления.

Так вот, во время размножения самец прежде всего забирается в трубку самки, и уже здесь «жених и невеста» в течение одиннадцати часов исполняют своеобразный танец любви, который состоит из нескольких партий.

Так, сначала самец преследует самку. Затем она переворачивается через голову, и оба партнера оказываются «лицом к лицу», касаясь один другого антеннами.

Спустя какое-то время «влюбленные» совершают новое действие: они поворачиваются друг к другу задними концами тела. Но чтобы эта часть действа имела успех, жениху приходится предварительно сделать «кувырок» через голову.

Наконец, самец оказывается лежащим на спине, а самка устраивается над ним. В этом «классическом» положении в течение 3-х секунд и происходит спаривание. После этого сексуального действа самец покидает «будуар» самки, а она закрывает в него вход…

Любопытные прелюдии предшествуют интимным контактам у многих десятиногих раков, к которым относятся такие хорошо известные виды, как крабы, креветки, омары, лангусты, раки-отшельники, речные раки.

Безусловно, чтобы возникли близкие отношения, особи противоположного пола должны найти друг друга. У разных видов это происходит по-разному. Так, самцы креветок находят самок, руководствуясь чувством обоняния и осязания. А сухопутные крабы пользуются для этого зрением: самцы издали замечают самок и сразу устремляются к ним.

Обычно спариванию всегда предшествует линька самки. При этом у многих крабов-отшельников, например, у камчатского краба и у некоторых настоящих крабов, накануне линьки происходит так называемое «рукопожатие», во время которого самец и самка стоят друг перед другом, и «жених» крепко держит в своих клешнях клешни «невесты». Кроме того, сопровождается эта процедура еще и приподниманием обоих партнеров на своих грудных лапах.

Продолжаться «рукопожатие» у некоторых раков может довольно долго: например, у камчатского краба оно длится от трех до семи дней. Заканчивается же эта своеобразная любовная поза линькой самки. Причем, согласно некоторым наблюдениям, самец в это время помогает самке освободиться от старого панциря. А вот у некоторых видов самцы ждут линьки самки, взобравшись к ней на спину.

И только после линьки самки наступает спаривание. У большинства видов самец передними брюшными ножками цепляет сперматофоры рядом с половыми отверстиями самки. А вот у крабов он вводит их в ее семяприемники. У некоторых же видов раков-отшельников самцы прикрепляют свои половые продукты к раковине, в которой живет самка.

У разных видов спаривание происходит по-разному. Например, некоторые креветки располагаются перпендикулярно друг к другу. А у речных раков, омаров и лангустов самка лежит на спине, а самец находится на ней в позиции лицом к лицу. У многих крабов и крабовидных отшельников самец сидит сверху, на спинной стороне самки.

Обычно самцы креветок, некоторых крабов, речного рака камбаруса спариваются с несколькими самками. При этом самкам некоторых видов для последующего оплодотворения яиц хватает одного спаривания в несколько лет, поскольку сперматозоиды в их семяприемниках все это время остаются вполне дееспособными. Например, самка американского голубого краба спаривается лишь однажды, когда ей «стукнет» три года. Но яйца она откладывает каждый год при средней продолжительности жизни 7 лет.

У мизид – небольших ракообразных, внешне похожих на креветок, процесс оплодотворения происходит ночью. Самец по запаху находит недавно перелинявшую самку, приближается к ней, затем исторгает в воду сперматозоиды и направляет их брюшными ножками в выводковую камеру самки.

У некоторых же видов самец ведет себя по отношению к самке довольно агрессивно: грудными ножками он схватывает ее на 1–2 секунды, в течение которых и с помощью полых отростков последнего грудного сегмента вводит сперму в ее выводковую сумку.

А вот омары, речные раки и раки-отшельники во время спаривания переворачиваются на спину. Креветки же в этой ситуации, лежа на боку, подгибают под себя брюшко, в результате между ним и нижней поверхностью груди возникает пространство, куда и попадают яйца.

 

У пауков

Обычно у пауков любовный экстаз заканчивается трагедией: самка просто-напросто съедает своего кавалера. Но бывают и исключения. Например, у пауков Nephila, у которых самка хотя и крупнее самца почти в 1000 раз, но каннибализмом не занимается. Почему? Сказать трудно. Возможно даже, что просто-напросто самка игнорирует миниатюрного самца как пищевой объект.

Однако самцы некоторых видов пауков ни при каких обстоятельствах не могут избежать смерти – они обречены. Например, паук вида Araneus pallidus и не пытаться убежать, потому что он не способен совершить акт любви самостоятельно.

Партнерша хватает «кавалера» за брюшко и помогает ему ввести щупальца в ее половое отверстие. А в качестве компенсации за оказанную помощь она поедает своего партнера сразу же после совокупления. Получается, что самец в данном случае служит чем-то вроде аппарата для оплодотворения. И хотя он, жертвуя собою, продолжает свой род, тем не менее судьба его не завидная…

Самка паука поедает самца

А вот самец австралийского красноспинного паука, прежде чем добиться желанной связи с самкой, ухаживает за ней несколько часов подряд, теребя нити ее паутины. А когда наступает время спаривания, он неожиданно прыгает прямо на ее острые хелицеры. И в такой позиции продолжает спариваться, хотя самка в это время с аппетитом его пожирает.

Парадокс? И – да, и – нет. Дело в том, что от подобного самопожертвования самцы красноспинного паука имеют определенную пользу. Оказывается, те кавалеры, которых съедают невесты, спариваются в два раза чаще, чем те, которые остаются в живых.

Кроме того, у самцов красноспинного паука задолго до того, как он приступит к спариванию, брюшко приобретает сплюснутую форму.

Чтобы понять, почему у пауков образуется такой ремень, ученые нанесли красноспинным самцам искусственные раны. Оказалось, что самцы со сплюснутым брюшком и жили дольше, и спаривались успешнее.

Возможно, сжатие помогает самцам выжить, отодвигая сердце и другие важные органы подальше от хелицер самки. Может быть, оно также уменьшает выделение жидкостей из тела паука.

Ученые обнаружили и другие виды пауков с аналогичными взаимоотношениями самцов и самок во время спаривания. Так, у шаровых пауков самцы неожиданно умирают во время совокупления с самкой. Возможно, гибель самца в столь ответственный момент препятствует спариванию самки с другими самцами, поскольку половой орган мертвого «кавалера» застревает в приемнике самки.

Самцы же золотистого шарового паука могут сохранить себе жизнь, если попытаются овладеть самкой как раз в тот момент, когда она трапезничает. А коль самцы остались живы во время спаривания, они увеличивают шансы оставить более многочисленное потомство, охраняя своих подружек от соперников.

А вот некоторые пауки пошли на определенную хитрость: чтобы избежать печальной участи своих соплеменников, они берут в жены самок еще тогда, когда они молоды и беспомощны. Кавалеры пеленают своих юных невест в паутину и неподалеку ждут, когда те сбросят детскую кожу и созреют для материнства…

Исключительные отношения существуют между самкой и самцом у пауков микромата. У этого вида самец втрое меньше самки, но именно он является нападающей стороной.

У этого вида самка всегда фактически является жертвой, а самец – охотником, ее подкарауливающим. Выследив самку, он кидается на нее сверху, прокусывает до крови брюшко и висит на нем до тех пор, пока «жертва» не успокоится. Тогда самец занимает удобную позицию и спаривается с «окровавленной» супругой. Иногда самец наносит несколько укусов, прежде чем самка покорится ему.

Самки паука аргиопы, или паука-осы, очень любвеобильны: на протяжении своей паучьей жизни они совокупляются со многими самцами. И изменить эту ситуацию самцы-партнеры не в силах. Зато они могут воспрепятствовать появление у самки потомства от соперников, с которыми самка вступает в половую связь.

Когда самец паука-осы находит половозрелую партнершу, он соблазняет ее, покачивая паутину ее гнезда. Качаясь в этом своеобразном гамаке, самка должна поддерживать себя, чтобы не потерять равновесия и не свалиться. Для этого она вытягивает свои длинные лапы так, что самец, который имеет небольшие размеры, легко пробирается под ее тело и осуществляет «задуманное»: наполненный спермой орган вводит в половое отверстие самки.

Но долго наслаждаться своим успехом самка ухажеру не позволяет, и обычно через несколько секунд атакует его и даже убивает, если он не успел вовремя убежать. Однако, даже пребывая в столь опасной ситуации, самец умудряется наградить самку своеобразным «поясом верности»: более чем в 80 % случаев кончик его копулятивного органа отламывается и остается в половом отверстии, тем самым, подобно пробке, блокируя в него вход. Благодаря своей «изобретательности» первый партнер паучихи создает великолепную защиту от проникновения к яйцеклеткам спермы других самцов. А это значит, что все яйца самки будут оплодотворены именно им, а не его соперниками…

Другую стратегию борьбы с соперниками применяет карликовый паук-дроид. Чтобы предотвратить половые контакты конкурентов со своей самкой, он вслед за струей спермы выделяет клейкое вещество, которое образует слизистую пробку, блокирующую половую щель самки. И действует этот механизм настолько эффективно, что никто из соперников спариться с самкой уже не может.

В то же время ни слизистая пробка, ни кончик пениса, хотя и закрывают половое отверстие, тем не менее откладке яиц никак не мешают. Для этих целей самка имеет отдельное отверстие. У тех же видов пауков, которые имеют только одно отверстие для спаривания и откладывания яиц, такие способы контрацепции не применяются.

Удивительным сексуальным поведением отличаются самки пауков Physocylus globosus: во время спаривания они издают высокочастотный писк, с помощью которого подсказывают партнеру, как ему поступать в той или иной момент любовной игры. Это – уникальное брачное поведение, поскольку до сих пор подобное явление отмечалось только у человека.

Резкие вскрикивания самки напоминают поскрипывание кожи. При этом самка стрекочет лишь в ответ на ритмичные надавливания гениталий самца на ее половые органы. А поскольку самки пауков могут долгое время хранить сперму от разных отцов в своем теле, значит, они в состоянии выбрать того счастливчика, который оплодотворит ее яйца. Таким образом, надавливая на определенные точки на теле самки, самец не только стимулирует самку, но и повышает свои шансы на то, что именно его сперма будет использована для оплодотворения яиц.

В ходе изучения жизни этих пауков выяснилось, что у самцов, которые часто нажимали на самок во время спаривания, было больше потомства, чем у тех, которые надавливали на нее реже. В то же время слишком сильное сдавливание может повредить самку физически. Поэтому самка, если самец при надавливании демонстрирует излишнюю физическую силу и делает это слишком долго, издает писк, чтобы, сохранив темп, он в то же время слегка унял свой пыл.

Стрекочут же самки с помощью педипальпы, которая находится рядом со ртом: ею они царапают по передней когтеобразной паре конечностей, издавая соответствующий звук.

Когда же самец введет кончик своей педипальпы, на котором находятся половые органы, в половое отверстие самки, мышцы около основания его педипальпы начинают сокращаться. В результате этого процесса у самки появляется ощущение надавливания, и она вскрикивает.

Феномен надавливания ученые изучали даже в лабораторных условиях. В ходе этих исследований они установили, что количество надавливаний, производимых самцами, напрямую зависит от темпа стрекотания самки во время спаривания. Причем, если самец не желал или не мог ослабить хватку после первой просьбы самки, ее поскрипывание становилось более частым и требовательным.

 

У насекомых

Насекомые, являясь самой многочисленной группой живых организмов, демонстрируют и огромное разнообразие способов спаривания, порой – самых невероятных.

Спаривание богомолов

«Он всегда складывает передние ноги, словно руки, будто духовное лицо, стоящее на молитве и этим жестом выражающее свое преклонение перед Богом» – так писал один из древних авторов о… богомоле.

Между тем набожная поза богомола – всего лишь способ обмануть добычу. Потому что на самом деле этот святоша – безжалостный хищник. Стоя «на молитве», он только и ждет, чтобы жертва подошла поближе, и в решающий момент выбрасывает передние лапы и хватает ее, будто щипцами. А там уже в дело вступают острые и безжалостные челюсти.

Обычно богомол нападает на мелких насекомых. Но иногда он все-таки изменяет этому правилу и нападает на создания значительно крупнее себя, например, на небольших лягушек или ящериц. Известны даже случаи, когда крупные богомолы добирались до гнезд, где были птенцы, и поедали их.

Реакция богомола на жертву просто поразительна. Кажется, стоит только ему заметить добычу, как она уже трепещет в его мощных смертоносных тисках. На всю операцию – от обнаружения жертвы до ее захвата – уходит 0,03–0,05 секунды.

Как же это удается крылатому «святоше»? Специально проведенные исследования показали, что в организм богомола «вмонтирована» хорошо отлаженная прицельная система, очень похожая на автоматический артиллерийский прицел, который действует с учетом скорости движения жертвы.

Другая, не менее поразительная черта в поведении этих насекомых – интимные отношения самца и самки, которая не прочь полакомиться своим незадачливым «кавалером». Чтобы свести к минимуму риск быть слопанным, «кавалер», который обычно бывает намного меньше своей «возлюбленной», подкрадывается к ней с предельной осторожностью сзади и запрыгивает ей на спину. Если самец сумеет запрыгнуть так, чтобы самка не достала его своими ужасными лапами, значит, ему очень и очень крупно повезло. Иными словами, бедолаге самцу крайне редко удается уцелеть после любовного акта: обычно самка просто съедает «любовника» на десерт, хотя, как это ни странно, иногда начинает свое пиршество в самый разгар совокупления, просто-напросто откусывая самцу голову.

Но, как это ни парадоксально, любовный акт, который может длиться часами, на этом не только не заканчивается, а, наоборот, разыгрывается с новой силой – обезглавленный самец интенсифицирует свои совокупительные движения, пока не оказывается съеденным со всеми потрохами.

Биологи долго бились над разрешением загадки, почему обезглавленный самец принимается исполнять свой супружеский долг с новой силой, и открыли, что, откусывая своему партнеру голову, самка освобождает его половые органы от контроля головного мозга, что приводит к непрестанным совокупительным движениям. Поистине, чего только не сделаешь ради мимолетного удовольствия…

Жестокий секс наблюдается и у некоторых видов жуков. Дело в том, что порой обычной «прелюдии» самца к брачной игре недостаточно для возбуждения партнерши, и он вынужден использовать специальные органы, называемые «возбудителями». Они могут размещаться на разных частях тела и, пока не нужны, чаще всего спрятаны.

Однако во время ухаживания кавалер выставляет их напоказ, тем более что нередко они бывают особым образом окрашены. Самка кидается на них как на приманку и начинает кусать. Это приводит ее в необходимое для совокупления возбуждение.

Если же одного органа оказывается недостаточно для поднятия боевого духа партнерши, самец может предложить ее вниманию другой. Укусы самки возбуждают и самца, который в результате вступает в любовную игру с еще большей страстью.

Своеобразное сексуальное насилие ученые зафиксировали и у жуков-плавунцов. Оказалось, что у самцов этого семейства, обитающих в северном полушарии, есть только один способ стать отцом – отказаться от каких-либо попыток ухаживаний за самкой, а попросту изнасиловать ее.

И связано это с тем, что, например, самки плавунца Acilius всеми способами стремятся избавиться от внимания мужских особей. В частности, спина у них покрыта разного рода бороздками, выступами, волосками, зубцами, основная функция которых заключается в том, чтобы ослабить хватку самца, когда он попытается вступить в интимную связь.

В результате все «любовные ласки» между самцами и самками плавунцов ограничиваются своеобразной «войной» между полами: самка отбивается от самца, а он ждет, когда у нее иссякнут силы. И когда самка практически не сопротивляется, он вступает с ней в половую близость. После совокупления самец еще около шести часов держит самку в своих объятиях, чтобы воспрепятствовать ее спариванию с конкурентами…

Многие клопы также во время любовных игр проявляют самые настоящие садистские наклонности, причем вместе с довольно оригинальным способом оплодотворения.

Когда самец спаривается, он, безусловно, демонстрирует верх жестокости, буквально пронизывает, словно кинжалом, брюшко самки своим половым органом. Причем в этот же момент он впрыскивает сперму в ее кровь.

Оказавшись внутри тела самки, сперматозоиды по кровеносным сосудам начинают медленно двигаться в сторону яйцеклада. Когда доберутся до него, проникают внутрь и оплодотворяют яйцеклетки. Правда, это произойдет лишь в том случае, если сперму не уничтожит иммунная система самки.

Конечно, после столь экзотических спариваний на теле самок остаются шрамы: светлые пятнышки с застывшей кровью в центре.

Чтобы свести к минимуму количество телесных повреждений, связанных с интимной стороной жизни, у самок некоторых видов клопов на спине находятся небольшие пятнышки, которые, при изрядной доли фантазии, даже можно назвать ложными гениталиями.

Эти «точки любви» хорошо заметны и легкодоступны, поскольку их ткани достаточно рыхлые, чтобы травма была минимальной. Кроме того, под ними находится большое скопление иммунных клеток, которые также смягчают повреждения.

Впрочем, следует заметить, что клопов во время сексуальных игрищ настолько сильно охватывает страсть и совокупляются они так часто, что они могут проткнуть своим органом любую особь: и самца, и самку. То есть, можно сказать, среди клопов процветает мужеложство.

А вот африканский клоп Afrocimex constrictus, чтобы не страдать от сексуальных ран, имеет на теле ложные женские гениталии: они тоже состоят из рыхлой ткани, дополненные еще и иммунными клетками. Сперма клопа-насильника некоторое время пребывает в крови этих обманчивых гениталий, причем в это время она может даже проникнуть в семенные каналы самца, проткнутого пенисом соперника. В результате пострадавший самец иногда оплодотворяет самку или очередного самца чужой спермой. Вот такая комбинация.

Настоящую сексуальную экзотику выявили ученые у блох во время их спаривания. Происходит этот процесс следующим образом: самка взбирается на спину своего избранника и втягивает в себя его половой орган, который даже в «нерабочем» состоянии достигает примерно трети длины туловища самца. Но это еще не самое удивительное. Оказывается, этот орган «украшен» различными шипами, «бородками», крючками, метелочками…

Внутри самки половому члену потребуется проделать долгое и сложное путешествие, пока он не окажется в той точке, где необходимо оставить сперму. И если пенис самца проникает в половую систему самки в течение 10–15 минут, то процесс оплодотворения может длиться около десяти часов!

Прежде чем приступить к размножению, блохи должны вволю насосаться крови очередной своей жертвы. Например, у блох, живущих на кроликах, это ритуал отработан почти до мелочей.

Спаривание у насекомых откладывается до тех пор, пока крольчиха не возжелает любви. Блохи же в это время сидят на ее ушах и ждут, когда животные займутся любовью. Ведь уши у влюбленных кроликов от прилива крови, вызванного сексуальным возбуждением, начинают чуть ли не «пылать». И это «пламя любви» служит четким сигналом к началу свадеб у блох.

А достигают своего пика «блошиные страсти» накануне появления у крольчихи приплода. По изменению уровня определенных гормонов блохи определяют, что пришло время покидать ухо крольчихи и переселяться на ее новорожденных малышей.

Перебравшись на крольчат, каждая блошиная самка в течение недели откладывает на их тельца около полусотни микроскопических яиц желтоватого цвета. А потом, когда из куколок выведутся юные блошки, их матери станут пить, а затем выделять выпитую кровь в полупереваренном виде и в первое время кормить ею собственное потомство…

Рядом удивительных особенностей характеризуется и интимное поведение стрекоз. Кстати, следует отметить, что у этих насекомых очень оригинально устроена половая система. Во-первых, на узком конце брюшка самца расположены семенники. Во-вторых, у основания брюшка, прямо за ножками, находится половой орган и небольшой шаровидный «мешочек» для хранения спермы.

Сам же процесс спаривания у стрекоз настолько оригинален, что не имеет аналогов среди других насекомых. Так, накануне спаривания с самкой самец должен, как это ни странно звучит, осеменить… самого себя. Сводится эта процедура к тому, что самец переносит сперму из семенников к «мешочку» и помещает ее внутрь полового члена.

После этого он особыми клешнеобразными придатками, расположенными на конце брюшка, должен ухватить самку за особые чувствительные «пластинки» и некоторое время удерживать ее.

Когда самец с этой задачей успешно справится, самка изгибает кончик брюшка таким образом, чтобы ее половое отверстие вошло в контакт с пенисом самца. Когда и эта задача выполнена, пара на долгое время из своих двух тел образует фигуру, похожую на сердечко.

При этом никаких нежностей со стороны самца в отношении самки не наблюдается. Наоборот, самые жестокие самцы некоторых видов стрекоз, как, например, Hagenius brevistylus, своими шипованными «клешнями» могут повредить самкам глаза, проткнуть и рассечь внешние покровы тела, а то и проколоть голову, причем в нескольких местах. По крайней мере, зоологи на голове у некоторых «невест» фиксировали по несколько отверстий разных размеров.

 

У рыб

Тех экзотических способов любви, которые можно наблюдать у беспозвоночных, у рыб нет. Но, однако, и они порой удивляют своими экстравагантными комбинациями во время интимных отношений.

Довольно оригинальный способ размножения характерен для копеины Арнольда, обитательницы теплых акваторий Америки. Самец и самка располагаются рядом друг с другом у самой поверхности воды, а затем одновременно выскакивают из нее. И в этот момент они переворачиваются кверху брюшками и в какой-то миг словно прилипают к нижней стороне листа, висящего в 3–8 сантиметрах над водой.

И хотя присосок у рыбок нет, тем не менее в момент прикосновения к растению они резким рывком немного отодвигаются друг от друга в стороны. В результате между боками рыб на какой-то миг создается разреженное пространство, своего рода присоска, которая и удерживает их от падения.

Брачные игры акул

И за тот короткий промежуток времени, пока животные висят на листке над водой, самка успевает выметать, а самец оплодотворить до 12 икринок. И такие пируэты будут повторяться столько раз, сколько потребуется самке, чтобы отложить 50–200 икринок…

Довольно интересно проходит спаривание у акул. Впрочем, интимная жизнь этих морских разбойников долгое время для биологов оставалась тайной за семью печатями, поскольку подсматривать за этими хищными рыбами слишком рискованное дело. И тем не менее ученым все же удалось увидеть у островов Флорида-Кис в Атлантическом океане любовную игру так называемых ковровых акул. Пока это единственно известное ученым место, где эти рыбы спариваются.

Вот что удалось запечатлеть исследователям, наблюдавшим за тайнами интимных отношений акул с кинокамерой «наперевес».

Стремясь острыми зубами ухватить флиртующую самку за грудной плавник, самец как угорелый носится вокруг нее. Место, где встретились «жених» и «невеста», неглубокое, и от многочисленных царапин о каменистое морское дно шкура самца покрыта многочисленными ранами.

В конце концов, самку начинают раздражать надоедливые домогательства самца, и она опускается на дно. При этом подбирает плавники, становясь практически недоступной для воспылавшего страстью «ухажера».

Такое отношение к своей персоне самцу явно не понравилось, и он, раздосадованный, после нескольких прощальных пируэтов кидается к другой «подружке», которая в полусотне метров одиноко нежится в теплых волнах лагуны.

Ее поведение полностью отличается от недоступной, как Марианская впадина, товарки. Она, пококетничав для вида около получаса, позволяет самцу вцепиться в свой грудной плавник.

И, обрадованный таким поворотом событий, самец тащит 150 килограммовое ее тело на дно. Там он переворачивает самку на спину и всей своей массой наваливается на нее сверху. Не выпуская из пасти ее плавника, он пытается войти в самку одним из двух своих пенисов. Кстати, половые члены акул специалисты называют птеригоподиями. Эти «устройства» представляют собой видоизмененную заднюю часть брюшного плавника. Через расположенный снаружи желобок одного из используемых в половом акте фаллосов сперма и поступает в клоаку самки.

Но давайте вернемся к прерванному разговору об интимной игре акул. Так вот, в эти минуты наивысшего акульего блаженства оба партнера широко раскрывают пасти, словно не могут справиться с дыханием. Правда, самец тут же снова вонзает зубы в плавник невесты, чтобы не дать ей ускользнуть из-под своего тела. Весь этот процесс занимает у «молодоженов» не более двух минут.

Сразу же после спаривания самка покидает самца и ищет укромное место, чтобы не только спрятаться от других кавалеров, ищущих ее любви, но и излечиться от полученных любовных ран. Исцелит же морская вода ее искусанные самцом плавники только через две-три недели.

Следует заметить, что даже при наличии двух фаллосов, позволяющих самцу атаковать сопротивляющуюся самку с обоих флангов, в одиночку ему все-таки довольно трудно укротить ее строптивый характер. Поэтому самцы нередко во время брачных игр собираются в группы, состоящие из 2–7 особей, и охотятся за самками. Так им легче прижать ее ко дну, а там уж – как кому повезет.

В интимной жизни некоторых видов рыб есть и другие оригинальные особенности. Например, сексуальный паразитизм. Взять хотя бы миниатюрную рыбку Photocorynus spiniceps: ее наиболее развитые самцы по длине не превышают 7,3 миллиметра.

Так вот, эта рыбка уникальна не только своими почти микроскопическими размерами, но и своеобразным сексуальным паразитизмом. Заключается он в том, что к телу крупной самки прикрепляются крошечные самцы, которые питаются соками своих хозяек. Причем некоторым самцам настолько нравится подобный образ жизни, что они до конца своих дней остаются в качестве сексуальных паразитов.

Нечто похожее встречается и в четырех семействах глубоководных удильщиков. У них тоже карликовые самцы прикрепляются к телу самок и живут за их счет.

Имея острые, похожие на крошечные щипчики, зубы, с помощью их «женихи» и проникают в кожу «невесты». А спустя некоторое время они срастаются с телом невесты губами и языком, полностью теряя при этом челюсти, глаза и кишечник. В конце концов, в ходе этих процессов самец становится своеобразным придатком, основная функция которого сводится к производству сперматозоидов.

Кормится же паразитирующий самец теми питательными веществами, которые поступают в его тело из крови самки. И для этого у него есть все возможности, поскольку ее кровеносная система объединена с кровеносными сосудами самца. А так как жабры и крошечные жаберные отверстия у самца сохраняются, поступающая к нему кровь постоянно обогащается кислородом.

Следует заметить, что по своим размерам самец-паразит и самка могут отличаться друг от друга очень значительно. Например, самец, прикрепившийся к телу самки церации длиной 120 сантиметров и весом 7 килограммов, был поистине карликом: при длине 16 миллиметров весил всего 14 миллиграммов. Правда, иногда паразитирующие самцы у этого вида могут достигать и 16-сантиметровой длины.

Следует отметить, что самцы прикрепляются к взрослым самкам лишь тогда, когда сами станут половозрелыми. А поскольку, прежде чем стать паразитами, такие самцы имеют хорошо развитые глаза и довольно крупные органы обоняния, можно предположить, что они находят самок по характерному запаху, следы которого долгое время сохраняются в практически неподвижной воде больших глубин.

 

У амфибий

Классическая модель оплодотворения яйцеклеток сперматозоидами у многих позвоночных предполагает спаривание самца с самкой. Причем образованию пар обычно предшествуют те или иные формы конкурентной борьбы за обладание брачным партнером.

Но, оказывается, даже не демонстрируя своих особых качеств перед представителями противоположного пола, некоторые особи оставляют потомство.

Спаривание травяных лягушек

И, как ни странно, один из таких нестандартных вариантов ученые обнаружили у широко распространенного вида европейских бесхвостых земноводных – травяной лягушки. А ведь эта амфибия изучена зоологами, как говорится, вдоль и поперек. По крайней мере, так им казалось до тех пор, пока они не столкнулись с необычным феноменом в поведении этих земноводных.

Правда, ради объективности следует сделать небольшое дополнение: в данном случае зоологи наблюдали за популяцией лягушек-травянок, обитающих в испанских Пиренеях на высоте около 2200 метров над уровнем моря. Именно среди этих земноводных в брачный период нередко происходит так называемое… пиратское оплодотворение недавно отложенных кладок.

Чтобы лучше разобраться, что же представляет собой этот вроде бы весьма странный «бандитский» прием, наверное, не лишним будет вспомнить основные этапы брачного поведения зеленых лягушек.

А начинаются свадьбы у этих земноводных с того, что половозрелые особи собираются у нерестового водоема, где самцы без устали всю ночь распевают любовные серенады, пытаясь таким образом обратить на себя внимание самок.

И когда невесте песня понравится, она приближается к избраннику, и возбужденный самец крепко обхватывает ее туловище передними лапами.

После столь бурного изъяснения в любви образовавшаяся пара начинает в мелководных участках водоема подыскивать место, подходящее для откладки икры. Когда «влюбленные» такой уголок отыщут, самка выпускает из клоаки яйца, которые тут же слипаются в плотный комок. А обнимающий ее самец в это время поливает этот комок икры семенной жидкостью.

Спустя какое-то время после оплодотворения оболочки яиц начинают набухать, и, соответственно, кладка тоже заметно увеличивается в объеме, становясь внешне похожей на бесформенную студенистую массу. Именно такие, похожие на студень, икряные массы нередко ранней весной можно увидеть в неглубоких водоемах.

У пиренейской лягушки все происходит приблизительно по описанному выше сценарию, правда, с одной дополнительной «сценой». Оказывается, за обнимающимися влюбленными наблюдает еще одна пара глаз, которые принадлежат затаившемуся в сторонке самцу.

И как только «жених» и «невеста» отложат икру и удалятся, он подплывает к кладке и заключает ее… в свои объятия. И оплодотворяет ее вторично. Таким образом, у самца-пирата, оставшегося во время брачных игр без подружки, тем не менее все же появляется шанс стать отцом.

Более того, зоологи выяснили, что эффективность такого способа оплодотворения оказалась довольно высокой. Ученые собрали 16 кладок, подвергшихся пиратскому оплодотворению, и провели их инкубацию до образования эмбрионов в лабораторных условиях.

Затем было проведено генетическое тестирование 319 эмбрионов, появившихся от «законных» отцов и самцов-пиратов. Оказалось, что самцы-пираты добились успеха в семи кладках. При этом 24,1 % эмбрионов являлись потомками пиратов, а в одной кладке этот результат был стопроцентным.

Наблюдения в естественных условиях показали, что такой тип оплодотворения широко распространен в данной популяции зеленых лягушек. При этом самцы-пираты ничем не отличаются от «законных» женихов. Более того, известны факты того, что один и тот же самец выступал не только в качестве законного жениха, но и участвовал в пиратском оплодотворении чужой кладки.

Кстати, это первый случай пиратского оплодотворения у земноводных. До сих пор аналогичное поведение наблюдалось только у рыб…

А этот любопытный способ спаривания зоологи обнаружили у хвостатой лягушки, которой было присвоено имя аскафус. Но, как и все ее близкие и дальние родственники, относится она к отряду бесхвостых земноводных. Парадокс? Отнюдь! Просто ее самцы имеют столь оригинальный орган размножения, который внешним видом похож на хвост.

А если припомнить тот факт, что у бесхвостых земноводных оплодотворение наружное, а значит, никаких копулятивных органов у них быть не должно, то наличие этой мужской «вещи» удивительно вдвойне.

Однако мужским половым органом уникальные особенности хвостатой лягушки не исчерпываются. Так, в отличие от других представителей отряда, которые во время размножения поют любовные серенады, аскафус в этот период молчит.

Что же касается брачного поведения, то исследователи этот процесс у хвостатой лягушки изучили довольно подробно. И впрямь, во время ухаживания и спаривания лягушки никаких звуков не издают: любовь у них происходит в полной тишине.

Собственно сам процесс ухаживания у самца за самкой сводится лишь к тому, чтобы обнаружить партнершу и немедля крепко обхватить ее передними лапами. Этот элемент поведения у лягушек называется «амплексус».

Неспециалистам этот термин вряд ли о чем-нибудь говорит. Но биологи за этим определением видят очень характерное поведение бесхвостых амфибий, когда самец, чтобы максимально полно оплодотворить откладываемые самкой икринки, плотно прижимается к ней. При этом он удерживается на ее скользком теле с помощью стиснутых в замок лап.

Ученые неоднократно наблюдали, как во время этого процесса опьяненные любовной страстью самцы лягушек или жаб намертво обнимали случайно подвернувшуюся под их лапки рыбу или даже щепку, и долгое время удерживали их в сильных рефлекторных объятиях.

Но, оказывается, объятия аскафусов – это вовсе не амплексус – процесс, характерный остальным бесхвостым земноводным. Дело в том, что у аскафусоф связан он не с наружным оплодотворением, когда во внешнюю среду выделяются половые продукты, а с самым настоящим спариванием, во время которого сперма попадает в организм самки и там оплодотворяет яйца. Именно для обозначения спаривания, характерного хвостатым лягушкам, и было предложено новое название – «копулексус».

Благодаря тщательным наблюдениям за этими амфибиями ученые установили еще один любопытный факт, касающийся аскафуса: оказалось, что самец нередко обнимает самку не только со стороны спины, но и в положении «лицом к лицу», что уникально для земноводных.

 

У птиц

Известно, что брачные игры у животных, если они вызывают положительные реакции у партнеров, завершаются спариванием, основная цель которого – оплодотворение. И в большинстве случаев после этих приятных минут всякий интерес друг к другу «любовники» теряют. Причем нередко оплодотворенная самка под влиянием гормонов, изменяющих мотивацию поведения, реагирует на ухаживание самца очень агрессивно.

Однако, как показали многочисленные наблюдения, среди птиц есть виды, у которых спаривание выполняет иную, и порой весьма необычную функцию.

Взять хотя бы полевых воробьев, у которых пары продолжают сохраняться и на период выращивания птенцов. Но перед самим спариванием самец и самка неожиданно летят в группу воробьев, где устраивают «публичный» секс. Более того, сразу после полового акта самка демонстрирует «мужскому» окружению позу приглашения к любви, и в результате столь откровенных призывов с ней вступают в половую связь еще несколько самцов.

И, как это ни удивительно, к такому «нестандартному» поведению своей «супруги» самец относится без какой-либо агрессии, и поэтому семейная пара дружно возвращается в свое гнездо.

Чайки в гнездовой колонии, прежде чем объединиться в семейную пару, довольно продолжительное время токуют. Но, опять же, после «помолвки» самка, уже сидя в гнезде, очень часто позволяет спариваться с собой другим самцам, причем моментально и без всякого предварительного ухаживания.

Спаривание чаек

А ведь в такой вроде бы экстраординарной ситуации самец полевого воробья даже не пытается воспрепятствовать спариванию своей подружки с соперниками. Самец же чайки все же пытается защитить свою мужскую честь, но сделать это чаще всего успевает. Но вот что странно: самцы обоих видов все равно продолжают заботиться о своей «неверной» самке.

И хотя существование этого любопытного явления в поведении птиц, получившего название «быстрое спаривание», признают все зоологи, тем не менее разумного объяснения оно пока не имеет. Ведь из всех этих необычных поведенческих актов следует, что ни самец, ни самка не могут точно знать, кто истинный отец их потомства.

Но, оказывается, для многих птиц, проявляющих заботу о потомстве, характерно еще и так называемое поощрительное спаривание – когда самец вступает в половую связь с самкой после того, как произошло оплодотворение яйцеклеток. Примером такого сексуального поведения являются самки хищных птиц, которые после образования семейной пары поиском пищи не занимаются. И обязанности по обеспечению пищей и самки, и потомства взваливают на себя самцы.

При этом, что и является самым любопытным в их взаимоотношениях, самка позволяет самцу вступить с ней в интимную связь лишь тогда, когда он возвращается в гнездо с добычей. Причем, чем больше еды он принесет, тем у него появится больше шансов для спаривания. Но, с другой стороны, если самец прилетит к гнезду без пищи, то и ничего не получит…

Есть у некоторых птиц и еще один механизм, регулирующий процесс спаривания. Так, у самок некоторых видов уток и гусей имеются весьма оригинальные анатомические структуры, препятствующие самцам удовлетворять свои сексуальные желания: половые органы самок устроены так, что любые попытки кавалера овладеть ею ожидаемого результата не дают.

Скорее всего, наличие этих анатомических контрацептивов связано с тем, что у некоторых видов птиц – например, у крякв – самцы пытаются периодически «насиловать» самок.

Так вот, когда зоологи самым тщательным образом исследовали строение половых органов уток и гусей, то пришли к выводу, что у этих птиц между половыми органами самцов и самок имеется хорошо заметная корреляция: оказалось, что длинному и замысловатому половому органу самца соответствует такой же по длине и сложности соответствующий орган самки.

Например, у некоторых видов половые органы самок представляют собой спиралевидные каналы, что, естественно, препятствует спариванию.

А у других птиц в половой системе находится до восьми тупиковых полостей, которые, захватывая нежелательную сперму, тоже предотвращают оплодотворение. Опять же, эти анатомические ловушки были найдены лишь у тех видов, у которых самцы склонны к сексуальному насилию…

 

У млекопитающих

Самые уникальные способы спаривания демонстрируют беспозвоночные. Это со всей очевидностью было показано выше. Знакомясь с этой сексуальной палитрой, можно подумать, что природа проводила гигантский эксперимент, чтобы выяснить, какая же из форм размножения наиболее приемлема для той или иной группы живых существ. И результат этих «опытов» налицо.

А вот у млекопитающих что-нибудь особо оригинальное найти довольно сложно. Хотя у зверей порой и наблюдаются не совсем стандартные формы размножения.

Выше, знакомясь с отклонениями при копуляции у птиц, мы узнали о быстром и поощрительном спаривании. Оказывается, нечто подобное есть и у животных. Например, быстрое спаривание ученые наблюдали у некоторых видов приматов.