Основные силы прошествовали в город по парадной площади, Избранный же, его отец, чемпионы и Ра задержались у входа.

   - Оградитель приволокли! - восторженно произнес Ксандор. - Ну даете! А вообще правильно, почему самые классные игрушки должны быть только у плохих парней!

   - Радоваться рано, - поубавил пыл друга Гром. - Доставить орудие - полдела. Надо водрузить его на подходящую башню, чтобы обзор, радиус поражения и угол вращения и наклона были максимальными. Затем разместить генераторы, подвести провода, зарядить. До прихода демонов не уложимся определенно.

   - Вот не полагал тебя тут увидеть, - Акуан похлопал Грома по плечу. - Чтоб мы без тебя делали. Я решил, что ты берсерков гоняешь под Альфа-Белтаром.

   - До штурма Альфа-Белтара надо еще дожить. К тому же долг перед Нигаэлем важнее. И гораздо важнее долг перед тем, кому я призван служить. Тетаэль Трион ждет моей помощи, и я не смею отказать.

   - Мы давно стали друзьями, не надо так официально говорить, - поскромничал король эльфов. - В любом случае нас собрал в этих стенах общий долг. Исполним же его подобающим образом.

   - У-у-у, какая муть, - взвыла прибившаяся к командному составу Арасши. - Надо было идти к Ааззену, у него по любому веселее. И нос от привлекательной демонессы он не воротит.

   - А давай я тебе голову срублю в качестве развлечения, - огрызнулся Ахмед.

   Проходивший мимо эльф из отряда Иарлута засмеялся странным голосом. Амир посмотрел в спину сару и увидел, как тот поигрывает черным мечом сына ночи, вынутым из Аламера. Словно удар молнии он подлетел к эльфу, сабля скользнула сначала по плечу, отделив руку с проклятым оружием, а потом по шее. Спасать беднягу было поздно.

   - Зачем?! - крикнул Нигаэль, не обнаружив причины нападения.

   - Вы как же такое проглядели?! - вытаращив глаза, закричал Ахмед, тыча на руку, сжавшую мертвой хваткой рукоять меча. - Как не заметили?! Мне пришлось лишить жизни невиновного!

   - А ты не погорячился? - строго заметил Ксандор, встав возле тела.

   - Мы бы не успели исцелить его, душа держалась на ниточке. Тело облюбовал злой дух! Слишком давно!

   Мертвого отнесли и опустили в ров, хоронить несчастного не хватало времени. Ра сильно наступил на испускающее тьму лезвие, передавив пополам.

   - Все, заходим внутрь, - распорядился аватара. - Запирайте ворота!

   Громыхая, обитые железом створки врат столицы сомкнулись, оградив защитников от осажденного тьмой мира. Более или менее люди, эльфы и дварфы могли вздохнуть с облегчением.

   Ксандор, Эландра, а с ними и Акуан отправились чуть прогуляться по внутреннему дворику за третьей стеной, развеять томительные думы о предстоящем. Тетаэль с сыном, Ахмедом и Ра поторопились в Купол. Гром занялся настройкой оградителя. На самом деле он пока руководил его подъемом на выбранную им башню. Этот процесс обещал занять пару часов, если не все три-четыре. Титосу вверили охранять Арасши, не преминувшую приступить к систематическим домогательствам до бедного гиганта, расхваливая размеры его полового органа.

   - Почему среди нас вообще появились демоны? - смотря на притихший город, спросил Ксандор Акуана.

   - Она обещала помогать нам, - присев на бордюр невысокого каменного заборчика, держал ответ полиморф.

   Третий ярус города был выстроен таким образом, что холм, на котором стоял замок и росло Древо, возвышался над самой стеной, представляющей из себя препятствие лишь для осаждающих. С холма же мнилось, будто стены и нет. На холме также имелись стенки меньшего размера - на одну из них и оперся Акуан, - и балконы, врытые в землю.

   - Потом рассказала историю про то, как выручала Нигаэля в Преисподней...

   - Дурной знак, - только и сказал воин.

   Они решили молча полюбоваться городом, но получили вместо удовольствия тоску и горесть. Веселью и песням не осталось места в Эльтвиллане. Цветастые домики забили досками, словно древесина остановит демонический напор. Огни и фонари погасили, не зажигая даже в преддверии ночи. Эльфы мрачными очередями шли к шатрам вдоль парадной площади, где сары раздавали оружие и доспехи. Шли мужчины и женщины. Горожанам оставалось биться за родной город или прятаться. Детей согнали в подземелья замка еще два дня назад, их защищали матери, взявшие серебряные мечи легкой ковки и изящные луки. Подвалы же имели выходы к пещерам под дворцом, которые примыкали к уходящему в скалистый берег Мармору. Река протекала в просторном подземелье, выходя с другой стороны к порогам, и эльфы знали об этом. Сейчас на пристанях в недрах горных пород стояли готовые к отбытию лодки. Их снарядили как последний шанс на выживание, поскольку странствие по бурному Мармору вернее всего имело бы дурные последствия.

   Показались Бьерн и Тьяльви. Ярл долго жал руки и обнимался с бесчисленными "сватами и братами", поспевшими из Асгисла по распоряжению конунга и приведшими воинов. Их уже взял под командование Модольв, и они носили его хоругви. На площадь собрались не все дварфы: в общей сложности из горной цитадели прибыло две тысячи стейнаров и несколько сотен берсеркеров Угга, верного слуги трона Сребробородых и его надежного союзника. Дварфы очень радовались, трясли руки без устали, хлопали друг друга по крутым, как кряжи Асъярда, спинам, хохотали, нарушая общую драматичность ситуации. Когда же они наговорились-таки, предводители двинулись к дворцу. Решили последовать их примеру и три посланника из Чертога.

   Миновав расположение эльфийской стражи и доранов, стянувшихся со всех краев разоренного Аллин-Лирра, который уже не могли отстоять по частям, они прошмыгнули в ворота. Под куполом собрались, пожалуй, все, кроме троих друзей, отправившихся на вечернюю прогулку. Каждый из них склонил голову перед Лимаэль на входе.

   - Так и поступим, - завершил протекающий на протяжении уже не меньше получаса разговор Нигаэль.

   Откуда-то появившийся Грин почесал нос и кивнул.

   - Мы даем согласие, - отозвался эхом Ра. Последнее время старший бог выглядел потерянным, будто находился здесь и вместе с тем отсутствовал.

   - Грин? - удивился Ксандор.

   - Да, да, - затараторил манидо. - Я изменился и все такое. Пообщаемся при случае, коли выпадет. Сейчас мне пора уходить, я и так скоро превышу лимит доверия. К тому же через... - он всмотрелся в сплетающиеся на небе лучи обелисков, - ... примерно через час это будет сложно совершить даже для междумирца. Да помогут вам боги, поможет вам Ра в вашем великом деле. Врежьте по традиции Бэрону от меня, да покрепче!

   Распрощавшись со знакомыми и только что увиденными командирами армий, Грин скакнул в трещину миров.

   - Ксандор, Эландра, вы подошли вовремя, - обратился к друзьям Избранный. - Нам нужно знать о результатах переговоров с орками и драконами. Орков разведчики видели, и все же я хочу услышать именно из ваших уст, как прошла ваша миссия.

   - Орки действительно прибыли в Алли-Лирр, - пошептавшись с возлюбленной, начал Ксандор. - Они обшаривают леса на западе. Похоже у них далеко идущие планы на мир эльфов.

   - Разберемся, - мягко, но решительно заметила королева.

   - При встрече Грок не забыл намять мне бока, согласился быстро. Мы не видели его вплоть до вчерашнего дня или сколько там минуло, я, по правде, уже путаюсь - леса сплошь, поди, разберись, где и когда ты находишься. Порой света солнечного не видать было. Так вот, кланы прибудут к столице в течение следующих суток. Так он обещал, как мне показалось. Фух, короче, обязывался быть.

   На какое-то время зал наполнился недовольным шепотом, среди которого часто звучало: "поздно", "не успеют к началу как пить дать", "можем не дотянуть". Шорох голосов стих, и Нигаэль предоставил воину продолжать.

   - Драконы, - Ксандор замялся. Его выручила подруга.

   - С драконами некоторая сложность. Они выставили ряд условий, среди коих они посулили прийти в решающий момент сражения, чтобы это ни значило. Так что на них рассчитывать пока рановато.

   Снова взволнованные толки понеслись по ветвям Древа Жизни.

   - Значит, мы одни против всех, - подытожил Нигаэль.

   Немного погодя Тетаэль пригласил товарищей отужинать с ним. Слуги быстро накрыли столы, предложив почтенным гостям короля всевозможные блюда из продуктов растительного происхождения, однако, честно говоря, не многим кусок лез в горло. Ближе к одиннадцати часам ночи, - а сон не посещал собравшихся за столом воинов Чертога ничуть, появились дозорные.

   - Ваше величество, - склонившись к уху короля, произнес эльф в кольчуге. - Вам нужно взглянуть.

   Всей гурьбой, а конкретно: Тетаэль, Нигаэль, Эландра, Ксандор, Вондар, Акуан, Ахмед, Бьерн, Аэдан и Иарлут; высыпали на балкон. Гром не покидал орудие, кое-как примостившееся на сторожевой башне, Титос караулил Арасши, отчего готов был выть волком. В темных коридорах и галереях дворца мелькал Ардегал, только к гостям он так и не вышел. Королева больше всего времени проводила на коленях возле Древа, ведя с ним немой диалог или в зачарованном полусвете своих тихих покоев. Ра вообще не появлялся в зале с вечера. Как пояснял друзьям Нигаэль, он направлял сознание в далекие миры, раздираемые войной богов, поскольку не мог не делать этого. В том таилась опасность для защитников, ведь Солнценосный потерял полную связь с Аллин-Лирром.

   Испуганные дозорные тыкали пальцами на горизонт. Зрелище воистину оказалось ужасающим и шокирующим. Земля, трава, дорога скрылись под черной массой, текущей с юга. Огонь факелов полыхал, словно лесной пожар, демонов сопровождали тучи пыли и пепла. Дальше виднелась "гора", медленно и неотвратимо наступающая. Воинству Зверя не было конца, от края до края тянулась жуткая линия, щетинясь копьями.

   - Сколько же их там, - судорожно вздрагивая, выговорил неустрашимый Бьерн.

   - Около двух миллионов, - холодно ответил Избранный, не то угадавший число слуг антихриста, не то успевший счесть их непостижимым смертному способом.

   Ксандор, попивавший вино - опять воин преступил таки обещание, но на сей раз, оправдание слабости стоило рассмотрения, - выплюнул фонтан брызг.

   - Два миллиона! - не веря собственному голосу, повторил Ксандор. - Да они нас в прямом смысле шапками закидают.

   - Учитывая, что нас не более пятисот тысяч, включая горожан - вероятно, - очень уж невозмутимо согласился Нигаэль. - По моим предположениям вся армия не дойдет до стен и через сутки.

   - Да какие уже тут драконы, - покачал головой воин. Сердце лупилось в груди, как бешеное, в голове застучала кровь.

   Военачальники, насмотревшись на вражескую рать, не способные признать, что все это происходит в действительности, потянулись в слабо освещенный зал. Головы понуро висели. Тревога подкрепилась неосознанностью реальности происходящего. Так бывает перед важным делом или после неожиданной трагедии. Для стражей Эльтвиллана и то и другое было близким будущим.

   Разошлись по отведенным покоям ближе к полуночи. Ксандор поцеловал Эландру и пообещал подойти позже. Сам отправился на уставленную баллистами стену. Прошел через город легко, быстрым, летящим шагом. Молчаливые колонны ополченцев и гвардии эльфов, а также полки наемников его не смутили и не воспрепятствовали скорому ходу. Изнутри войско защитников казалось внушительным, но стоило сравнить его с ордой на синеющим в ночи поле за каменной преградой и надежда рассеивалась, точно дым. По пути он слушал обрывки разговоров.

   - Говорят, среди них есть чудище ростом с гору! Его видели в Мангане. Уцелело эльфов десять, они-то и поведали всем, да и отсюда его можно различить, ежели в темень приглядеться, - хрипловатым голосом сказал копьеносец-наймит, стоящий у лестницы на стену, своему сослуживцу.

   - С гору? Ну конечно. Слушай больше этих ушастиков, они тебе тогда еще не такое наплетут. Войну раньше не видали, вот и пужаются, - рассмеялся косматый мужичок с увесистым колуном на плече и в кольчуге с большими, толстыми колечками.

   - Не веришь? А глянь в кадку, - стражник легонько толкнул ногой ведро с водой для умывания. Круги на воде улеглись, затем снова побежали по глади сами по себе. - Ну, и как тебе? А хочешь вон на стену залезь, только, чур, на меня не гадь со страху.

   Ксандор не стал задерживаться, быстро взлетев по ступеням. Угрюмые сары кисло глядели в чернеющую даль. Энтузиазмом тут и не пахло. Воин провел рукой по туго натянутому торсиону катапульты. Рядом с орудиями выстроились бочонки с дротиками разных размеров и со свинцовыми ядрами. Свесившись по пояс из бойницы, он осмотрел отверстия в стене, привлекшие его внимание при вступлении в город. Раньше, в первое посещение, он не придал им значения, черные дыры прикрывали люки, ныне убранные. Как догадался Ксандор, они служили для подачи камней или других снарядов, ломающих ряды и осадные орудия наступающей армии.

   - Как вам крепость, сударь? - эльф подкрался неслышно. Воин сразу признал в нем барда Ланира. С виду - чистый гвардеец!

   Кираса с изображением Древа и кольчужная рубашка одновременно красили эльфа и казались неуместными - слишком одухотворенное лицо имел музыкант. От веселого парня с гитарой, развлекающего девиц возле костра, не осталось и следа. Ланир бодрился, но бодрился крайне неестественно. То и дело постукивал древком копья, а глаза косились на текущее черное живое море против воли.

   - Тоже встанете против демонов? - Ксандор приободрил барда хлопком по плечу. - Похвально.

   - Ох, друг, я бы и рад не торчать на этой стене, да куда деваться. Я никогда не видел себя солдатом, право слово. А тут сразу такая переделка, - он нервно поправил шлем с белым гребнем.

   Ксандор уж и не ведал, как еще приподнять эльфу настроение. Он и сам хотел верить, что видит сон. Кошмарный сон, на подобие того, пророческого. Демоны все ж приближались, отрицать их реальность при самом огромном желании будет безумием. Покряхтев и покашляв, воин еще похлопал барда по плечу. Эльф вдруг произнес стихи:

   Прощайте, родимые стены,

   Прощай, домашний порог!

   Меч блестит, как солнце нетленный,

   Трубит растревоженный рог.

   Уходят сыны великого Древа,

   Пускаясь в последний поход.

   Молит героя бледная дева,

   Уносит клинков хоровод...

   Он замолчал, то ли обдумывая удачность рифмы, то ли сочиняя продолжение. Но больше стихов не последовало. Ксандор постоял некоторое время с бардом в полном молчании, а потом решил-таки отправиться в гостевые покои. Эландра мирно спала, когда дверь тихо скрипнула, затворяясь. Он осторожно прилег рядом и на удивление быстро заснул. Крепкий сон не побеспокоили ни нервный топот за дверью, ни крики начальника гарнизона: "Смена караула!". Снилось ему что-то странное, и на утро он уже не помнил что именно: только неприятный осадок теребил душу все утро. До того момента, когда набат начал собирать защитников на первой стене.