Император Нершат сидел в глубоком удобном кресле в полумраке своих внутренних покоев и с отсутствующим видом перекатывал в тонких изящных пальцах хрустальный бокал на длинной ножке, наполненный красным эрилийским вином тысячелетней выдержки. Состоявшийся только что разговор с сыном заставил его серьезно задуматься. Нет, то, что в физическом плане это именно Габриель, Нершат уже не сомневался. Родовое чутье в таких случаях не подводит, и при первом же близком контакте он смог точно сказать, что светлые привезли ему именно сына, а не какую-то подмену, выращенную магами жизни, которых у "лесных братьев" было как грязи. (Стоит признать, у Императора дроу имелись подозрения на этот счет.) Но вот манера поведения, эмоциональность и открытость… Таким Габриеля можно было увидеть разве что в глубоком детстве. Неужели пережитые потрясения сказались на психике наследника настолько сильно? Или ему столь качественно промыли мозги? Но ведь не должны были успеть! Троица, так называемых, друзей принца прибыла достаточно быстро, обеспечив ему привычное окружение и необходимый присмотр.

При воспоминании о Литоре, Нраре и Фейсате, император недовольно поморщился. Предатель, зануда и политик. Не лучшая компания для наследника, но в своем роде незаменимая. Нершат предпочел бы видеть рядом с Габриелем других дроу, но… В своем стремлении создать из младшего — и оттого самого любимого, — сына приемника, он в свое время несколько перестарался. Сейчас император уже мог сам себе честно в этом признаться. Перегибы в воспитании присутствовали, и существенные. Отношения со своим ребенком он основательно испортил, потеряв возможность влиять на его решения. Нершат хотел бы, чтобы все было совсем по-другому, но былого не воротишь.

Габриель вообще не должен был становиться наследником! Для этой цели у императора были целых два старших сына, которых с самого рождения воспитывали в нужном ключе. Правитель как-то считал, что этого более чем достаточно. Габи же изначально был ребенком скорее для души. Нершат привык его баловать, а не воспитывать!

На момент смерти Найрхата и Кишара Габриель был еще слишком мал для того, чтобы суметь, как император, адекватно оценить возникшую проблему. Из-за этого, чтобы добиться желаемого, с мальчиком зачастую приходилось действовать силой. В итоге сын отдалился и, даже более того, начал отца тихо ненавидеть. Общаться с ним тет-а-тет последнее время было крайне тяжело. Если в присутствии посторонних он держался просто подчеркнуто холодно и официально, то наедине разве что только не плевался ядом, не желая ничего слушать.

Вздохнув, Нершат побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. Может, стоит задуматься над возможностью завести еще одного ребенка? Вообще-то, кодекс правящей семьи дроу запрещал иметь больше трех детей. (Собственно, именно поэтому Нершат и был твердо уверен, что Литор не может оказаться его сыном. В семье нерг Шаарах это никогда не было тем вопросом, который пускался на самотек, за подобным весьма пристально следили.) Нахмурившись, император решил, что стоит поднять хроники и удостовериться, в каких случаях возможно правило нарушить. Наверняка должны быть варианты. Схлопотать же по глупости месть родовой магии не хотелось. Древняя сила из поколения в поколение хранила императорскую семью, и было бы крайне самонадеянно не считаться с ней.

В принципе, то, что Габриель потерял воспоминания — не такая уж и большая проблема, благо, наставников хватает, но вот вдалбливаемые в наследника стереотипы поведения… Это уже серьезнее. Натаскать так просто второй раз его вряд ли получится — он уже давно не ребенок и имеет свое мнение. К тому же, на создание того Габриеля, который отправился к светлым, ушло слишком много времени, нервов и сил. Придется действовать осторожно. Согласно донесениям, эльфы вокруг мальчишки так и вьются, всячески опекая. Если с принцем сейчас вести себя жестко, велика вероятность, что он станет послушной марионеткой Альнмиира. Этого нельзя допустить ни в коем случае.

Жених еще этот. Нет, когда император соглашался отправить сына в Мальрах гарантом мира, он совершенно не планировал подобного! Предполагалось, что помолвка будет фиктивной! Теперь же… теперь придется что-то решать. Надо бы связаться с Гаринелем и обсудить проблему наследования. Альнмиир же старший сын, тоже наследник. Как-то теперь детей делить придется. Хотя… Вполне можно попробовать государства объединить, создать общую столицу… К тому же, велика вероятность того, что принцы не уживутся, и никакой свадьбы в итоге не будет. Император хорошо знал характер собственного сына, тот был далеко не подарок. То, что Габриель имеет с женихом более близкие отношения, чем предполагалось, конечно, неприятно, но вовсе не смертельно.

Нахмурившись, мужчина сделал небольшой глоток, перекатывая по языку великолепный напиток. В любом случае, пока до этого еще далеко. На данный момент, прежде всего, необходимо разобраться с теми, кто покушается на жизнь Габриеля. Работы в этом направлении активно ведутся, а когда прибудет Литор, можно будет проверить кое-какие догадки.

Усмехнувшись, Нершат прикрыл глаза, переключая свое внимание. Скоро начнется бал. Вот где можно будет доподлинно оценить те изменения, что произошли с наследником. Император прекрасно знал не только своего сына, но и своих придворных. То, что те не предпримут никаких действий, дабы привлечь внимание наследника, было настолько маловероятно, что даже не принималось в расчет. Вечер обещал стать весьма интересным и познавательным!

Предположения оказались полностью верны. Как ни удивительно, но сын Нершата нисколько не разочаровал, хотя император был уже морально готов ко всякому, кто их знает, этих светлых, чему они там ребенка научили? Принц вел себя с подобающей сдержанностью и спокойствием, однако опытному глазу отца было заметно, как тому скучно стоять рядом с родительским троном. Ну, да это и не удивительно. Сколько Нершат помнил, терпением Габриель никогда не отличался. Потому дроу с интересом и даже неким азартом ждал, когда же наследник начнет действовать? Критическая отметка, обозначенная императором для самого себя, была превышена почти на десять минут! Потому, когда Габриель тяжко вздохнул и скосил на него глаза, Нершат решил ребенка дольше не мучить и предложил присоединиться к веселящимся. Как ни странно, восторга по этому поводу тот не выказал.

По залу наследник передвигался исключительно в сопровождении Альнмиира и вообще всячески демонстрировал, что он вот с ним, и его это полностью устраивает. Усмехнувшись, Нершат откинулся на спинку трона, устраиваясь поудобнее. Габриель — скорее всего, сам того не зная, — бросал открытый вызов своим прежним воздыхателям. Группа особо активных придворных просто не могла проигнорировать подобное! Слишком уж отличалось происходящее от привычной всем им схемы поведения наследника. Императору стало крайне любопытно, что же те рискнут предпринять? Ситуация складывалась весьма щекотливая, и, сделав неверные выводы, придворные рисковали схлопотать по шее. Усмешка правителя приобрела хищный оттенок. Разбираться с неудачливыми поклонниками сына было для него самым любимым развлечением. Просто отдых для души!

Между тем, Габриелю, похоже, все окончательно надоело, и он целенаправленно утащил своего рыжего и крайне послушного, что не могло Нершата не порадовать, жениха в темный уголок, где они и обосновались. Подходить к парочке пока никто не решался, но император уже заприметил группку что-то живо обсуждающих придворных, как раз из тех, особо активных.

Пока с основными действующими лицами вечера ничего интересного не происходило, мужчина решил переключить внимание на другой любопытный объект. Магистр светлых произвел среди дроу просто фурор и вызвал целую волну ажиотажа! Если бы не Шайрен, мужественно отбивающий основные атаки придворных, Лиорлилля бы растащили на сувениры в первые же минуты бала, или же какая-нибудь особо активная дамочка уволокла светленького к себе в покои. И не факт, что она была бы там одна: желающих собралась целая очередь! Золотистый маг так мило краснел и смущался, что Нершат невольно сам засмотрелся, отмечая, что в целом экземпляр действительно довольно любопытный: в его коллекции такого еще точно не было. А по зеркалу связи он казался гораздо старше…

Император так увлекся разглядыванием непривычного к подобному повышенному вниманию эльфа, что упустил из вида Габриеля. Заметив, что объект наблюдения забеспокоился и постепенно перестал обращать какое-либо внимание на все еще толпящихся вокруг него дроу, становясь очень серьезным и оттого выглядящим гораздо взрослее, Нершат подался чуть вперед, желая понять, что же мага так встревожило. Тот же, тем временем, кого-то пристально выглядывал в толпе. Проследив за взглядом светлого, Нершат нахмурился. Он что-то пропустил. Габриель стоял в своем углу один и нервно оглядывался по сторонам. И где, спрашивается, второй? Тут к наследнику подошел кто-то из придворных, и стало понятно, что ситуация стремительно накаляется. Судя по выражению лиц обоих, Габриель огрызался уже в открытую, не стесняясь посылать надоед прямым текстом!

Быстрый осмотр зала пропавшего Альнмиира не выявил. Куда этот рыжий мог деться? Нершат невольно начал барабанить пальцами по подлокотнику трона. В воздухе запахло угрозой. Габриель резко сорвался с места, ныряя в толпу гостей и рассекая ее, словно остро заточенный клинок. Одновременно с ним с места сдвинулись и Лиорлилль с Шайреном. Наблюдая за чуть ли не рычащим сыном, император мрачнел все больше. Что с мальчишкой? Взгляд темно-синих глаз правителя метнулся на магистра светлых, настойчиво пробирающегося к наследнику. Маг что-то знал или же понимал, что происходит. Не собираясь пускать все на самотек, Нершат решительно встал со своего места. Короткое, но от того вовсе не простое, заклинание — и вот уже император может передвигаться по залу, не привлекая лишнего внимания. Те, кто будет в состоянии его увидеть, лишнего любопытства проявлять не станут. Раз правитель хочет быть незаметным, то пусть так и будет. А остальные и не поймут ничего.

Преследовать эльфов оказалось на удивление сложной, но, к счастью, вполне выполнимой задачей. Лиорлилля и Шайрена Нершат нагнал в одном из многочисленных коридоров дворца. Парочка стояла на развилке и растерянно оглядывалась, явно не зная, куда свернуть.

— Где Габриель? — Сбрасывая с себя заклинание, требовательно спросил император, в упор глядя на командира своей внутренней безопасности.

Шайрену по должностным обязанностям было положено знать ответ на поставленный вопрос. Светлый магистр на появление императора отреагировал крайне спокойно — ему было явно не до того. Замерев на месте, Лиорлилль хмурился и внимательно к чему-то прислушивался. Не успел Шайрен слова сказать, как в отдалении раздался яростный вой.

— Туда! — воскликнул маг, мгновенно сорвавшись с места.

Переглянувшись, дроу поспешили следом. Бежать пришлось недалеко, к тому же, ориентир из яростных рыков продолжал исправно указывать дорогу. Правда, когда эльфы оказались уже в непосредственной близости, звуки прекратились. Нершат даже думать не хотел над тем, что это такое!

Магистр и Шайрен ворвались в приоткрытую дверь на полном ходу, император же себе такого позволить не мог, потому переступил порог чуть позже, неторопливо и спокойно. Все его спокойствие разом пошло трещинами, стоило Нершату увидеть открывшуюся картину. Только вековая выдержка не позволила ему замереть на месте, подобно тому же Шайрену. Лиорлилль подобных проблем не испытывал. Не сбавляя скорости, маг бросился вперед, к развороченному ложу, в центре которого развалился полуголый принц светлых, к боку которого прижимался недовольно порыкивающий и хлещущий по сбитому покрывалу хвостом ширан. Зверь самозабвенно гипнотизировал дверь в зал для омовения, которая могла похвастаться шикарными бороздами от когтей.

Приближение мага и требовательный тычок в лоснящийся черный бок зверь воспринял вполне спокойно, послушно встав на длинные мощные лапы и отойдя чуть в сторону, освобождая место.

— Что произошло? — с нескрываемой тревогой в голосе спросил Лиорлилль, начиная водить над Альнмииром руками, явно проводя диагностику состояния его здоровья.

Ширан низко зарычал и оскалился, словно бы отвечая на поставленный вопрос мага. Крылья плотно прижались к спине, а шерсть на загривке вздыбилась. Придя в себя, Нершат грозно потребовал объяснений:

— Что здесь вообще происходит?!

Крылатый кот испуганно прижал уши и припал к кровати, в упор уставившись на императора какими-то подозрительно знакомыми сиреневыми глазами.

Ой… Я испуганно вздрогнул и прижался к кровати. В крови все еще бушевал адреналин, мыслить логически получалось через раз. А император-то за каким хреном тут?! Глядя на грозно хмурящегося и поджимающего губы Нершата, я как-то резко понял — писец подкрался незаметно… Хотя… А чего это я? Я в своем праве! Резко успокоившись, сел, гордо подняв голову и расправив крылья.

— Гряу! — Ну, не прибьет же он меня, в самом деле.

Отвлекшись от Миира, Лео посмотрел на императора и немного рассеяно заметил:

— Эм… Мне казалось, вам сообщили, что Габриель может обращаться в ширана, — после чего вновь повернулся к рыжему.

Наблюдать удивление на лице отца было крайне интересно и даже в каком-то роде познавательно, но тут Миир застонал, и я резко развернулся к нему, нависая над женихом. Только попробуй мне тут помереть! Я с тобой еще сам не закончил!

Рыжий страдальчески поморщился и, приоткрыв глаза, прошептал:

— Не шипи, и так голова раскалывается.

Сначала меня затопило облегчение от того, что с ним все в порядке — раз говорит, значит, жить будет, — а потом от возмущения я уронил челюсть, подпрыгнув на месте. Матрас основательно встряхнуло, и теперь уже на меня недовольно зыркнул Лео. А мне пофиг! Что это значит, "не шипи"?! Он тут занимается черт-те чем, я а не шипи?!?! От всколыхнувшейся в груди ярости я низко зарычал.

— Макс, успокойся! — прикрикнул на меня Лиорлилль. — Он тебе сейчас все равно ничего связного не скажет! Его отравили. И вообще, я его пока усыплю лучше.

Шумно фыркнув, я вновь уселся, недовольно стуча кончиком хвоста по кровати и стараясь держать себя в руках. Краем глаза отметил, что император что-то сказал Шайрену, и тот выскользнул за дверь. Сам же Нершат подошел к постели ближе, попеременно разглядывая то меня, то Миира, но в процесс диагностики не вмешиваясь. Наконец, Лео закончил со своими манипуляциями и выпрямился.

— Ничего смертельного. Ему дали легкий галлюциноген и что-то рассеивающее внимание и повышающее внушаемость. Делать ничего не надо, через пару часов все само выветрится, даже следов не останется.

Вынеся свой вердикт, магистр уставился на меня в упор. Я раздраженно дернул ухом. Если он хочет подробного отчета, то обломись. Шираны по-эльфийски не разговаривают! Поджав губы, Лео повернулся к Нершату, замершему рядом с кроватью.

— Полагаю, чтобы понять, что здесь произошло, нам придется подождать, пока Альнмиир придет в себя? — холодно уточнил император.

Лео удрученно развел руками, соглашаясь с высказыванием.

— В таком случае, у меня следующие вопросы: как долго мой сын будет пребывать в подобном состоянии, и почему он вдруг стал Максом? — Голосом Нершата вполне можно было бы заморозить небольшое озеро. — Я ведь не ослышался, вы его именно так назвали?

Растерянно моргнув, Лео перевел на меня взгляд. Блин… Спалились…

— В таком виде он будет до тех пор, пока полностью не успокоится и не перестанет волноваться из-за того, что его в подобное состояние привело. Он пока не умеет контролировать свои способности, — глубокомысленно изрек магистр. Почесав кончик носа, он добавил: — А Макс, потому что на Габриеля он, когда в прошлый раз был шираном, просто не отзывался. Альнмииру пришлось перебрать большую часть известных нам имен, прежде чем ваш сын хоть как-то отреагировал. Так что вот.

Разведя руками, Лиорлилль большими честными глазами уставился на императора. Нершат задумался, а я был готов кричать браво и аплодировать находчивости мага!

— Что-то я такого имени не знаю, — в конце концов, хмуро заметил император, сверля Лео тяжелым взглядом.

— Максимилиэль, это очень древнее эльфийское имя, — тут же вдохновенно выдал тот.

От подобной трактовки моего родного имени я подавился и возмущенно взрыкнул. Лео тут же добавил:

— Коротко — Макс.

Против этого я не возражал.

Тяжело вздохнув, Нершат перевел взгляд на меня и задумчиво заметил:

— Ну, что ж, Макс так Макс. Оборотни в нашей семье всегда отличались повышенной оригинальностью. Это еще не худший вариант.

Я тут же насторожился. Оборотни? В нашей семье? Лео разделял мое любопытство и озвучил вопрос вслух. Император согласно кивнул и даже расщедрился на комментарий:

— Да, основатель семьи нерг Шаарах был великим магом и в свое время, помимо прочего, научился оборачиваться в ширана, закрепив эту особенность на магическом уровне. Собственно, именно поэтому крылатый кот и является гербом нашего рода. С тех пор периодически рождаются дети, одаренные подобной способностью. — Немного помолчав, Нершат добавил: — Только вот последний раз такое произошло шесть поколений назад.

О, как… Прикольно. То есть, существует вероятность того, что Габриель был оборотнем, а мне это все просто досталось по наследству? А как же живая татушка?

— Обычно дроу-оборотни появляются на свет с родимым пятном характерной формы и могут превращаться с самого детства. У Габриеля такого не было, — продолжил император, вновь начиная хмуриться. — Потому я не очень-то поверил донесениям.

После недолгого молчания Лео задумчиво произнес:

— После ритуала у него на спине появилась живая татуировка в виде ширана. Возможно, несчастный случай и то, что он практически был за гранью, спровоцировали пробуждение дремлющей магии?

Император задумчиво кивнул, но я уже не слушал. Чуткие кошачьи уши уловили осторожное шебуршерие за дверью ванны. Сузив глаза, я весь подобрался, плавно разворачиваясь в ту сторону и буквально стекая с кровати на полусогнутых лапах. Цыпа-цыпа-цыпа…