В «Астор-хаус» Уиллоу попала под вечер. Она заняла самый роскошный и дорогой номер, потребовала принести обед в номер и заказала ванну. Наконец-то долгожданный отдых.

Но сначала следовала прочитать записку Чарли. Дождавшись, когда коридорный поставит вещи и удалится, Уиллоу отстегнула верхнюю часть платья, соединявшуюся с юбкой при помощи, широкого пояса. Обрывок бумаги был запачкан кровью. Кровь высохла и обрела темно-бордовый оттенок. Кровь Чарли… Вспомнив о безжизненном теле на полу пассажирского вагона, Уиллоу чуть не выронила бумажку. Лишь через несколько минут она усилием воли заставила себя развернуть окровавленную записку.

Но что это? Лишь одно-единственное слово, второпях нацарапанное посередине. «Гидеон».

– Гидеон? – пробормотала она. – Что же это значит?

Уиллоу разулась и сунула листок в носок ботинка. Так безопаснее. Отправилась в ванную.

Гидеон… Что же означает это странное слово? Гидеон. И какое отношение оно имеет к убийце Чарлза?

Может быть, это фамилия? Пожалуй, нет. Она никогда не встречала в Нью-Йорке человека по фамилии Гидеон.

Вероятно, это имя. Имя преступника, который всадил в Чарли кинжал и оставил умирать в вагоне. Чарлз, наверное, догадался, что за ним охотятся, и на всякий случай написал имя своего врага на клочке бумаги.

А что, если это вовсе не имя, не фамилия, а название города, театра или клуба?

Она вышла из ванной и направилась в комнату. Теперь самое время перекусить и улечься в постель.

Стук в дверь прервал ход ее мыслей. «Должно быть, принесли обед», – подумала Уиллоу. Накинув на мокрое тело свой любимый красный халат, она открыла Дверь.

У порога стоял Роберт.

– Это вы? Входите. – Уиллоу отступила, пропуская шефа в комнату. – Что-то случилось?

– Нет, ничего. – Он разделся и бросил пальто и котелок на ближайший стул. Потом плюхнулся на мягкий диванчик.

– Зря пытаетесь провести меня, – усмехнулась Уиллоу. Кожа ее покрылась мурашками. Она зябко поежилась и поплотнее запахнула полы халата. – Ведь что-то тревожит вас, разве не так?

– Ни-че-го, – произнес Роберт. – Наши агенты вместе с полицейскими прочесали каждый дюйм на месте преступления, но не нашли улик. И ни один из пассажиров не слышал и не видел ничего подозрительного.

Рассказать о предсмертной записке Чарлза? Уиллоу закусила губу. Нет, надо пока оставить записку при себе. Пусть в запасе будет хотя бы один козырь. Особенно теперь, когда волею судьбы детектив Хейстингз отстранена от дел. Если бы только Роберт был откровеннее! Тогда и она открылась бы на все сто.

Уиллоу уселась рядом с Пинкертоном и подобрала под себя ноги. Как бы заставить его раскрыть карты? Она опустила ладонь на колено Роберта.

– Может быть, я наконец узнаю, чем занимался Чарлз на вокзале?

Роберт устало вздохнул и прикрыл глаза.

– Нет, Уиллоу. Такова, политика агентства… Пока детектив не подключен к расследованию, он не должен получать, сведения по этому делу.

– Так подключите же меня!

– Что? – Пинкертон нахмурился. – Увы, это слишком опасно.

– Но такова работа любого сыщика. Знаю, сейчас вы припомните мою неудачу в Миссури. Но разрешите доказать, что я все-таки способна вести расследование. И достойна высокой чести носить на груди значок с эмблемой агентства.

Роберт пристально смотрел на свою сотрудницу.

– Тебе нельзя не доверять, Уиллоу, – сказал, он наконец. – Пожалуй, я доверяю тебе даже больше, чем другим агентам, работающим под моим началом. Знаю, что ты справишься с любым делом, какое бы ни поручили. Но сейчас речь идет о твоей безопасности. Я не имею права рисковать жизнью и здоровьем агента.

Уиллоу невольно поморщилась.

– Мне и раньше доставались чрезвычайно опасные задания. Или вы забыли тот случай, когда Уиллоу Хейстингз взяли в заложницы и она держала оборону против целой банды дезертиров, бежавших из армии?

Роберт отчеканил:

– Я никогда ничего не забываю.

– Тогда поручите мне это дело. Я сама разыщу негодяя, который убил Чарли.

Но Пинкертон был неумолим.

Прошло два дня, а Уиллоу все еще дулась на Роберта. «Но может быть, шанс реабилитироваться в глазах начальства еще не потерян и сдаваться рано?» – размышляла она, сидя на диване. Наконец поднялась и стянула волосы на затылке в тугой узел, оставив лишь несколько локонов, струившихся вдоль щек. Надела персиковый, в белую полоску, костюм – память о поездке в Индианаполис (облегающий жакет застегивался под горлом – оставалась лишь полоска кружев на воротничке белоснежной блузки, а длинная прямая юбка была украшена сзади огромным бантом). Туфли же подобрала под цвет костюма – атласные, на невысоких каблуках. А экстравагантная шляпа, украшенная дюжиной оранжевых и белых перьев, придавала ей особый шарм.

Захватив зонтик от солнца, Уиллоу, преисполненная оптимизма, вышла из отеля и зашагала по Пятой авеню в направлении агентства Пинкертона.

Миссис Жирард была, как всегда, приветлива. Оказалось, что Роберт уехал на встречу с Уорнером.

– Мистер Пинкертон скоро будет, – сообщила секретарша. – Вы можете пройти в кабинет, мисс Хейстингз. Я сообщу, что вы ждете.

– Спасибо, миссис Жирард.

Уиллоу вошла в уютный кабинет Пинкертона, уселась в большое кожаное кресло и принялась выбивать энергичное стаккато металлическим наконечником зонтика.

Роберт появился через несколько минут. Он был в зеленом охотничьем плаще, в коричневых брюках – и в прекрасном расположении духа.

– Уиллоу? – удивился он. – Что привело тебя сюда в такой чудесный солнечный день?

– Подумала, что неплохо бы нанести визит. – Она улыбнулась и, приподнявшись, чмокнула Роберта в щеку. – Есть что-нибудь новенькое по делу Чарлза?

– Представь себе, да.

Такого ответа она не ожидала. В голове теснились вопросы, мучившие ее уже несколько дней.

Роберт занял свое место за письменным столом и с усмешкой проговорил:

– Кажется, тебя распирает от любопытства? Узнаю агента Хейстингз – не может долго сидеть на одном месте. Или я не прав?

– Да, – выдохнула Уиллоу.

– Что ж, тогда приготовься слушать. – Уиллоу вся обратилась в слух.

– Полиция передала дело Чарлза нам, – сообщил Роберт.

Уиллоу взглянула на него с удивлением. Таких случаев в ее практике еще не было. Правда, Пинкертон всегда тесно сотрудничал с властями, но никогда еще полиция не отказывалась от расследования в пользу агентства.

– Они сделали все, что положено делать полиции. Осмотрели место преступления, оформили нужные бумаги. Но видишь ли, Баркер был нашим человеком, и поэтому бразды правления переданы агентству. Вчера пришла телеграмма от бостонского отделения «Юнион Пасифик». Поезд, где произошло убийство, принадлежит «Юнион Пасифик», вот они и предлагают прислать своего агента для проведения независимого расследования.

– Надеюсь, вы не собираетесь с ними сотрудничать?

– Не собираюсь – что? – не понял Роберт.

– Позволять им проводить свое расследование. Ведь мы не знаем, кто будет заниматься делом Чарли. Боюсь, своим вмешательством этот человек только расстроит наши планы.

– Ну что ты, Уиллоу. Уверен, агенты «Юнион Пасифик» знают свое дело. Конечно, они не чета нашим сотрудникам, – добавил Роберт, – но достаточно сведущи, чтобы помочь в расследовании. К тому же мы с Френсином уже обсудили этот вопрос и решили согласиться на сотрудничество.

Уиллоу судорожно сглотнула. Уж если за дело взялся Френсин Уорнер – значит, ее шансы на оправдание перед руководством равны нулю. У такого человека, как Уорнер, нет времени выслушивать точку зрения простого смертного. Вот Роберт, который уважает ее и доверяет ей, обычно долго взвешивает все «за» и «против», все тщательно обдумывает и лишь потом принимает решение. Уорнер же, напротив, воспринимает ее, Уиллоу Хейстингз, прежде всего как женщину, а не как опытного детектива.

– Тогда дайте время подумать, – сказала она. – Ведь надо разработать план действий. Причем сделать это следует до того, как к нам приедет офицер «Юнион Пасифик».

Роберт покачал головой:

– Увы, он уже в Нью-Йорке.

Уиллоу похолодела. Значит, ее карьере пришел конец?.. А ведь еще совсем недавно она выслеживала Сэмми и была уверена в успехе. И вот Нью-Йорк, кабинет Пинкертона и отстранение от дел. Неужели детективу Хейстингз придется вытирать пыль со старых папок и расставлять их на полки в алфавитном порядке? Неужели для нее не найдется более интересной работы?

«Нет, – подумала Уиллоу, – слишком много сил отдано службе в агентстве. Если боссы считают, что я недостойна быть настоящим сыщиком – раскрывать серьезные преступления, а не искать похищенный из чьей-то тарелки кусок рождественской индейки, – значит, мне нечего здесь делать».

Что ж, решение принято. Уиллоу поднялась с кресла.

– Роберт Аллен Пинкертон, – проговорила она, пронзая шефа сверкающим взглядом, – мне надо сказать вам только два слова: я увольняюсь.

– Что?! – изумился Роберт. Он вскочил со стула и, бросившись следом за Уиллоу, догнал ее уже у самой двери. – Ты не можешь уволиться.

Уиллоу понимала, что шеф в ужасе от ее заявления. «Забавно», – подумала она и улыбнулась.

– Милый мой Роберт… – Уиллоу коснулась губами его щеки, потом другой. – Как же я люблю вас! И все-таки я могу уйти, более того, намереваюсь сделать это.

Роберт преградил ей дорогу.

– Уиллоу Элизабет Хейстингз… – сказал он, глядя в глаза своей подчиненной. – Уиллоу, вы красивая, очаровательная – и чертовски упрямая женщина. Порой с вами нелегко, но вместе с тем вы прекрасно…

– Роберт, – перебила Уиллоу, – знайте одно. Не важно, как распорядится судьба, в любом случае для меня вы останетесь человеком, которому можно доверять самые сокровенные тайны. С вами я не побоялась бы пройти через все вересковые пустоши Шотландии.

– Знаю. Но, Уиллоу, ты не даешь мне договорить. Кроме красоты и надежности, я ценю в тебе еще одно качество: ты прекрасный детектив. Сложнейшие дела тебе удается распутывать с легкостью настоящего профессионала.

– Серьезно? – Уиллоу распирало от гордости.

– И я сделаю все, чтобы ты осталась в агентстве.

У нее перехватило дыхание. Неужели Бог услышал ее молитвы?

– Думаю, у вас остается лишь один шанс, мистер Пинкертон.

Роберт прищурился:

– И что же это за шанс?..

– Поручить мне следствие по делу Баркера.

– Что?! – Этого Роберт никак не ожидал. – Или я ослышался?

– Нет-нет, со слухом у вас все в порядке. Хотите, чтобы я осталась в агентстве, – поручите найти убийцу Чарли.

Пинкертон покачал головой и вернулся за письменный стол.

– Ну и цену ты заломила, мисс Уиллоу Хейстингз!

– Я того стою. – Она с невозмутимым видом пожала плечами.

Роберт надолго задумался. Детектив Хейстингз и впрямь заломила цену… Подняв голову, он пристально посмотрел в глаза Уиллоу.

– Что ж, я согласен, – проговорил он, пристально глядя в глаза Уиллоу. – Но лишь при одном условии.

Последние слова шефа заставили ее насторожиться. Сделка? Не слишком ли опасная?

– Так что же это за условие, мистер Пинкертон?

– Оно очень простое. Речь идет о сотрудничестве с представителем «Юнион Пасифик». Так я приглашаю агента?

Уиллоу медлила, взвешивая все «за» и «против». Впрочем, выбор был невелик. Либо оставить службу в агентстве и, если повезет, найти место прачки или гувернантки. Либо остаться и – чего бы это ни стоило смириться с необходимостью сотрудничать… В том, что офицер «Юнион Пасифик» будет только мешать, сомнений не возникало.

– Что ж, вы, сэр, не продешевили. Но я согласна. – И тут же раздался негромкий стук в дверь.

– Войдите! – крикнул Роберт.

Уиллоу услышала шаги за спиной. Но она по-прежнему смотрела на Роберта и не спешила поворачиваться к двери.

– Уиллоу Хейстингз, позвольте представить вас офицеру «Юнион Пасифик» Брэнду Доновану.