Вернувшись после работы домой на такси, потому что Ольга забрала машину и, не увидев на стоянке своей синей «БМВ», Игорь сперва подумал, что у его отца опять неприятности со здоровьем. К сожалению, так уже бывало, и Ольга уезжала к нему, но — сразу же насторожился Игорь — она всегда звонила и предупреждала!

Расплатившись с шофером и выйдя из машины, он огляделся по сторонам. Все, как всегда, в это время: дети бегают, старушки у подъездов обсуждают последние новости из собеса и ТСН.

Поздоровавшись, он быстро прошел сквозь этот строй и поднялся к себе домой. Ольги не было. Не застав ее, хотя она должна давно уже быть здесь и вообще не видя следов ее присутствия, Игорь немного заволновался. Он набрал номер отца и позвонил. Трубку никто не снял. Отца Игоря, профессора университета Александра Владимировича Дубровина тоже не было дома. Сев на кухне на табурет, Игорь нервно побарабанил пальцами по столу… К сожалению, все ясно, и нужно просто ждать. Скорее всего, у отца снова приступ и, возможно, его увезли на «скорой». Ольга позвонит при первой же возможности. Решив так, Игорь переоделся и начал соображать, что бы такое изобрести на ужин — не очень сложное, но приятное?

Можно ли придумать что-нибудь лучше яичницы? Посмотрев в холодильнике и увидев, что есть и яйца, и куча всяких разностей, Игорь резонно рассудил, что, как только Ольга вернется, он успеет все приготовить, пока она будет переодеваться.

Подумав так, он устроился в кресле с книгой, постоянно, через каждые полчаса, набирая отцовский номер.

Зимой темень опускается быстро, и уже к девяти вечера, глядя в окно, Игорь начал испытывать сильное беспокойство. Он старался убедить себя, что если бы с отцом действительно произошло что-нибудь ужасное — не дай Бог, конечно, ему бы сообщили. Нашли бы возможность. От таких мыслей вместо спокойствия, появилось раздражение: неужели так трудно позвонить в любом случае? Он снова набрал номер отцовского телефона. Ага! Теперь занято!

Игорь прошел на кухню, выбил из пачки сигарету и закурил. Сейчас ему позвонит Ольга и все объяснит. Он даже улыбнулся, вспомнив свою нервозность.

И действительно раздался телефонный звонок.

Взяв трубку, Игорь выпустил сигаретный дым вверх и спокойным голосом сказал:

— Да, я вас слушаю.

— Здравствуй, здравствуй. Это Мостовой говорит, — услышал он знакомый голос, чуть хрипловатый, с твердыми интонациями.

Игорь узнал бы его и без представления: настолько хорошо они были знакомы с Василием Семеновичем. Звонок Мостового был очень некстати, и не только потому, что сулил какие-то неожиданности — просто так, беспричинно он не звонил, а ведь это был уже второй звонок — все сомнения и страхи, сразу же будто возродились в душе Игоря. Теперь уже он по-другому оценил отсутствие Ольги и отца дома.

«Что же могло произойти?» — подумал он.

— Добрый вечер, Василий Семенович! Вы все на работе или из дома звоните? — осторожно спросил Игорь, чтобы как-то начать разговор, и несколько раз затянулся сигаретой, стараясь вызвать некоторое расслабление.

— Мне до дома еще не скоро, я, как Иосиф Виссарионович, ложусь спать после полуночи. И так — каждый день. Ты мне вот что скажи: твоя машина где?

Вопрос Мостового был неожиданным. Игорь почувствовал, как холодная волна озноба пробежала по затылку… Неужели что-то с Ольгой?

— Если честно, Василий Семенович, я сам не знаю, а знать хотелось бы.

— Странные дела, однако. А супруга твоя дома?

Умеет, однако, Мостовой задавать вопросы, на которые не знаешь, как ответить. Игорь посмотрел на недокуренную сигарету и медленно положил ее в пепельницу. Медленно и осторожно он произнес:

— Ее нет, Василий Семенович.

Помолчав мгновенье, Игорь решил, что нужно рассказать все:

— Она уехала с работы сегодня сразу после обеда, я сам отпустил ее, но, похоже, в квартире она не появлялась. Я весь вечер звоню отцу, там нет никого. Не было, — сразу же поправился он, вспомнив, что в последний раз, когда он позвонил, услышал короткие гудки. — А я могу узнать причину ваших вопросов?

— Можешь, наверное. — Мостовой кашлянул, видимо, давая себе паузу для размышления. — Думаю, можешь, если не темнишь по своей привычке. Твоя иномарка стоит у Сенного, как заезжать с Астраханской, направо. ППС-ники заинтересовались, что она тут делает — стоянка только днем, и то платная. На ночь машины там не оставляют. Доложили по команде, а там, через ГИБДД, и до меня дошло: вспомнили, что и мне эта машина зачем-то была нужна в субботу. Так где, говоришь, Ольга?

— Не знаю, Василий Семенович. Я сейчас же выезжаю к машине, запасные ключи у меня есть. Там все видно и будет. Или наоборот, — Игорь уже стоял, прижимая телефонную трубку к уху плечом.

Одной рукой он доставал из кухонного ящика, висящего на стене сразу же у двери, ключи, второй засовывал в карман сигареты и зажигалку.

— Такие, значит, дела, — протянул Мостовой и, немного помолчав, добавил: — Ты хорошо помнишь номер моего телефона?

— Конечно, Василий Семенович, — Игорь уже не расположен был вести беседы, и Мостовой это почувствовал, поэтому он закончил разговор просьбой обязательно «позвонить в случае чего».

— Спасибо, но уж лучше без этих случаев.

Закончив разговор, Игорь еще раз проверил содержимое карманов, взял вторую пачку сигарет, деньги. Подумал и оставил на столе записку: «Оля! Я уехал на Сенной рынок к машине, позвоню обязательно. Игорь».

Выходя из квартиры, он в первый раз подумал о том, что, может понадобиться оружие, потому что, похоже, с Ольгой что-то случилось неожиданное. А неожиданности редко когда бывают приятными. Но сейчас ехать в гараж за оружием времени не было. Да и видимых причин тоже.

До места добрался он быстро: повезло с частником. Его синяя «БМВ» стояла, где и сказал Мостовой, — почти рядом со служебным въездом на рынок. Игорь огляделся по сторонам. Редкие прохожие и один слабо освещенный коммерческий ларек — соседние уже затемнились до утра. Вдали у трамвайной остановки маячит патруль ППС.

Подойдя к машине, он увидел, что она на сигнализации. Это могло означать только одно: Оля приехала сюда сама и спокойно вышла из машины. Игорь нажал кнопку дистанционного управления, замки щелкнули, сигнализация чирикнула. Он открыл двери и заглянул вовнутрь машины. Ничего в салоне не подсказывало ему, где Ольга.

Игорь закурил и снова осмотрел окрестности. Он пытался представить, как его жена приехала сюда за покупками: вот она вышла из машины, закрыла ее… что же дальше?

Игорь решил попытать счастья и направился к тускло освещенному ларьку. Игорь нагнулся к самому окошку и заглянул в него. Он увидел широкую, обтянутую клетчатой рубашкой спину мужчины, сидевшего на табурете в небольшом отдалении от окна. Игорь постучал. Мужчина вздрогнул и невнятно заворчал. На второй стук он медленно обернулся. Игорь увидел широченную сальную физиономию с толстыми губами. Мужчина был явным уроженцем южных гор.

— Что тебе, дорогой? — спросил он неожиданно тонким голосом.

— Вы не могли бы мне помочь? — Игорь пока не понял, какую манеру разговора избрать.

— Почему не могу? Очень могу!

Игорь вынул из кармана бумажник, раскрыл его и показал толстому кавказцу. Тот, подняв бровь, покосился на содержимое, вздохнул и замахал рукой:

— Заходи! Зачем стоишь?

Дверь ларька, расположенная слева, открылась, хотя продавец к ней и не потянулся, а продолжал сидеть на табуретке.

Игорь подошел к двери. За нею стояла девушка в короткой черной юбке, желтой рубашке, на плечи была накинута шуба.

— Вы будете заходить? Не май месяц! — она быстро осмотрела Игоря с головы до ног и улыбнулась.

Игорь зашел, и она тут же закрыла за ним дверь. Кавказец сидел в двух шагах от него, поглаживая сильно выпирающее вперед пузо. Игорь встал напротив, засунув руки в карманы пальто.

— Сколько, тебе, дорогой? — спросил кавказец и зевнул.

— Мне нужно не это, — ответил Игорь, понимая, что ему, скорее всего, предлагают наркотик.

Кавказец тяжело вздохнул, поцокал языком.

— Ее хочешь? — кивком показал на девушку. — Тебе, как брату, — он прижал пухлые ладони к груди и снова вздохнул, — тридцать пять баксов. Бери, все умеет.

— Я тебе дам больше, чем тридцать пять баксов, если скажешь мне, что нужно. Там стоит «БМВ», сегодня на ней приехала женщина. Теперь она пропала. Ты ничего не видел?

Толстяк моментально слетел с табурета. Теперь он стоял перед Игорем, глядя не него снизу вверх, правой рукой он продолжал гладить живот, левую сунул в карман брюк.

— Ничего не знаю, уходи, дорогой. Я тебя не видел, ты меня не видел, — заговорил он с неожиданной горячностью.

Своим пузом он несколько раз подтолкнул Игоря по направлению к выходу. Не справившись, отошел назад и повторил:

— Давай, уходи.

— Скажи ты ему, Эдик, — вдруг подала голос девушка из-за спины Игоря.

— Что «скажи»? Как «скажи»? — закричал на нее Эдик. — А потом мою голову в канаве найдут, да? — и, обращаясь к Игорю, повторил: — Уходи, дорогой, я ничего не знаю!

Игорь повернулся к девушке и достал из кармана бумажник. Не спуская с нее глаз, начал отсчитывать десятидолларовые купюры: — Раз, два, три, четыре… Расскажи мне, пожалуйста, и я сразу же уйду, — он взял в руку сорок баксов и протянул в ее сторону: — Что там произошло?

— Я знаю только то, что он мне сам Эдик рассказал, — спокойно произнесла она. — Сегодня у него была Светка, когда она уходила, подъехал Бешеный и затолкал ее в свою машину. Какая-то другая девушка, вроде, увидела, он и ее тоже запихнул. Это все.

Игорь посмотрел на тяжко дышащего Эдика. Тот пожал плечами, показывая, что его все происходящее не касается.

— Кто была та, другая девушка? — спросил Игорь.

Эдик отрицательно закачал головой, показывая, что не знает.

— Я спрашиваю! — рявкнул Игорь.

— Не знаю, правда, не знаю, — морщась, заговорил Эдик. — Никогда не видел, не знаю, откуда пришла. Я правду говорю!

— Кто такой Бешеный? — снова обратился Игорь к девушке.

Девушка пожала плечами:

— Ездит тут один, придурок лысый. У него с головой не все в поряке. Бывает не часто, наши с ним не соглашаются работать.

— Почему? — рассеянно спросил Игорь.

— Я же говорю, не все дома у него. Когда не под настроение — убить запросто может.

Игорь помолчал, обдумывая полученную информацию и, вздохнув, вышел из ларька.

— Эй! — окликнула его девушка.

Игорь оглянулся.

— А кто бабки сулил? Ты что же это?

Игорь сунул ей в протянутую руку доллары:

— Извини, спасибо.

— Тебе спасибо.

Отходя от ларька он услышал, как девушка крикнула Эдику:

— Вставай, толстопуз! Смотри — баксы есть!

После натопленного помещения ларька, погода на улице показалось особенно неприятной: ветер бил по лицу мелким колючим снежком, сразу замерзли руки. Игорь обругал себя за забытые перчатки и направился к телефону-автомату. На удивление, ближайший же оказался в рабочем состоянии. Пошарив в карманах, Игорь нашел нужную монету и набрал свой домашний номер. Слушая длинные гудки, он подумал, что боится звонить отцу — еще не пропала надежда, что Ольга у него. А если окажется, что нет?

Дальше думать не хотелось.

Сделав над собою усилие, Игорь позвонил. Отец был дома, он сегодня засиделся в гостях у друзей. Про Ольгу он ничего не знал. Игорь извинился и быстро положил трубку. Сейчас разговаривать ему не хотелось. Даже с отцом.

Отойдя от телефона, Игорь достал сигарету и закурил. Он почувствовал легкий озноб, поднял воротник пальто и повернулся спиной к ветру.

Площадь перед входом в рынок была непривычна пуста. На противоположной стороне от того места, где стоял Игорь, она обрамлялась сдвоенными трубами теплоцентрали, почти лежащими на земле. В свете болтающегося фонаря, Игорь заметил съежившуюся человеческую фигуру, сидящую на ящике, прислонившись к этим трубам. Это мог быть только бомж. Зная, что на рынке практически живут десятки бомжей, Игорь подумал, что можно расспросить и этого мужика.

Игорь молча пошел к трубе, рядом с которой на деревянном ящике примостился мужичонка в петушке и телогрейке.

Заметив направляющегося к нему высокого молодого человека в пальто, мужичонка вдруг засуетился, заерзал на своем ящике и закрутил головой.

— Только бы не удрал, — сквозь зубы проговорил Игорь и мужичонок, словно услыша его слова, внешне успокоился, только стал делать осторожнные движения правой рукой, запихивая за свой ящик вполовину наполненный полиэтиленовый пакет. Вероятно, сегодня этот бомж что-то удачно украл.

Подойдя почти вплотную, Игорь остановился, не сводя глаз с бомжа, сунул руку в карман и, не торопясь, достал оттуда пачку сигарет. Бомж все это время внимательно следил за его рукой. Очень похоже, что он готов был удрать, если из кармана покажется что-нибудь угрожающее.

— Закури, — Игорь протянул ему сигарету. Тот взял. — У меня проблема, братан, — сказал Игорь, давая ему прикурить от своей зажигалки. — Жена пропала.

— Повезло, — понимающе вздохнул бомж.

Игорь внимательно посмотрел на него. Мужик, возрастом очень за сорок, усы, бегающие глазки, трезвый.

— Нет, не повезло, — Игорь заговорил суше. — Сегодня она приехала на той «БМВ», — не глядя махнул ладонью, — оставила машину и ушла. До сих пор ее нет. Ты ничего не видел?

Бомж молча смотрел на Игоря. Слабая надежда, казалось, мелькнула для Игоря во всей этой безысходности. Игорь вынул из кармана бумажник — Если видел что-нибудь и расскажешь — получишь двадцать баксов. Ну?

Мужичонка явно начал колебаться. Тогда Игорь достал деньги и показал ему их.

— Что-то слышал, — бомж поднял голову и почесал шею. Затем кашлянул и стрельнул глазами по сторонам. — Уезжаю я завтра. В Кострому, — неожиданно произнес он.

Игорь молчал и ждал. Наконец, тот решился:

— Ребята говорили, строители сегодня затащили к себе в тачку двух баб. Может, и твоя там была, — сказал он быстро, продолжая оглядываться.

— Какие строители? — с безнадежностью спросил Игорь.

— А ездят тут двое, левые какие-то, наших все фалуют, работу предлагают, то есть. Строят чего-то.

Игорь сплюнул на землю: идет время, идет — все без толку! Ну, а теперь-то что делать?

— Опиши этих женщин, — попросил он.

— Бабы как бабы. Одна только Борисычу по морде, что ли, дала. Люди говорили… Не знаю, правда или нет.

— Рассказывай! — потребовал Игорь.

— Все! — мужичонок развел руками. — Они баб дубинкой электрической бьют, значит, а потом забалдевших и утаскивают. Что с ними делают потом, не знаю. Это сейчас у них тачка импортная, а раньше — «жигуль» был, тоже белый.

Игорь достал еще одну бумажку, но в руки бомжу денег не давал:

— Какая, говоришь, у них машина?

— Так я же тебе что талдычу? Белая такая импортная херня, подвеска — ни в звезду, ни в нашу армию.

Резко наклонившись вниз, Игорь схватил бомжа за грудки, дернул вверх:

— Марка какая? Как у меня? Или нет? Отвечай, твою мать!

Перепуганный мужичка, тяжело дыша, дрожал всем телом. Игорь почувствовал застарелый запах мочи, но сейчас ему было не до брезгливости. Тряхнув еще разок, он отпустил руки, и перепуганный бомж упал на землю.

— Какая у них марка машины? — с угрозой повторил Игорь.

— «Мерин», белый, старый, трехсотый, кажется, — бомж все понял и отвечал быстро и четко.

— Опиши строителей, — потребовал Игорь.

Судорожно сглонув слюну, бомж, осторожно садясь, ответил:

— Один, мне ровесник, Борисычем звать, он лысый совсем — на полигоне служил, куском, ну, прапорщиком, значит. Второй — молодняк, вроде тебя, — Сережа. Больше не знаю ничего. Отпусти меня, парень, я никому ничего…

Но Игорь не слушал. Уронив бомжу в подставленные ладони две купюры, он быстрой походкой шел к своей машине.