Военный переворот (Тринадцать)

Быков Дмитрий

 

 

1

У нас военный переворот. На улицах всякий хлам: Окурки, гильзы, стекло. Народ Сидит по своим углам. Вечор, ты помнишь, была пальба. Hизложенный кабинет Бежал. Окрестная голытьба Делилась на "да" и "нет". Три пополудни. Соседи спят. Станции всех широт Стихли, усталые. Листопад. В общем, переворот.

 

2

Сегодня тихо, почти тепло. Лучи текут через тюль И мутно-солнечное стекло, Спасшееся от пуль. Три пополудни. То ли режим, То ли всяк изнемог И отсыпается. Мы лежим, Уставившись в потолок. Собственно, мы уже за чертой. Нас уже как бы нет. Три пополудни. Свет золотой. Это и есть тот свет.

 

3

Вчера все кончилось: детский плач, выстрелы, вой старух… Так после казни стоит палач И переводит дух. Полная тишь, голубая гладь, Вязкий полет листвы… Кто победил — еще не понять: Ясно, что все мертвы. Так завершается большинство штурмов, штормов, атак. Мы ли не знаем, после чего Тоже бывает так?

 

4

Миг равновесья. Лучи в окно. Золото тишины. Палач и жертва знают одно, в этом они равны. Это блаженнейшая пора: пауза, лень, просвет. Прежняя жизнь пресеклась вчера, Новой покуда нет. Клены. Поваленные столбы. Внизу не видно земли: Листья осыпались от стрельбы, Дворника увели.

 

5

Полная тишь, золотая лень. Мы с тобой взаперти. Может быть, это последний день: завтра могут прийти. Три пополудни. Полный покой, Точка, верхний предел. Чуть прикасаясь к руке рукой, но не сближая тел, влажной кожей на простыне И к потолку лицом… Три пополудни. Тень на стене: ветка с одним листом.

 

6

Снарядный ящик разбит в щепу: вечером жгли костры. Листовки, брошенные в толпу, Белеют среди листвы. Миг равновесия. Апогей. Детское "чур-чура". Все краски ярче, и тень теплей, Чем завтра и чем вчера. Что-то из детства: лист в синеве, Квадрат тепла на полу… Складка времени. Тетиве Жаль отпускать стрелу.

 

7

Так качели порой, грозя Качнуться вокруг оси, вдруг зависают: дальше нельзя. Так иногда весы, Дрожа, уравниваются. Но Опять качнуться грозят. Верхняя точка. А может, дно. Дальше — только назад. Скамейка с выломанной доской. Выброшенный блокнот. Город — прогретый, пыльный, пустой, нежащийся, как кот.

 

8

Верхняя точка. А может, дно. Золото. Клен в окне. Что ты так долго глядишь в окно? Хватит. Иди ко мне. В теле рождается прежний ток, Клонится милый лик, Пышет щекочущий шепоток, Длится блаженный миг. Качество жизни зависит не Долбанный Бродский! — от Того, устроилась ты на мне, Или наоборот.

 

9

Дальше — смятая простыня, Быстрый, веселый стыд… Свет пронизывает меня. Кровь в ушах шелестит. Стена напротив. След пулевой На розовом кирпиче. Рука затекает под головой. Пыль танцует в луче. Вчера палили. Соседний дом Был превращен в редут. Сколько мы вместе, столько и ждем, Пока за нами придут.

 

10

Золото. Клен. Тишина таит Пристальный свой расчет. Нынче — отсрочка. Время стоит. Завтра все потечет. В небе застыли остатки крон. День ползет под уклон. Золото. Клен. Равновесье. Клен. Красная лужа. Клен. В темных подвалах бренчат ключи От потайных дверей. К жертвам склоняются палачи С нежностью лекарей.

 

11

Три пополудни. Соседи спят И, верно, слышат во сне Звонка обезумевшего раскат. Им снится: это ко мне. Когда начнут выдирать листы Из книг и трясти белье, Они им скажут, что ты есть ты И все, что мое, — мое. Ты побелеешь, и я замру. Как только нас уведут, Они запрут свою конуру И поселятся тут.

 

12

Луч, ложащийся на дома. Паль. Поскок воробья. Дальше можно сходить с ума. Дальше буду не я. Пыль, танцующая в луче. Клен с последним листом. Рука, застывшая на плече. Полная лень. Потом Речь, заступившая за черту, Душная чернота, проклятье, найденное во рту Сброшенного с моста.

 

13

Внизу — разрушенный детский сад, Песочница под грибом. Раскинув руки, лежит солдат С развороченным лбом. Рядом — воронка. Вчера над ней Еще виднелся дымок. Я сделал больше, чем мог. Верней, Я прожил дольше, чем мог. Город пуст, так что воздух чист. Ты склонилась ко мне. Три пополудни. Кленовый лист. Тень его на стене.

10.93 — 03.95

…………………………………………………………..

До встpечи на Эльбе.

R.L.