Кусочек неба над автостоянкой медленно затягивали тучи. Лицо Джонсона мрачнело с каждой минутой: стрелка часов показывала половину первого, а хозяин кабинета до сих пор не объявился. Майор нервно прохаживался мимо пустого стола, заложив руки за спину и погрузившись в свои мысли.

Без пяти час терпению Джонсона настал конец.

— Проклятье… — прошептал он под отзвуки грома. Дверь скрипнула, словно в ответ на его мысли. Майор обернулся, ожидая увидеть Майкла, но был жестоко обманут. Туфли, брюки и плащ вошедшего были изрядно выпачканы грязью; сам он вымок до последней нитки.

— Что с вами случилось? — спросил Джонсон, слабо улыбнувшись. — Неужели Третья мировая, генерал?

— Почти, — ответил Стил, бесцеремонно усевшись в кресло. — Присутствовать на собственных похоронах — неблагодарное дело, я вам скажу. Особенно при такой погодке. С другой стороны, забавно было узнать, о чем думали мои знакомые, провожая меня в последний путь.

— И о чем же?

— К примеру, генерал О'Хара долго вопрошал, какого черта он здесь делает и зачем я отнимаю у него драгоценное время этим фарсом. Полковник Хьюз размышлял на философские темы. Генерал Эксман напевал какую-то песню о быстротечности времени, а в перерывах между куплетами вспоминал, каким хорошим я ему был врагом. Мысли остальных были не столь интересны. Кстати, как ваши дела, майор? Слышал, на днях у вас случилась крупная неприятность?

— Какой у вас отличный слух, — натянуто улыбнулся Джонсон. — К счастью, все уже в прошлом. А вы как поживаете? Выглядите гораздо лучше, чем пару недель назад.

— Вы правы, — произнес Стил, постукивая пальцем по подлокотнику. — С тех пор, как я умер, мое здоровье заметно улучшилось.

— Что привело вас сюда? Ностальгия?

— Зашел пообщаться с вами прежде, чем покину планету. Вы ведь будете рады этому, не так ли?

— Несказанно. Так о чем вы хотели поговорить?

Улыбка Стила стала хитрой.

— А вы, я вижу, затеяли свою игру?

— С чего вы взяли? — холодно спросил Джонсон.

— Не стоит отрицать очевидное. Мы с вами живем в разных мирах и поэтому всегда должны быть в курсе важных событий у соседей. Я даже догадываюсь, куда вы так торопитесь уйти…

— Ах вот как? Я тоже наслышан о ваших делах, Эшли, и смею вас заверить, что своей разведкой могут хвалиться не только аллены: если бы вы прочли список тех, кто занят миссиями на Торре…

— Я читал этот список, — мягко перебил его Стил. — Хочу напомнить, что ваш новый "дружеский союз" немного расходится с тем, что вы преподносите остальным, и в особенности, грешит против наших с вами межпланетных договоренностей.

— Ваши "договоренности" научитесь для начала соблюдать сами. Каков ваш личный интерес в этом деле, Эшли?

Стил слегка сощурил глаза, отчего их холодный взгляд немного смягчился.

— Мы с вами уже немолоды, господин Симмонс, — ответил он. — Ручаюсь, что и у вас, несмотря на блестящие успехи, были свои ошибки и оплошности, о которых вы жалеете по сей день. Вот почему мне иногда хочется уберечь других от тех ошибок, которые совершил я сам. Единственное, что я могу сказать вам, — ни в коем случае не позволяйте генералу О'Хара играть в одиночку. Это может окончиться плачевно.

— Почему же?

Стил слегка улыбнулся.

— Вы хотите, чтобы я повторял очевидное?

— Не помешало бы.

— Хорошо. Вы понимаете, что связавшись с Зиггардом, О'Хара встал на опасный путь?

— Не вижу в этом никакой опасности. При всех своих грехах Зиггард всегда был фанатично предан Земле.

— Я говорю о Зигге не как о человеке, а как о Координаторе.

— И чем же он так опасен?

— Он опасен тем, что много знает. И тем, что знает того, кто знает гораздо больше.

— При чем здесь Майкл?

— Того, кто владеет знаниями, труднее контролировать — я сужу об этом по собственному примеру. А вы, я вижу, любите контроль. Не поэтому ли вы здесь, а не там, куда спешите уйти?

— Значит, вы считаете, что Майкл пытается эти знания заполучить?

— Если бы меня попросили составить список самых опасных землян, — продолжил Стил, чей голос становился все холоднее, — опасных не в плане силы, а в плане возможности влиять на судьбу планеты, я бы поставил на третье место сами знаете кого, на второе Зиггарда, а на первое — Флэтчера Роджерса. Не зря ведь его назначили Координатором, которому запрещено с кем-либо контактировать, а тем более, покидать свою эпоху. Я бы сказал, что издавший этот приказ поступил очень разумно, если хотел передвинуть себя на первое место в списке.

— Ну, и при чем здесь О'Хара? — настойчиво повторил Джонсон.

— Неужели вы не знаете? — с холодной язвительностью парировал Стил.

— Не знаю о чем?

— За ним охотятся.

— Ах, да… — выдохнул Джонсон, расплываясь в улыбке. — Так вот о чем вы так волнуетесь, господин Стил… Решили, что теряете влияние? Козырная карта выскальзывает из ваших рук?

— Да что вы, — слабо усмехнулся Стил. — Пока у вас считают мои карты, Рудольф играет в две руки за вашей же спиной.

— О чем вы?

— Да так… неважно… С радостью бы остался, но моя земная жизнь подходит к логическому концу.

Сохраняя безупречное спокойствие, Стил вытер руки о платок, вынул кольцо из внутреннего кармана, вернул его на безымянный палец и направился к двери.

— Откуда у вас обручальное кольцо? — вдруг спросил Джонсон.

Губы Стила дрогнули.

— Я не женат, — холодно бросил он.

— Вот что странно, — продолжил майор, придав своему тону оттенок небрежности. — Вы так ненавидите их, Эшли, вы, можно сказать, жизнь положили на то, чтобы ослабить их, ваших тысячелетних врагов… и тут такая оплошность. Сплав, из которого изготовлено ваше кольцо, уникален — настолько, что его не производит никто, кроме наших общих таинственных соседей. Как же так вышло, Эшли? Я что-то не припоминаю, чтобы вы носили его при своих…

— Вы хотите, чтобы я повторял очевидное? — прошипел Стил, за миг до вспышки ярости.

— Не стоит. Мы оба знаем ответ.

Плащ Стила упал на пол, обнажив угловатые плечи. Джонсон медленно поднял правую ладонь.

— Вспомним давние времена? — процедил Стил.

В его руке щелкнул складной нож. Улыбка Джонсона немного побледнела.

Майкл явился без двадцати два. Удивленно застыв на пороге, он только и смог спросить:

— Что здесь произошло?

— Встретил старого друга, — угрюмо ответил Джонсон. Щеку майора украшал свежий шрам.

— Что-то непохоже не дружескую встречу…

— Ничего страшного, — отмахнулся майор. Его правая рука едва двигалась. Пожав плечами, Майкл задал второй, закономерный вопрос:

— Что ты здесь делаешь?

— Где?

— В моем кабинете.

— Лучше скажи, где ты все время пропадал.

— Я был дома, — ответил Майкл, поправляя наскоро завязанный галстук. — Сначала Землю чуть не уничтожили двадцать межпланетных ракет, потом оказалось, что ракеты не настоящие… в общем, ничего особенного: день, как день. Еще на меня напал солдат с рисунка, но это мелочи жизни

Джонсон понимающе кивнул. Майкл снова взялся за непокорный галстук. Пока он возился с узлом, дверь приоткрылась, и незнакомый голос произнес:

— Здравствуйте, Майкл.

Майкл бросил запоздалый взгляд на дверь. Лицо гостя выражало легкую растерянность, а ладонь была наспех перевязана носовым платком.

— Генерал Смит, — представился вошедший, смотря на Майкла снизу вверх из-за значительной разницы в их росте.

— Ах, Смит… — широко улыбнулся Майкл. — Добро пожаловать, генерал. Я Майкл О'Хара, это майор Джонсон. Рад познакомиться. У вас что-то случилось?

— Случилось?.. Ах, вы об этом… маленькая неприятность, вот и все… Я здесь на время конференции, проблемы развития аэрокосмической отрасли… и вот, решил навестить старого товарища. Его назначили на должность генерала Лесли.

— Как? Лесли подал в отставку?

— Вы не знали? Вчера только о нем и было шуму.

— И что он натворил?

— Представляете? Принес в Министерство своего кота и ушел на совещание. Бедному животному наскучило сидеть в корзинке, вот оно и проникло в кабинет министра… в общем, некрасивая вышла ситуация. По ходу дела, выяснилось, что генерал еще и устроил коту отхожее место из свежей корреспонденции. Скандал был грандиозным. Министр сразу же позвонил Брайану и поздравил его с новой должностью.

— Удивительная история…

— Да… А генерала Эксмана сегодня не будет?

— Не знаю, — уклончиво ответил Майкл, давно забросивший свою работу. — Я видел его сегодня утром, но вряд ли он здесь появится.

— А что случилось?

— Повредил плечо, когда играл в настольный теннис.

— Неприятно… Знаете, я тут вспомнил, что полковник Хьюз говорил мне о вас, вот и решил зайти к вам, спросить, как человека, который хорошо знал Лесли… спросить, что значат все эти…

— Подождите, — прервал его Майкл. — Вы двигали "Мировую историю"?

— Как вы догадались? — изумленно спросил Смит.

— Интуиция, — усмехнулся Майкл. — Пойдемте, я вам кое-что покажу.

— Что за "История"? — прошептал Джонсон, когда они вышли в коридор.

— В те времена, когда Лесли пытался от меня избавиться, я установил в его кабинете портативный рекордер с устройством видеослежения — так, на всякий случай. Потом много всего произошло, и забрать его я забыл. Он спрятан как раз за "Мировой историей", но найти его не так-то просто…

— Это почему?

— Увидишь…

Они поднялись этажом выше и вошли в опустевший кабинет. Генерал Спрингс, сменивший Лесли на ответственном посту, задумчиво созерцал небольшую книжную полку — вещь странную, если вспомнить интересы ее прежнего владельца.

— Брайан? — позвал Смит, заметив, что генерал никак на них не реагирует.

— А… да, — отозвался Спрингс, все еще прижимая палец к брови в знак напряженных размышлений.

— Это генерал О'Хара, Брайан. Я рассказывал тебе о нем.

— А… да, — произнес генерал Спрингс, которого все не отпускала глубокая задумчивость.

— Неужели Лесли сбежал так поспешно, что оставил здесь весь свой хлам? — поинтересовался Майкл.

— Похоже на то, — ответил Смит. — Брайан только-только позвал людей, чтобы с этим всем разобраться… а я как раз заметил книжку… "Историю"… Хотел взглянуть — и чуть пальцев не лишился…

— Не ваш ли сын служит в морской пехоте? — спросил Майкл, неожиданно для самого себя.

— Да, Адам, — сказал Смит, добродушно улыбнувшись. — На службе первый год. Славный парень, хотя мне иногда кажется, что армия не его призвание… Если бы я не был генералом, он бы точно ушел в науку, а так не хотел ломать семейную традицию…

— И кем же он хотел стать? Астронавтом? — в шутку спросил Майкл.

— Астрономом, — гордо ответил Смит. — Впрочем, служба науке не помеха, верно, Брай?

— Ага… — невнимательно отозвался Спрингс.

— Вы, кажется, хотели разобраться с "Историей"…

Смит кивнул. Генерал О'Хара торжественно приблизился к полке и принялся вытягивать том за томом, бегло объясняя:

— Итак… том первый, "Античная цивилизация", — за ним макет пластиковой взрывчатки… не действующий. Том второй, "Средневековье", — какой-то порошок в конверте… сода, наверное, хотя выглядит угрожающе… Том третий — замаскированные лезвия, с ними вы уже свиделись. И том четвертый…

Майкл снял с полки увесистую книгу, взял ее за уголки обложки и театральным жестом опрокинул вверх ногами.

— Четвертый том — коллекция бейсбольных карточек, — добавил он. — По-моему, все. Ваш кабинет разминирован.

Пока Смит и Спрингс созерцали рассыпавшихся звезд бейсбола, Майкл незаметно вытащил рекордер, спрятанный в переплете тома номер два.

— Ничего себе… — проговорил Смит. — Майкл, а вы не знаете, зачем Лесли все это понадобилось?

Майкл улыбнулся. На самом деле, генералу принадлежала только коллекция карточек. Все остальное было задумано как нехитрый способ обезопасить устройство от Лесли. К счастью для собственных нервов, генерал ни разу не проявил интерес к страницам мировой истории.

— Редкое издание, — пояснил Майкл. — Лесли очень беспокоился за его сохранность. Даже в сейф запирал на Рождество.

— Странный человек, — заметил Смит.

— Да уж… — отозвался Спрингс. Взгляд его карих глаз снова стал отвлеченно-задумчивым.

Не успел Майкл сердечно попрощаться со Смитом и пожелать ему доброго дня, как на пороге, словно по воле злого волшебника, возник генерал Рутвелл.

— Майкл, здравствуйте, давно не виделись! — радостно провозгласил он. — Майор… кто вы там… Джонсон… и вам добрый день! Добрый день, Смитти! А, Брайан, вы уже здесь! Вижу, ремонт в разгаре?

— Да, — ответил Спрингс, удивляя немногословностью. Поняв, что с "новичком" поболтать вряд ли получится, Рутвелл снова обернулся к Майклу.

— День сегодня просто ужасный, — продолжил генерал, картинно вздохнув сквозь радостную улыбку. — Бедняга Стил… я всегда говорил, что эти его излишества до добра не доведут, но вы же знаете, каким он был упрямым! Зачем было оставаться на такой вредной работе? Ушел бы на заслуженный отдых, купил бы дом, занялся рыбалкой… кстати, я рассказывал вам, как мы с отцом рыбачили на…

— Рассказывали, Крис, рассказывали, — поспешно заметил Майкл.

— А вы ведь были на его похоронах? — снова завелся Рутвелл. — Так чего же вы молчите? Там, говорят, такое творилось! Похлеще, чем с Лесли и котом! Хьюз притащил какую-то фиалку по имени Маргарет! Кошмар! Этот тип явно не в ладах с головой, я давно это заметил! А потом, потом что было… Представляете, он стал жаловаться на то, что не может нормально ухаживать за своей клумбой, потому что — видите ли — у него вечно пропадают инструменты, то грабли, то ведро… сказал, как в черную дыру проваливаются…

— Черную дыру? — переспросил Майкл.

— Да, так и сказал… Вы же знаете, у него на почве космоса слегка поехала крыша… Майкл, вы меня слушаете?

Генерал О'Хара не ответил. Его мысли лихорадочно метались от прошлого к настоящему, от слов Рутвелла к воспоминаниям о подсобке Хьюза…

— О Стиле скорбите? Да, печально… — сказал Рутвелл, снова вздохнув и уставившись в потолок. — Мне рассказывали, Эксман тоже был расстроен, хотя — вы же знаете — они такими врагами были, что страшно вспомнить…

— Извините, генерал, но у нас очень, очень срочные дела, — проговорил Майкл, схватив Джонсона и буквально потащив его к двери.

— Что мы здесь делаем? — вздохнул майор.

— Тише… нас могут услышать… — шепнул Майкл.

— И то верно, — съязвил Джонсон. — Если бы я увидел, как генерал ВВС пытается вломиться в хозяйственную подсобку, то сразу бы принял надлежащие меры…

— Это не просто подсобка, — ответил Майкл, пытаясь как можно тише сбить замок.

— Тогда что же?

— Это наш путь к Запредельному…

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но еще совсем недавно этот "путь" находился на взлетной полосе.

— В этом-то и вся хитрость… После того, как Дэним, Монк и прочие перерыли все вдоль и поперек и ушли ни с чем, самым лучшим ходом было бы разгружать корабли на этой же базе: десять раз подряд эксперты КС и местные военные проверять ее не будут.

— Ты действительно веришь в такую безрассудную наглость?

— Это не безрассудство, а позерство высших, я с ним хорошо знаком.

— Верю, верю, — вздохнул Джонсон, коснувшись израненной щеки.

— Кстати, с кем это ты подрался? — спросил Майкл, от которого не ускользнуло движение майора.

— Со Стилом, — безмятежно ответил Джонсон.

— И, конечно же, тебя ничуть не взволновал тот факт, что перед этим он умер?

— Не думаю, что я доживу до его смерти…

— Все еще будешь утверждать, что вы не старые приятели?

— Мы — старые враги. Очень старые. Еще с тех времен, когда наши проблемы можно было решить кулаками, а не словами и фальшивыми договоренностями.

— Кто ты такой, Джонсон?

— Какая тебе разница?

— А я бы хотел услышать.

— Хорошо. Фамилия "Симмонс" тебе о чем-нибудь говорит?

— Нет.

— Вот видишь. Зачем было спрашивать?

— Осторожней, — усмехнулся Майкл. — Теперь я предатель: нахожусь в чужой эпохе без санкции командования КС. Если ты этого ждал, лучше арестуй меня сейчас, и покончим с этими играми.

— Мне плевать, что решают твои командиры. Если бы я хотел тебя убить или арестовать, то не стал бы тянуть время и лазить по подсобкам.

— И на том спасибо. Давай, заходи.

— Ну, и где же обещанный тоннель?

— Сейчас узнаем. Посмотри за этими картонками.

Джонсон покачал головой и приподнял старый плакат о действиях армии в случае ядерного взрыва. "Ведро", — думал Майкл. Хьюз жаловался на пропажу ведра. Найдется ведро — найдется и замаскированный тоннель.

— Сюда, — сказал он через несколько минут. Старое ведро стояло в дальнем углу, куда почти не доходили лучи света.

— Где ты? Я тебя не вижу, — отозвался майор.

— Конечно, не видишь. Я одной ногой в Нереальности.

— Заходим?

— Тебе хоть есть чем защищаться?

Джонсон дотронулся до сгиба локтя.

— У меня "SNA".

— Вот как, — протянул Майкл, раздражаясь все больше и больше. — Что за модель, если не секрет?

— Хеклер-Авес, V-272.

— Из музея украл? Серия "фау" не выпускается уже лет двести.

Майор снисходительно улыбнулся.

— Купил, когда выпускали, — ответил он.

— Скажи мне одно: ты высший?

Вместо ответа Джонсон скользнул пальцем по свежему шраму. Рубец стал бледнее, словно полустертая карандашная линия.

— Дешевое позерство, — посмеиваясь, заметил он. — Такой ответ тебя устраивает?

Майкл отвернулся, в сердцах пнув ведро, которое тут же поглотила дальняя стена.

По ту сторону подсобки простиралась бескрайняя пустошь. Солнце палило беспощадно; даже редкая трава казалась совсем иссушенной, выгоревшей.

— Отлично… — прошептал Майкл.

— Не туда попали? — спросил майор.

— Нет… я не об этом… смотри…

Майкл нагнулся, расчистив от земли небольшое углубление. Вскоре его пальцы коснулись стекла, и он указал Джонсону на небольшой сферический прожектор.

— Посадочные огни, — добавил он по старой привычке, хоть и догадывался, что Джонсон видит их не в первый раз.

— Протащить корабль в Нереальность? — усмехнулся майор. — Да уж, технологии у них на уровне.

— Возможно, они установили постоянный портал над базой Хьюза. Теперь-то мы знаем, где Запредельный принимает посылки "сверху".

— Допустим. Но от кого?

— Выясним, когда доберемся до базы.

Первым признаком того, что они приближаются к цели, был проволочный забор с покосившейся табличкой "Закрытая зона". Майкл опасливо приподнял оборванный край сетки и пробрался внутрь. То же сделал и Джонсон.

— Вижу, к нашему приходу подготовились… — бросил Майкл.

— Я, конечно, не настаиваю на ответе, но хотелось бы знать, зачем ты нас сюда притащил? Тебе не кажется, что ломиться вдвоем на базу нашего врага, — это что-то вроде нового способа самоубийства?

— Я не думаю, что воину из будущего нужна наша смерть, — уклончиво ответил Майкл.

— Ты же сам говорил, что мы — его единственное препятствие на пути к цели.

— Судя по всему, цель у него не одна.

— О чем ты?

— Джонс… Симмонс… неважно… Давай не будем разыгрывать простого смертного и всезнающего солдата из будущего. Ты ведь знаешь втрое больше меня, не так ли?

— Если бы я знал, что происходит, — усмехнулся Джонсон, — я бы не играл в твои полусумасшедшие игры.

— Сначала нужно решить главную проблему — как быть с установкой для уничтожения Земли. Остальное может подождать. Если Ронштфельд решит арестовать меня как военного преступника и пошлет за мной каэровский спецназ, наша задача тем более усложнится.

— Пока нас не ловит не то что спецназ, а даже охрана Запредельного, — заметил Джонсон. — Интересно, куда они подевались? Мне было бы гораздо спокойнее, увидь я обычного часового, чем этот безлюдный пустырь…

— Предлагаю разделиться и осмотреть территорию. Встретимся у центрального здания. Если нас и поджидают неприятности, то, скорее всего, именно там.

— Хорошо, встретимся.

Склады и ангары, склады и ангары… Майкл бегло осматривал все, что попадалось на глаза, но не заметил никаких следов ни кораблей, ни установки. Стараясь не выходить на открытое пространство, он проскользнул мимо входа в очередной склад — и вовремя остановился. К главному зданию поспешно приближалась одинокая фигура. Черная шинель без знаков различия и пепельно-серые волосы сразу же склонили Майкла к мысли о том, что перед ним не человек. Остановившись у тяжелой металлической двери, худощавый аллен нервно сунул руку в карман и выудил оттуда небольшой предмет. Расстояние, не позволявшее Майклу как следует разглядеть его лицо, помешало узнать и тяжелые серебряные часы. Щелчок замка на их крышке походил на звук камертона; вглядевшись в циферблат, незнакомец проговорил что-то на алленском, но Майклу удалось словить только одно слово, "опаздываю". Часы исчезли в кармане; аллен толкнул дверь, прошел несколько метров по ярко освещенному коридору и исчез — так внезапно, словно провалился в дыру. Присмотревшись внимательнее, Майкл с удивлением обнаружил, что дыра все-таки существует, — прямоугольное отверстие в полу, закрытое увесистой крышкой.

— Нашел что-нибудь? — шепнул Джонсон, подойдя к нему с другой стороны склада.

— Они строят установку под землей.

— Откуда ты знаешь?

— Только что видел, как туда спустился аллен.

— Аллен?

Лицо Джонсона помрачнело.

— Да, Джонс… Симмонс… неважно… Похоже, догадки насчет их участия в этом деле не так уж и фантастичны.

— Постой. База находится в Нереальности, это уже гарант того, что их вряд ли найдут. Так зачем доставлять себе лишние хлопоты и прятать установку под землю?

— Не знаю, — задумчиво ответил Майкл. — Либо того требует технология, либо есть другие причины. Пойдем, нам надо спуститься.

— Хорошо.

Под базой находился огромный зал, напоминавший цех металлургического завода. Майкл взобрался на одну из труб у самого потолка и прошел по ней до маленькой площадки с дверью в щитовую.

— Куда дальше? — спросил Джонсон, спрыгнув на железный пол.

— Не будем спешить. Здесь хороший обзор, да и добраться до нас трудновато.

Майкл прислонился спиной к двери. Звук шагов, похожий на эхо от падающих капель, доносился с другой стороны зала, но самой охраны видно не было. Прошла еще четверть часа прежде, чем он настороженно шепнул:

— Смотри. Кто-то идет.

— …и все это было создано гением одного человека, — послышалось снизу. Предводитель пятерки, только что вошедшей в зал, указал на самого себя, дав понять, что не страдает излишней скромностью.

— Не зазнавайся, Фабио, — насмешливо бросил его высокий собеседник.

Фабио… Майкл вспомнил это имя, вскользь брошенное Старром. После встречи с итальянцем и его вооруженной бандой он решил, что Фабио и есть тот самый человек в элегантном костюме, однако сегодняшний день опроверг эту версию. Темнота скрывала их лица, но голос Фабио был совсем не похож на голос итальянца, да и клетчатая рубашка не добавляла ему показной солидности.

— Вот скажи мне, Фабио, — насмешливо продолжил второй. — Если ты такой гений, может, сумеешь на глаз определить расстояние от Земли до Солнца?

— Снова шутки шутишь? — усмехнулся Фабио. — Ослепнешь, пока будешь считать, и все такое в вашем стиле?

Полоса света, рассекаемая лопастью вентилятора, скользнула по лицу второго, и во мраке сверкнули холодные серые глаза.

— Увы, — ответил аллен, — но нам сейчас не до шуток.

Звук шагов стих в дальнем конце зала. Майкл провел ладонью по лицу и выждал еще несколько секунд прежде чем сказать:

— А вот и твой старый враг.

— О чем ты?

— Ты не заметил? Мимо нас только что проследовал Эшли Стил.

— Чушь, — отмахнулся Джонсон. — Они шли в темноте, даже я их не видел. Там было трое алленов, не спорю, но почему именно он?

— Ты разве забыл? Не тебе ли бывший генерал рассказывал эту же самую шутку?

— Ну, допустим, — медленно проговорил Джонсон. — Что в таком случае он здесь делает?

— Как что? Руководит поставками оборудования. Я не удивлюсь, если на кораблях, которые прилетают на базу, стоит алленская маркировка.

— Это очень серьезное обвинение. Без железных доказательств никто нам не поверит, а если даже поверит, то не сможет ничего предпринять.

— Как насчет свидетельских показаний?

— Чьих? — усмехнулся Джонсон. — Хочешь словить Эшли и отдать его под трибунал?

— У Запредельного много пособников. Старр, итальянец, его банда, Фабио.

— Они наемники, им никто не поверит.

— Только не Фабио. Судя по всему, он ученый-конструктор, причем не из худших, раз ему удалось в такой короткий срок отстроить здесь то, что мы видим. Если загнать в угол хотя бы одну из мелких пешек, то шансы выйти на Фабио увеличатся. Наемники не будут хранить чужие тайны, если им хорошенько пригрозить.

— Звучит разумно.

— Прогрессирую, — улыбнулся Майкл. — До этого все мои планы были "полусумасшедшими"…

Звук шагов повторился, на этот раз ближе и четче. По залу пробежал воин с лазерной винтовкой, попутно говоря что-то в ресивер.

— Пошел докладывать начальству, что сюда пробрались чужаки, — шепнул Майкл. — Уходим…

Путь наверх оказался вдвое сложнее. Им стала лестница, обвивавшая центральную "трубу" и уходившая куда-то сквозь потолок: Майкл опасался, что главный выход уже перекрыли и поэтому решил не идти обратно той же дорогой. Смело ухватившись за первую ступеньку, он тут же отдернул руку и с отвращением прошептал:

— Что за гадость?

Нечто, напоминавшее мазут, медленно стекало с его пальцев. У вязкой жидкости был такой отталкивающий вид, что Майкл в спешке вытер ладонь о брюки.

— Можешь не стараться: они все такие, — подбодрил его майор.

Майкл поднял голову. Лестница казалась сплошной темной массой, медленно стекавшей вниз.

— Сам нас сюда привел, — напомнил Джонсон.

Тихо выругавшись, Майкл влез на первую ступеньку, едва не соскользнул с нее, схватился за вторую… Джонсон наблюдал за его мучениями с улыбочкой, пока на него не посыпался дождь из черных вязких капель.

"Потолком" подземелья труба не кончалась, но у Майкла не было ни малейшего желания искать исток таинственных нефтепродуктов. Их трудный подъем завершился в уже пройденном узком тоннеле, чем-то похожем на вентиляцию. Сказать, что Майкл и Джонсон выглядели устрашающе, означало не сказать ничего.

— Сто лет так не веселился… — мрачно заметил Джонсон, осматривая себя с ног до головы. — Помню, когда я в семнадцать лет достал себе мотоцикл…

Майор скрутил рубашку и принялся выжимать ее, попутно рассказывая:

— …так вот, это была старая железка, на которой не то что ездить — сидеть было рискованно. Я чинил ее все лето, с диким упорством. Можешь себе представить, как…

Он расправил рубашку и встряхнул ее.

— …как я был счастлив вывезти мое творение на шоссе. Я даже отыскал настоящую байкерскую куртку. Знаешь, это было событие из тех, которые мы сначала проигрываем в воображении, а потом верим, что так должно случиться и в жизни. Мечтать в таких делах, как оказалось, приятнее всего. Я несся по шоссе, ветер свистел в ушах, я был безумно счастлив, пока на южном повороте мне не встретился небольшой грузовик. Затормозить я не успел — и впервые узнал, что такое невесомость. Меня подбросило в воздух, а дальше… дальше была совсем другая история, которую я, если честно, не припоминаю. Единственным плюсом, который я извлек из всей этой затеи, было то, что с тех пор я полюбил полеты. Это ощущение словно застряло в моей душе. К мотоциклам я больше не притрагивался. Кстати, а нам не пора наверх?

— Давай попробуем, — ответил Майкл, взобравшись на небольшой выступ в стене. Он дотянулся до люка и толкнул его, но крышка словно вросла в потолок. Майкл надавил сильнее. Закрыто.

— Не понимаю… — проговорил он. — Засов ведь с нашей стороны…

Майкл яростно стукнул по крышке, но та не поддалась ни на дюйм.

— Давай ко мне! Попробуем вместе!

Джонсон взобрался на выступ рядом с Майклом. Новая попытка оказалась ничуть не удачнее первой.

— Они что, кирпичей туда навалили?.. Давай еще раз, Джонс!

— Незадача, — вздохнул майор. Он изловчился и ударил по люку с такой силой, что металл издал режущий уши скрип. В щель между крышкой и полом хлынул поток яркого света.

— Впечатляет, — нервно усмехнулся Майкл. Он подтянулся и почти выполз из люка, когда тихий, мелодичный голос остановил его насмешливым:

— Твое упорство заслуживает высших похвал.

Майкл обернулся.

— Бороться с тем, кого не можешь победить, — продолжил Запредельный, — это роскошь, которую позволяли себе немногие.

На то, чтобы принять решение, оставалось меньше секунды. Подтянувшись быстрым рывком, Майкл изо всех сил толкнул крышку люка. Погнутый металл накрепко вошел в отверстие, приглушив возмущенный крик Джонсона, который остался внизу. Запредельный усмехнулся, посчитав, что Майкл пытается спасти друга от верной гибели. На самом деле, Майкл не был уверен, кого он спасает, — Джонсона или себя.

— Печально, когда упорство становится безрассудством, — продолжил воин из будущего. — Признаю, ты интересный противник, но эта игра никогда не закончится твоей победой.

— Откуда такая уверенность?

— Ты до сих пор не понимаешь, к чему вся эта маскировка, занимательные погони и битвы за спасение Земли? Ты мог бы узнать все, если бы согласился на мир тогда, во время нашей первой беседы, но ты не захотел перешагнуть через свои принципы и допустить, что враги порой могут научить гораздо большему, чем друзья. Хотя… я тебя не тороплю. Можешь воевать со мной и дальше, я не против.

— Зачем тебе понадобилась гибель планеты?

— Все просто. Ты никогда не задумывался, почему Черная эра стала "золотым веком" для человеческой расы? Это были темные времена, не спорю, но как насчет тех неимоверных высот, которых достигла наука? Как насчет того, что человечество, до этого всего лишь марионетка в руках высших рас, сумело выйти на новый уровень развития? Я поясню, почему это случилось. Начиная с рассвета цивилизации, люди постоянно связывают себя бесчисленным множеством законов. Кому нужны эти законы? Только тем, кто не может справиться с предоставленной им свободой. Сотнями, тысячами лет люди старались создать у себя хотя бы подобие порядка, но их всегда тянуло к одному — к хаосу. Ты вряд ли поймешь, ты слишком долго служил порядку, но это не единственный путь добиться совершенства. Вспомни: порядок возник из хаоса, первоисточника всего сущего. Погрузиться в хаос не всегда означает погибнуть. В нашем с тобой случае, это будет означать новый виток развития человечества, который принесет нам такие преимущества, ради которых не будет жалко любых жертв.

— Знакомые идеи, — бросил Майкл.

— Ничего странного. Я ведь родился в Нюрнберге.

— Значит, хочешь повторения Черной эры? Прекрасное воплощение "свободы"!

— Свободы быть хозяевами самим себе. Неужели ты продолжаешь наивно верить, что люди Земли собрались на штурм Командного Центра по собственной воле? Без помощи сверху, Майк, ни один повстанец не приблизился бы к зданию и на милю. С тех пор вся история Земли — это череда унизительных компромиссов с большими космическими братьями, метание от одних к другим, выслушивание чужих советов и игра в лакеев при дворе алленов и орионцев. Вас учат ненавидеть их, ведь так? А знаете ли вы, какую политику ведет в их отношении ваше командование? Там ненавистью и не пахнет, разве что раболепством. И кому какое дело, вынуждают ли их, угрожают ли им? У землян достаточно силы, чтобы все изменить. И если правительство будет и дальше бездействовать, найдутся другие, которые добьются этой цели — тем или иным способом.

— Каким таким способом?! Уничтожением Земли?!

— К сожалению, этого я тебе сказать не могу.

— Тогда скажи вот что: какое право ты и кучка ностальгирующих по Черной эре высших имеете право решать за нас, за тех, кто живет на этой планете?!

— А вы? Кто предоставил вам такое право? Разве вы — животные, которых убиваете? Разве вы — леса, которые уничтожаете? Чем вы отличаетесь от орионцев и других властителей Вселенной? Тем, что размах поменьше? Или, может, вам нравится быть "третьим сортом"?

Полунасмешливый тон воина вводил Майкла в бешенство. Он не мог понять, откуда берется эта разрушительная ярость, затмевающая разум, подавляющая осторожность… Не понимая, что он делает и почему, Майкл выбросил вперед обе руки и скрестил ладони.

— Я ужасно испуган, — скучающе заметил воин. — И этим ты хочешь меня удивить? Своей силой?

Удары по крышке люка становились все громче. Они стучали в висках Майкла, толкая его на безрассудство.

— Думал, я сдамся? — прошептал он, глухо, угрожающе.

— Признаться, я на это очень рассчитываю.

— Так получи!!

С ладоней Майкла сорвалась стремительная вспышка. Свет был настолько ярким, что мгновенно ослепил его. Прорезав воздух сверкающим лезвием, разряд ударил в грудь Запредельного с такой силой, что тот врезался в металлическую дверь, снес ее напрочь и приземлился снаружи. Забыв о Джонсоне, опасности, обо всем на свете, Майкл бросился вперед. Призрачный шанс покончить с воином из будущего обрел в его воображении вполне осязаемые черты.

Дверь слегка шевельнулась. Тяжелый кусок металла сполз на землю, открыв вид на врага. Запредельный выглядел неважно: пыль, грязь и свежие шрамы отнюдь не украшали его лицо.

— Прекрасно… — выдохнул он. — Растешь на глазах, О'Хара…

— Хватит! — крикнул Майкл. — Теперь я буду задавать вопросы!

— Только не надо этих глупостей. Если бы не одно проклятое обещание, я бы давно убрал тебя с дороги. К счастью, этот день скоро наступит. До новых встреч.

— И ты надеешься вот так запросто уйти?!

— Я не надеюсь, Майк. Я уже ушел.

Воин поднялся одним быстрым движением и с легкостью подхватил дверь. Вокруг нее тут же проступили контуры кирпичной кладки. Прощально взмахнув рукой, Запредельный "открыл" дверь и захлопнул ее прежде, чем Майкл успел среагировать.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — выдохнул Джонсон.

Майкл не ответил. Ему не хотелось говорить.

— Если ты думаешь, что можешь закрыть меня в чертовой вентиляции, а потом отмалчиваться, то очень сильно ошибаешься!

— Я ударил в него силой. Ты это хотел услышать?

— Но как?..

— Если бы я знал, — невесело усмехнулся Майкл.

— Расскажи, что произошло.

Тон Джонсона был почти командным. Решив не обращать внимание на странности новоиспеченного высшего, Майкл продолжил:

— Я вылез из люка, внимательно выслушал бредовые теории насчет того, как полезно уничтожить Землю, потом скрестил ладони и нанес ему силовой удар. Не знаю, подействовало на него или нет, но отлетел он на порядочное расстояние.

— Что именно он говорил?

— О том, что настоящая свобода для землян — быть независимыми от алленов, о том, как командование КС промывает всем нам мозги, о хаосе, о Нюрнберге…

— И… что ты думаешь по этому поводу?

— Что тут думать, — отмахнулся Майкл. — Столетие за столетием кто-то вечно требовал радикальных перемен: расселить пару миллиардов по космическим колониям, взорвать Марс с его шахтерами и забастовками, построить искусственное небо… Обычно эти затеи заканчиваются не менее радикальными последствиями.

— Мировая история… — проговорил Джонсон, потирая лоб.

— Что?

— Нет… ничего… не обращай внимания. Мне вот что интересно: установка огромна, строить такую можно годами, а они справились всего за пару недель.

— Все дело во времени, — ответил Майкл, взглянув на часы. — Здесь оно идет слишком быстро. Готов поспорить, в реальном мире нас не было каких-нибудь полчаса.

— Тебя где высадить?

— В каком смысле?

— Мы что, пойдем домой пешком, да еще и в мазуте?

— Вообще-то, в Нереальности нельзя создать пространственный тоннель…

— Нельзя верить всему, что тебе говорит командование, — подмигнул Джонсон, и с его пальцев сорвалась маленькая искра.