Молли обомлела Ей не верилось, что все это произошло на самом деле.

— Он утащил Петульку в другое время! — закричала она так, будто остальные этого не видели. — И мы никак, никак не можем ее вернуть! Он забрал кристаллы, а мы застряли здесь. — Молли оглянулась на кусты, словно ожидая, что сейчас оттуда выйдет передумавший Закья. Она была вне себя от горя. — Это просто какой-то кошмар! — простонала она

— Обо мне не беспокойтесь, — заявил Оджас, с восхищением глядя вслед промчавшемуся мимо мотоциклу. — Мне здесь нравится. Могу и не возвращаться в 1870 год! Вот это будущее!

— Оджас! — одернул его Рокки. — Петулька для нас как член семьи. Как ты можешь любоваться мотоциклами, когда ее украл этот ненормальный?

— Ой, извините. Правда, извините. Я просто увлекся этими двухколесными повозками. Пожалуйста, примите мои извинения.

Молли опустилась на землю и закрыла лицо ладонями.

— Я застряла в разных временах!

— Но Молли, — сказал Лес, отмахиваясь от Петульки-щенка, которая лизала какой-то корешок, застрявший у него за ухом. — Разве ты не помнишь, что случилось с другими «частями» тебя? Ведь они в Индии 1870 года, то есть в прошлом. Ты не помнишь, как всё закончилось?

— Я не могу вспомнить! — воскликнула Молли. — Полная каша в голове. Когда я в прошлый раз отправлялась в будущее, было то же самое. Происходит нестыковка во времени или что-то в этом роде.

Молли посмотрела на туристов, глазевших на Амрит, а потом увидела развалины обсерватории. Лестницы облупились и были покрыты разными надписями, но от вида этого места у нее по-прежнему пробегал холодок по коже. Она сообразила, что Закья отлично знает, где они находятся, и может в любой момент напустить на них Вакта. Ей почти хотелось увидеть Закью снова — может, удастся уговорить его вернуть Петульку и кристаллы… Но, скорее всего, если уж он появится, то только вместе с Вактом, чтобы убить ее. Глаза Молли увлажнились.

— Надо уходить отсюда, — сказала она, смахивая слезы.

— Байтхо! — скомандовал Оджас, и Амрит опустилась на одно колено.

Как только Молли забралась в хоуду, Оджас велел слонихе трогаться с места. Он решил, что лучше всего направиться в центр Джайпура — шумный и кишащий народом.

Молли потрогала рукой щеку. Морщин стало больше, кожа шелушилась и трескалась. Ситуация была безнадежная.

Оджас сидел на шее Амрит, Рокки и маленькая Молли — в самом конце хоуды. Сразу за спиной у Молли пристроился Лес.

— Как же хочется помедитировать! — произнес он, снимая очки. — От этой беготни по времени у меня конкретно крыша едет, так что я отключусь ненадолго, если вы не возражаете. Рокки, присмотришь за щенком, ладно? Если что, зови. — Он скрестил ноги и закрыл глаза.

— Надо бы достать еды для всех, — автоматически сказала Молли. — Только не представляю, как. Особенно для Амрит. — Девочка изо всех сил старалась не разрыдаться, и ей очень хотелось, чтобы кто-нибудь другой взял на себя командование, хоть ненадолго.

— Я позабочусь о еде, — сказал Оджас, заметив ее состояние. Он пошлепал правой ногой под ухом Амрит, и та пошла вперед. — Знаешь, Молли, — сказал он, чтобы хоть как-то утешить девочку, — мне кажется, что Ганеша, бог с головой слона, покровительствует нам. — Молли пожала плечами. — Нет, правда. Кроме того, у меня есть кое-что, что нам поможет.

— Да? — Молли опустила голову, уткнувшись лицом в поджатые коленки.

— Да. Только обещаешь, что не будешь сердиться?

Молли промолчала. Она чувствовала себя такой несчастной, что ей уже ни до чего не было дела. Она думала только о Петульке и других Молли, оставшихся в прошлом вместе с Вактом. Ее переполняли страх, дурные предчувствия, печаль. Но хуже всего было от ощущения зияющей пустоты, которое возникло после пропажи Петульки. Ее Петулька исчезла! Молли сглотнула подступивший к горлу ком.

— Агит! — Оджас велел Амрит идти вперед, мимо большого щита с рекламой мужских рубашек. Потом воровато огляделся, убеждаясь, что никто за ними не следит, — и осторожно вытянул из рукава блестящий браслет.

— Я взял это у махараджи Джайпура в 1870 году, — сказал он, протягивая браслет Молли, — Он был у него на ноге. Думаю, что тут, в будущем, такой браслет оценят очень дорого!

Молли подняла голову.

— Ух ты! — воскликнул Рокки. Щенок тут же подскочил и лизнул его в подбородок. — Эта штуковина вся усеяна драгоценными камнями!

— Точно, — подтвердил Оджас. — Я тогда подумал, что нам еще понадобится за что-нибудь заплатить. И решил, что, если бы махараджа был в своем уме, он бы обязательно согласился отдать нам браслет, чтобы мы победили Вакта. Ведь я взял его для хорошего дела, правда?

Молли снова опустила голову, обхватив руками коленки. Ее всё сильнее охватывали тоска и чувство обреченности. Даже браслет не мог поднять ей настроение.

— Молодец, Оджас, — безжизненным тоном произнесла она.

— Не надо так грустить, Молли, — откликнулся Оджас. — Я понимаю, почему ты опечалена, и вижу, что ты потеряла надежду. Но ты не знаешь одной вещи, которую должна знать.

Мимо проносились автомобили. Парень на мотоцикле с коляской, в которой сидел его приятель, швырнул маленький воздушный шарик, наполненный цветными чернилами, в человека, проезжавшего мимо. Розовая краска выплеснулась на белый пиджак.

— Отличный выстрел! — рассмеялся Оджас — Значит, Холи празднуют по-прежнему. Любопытно.

— Так что же она должна знать? — напомнил ему Рокки.

— А, да. Понимаете, Джайпур очень интересный город.

— И что?

— Видите, мы уже почти в центре. Ой вся семья — рыжая от краски!

— Ну, продолжай! Что нам надо знать? — настаивал Рокки.

— Так получилось, что в мое время — в 1870 году — Джайпур был очень знаменит. — Мимо промчался красный мотоцикл, и Оджас захлопал в ладоши. — Какой чудесный зверь!

— Чем он был знаменит, Оджас? — нетерпеливо спросил Рокки.

— А, да Он был знаменит своими драгоценными камнями. Там трудились самые лучшие ювелиры. Их изделия славились на всю Индию. И вот я подумал, что, может быть, потомки этих ювелиров по-прежнему живут здесь и работают с драгоценными камнями.

Молли подняла голову.

— Ты хочешь сказать, что тут живет множество людей, у которых есть драгоценные камни?

— Если всё изменилось не очень сильно, то да. Тут должны быть мастерские, в которых гранят драгоценные камни и изготавливают украшения, и при них — магазины.

— И ты думаешь, что нам удастся найти кристалл для путешествий во времени? — У Молли вспыхнула надежда.

— Думаю, да.

Молли улыбнулась. И кинулась Оджасу на шею.

— Гений! Оджас, ты гений! Я так счастлива, что ты с нами! Правда, он ужасно умный, Рокки?

— Эй, держитесь нужной стороны дороги, — прикрикнул Рокки.

И Амрит продолжила путь. Оджас, улыбаясь, украдкой ощупал карман. Там лежал второй браслет с ноги загипнотизированного махараджи. Оджас был очень доволен — это означало, что ему больше никогда не придется воровать.

В 1870 году было десять часов утра.

Вакт отдыхал в шелковом фиолетовом шезлонге в королевских покоях Янтарного Форта, Рядом с ним лежал бархатный мешок с кристаллами. Ноги он закинул на обитые мягкой тканью скамеечки. Миниатюрная индианка массировала его правую ступню, еще одна девушка делала педикюр. Вакт устало вздохнул и перевернул страницу книги, которую читал. В этот момент в дверь постучали.

— Войдите!

В комнату неуверенно ступил Закья.

— Ну, — проговорил Вакт, не поднимая головы. — Ты ее поймал?

— Нет, ваше высочество, — ответил Закья, дрожа от волнения. — Зато я достал вот это. — Он расжал ладони: на них лежали красный и зеленый кристаллы, которые он выхватил у Молли.

Вакт провел пальцем по странице, делая вид, что читает, и по-прежнему не поднимая головы. Закью это не смутило.

— И еще вот это, ваше высочество. — Старичок щелкнул пальцами, и в комнату вошел слуга, ведя на поводке Петульку. Ее коготки царапали пол, как будто она упиралась и не хотела идти.

— Ты ведь знаешь, Закья, что я уже зол на тебя, — прорычал Вакт, переворачивая страницу и не глядя на слугу. — Я еще не закончил проверку шестилетней Молли. И она могла бы выманить из земли еще несколько стикраллов… Хотя не похоже, что старшие Молли способны это делать… Но дело не в этом. Дело в том, что она пропала из-за тебя. Ты не тратишь мое время даром, а,

Закья?

— Н-нет, господин.

— Если слой мух меня не обманывает, я слышу собачий лай. И какой смысл, — медленно и угрожающе произнес Вакт, — был в том, чтобы тащить сюда босаку?

— Она явится за собакой, ваше высочество! Вакт вскинул покрасневшие глаза.

— Ты идиот, — прошипел он с ненавистью. — Ты никогда не умел вести игру. Я уже закинул для нее наживку. Она бы и так пришла за младшими Молли! К тому же ты во второй раз крадешь это животное. Совершенно очевидно, что ты крадешь его для себя! Стража! Уберите животное и убейте его!

Высокий мрачный человек выступил из угла, схватил Петульку и вынес из комнаты. Закья тревожно оглянулся, ожидая, когда захлопнется дверь и стихнет собачий лай, чтобы продолжить разговор.

— Но я… я еще принес эти кристаллы, которые она у вас украла, ваше высочество!

Книга со свистом пролетела мимо его головы, задев по уху. Индианки, отпрянув, прижались к стене, как испуганные зверьки, спасающиеся от грозы. Вакт вскочил на ноги.

— ТЫ СЛАБОУМНЫЙ ИДИОТ! — заорал он. — ТЫ ИСПОРТИЛ МНЕ ВСЮ ИГРУ! ТЕПЕРЬ ОНА ЗАСТРЯЛА В БУДУЩЕМ! ОПЯТЬ ТЫ, ТЫ ЗАКЬЯ, — ПРОКЛЯТЫЙ ДУРАК СО ДНА ВЫГРЕБНОЙ ЯМЫ — ИСПОРТИЛ МНЕ ВСЁ УДОВОЛЬСТВИЕ. А-А-А!

Вакт запустил в Закью скамеечками. Тот увернулся ловко, как жестяная уточка в тире.

— А-А-А-А-А!

Рев Вакта заполнил всю комнату; в окнах зазвенели стекла. Но ярость утихла так же быстро, как и вспыхнула. Несколько минут махараджа смотрел в пустоту, потом заметил:

— Молли, конечно, может затеряться в будущем, но, с другой стороны, это покажет нам, насколько она сообразительна. Хм-м, да, это интересно. Если ее способности не уступают моим (на тот момент, когда я только учился искусству гипноза), то она вернется. И на такой случай мы оставим ей пару подсказок. Подсказок, которые приведут ее к смерти. Ты поступил правильно, Закья, тараканчик ты мой. На сегодня дихлофос отменяется. — Вакт повернулся ко второму охраннику. — Проследите за тем, чтобы собаку убили. Потом возьмете ее тело и обернете так, как положено оборачивать тела перед тем, как опустить их в воды Ганга. — Он подергал себя за бровь. — Устал я от этой обсерватории. Завтра желаю ночевать во дворце Бобеной в самом Джайпуре. Там условия лучше. — Вакт посмотрел на свои ногти на ногах и нахмурился. — В наше время почти никто не умеет делать приличный педикюр. Закья, избавься от них.

Закья хлопнул в ладоши и по-хозяйски выставил девушек за дверь. Когда они ушли, он упал к ногам Вакта.

— Вы всегда правы, — напыщенно произнес он. — У вас особый стиль, ваше высочество, вы такой мудрый.

Путешествовать по современному Джайпуру на слоне было непросто. Рокки, сидя за спиной у Оджаса, объяснял индийскому мальчугану, по каким движется транспорт. Амрит держалась так же спокойно и хладнокровно, как верблюды и буйволы, шагающие бок о бок с ней, и не испугалась даже тогда, когда в нее кинули водяную бомбочку. Многие люди на них оглядывались, а одна загорелая пара с рюкзаками за спиной даже приблизилась, когда Амрит остановилась на красный свет.

— Исфините, — обратились туристы к Оджасу. — А мошно нанять фас с фашим слоном на сафтра тля оснакомительной поестки по порогу?

— Прошу прощения, — вежливо ответил Оджас — Я бы с удовольствием принял ваше предложение, но завтра я буду путешествовать во времени.

У туристов от удивления округлились глаза, и они полезли в разговорник, чтобы узнать, что означает «путешествовать во времени».

— А ты оптимист, — заметила Молли.

— По-моему, бодрое расположение духа — самый лучший выход из любого положения, — ответил Оджас.

Улицы становились всё многолюднее. Дороги и стены домов были заляпаны краской всех цветов радуги, а на тротуарах пестрели красно-рыжие пятна — люди, жующие пан, постоянно сплевывали на землю красную слюну.

— Похоже, Холи уже подходит к концу, — объявил Оджас.

Амрит спустилась вниз по улице, прошла мимо рыночных ворот, и Молли принялась внимательно разглядывать витрины лавочек. Кое-где продавали обувь или посуду, но в большинстве витрин были выставлены украшения. Амрит миновала уличный базар — мужчины прямо под открытым небом плавили над огнем серебряные цепочки собирая серебряные капли в маленькие горки. Торговцы цветами сидели, скрестив ноги, на небольших возвышениях и делали гирлянды, нанизывая на нити оранжево-желтые бархатцы и цветки плюмерии.

С правой стороны пошли магазинчики подороже. Молли вскинула голову.

— Смотрите! — воскликнула она.

Впереди располагался большой магазин со стеклянными дверями. Его внутренняя обстановка была скрыта за плетеными занавесками, но яркая, красная с золотом, вывеска издалека бросалась в глаза:

ЦАРСТВО РУБИНОВ

— Ты оставайся здесь с Амрит, щенком и Лесом, — предложила Молли Оджасу. — А мы с Рокки и маленькой Молли зайдем внутрь и поищем кристаллы для путешествий во времени.

— Хорошо, Молли. Я присмотрю за лесным человеком, — согласился Оджас, поглядев через плечо на похрапывающею Леса. — Вот, возьми браслет, Рокки.

— И заодно мы добудем кучу денег, — сказала Молли, — чтобы накормить Амрит.

— Да, Молли, она очень проголодалась.

Амрит наклонилась, чтобы Молли, Рокки и маленькая Молли смогли спуститься на землю.

— А что любят слоны? — поинтересовалась Молли, и Амрит кокетливо захлопала длинными ресницами.

— Пальмовые и бамбуковые листья, сердцевину сахарного тростника, бананы, рис, пирожки, плюшки и гур.

— Гур?

— Это патока. Слоны любят патоку.

— Ваш заказ принят, — кивнула Молли. — Один гур и картошка.