Устроившись за столом во внутреннем дворике, Корт всматривался в океанский простор, постукивая пальцами по стакану из небьющегося стекла. Он сидел так уже довольно долго, не замечая ни яркого солнечного света, ни ветра, игравшего темными прядями волос вокруг его волевого, красивого лица.

Неожиданно Корт потянулся к корзине с завтраком для пикника, которую, прихватив с яхты, поставил на каменные плиты внутреннего дворика и, решительно встав, протянул руку Джин.

– Жаль, если пропадет все, что миссис Гент приготовила, – сказал Корт, за руку поднимая девушку с кресла и улыбаясь. – Где бы нам все это съесть?

Джин осмотрелась, но не увидела подходящего места для ланча. А Корт, словно ветер подгонял его в спину, пересек большую лужайку, удаляясь от столиков, расставленных во внутреннем дворике, миновал аллею, ведущую к теннисному корту, и направился прямо к воде. Джин следовала за ван Роем, любуясь его свободной походкой. Казалось, все тревоги и заботы вдруг оставили его.

Они расположились на бетонном волнорезе, установив рядом корзину с тщательно упакованными съестными припасами. Внизу, под ногами, волны набегали одна за другой, и, разбившись о камни, с плеском откатывались обратно.

– Миссис Гент умеет готовить провизию для пикника, – заметил Корт, доставая из корзины аккуратно завернутые в фольгу лакомства. Разделив содержимое корзины между ними, он отставил ее на траву неподалеку. – Главное, никаких сэндвичей с куриным салатом, которые она делает для Питера и Кики.

Миссис Гент приготовила им рогалики, сыр, ломтики остро пахнущей колбасы. Джин такую колбасу раньше не пробовала, аромат показался ей резким и непривычным.

Корт уложил сыр и колбасу поверх рогалика и с наслаждением принялся за еду. Казалось, каждый укус доставляет ему огромное удовольствие. Это выглядело так аппетитно, что Джин последовала его примеру.

– Дома в Ойл-Сити есть место, где устраивают пикники, – вспомнила девушка, – там много столов, игральных автоматов и площадок для игр по всему парку. Я нигде не видела ничего похожего.

– А знаете, так питаются, путешествуя по Европе, – объяснил Корт, – рогалики и кофе в уличном кафе на завтрак, ланч на природе, обед в ближайшем ресторане вечером. Вы были в Европе?

Джин отрицательно покачала головой.

– У меня было довольно трудное время. Приходится платить за квартиру, остальное почти все уходит на еду. Поэтому для путешествия по Европе денег нет.

– Вы можете продать одно из ваших украшений.

– Конечно! – воскликнула Джин. – Это неплохая идея.

– Послушайте, вы можете продать… кольцо с опалом. Тогда хватит денег на самолет. Я мог бы показать вам Францию. За неделю, а может быть, за две. Вы сможете остановиться у меня. Это ничего не будет вам стоить, кроме билетов на самолет.

Девушка засмеялась.

– Теперь вы рассказываете мне сказки. Я хоть и из маленького городка, но все же не из лесу.

– Тут есть над чем подумать, Джин, – настаивал Корт, наклоняясь к корзинке в поисках чего-нибудь съестного, – вы очень богатая женщина. Вы должны подумать, как получать удовольствие от принадлежащих вам денег.

В корзине обнаружилось еще несколько больших спелых яблок, золотистые персики и виноград. Джин и ван Рой быстро справились с фруктами.

Девушка крошила остатки рогалика и бросала кружившим над морем чайкам, пока Корт, засмеявшись, не смахнул все крошки с ее ладони в свою. Он подбросил их над водой, и они разлетелись в разные стороны финальным фейерверком.

Аккуратно сложив пакеты и салфетки, Корт закрыл корзину.

– А вино? – удивилась Джин.

– На яхте есть бар, – встрепенулся Корт, – я могу принести.

Ван Рой уже собрался подняться, но девушка жестом остановила его.

– Вчера вечером я выпила более чем достаточно, – засмеялась Джин, укоризненно покачав головой. Ветер шевелил ее легкие волосы.

– Я тоже, – нежно прошептал Корт, прикоснувшись к белокурым прядям, выбившимся из ее прически и, обернув шелковистую прядь вокруг указательного пальца, приложил волосы к губам, не сводя глаз с девушки.

Джин рассмешил этот жест – жест соблазнителя. Она не была готова к тому потоку эмоций, который грозил настигнуть ее. Раньше ей не приходилось так тесно общаться с европейцем. И, кроме того, она не встречала в своей жизни ни одного мужчины, который по богатству мог сравниться с Кортом. Да, вчера ночью, в их квартирке, он наверняка чувствовал себя не в своей тарелке.

Тревога, охватившая девушку, не имела никакого отношения к различию в их социальном положении. Это чувство было гораздо глубже, более личное и совсем простое.

– Корт, – вздохнула девушка.

– Я люблю слушать твой голос, – сказал он, улыбаясь одними глазами, и, отпустив белокурую прядь, позволил ветру подхватить ее со своей ладони.

– Я вас не понимаю…

– Не думал, что знаю английский так плохо, – грустно заметил Корт, – что не смогу объяснить простую вещь.

– Я не это имела в виду.

– Что тут понимать! Когда мужчина встречает женщину, которую… – Корт оборвал фразу на середине и задумался, глядя на море. – Английский – трудный язык для признания в любви, а изучать иностранные языки в Америке не желают.

– Нет, это не так, – возразила Джин, – но не у всех же такие способности, как у вас. В школе я изучала латынь, немецкий – в колледже, но ни тот, ни другой язык не в состоянии помочь мне в эту минуту. И как это странно, что мы все-таки встретились!

– Мы провели вместе ночь, – игриво заметил ван Рой.

– Корт, – рассердилась девушка.

– Понимаю, понимаю, – отозвался тот, – поверь мне, я происхожу из семьи со строгими моральными устоями. Но я даже не предполагал, что у американок… такие высокие стандарты.

– Может быть, в вашем кругу все иначе, – съязвила Джин и тут же пожалела о своих словах.

– Ты говоришь о Кики? – Корт устроился поудобнее, приняв позу лотоса.

– Да.

– Она несчастлива, – пожал плечами Корт, – но я в этом не виноват. Я бы никогда не пошел на то, чтобы вносить раздор в свою собственную семью, и не имеет значения, что я при этом чувствую. Ты понимаешь меня?

Джин кивнула.

– Но люди сплетничают о тебе и о Кики, и я ощущаю ее неприязнь.

– Не думай об этом.

– И потом я так мало значу для тебя. Хорошенькое личико, случайная встреча на балу… Женщина с красивой безделушкой, которая заинтересовала тебя… не больше.

– Как ты можешь так говорить? – Корт резко повернулся к девушке и положил руку ей на плечо. – Честное слово, я не знаю, когда ты вошла в мою жизнь. Где ты вошла в мою жизнь, – поправился ван Рой, – но ты должна…

– Что я должна? – Джин удивленно подняла брови. – Тебе нравится отдавать приказы, Корт, но я не люблю их выполнять. И я не понимаю, что ты делаешь, действительно ли ты тот, за кого себя выдаешь, или мошенник с правдоподобной легендой. Я испытываю неловкость в присутствии твоего кузена и его жены, и если действительно существует веская причина, по которой мне необходимо оставаться здесь, лучше бы ты объяснил мне поподробнее. Иначе я уйду.

Корт поднялся на ноги и подошел к девушке сзади. Прежде чем она осознала, что произошло, он принялся покрывать поцелуями ее шею, щеку, висок…

Напряженная сдержанность его движений, таких медленных, таких осторожных, таких завораживающих, заставила Джин забыть о своей непреклонности.

– Американские женщины всегда так спешат, – пожаловался Корт, – они не ценят ухаживание как искусство. Им нужно быстрое наслаждение и удачный официальный брак. Почему вы не можете положиться на судьбу и отдаться ее власти даже в такой момент?

– Не можешь ли ты говорить обо мне в единственном числе? – обиделась Джин. – Я не похожа на…

– На Кики? Ладно, тогда я должен узнать тебя поближе, чтобы понять, так ли это. Действительно, ты не похожа на тех богатых бездельниц, которых я встречаю здесь, потому что не знаешь себе цены. Мне это нравится. У тебя есть характер и… Как это будет по-английски? Воображение! Мне это импонирует.

Дрожь пробежала по телу девушки, хотя толстый ирландский свитер надежно защищал ее от порывистого атлантического ветра. Ее щеки пылали, но не от полуденного солнца.

Подтянув колени и обхватив их руками, она задумалась. Почему она заняла такую оборонительную позицию? Одна часть ее существа принадлежит Корту, другая – нет. Так наблюдают за змеей, восхищаясь ее красотой и страшась смертельного яда, застыв, не имея сил сдвинуться с места.

– Твои глаза зажгли огонь в моей душе, – тихо произнес Корт. – Когда ты смотришь на меня, я забываю обо всем, и я счастлив.

Джин, задумалась, что ответить Корту. На лужайке послышались шаги.

– Сэр, мисс Барбур к телефону, – издали прокричала горничная.

– Кто знает, что я здесь? – удивилась Джин, поднимаясь.

– Твоя подруга. Я оставил ей телефон.

Корт взял корзину, и они поспешили к дому.

– Не исключено, что Дениза в опасности, – прошептал Корт, подталкивая Джин к телефону на веранде.

– Дениза, что случилось? – тревожно воскликнула Джин, а Корт, обхватив ее запястье, слегка отодвинул трубку от уха девушки, чтобы слышать весь разговор.

– У тебя все в порядке? – спросила Джин, хватаясь за последнюю соломинку в надежде, что ничего страшного не произошло.

– Я внизу, в магазине, – ответила Дениза, – я вызвала полицию, но они еще не приехали.

– Оставайся там, мы сейчас приедем, – Джин обернулась к Корту, отдававшему распоряжения горничной по поводу машины.

– Проклятье, – пробормотал он, беря Джин за руку. – Как тебе показалось, она в безопасности?

– Да, – уверила Джин, – Дениза гораздо спокойнее меня, практичнее, умнее, у нее сильный характер. Она хорошо ориентируется в самых сложных ситуациях.

Когда автомобиль Корта подъехал к магазину Фримэна, там уже стояли две полицейские машины одинаковой марки. Корт обратил внимание на конфигурацию антенны на одном из «седанов» и остался доволен увиденным.

Дениза сидела за столиком у окна. Ее густые темные волосы были в беспорядке, кофейная чашка дрожала в руке. Девушка напряженно всматривалась в окно.

– Расскажи, что случилось, – попросила Джин, когда они с Кортом вошли в магазин, и обняла вздрагивающие плечи подруги.

– После вашего ухода я поднялась наверх, в квартиру, – начала свой рассказ девушка, в ее миндалевидных глазах металось беспокойство, – повесила платье, которое ты надевала прошлым вечером, на дверь стенного шкафа, потом собрала белье и пошла в прачечную самообслуживания. На обратном пути зашла сюда, в магазин, выпить кофе с бутербродом, прежде чем подняться в квартиру. Я сидела за этим столиком и вдруг услышала шаги наверху, в моей комнате. Вначале я подумала, что вернулась ты, но мы редко заходим в комнаты друг к другу, особенно если там никого нет, – Дениза объяснила Корту установившиеся между ними правила. – Кроме того, я видела, что ты в теннисных туфлях, а они не могут так стучать. Я сказала Джою, что там, наверху, кто-то ходит, и я пойду посмотрю, кто. – Дениза отхлебнула глоток из кофейной чашки.

– А я сказал, что ей лучше остаться здесь, – вступил в разговор долговязый внук Леви Фримэна, Джой, поставив на стол чашки перед Кортом и Джин, и задержавшись, чтобы еще раз послушать рассказ Денизы.

Полицейский в форме и детектив прохаживались перед магазином без всякой видимой цели.

– Итак, я осторожно поднялась наверх и услышала, что там что-то происходит: выдвигаются и задвигаются ящики, хлопают дверцы шкафа, и я поняла, что это не Джин. Я тихонько вошла в коридор и спряталась в стенном шкафу, просидев там до тех пор, пока тот, кто был в квартире, не вышел. Я пряталась не больше двух минут, но мне показалось, что прошло два часа.

– Вы его хорошо рассмотрели? – спросил подошедший детектив, приготовившись записывать показания Денизы.

– Я не видела лица, – объяснила девушка, – но заметила, что он был в джинсах и сером спортивном свитере, вероятно, хотел выглядеть, как какой-нибудь местный парень. Правда, джинсы были слишком новыми, а черные полуботинки блестели так, будто он их впервые надел. Кто носит с джинсами такую обувь? Обычно это кроссовки или простые башмаки. На руках были резиновые перчатки, и он протер ручку двери носовым платком.

– Да, не густо, – с сомнением в голосе произнес детектив.

– Постойте, – перебила Дениза, всегда замечавшая, во что люди одеваются и как они выглядят. – Ему, вероятно, далеко за тридцать, правда, у него легкая походка, он очень подвижный, но брюшко выдает его возраст, видно, что он не первой молодости…

– Саймон! – радостно воскликнул Корт, и детектив согласно кивнул. – Почему, черт возьми, он еще не в тюрьме? – раздраженно спросил ван Рой.

– Он никогда и не был в тюрьме, – объяснил детектив, – мы не смогли поймать его с поличным, больше он в отель не входил. А Депеска ушел из казино в четыре утра.

– Тот, кто был на катере? – спросила Джин.

– Да, – ответил Корт. – Наверно, Саймон следил за нами прошлой ночью, хотя Хосе и не заметил хвоста. На автомобиле трудно скрыться от преследования. Дениза, вы включали утром радио?

– Да, я включила его, когда вы с Джин ушли, и выключила, уходя в прачечную, – Дениза хлопнула себя ладонью по лбу, – вот как он узнал, когда в квартире кто-то есть, а когда – никого нет. Господи!

– Вы переберетесь ко мне, – твердо заявил Корт, – вы обе. Идите собирайтесь.

– И посмотрите, не пропало ли что-нибудь, – добавил детектив, когда девушки уже поднимались по лестнице, – нужно будет составить список украденных вещей.

Дениза и Джин осторожно вошли в квартиру, пытаясь определить, что пропало. Некоторые вещи были сдвинуты со своих обычных мест, это сразу бросалось в глаза.

– Лучше я поеду к своей тетке, – недовольно проворчала Дениза, поставив на кровать старую синюю спортивную сумку и запихивая в нее одежду.

– А мне кажется, будет лучше, если ты поедешь вместе со мной, – ответила Джин.

– Нет, у родственников я буду чувствовать себя спокойнее.

– Я дам вам полицейское сопровождение, – предложил Корт, – хочу быть уверен, что вас никто не преследует.

– Там, где живет тетя Консуэла, похитителям драгоценностей нечего делать, – сообщила Дениза с насмешкой в голосе.

– Так вот почему вы отказываетесь ехать с нами? – парировал Корт.

– У тетки я буду в безопасности, – уверила его девушка. – Джин, у тебя есть ее телефон?

– Где-то есть.

Корт вышел из комнаты, и Джин услышала, как он четким голосом отдает распоряжения. Через минуту дверь приоткрылась.

– Джин, как назывался катер, который мы видели утром? – спросил ван Рой.

– «Тайфун», – ответила девушка, затем обратилась к подруге. – Дениза, надеюсь, с тобой ничего не случится. Звони, если…

– Лишь только тронется авто, со мною будет все тип-топ, – продекламировала Дениза со свойственной ей бравадой, вешая на плечо спортивную сумку.

«Слава Богу, с Денизой все в порядке», – подумала Джин.

Она крепко обняла Денизу на прощание и с грустью смотрела вслед уходящей в сопровождении полицейского подруге. Джин принялась собирать свои вещи, ничего другого не оставалось.

– Ван Рои обычно одеваются к обеду, – предупредил Корт, наблюдая через дверь, как Джин укладывает две пары джинсов.

– А я и не предполагала, что они – нудисты! – мгновенно отреагировала девушка, и Корт, на мгновение задумавшись, весело засмеялся.

– Я имел в виду…

– Я знаю, что ты имел в виду, – успокоила его Джин, – на самом деле в моем гардеробе кое-что есть, и, может быть, на этот раз Кики не будет смотреть так презрительно и задирать нос.

Джин пересекла комнату и сняла с вешалки свою любимую шелковую блузку розового цвета и серый костюм. Затем, передвигая плечики, нашла скромное темно-бежевое платье классического покроя. Она показала наряды, предлагая Корту сделать выбор.

Он было уже кивнул, выбирая один из предложенных девушкой, но вдруг быстро вышел из комнаты. Джин услышала, как он прошел через гостиную в комнату Денизы.

Девушка удивленно пожала плечами. Она уже привыкла к непредсказуемым поворотам в поведении Корта. Подумав, что лучше ей не знать, что он там делает, Джин положила костюм и платье на край кровати и принялась складывать белье, которое нужно было прихватить с собой.

Ее ящики для белья были почти пустыми, так как в воскресенье был день стирки. Вдруг на полированной поверхности шкафа она увидела отпечаток ладони гораздо большего размера, чем ее собственная.

Испугавшись в первое мгновение, девушка вдруг подумала, что Корт может вернуться в комнату, и будет неудобно, если он увидит ее белье – бледно-лиловый бюстгальтер, ночную сорочку цвета фуксии и трусики самых разных оттенков.

Джин неожиданно почувствовала, как страшно было Денизе, и у нее перехватило дыхание. Дениза молодец, она никогда не теряла над собой контроль и всегда поступала правильно. Джин быстро сложила в сумку все необходимое.

Корт рассматривал темно-синее вечернее платье, висевшее на дверце шкафа в комнате Денизы. Он снял плечики с дверцы, поворачивая платье и изучая его с изнанки в поисках метки, которая, конечно, давно была оторвана в комиссионном магазине.

– Что ты делаешь? – недоуменно спросила Джин.

– Я только хотел узнать…

– Черт побери! Не смей этого делать. Какие-то люди приходят и роются в наших вещах в нашей квартире! Да ты знаешь, каково это мне и Денизе? Дениза здесь вообще ни при чем. Она не заслуживает, чтобы ты… прикасался к ее платью.

– Прости, – извинился Корт смущенно.

– Это оскорбительно, – продолжала Джин, – этот вор доставил столько неприятностей, теперь… Что ты собираешься делать?

– Я его поймаю, – спокойно ответил ван Рой.

– Я тоже хочу в этом участвовать!

– Нет, – возразил Корт, вешая платье обратно на дверь. – Депеска и Саймон – очень опасные преступники. Это занятие не для любителей.

– Но я хочу помочь тебе, – настаивала девушка еще более яростно, потому что Корт опять уставился на платье.

– Значит, это было платье Денизы, – вслух размышлял Корт, не обращая внимания на Джин. Он задумался, погрузив пальцы в густые шелковые волосы.

– Да.

– Саймон думал, что оно принадлежит тебе, и поэтому рылся в вещах Денизы в надежде отыскать бриллиантовую брошь.

Джин кивнула.

– Теперь он знает, что украшения здесь нет, а Депеска ушел из казино, когда «Пьянящая Роза» уже лежала в сейфе отеля. – Корт медленно повернулся к Джин, его черные брови сошлись на переносице. – Они думают, что бриллиант еще у нас.

– Неужели ты думаешь, что они такие дураки и не догадаются, что ты мог положить брошь в безопасное место? – спросила девушка.

– Конечно, логически рассуждая, они будут считать, что украшение в сейфе в доме Питера, но мы оба знаем, что его там нет! – сказал Корт.

– Неужели они попытаются проникнуть в дом Питера среди бела дня? – испугалась Джин.

– Надеюсь, что нет. – Корт взял сумку с вещами девушки. – Джин, как ты отнесешься к тому, чтобы поужинать сегодня в ресторане отеля?

Девушка увидела, как загорелись глаза Корта, и поняла, что он придумал новый план поимки преступников.

– Как ты скажешь.

– У тебя есть сумочка, которая подходит к костюму?

– Конечно, – ответила Джин.

– Принеси ее, – распорядился Корт и быстро вышел в гостиную вслед за девушкой.

– Сколько ты не спал? – спросила Джин, когда они с Кортом вернулись в дом Питера. В машине он столько раз зевал, что девушка начала беспокоиться, не слишком ли он устал.

– Я встал вчера в шесть утра, меня разбудил звонок из Парижа, и больше не ложился.

– Тебе хорошо бы поспать хоть несколько часов, – вздохнула она.

– Когда я распутываю какое-нибудь дело, я сплю очень мало, – ответил Корт. Он провел Джин в комнату, где Питер смотрел по телевизору баскетбольный матч. – Кроме того, мне нужно многое обдумать. А, Питер! Джин поживет пока у нас, в ее квартире небезопасно.

– Прекрасно, – Питер пожал плечами.

Кики оторвалась от журнала, который читала, сидя у окна, и сердито посмотрела на Корта и Джин.

– Прошу прощения за это неудобство, – извинился Корт.

– Я полагаю, это часть твоего расследования, – недовольно заметила Кики. – Каждый раз, когда ты приезжаешь сюда, у нас возникают проблемы.

– Прошу меня извинить, но я ничего не могу поделать, – объяснил Корт.

– Комната рядом с твоей подойдет? – предложила Кики без энтузиазма.

– Это будет чудесно, – согласился младший ван Рой.

– Мы собираемся поужинать не дома, – произнесла Кики, радуясь, что создает для них еще одно препятствие.

– Не беспокойся, – весело ответил Корт, – мы тоже.

Подхватив сумку девушки, Корт стремительно повел ее наверх по красивой лестнице мимо высоких окон и мраморных колонн.

– Мне нравится здесь, – тихо сказал ван Рой, когда они поднялись на второй этаж. – Здесь просторно и из окон виден океан. Пожалуйста, не сердись на Кики, что она предложила тебе комнату рядом с моей. Я тоже выбрал бы ее из соображений безопасности. Правда, в ней много старой мебели.

Дверь оказалась незапертой, и Корт открыл ее, толкнув носком ботинка. Стены в комнате были приятного кремового оттенка, двери и оконные рамы выкрашены в белый цвет. Комната была похожа на детскую. Кроме узкой кровати, здесь стояло старинное резное кресло-качалка и маленький письменный стол.

– О, здесь очаровательно, – Джин обернулась к Корту, опуская на кресло плащ.

Корт смотрел на девушку, и взгляд его выражал восхищение ее красотой. С трудом отведя глаза, ван Рой поставил сумку в шкаф.

– Эту ванную комнату не переоборудовали с тех времен, как построили дом, – объяснил Корт, показывая через дверь помещение с поцарапанной ванной и высокой раковиной. Это очень похоже на те ванные комнаты, к которым я привык в Европе. Но здесь это выглядит архаично. Когда-то здесь была детская.

– Честное слово, Корт, – Джин дотронулась до его локтя, – все чудесно. Ты видел, где я живу. Здесь гораздо лучше, чем в квартире над магазином.

– А я нахожу гастрономические ароматы божественными! – таинственно улыбнувшись, поддразнил ван Рой.

Джин засмеялась и положила руку ему на плечо, рассматривая синяк под глазом.

– Немного получше, но, если ты не будешь отдыхать…

– Mне сейчас не нужен отдых, – Корт нежно обнял девушку за плечи, проводя ладонью по узору ее свитера, подбираясь к воротнику полосатой рубашки. – Мне нужно…

Он поцеловал Джин в лоб и крепко обнял, прижимая к груди.

– Из-за какой случайности иногда встречаются двое, – засмеялся он. – Пока Депеска в городе, ты в опасности, и я хочу быть рядом, чтобы защитить тебя. Но кто защитит меня от тебя?

– Защитит тебя от меня? – переспросила Джин, засмеявшись. – Разве это возможно?

Корт внезапно отпустил девушку.

– Я должен идти. Мне еще нужно позвонить шефу в Париж и обдумать кое-что. Если ты захочешь выйти из комнаты, дай мне знать.

– Я разложу вещи и помогу тебе в разработке твоих планов, – сказала Джин. – Я серьезно. Мне тоже хочется во всем участвовать.

Проверив шпингалеты на высоких окнах, через которые открывался вид на океан, Корт направился к двери.

– Не покидай дома ни при каких обстоятельствах, – приказал ван Рой строгим голосом.

– Хорошо, не буду, – пообещала Джин.

Когда он ушел, девушка тяжело вздохнула. Казалось, он избегает ее, и она не могла понять, почему.

Но вскоре мысли девушки начали путаться от усталости и убаюкивающего ритма разбивающихся и вновь накатывающихся на берег волн.

Если она не распакует вещи прямо сейчас, то упадет на кровать и уснет.

Разобрав сумку, Джин остановилась у окна, всматриваясь в океанский простор. Атмосфера этого дома так бесконечно далека от жизни в их квартале, где каждый день нужно бороться за существование. Но здесь, где все кажется таким спокойным, ее подстерегает опасность, может быть, даже большая, чем может предположить Корт. Правда, полиция наверняка посвящена в планы ван Роя. Честное слово, она не хотела бы жить здесь, где на каждом окне охранная сигнализация, лучи прожекторов у каждой двери с вечера до утра, угроза ограбления…

Предметом особой гордости Джин всегда было отсутствие у нее ценных вещей, на которые мог кто-нибудь польститься. Но теперь она не знала, что ей делать. Чувство безопасности покинуло ее.

Теперь кто-то должен захотеть и суметь защитить ее, она нуждалась в охране.

Устроившись в старинном кресле-качалке и тихонько раскачиваясь в такт прибоя, девушка подумала: «За богатство надо платить».

Вытянувшись на кровати, Корт поставил телефонный аппарат на грудь. Поднеся трубку к уху, он старался не задеть припухлость около левого глаза. Пока сигнал пересекал океан, достигая абонента, и возвращался обратно, ван Рой попытался расслабиться и закрыл глаза.

– Роберт, у меня проблемы, – сообщил Корт по-французски, не дожидаясь, пока тот прочтет ему лекцию о разнице во времени на противоположных берегах Атлантики. Это было дело, важное дело, и его нужно было делать немедленно. – Я в затруднительном положении.

– В чем дело? – спросил Роберт, и в голосе его зазвучали тревожные нотки.

– Во время операции у меня произошла странная встреча, – ответил Корт, недовольный словами, которые нашел для выражения своего беспокойства. – С женщиной.

Роберт хмыкнул.

– Можно подумать, что я не догадался.

– Она появилась вчера на благотворительном балу в одном из моих фамильных бриллиантов, который пропал около пятидесяти лет назад. Она – никто, точнее, не имеет никакого отношения к высшему обществу. Уверяет, что ничего не знала об украшении, о похитителях драгоценностей… ни о чем. Саймон, человек Депеска, уже обыскал ее квартиру, и я не могу выпустить девушку из виду, оставить без охраны.

– А она, конечно, красивая и молодая, – иронически предположил Роберт, – и ты уже у ее ног!

– Я серьезно, Роберт! – рассердился Корт.

Нельзя было допустить потока красноречия на эту благодатную тему. Роберт вряд ли может понять всю серьезность положения, пока ему не объяснишь все в деталях.

– Я в затруднительном положении, – повторил Корт, – есть некоторые подозрительные обстоятельства, связанные с этой женщиной, они не дают мне покоя. Но я, конечно, не могу заняться ничем другим, пока Депеска и его банда хозяйничают в Палм-Бич.

– Мы можем проверить эту женщину, – предложил Роберт.

– Кроме того, я хочу подать в отставку.

– Ты поступаешь опрометчиво.

Корт отрицательно покачал головой.

– Даже в минуты опасности я буду все время пытаться разгадать эту тайну, которая не дает мне покоя. В таком состоянии я не могу работать эффективно.

– Ну, это уже сцена из мелодрамы! Ты ее скоро забудешь.

– Роберт!

– Я не позволю тебе сейчас подавать в отставку. В нашем отделе и так некому работать. Сейчас не время.

– У тебя уже три моих заявления об отставке, которым ты не даешь хода, – воскликнул Корт. – Теперь я опять прошу уволить меня.

– А я отказываю. Расскажи мне об этой женщине, я соберу о ней всю информацию и пришлю тебе немедленно.

Корт нахмурился и, понизив голос, передал Роберту все, что знал о Джинеллен Барбур.