В конце длинного, скучного рабочего дня Джин достала свою хронометражную карточку и автоматически вставила ее в щель устройства, отмечающего проработанное время. В этот момент Корт схватил ее за руку.

– Ой, ты меня напугал, – вырвалось у девушки. Она машинально поправила на плече сумочку.

– Мистер Эванс разрешил мне подождать тебя здесь, – объяснил Корт, отталкиваясь от стены, около которой он коротал время в ожидании девушки. – Я не хочу, чтобы ты выходила одна.

Джин изучающе посмотрела на его темно-синий пиджак, белые брюки, бледно-розовую трикотажную рубашку и пришла в восхищение от его элегантного вида. И все же она заметила, что под пиджаком, под левой рукой он прячет оружие.

– Я вижу, ты взял с собой пистолет? – вздохнула девушка, проводя рукой по лацкану его пиджака.

Корт чуть заметно кивнул в ответ.

– Пойдем. Ужин сегодня будет раньше, чем обычно.

– Хорошо, – обрадовалась Джин и взяла его под руку. – Я очень хочу есть и до восьми часов умерла бы с голоду.

Корт взглянул на девушку и улыбнулся, но она не могла понять, действительно ли ван Рой оценил ее попытку развеселить его. Были моменты, когда она сомневалась, правильно ли понимает его слова. Иногда разница в языках, на которых они говорили, была подобна потоку, через который они не могли перебросить мост. Интересно, смогла бы она выучить голландский так, чтобы понимать все оттенки его речи? Джин была полна желания попытаться это сделать.

С обычными предосторожностями Корт посадил девушку в машину, и они направились на виллу. На этот раз ван Рой выбрал новый маршрут, прошлым вечером они ехали другой дорогой.

Легкий, беззаботный разговор не клеился. Корт не находил ничего интересного в том, как он провел день. Рассказывать было нечего. И его совершенно не интересовало, что делала Джин в своем полиграфическом салоне.

Корт, погруженный в раздумья, внимательно следил за дорогой, стараясь вовремя заметить опасность и избежать возможных неприятностей. Девушка хотела бы вообще ничего об этом не знать.

Когда Корт и Джин вошли, в доме было необычно тихо. Только ритмичный шум океана и едва различимые звуки классической музыки, доносившиеся сверху, наполняли пространство старого дома.

– Я приму душ, – сказала девушка, поднимаясь по лестнице.

Корт кивнул.

– Я подумал, мы можем выпить перед обедом, но если ты против…

– Я постараюсь побыстрее, – пообещала Джин.

Поднявшись на второй этаж, девушка услышала, что Кики разговаривает в холле по телефону.

– Нет, я действительно вынуждена отказаться, дорогая, – ворковала Кики сладким голосом. – Я знаю, для тебя это слабое оправдание… Нет, конечно, мне очень нравится новая программа… Нет, нет, совсем не поэтому. Дорогая, я должна сделать еще несколько звонков. Ненавижу телефон, а ты? Я все объясню тебе завтра.

Джин задержалась около лестницы. Она случайно услышала этот телефонный разговор, и ей не хотелось, чтобы Кики знала об этом. Но пока девушка замешкалась, размышляя, что ей делать, Кики заметила Джин. Деваться было некуда.

– А, это вы, – Кики нервно теребила воротник лиловой шелковой блузки.

Джин что-то пробормотала в ответ, она надеялась, что ее слова прозвучали дружелюбно. Несмотря на то, что девушка устала, она заметила покрасневший нос и припухшие глаза Кики и удивилась.

– Корт сказал вам, что мы ужинаем раньше сегодня? – спросила миссис ван Рой, доставая бумажный носовой платок.

– Да, я буду готова через пятнадцать минут, – уверила ее девушка. – Что-нибудь случилось?

Кики бросила скомканный платок в пепельницу и вздернула подбородок.

– Я хочу вернуться в Коннектикут. Я скучаю без Вилли, – объяснила она неожиданно сорвавшимся голосом.

Джин посмотрела на Кики и внезапно приняла решение, которому сопротивлялась всеми фибрами души. Она решила, что не может не вмешаться.

– Не могли бы вы на минуту пройти в мою комнату? – спросила девушка, проходя по коридору мимо комнаты Корта. – Нам надо поговорить.

Не ответив ни слова, Кики прошла вслед за Джин в маленькую комнату для гостей, наполненную вечерним сумраком.

Бросив сумочку на стол, девушка пододвинула качалку для Кики, а сама села на край кровати.

– Я не знаю, известно ли вам о тех слухах, которые распространяют ваши друзья, – начала Джин, – если их можно назвать друзьями…

– Здесь вечно сплетничают, – безразлично отозвалась Кики, положив ногу на ногу и стараясь прикрыть колени мягкой шерстяной тканью юбки, – я пропускаю все это мимо ушей. Думаю, вам тоже не стоит обращать внимание на пустые разговоры.

– Мне кажется, вам следует знать, о чем сплетничали в дамской комнате во время субботнего приема.

Кики едва заметно кивнула.

– Там обсуждался ваш якобы повышенный интерес к Корту, и говорили, что ваш брак…

– Это ложь! – Кики горячо оборвала девушку. – Вы не лучше, чем эти сплетницы, которые распускают слухи, если можете пересказывать их мне. Даже если и говорите, что делаете это для моей же пользы. В моих интересах, можно подумать!

– Честное слово, мне все равно, что вы подумаете, – искренне сказала Джин, – но вы были так добры ко мне, позволили в трудное время остаться в вашем доме. Я считаю своим долгом рассказать вам о том, что слышала. Кроме того, эти сплетни бросают тень на репутацию Корта.

– Но это только сплетни!

– Мне кажется, стоит подумать, что в вашем поведении дает пищу для намеков, а может, и для более грязных пересудов. Разводятся иногда совсем из-за пустяков.

– Но я хочу быть с Вилли, а он нуждается во мне, – запротестовала Кики.

– Конечно, он в вас нуждается, – ответила девушка, – поговорите с мужем. Понимаете, если вы сможете принять решение об отъезде, это сразу прекратит все сплетни, и вы добьетесь того, о чем мечтаете.

Кики несколько раз качнулась в кресле, не сводя глаз с девушки. Она заставила Джин почувствовать себя неловко. Но при этом Джин не жалела ни об одном сказанном слове.

– Да, – вслух размышляла Кики, – я могу уговорить Питера вернуться домой на неделю, чтобы покататься на лыжах. По крайней мере, мы так можем всем сказать.

– Это хороший предлог, – согласилась Джин. – Я не знаю, могут ли сплетни сейчас испортить чью-либо репутацию так, как это случалось раньше. Но я уверена, что они вам, по крайней мере, неприятны. В колледже я изучала историю средних веков и эпохи Возрождения. В те времена несколько слов, нашептанных на ухо, могли стоить человеку жизни.

– О, да, конечно, сплетни могут быть убийственными даже сейчас, – подтвердила Кики. Она поднялась, с трудом сдерживая горькую улыбку. – Есть какая-то история, которую я никогда не понимала до конца. Об одном из ван Роев. О нем говорили, что еще в двадцатых годах женщина, на которой он собирался жениться, чуть не покончила с собой. Слава богу, мы не принимаем это всерьез. Ладно, я ухожу, не буду вам мешать, вам еще нужно переодеться к ужину.

Джин была не совсем удовлетворена разговором. Получилось, что она нарушила правила хорошего тона, хотя сделала этот шаг из лучших побуждений.

Принимая душ и высушивая феном волосы, Джин продолжала размышлять над вопросом о том, могла ли она справиться с ситуацией более искусно. Из соседней комнаты – комнаты Корта – доносился приглушенный шум, и Джин терялась в догадках: что же там происходит?

Девушка хотела вернуться наконец в свою квартиру, но к радостной мысли об этом примешивалось горькое чувство. Она так быстро впустила Корта в свое сердце, что ей будет недоставать его шагов за стеной, касания его руки, когда он передает ей сливки за завтраком…

Когда Джин спустилась вниз, Корт и Питер были в библиотеке. Как напроказившие школьники, они оборвали разговор, заслышав ее шаги около двери.

Чувствовалось, что Питер нервничал. Корт обернулся к девушке, натянуто улыбаясь. В библиотеке воцарилось неестественное молчание.

– Хотите что-нибудь выпить? – спросил ее Питер и направился к бару.

Джин отказалась, и Корт удовлетворенно кивнул.

– Нам сегодня лучше не пить, разве что минеральную воду.

Питер достал из бара три маленькие зеленые бутылочки и, положив лед в стаканы, наполнил их картинным жестом.

Джин отпила минеральной воды и подняла глаза на Корта. Ей вдруг стало страшно.

– Не волнуйся, – успокоил девушку Корт, поднося стакан ко рту. Он словно прочел ее мысли. – Все будет в порядке, если ты мне немного поможешь. Нам надо действовать сообща.

Джин вздохнула. Ей надоело третий вечер подряд ходить на высоких каблуках. Корт, очевидно, предполагал, что ночью могут разыграться серьезные события, а она к этому не готова.

Кики не стала переодеваться к ужину. Она лишь надела более яркие украшения, чем днем. Возможно, она не хотела смущать Джин дорогим нарядом.

– Ужин на столе, – объявила миссис ван Рой, приглашая всех в столовую.

Джин села напротив Корта. Девушка пыталась скрыть охвативший ее страх и сидела молча.

– По сведениям, которыми мы с детективом Ролландом располагаем, сегодня ночью Депеска попытается проникнуть в дом, – сказал Корт. Развернув салфетку, он положил ее на колени. – Я уверен, он не знает, что утром мы перевезли бриллиант в банк. Агенты, следившие за Депеска и Саймоном, утверждают, что воры в это время завтракали. Они, скорее всего, думают, что украшение находится здесь. Полицейские установили на их катере радиодатчики. И на автомобиле тоже. Мы тут же получим предупреждение, если грабители заведут мотор машины или выйдут в море.

Кики выронила вилку, и она со звоном ударилась о дорогую фарфоровую тарелку.

– Я буду счастлива, когда все это кончится, – сказала она, вновь принимаясь за еду.

– Не беспокойся, Кики, – Питер сделал попытку успокоить жену, и голос его прозвучал бодрее, чем ожидала Джин, – я здесь, чтобы защитить тебя.

Только Джин видела озорные искорки в глазах Корта. Когда он наклонился, передавая Питеру соль, она заметила пистолет у него под пиджаком.

Девушке совсем расхотелось есть, она не могла даже думать о еде, стоящей на столе. Ни о фруктовом салате, ни о спарже, ни о жареной курице. Джин заставила себя из вежливости положить на тарелку ложку салата. Ее внимание было приковано к Корту.

– Конечно, мы не будем весь вечер сидеть за столом, ожидая нападения и теряя голову от страха, – заявил он, – но я хочу, чтобы каждый постарался делать только то, что я скажу. Не паникуйте и не воображайте себя героями. Если мы будем действовать слаженно, ловушка сработает и никто не пострадает.

– Ну хорошо, а что мы должны делать? – спросил Питер.

– Ограничьте перемещения по дому, – объяснил Корт, – не оставляйте включенным свет и не заходите в библиотеку.

– Может быть, нам поиграть в бридж в гостиной? – предложила Кики, нервно засмеявшись.

Джин предложение Кики пришлось не по вкусу. Она никогда не играла в карты, хотя студенты в колледже часто проводили вечера за бриджем. Девушка считала это пустой тратой времени.

– Депеска не любит оставлять свидетелей, – продолжал инструктировать Корт. – И он, и Саймон всегда вооружены.

– Шоколадный мусс съедим позже, – сказала Кики, поднимаясь из-за стола. – Никто не возражает?

– Нет, – пробормотала Джин. Шоколадный мусс два вечера подряд – это слишком. Даже самое вкусное блюдо надоедает, когда его подают каждый день.

– Я не могу больше ходить на этих каблуках ни минуты, – тихо сказала Джин, обращаясь к Корту, когда они вышли в гостиную. – Можно, я пойду надену теннисные туфли?

– Это было бы неплохо, – согласился Корт, взглянув на ее ноги. – Мне подняться с тобой?

– Нет, – ответила девушка, пытаясь казаться беззаботной. – Я научилась сама обуваться уже давно.

– Наверно, это смешно, – отреагировал Корт, показывая, что оценил ее попытку разрядить ситуацию. Обняв девушку за плечи, он на мгновение привлек ее к себе, и Джин почувствовала успокаивающее тепло его мужественного тела.

– Будь осторожна, – предупредил Корт, – твои окна прекрасно видны с моря. Свет не включай, сначала подойди к окну и задерни шторы. Не стой между лампой и окном, а то на окне будет видна твоя тень. Потом выключи свет и опять открой шторы. Может быть, твою комнату придется использовать как наблюдательный пункт.

– Ты меня совсем запугал, – сказала Джин, понизив голос, чтобы Питер и Кики не могли ее услышать.

– Если ты увидишь что-нибудь подозрительное, то необязательно соблюдать этикет, – посоветовал Корт. – Кричи.

– А они не услышат меня?

– Нет, за окном шумит море, да и дом наш не похож на коробку из-под печенья.

Немного успокоившись, Джин быстро поднялась к себе в комнату, в точности выполнив все наставления Корта. Подойдя к окну, она посмотрела на океан и на темной поверхности воды не обнаружила ничего, что привлекло бы ее внимание.

Но когда Джин переобулась в туфли и, погасив свет, перед уходом бросила взгляд в окно, то увидела человека, выбирающегося на волнорез.

Не открыв шторы на втором окне, девушка со всех ног бросилась вниз.

– Корт! Ты был прав! – раздался с лестницы ее крик. – Там на берегу человек!

– Как ему удалось обойти полицию? – удивился Корт, поднимаясь навстречу Джин.

Питер и Кики тоже последовали за ним в ожидании распоряжений Корта.

– Хосе еще не вернулся, он провожает горничную, поэтому Кики придется остаться на первом этаже. Иди к входной двери и, когда увидишь полицейские машины, открой ворота. Только не спеши, а то Депеска увидит и догадается о засаде.

– А как я узнаю, когда открывать ворота? – спросила Кики.

– Поймешь по обстановке, полагайся на свой здравый смысл.

Кики мрачно кивнула, едва заметно коснулась руки Питера и отправилась на свой пост.

В этот момент зазвонил телефон. Питер поспешил в гостиную.

– Пойдем со мной, – распорядился Корт, подталкивая Джин к двери гостиной.

Девушка остановилась, чувствуя, что он на ходу снимает пиджак.

– Я хочу, чтобы ты была рядом с библиотекой, посиди в гостиной, – сказал Корт, бросая пиджак на стул.

– Разве я не нужна тебе в качестве свидетеля?

– Нет, ты должна быть в безопасном месте.

Корт почти втолкнул ее в гостиную и проверил, заряжен ли пистолет. – Пит, ты тоже оставайся здесь, – распорядился Корт, продолжая возиться с оружием.

Обведя глазами комнату, Джин испугалась: Питера не было в гостиной. Секретер был открыт, и девушка увидела пустую пистолетную кобуру.

– Корт! – позвала Джин негромко, но настойчиво, пытаясь привлечь его внимание к отсутствию Питера. Но Корт уже вышел из гостиной и направился в библиотеку. Девушка последовала за ним. Нужно сообщить Корту, что, вопреки его ожиданиям, Питера в гостиной нет.

Переведя дыхание, Корт оценил ситуацию. В коридоре было темно, поэтому налетчикам будет трудно ориентироваться в незнакомом помещении. Корту не пришло в голову, что Депеска, не полагаясь на случай, мог подкупить муниципального служащего и достать план дома.

Какое-то время глаза привыкали к темноте, он прислушался к тиканью часов, к шуму волн, разбивающихся о волнорез.

Сжимая пистолет, Корт вдруг почувствовал смутное беспокойство. Тревога подталкивала его вернуться обратно в гостиную и проверить, все ли в порядке с Питером и Джин. Самым слабым звеном в цепи была Кики, он отправил ее подальше от предполагаемого места событий.

Двигаясь вдоль стены, Корт осторожно подошел к двери в библиотеку. Прислушавшись, он различил какой-то звук – то ли шелест раздвигаемых кустов, то ли шаги по каменному полу внутреннего дворика, куда вела вторая дверь из библиотеки. Депеска вряд ли допустил бы такую промашку, но Саймон, по описанию Денизы, был человеком довольно плотного телосложения и вполне мог оступиться.

Может быть, вслушиваясь так напряженно, Корт испугался шума ветра, и ему все это почудилось.

Корт сжал пистолет. Он услышал шаги и почувствовал, что сзади кто-то есть. Вобрав воздух в легкие, он с облегчением вдохнул аромат, присущий только Джин, – аромат ее пудры, ее мыла, легкий и пряный запах ее духов.

– Корт, – прошептала девушка, – Питера нет в гостиной, и мне кажется, он взял пистолет.

– Черт побери! – тоже шепотом выругался Корт.

Он не мог запретить Питеру защищать свой дом, свою жену и собственную жизнь. Но Питер выбрал неподходящее время, чтобы проявить геройство.

В сердцах Корт вспомнил, что каждый раз, когда между ним и Питером возникало соперничество, неважно по какому поводу, Корт оказывался победителем. Черт побери! Если Питер решил взять реванш, момент был самый неудачный.

Куда же он запропастился?

Щелкнул замок и тихо скрипнули дверные петли. Корт надеялся, что у Питера хватит терпения позволить Депеска войти в библиотеку и дать ему возможность вскрыть сейф.

– Джин, оставайся здесь, – одними губами прошептал Корт.

Он не слышал ее ответа. События разворачивались со стремительной быстротой, и нельзя было рассчитывать на дальнейшее взаимодействие.

Корт заглянул в темную библиотеку и увидел пятнышко света, перемещавшееся по стене в поисках сейфа. Он ощутил дуновение ветра – дверь во внутренний дворик оставили открытой для отступления.

Корт просунул руку в комнату и нащупал выключатель. Но прежде чем он успел включить верхний свет, вспыхнул настенный светильник – вероятно, это был Питер, оказавшийся в библиотеке.

Раздалось громкое ругательство, которое Корт затруднился бы перевести на родной язык. Пригнувшись, он проскользнул в комнату.

– Стойте! Не двигайтесь! – скомандовал Питер. Его голос поначалу звучал очень твердо, но в конце фразы почти сорвался от страха.

Проникнув в библиотеку, Корт осмотрелся. И Саймон, и Депеска были вооружены, но главарь, ослепленный неожиданно вспыхнувшим светом, не заметил его.

От выстрела, на мгновение оглушившего Корта, зазвенели хрустальные подвески бра.

Питер упал.

– Стефано, бросай пистолет! – закричал Корт. – И ты, Саймон, тоже. Питер! Ты жив?

Джин вошла в комнату и поспешила на помощь Питеру.

– Плечо, – определила Джин, в ее спокойном голосе слышалось сострадание.

В дверь, оставленную грабителями открытой, выхватив пистолет, вбежал полицейский. За ним еще несколько человек в форме. Местного детектива Кики провела через коридор.

Убедившись, что ситуация под контролем, Корт поставил пистолет на предохранитель и спрятал в кобуру.

Что за наваждение! Он должен радоваться, что наконец поймал преступника, за которым так долго охотился, а вместо этого его охватил страх.

Несколько полицейских надевали на воров наручники и выполняли необходимые формальности перед тем, как увести преступников.

– Это ваша добыча, – устало сказал Корт, обращаясь к детективу, и вдруг услышал треск разрываемой ткани.

Обернувшись, чтобы посмотреть, что с Питером, Корт почувствовал приступ дурноты при виде крови. Девушка разорвала рукав и освободила плечо Питера.

– Тебе нужно что-нибудь, Джин? – спросил Корт, отступая на несколько шагов. Он успевал следить за всем, что происходило в комнате.

– Убери это оружие, – попросила девушка, кивнув в сторону пистолета Питера, лежавшего на ковре около ее колена.

Корт не успел выполнить просьбу Джин. К ней подошел один из полицейских.

– Я сам позабочусь об этом, – сказал он, поднимая пистолет и разряжая его. Полицейский передал оружие Хосе, только что вошедшему в комнату, запыхавшемуся и смущенному.

– Пуля еще в ране, – Джин подняла глаза на обезумевшую Кики. – Мне нужно полотенце.

– Конечно! – встрепенулась Кики.

Но Хосе жестом остановил ее и быстро вышел из библиотеки.

Лицо Питера исказила мучительная гримаса.

– Больно, – жалобно произнес он.

Кики взяла маленькую диванную подушечку и подложила ее мужу под голову, нежным движением убрала волосы с его влажного лба.

– Я вызову скорую помощь, – предложил Ролланд. Он намеревался воспользоваться своим радиотелефоном.

– Чем я могу помочь? – опускаясь на ковер рядом с кузеном, спросил Корт.

– Подержи руку, – попросила Джин, накладывая жгут из оторванного рукава.

Корт взял руку Питера в свою и почувствовал биение его пульса, учащенного, но сильного.

Их взгляды встретились. Питер выглядел сконфуженным. В глазах его затаилось страдание, лицо побледнело.

– Я… я хотел помочь, – пробормотал он.

– Хорошо, что все обошлось, – примирительно сказал Корт и ощутил, что пульс Питера постепенно успокаивается.

Корт был поражен поведением Джин, ее самообладанием. Ее изящная рука пережимала руку Питера выше раны, и следы крови проступили между пальцами.

Хосе вбежал в библиотеку с несколькими полотенцами в руках.

– Подойдут? – спросил он, протягивая их девушке.

– Прекрасно, – ответила она, – сложи одно в несколько раз. Так!

Джин взяла приготовленное полотенце. Корт, заметив кровь на ее ладони, с трудом подавил подступившую тошноту.

Но девушка приложила полотенце к ране и попросила Кики приготовить полоску ткани от оторванного рукава рубашки, чтобы укрепить жгут.

– Корт, поедешь с нами в участок? – спросил Ролланд, кладя руку ему на плечо.

Впервые за свою профессиональную жизнь Корт заколебался. Он хотел остаться с Питером, успокоить Кики, поддержать Джин.

Он нехотя поднялся.

– Держись, Пит, я скоро вернусь. Капитан, я приеду со своим шофером, – сказал он, обращаясь к полицейскому.

Он коснулся плеча Джин, чтобы выразить свое восхищение ее спокойствием. Она вела себя потрясающе.

Врачи скорой помощи уверили Кики, что Питер вне опасности, поскольку кровотечение остановили вовремя. Но все-таки его лучше пока поместить в больницу.

Кики настояла, чтобы Джин поехала с ними, и быстро вышла из комнаты.

Вернувшись с пальто и сумочкой, она принялась расспрашивать врача о порядке оформления документов, связанных с медицинской страховкой.

Врач, следивший за состоянием Питера, казалось, хорошо понимал волнение Кики.

Джин не особенно хотелось оставаться в доме ван Роев, и если Кики нуждалась в моральной поддержке, она готова была побыть рядом с ней.

Кики, заполнив необходимые бумаги, вернулась в холл и бессильно опустилась на жесткий больничный стул.

– Почему всегда, сталкиваясь с подобной процедурой, чувствуешь себя тупицей? – спросила она. – Они почти убедили меня, что это я стреляла в Питера. Я чувствую себя так, будто меня можно обвинить в чем-то ужасном. Со мной никогда ничего не случается, а Питер и Вилли вечно попадают в истории. Вот почему я не люблю расставаться с Вилли.

Джин дотронулась до плеча Кики.

– С Питером все будет хорошо, – попыталась успокоить ее девушка.

– Конечно, я не знаю, как вас благодарить, – Кики накрыла ладонью руку Джин. – О, посмотрите, у вас кровь на платье! Пришлите мне счет, когда сдадите его в чистку.

Это было лучшее платье Джин. Наверное, оно безнадежно испорчено. Возможно, она и отдаст его в чистку и пошлет счет Кики, если найдет в себе силы сделать это. Но только в том случае, если с Питером все кончится благополучно.

Кики поджала губы, ее лицо стало некрасивым. Джин понимала, что она старается сохранить самообладание.

– Вы помните, о чем мы говорили перед ужином, – спросила Кики и продолжила, не дожидаясь ответа: – Такие вещи словно заново освещают всю жизнь. Я… я не представляю свою жизнь без Питера. Вы понимаете, что я имею в виду?

Джин кивнула.

– У Питера нет никаких оснований сомневаться в моей верности, – вымученно прошептала Кики. – Честное слово. Никаких.

Джин улыбнулась ей.

– Конечно. Я понимаю.

Раздался телефонный звонок, которого Корт ждал с таким волнением. Он хотел и боялся услышать голос Роберта на другом конце провода. Присев на край рабочего стола Ролланда, он ждал связи с противоположным берегом Атлантического океана.

– Надеюсь, тебе есть что мне рассказать, – ворчливо сказал Роберт.

Корт взглянул на часы, чтобы определить, который час в Париже, и тут же перешел к делу.

– Депеска и Саймон арестованы.

– Хорошо. Много бед они натворили?

– Мой кузен Питер получил пулю.

– Серьезно ранен?

– Кажется, не очень, – вздохнул Корт.

– Нужно выполнить кое-какую работу по просьбе итальянцев. Как только подробности операции поступят в Палм-Бич, я хочу, чтобы ты…

– Роберт, у меня отпуск! – перебил его Корт. – Я и так потратил напрасно почти целую неделю на эту историю.

– Нет, не напрасно, – возразил Роберт и засмеялся. – Часть этого времени ты гонялся за зеленоглазой блондинкой.

– У меня есть более важные дела, чем сопровождать Депеска в Италию. Поручи это какому-нибудь итальянскому сотруднику.

– Ладно, хорошо. Ты можешь вернуться в Париж в следующий понедельник?

– В среду, – подумав, ответил Корт.

– Во вторник, – устало приказал Роберт.

Корт повесил трубку и просмотрел бумаги, которые стенографист Ролланда дал ему на подпись.

– Из Рима должно прийти распоряжение, – сказал Корт Ролланду. – Я тебе еще нужен?

– Нет. С тобой приятно работать, Корт. – Они пожали друг другу руки, и ван Рой вышел из офиса, не дожидаясь, когда шофер подаст машину со стоянки.

Лучше бы он сказал Роберту, что не может продолжать работу в качестве эксперта. Он чувствовал себя так, будто его жизнь кончена.

Хосе подвез Корта к больнице, где тот узнал, что выписать Питера готовы.

Корт увидел, что Кики бледна и взволнована, но все-таки спокойнее, чем раньше. Присутствие Джин помогало ей сохранять самообладание.

– Завтра никакого тенниса, – проворчал Питер смущенно, когда Корт усаживал его в машину на переднее сиденье. – Надеюсь, ты на меня не сердишься?

– Сержусь, – ответил Корт, – но не очень, потому что все позади, и я этому страшно рад.

Пока они ждали Кики, сидя на заднем сиденье, Джин в темноте нашла руку Корта и спрятала в ней свою ладонь. Их пальцы переплелись. Корт и Джин словно старались успокоить друг друга, заставить забыть все неприятности и тревоги прошедших дней и поздравить с удачным окончанием трудной работы.