Разносчик газет был в высшей степени удивлен, когда Джулиан втащил его в дом. Но он и вовсе остолбенел, когда с головы у него сорвали форменную фуражку и сняли с плеч сумку с оставшимися газетами.

— Да вы что?! — закричал он не своим голосом. — Отдайте сейчас же!..

— Не волнуйся, — успокаивал его, крепко держа за руки, Джулиан. — Ты понятия не имеешь, милый, какой важный ты сегодня человек.

Лу таких сюрпризов не любил. Он некоторое время посопротивлялся, но потом, услышав, что его ждут прекрасные кушанья, смирился. К тому же Джулиан был выше и сильнее его, да и настроен был очень решительно. Между тем Дик надел фуражку Лу и повесил на плечо сумку.

Лу только рот разинул, увидев, что Дик уезжает на его велосипеде.

— Что это он делает? — удивленно спросил он у Джулиана. — Какие-то вы непонятные!

— Просто он решил поиграть в почтальона, Лу. Ты же знаешь, Дик давно хотел стать разносчиком газет. — Джулиан провел парня в комнату.

— Наверное, Дик с кем-нибудь поспорил, что умеет разносить газеты, — сказал Лу.

— Ты попал в самую точку, — засмеялся Джулиан; Лу тоже расплылся в улыбке.

— Ну, тогда, я надеюсь, он разнесет их правильно. Дело в том, что надо еще отвезти две газеты на хутор, вон в той стороне. Когда он приедет обратно?

— Скоро, — пообещал Джулиан. — Кроме того, ты же согласишься остаться с нами на ужин? — Тут Лу не стал возражать:

— Если речь идет о еде, я никогда не говорю «нет».

— Чудесно! Тогда садись и смотри пока книжки, — сказал Джулиан и дал парню две книги Энн. — А я пойду поскорее к кухарке, скажу, чтобы сегодня она приготовила особенно вкусный ужин.

Такой неожиданный поворот дел необычайно обрадовал Лу. В самом лучшем расположении духа он сидел на диване и разглядывал картинки в книжке. Как будет довольна матушка, когда узнает, что он ужинал в Киррин-коттедже!

Джулиану оставалось лишь поговорить с Джоанной. Та, увидев его таким серьезным и сосредоточенным, испугалась.

— Что случилось? — спросила она.

Он рассказал о похищении Джордж и о грозном письме. Джоанна с трясущимися коленками опустилась на стул.

— Про такое частенько пишут в газетах, — проговорила она слабым голосом, — Но как ужасно, когда тебе самому приходится это переживать. Я так волнуюсь…

Джулиан изложил ей свой план. Она неуверенно улыбнулась, узнав, что Дик выбрался из дома под видом разносчика газет, чтобы выследить, кто заберет ночью блокнот. Чтобы немного развеселить ее, Джулиан описал, как обалдел от всего происшедшего с ним Лу.

— О, этот Лу! — задумалась кухарка. — Люди удивятся, когда узнают, что он был приглашен сюда на ужин. Он немного придурковат, этот парень, но ничего плохого о нем нельзя сказать. Не беспокойся, я накормлю его отличным ужином. И, конечно, буду сидеть вместе с вами в ярко освещенной комнате. Мы можем играть в карты. Кажется, Лу умеет играть в «пьяницу».

— Великолепная мысль, — сказал Джулиан, который с тревогой подумывал, чем они будут занимать Лу целый вечер. — Мы будем играть в «пьяницу» и давать ему все время выигрывать.

Лу был в совершенном восторге от этого чудесного вечера. Сначала было то, что он назвал «сказочным ужином»: много жареного картофеля с яичницей и ветчиной, а на сладкое шоколадный пудинг, который он почти весь съел один.

— Я просто с ума схожу о шоколадному пудингу, — объяснял он Энн. — Джоанна знает, я схожу с ума по всему, что с шоколадом. Потому что она знакома с моей матушкой. А того, по чему я схожу с ума, я могу съесть сколько угодно.

Энн тихо смеялась. Хотя ей по-прежнему бы страшно, она радовалась, глядя на Лу. Он был действительно очень смешной, к тому же оказался таким благодарным гостем. С каким воодушевлением, с каким счастливым видом он принимал все, чем его угощали, не уставая повторять, как он рад и признателен им!

У Лу, правда, вытянулось лицо, когда Джулиан и Энн сказали, что хотят поиграть с ним в карты.

— У меня не получится, — грустно сообщил он. — Я в картах не особенно разбираюсь. Когда-то я пробовал играть в «переводного», но никак мог сообразить, какой ход когда делать. У меня голова для этого слишком медленно работает.

— А мы собирались сыграть с тобой в «пьяницу», — сказал Джулиан.

Лу расплылся в широкой улыбке.

— О, в «пьяницу»? Ну, тут-то я мастер! В самом деле, он почти ни разу не ошибся, всегда брал нужные карты, а главное, совершенно впал в блаженстве, потому что выигрывал одну партию за другой.

— Этот вечер — просто сказка! — заявлял он время от времени. — Столько удовольствия я давно уже не получал!.. А где застрял ваш брат? Надеюсь, он вернет мне мои вещи.

— Конечно, конечно! — успокаивал его Джулиан, вновь сдавая карты.

Джоанна, Джулиан, Энн и Лу сидели в ярко освещенной комнате вокруг стола. Снаружи их всех наверняка было хорошо видно. Но кто мог заметить, что один из четверых — не Дик, а Лу, разносчик газет?.. Когда пробило одиннадцать, Джулиан, взяв под мышку небольшой пакет, вышел из комнаты. Энн нашла в кабинете толстый, не до конца исписанный блокнот и завернула его в бумагу. Джулиан вложил туда записку.

«Вот ваш блокнот. Пожалуйста, сразу же отпустите девочку и собаку. У вас будут неприятности, если вы станете их удерживать дольше «.

Джулиан вышел в сад и осветил фонариком дорожку, ведущую к калитке. В самом конце, почти у калитки, поблескивал в луче фонарика большой камень. Джулиан приподнял его и положил пакет в ямку под ним. Потом осторожно огляделся. Хорошо было бы убедиться, что Дик где-то поблизости; но, конечно, обнаружить его не удалось. Спустя две минуты Джулиан снова был в комнате и играл в карты. Он почти все время проигрывал. Конечно, ему хотелось доставить радость Лу; кроме того, он был слишком занят мыслями о Дике и Джордж. Надо надеяться, с ними ничего не случилось!

Вдруг из темноты донесся громкий крик совы. Джулиан посмотрел на Джоанну и Энн. Те кивнули. Да, это был сигнал, что пакет найден. Теперь надо было дождаться Дика, и Лу мог идти домой.

Джоанна принесла кружку какао. Лу сиял. Да, вечер был в самом деле сказочный. Лу пространно, во всех подробностях рассказывал о своих прежних победах в «пьяницу», вспоминал другие игры, которые успел узнать и испробовать в своей жизни.

— Твоя матушка не будет беспокоиться? Уже совсем? поздно, — сказал Джулиан и посмотрел на часы.

— А где мой велосипед? — Спросил Лу, наконец сообразил, что «сказка» кончилась. — Ваш брат все еще не вернулся? Скажите ему, пускай привезет велосипед завтра утром, потому что я должен развозить утренние газеты. И мою фуражку. Это вообще-то особая фуражка, это сказка, а не фуражка!

Джулиан, который уже очень устал, лишь молча кивнул. Потом он кое-что вспомнил:

— Послушай, Лу! Очень может быть, что сейчас, среди ночи, по улицам бегают злые люди. Если с тобой заговорит кто-нибудь, ни в коем случае не останавливайся, а беги изо всех сил домой!

— Ясно, приятель! — пообещал Лу, — Вы и понятия не имеете, как быстро я умею бегать.

На прощание он торжественно потряс всем руки. Выйдя из дома, Лу принялся громко свистеть — для храбрости.

На углу к нему неожиданно подошел сельский полисмен. Лу вздрогнул от испуга.

— А, это ты, Лу? — сказал полисмен. — Что ты делаешь на улице в такой поздний час?

Лу, ничего не ответив, со всех ног пустился бежать. У двери дома он увидел свой велосипед:

на руле висела сумка, а на багажнике лежала форменная фуражка.

«Ух ты, как все здорово вышло!» — подумал Лу.

Он с удивлением обнаружил, что окна в доме темны: матушка уже спала. Значит, про «сказочный вечер» он сможет ей рассказать только завтра!..

А что же тем временем происходило с Диком? Надев фуражку и повесив на плечо сумку Лу, он выскочил из дома, сел на велосипед и покатил.

Может быть, ему показалось, а может, и в самом деле в этот момент в тени живой изгороди что-то шевельнулось. Не прячется ли там кто-нибудь? На всякий случай Дик спокойно проехал сотню метров, потом слез с велосипеда и сделал вид, будто поправляет цепь. Наблюдатель, если он был, мог убедиться, что это разносчик газет.

Сначала Дик покатил к хутору и бросил там в ящик две газеты, потом поехал дальше, в деревню, и поставил велосипед возле дома, где жил Лу. У него была еще масса времени, и он решил сходить в кино. Тем временем стемнело; теперь он мог осторожно возвращаться к Киррин-коттеджу.

Дик пробирался туда окольными тропами, вдоль садов. Где же ему спрятаться? И сможет ли он остаться незамеченным? Конечно, многое; будет зависеть от удачи — но ведь его удача будет зависеть только от него самого!