В свой первый день в «Пенриндендрайте» Снабби восторженно наслаждался жизнью, впрочем, как и все остальные. В то прекрасное утро они отправились купаться и без труда отыскали бухту Мерлина.

Это было поистине райское местечко. Пляж с ровным и мягким, как шелк, белым песком обрамлял скалы с таинственными пещерами, уходящими в глубь скалистого утеса, а возле двух из них были прикреплены таблички с надписью "Опасно. Во время прилива вода, видимо, заливала входы.

— Ха, надо проверить, что в них такого опасного, — сказал Снабби, собираясь нырнуть в одну на них, но был тут же остановлен крепкой рукой Барни.

— Будешь своевольничать — в два счета отправишься к кому-нибудь из своих родственников, — предупредил он. — Ты что, хочешь, чтоб тебе на голову посыпались камни? Или хочешь навсегда заблудиться в путанице лабиринтов? Снабби, ты повзрослеешь когда-нибудь или нет?

Чудик забежал в темную низкую пещеру и остановился, как бы говоря: "Пойдем, Снабби! ", но Снабби тут же прикрикнул на него:

— Вернись, болван! Повзрослеешь ты когда-нибудь или нет?

Ребята обследовали пещеры без строгих табличек и обнаружили, что все они неглубокие и заканчиваются тупиками, едва успев начаться.

Несколько раз друзья искупались, а потом загорали, лежа на песке. Миранда терпеть не могла купаться и даже не хотела приблизиться. Но Барни все же уговорил ее походить по кромке воды, держа за руку, как ребенка.

Мимо них, подняв тучу брызг, в воду бухнулся Чудик. Плывя на глубине, он обернулся к Миранде, словно говоря: «Несчастные существа эти обезьяны! Только и могут, что шлепать по воде лапами у берега!»

— Благодать! — сказал Роджер, греясь на песке. — Море, солнце, чего еще надо? Смотрите, это что там? Лодки рыбаков? — он приподнялся на локте. — Красиво, правда?

Это было действительно красиво. На всех лодках раздувались коричневые паруса самых разных оттенков. Они плавно скользили по ветру, подгоняемые приливом, к небольшой пристани, расположенном неподалеку. Ребята вскочили, чтобы пойти посмотреть на улов. Миранда дождалась, пока Чудик выйдет из воды и примется энергично отряхиваться. Потом прямиком запрыгнула к нему на спину, вцепившись изо всех сил в шерсть, будто требуя, чтобы ее прокатили.

Это был старый фокус Миранды, который Чудик активно не одобрял. Он припустил вдоль пляжа с космической скоростью, надеясь, что обезьянка не удержится, но та сидела крепко, обхватив туловище спаниеля своим длинным хвостом.

— Чудик, ложись и перекатывайся на спину, болван! — крикнул Снабби. — Ты что, забыл, как от нее избавиться?

Чудик поспешно опрокинулся на спину. Тут уж Миранде пришлось искать спасения у Барни, пока ее не сцапал Чудик. Ребята, вдоволь насмеявшись, побежали к пристани. Они с интересом наблюдали, как выгружается богатый улов. Среди рыбы оказалось несколько крупных крабов, которые особенно заинтересовали Миранду.

Она дотронулась до одного из них и едва успела отдернуть ручку от ужасной клешни. После этого и она, и Чудик держались подальше от этих ползающих страшилищ.

Когда подошло время обеда, ребята порядком проголодались и поспешили домой. Возле магазинчика Снабби, уже наслышанный от ребят об огромных порциях здешнего мороженого, тут же захотел туда зайти.

— Нельзя, аппетит попортишь, — предупредил Барни. — Пошли скорее, у меня внутри все урчит от голода.

Мисс Перчинг провела утро спокойно, за исключением тех двадцати минут, когда миссис Джонс, увидев, что она прогуливается по старому гостиничному саду, вышла к ней для бесконечного, по своему обыкновению, разговора. После этого мисс Перчинг решила, что лучше ей ходить с детьми на пляж чем рисковать, что ее опять поймает миссис Джонс.

Их первый день получился замечательным. Немного омрачил его лишь инцидент с одеждой Снабби — точнее с рубашкой Барни и шортами Роджера, в которых он ходил. Барни неожиданно заметил, что его прекрасная рубашка, еще почти новая, разорвана на спине. От страшно рассердился.

— Чем это ты занимался, что так изодрал мою рубашку? — строго спросил он. — Она у меня самая лучшая, я сам ее лишь несколько раз надевал. Я одолжил ее тебе на время, и ты должен был обращаться с ней аккуратно! А что ты сделал с шортами Роджера? Садился в лужу мазута или что? Ты опять грязный, как трубочист!

Снабби вывернул голову, пытаясь посмотреть на шорты сзади.

— А я-то все думал, что это за противный запах меня преследует, — сказал он. — Надо же! Когда я мог усесться в мазут? Не понимаю. Извини, Роджер, я не нарочно. И ты, Барни, извини. Сам не знаю, как это вышло.

— А я не знаю, что ты наденешь завтра, — заметил Роджер. — Может, у Дианы юбку напрокат попросишь? На меня не рассчитывай, я тебе больше ничего не дам.

Мисс Перчинг тоже была очень недовольна. Она в ужасе смотрела на Снабби, когда тот пришел спрашивать у нее совета о том, как выводить мазут.

— Я же только сегодня утром оттерла тебя до блеска! — сокрушалась она. — Придется тебе завтра остаться в постели, пока я буду стирать твою одежду, ту, что ты снял утром.

— Как!? Остаться в кровати? — ужаснулся Снабби. — Нет, я не могу!

Но мисс Перчинг не собиралась менять свое решение, и на следующее утро Снабби был вынужден завтракать в фургоне, сидя на постели. Он бурно выражал свое негодование, а удивленный Чудик никак не мог понять, из-за чего поднялся такой шум.

— Просить что-нибудь у Барни или Роджера я не могу, — жаловался Снабби Чудику. — Осталась только старая майка Роджера да моя пижама. Выходит, из фургона мне никак не выйти, пока мисс Перчинг не постирает мои грязные драные шмотки.

Какое-то время он лежал и молча дулся, потом его неожиданно осенило. — Этот магазинчик с мороженым! — произнес он вслух. — Наверняка там продается какая-нибудь одежда. По-моему, я даже видел там что-то подобное, Чудик, а что, если мы сбежим и купим что-нибудь, пока не вернулись остальные? Не сидеть же мне здесь весь день! Подверну пижамные штаны до колен, чтоб были похожи на шорты, а майку на себе оставлю.

Через несколько минут из фургона выскользнула странно одетая фигура и побежала к поселку. Оглядев себя, Снабби улыбнулся. Интересно, старуха в магазине заметит его необычный наряд?

Старая миссис Джонс со своими снежно белыми волосами, забранными под черную сеточку, казалось, совсем не удивилась, увидев мальчика лет двенадцати в майке и закатанных до колен пижамных штанах.

— Ты, видно, один из тех ребят, что живут в гостинице? — нараспев спросила она, поблескивая глазами. — За мороженым пришел?

— Э-э… Да, но не только, — ответил Снабби и улыбнулся своей неотразимо действующей на пожилых леди улыбкой. — Знаете, у меня произошла неприятность с одеждой, и я хочу подкупить кое-чего. У вас есть что-нибудь моего размера? Секонд-хенд, я имею в виду.

— Как насчет вон тех длинных брюк, — сказала старая миссис Джонс и указала на пару крайне выношенных штанов, висящих на крючке. — Они хоть и выглядят грязными, но на самом деле чистые, я их сама стирала. Еще есть свитер, красный с желтым, такой веселенький и малоношеный.

— Длинные брюки мне подойдут, — обрадовался Снабби, надевая их поверх пижамных штанов. — Эй, Чудик, как я выгляжу?

Чудик тявкнул и повилял хвостом.

— Он сказал, что я выгляжу на все шестнадцать лет, а не на свои двенадцать, — «перевел" Снабби со смехом. — Так, теперь посмотрим свитер. И правда, веселенький. А он чистый? Если нет, то мисс Перчинг сразу его с меня сдерет.

— Чистый, чистый, — заверила его миссис Джонс. — И еще тебе кепку надо — настоящую, хорошую. Вот такую, с большим козырьком!

Снабби надел кепку и, посмотрев на себя в зеркало, остался очень доволен.

— Огромное спасибо, — поблагодарил он. — Сколько я вам должен?

— Значит, два шиллинга за кепку, четыре за брюки и три за свитер. Всего девять шиллингов. А уж мороженое я дам тебе бесплатно, — сказала миссис Джонс, посмеиваясь над забавным нарядом Снабби.

— Ух ты! Большое спасибо, — обрадовался Снабби и тут же расплатился.

Потом, довольный взял мороженое.

— Гостиница, где вы живете, принадлежит моему сыну, — сообщила миссис Джонс. — Он так прекрасно готовит! В Лондон ездил учиться. Я и мечтать не могла, что мой Левелин — бедняк, у которого и двух пар штанов никогда не было, поедет в Лондон учиться поварскому делу! А теперь эта гостиница его! Он мне всегда твердил: «Ах, если бы эта гостиница была моей!» А я смеялась: «У меня-то всего пять фунтов на черный день, да и те скопила за восемнадцать лет! А ты хочешь стать хозяином гостиницы!»

— Ха, а как же он тогда ее заполучил? — спросил Снабби, долизывая остатки мороженого.

— У него друзья в Лондоне появились, — с гордостью сообщила старуха. — Важные люди. Они и одолжили ему денег, чтобы он купил эту гостиницу! Уж так он был счастлив, мой Левелин!

Снабби вспомнил неприветливого, угрюмого человека, которого видел накануне.

— Что-то вид у него не больно счастливый! — заметил он. — Ой, мне пора! А то мисс Перчинг вышлет за мной поисковую экспедицию. До свиданья и большое спасибо!

Когда Снабби выскочил из магазина, он представлял собой поистине удивительное зрелище. Интересно, что скажут на это остальные?