Пока друзья расправлялись содержимым корзинки, налетела гроза. Небо пересекали ослепительные зигзаги молний, заставляя ребят подпрыгивать и жмуриться, раскаты грома почти непрерывно перекатывались над их головами.

— Хорошо, что мы не устроили пикник на свежем воздухе! — сказал Роджер бодрым голосом.

Никто его жизнерадостности не разделял. Однако все почувствовали себя гораздо лучше, когда съели все сандвичи, кексы, печенье и выпили лимонад. Чудика тоже угостили на славу. В этой комнате пес был сущим наказанием, потому что его четыре мохнатые лапы и волочащиеся по полу уши беспрестанно поднимали в воздух тучи пыли. Миранда оставалась невозмутимо сидеть на плече своего хозяина, откусывая понемногу от сандвича с огурцом.

После еды дети опять обследовали все три комнаты. Грустно было думать, что здесь никто не жил с тех пор, как маленький Боб слег от тяжелой болезни много-много лет назад.

— Наверное, маме этих детей было очень тяжело заходить в пустую комнату, — вздохнула Диана. — Бедная! Ей даже было невыносимо сознавать, что здесь будут что-то менять, трогать. Знает ли о них кто-нибудь еще, кроме нас? Их вполне уже могли забыть. И, может быть, люди думали, что эта запертая дверь в коридор ведет всего лишь в какую-нибудь кладовку.

— Да, наверное, ты права, — откликнулся Барни. — Ух ты! Слышите, как дождь лупит по крыше?

На улице действительно лило как из ведра. Гром все еще перекатывался, но уже где-то далеко, и вспышки молний стали не такими яркими. Диана посмотрела на Барни. Где он проведет такую ночь? До крайней мере, не в стогу сена?

— Барни, ты сегодня не собираешься спать под открытым небом? — решилась она спросить его, убирая бутылки из-под лимонада в пустую корзинку. — Везде будет так мокро.

— Конечно, нет. Вообще-то я подумываю, не переночевать ли здесь.

Все изумленно посмотрели на маленького бродягу.

— Что? Здесь? В этом ужасном пустом старом доме со всеми его пауками и пылью? — ужаснулась Диана. — Неужели ты на это решишься? И к тому же совсем один!

— Почему один? Со мной будет Миранда, — ответил Барни. — И я не из пугливых, ты же знаешь. Мне приходилось спать и в местах похуже этого.

Диана представить себе не могла места похуже. Она содрогнулась.

Миранда обняла хозяина за шею и быстро застрекотала.

— Она говорит, ничего страшного, она будет со мной и прогонит всех пауков, — улыбнулся Барни.

— А я считаю, это ты хорошо придумал, — сказал Снабби. — В конце концов, кровати-то в порядке, даже если простыни расползаются в клочья! Комната няни выглядела не так уж страшно. Укладывайся в ней, Барни, тебе там будет удобно.

— Я знаю, что надо сделать! — воскликнула Диана, вскакивая и заглядывая в шкафы. — Я сейчас поищу швабру и совок И хоть немного подмету в комнате няни.

Первым на поиски швабры бросился, конечно. Чудик. Он метнулся в шкаф и вытащил оттуда щетку для чистки ковров, щетина которой стала совсем мягкой.

— Как раз то, что нужно! — оказала Диана, забирая у пса его находку. — Спасибо, Чудик. Она мне пригодится. Снабби, оттащи его от меня — он прыгает, пыль поднимает.

— Ты лучше покрой чем-нибудь голову, Ди, — посоветовал Роджер, глядя, как пыль заклубилась вокруг Дианы, когда та начала сметать ее на совок. — Возьми мой платок, он большой! Повяжи им голову.

Мальчики принялись с интересом рассматривать игрушки в шкафчике и подбирать чудесных резных солдатиков, Миранда стала примерять кукольные шляпки. Диана работала в поте лица.

Она сняла белье с кровати няни и вынесла его на лестничную площадку, где тщательно вытрясла. Покрывало и одно одеяло изорвались в клочки, но второе одеяло оказалось вполне приличным. Диана отнесла его на кровать и расстелила на матрасе. Простынь не было. Возможно, сама няня когда-то убрала их. Когда Диана попыталась взбить подушку, в воздух поднялась туча моли. Зловредные мошки съели почти все перья.

«Придется Барни обойтись без подушки, — подумала девочка. — Надо будет принести ему сюда старое пальто или что-нибудь в этом роде, чтобы было что подложить под голову. А может, диванную подушку».

Она смахнула пыль с туалетного столика, умывальника и комода и тут же закашлялась. Пришлось подождать, пока пыль слегка осядет, прежде чем продолжать уборку. Потом Диана подошла к окну и попыталась его открыть. В комнате было так душно и пыльно, что немного свежего воздуха не помешало бы. Наконец девочка открыла окно, оттолкнула толстые стебли плюща, и ее окатило с головы до ног,

И это подсказало ей идею. Диана сорвала несколько мокрых побегов и обрызгала ими пыльный пол. «Это поможет немного сбить пыль», — подумала девочка, довольная собой. Так и получилось, и, теперь она смогла аккуратно подмести пол, не поднимая тучи пыли.

Когда Диана попыталась почистить щеткой изъеденный молью ковер, местами он стал разваливаться прямо у нее в руках. Пришлось скатать его и засунуть в шкаф. Проще было подмести голые половицы под ним.

Закончив, девочка позвала Барни.

— Это все, что я смогла сделать, — сказала она. — Теперь уже не так грязно. И у тебя есть по крайней мере одно довольно приличное одеяло, чтобы спать на нем или под ним. Не знаю только, где ты возьмешь воды.

— Здесь, наверное, где-нибудь есть старый колодец или насос на кухне, — беззаботно махнул рукой Барни. Такие жизненные мелочи его совсем не волновали. — И потом, я все равно каждое утро купаюсь в реке.

— У нас осталась бутылка лимонада, — сказал Роджер, — Мы ее тебе оставим. Надеюсь, ничего тут с тобой не случится.

— Нормально, — ответил Барни. — Все лучше, чем в сыром сарае или промокшем саду.

— Оставь дверь веранды незапертой" — попросил Роджер. — Тогда мы сможем входить и выходить, когда захотим. Пока дверь закрыта, никто ни о чем не догадается. И мы могли бы играть в этой комнате наверху, когда идет дождь.

— Я рада, что у Барни есть хоть какая-то крыша над головой, — сказала Диана. — И у Миранды, конечно. Где она, кстати?

Всего минуту назад обезьянка внимательно следила за тем, как ее хозяин для пробы растянулся на кровати, а потом выскочила из комнаты. И вот теперь она исчезла! Все отправились на поиски.

Конечно же, первым ее обнаружил Чудик. Он бросился к стене напротив окна в игровой комнате и бешено залаял. Здесь стояла кукольная кроватка с куклой в ней. А рядом с куклой лежала Миранда, хитро поглядывая на Чудика своими большими карими глазами. Теперь у нее тоже есть кроватка! Если у Барни есть, у нее тоже должна быть!

— Ой, Миранда, как ты там мило выглядишь! — воскликнула Диана. — Барни, какая она славная, правда? Чудик, перестань. Ты стащил с Миранды одеяльце. Какой ты вредный!

— Пожалуй, нам пора, — заторопил ребят Роджер. — А то мисс Перчинг начнет звонить в полицию.

— Я спущусь с вами, — сказал Барни. — Потом оставлю дверь веранды незапертой, как ты велел, Роджер. Никто не узнает, что она открыта. Наверняка сюда никто никогда не приходит.

Он с Мирандой на плече благополучно проводил друзей через дверь веранды. Голову обезьянки украшала кукольная шляпка. Было видно, что, надев ее задом наперед, Миранда очень нравилась себе в этом головном уборе. Диана, поеживаясь, пробежала через паучью веранду и спустилась по ступенькам на мокрую траву.

На обратном пути все трое промокли насквозь, пробираясь сквозь густой подлесок. Каждая ветка, каждый листочек роняли серебристые дождевые капли. Но солнце теперь ярко светило, пытаясь взять реванш, и вечер обещал быть ясным.

Когда ребята вернулись, мисс Перчинг очень волновалась.

— О боже, как вы промокли! — сокрушалась она. — Идите немедленно переоденьтесь в сухое. Надеюсь, вы нашли, где укрыться во время грозы?

— Да, конечно, — сказал Роджер, но не стал уточнять, где именно.

Это был их большой секрет. Никто не должен был знать об их сегодняшнем приключении.

Когда в этот вечер они разошлись по своим спальням, все трое еще какое-то время тихо переговаривались, а Чудик носился из одной спальни в другую, скользя на половичках.

— Как вы думаете, Барни уже лег в постель? Вы думаете, у него все в порядке?

— Не хотела бы я ночевать в этом ужасном старом пустом доме! — это, конечно, сказала Диана.

— Спорим, он уже лежит в этой кровати и спит без задних ног! И продрыхнет до самого утра!

Барни, и правда, уже преспокойно спал. Миранда лежала в маленькой кукольной кроватке. Она обычно спала с Барни, свернувшись возле него калачиком, но странным образом эта кроватка пришлась очень по вкусу смешной маленькой обезьянке. Она лежала в ней под одеяльцем, прижимая к себе старую куклу.

Барни крепко проспал до половины третьего, когда вдруг внезапно проснулся, — Миранда вскочила ему на грудь, прижимаясь к нему, дрожа и что-то бормоча тоненьким голоском ему на ухо.

Барни сел в кровати.

— Миранда, в чем дело? Что тебя испугало? Ты вся трясешься от страха. Тебе стало одиноко?

Миранда только теснее прижалась к нему и не проявляла никакого желания возвращаться в свою кукольную кроватку. Барни понимал, что ее что-то сильно испугало. Но что? Какой-нибудь звук? Кто-нибудь вошел? Но сюда некому входить!

Вдруг мальчику показалось, что он услышал какой-то далекий звук. Он сидел на кровати, прислушиваясь и чувствуя, что уши насторожились, как у собаки. Что это — просто почудилось? Или…

Нет, наверное, все-таки почудилось. Барни лег опять. Миранда все так же прижималась к нему. Вдруг он снова резко вскочил.

Все-таки он слышал звук! И довольно громкий:

— Бух!

Мальчик прислушался и опять различил его:

— Бу-бух!

Тут ветер задул в окно, и ветки плюща проскребли по стеклу. Барни подпрыгнул. Он быстро понял, что этот шорох — ветер в плюще. Может быть, и тот, другой, звук был вызван ветром? Или это где-то хлопнула дверь? Может быть, дверь веранды распахнулась и теперь бухает от ветра.

Барни раздумывал, пойти посмотреть или не стоит. Он не боялся, но ему совсем не хотелось вставать среди ночи и брести по темной лестнице и пыльным коридорам без света.

«Если услышу этот шум опять, тогда пойду, — решил он. — А если не услышу, попытаюсь снова уснуть. Наверняка это дверь на веранде хлопает. Должно быть, не закрыл ее как следует».

Больше никаких звуков мальчик не услышал, кроме пугающего шуршания сухого листа. Его ветром задуло в комнату, и он, как привидение, стал мотаться по ней. На мгновение у Барни от страха волосы встали дыбом, ему показалось, что в комнате кто-то есть. Но Миранда знала, что это всего лишь сухой лист, и даже не пошевельнулась. Это успокоило Барни.

Он опять лег и закрыл глаза. Еще несколько минут он прислушивался, но услышал только, как быстро бьётся маленькое сердечко Миранды рядом с его шеей. Затем он заснул и проснулся, только когда утреннее солнце пробилось в комнату сквозь завесу зеленых листьев.