И все же эта ночь выдалась для Барни очень беспокойной. Внезапно его разбудила Миранда. Она испуганно бормотала что-то, дергая его за уши и за волосы. Мальчик взял ее на руки и сел в кровати. — Бах! Ба-бах!

Опять слышался этот шум. Что же здесь такое происходит — в пустом старом доме? Встать и пойти посмотреть или лечь опять и спать до утра? Похоже как и прежде, этим грохотом все и ограничивается. В доме никого нет, иначе на полу были бы чужие следы, а не только их собственные.

Грохот раздался снова, затем странное гудение и звук, напоминающий скрежет. Миранда перепугалась до смерти. Она пыталась забраться к Барни под рубашку и от страха чуть подвывала. Мальчик, рассеянно успокаивая ее, прислушивался. Что это за звуки? И откуда они идут? Впечатление, что это где-то в доме!

Барни вздохнул. Он устал после предыдущей бессонной ночи, и ему ужасно хотелось лечь опять, но любопытство мешало это сделать. Страха он не испытывал. Откинув одеяло, мальчик прошел по комнате к двери. Он не зажигал фонарика, опасаясь, что его свет может увидеть кто-то, возможно, находящийся у дома.

Миранда пыталась удержать своего хозяина и затащить его обратно. Она спрыгнула на пол и стала хватать его за ноги, взволнованно бормоча.

— Не волнуйся, со мной тебе ничего не угрожает, — засмеялся Барни. — Я же не боюсь, видишь? Ну, не валяй дурака. И замолчи, а то тебя услышат.

Мальчик прошел по коридору и бесшумно отпер дверь. Каким образом тот или те, кто производит этот шум, проникают в дом? И если они в доме, то где же их следы? Да, это настоящая головоломка.

«Но я ее все равно решу, — подумал Барни. — Не знаю, что там происходит, но что-то происходит. Мало того, мистер Кинг явно имеет к этому какое-то отношение. Может быть, он пробирается в дом каким-то неизвестным нам путем и производит этот странный шум?»

— Бух! Бух, — раздалось опять где-то в глубине дома. Один из ударов был настолько громким, что Барни не на шутку забеспокоился.

Он отправился прямиком на кухню, осторожно ощупывая стены, не решаясь включить фонарик. Здесь все было спокойно. Барни на мгновение осветил пол и тут же выключил фонарик. Никаких новых следов на слое пыли не появилось, значит, в кухне никто не побывал.

Барии прошел в посудомойню. И здесь никаких следов. И все же он определенно слышал, что шум шел отсюда. Пока он стоял, прислушиваясь, грохот раздался снова:

— Бах! Бах!

И затем гудение и странный глухой звук, которого прежде Барни не слышал. На мгновение он испугался. Этот звук ни на что не похож. Он вообще какой-то потусторонний! Может, под полом посудомойни подземная тюрьма или еще что-то в этом роде? Дом для этого достаточно стар. В таких домах всегда бывают подвалы. Как это раньше в голову не пришло? Где они располагаются? Их надо было обследовать! Может быть, как раз там и кроется причина этого шума.

Мальчик прошел через посудомойню и вышел в какие-то хозяйственные пристройки — одно помещение напоминало прачечную, в другом, видимо, хранили молоко. Здесь были мраморные полки, чтобы ставить на них бидоны, класть головки сыра и тому подобные вещи.

Луч его фонарика скользнул по полу — опять нетронутый слой пыли и никаких следов. Даже Чудик, похоже, не забегал, — наверное, потому, что двери сюда были закрыты. Барни внимательно осмотрел пол. И нашел то, что искал — квадратную крышку люка. Ее кольцо утопало в специально сделанном углублении в досках, чтобы не спотыкаться. Вот где должен быть подвал — прямо здесь, под полом! Ладно уж, сегодня ночью он туда не полезет. Если там что-то происходит, пусть происходит без него. Каким бы бесстрашным ни был Барни, ему не очень-то хотелось обследовать темный подвал прямо сейчас — в особенности подвал, из которого раздаются такие странные звуки!

Утром он расскажет ребятам, и они все вместе произведут более тщательную разведку. И это будет настоящее приключение! Позевывая, Барии вернулся в спальню. Когда он уже лежал в кровати, до него донеслось еще несколько ударов, но он уже не обращал на них внимания. Миранда тоже успокоилась. Она дремала рядом с хозяином, обхватив ручками его шею.

На следующее утро Барни рассказал друзьям о грохоте, который он слышал, и о том, как он пошел в пристройки и обнаружил крышку люка.

— Вход в прачечную и сарай со стороны посудомойки, — сказал он. — Мы там никогда не были. В сарае на полу есть квадратная крышка. Могу спорить, это вход в подвал. Сегодня после обеда мы его обследуем. Я уверен, там происходит что-то странное, хотя, убейте меня, не представляю, что именно!

Эта новость так взбудоражила всех, что на уроках никто из ребят не мог сосредоточиться. К счастью, мистеру Кингу, казалось, тоже все это поднадоело, и он больше уделял внимание каким-то собственным подсчетам на листе бумаги.

Чудик, никем не замеченный, прокрался в комнату и улёгся у ног Снабби. Он тут же принялся жевать край скатерти, свисавший как раз к его носу. При этом он громко чавкнул. Мистер Кинг поднял голову.

— Снабби, что за неприличные звуки? Прекрати немедленно!

Снабби поспешно ткнул Чудика носком ботинка, чтобы тот перестал жевать, и вновь воцарился мир. Все были рады, когда занятия подошли к концу. Мистер Кинг с изумлением заметил под столом невесть откуда взявшегося пса и уже собрался было высказаться по этому поводу, но Снабби бросился к своему любимцу и принялся с преувеличенной радостью оглаживать его.

— Чудик! Как ты узнал, что мы только что закончили? Какой ты умный, вошел как раз в нужный момент! Мистер Кинг, правда же, он очень умный, потому что понял, что сейчас уже можно заходить?

Мистер Кинг ничего не сказал. Он только сурово посмотрел на Чудика и еще более сурово на Снабби. И прежде чем он успел решить, как именно ответить, Снабби с Чудиком выскочили из комнаты, оглашая дом воинственными воплями краснокожих индейцев.

— Пошли, Чудик! Гулять!

Роджер, Диана и Барни переглянулись. Они-то отлично знали, что Чудик все утро просидел под столом, и удивлялись, как мистер Кинг этого не видит.

— Можно, Барни останется обедать, мисс Перчинг? Можно? Можно? — выкрикивал Снабби, который всегда после окончания занятий орал во все горло минут десять. — Будет холодная курица и салат, и Кругляшочек говорит: на всех хватит!

— Хорошо, хорошо! — сказала мисс Перчинг, прикрывая руками уши. — Только зачем так кричать? И кроме того, я кажется, просила тебя после завтрака пойти в свою комнату и сменить эту ужасную грязную рубашку.

— Ну да, просили. Но только зачем, если уже днем я опять вымажусь?

— Но почему? Чем ты собираешься заниматься? — забеспокоилась мисс Перчинг. — Вчера вечером ты явился домой перепачканный с ног до головы. Тебе что, так необходимо заниматься тем, от чего ты становишься грязным, как поросенок?

— Да, совершенно необходимо, — жизнерадостно заверил ее Снабби. — Тогда я не буду менять рубашку — не хочу прибавлять Кругляшочку стирки. Эх, если бы я был, как Чудик, и носил не одежду, а просто свою собственную шерсть и больше ничего!

— Даже и тогда ты бы не смог содержать себя хотя бы в таком же виде, как эта собака, — усмехнулась мисс Перчинг. — Никогда в жизни я еще не встречала большего грязнули, чем ты.

— Дорогая мисс Перчинка! — воскликнул неугомонный Снабби, пытаясь закружить ее в каком-то диком танце.

Она и рассердилась, и развеселилась одновременно.

Внезапно вошел мистер Кинг, и выглядел он мрачнее, тучи.

— Снабби! Это ты привязал бечевку между столбами калитки? Я из-за нее чуть ногу не сломал! Мисс Перчинг, я сегодня же собираюсь отыскать хорошую хворостину — такую тонкую, крепкую, чтобы разрезала воздух со свистом.

— Очень верная мысль. Надеюсь, вы одолжите ее мне, если понадобится?

Снабби эти разговоры не понравились. Если мисс Перчинг и мистер Кинг вдвоем выступят против него ничего хорошего не жди. Он изобразил на лице сочувствие.

— Мне очень жаль, мистер Кинг. Дело я том, что я тренировался в прыжках в высоту. Вы, наверное, споткнулись о мою веревку для прыжков.

— Снабби, это глупые и опасные шутки, — принялась мисс Перчинг отчитывать озорника. — И мне придется оставить тебя сегодня без сладкого. Я тебя уже предупреждала об этих опасных шуточках и не допущу, чтобы ты продолжал их устраивать.

— Ага, значит, сегодня пудинга тебе не будет, — удовлетворенно констатировал мистер Кинг. — Правильно, поделом тебе, маленький негодник.

Радостное настроение Снабби испарилось. Он насупился. Если мисс Перчинг и мистер Кинг объединятся против него, он ничего не сможет сделать. Они тогда вдвоем напридумывают ему таких наказаний! Он бросил мрачный взгляд на их удаляющиеся спины.

«Надо их натравить друг на друга», — подумал Снабби и занялся разработкой плана. Много времени это у него не заняло. Он пошел на кухню и, подождав, когда миссис Кругликс отвернется, схватил кухонную перечницу и сунул ее себе в карман, после чего на цыпочках вышел. Чудик принюхался к его карману и вдруг чихнул.

— Перчинка в нос попала, — сказал Снабби нарочито громко, чтобы его услышала мисс Перчинг. — Бедная собачка! Перец — это ужасная вещь, правда?

Обед вскоре был готов. Подали большие тарелки дымящегося горохового супа. Миссис Кругликс была большой мастерицей готовить суп, и она знала, что дети его любят. К тому же супом они лучше наедались, когда мяса было немного, как, например, сегодня.

Снабби что-то сказал Роджеру, тот, улыбнувшись, кивнул. Все сели за стол. Роджер попробовал суп.

— Соли и перца не хватает, — заметил он. — Ди, передай мне перец. Мистер Кинг, а вам не надо?

И в тот момент, когда мистер Кинг взял в руки перечницу, чтобы немного поперчить свой суп, Снабби встал с места и пошел взять себе салфетку. Проходя за спиной ничего не подозревающего мистера Кинга, он выхватил из кармана кухонную перечницу и, протянув руку над его головой, тряхнул ею.

Мисс Перчинг ничего не заметила, как и сам несчастный мистер Кинг. Он аккуратно посолил и поперчил свой суп и уже собирался взяться за ложку, когда почувствовал непреодолимое желание чихнуть. Он поспешно приложил к носу платок.

— А-а-ап-чхи! Ох, прошу прощения, мисс Перчинг. А-а-ап-чхи! О, господи! Вот опять. Я просто ничего не могу по… а-а-ап-чхи!

Мисс Перчинг подозрительно посмотрела на него. Что за подозрительный приступ чихания? Мистер Кинг покраснел до ушей, размышляя, выскочить ему из комнаты или нет.

— Э-э… А-а-ап-чхи! Ох! — начал он опять. — Я очень извиняюсь. Наверное, перец в нос попал.

Дети покатились со смеху. Ну, молодец мистер Кинг, ну и насмешил! Произнес в точности те слева, которые терпеть не могла мисс Перчинг.

Она холодно взглянула на мистера Кинга. Как он смеет вот так над ней подшучивать? Да еще в присутствии детей! Она уже не верила в естественность его чихания после того, как он произнес эту роковую фразу.

— Возможно, вы предпочтете выйти из комнаты, пока ваше э-э… недомогание не пройдет? — спросила она ледяным тоном.

Мистер Кинг встал и вышел. Дети слышали, как он борется с чиханием в ванной комнате наверху. Диана не могла справиться с собой, и каждый раз, когда совала ложку супа в рот, смех возникал снова, и она давилась и кашляла. Мисс Перчинг рассердилась не на шутку.

— Прекрати, Диана! Это совсем не смешно — старая и к тому же глупая шутка.

Снабби состроил скорбную физиономию.

— Я думаю, это очень невежливо со стороны мистера Кинга — говорить такое при вас, — произнес он тоном подлизы-отличника. — Я хочу сказать, мисс Перчинг, когда мы говорим такие глупости — это еще куда ни шло, но мистер Кинг должен держать себя в рамках, ведь правда же?

— Хватит, — сердито оборвала его мисс Перчинг. — Не хочу больше ничего слышать! И когда мистер Кинг опять сядет за стол, мы не будем больше возвращаться к этой теме.

Мистер Кинг вернулся очень скоро, виновато поглядывая на мисс Перчинг. Он сам не понимал, откуда взялся этот приступ чихания. Его весьма расстроило столь резкое обращение с ним мисс Перчинг. Неужели она рассердилась из-за того, что он чихал за столом? Но ведь такое с каждым может случиться! Чихание — это ведь как икота: начнешь и не можешь остановиться по своей воле.

Миссис Кругликс подала второе блюдо, а затем и пудинг. Снабби было обещано оставить его без сладкого, но из-за жгучей обиды на мистера Кинга мисс Перчинг совсем забыла об этом, и, когда стала раскладывать пудинг по тарелкам, Снабби тоже получил обычную большую порцию.

А несчастный мистер Книг, хоть и не забыл об этом, напоминать мисс Перчинг не решился! Снабби хитро улыбнулся. Он, как всегда, вышел победителем.