Деревенька Рокингдаун была совсем маленькой. В центре располагались мясная лавка, булочная и магазинчик, торговавший всякой всячиной, необходимой в повседневной жизни. Вокруг них было разбросано множество ферм и отдельно стоящих домиков. Над вершинами деревьев возвышалась церковная колокольня, и звон ее колокола был хорошо слышен в коттедже, где детям предстояло провести каникулы. Вопреки ожиданиям, домик оказался очень неплохим.

— Очень даже симпатичный старый коттедж, — одобрительно заметила Диана, — И комнат много.

— Когда-то он стоял на землях имения, хозяева которого жили в большом доме примерно в полумиле отсюда, — сказала мисс Перчинг. — Этот особняк и сейчас там стоит. А наш коттедж раньше назывался «Вдовий дом».

— Как это — «Вдовий дом»? — не поняла Диана.

— Такой дом поменьше строили для хозяйки большого дома, когда ее муж умирал, а сын со своей женой становились владельцами большого дома, — объяснила мисс Перчинг. — В этом случае ее называли вдовствующей матерью, и она вместе со своими слугами переезжала жить сюда.

— Этот дом, наверное, очень старый, да? — спросила Диана, оглядывая дубовые панели в столовой, где они сейчас пили чай. — Мне нравится широкая главная лестница и та маленькая, которая идет из кухни — тоже. Там можно так здорово играть в прятки!

— А мне нравится моя спальня, — подхватил Роджер. — Там потолок скошен почти до самого пола. И представляете, мисс Перчинг, мне пришлось сломать несколько веток плюща за окном — так он разросся!

— А мне еще нравится, как половицы качаются вверх-вниз, когда идешь, — добавила Диана. — И смешные маленькие ступеньки, которые ведут вниз в эту столовую и наверх, в кухню.

Как раз эти-то ступеньки мисс Перчинг нравились меньше всего. Она была близорука и в этом старом доме спотыкалась на каждом шагу. Но ничего, она, несомненно, скоро к ним привыкнет!

Детально обследовать дом ребята решили после чая.

— Чай замечательный, — похвалил Роджер. — А булочки вы сами пекли, мисс Перчинг?

— Бог мой, конечно же, нет! Какой из меня кулинар. Их испекла мисс Кругликс. Это женщина, которая приходит сюда каждый день из деревни убирать и готовить.

— Она соответствует своей фамилии? — поинтересовалась Диана.

Мисс Перчинг ответила не сразу.

— Ну, пожалуй, — подумав, сказала она. — Миссис Кругликс действительно полновата. А уж лицо совсем круглое. Да, ее фамилия ей вполне подходит.

Чай был на славу — с домашним вареньем, медом только что с пасеки, с теплыми булочками с изюмом и большим фруктовым тортом.

— Вот такой фруктовый торт я люблю, — сказала Дивна, подкладывая себе третий кусок. — Не надо смотреть, попались ли тебе фрукты в куске — их везде много.

— Ты, Ди, обжора, — засмеялся Роджер,

— В вашем возрасте все бывают обжорами, — заметила мисс Перчинг. — Хотя, конечно, одни в большей степени, другие — в меньшей.

— И я из тех, которые «в большей», — подозрительно посмотрела на нее Диана.

— Временами, — улыбнулась мисс Перчинг, блеснув стеклами очков.

Роджер покатился со смеху, глядя на возмущенное лицо сестры.

— Вы знаете, мисс Перчинг, Диана может одна слопать целую банку сгущенки, — сообщил он и тут же получил пинок под столом.

— Я когда-то тоже так могла, — неожиданно призналась мисс Перчинг.

Дети удивленно уставились на нее. Невозможно было представить себе, что худая, подтянутая старушка могла когда-то съесть одна банку сгущенки.

— Ну, заканчивайте пить чай, — поторопила их мисс Перчинг. — Я хочу разобрать ваши вещи.

Роджер и Диана отправились обследовать дом, а мисс Перчинг занялась разборкой их дорожных сумок, сокрушаясь над ворохами грязного белья и с ужасом разглядывая дыры и прорехи на большинстве вещей Дианы. Можно подумать, эта девочка только и делает, что лазает по колючим кустам и сучковатым деревьям! Мисс Перчинг представила, что на следующий день ей придется разбирать чемодан Снабби, и содрогнулась. Дети в наше время — сущее наказание! Вечером того же дня Роджер спросил:

— А большой дом сейчас пустует? Мы его видели издалека. Дыма над трубами не было. Кажется, он совсем заброшенный.

— Думаю, так оно и есть, — сказала мисс Перчинг. — Роджер, где все твои носки, которые ты брал с собой, когда уезжал в школу? В списке значится восемь пар, а я нашла всего одну, да и та вся в дырах и грязная.

— Еще одна пара на мне, это уже получается две, — подсказал Роджер.

— Мисс Перчинг, можно, мы пойдем посмотреть большой дом, если он пустует, — спросила Диана.

— Нет, полагаю, этого делать не следует, — ответила мисс Перчинг. — Диана, а в твоем списке указано, что у тебя было четыре блузки.

Вместо ответа Диана предпочла сбежать. Что за противная манера у этих взрослых — не успеешь приехать на каникулы, как тебя тут же подвергают допросу с пристрастием по поводу одежды!

Вместе с Роджером Диана взлетела по лестнице наверх. Потом они спустились на цыпочках по задней лестнице и выбежали в сад. И когда мисс Перчинг с очередной серией вопросов поднялась вслед за ними, дети таинственным образом исчезли. Со вздохом старушка оглядела спальню Дианы: как может девочка всего за один час устроить в тщательно убранной комнате полнейший разгром?

Когда вечером дети пошли наверх, чтобы ложиться спать, Роджер пребывал в отличном настроении.

— Здесь наверняка полно разных птиц, — говорил он Диане. — И барсуки водятся почти у самого дома! Мне об этом рассказал тот старик, которого мы встретили на дороге. Я как-нибудь ночью встану и буду за ними наблюдать.

— Подумаешь, барсуки! Не пытайся меня вбарсучить в это дело, я с тобой не пойду! — заявила Диана и тут же взвизгнула, потому что Роджер сделал, вид, что собирается врезать ей кулаком за этот не слишком удачный каламбур.

— Ты говоришь, как Снабби. Это он обожает такие приколы. Уж лучше оставь это ему!

Спальни ребят находились рядом под скошенной крышей, а спальня Снабби — маленькая комнатка, выходящая на задний двор — напротив.

В другом углу на втором этаже имелось еще две комнатушки, а мисс Перчинг обосновалась внизу.

— Завтра нам надо будет встретить Снабби — крикнул из своей комнаты Роджер, раздеваясь. — И Чудика!

— Да, мы с тобой пойдем на вокзал, — отозвалась Диана, сбрасывая с себя одежду и швыряя ее на пол, хотя и отлично знала, что, как только мисс Перчинг зайдет пожелать им спокойной ночи, ей придется вылезать из кровати и все собирать. — Это всего в двух милях отсюда. Я не против прогуляться. А если у Снабби будет много вещей, обратно можно доехать на автобусе.

Погода на следующий день выдалась великолепная. Поезд Снабби должен был прибыть в половине первого.

— Мы с Дианой его встретим, — предложил Роджер. — А вы, мисс Перчинг, если хотите, можете не ходить. У вас, наверное, много дел в доме.

Они вышли ровно в полдень и отправились пешком на вокзал, решив, что кратчайший путь туда лежит через земли, относящиеся к большому старому дому. Их поразило, как зарос старый сад, даже дорожек было почти не видно среди бесчинствующей повсюду ежевики и крапивы. И только широкая подъездная аллея еще оставалась в приличном состоянии, хотя и на ней кое-где уже появились нахальные сорняки.

— Странно, — заметила Диана, — казалось бы, владелец этого дома должен содержать его в порядке, чтобы можно было его продать за приличную цену, если он сам не собирается здесь жить. Ох, как же мы будем продираться через этот ежевичник? Я все ноги исцарапаю.

Пробираясь по огромному саду, то там, то здесь в просветы меж деревьев ребята видели большой дом. Он определенно выглядел брошенным. Диане он не понравился.

— Знаешь, мне как-то расхотелось его обследовать, — сказала она. — Там наверняка полно пауков, и всяких отвратительных мокриц, и еще жутких звуков и сквозняков непонятно откуда. Он мрачный и противный.

Наконец брат с сестрой вышли за пределы поместья и дошли до деревни. Здесь они заглянули в магазинчик купить мороженого.

— Так вы, значит, те самые новые жильцы, которые сняли коттедж Рокингдаун, — обратилась к ним пожилая женщина, хозяйка заведения. — Это хороший дом. Я помню, как в него переезжала старая леди Рокингдаун, когда ее сын привез себе из Италии жену. Славные были времена — праздники, балы, охота. Каждый день веселье! А теперь все кончилось — тишина и безлюдье.

Дети ели мороженое, с интересом прислушиваясь к ее словам.

— А куда они все делись? — спросил. Роджер.

— Сын леди Рокингдаун погиб на войне, а жена его умерла от сердечного приступа — не пережила такого удара, — ответила старушка, вспоминая давно прошедшие времена. — Дом достался его двоюродному брату, но он здесь никогда не жил, а только сдавал его квартирантам. Потом дом перешел в собственность государства, и в нем проводились какие-то секретные работы — мы так и не узнали, какие. Теперь-то этого, конечно, нет, а дом с тех пор пустует. Никто не хочет его покупать — слишком он огромный и нескладный. А ведь когда-то раньше какой прекрасный был дом! Не раз меня туда звали помогать обслуживать приемы!

— Ди, нам пора, — заторопил сестру Роджер. — А то и поезду опоздаем. Пойдем скорее!

Он поспешно расплатился, и они бегом помчались на вокзал. И были там как раз в тот момент, когда поезд подходил к перрону. Ребята остановились, ожидая, когда Снабби и Чудик выйдут из вагона — обычно они оба вываливались одновременно.

Вышла старуха-торговка, затем молодой фермер с женой. И больше никого! Поезд чуть дернулся, готовясь вновь отправиться в путь. Роджер пробежал вдоль всего состава, заглядывая в вагоны. Может, Снабби заснул?

Но нигде никого не было, кроме еще одного фермера и молодой женщины с малышом.

Поезд не спеша отошел от станции, и единственный на вокзале носильщик отправился обедать — следующий поезд будет только через два часа.

Однако, чтобы это выяснить, ребятам понадобилось некоторое время, потому что после того, как ушел носильщик, на вокзале, казалось, не осталось ни одной живой души — ни в крошечной кассе, ни в кабинете начальника станции, ни в зале ожидания… Ох уж этот Снабби! Наверняка опоздал на поезд, что же еще? — покачала головой Диана. — С ним всегда что-нибудь случается! Уж если так — хоть бы позвонил, предупредил нас. Мы бы тогда не тащились сюда его встречать.

Наконец они нашли расписание и узнали, какие и когда здесь проходят поезда, причем Роджеру потребовалось не меньше десяти минут, чтобы понять, что в ближайшее время поездов не будет.

Роджер взглянул на вокзальные часы, которые теперь показывали четверть второго.

— Почти час тут проболтались, — недовольно проворчал он. — Ладно, возвращаемся домой. Если сядем на автобус, то, может быть, не слишком опоздаем к обеду. Мисс Перчинг обещала устроить его сегодня в час, а мы будем дома в половине второго.

Но вышло так, что автобус они прождали больше часа и так и не дождавшись, пошли пешком. Солнце припекало, было жарко, хотелось есть. Ох уж этот Снабби!

Ребята вернулись в коттедж в два часа и … обнаружили своего дорогого двоюродного братца. Он сидел за столом довольный и сытый.

— Привет! — как ни в не бывало разулыбался Снабби. — Что это вы опаздываете? Что там у вас стряслось?