- Итак, ты приехала сюда по работе? - спросил Рик, когда они сидели на кухне за ужином. - Или решила уйти из «Макса», чтобы поселиться навсегда в Карнах?

Сьена сидела за столом, ковыряя полированную поверхность ногтем и одним глазом заглядывая в глянцевый журнал, а близнецы бегали вокруг как заведенные. Тина укладывала спать малышку Рози, а Рик убирал продукты в холодильник.

- Я собираюсь получить новую работу в «Максе», - отвечала она.

- Ну, тебе всегда быстро надоедала одна и та же работа, - заметил брат, и его брови сошлись на переносице.

Девушка закрыла журнал с громким хлопком.

- И когда это ты успел стать таким суровым, а, брателло? - спросила она, употребив итальянскую форму слова.

- С тех пор как ты убежала из дому, - ответил Рик таким тоном, - словно бы этих семи лет и не было.

Так, надо медленно вдохнуть, подумала Сьена.

- Мне нужна эта работа, - отрезала она.

- Невероятно, - продолжил он саркастично, - впервые моя маленькая сестричка заботится о чем-то, кроме ветра в спину.

- Я? Забочусь? - усмехнулась она и театрально приложила руки к сердцу. - Да никогда!

Однако она шутила. Ей это действительно было важно. Важна эта работа в «Макс-Эйр».

- Ладно-ладно, неплохо. А как насчет личного фронта? - задал он еще один вопрос из серии «я забочусь о тебе, сестра». - Как я понял, у тебя был приятель еще в Париже.

Кажется, он решил ее истязать дальше, намекая, как давно они не виделись и не общались. Однако интерес его был вполне искренним.

- Ерунда, - сказала она, - это давно уже в прошлом. Я тут обнаружила, что имею совершенно потрясающий талант завязывать несерьезные отношения.

Из соседней комнаты послышался шум: близнецы явно что-то натворили. Рик перекинул полотенце через плечо и пошел выяснять. Но у двери обернулся.

- Безусловно, если пытаешься завести роман в каждом новом городе, малышка.

Сьена удивилась. Ее изящная бровь изогнулась дугой.

- А что не так? - спросила она.

- Просто… приходит время, когда понимаешь, что нет места лучше дома.

И с этими словами Рик вышел. А Сьене не оставалось ничего другого, как только в бессильной ярости сжимать и разжимать кулаки.

Тут запел ее мобильный. Она взглянула на экран, но там светился совершенно незнакомый номер.

Кто бы это мог быть? Руфус? Максимилиан? Она рискнула ответить:

- Алло?

- Сьена?

Не может быть: Джеймс! Его голос она бы узнала из тысячи, хотя познакомилась с ним меньше пары часов назад.

- Это Джеймс. Джеймс Диллон. Помнишь?

Шутник. Еще бы она его не помнила.

- Привет!

- Ты… оставила свой ноутбук у нас. Я нашел его на пианино, когда проходил мимо. Он жутко верещал. Оказалось, что он включен, и я нажимал все клавиши подряд, пока наконец не выключил его.

Верещал? Ах, верно! Она поставила себе напоминание о расписании на завтра.

- Потом я подумал, что он верещит не просто так, - продолжил он. - Думаю, он нужен тебе немедленно. Первым делом я бросился к адресной книге и отыскал дом Рика и твой мобильный номер… В общем, я сейчас стою на светофоре на углу Хендерсон-стрит и буду у вас через минуту.

Сьена подпрыгнула на месте.

- Ну… да, хорошо, ладно.

Вот уж чего бы она не хотела сейчас, так это встретиться лицом к лицу с Джеймсом Диллоном прямо здесь, в доме своего братца Рика. Особенно после его шикарного комментария насчет нового романа в каждом городе.

Черт возьми, неужели она запала на этого парня? Так или нет, но едва она его вспоминала, как все ее тело пронизывали токи, схожие с электрическими. Но в следующий миг она вспоминала о том, что он все же отец Кейна, и запрещала себе думать о нем.

- Встречу тебя на улице, - предложила она, не желая вмешивать сюда Рика. Еще не хватало снова ощутить себя подростком! - Дом Рика найдешь по фонтану «Тритон».

- Спасибо. До встречи, - и он повесил трубку.

Сьена положила телефон на стол, прислушалась к звукам в доме, пытаясь определить, где находится Рик, а потом побежала к входной двери.

Как раз в это самое время к дому Рика подъехал черный седан. Тонированное стекло опустилось, и Сьена увидела своего нового знакомого.

- У меня посылка для тебя, - проговорил Джеймс тоном чикагского гангстера. От его голоса сердце Сьены удвоило биение.

Он красивым жестом передал ей ноутбук. Длинные пальцы с короткими ногтевыми пластинками. Загорелые руки покрыты едва заметными волосками. И не было на ногтях ни маникюра, ни бесцветного лака, как у других парней, которые ей обычно нравились.

Джеймс Диллон был работягой. И почему-то он ей очень-очень нравился. И его двухдневная щетина. И этот древесный запах уюта…

- Сколько это будет мне стоить? - спросила Сьена, сложив руки в просительном жесте.

Он выглянул из машины, выставив загорелый локоть из окна, и его лицо осветил лунный свет.

- Всего лишь «спасибо» и одну улыбку от прекрасной леди.

Несмотря на то, что дул прохладный бриз, девушке стало на мгновение жарко, а во рту пересохло.

- Спасибо, - сказала она и искренне улыбнулась, не по его просьбе, а так, просто так.

- Не за что.

- А где же Кейн? - спросила она, спохватившись.

- Дома, с Мэттом. Помогает ему готовить ужин. Даже боюсь возвращаться домой: какой хаос там застану?

- Да уж…

Она кивнула в знак понимания. Он улыбнулся. И хотя она знала, что должна помахать ему рукой на прощанье и бежать бегом домой, пока не вышел Рик в поисках сестрицы, ей никак не удавалось пошевелиться, ноги словно приросли к земле. Так она стояла, и между ними все нарастало напряжение, вызванное спокойствием и тишиной ночи. Если не быть осторожней… можно и влюбиться в этого типа.

Она пошевелилась, и тут он заговорил:

- Вообще-то я рад предлогу заехать к тебе.

- Правда? - она кашлянула, борясь с хрипотцой.

- Да. Я как раз хотел поблагодарить тебя. - Давно уже Кейн не смеялся так, как сегодня. Не так давно он потерял мать.

Ее сердце сжалось. Наверное, для него это было совсем недавно, хотя она знала, что прошел уже целый год.

- Сочувствую, - проговорила она.

Джеймс пожал плечами. Конечно, он слышал это слово бесчисленное количество раз.

- Ты наверняка уже поняла, что Кейн мой приемный сын. Слава богу, мы успели оформить усыновление… до смерти Дайны…

Итак, она оказалась права. Джеймс не был его биологическим отцом. Сердце Сьены снова сжалось, и ей снова перестало хватать воздуха.

- Иначе бы не миновать мальчику компании отца… А отец его… самый настоящий бродяга, - продолжил Джеймс. - По большей части его жизнь проходит в скитаниях. Конечно, для тебя это не слишком интересно… Но мне почему-то важно, чтобы ты знала.

Неожиданно ей захотелось узнать о нем все до мелочей. Но не сейчас же расспрашивать. Да что такое с ней? Неужели же она и вправду заинтересовалась его личной жизнью?

- Последние месяцы дались нам нелегко, - продолжил он, словно бы в нем открылся какой-то источник искренности. - И по большей части нелегко было мальчику. Но сегодня день неожиданно прошел весело.

Сказал - и словно бы только что понял это сам. Больше он не улыбался. И ямочки на его подбородке не образовалось.

Глубоко вздохнув, она подошла и с теплым чувством положила на его руку свою, желая утешить, подбодрить.

- Мне тоже было весело. Кто бы знал, что после аварии все может так хорошо сложиться? Иногда нужна какая-то встряска, смена места, чтобы понять, о чем так долго тосковал.

Впрочем, в своей собственной жизни Сьена слишком часто меняла места, но это мало что изменило в ней. Была ли она довольна своей жизнью? Эта мысль смутила ее окончательно.

Через минуту она уже взяла себя в руки и отошла от него на безопасное расстояние.

- Спасибо, что привез ноутбук, - сказала она, отступая все ближе к дому.

- Спасибо за внимание к нам.

- Будем считать, что мы в расчете.

Джеймс смотрел, как она уходит. Его лицо было в тени, поэтому она не могла увидеть его выражения.

- Спокойной ночи, Сьена, - сказал он.

- Прощай, Джеймс.

Она повернулась и побежала в дом, не оглядываясь. За ее спиной послышался звук отъезжающей машины.

В кухне она оказалась как раз вовремя. Рик только что пришел туда с двумя хнычущими близнецами, держа их за руки. Если он и заметил ее покрасневшие щеки и растрепавшиеся кудри, то ничего не сказал.

Сьену чуть не сбил с ног один из близнецов, кажется Лео. Мальчуган обнял ее и закричал:

- Тетя Эна, на учки!

Она погладила малыша по голове, ощутив шелк волос между пальцами. Какой замечательный ребенок. И как хорошо, что у него есть родители и ничто не может украсть у него его лучезарную улыбку.

- Рик, пообещай мне никогда не говорить своим детям, что они безнадежны, - сказала она брату.

- То есть?

- Может, для тебя мои слова звучат странно, но обещай, что сделаешь это. И на том я иду спать. У меня завтра важный день.

Рик взглянул на сестру так сурово, словно хотел взглядом прожечь ее насквозь.

- Хорошо, - сказал он, посмотрев на сына. - Думаю, мы все сможем сегодня спокойно поспать.

Сьена убрала руку со лба Лео.

- Отлично. До завтра.

С этими словами она подхватила свой ноутбук и взлетела по лестнице наверх.

Было почти восемь часов, когда Джеймс вышел из спальни Кейна. Мальчик уснул уже минут пятнадцать назад.

Обычно ему с трудом удавалось уложить малыша спать. Он долго просиживал у его кровати, рассказывая сказки. Но этим вечером ребенок уснул почти за ужином.

Может быть, Сьена права - перемена обстановки только к лучшему? Может быть, их заела рутина? Вполне вероятно. Но в любом случае перемена обстановки сегодня была связана именно с появлением в их доме Сьены Капулетти.

Джеймс расслабленно улыбнулся. Теперь, когда Кейн заснул, можно спокойно поработать.

Он прошел через освещенный луной задний дворик и убрал некоторые игрушки Кейна, пока на них не села роса и они не стали мокрыми.

Войдя в мастерскую, он откинул брезент со столика, который он недавно сделал. Сьена была уверена, что столик - настоящий шедевр. Джеймсу это польстило и понравилось. Ему было все равно, когда так говорили другие люди. Но услышать это от Сьены - совсем другое дело.

Столик был почти закончен. Он снова накрыл его, налюбовавшись вдоволь. Кто бы знал, что, работая дома, он изменит свой бизнес к лучшему? Сьена права: перемена места может творить настоящие чудеса.

Придвигая стул к верстаку, он не переставая думал о Сьене. Все же она удивительная девушка.

Местная и в то же время незнакомка.

Во время ужина Кейн постоянно твердил, что она «прикольная». И действительно, все в ней просто шикарно: одежда - даже будничная, обувь, то, как она держится, и все ее поведение.

Водитель ремонтной машины назвал ее «блудная сестра», и вроде бы это должно оттолкнуть от нее кого угодно. Вряд ли Кейну нужна другая драма в жизни, связанная с уходом любимого человека.

Однако Джеймс предпочитал думать о ней так, как выразил это Мэтт: «восхитительный юный цветок».

Просто она слишком отличалась ото всех, кого он знал в своей жизни и в этом городе. Помимо всего прочего, он испытал удивительное чувство, когда коснулся ее руки. Словно бы какая-то энергия заструилась по его телу. И он забыл обо всем на свете.

Обычно такое бывает, когда мужчине очень понравилась женщина. Он это знал из своего опыта.

Впрочем, даже с Дайной было чуть-чуть по-другому. С его стороны это было медленное воспламенение.

Их счастье длилось недолго. До того момента, когда Дайне поставили диагноз - цирроз печени. Это случилось как раз тогда, когда ей исполнилось тридцать. Самый расцвет жизни. И после полугода безуспешного лечения, долгих слез по ночам и терзаний о своей беспутной юности Дайна ушла из жизни.

Однако несмотря на все горе, что довелось ему испытать в связи с этой утратой, оказалось, что его жизненные силы исчерпаны не до конца. Инстинкт шептал ему о том, что он жив. И Джеймс не мог заглушить его голос.

Сьена. Может быть, ему надо… Что? Пригласить ее на свидание, пока она еще в городе? Прислать ей цветы? Написать открытку? Сколько воды утекло с тех пор, как он последний раз ухаживал за женщиной! И правила игры наверняка изменились. Может быть, сейчас принято общаться посланиями по мобильному?

Издалека донесся какой-то шум. И тут он вспомнил о Кейне.

Кейн. Одно это имя способно заглушить голос инстинкта и желания. Нет. Мало ли Что ему хочется. Надо думать только о Кейне.

Не стоит ничего менять. Пусть Сьена и внесла в их дом оживление на один день, напомнив то счастливое время, когда они жили целой семьей, но ведь… Она молода, живет в четырех часах лету отсюда и, в конце концов, носит красные туфли на высоких каблуках.

Кроме того, все кругом твердят одно: ты нужен Кейну.

Голова Джеймса пошла кругом. Он решительно распахнул крышку ноутбука и нашел пустую страницу своего дневника.

Однажды, когда ему пришлось плохо, он надумал обратиться к психологу. Тот посоветовал ему вести дневник, который поглотил бы все его дурные и тревожные помыслы, и таким образом он бы смог справиться с трудностями.

Будучи вполне современным человеком, Джеймс сразу же отказался от бумаги, считая простой дневник делом недостойным. Поэтому он завел страницу в Интернете и анонимно изливал туда все свои страхи, все тревоги.

Так и сейчас он решил записать свои волнения и сомнения в дневник.

Приняв душ и переодевшись в свою любимую красную пижаму, Сьена улеглась на мягкие подушки в разноцветных наволочках, расположила на коленях ноутбук и начала проверять почту.

Несмотря на настойчивые напоминания ноутбука о рабочем расписании, Сьена думала сейчас не о карьере.

По почте она получила сообщение от своего друга из Парижа. Вспомнив комментарий Рика о новом романе в новом городе, она усмехнулась. А, собственно, почему бы и нет? Увлечения делали ее жизнь романтичней и много упрощали. Ей так нравилось.

Только она хотела открыть письмо от друга, как до нее донесся шум из соседней комнаты. Должно быть, Рик укладывал близнецов спать. Взгляд ее упал на часы: начало девятого.

Неожиданно Сьена набрала адрес дневника Джеймса. Перед тем как нажать клавишу загрузки, она немного помедлила.

Но только совсем немного. Через пару секунд на экране появилась черная страница. Но как только на глаза попалось имя Дайна, девушка резко захлопнула крышку ноутбука.

Да что она такое творит? Это можно расценить как самое настоящее шпионство. Так и есть. Ну и что? Теперь, когда он вернул ей ноутбук, они больше не увидятся снова. Так что… ничего особенного, если она немножко почитает его дневник.

Медленно, очень медленно она подняла крышку с экраном. На сайте не было ни фотографий, ни ссылок. Просто излияния одного мужчины, без имени и фамилии. Анонимный дневник - анонимный для любого… кроме нее.

Сьена уселась поудобней на кровати и стала листать странички, выбирая сообщения наугад. Она прочла о коллекции домашнего видео, которую ему пришлось разбирать после смерти Дайны, чтобы оставить только детские фильмы. Прочла многочисленные воспоминания о тех днях, которые они провели с Дайной, узнала о ее матери, которая страдает алкогольной зависимостью, и поняла, почему Джеймс рассчитывает только на себя. Он стал для Кейна единственной опорой в жизни. Иногда страницы были полны отчаяния, а после них он бичевал себя за минутную слабость.

Периодами на ее глаза наворачивались слезы - так трогали эти записи.

Последние несколько месяцев Джеймс не заботился даже о том, чтобы редактировать записи или исправлять неизбежные ошибки в текстах. Наверное, он был слишком для этого встревожен. Просто изливал чувства, как они есть, не думая о форме.

Суббота, 4.12 утра

Сегодня я ездил на поминки в Центр Корал-Лейн. Поминали покойного мужа моей соседки. Карл ушел из жизни два года назад, и Дороти организовала поездку в его любимый паб с его близкими друзьями.

Дороти и Карл жили вместе 58 лет. Мы с Дайной - пять.

Пару раз после того, как умерла Дайна, мы с Дороти разговаривали, сидя в беседке. Говорили о делах, о Кейне и о его самочувствии, не затрагивая особенно больных тем. И это было хорошо.

Тем не менее я до последней минуты не был уверен, смогу ли прийти на поминки Карла, но под конец Дороти помогла мне: «Джеймс, дорогой, - сказала она, - сможешь подвезти меня в паб?» И как я мог ей отказать? Хотя чего уж яснее: она хочет, чтобы я там был не из-за нее, а из-за себя.

В конце концов я понял, что не так уж и взволнован, как того ожидал. Я словно бы омертвел душой. Ничего не чувствовал. Почему? Неужели я такой бесчувственный болван, что не сострадаю другим? Или потому что больше - не могу?

Неужели я больше не могу испытывать ничего, кроме ужасной горечи от воспоминаний?

Сьена помнила Дороти. Приятная пожилая леди. У нее всегда находился свежий фруктовый йогурт для Сьены, когда бы та ни забежала к ней в гости. Именно Дороти и Карл приютили ее, когда Рик улаживал дела после кончины их отца.

Расчувствовавшись, Сьена решила, что на сегодня трогательного чтения достаточно. Достаточно событий. Надо немного и отдохнуть.

Она вернулась на главную страницу и увидела, что Джеймс только что оставил свежую запись в своем дневнике. Ладно, прочтем последнюю.

Едва ее взгляд коснулся первых строчек, Сьена почувствовала себя ужасно заинтригованной.

Четверг, 20.07

Сегодня я встретил девушку.

Такие слова, а тем более мысли, не посещали меня уже шесть лет.

Безусловно, я встречал разных женщин за свою жизнь, сотни женщин - коллег, покупательниц, незнакомок на улице, женщин, работающих в банках, в магазинах. Среди учителей Кейна и его консультантов.

Но сегодня, впервые с тех пор, как мы познакомились с Дайной, с тех пор, как я полюбил ее, и с тех пор, как она ушла, я встретил - девушку.

* * *

Сьена заморгала. Она не верила своим глазам. Тогда она их закрыла. Открыла. Снова закрыла и снова открыла. Но слова на экране остались. Это не был обман зрения.

Джеймс Диллон встретил девушку .

И хотя не упоминались ни имя, ни подробности встречи, она прекрасно поняла, о ком он пишет. О ней.

Этой девушкой была она.