Маленький ад для двоих (Беглянка)

Богатырева Елена

Глава пятая

 

 

1

Илья действительно позвонил на следующий день, и как бы Ка ни ждал его звонка, он все-таки оказался неожиданным, потому что раздался во время совещания.

— Привет, — сказал Илья, — информации пока мало. Значит так, записывай.

— Да, да, записываю, — скороговоркой заговорил Ка под пристальными взглядами своих подчиненных.

— Зимина Неля — это ее девичья фамилия. По мужу она Вегина. Муж живет на Васильевском, линия 16, дом… квартира 23. Пока все. Маму с ребенком отыскать несколько сложнее. И насчет ребенка… Ты уверен, что он у нее есть? Выйду на связь сегодня к вечеру или к вечеру завтра.

— Спасибо, жду, — сказал Ка и повесил трубку.

Он повесил трубку и уставился в стену, а коллектив, полный невостребованного еще утреннего энтузиазма, ждал, когда же босс переварит услышанное. «Интересно, что ему такое там сказали? — думала Галка. — Я-то была уверена, что Ка у нас не имеет в своем арсенале такого взгляда: как у ягненка перед закланием…»

— Сегодня в шесть вечера мне нужно отбыть по важному делу, — соврал он рвущемуся в бой коллективу, — поэтому давайте коротко…

Он думал только о том, что в шесть вечера ему предстоит побеседовать с мужем Нели. Он так решил. Ему это было необходимо. С бывшим, правда, мужем, но все-таки…

 

2

В шесть вечера Ка как дурак стоял на лестничной клетке перед квартирой 23 и тревожно всматривался в огромный список жильцов. «Ага! Вегин!» Он нажал звонок около указанной фамилии. Никто не ответил. Ка снова позвонил. Результат тот же. Тогда он нажал звонок и решил не отпускать его до тех пор, пока дверь не откроют. Через некоторое время палец его онемел, а за дверью по-прежнему стояла тишина.

«Ну а почему ему, собственно, нужно дома сидеть? Он ведь не ждет меня. Да и вряд ли ждал бы, если бы наверняка знал, что я приду». Ка тяжело вздохнул и побрел вниз по лестнице, навстречу старушке с болонкой. Знакомство не состоялось, может, так оно и лучше. Может быть, Нелины загадки стоят того, чтобы не проливать на них свет. Ка теперь точно знал, что никакая информация о том, что и когда с ней происходило, не повлияет на его к ней отношение, на ее еженощные визиты в его сны. Он убеждал себя, что пальцы у судьбы никогда не дрожат и не может один человек найти другого случайно, без ее на то снисходительного дозволения…

Лязг ключей раздался пролетом выше, и Ка кинулся назад. Старушка с болонкой вставляла ключ в дверь квартиры 23.

— Подождите, пожалуйста, — крикнул он, и она замерла. — Вы не бойтесь меня.

— А ты меня не бойся, — враждебно сказала старушка, оглядываясь.

Ка несколько опешил, а потом подумал, что действительно его слова прозвучали глупо, с какой стати ей его бояться. Но было не до рассуждений.

— Вы не подскажете мне, как найти Вегина?

— Юрку, что ли? Ой, — прищурилась старушка, — не разглядела я тебя впотьмах. Думала, человек приличный. А ты, видать, тоже алкаш? — ее голос походил на металлический лязг.

— Нет, нет, нет, я вообще не пью. Даже по праздникам, — пытался успокоить старушку Ка. — Мне ему кое-что передать нужно от его жены…

— От той самой?

Брови старушки поползли вверх. У нее была удивительная мимика. Выражение лица менялось по несколько раз в минуту, поэтому трудно было догадаться, что из сказанного она одобряет, а к чему относится с предубеждением.

— Да, — сказал Ка.

— Значит, поймали, — сама себе объяснила что-то старушка и тихо спросила: — Вы оттуда?

— Оттуда, — на всякий случай ответил Ка, чтобы не было разночтений.

— Юрка, как она пропала, пьет теперь все больше. Да не дома, в пивбаре. Где-то ближе к заливу.

— Я бы поискал его, только вот беда — не видел его ни разу. Опишите мне, как он выглядит.

— Да его найти просто. Во! — Старушка встала на цыпочки и подняла руки вверх, очевидно определяя рост Юрия. — Высокий, темный. Глаза серые. А вот тут, — она ткнула пальцем себе в середину щеки, — родинка.

— Спасибо, — крикнул Ка, сбегая по ступенькам вниз.

— Не за что, — буркнула старушка, захлопывая за собой дверь.

 

3

В третьем баре он все-таки нашел его. Юра оказался мрачным, огромных размеров мужиком. Мужик он был, что называется, видный. Лицо красивое, хотя и простоватое. Этакий огромный медведь с нежной душой. Нежная душа сквозила из влажных глаз, кажется, даже капала в кружку с пивом…

— Можно? — спросил Ка.

— Садись, — равнодушно ответил Юра.

Ка заказал пива и предложил соседу. Юра на мгновение оживился, блеснул влажными глазами, кивнул с благодарностью.

Ка развлекался в таких местах только во времена студенчества, но все-таки вспомнил, как и о чем здесь говорили подобные типы.

— Жизнь не ладится, — начал он.

Юра вынырнул на минуту из своих размышлений, кивнул головой в знак понимания и снова канул где-то в тяжелых своих думах.

И тут Ка совершил ошибку. И не потому, что не смог бы раскрутить этого понурого мужика на рассказ о его горемычной жизни через час после бутылки водки, а потому, что слишком ценил свое время и привык за последние годы решать все вопросы быстро и четко.

— Вы давно видели Нелю? — спросил он.

Юра моментально напрягся и, казалось, даже несколько протрезвел. Зато взгляд его утратил влажность и засветился безумием. Взгляд метался по лицу Ка, и Юра что-то лихорадочно соображал. Вдруг он резко нагнулся вперед и схватил Ка за грудки.

— Так это ты, что ли? — заревел он так, что весь зал моментально замолчал и обернулся в их сторону.

— Нет, мы не знакомы, — попытался остановить его Ка.

Но Юра уже вставал, выпрямляясь и оказываясь выше, чем Ка предполагал, крича что-то и размахивая кружкой. Его схватили за руки два молоденьких морячка, сидевшие за соседним столиком:

— Мужик, все путем, успокойся, — миролюбиво уговаривали они.

Но Юра успокаиваться не собирался, он что-то ревел и ревел, клубок людей вокруг него становился все плотнее, а пожилая официантка жарко шептала Ка на ухо:

— Ты бы шел отсюда, шел бы, а? Юрка он такой, он если разошелся, то его никто уже не удержит, больной он, понимаешь, несчастный. Ну заберут бедолагу в вытрезвитель, ну зачем это тебе, а? Иди…

И потихоньку тащила Ка к выходу. А он все еще оглядывался, все еще ловил обрывки рева огромного раненого зверя, все еще не мог прийти в себя от потрясения.

На улице, садясь в машину, подумал: «Значит, она ради тебя сбежала оттуда… вот ты, значит, какой… действительно сумасшедший. И пьяница к тому же. Бедная Неля, бедная, бедная моя девочка». Подумал и страшно самому стало. Как он про нее подумал? Кто она ему?

 

4

Ка свернул к парку и остановил машину. Девочка-весна, похоже, обрела наконец лицо и стояла перед его глазами в обличие Нели, двигалась Нелиной походкой, точно так же смахивала челку со лба.

«Нет, — подумал Ка. — Не может быть». Это все безумное летнее цветение. Это все вечерние соловьи в доме деда. Он просто сошел с ума. А внутри уже разливалось умиротворение…

Ка полюбил Нелю? Нет, нет, нет, она ему просто нравится, как и другие женщины весной. Он еще пытался уговорить себя, пытался защититься. Но что-то сладкое, как мед, уже разливалось внутри, не оставляя пространства сопротивлению. Да, наконец устало признался себе Ка, Неля действительно царит в его сердце уже несколько дней. Несколько дней? Или с той поры, как он нашел ее? Или это не имеет значения?

«А как же Таня?» — спохватился вдруг он. Он ведь чуть не сделал ей предложение. «Слава Богу, не сделал…» Но что он теперь ей скажет? Извини, я встретил другую? Другую, которая непонятно даже, кто такая, и непонятно, ходит ли она еще по дедову дому или ее уже там нет и он никогда ее больше не увидит.

От этой мысли по телу поползли мурашки. Что это он тут сидит в машине и размышляет, словно Неля у него навсегда. А может быть, ее уже нет? Вот он сейчас приедет к деду, а тот скажет, грустно пожав плечами: ушла. Ка рванул с места, а в голове была только одна мысль: побудь еще немного, пожалуйста, еще чуть-чуть…

Что он теперь знал о ней? Настрадалась бедняга, сначала отец умер, потом вышла замуж, а муж оказался чокнутым. Скорее всего, от него-то она и скрывается. Ребенка пришлось отправить к маме. Он защитит ее, с ним она может ничего не бояться. А ребенка они заберут. Вот дед-то обрадуется! А что, разве он будет плохим отцом, лихорадочно думал Ка, сжимая руль, да он отличным отцом будет. Еще каким! Из его кабинета они сделают детскую… Господи! О чем он думает?! Какие дурацкие фанфары звучат в его голове. «Ты, главное, оставайся там, ты дождись меня», — пело в груди.