11 октября 1989 года произошло событие, которого ждали много лёт: в одном из конференц-залов высотки МГУ открылась 1-я Всесоюзная научно-практическая конференция «Йога: проблемы оздоровления и самосовершенствования человека». На неё прибыли более 600 делегатов от всех союзных республик. Среди свадебных генералов президиума прямое отношение к развитию йоги в СССР имели двое: профессор философии Василий Васильевич Бродов и первый секретарь посольства Индия в СССР господин Гангули. Продолжалось мероприятие три дня, и даже прозвучало в средствах массовой информации.

Среди зарубежных гостей выделялся Б.К.С. Айенгар, прибывший в Москву со своими учениками и секретарями Дхармаверсингхом (Махидой) и Фаеком Бириа.

Советских участников представляли только энтузиасты, поскольку официальный запрет на йогу был снят каких-то полгода назад. Тем не менее, уже полным ходом раскручивался московский НПЦ (научно-производственный центр) нетрадиционных методов оздоровления при ЦНИИМСе Госкомспорта СССР, где йога, специалистов по которой взять было неоткуда, волшебным образом очутилась в спектре платных услуг.

Вышло так, что после конференции Айенгар побывал у меня дома. Когда я показал ему мощный фолиант в алом переплёте, объяснив, что это самодельный перевод его книги, по которой мы занимались в период запрета на йогу в СССР, он был поражён и попросил подарить это для музея института Рамамани Айенгар в Пуне. Талмуд этот, говорят, до сих пор занимает одно из почётных мест в экспозиции, а тогда, в 1989, Гуруджи написал мне на обложке английского издания «Light on Yoga»: «Желаю вам создать собственный ашрам».

Два года спустя восемь русских учеников Лакшмана Кумара (первого учителя йоги при индийском посольстве), среди которых был и автор этих строк, в присутствии тогдашнего посла Индии Гонсалвеса получили сертификаты на право преподавания. Вскоре трое моих коллег и я учредили первый в России центр «Классическая йога».

До сих пор меня спрашивают: откуда такой интерес к индийской экзотике? Почему не развивать что-то своё, исконное, русское?

Начнём с того, что йога – это универсальный, испытанный временем метод самосовершенствования, который, кроме прочего, даёт адепту железное здоровье.

Но что такое здоровье? Это состояние, которое становится заметным только при его нарушении, пока всё в порядке механизмы жизнедеятельности себя не проявляют.

Современная медицина нацелена на консервативное (терапия) либо оперативное (хирургия) устранение заболеваний. Но сохранить здоровье, предупреждая его разлад, восстановить после операций и травм – это задачи, находящиеся, как правило, за пределами официальной медицинской компетенции.

Авиценна сказал когда-то (имея в виду обычную физическую активность, поскольку он вряд ли был знаком с йогой): «Движение заменит все лекарства мира, но ни одно лекарство мира не заменит движения». Йога расширяет область этого утверждения, используя специальные возможности.

Итак, на здоровье человека влияет совокупность следующих основных факторов:

• наследственность;

• экология;

• социум;

• пища, вода, воздух;

• личное поведение.

Устранить влияние первого фактора нельзя, к нему можно лишь приспособиться. Учёт второго фактора – прерогатива государства, общество нуждается в экологическом контроле. Многое зависит также от населения. Фактор третий зависит от уровня культурного и экономического развития страны, а также от личных качеств индивида. Влияние четвёртого фактора определяется материальным благосостоянием. А вот пятый – решающий, поскольку «Своей деятельностью человек настолько изменил окружающую среду, что для выживания в ней ему придётся изменить себя» (Н.Винер)

Сегодня, как никогда, человечеству необходим простой и надёжный способ сохранения души и тела, универсальный адаптер к стремительной деградации среды обитания. Благодаря достигнутому уровню физического комфорта в развитых странах, перегрузки оказались вытесненными в нервно-психическую и эмоциональную сферы, тело не участвует в их утилизации. Применение антибиотиков влечёт за собой усиление резистентности бактерий, возникают такие мутации, с которыми иммунная система человека не в состоянии справиться.

Появляются неизвестные ранее заболевания и расстройства, растёт количество нервно-психических патологий, наркомании, алкоголизма и отклоняющегося поведения. По качеству психосоматики человек технологический не адаптирован к окружению, который сам же и создал. Что предлагается для решения проблемы?

Во-первых, спорт, как традиционный, так и всё более экстремальный. Создано бессчётное число методов, школ и систем оздоровления, но в массе люди относятся к своему здоровью всё также наплевательски, сами врачи едва ли не в первую очередь подвержены типовым слабостям и порокам. Здоровье дано каждому от рождения, запас его конечен, но пока можно, человек ведёт себя так, словно он бессмертен.

Гладиаторы спорта бьются на рингах, стадионах, трассах и кортах, а масса ожиревших бездельников, беснуясь у телеэкранов и на стадионах, стравливает эмоции и глотает лекарства. Атеросклероз, сердечно-сосудистые и нервно-психические заболевания стремительно молодеют, если ситуация будет развиваться в том же ключе, вскоре лечение будет начинаться от рождения и длиться до самой смерти. Средняя продолжительность жизни как бы и растёт, но качество её, начиная смолоду, всё чаще определяется понятием «ни жив, ни мертв». Что касается России, то здешнюю ситуацию чётко описал Николай Задорнов: «Русский человек живёт мало, но плохо».

Никто не возражает против здорового образа жизни, но подавляющее большинство людей считает, что это связано с ограничением свободы, которая даёт неотъемлемое право делать с собой всё, что угодно.

Постинг конференции http://www.realyoga.ru/phpBB2/viewforum.php?f=l от .06.2003, Lana:

«Я встречала частнопрактикующих врачей из вполне традиционных направлений медицины, которые положительно относятся к йоге, но они говорят, что редкий пациент готов взять на себя ответственность за своё здоровье. Одной из причин такого положения вещей называют советский медицинский официоз, который наряду с идеологией, воспитал подобное отношение граждан...».

Лично я не стал бы винить только медиков, громадную роль всегда играет история. В 1924 запрещённая с 1914 водка вернулась на магазинные полки, одновременно большевики объявили физическое развитие «нового человека» одной из задач окультуривания масс. Сам термин «физическая культура» был введён в обиход наркомом здравоохранения Н.Семашко и всемерно поддерживался начальником Всевобуча Н. Подвойским. Государству нужны были граждане, преданные идеям коммунизма, самозабвенно служащие начальству, чуждые мещанского стремления к материальному благополучию и пышущие здоровьем. Но среднестатистический пролетарий, когда его не трогали, был вполне доволен наличием водки, махорки и карт, а о здоровье не беспокоился вообще. Эти же тенденции перешли и в брежневскую эпоху. Все мои друзья с юности начали регулярно потреблять алкоголь, при всём том мы нормально учились, занимались спелеологией, скалолазанием, постоянно пропадали на море – замечательная жизнь была тогда в Крыму! Когда я пытался критиковать «народную традицию» на меня смотрели с досадой, объясняя для тугодумов: во-первых – свобода, если человек желает выпить, какое кому до этого дело? Во-вторых: если ты мужик, то не хряпнуть за дружбу и здоровье это прямое оскорбление! В-третьих, каждый свою норму знает. В-четвёртых – ты что, самый умный и дольше всех прожить хочешь?!

Потом парни привыкли, и даже хвастали мною, как экспонатом: – А вот у нас – не поверишь! – есть свой в доску, но непьющий! Да нет, не больной, просто не пьёт и всё, понимаешь – он йог... его мать!

Прошло сорок с лишним лет. Многие из тех, кто знал свою норму, спились и умерли, оставшемся давно уже не до смеха, но отказаться от спиртного они не могут (на сегодняшний день это удалось лишь одному!). Им уже не пробежаться, как прежде, на Чатырдаг или Мангуп, нет здоровья для того чтобы сколько хочется нырять, загорать, плавать, доступной осталась только одна грань былой свободы – поднести стакан ко рту.

Ганс Селье сказал: «Жить следует не менее интенсивно, но более разумно». Сегодня быт культурного человека, независимо от расы, нации и возраста должен включать в себя личные усилия по сохранению здоровья. В мегаполисах одним из наиболее выгодных и эффективных способов для этого является Хатха-йога. Мы трогательно заботимся о цветах, домашних животных, своём автомобиле, но мало кому до поры приходит в голову мысль о том, что собственное тело – тоже уникальная машина, требующая внимания и профилактики.

Жизнь, смерть и здоровье не имеют чётких определений, хотя есть формулировки косвенные, например здоровье – отсутствие нездоровья. Абсолютное здоровье несовместимо с жизнью, это означало бы неизменность нейрофизиологических процессов во времени.

«Для нормального функционирования практически всех систем жизнедеятельности... характерен некий промежуточный режим между хаосом и порядком. Дыхание, биение... сердца, кроветворение, ритмы сна и бодрствования, психическое равновесие – для всех этих процессов свойственна определённая мера хаоса, необходимая для поддержания здоровья... Здоровье – это тонкий баланс между хаосом и порядком. Вопрос заключается в том, сколько хаоса может вынести человеческий организм, чтобы не заболеть?» (, с.344).

«Здоровье представляет собой оптимальное соотношение взаимосвязанных ритмов физиологических функций организма и их соответствие циклическим изменениям внешней среды» (Хильдербранд, 1976).

«Здоровье является результатом динамического равновесия между физическим, психологическим и социальным аспектами существования» ().

Понятию «здоровье» отвечает устойчивое постоянство внутренней среды организма, именуемое в физиологии гомеостазом (имеется в виду гомеостаз не патологический, свойственный хроникам, но тот, который характерен для человека, не имеющего явных заболеваний).

Здоровье – это субъективное переживание благополучия, возникающее при функционировании организма определённым образом, проблема в том, как это состояние описать. До поры тело безропотно сносит любое обращение, подобно придворному, которого, согласно легенде, лихо хлестал по щекам светлейший князь Потемкин, приговаривая: «Что с ними делать, если они всё терпят!»

В отношении к своему здоровью часто встречаются два крайних подхода: сверхэгоизм, когда человек плюет на всё, заботясь лишь о себе любимом, и бессмысленная жертвенность. Обычно это выглядит так: кто-то один добровольно и беззаветно заботится о прочих членах семьи, особенно о детях, оберегая их от любых забот. Детей жалеют авансом: пусть растут, бедняжки, ещё напашутся. При подобном раскладе «подвижник» не имеет возможности и времени сохранять своё здоровье, хотя расходует его с бешеной интенсивностью, подобно Павке Корчагину: «Ребята, смены не будет, но мыто есть...». Когда для бесконечных домашних забот есть только «мы» в одном лице, то из этого со временем проистекает следующее:

• слишком работящий член семьи преждевременно изнашивает себя физически;

• этим он сокращает свою жизнь, а тем самым и продолжительность заботы о людях, ради которых так уродуется;

• дети привыкают так же наплевательски, что и родители, относиться к своему здоровью, они растут потребителями, привыкая к тому, что им все всегда должны;

• дети не могут нормально адаптироваться к жизни, поскольку патологическая опека лишает их возможности с малых лет проявлять ответственность;

• когда (рано или поздно) здоровье родителей кончается, то воспитанным таким образом чадам они становятся просто не нужными.

Резюме: имея в виду своё здоровье (и не только его!), следует помнить, что интересы каждого всегда являются частью интересов его окружения. Правительства не могут эффективно заботиться о здоровье граждан, следовательно, субъект должен блюсти себя сам, и уделять этому ровно столько времени, сколько нужно, чтобы оставаться полноценным человеком, а не жертвой комфорта, пустых желаний и дурных привычек. Даже если со здоровьем изначально всё в порядке, состояние открытой системы, именуемой человеком, постепенно приходит в упадок, поскольку качество работы и взаимодействия частей, её составляющих, разлаживаются деятельностью в процессе жизни. Сохранение, несмотря на возраст, хорошего уровня здоровья требует вложения сил и времени.

Рассмотрим выгоды, которые здесь может дать йога:

• отпадает необходимость в спортивных снарядах и тренажёрах, то, с чем идёт работа – собственное тело – есть у каждого;

• нет затрат время на транспорт, практиковать можно дома;

• нужен минимум площади – два квадратных метра;

• осуществляется восстановление и профилактика не только тела, но и психики;

• метод выверен тысячелетиями и в отличие от новомодных – безопасен.

Асаны – единственный в своём роде вид физической деятельности, где на внутренние органы и системы воздействуют путём придания телу необычных положений (форм). Любая поза йоги действует на организм в целом, и локально – на его отдельные звенья, кроме того, всё внутреннее пространство проходит специфическую гравитационную «обработку» массой крови. Внутренние органы подвергаются попеременному ритмичному сжатию в асанах, а также в Уддиана и Мула бандхах, таким образом, из зон некачественной микроциркуляции удаляется застойная кровь, облегчая венозный отток и «освежая» кровообращение в соответствующих участках тканей и органов.

Пока науке неизвестен механизм влияния асан и бандх на кровообращение в мелких артериях, капиллярах и венах, где происходит диффузия газов между тканями и кровеносным руслом.

По интенсивности физическая нагрузка делится условно на четыре категории (кстати, хорошо известные лечебной физкультуре): слабая, умеренная, сильная, очень сильная. Физиологический эффект первой исчезает быстро и бесследно, умеренная – стимулирует жизнедеятельность, сильная – угнетает, очень сильная – разрушает. Традиционная Хатха-йога реализуется только в области нагрузок умеренных.

При достижении мастерства практика асан приобретает медитативный характер, обеспечивая то, чего современному человеку больше всего не хватает – душевный покой.

С возрастом компенсировать издержки экологии и социума не помогают никакие природные данные. Экономическая свобода, сменившая в России эпоху принудительного распределения, которое устраивало подавляющее большинство населения, привела к поголовной его невротизации. Даже молодёжь чувствует на своей шкуре, что образ жизни, диктуемый диким бизнесом, противоестествен. Традиционные способы снятия стрессов (водка, баня и прочее) чреваты издержками, поэтому более дальновидные пытаются сохранять себя в порядке иными способами. Но возможны варианты.

Пример первый: парень двадцати восьми лет, здоров, физически развит отлично, род деятельности – коммерция, сильные нервные перегрузки. После рабочего дня постоянно бегал, в меру занимался атлетизмом, тренажёрами, плаванием, спиртным не злоупотреблял. Года три всё было нормально, затем ухудшилось физическое состояние и качество сна, начались эмоциональные срывы. Тогда он начал увеличивать нагрузки, памятуя, что лучший отдых – смена деятельности, но легче не стало. Когда он попал ко мне, картинка была печальной: серое лицо, мешки под глазами, подавленность на фоне общего напряжения, плохой сон, раздражительность, усталость и тахикардия – и это при росте под метр девяносто и прекрасной комплекции!

На протяжении рабочего дня уровень эмоционального возбуждения у него усиливался и к вечеру наступал перегрев. В таком состоянии парень грузил себя по вечерам тренажёрами, бегал и т.д., но это не помогало. Почему? Ответ прост: пока эмоциональный фон не понизился до определённого уровня, а взвинченный человек поднимает штангу, лезет в прорубь или бегает с теми же мыслями, которые его напрягли, не очистив от них сознание, физическая нагрузка не снимет нервное напряжение, но лишь усилит его! Когда-то при Госкомспорте существовал такой НИИ физической культуры (ВНИИФК), беспримерная синекура для бездельников. За долгие годы в его стенах была защищена единственная дельная диссертация, автор которой показал, что в пред– и послесоревновательный периоды у спортсменов возникает перегрузочный иммунодефицит.

Он же имеет место при длительных стрессах, как это и было у моего пациента. Поэтому гантели, штанга, силовые нагрузки, бег – всё было на время отброшено. Лишь с началом освоения глубокой релаксации в практике йоги парень стал приходить в себя.

Пример второй: столяр из Нефтеюганска, двадцать три года, сильная астения, тяжёлый невротик детства: пяти лет от роду он видел, как пьяный отец раскроил матери голову. С тех пор у парня было заикание, бессонница, депрессия, общая болезненность, плохой контакт со сверстниками. Он пытался укреплять здоровье: бег, гантели, плавание, система Порфирия Иванова, но в результате всегда заболевал. В девяносто втором году он приехал на семинар в Аксаково, вскоре стало ясно, что асаны не годятся, парень вообще не имел представления о релаксации. Я рекомендовал ему выполнять йога-нидру дважды в день, примерно через год он позвонил и сказал: – Вы знаете, я поймал расслабление, теперь можно жить...

Пример третий: компьютерщик, пятьдесят пять лет, физическая форма такая, что я глазам не поверил. Серафим, так его звали, с юности увлёкся альпинизмом и побывал на всех семитысячниках Союза. Раньше не доводилось общаться с людьми такого склада, и я не мог взять в толк, что ждёт от йоги этот седой человек с тридцатилетним телом? Тогда он пояснил, что нареканий по здоровью как бы и нет, однако выносливость уже не та, тащить рюкзаки в гору не даёт позвоночник, посаженный тоннами груза, поднятого за много лет в альплагеря.

– С одной стороны – сказал Сима – хотелось бы разобраться со спиной, с другой – телу нужен какой-то эквивалент, наверх не пускают, я и так уже всех переплюнул...

– Хорошо – сказал я – но почему йога? Ведь полно вещей более доступных: горные лыжи, например, мало что ли там нагрузки и острых ощущений?

Смуглое лицо альпиниста стало скептическим:

– Да пробовал я, ну съедешь с горки той, скорость за сто и всё такое... В глазах не темнеет, дышишь нормально, никаких признаков того, что ты на пределе – разврат! А йога, говорят, спину хорошо лечит ...

Сима схватывал всё на лету, но его практика поначалу – это было нечто! Он привык к сверхусилиям, и напрягался в асанах так, словно таскал мешки с солью. Не желая признавать необходимость расслабления, он проявлял беспрецедентную жёсткость по отношению к своему телу, которое спасала от травм лишь безупречная физическая форма. Как бы то ни было, в течение полутора лет альпинист освоил глубокую релаксацию, и проблемы его были решены.

Ф. Капра () исследовал множество культур и традиций, пытаясь найти базовые параметры здоровья, и пришёл к выводу, что их всего два: гибкость позвоночника и умение глубоко расслабляться, оба этих качества обеспечивает йога.

Рассмотрим гомеостаз, устойчивое постоянство внутренней среды организма, являющееся одним из признаков здоровья. Можно условно выделить три характерных разновидности гомеостаза, первый – когда физиологические параметры удерживаются в допустимых границах отклонения, что бы человек ни делал. В этом случае здоровье называют «железным», исторические примеры: Гиляровский, Дюма-отец, Распутин.

Второй – разовое заболевание, причины которого могут быть внешними, внутренними или комбинированными. В этом случае ряд параметров гомеостаза выходят за пределы оптимальных значений, но защитные силы организма тут же активизируются, исправляя ситуацию.

Третий – заболевания хронические, когда разбалансировка гомеостаза сохраняется длительное время, перераспределяясь на сеть функциональных подсистем. И расстройство не в состоянии окончательно сломить систему, и защитные силы не могут справиться с ним, гомеостаз застывает, образно говоря, в «перекошенном» виде.

Хатха-йога сильно влияет на работу иммунной системы, не только стимулируя (чем грешат многие современные препараты и БАД), но мягко корректируя её работу. Это позволяет йоге быть равно эффективной как при иммунодефицитах, так и при аутоиммунных заболеваниях. Не исключено, что специфический иммунитет при этом не затрагивается но, через локальные изменения гемодинамики и стимуляцию вегетативных функций, воздействие идёт на иммунитет неспецифический.

Начальные комплексы асан всегда должны подбираться с учётом возраста, конституции, состояния здоровья и рода деятельности индивида, в этом случае практика формирует оптимальный тонус ВНС (сочетание возбуждения и торможения, токов Иды и Пингалы, особенно важна в настройке такого баланса роль преподавателя йоги).

Ментальная релаксация – временное торможение активности коры мозга – обеспечивает более полную интеграцию её процессов с подкорковыми, что, в свою очередь, позволяет преодолеть нарушения тонического ритма. Поскольку тело есть продукт длительной животной эволюции, возможно асаны влияют на него как архетипы ранних стадий филогенеза и онтогенеза (развития вида и отдельной особи), частично утилизируя энергию инстинктов.

Кровеносная система организма располагает сосудистым резервом мощности, так называемыми коллатералями. Как правило, резерв этот находится в потенциальном состоянии, но при необходимости может достаточно быстро (от суток до часов) перейти в активную фазу и развиться до размеров, покрывающих изменившиеся потребности кровотока. Коллатерали это сосуды-заменители, окольным путём доставляющие кровь в те участки тела, куда она по каким-то причинам не может поступать по обычной схеме.

Ещё один компонент резерва – анастомозы, вторичные проводники крови, связывающие между собой магистральные сосуды основной сети. Анастомозы и коллатерали образуют демпфер, гасящий пиковые ситуации в системе кровообращения.

Коллатеральная сеть охватывает весь тканевой объём организма, включая сердечную мышцу, этот резерв сохраняет жизнь не только при закупорках (тромб) и гибели основных сосудов, но и при атеросклеротическом сужении их просвета. При хронических коронарных заболеваниях коллатеральный резерв сердечной мышцы полностью задействуется. Коллатерали, по сравнению с темпами развития патологической «хроники», «включаются» опережающим образом, поэтому человек может чувствовать себя нормально имея сильнейший атеросклероз, при котором даже незначительная перегрузка может спровоцировать ВСС (внезапную сердечную смерть). На коронографии дефекты работающих сосудов сердца видны, а «замороженные» коллатерали – нет. Сосудистый резерв имеет большую функциональную мощность, но часто недостаёт времени для «включения» – он инерционен. Без надобности (природа экономна) коллатерали находятся в потенциальном состоянии. Исследования показали, что сосудистый резерв отмобилизован и всегда готов к мгновенному действию лишь у тех, кто живёт на высокогорье (1000-2000 м. над уровнем моря), систематически занимается спортом либо физическим трудом.

В асанах крупные сосуды частично пережимаются, на отдельных участках сети возникает локальный застой крови, активизирующий систему коллатералей. Настоящих йогов всегда можно узнать по яркому цвету кожи – признаку полноценного кровообращения.

При грамотном выполнении асан, даже наиболее трудных физически, пульс выше восьмидесяти не поднимается, но что же тогда активизирует коллатерали миокарда? Здесь в игру вступает пранаяма: тренированный йог может свободно дышать в темпе одно дыхание в три минуты и более, следовательно, дыхательный процесс замедляется раз в тридцать (по сравнению с состоянием покоя), тогда как самый лучший спринтер лишь восьмикратно превышает скорость обычной ходьбы. Количество углекислоты в организме при одном дыхании в четыре минуты примерно в шесть раз выше, чем у пробежавшего дистанцию спринтера. Но он «отрабатывает» её всего за десять секунд, а время пранаямы во много раз больше. Перенасыщение крови углекислотой вызывает расширение сосудов, вплоть до капилляров, активизируя тем самым коллатерали сердечной , мышцы.

Теперь коснёмся нематериальных следствий регулярной практики йоги. Многие проблемы человека связаны с тем, что текущая жизненная ситуация не может быть полностью воспринята и адекватно оценена. Будучи персонажем картины, увидеть её нельзя, для этого надо выйти из плоскости. Подлинный смысл событий проясняется лишь после того, как они отодвинутся во времени. Йога ежедневно выдёргивает практикующего из реки повседневности, и когда в асанах и паузах между ними возникает молчание ума (ментальная релаксация), начинает проясняться действительное положение вещей. Как у Набокова: «...А там, над улицею сонной, черты земные затая, стеною, странно освещённой, встаёт за мною жизнь моя». Таким образом, йога даёт нам фантастическую возможность обойти теорему Геделя.

Следующий момент – коммуникация с бессознательным. Методы Фрейда, Юнга, Райха и других создавались именно для того чтобы удалить из психики вытесненный патологический материал, постоянный источник общего личностного дисбаланса. При глубокой ментальной релаксации материал этот начинает постепенно и неосознанно «стравливаться» в виде физических ощущений и состояний разной степени противности. Например, у пациента с депрессией после достижения определённой степени релаксации в ежедневной практике асан начинают ручьем течь слёзы. Потом этот этап восстановления заканчивается и приходит другой – беспричинная тошнота, затем головокружение. И где-нибудь через полгода таких мытарств человек начинает приходить в себя, в сознании всплывает масса забытых позитивных жизненных эпизодов, «утонувших» в бессознательном вместе с вытесненной «отравой», в мироощущение возвращаются краски, звуки и запахи нормальной жизни, которые были до начала «погружения во тьму».

Конечно, всё вытесненное не может быть полностью сброшено через тело, какой бы эффективной не была практика, глубинные психические проблемы доступны только психотехникам. В этом же направлении – с телесной «разгрузкой» подсознания – ещё в начале XX века (до создания ССС техники йога-нидры) работали Джакобсон и Шульц, но если последний остановился на аутодидактике, то Джакобсон уделял много внимания проработке телесных «зажимов» учитывая их связь с вытесненными эмоциями.

Теперь то, что я называю «малые сиддхи». Во время практики асан (либо в паузах между ними) в сознание начинают «выстреливать» ответы на незаданные, но актуальные вопросы – это приносит плоды системное очищение и самонастройка. Всплывающую информацию нужно принимать к сведению и учитывать, иначе эвристический процесс угаснет. Для утилизации происходящего во время практики можно держать поблизости бумагу и ручку, без лишней суеты делая необходимые пометки, чтобы усилием запоминания не смазать качество релаксации.

Любой человек, будь он даже семи пядей во лбу, так или иначе сталкивается с неприятностями жизни. У практикующих йогу память таких эпизодов, конечно, остаётся, но эмоциональный негатив уходит, что позволяет сохранять равновесие души в самых тяжёлых ситуациях. Если же всё в норме, то практика даёт непревзойдённую ясность восприятия, мышления и чувство рафинированной радости, ни от чего не зависящей.

Йога помогает человеку обрести здоровье и внутреннюю гармонию, но не смысл жизни – на этот счёт не должно быть иллюзий! Она может стать смыслом для верующих либо профессионалов, но не для тех, кто ведёт обычный образ жизни. Впоследствии, когда после сброса вытесненного приходит душевная гармония, больше не нужно вкладывать, как раньше, всю наличную энергию во внешний мир. Делаешь минимум, но получается всё как надо, оптимальность хода событий определяется не бесконечными личными усилиями, но качеством внутреннего покоя. И это совсем другая жизнь, не похожая на всё, что было раньше.

Затраты времени и возрастные ограничения. Как правило, взрослый человек довольствуется семью часами сна, хотя индивидуальной разброс потребности в нём достаточно велик. Качественная практика сокращает отдых до пяти часов, ограничений, связанных с возрастом, нет. Детям можно заниматься после пяти лет, но с определёнными нюансами. Тексты рекомендуют приступать к йоге либо в детстве, либо в зрелом возрасте, поскольку с двадцати до пятидесяти лет львиная доля энергии индивида расходуется на решение социальных задач. Однако, такое ограничение условно, и йога может быть успешно начата в любом возрасте.

В «Хатхайогапрадипике» сказано: «Благодаря продолжительной практике старый... йогин молодеет снова». Бельгийская королева начала практику Хатха-йоги в восемьдесят четыре года, Кришнамурти – в шестьдесят. Индра Деви выполняла асаны, когда ей было далеко за девяносто, гуру Кришнамачарья практиковал до ста, Айенгар сохраняет активную практику на девятом десятке жизни.

Собственно, почему бы и не жить дольше среднего возраста тем, кто систематически блюдёт здоровье и душевный покой? В хрониках Ост-Индской компании есть описание любопытного казуса: в середине семнадцатого века её агенты сотрудничали в Индии с раджей одного из княжеств. Наследовал радже его сын Тапасвиджи, с юности практиковавший йогу, каковой он и предался на склоне лет, в свою очередь, оставив бразды правления княжеством своему сыну. Так вот, Тапасвиджи, родившийся в середине 18-го века, умер во второй половине двадцатого!

Известно, что некий Цзинъюнь, личный врач китайского генерала Ян Сена Ли, занимаясь цигуном и традиционной китайской медициной, прожил около двухсот пятидесяти лет. Правда, абхазец Ширали Муслимов достиг возраста в сто шестьдесят семь лет, не имея представления о цигуне и йоге, равно как и англичанин, Томас Парр, переживший шестнадцать королей. Очевидно, решающую роль в долголетии играет наследственность, образ жизни и, конечно, случай, йога лишь полностью реализует заложенный природой потенциал.

Асаны и пранаямы действуют на тело как обжиг на сырой глиняный кувшин: огонь обеспечивает максимальную прочность, но избыток его равносилен отсутствию. У японцев есть загадка: какая часть традиционного деревянного дома самая долговечная? Ответ: брус порога, он мерзнет, мокнет, на него постоянно наступают, он находится в абсолютно некомфортных условиях, но сохраняется гораздо дольше остального. «Йога это ослиная работа, но результат – великолепный!» (афоризм Б.К.С. Айенгара).

В конце XX века в Калифорнии состоялся симпозиум по долгожительству, где выяснилось, что одной из причин старения и одновременно его признаком является критическое уменьшение массы мышц, противостоящих силе тяжести. Причина такого уменьшения – снижение продукции соматотропного гормона гипофиза (СТГ), отвечающего, в том числе, и за преобладание мышечной массы над жировой. Большое количество экспериментов с введением синтетического СТГ показало его высокую эффективность в лечении и профилактике старения. Вероятно, Хатха-йога каким-то образом запускает естественный процесс синтеза СТГ гипофизом, и опосредовано – других гормонов, поскольку признаки успешности такой практики явно коррелируют с нормализацией функции гормональной системы. Всё это чётко укладывается в нейроэндокринную теорию старения, разработанную Дильманом.

Хатха-йога поддерживает функционирование психосоматики на оптимальном уровне, как скорость – гонщика на вертикальной стене. Если умело запустить плоский камень по водной глади, он скользит по ней «пунктиром», то касаясь поверхности, то летя в воздухе. Как только скорость камня уменьшается (практика йоги либо любая другая активная физическая деятельность прекращена) – он перестаёт держаться на грани двух миров и тонет.

Говорят, что хотя йог и живёт в мире, но не принадлежит ему целиком (не подчиняется его законам, например – средней скорости старения). Тексты натхов утверждают: «Избавленный от всех болезней, йогин развивает тело гибкое и мягкое, как внутренняя часть стебля лотоса, и так наслаждается молодостью и долголетием».

«Ни один человек не относится так сознательно и внимательно к своему здоровью, как настоящий йогин, пребывающий в неразрывной связи с тончайшими физиологическими законами, служащий образцом совершенного, абсолютного и равновесного здоровья...» (, с.17).

Но эталон – продукт исключительных условий, умный человек никогда не будет стремиться к полному совершенству, в противном случае неизбежна ситуация по Честёртону:

«...Конечно, они считают, что их вера лечит все болезни тела. А лечит ли она единственную болезнь духа? – серьёзно и взволнованно спросил отец Браун.

– Что же это за болезнь, – улыбнулся Фламбо.

– Уверенность в собственном здоровье, – ответил священник».

Если что-то в жизни не так, то после качественной практики всегда становится легче. Это похоже на барона Мюнхгаузена, который вытаскивал себя за волосы из болота, но является чистой правдой. Йога даёт внутреннюю точку опоры, ни от чего внешнего не зависящую. Вещи бездушны, люди мгновенны, всё слишком ненадёжно. Как сказал о Мастере один из героев булгаковского романа: «Он не заслужил счастья, он заслужил покой». Покой, конечно, далеко не счастье, но безусловная его предтеча. События при взаимодействии субъекта со внешним миром разворачиваются по совершенно разным сценариям – в зависимости от качества душевной гармонии. Если оно высокое, то, вкладывая в мир минимальные усилия, мы получаем всё, что необходимо, и даже больше. Если её нет, то человек будет выворачиваться наизнанку, работая день и ночь и не получит от всего этого ожидаемой отдачи.

Йога, описанная в этой книге, не есть способ решения только частных проблем, это нечто большее – часть наилучшей поведенческой стратегии. Данную технологию может с успехом использовать кто угодно, в том числе и верующие (включая православных). Хатха-йога не содержит идей, она безлична, как скальпель хирурга, выполняющего операцию для того, чтобы сохранить жизнь. Это только действия, ведущие к полезному результату, универсальный метод, который тысячелетия использовали совершенно разные, порой противоречащие друг другу религиозно-философские системы.

«Прописал я одному батюшке цикл Шалабхасаны от радикулита, обозвав это лечебной физкультурой. Делал он его примерно полгода с хорошим эффектом, а потом узнал, что упражнения-то йогические, и заартачился, дескать, от диавола это. Но когда спина снова разболелась, он придумал выход: – „Они – спрашивает – упражнения эти, в ЛФК точно есть? Да – говорю, – есть. – Побожись!, – требует. – Без вопросов – говорю – есть такие упражнения в ЛФК! – Ну, тогда, говорит, я их и дальше делать буду, ЛФК оно не диавольское, но научное“ (из практики С.Агапкина).

Говоря о жителях развитых стран, Юнг отмечал: «Всё дело в том, что жизненные условия, создавшиеся на Западе, мешают субъекту грамотно практиковать йогу» (, с.38). С этим утверждением нельзя согласиться, поскольку любые условия не препятствуют человеку Запала осваивать, скажем, всё более усложняющуюся бытовую технику, в том числе и компьютерную. А технология йоги не сложнее всего этого, другое дело, что налицо острейший дефицит людей, подлинно владеющих методом.

Сказано в «Дхаммападе»: «Если что-либо должно быть сделано – делай, совершай с твёрдостью. Ибо расслабленный странник только больше поднимает пыли» (XXII, с.323).