Индия, 1818

Слепящее солнце висело в зените над головами Рейфа и Ребекки, стоявших перед древним храмом в Кайлаше. В руках у Ребекки был маленький саквояж.

— Честно говоря, я уверена, что проклятие — это всего лишь вымысел дяди, — сказала она.

Рейф улыбнулся и кивнул в сторону ожидающего их хранителя храма. Рейф дал обещание, а обещания он всегда выполнял. Он нашел автора романов о мисс Дарби, помог поймать убийцу сэра Родни, а сейчас был полон решимости сдержать клятву, данную полковнику, и удостовериться, что Кайлашский рубин вернулся на свое законное место.

— Рейф, он стоит целого состояния, может быть, его стоимость больше той суммы, которая находится на твоем счету у Баркли. Ты в самом деле хочешь его вернуть?

Он действительно этого хотел. Был готов на все, лишь бы его любимая жена была в безопасности.

— Мы могли бы оставить его на дне колодца в Бетлсфилд-Парке, — проворчала она, направляясь к служителю храма.

Рейф улыбнулся. Ребекка пыталась последние восемь месяцев уговорить его сохранить Кайлашский рубин — с тех пор как они приехали в Брамли-Холлоу, чтобы выкопать сокровище. Все остальные поехали с ними, чтобы помочь. Рубин, как и сказал мистер Биллингсворт, оказался на дне колодца, в который когда-то провалился Рейф.

Принимая во внимание предостережения полковника, никто не должен был прикасаться к злополучному драгоценному камню. С помощью мастерка он был помещен в маленький сундучок и заперт на замок.

Они приплыли в Калькутту на корабле Колина «Сибарит». Это был своего рода долгий и безмятежный медовый месяц, когда ночами они ласкали друг друга и любовались звездами, а днем строили планы обновления Бетлсфилд-Парка.

С учетом денег, полученных Рейфом за отцовское поместье, а также вознаграждения компании за поимку убийцы дом и земли вокруг не только войдут в один из путеводителей мистера Биллингсворта, но также будут приносить немалый доход.

Луга и пастбища Рейф решил использовать для разведения лошадей.

Однако не все были в восторге от планов Рейфа и Ребекки обновить Бетлсфилд-Парк и поселиться в нем. Кокрейн наотрез отказался переехать из Лондона в Брамли-Холлоу, посчитав, что брак Рейфа свидетельствует о том, что эту деревню надо всячески избегать.

Поначалу леди Финч обрадовалась, что ее новыми соседями будут не нувориши из Индии, но затем эта радость сменилась смятением, когда она узнала, что полковник тоже будет жить там. На расстоянии пушечного выстрела от Финч-Мэнора. Она тут же велела лорду Финчу начать строительство большой фермы между владениями, чтобы ядра не могли долетать до их дома.

Теперь Ребекке оставалось лишь вернуть Кайлашский рубин. Рейф подбадривал ее, и она сделала еще один шаг вперед.

— Считай, что это урок стойкости, который ты сможешь описать в своем очередном романе о мисс Дарби.

После обручения леди Лусинды и лорда Барика леди Тоттли освободила Ребекку от обещания не публиковать новых романов. «Страшное искушение мисс Дарби» было опубликовано перед их отплытием в Индию.

Ребекка нахмурила брови.

— Мисс Дарби никогда не будет столь непрактичной. Рейф засмеялся, затем поцеловал ее в лоб.

— Что сказал принц Ранжит твоей героине в «Страшном искушении мисс Дарби»?

— Сущий вздор, я уверена в этом, — проговорила она, выдавив улыбку. — Деревни из всей округи прислали своих старейшин и представителей, чтобы зафиксировать это знаменательное событие. Возвращение рубина на место сулит им благоденствие и процветание.

— Миссис Данверс, — провозгласил главный хранитель храма, — вы дарите нам величайшее сокровище — Кайлашский рубин. За эту огромную жертву вы будете вознаграждены. И этих средств вам хватит до конца жизни.

— За твою силу воли, чистоту твоего сердца, за щедрость твоей любви я никогда не оставлю тебя в беде и буду тебе глубоко предан, — проговорил ей на ухо Рейф в тот самый момент, когда собравшиеся стали бурно выражать свой восторг.

Рейф подумал, что Ребекка, по обыкновению, фыркнет, но вместо этого она повернулась и бросилась к нему в объятия.

— Спасибо тебе за то, что ты помог мне это сделать! — сказала она. — Потому что мне стало казаться, что я потихоньку схожу с ума.

— Ты? — весело спросил он и стал целовать ее так жарко, что у нее затрепетало сердце, и ей снова показалось, что она сходит с ума, но уже по другой причине.