Когда они, покинув дом графини Марлоу, сели в карету, Райли тотчас же выхватила книгу из рук Мейсона.

— Не могу поверить, что ты это сделал.

— Надеюсь, ты не против, — сказал Мейсон. — Я думаю, ты должна быть польщена. Книга выдержала уже три издания, и четвертое тоже почти все распродано.

— Так много? — поразилась Райли.

Мейсон кивнул.

— А поскольку Фредди вложил массу денег в типографию, то я очень хорошо на этом заработал.

— Хорошо заработал? — Райли понравилось, как это прозвучало.

— Да, вполне достаточно, чтобы вернуть самые срочные долги. Миссис Пиндар была очень недовольна, когда я выкупил свои векселя. — Мейсон помолчал. — Понимаешь, я не мог прийти к тебе нищим. Ты так усердно трудилась, и то, что ты делала, заставило меня понять, что я вел себя хуже, чем мой отец или Фредди. А я должен был следовать заветам своих знаменитых предков и сделать что-то стоящее для того, чтобы восстановить наше состояние.

— Ты гордый глупый человек. Мне все равно — нищий ты или граф. Я только хочу не расставаться с тобою всю жизнь.

— Знаю, но я должен был это сделать — за все заплатить сам. Можно сказать, ты пристыдила меня.

— И ты, назвав меня Реджиной, продал эту приукрашенную историю моей жизни, — рассмеялась Райли. — Жаль, что я не додумалась до этого сама.

— Но это ты предложила написать эту историю, когда уезжала от меня.

Райли взяла его руки и не выпускала их.

— Меня не волнует, как ты написал, если это означает, что мы можем… — она больше не беспокоилась о приличиях, — означает, что мы навеки вместе.

— Ничего другого я и не хочу, — обнимая ее, заявил Мейсон. — И не хотел с того момента, когда впервые увидел тебя. А теперь у меня есть право предложить тебе свое сердце. — Он сумел в тесноте кареты опуститься перед ней на колено. — Райли Фонтейн, я люблю тебя всем сердцем. Будь моей женой.

— Да, — прошептала она, боясь громко произнести это слово и нарушить торжественность момента.

Он поцеловал ее, скрепив их договор.

— Мейсон, я никогда не искала денег, богатства или титулов — я хотела только тебя, — сказала она.

— Я это знаю и поэтому должен был принести тебе что-то, а не явиться с пустыми карманами.

Райли только покачала головой. Какое ей дело, почему он откладывал свое предложение? Ведь в конце концов он же сказал, что любит ее. Однако у них была причина для беспокойства, заставившая их поспешно вернуться домой.

— Как ты думаешь, что случилось с нашими девочками? — спросила Райли.

— И с кузиной Фелисити? — добавил Мейсон. — Сегодня утром она мне сказала, что лорд Чилтон пришлет за ними свою карету в половине десятого. Судя по тому, как кузина Фелисити настойчиво убеждала меня вывезти племянниц в этот сезон, можно подумать, что она позаботилась, чтобы этот бал стал их дебютом.

Карета подъехала к дому, все окна которого были ярко освещены. Мейсон выскочил из кареты и взбежал по ступеням. Райли не отставала от него. В холле на стуле сидел, закрыв лицо руками, расстроенный Белтон.

— И это в моем-то возрасте, — бормотал он. — Да никогда в жизни я не переживу такого позора!

— В чем дело? Что случилось? — спросил Мейсон дворецкого.

Белтон указал в сторону серебряного подноса, стоявшего на перилах балюстрады. На подносе лежали три запечатанные записки.

— Я не знаю, как это произошло, но вот все, что от них осталось.

Райли и Мейсон обменялись встревоженными взглядами. Мейсон взял одну из записок и увидел на восковой печати знакомый герб Дэландеров.

— Это от Дэла, — сказал ей Мейсон. Он сломал печать и развернул записку. — Я и представить себе не мог. — Мейсон остановился. — Просто не верю!

— Что такое? — Райли приподнялась на цыпочки и прочитала:

«Эшлин!

Прости, что сообщаю тебе таким образом, но я вынужден обойтись запиской. Трусость, конечно, но это единственное, что я могу сейчас сделать. Обещай мне, что не вызовешь меня на дуэль, потому что я ненавижу вставать на рассвете и предпочел бы оставаться в постели с женой, а не встречаться с тобой холодным утром на поляне. Да, друг мой, с женой. Я сбежал с твоей племянницей Беатрис. Мы направляемся в Шотландию, чтобы там укрыться от мести моей матушки. Не знаю, почему я не подумал об этом раньше, но Беа очень умная девушка и прекрасно играет в пикет, так что матушка будет счастлива. Но самое главное — я люблю ее, и, полагаю, уже давно. Я никогда не умел с первого раза находить правильный ответ».

На месте подписи было нацарапано только одно слово: «Дэл».

Райли и Мейсон, потрясенные, смотрели друг на друга.

— Ты знала об этом? — спросил Мейсон.

Райли заморгала и снова взглянула на записку, с трудом приходя в себя.

— Я знала, что Беа влюблена в виконта, но никогда не предполагала, что может произойти такое.

Сначала Луиза со своим дворянином, а теперь Беа и Дэл.

— Милорд, там есть еще, — сказал Белтон, в смятении тряся головой.

Мейсон взял вторую записку.

— А это от кого? — взглянула на печать Райли.

— Капитан Харди, — ответил Мейсон, вскрывая второе послание. — Но почему он оставил…

Райли, не дожидаясь, когда Мейсон окончит фразу, перегнулась через его плечо и прочитала:

«Эшлин!

Ты знаешь меня как практичного, хладнокровного человека, но я был таким, пока не влюбился в твою племянницу Маргарет. Любовь, а я подозреваю, ты скоро узнаешь об этом, заставляет человека делать то, на что он не считал себя способным, и вот я пишу эту записку, чтобы сообщить, что я увез твою племянницу в Шотландию, где женюсь на ней.

Я бы соблюдал все правила приличия и попросил ее руки как положено, но мой корабль отплывает в конце этой недели, поэтому я так спешу со свадьбой, чтобы Маргарет могла сопровождать меня к месту моего нового назначения, в Индию.

Таково же и ее желание, и я сожалею, если это может испортить наши отношения. Но будь спокоен, я всю жизнь буду почитать, защищать и любить твою племянницу всем сердцем.

Капитан Харди».

— Вот это да! — сказал Мейсон. — Я хочу сказать, что не имею никаких возражений против его женитьбы на Мэгги, но когда она могла познакомиться с Харди?

Райли пожала плечами. Некоторое время они перебирали разные обстоятельства, пока Райли не сообразила:

— Бог мой, бал у Ивертона. Они встретились у его дома на ступенях. Я подумала, что морской мундир — просто маскарадный костюм, а оказалось, что он действительно служит на флоте!

— И не сомневайся, что Харди помог Дэл, — заметил Мейсон. — Эти двое всегда вели себя как воры-заговорщики, когда мы вместе учились в школе, хотя я предполагал, Харди уже вырос для таких шуток.

Райли хихикнула.

— Что здесь смешного? — удивился Мейсон.

— Представь, если на корабль капитана нападут враги, он может подослать к ним Мэгги. Она одним неуклюжим движением потопит целый флот.

Мейсон рассмеялся.

— Я не могу осуждать ни его, ни Дэла. Если каждый нашел любимую женщину, я понимаю их желание не откладывать свадьбу ни на один день.

Райли положила руку ему на плечо и улыбнулась.

— Осталась еще одна, милорд, — напомнил Белтон.

— Так и есть, — согласился Мейсон. — Вероятно от Нортарда, с извинениями.

Но записка, как они вскоре обнаружили, была не от возлюбленного Луизы, а от лорда Чилтона.

— Ему-то какого черта надо? — произнес Мейсон, вскрывая печать.

«Эшлин!

Мне стало известно, что ваша кузина, моя дражайшая Фелисити, подвергается большой опасности. Поэтому я предпринял самые решительные меры, чтобы оградить ее от этого охотника за приданым, этого шарлатана Петтибоуна. Как вам известно, мы с Фелисити некоторое время находились в определенных отношениях, которые, как я полагал, через несколько лет приведут к нашему союзу. Я оказался вынужденным изменить свои намерения и сегодня увожу вашу кузину в Шотландию, чтобы немедленно жениться на ней. Я бы не действовал с такой поспешностью, если бы в этом не было необходимости, и надеюсь на вашу снисходительность. Будущее благосостояние и счастье Фелисити должно быть обеспечено, и я считаю, что лучше других сумею это сделать.

Чилтон».

Записка выпала из рук Мейсона и медленно опустилась на пол. Он молча смотрел на Райли, явно находясь в таком же шоке, как и она.

— Он увез ее? Лорд Чилтон? — Райли рассмеялась. — Потому что боялся, что Агги сбежит с ее деньгами? Что же он скажет, когда узнает, что у кузины Фелисити нет денег?

— Не имею представления, но это лучше, чем если бы он узнал, что Фелисити сбежала и вышла замуж за мистера Петтибоуна, — сказал Мейсон.

— Куда лучше, чем ты думаешь, — тихонько сказала Райли.

Но тут их обоих поразил Белтон:

— А почему вы думаете, милорд, что у леди Фелисити нет средств к существованию?

— Да потому, что у нее ничего нет, Белтон. Она живет в нашей семье все время с тех пор, как я ее знаю.

— Она жила здесь только потому, что не хотела жить одна в собственном доме.

— В собственном доме? — переспросил Мейсон.

— Да, сэр, — ответил Белтон. — В том, который она унаследовала после смерти своего мужа.

— Кузина Фелисити была замужем? — в один голос спросили Райли и Мейсон.

Белтон с удивлением воззрился на них:

— Конечно, за лордом Блэнденом, кузеном вашей матери. Когда он умер, по его завещанию лорд Чилтон стал опекуном ее имений, полученных в приданое, и ежегодного дохода с них, потому что лорд Блэнден не доверил заботу об интересах леди Фелисити вашему отцу. Кроме того, я сомневаюсь, что леди Фелисити знает истинные размеры своего состояния… что, вероятно, и к лучшему, принимая во внимание ее довольно… расточительную натуру. — Белтон снова посмотрел на них. — Я думал, что вы знаете.

Мейсон покачал головой:

— Конечно, нет. И все это время кузина Фелисити предпочитала жить с нами в нищете.

— Это ее дом, милорд, — сказал Белтон. — И я не удивлюсь, если она постарается убедить лорда Чилтона переехать сюда.

— Кажется, у нас теперь достаточно места, — засмеялся Мейсон, усаживаясь на ступеньку лестницы. — Полагаю, мне не придется писать новую книгу. Достаточно заставить кузину Фелисити вернуть деньги за счета ее модисток, которые я оплачивал.

Райли не смогла удержаться от вопроса:

— А какой же будет твоя вторая книга?

— Полный текст дневников Фредди Сент-Клера.

— Фредди вел дневники?

Мейсон кивнул:

— Я нашел их, когда искал писчую бумагу. Они, наверное, разойдутся быстрее, чем продолжение о тебе, которое я уже составил в черновиках.

Райли опустилась на ступеньку рядом с ним. Трудно было осмыслить все, что одновременно свалилось на них. Через несколько минут она спросила:

— Так что же произойдет в продолжении книги обо мне?

Мейсон улыбнулся:

— Может быть, тебе следует почитать ее.

— Лучше расскажи мне.

Мейсон встал и, подняв ее со ступеньки, обнял.

— Белтон, прикажи подать карету.

— Хорошо, милорд, а куда вы поедете?

— В Шотландию, — сказал Мейсон, глядя на Райли сияющими от любви глазами. — В скандале должны участвовать все Эшлины!