Прах. Лишь клинок Мураньи. Лишь размытый Закат над выцветшею стариною. Не мог я видеть этого бандита, Чья тень с закатом вновь передо мною. Палермо, невысокий той порою, Венчался канареечным порталом Тюрьмы. И по отчаянным кварталам Бродил клинок, пугающий игрою. Клинок. Лица уже за дымкой серой Как нет. И от наемника отваги, Который ей служил такою верой, Остались тень и беглый блеск навахи. Пятная мрамор, это начертанье Не троньте, времена: "Хуан Муранья".