Рику никак не мог встать, хотя ему помогали два борца, и Джек повернулся к даймё Като, сообщив:

— Последнее сражение обречено. Я победил.

— Нет, — заявил даймё Като. — Ты жульничал.

— Это тактика, — исправил Джек. — Вы сказали, что победитель определяется, не успеешь и глазом моргнуть. А Рику моргнул.

Даймё Като скривился в безмолвной ярости. Он вцепился в веер так крепко, словно хотел переломить его пополам. Судья подошел к нему.

— Гайдзин проиграл, — сообщил он. — Он был за линией старта.

— Я не был.

— Решение судьи окончательное, — заявил даймё с ухмылкой. Судья отвернулся от Джека и ушел.

Джек понял, что игра была ужасно жестокой, ведь даймё и не хотел, чтобы Джек мог выиграть. Джек взглянул на Акико, что оставалась узницей у ног ухмыляющегося даймё.

«Навеки связаны», — проговорил он ей одними губами и прыгнул на дохье.

Патруль самураев собрался вокруг поверженного борца, пытаясь вытащить своих раздавленных товарищей, никто не заметил волю Джека. Он спрыгнул на пол додзе и ударил по шее ближайшего самурая рукой-ножом. Мужчина упал, как марионетка, чьи нити обрезали. Джек ловко выхватил катану поверженного самурая.

Офицер патруля, поняв, что происходит, потянулся за своим мечом. Джек сбил его стремительным ударом локтем в челюсть. Он ткнул рукоятью катаны другого самурая, и тот упал, стукнувшись затылком. Пять других самураев пришли в себя и выхватили оружие. Джек напал на них, сбив одного из самураев на стонущего Рику, ударив другого мечом.

Как только Джек расправился с патрулем, Акико упала вперед, словно в поклоне, и лягнула стража за своей спиной. Самурай отлетел. Он приземлился на ягодицы и проехал по полированному полу. Вскочив на ноги, как кошка, Акико побежала к Джеку. Но путь ей преградили два борца сумо, что сражались до этого. Они шли с разных сторон к ней, решив раздавить ее телами, Акико подпрыгнула и, сделав сальто, ушла от атаки. Титаны столкнулись головами. Затрещали черепа, они упали грудами плоти на пол.

Джек яростно сражался, но ему приходилось сдерживать катаной четырех самураев, он был в опасности. Он отразил лезвие, летевшее к его груди, услышал свист рассекаемого воздуха сзади. Джек не успевал увернуться и с холодом ждал, когда лезвие вонзится в него. Но меч упал на пол, а враг издал сдавленный вопль, упав следом за своим оружием.

Акико ударила его, рухнув на его спину с воздуха. Подхватив его катану, она присоединилась к Джеку, атаковав оставшихся самураев. Ударом Осенний лист она обезоружила одного, второго ударила с разворота, попав пяткой по челюсти мужчины с хрустом.

— Какой план? — спросила она, когда Джек отбил атаку последнего самурая.

— План? — воскликнул Джек, отбрасывая врага. — Так далеко я не думал.

— Тогда нужно быстрее убираться отсюда.

Они побежали к массивным дверям. Джек оглянулся. Даймё, хоть и слегка встревожился, следил с радостью за их побегом, словно снова смотрел соревнование. Уверенность даймё удивила Джека, но к ним с Акико уже устремились слуги, что стояли у стен.

Джек и Акико пробивали себе путь, приближаясь к дверям. Нападали со всех сторон, но они справлялись с ними.

Оставалось добраться до дверей.

Словно гром, даймё Като хлопнул в ладоши. Шум эхом пронесся по залу, в который тут же ворвались слуги. Джек и Акико отступали, едва дыша.

— А меня не обманули, гайдзин. Ты впечатляешь, — сказал даймё Като. — Ты напоминаешь мне легенду о яростной лягушке. Смелость там, где она не поможет.

Он оглядел стонущие и отключившиеся тела в додзе.

— Моим людям стоит поучиться умениям у тебя, — отметил он с восторгом. — Но, как бы ты ни цеплялся за свободу, я не дам тебе сбежать.

Он ударил металлическим краем веера в бронзовый гонг, гул оглушил их. Двери распахнулись, додзе заполнили воины. Джек и Акико тут же оказались окружены направленными на них копьями.

Даймё с жалостью взглянул на Акико.

— Я же просил ничего не делать.