Саленто. Солнце. Зонт и лежак из проката. Песочный замок. Смех. Соль. Суп из мидий и маленьких белых ракушек.

Так я себе представлял второй день нашего путешествия.

Но из-за моей выдающейся способности ориентироваться по карте мы потерялись где-то в глубине Апулии. Я хотел отыскать монастырь, где продают сыр с травами, вкус которого мне никогда не забыть, хотя последний раз я был здесь пятнадцать лет назад. В итоге мы и без сыра, и без моря. Машина карабкается по горной тропе, а потом вдруг останавливается с хриплым обреченным рыком.

– Трансмиссия полетела, – ставит диагноз механик после того, как проводит полную диагностику.

– Можешь починить? – с надеждой спрашиваю я.

– Конечно.

– Слава богу.

– Только вот деталь надо заказать. Через две недели будет как новая.

– Две недели? Но мы путешествуем. Две недели мы ждать не можем.

– Ну что я могу сказать. Возьмите напрокат нормальную машину. При всем уважении, это – старая рухлядь.

Неприятно слышать, когда твоего верного друга называют рухлядью. Но ведь он прав: рухлядь есть рухлядь.

Я еду в Таранто, где беру на прокат «стейш-ваген» поновее, и возвращаюсь за семейством, застрявшим посреди пустоты. Мы останавливаемся в огромном отеле на берегу моря. На этот раз я выбирал со всей тщательностью, чтобы уже без сюрпризов. Дети отправляются спать пораньше. На завтра у меня большие планы.

– Что еще за планы? – спрашивает Паола.

– Хочу снять лодку, мы едем на рыбалку.

– Меня совершенно не прельщает мысль провести целый день в лодке. Через десять минут меня стошнит.

Я не спорю. Я знаю, что так оно и есть.

– Ну, давай не поедем.

– Да нет, все окей. Это твое путешествие. Я тут подожду. Почитаю, схожу на пляж. Я так давно не отдыхала.

«Твое путешествие» – довольно печальный прогноз. Как бы мне хотелось, чтобы оно стало «нашим». Я засыпаю. Мне снится, что я на корабле и вместе с капитаном Ахавом преследую белого кита.