6. Странные знакомства.

- И что ты ему ответила? спросил меня Анхельм, когда я пришла к нему жаловаться на свою печальную судьбу. Я посмотрела на него выразительным взглядом:

- Конечно "да". Он же принц, венценосная особа, и это было бы дипломатическим скандалом. Отказать принцу, к тому же без уважительной причины, это означает проявить неуважение ко всему монаршему роду, притом уважительной причиной можно назвать только смерть или заразную лихорадку. Если бы я могла бы сказать ему "нет", я бы сказала, но вот возможности мне никто не предоставил, - ядовито сказала я.

- Глупая ты, - укоризненно произнёс Анхельм. - Так и не потрудилась изучить традиции и нравы Алискана. Ты незамужняя молодая девица на выданье....

- Сам такой, - буркнула я. Некромаг предпочел сделать вид, что он не услышал моих слов.

- .... и по законам Алискана, вплоть до твоего замужества ответственность за тебя несёт твой опекун, в конкретном случае твой отец. Раньше бы тебя вообще без сопровождения опекуна или другого доверенного лица не пустили бы во дворец, но времена меняются, и правила сейчас приобрели необязательный характер, и на нарушение их смотрят сквозь пальцы. Но всё же ты вполне могла бы обратиться к ним и указать Князю, что просить разрешение о сопровождение на бал он должен был не у тебя, а у твоего отца, или деда к примеру....

- И даже если бы он смог связаться с отцом, что мало вероятно, то тот вполне мог бы ответить ему отказом, не опасаясь последствий, - я нахмурилась, и забарабанила пальцами по подлокотникам кресла. - Но теперь то что сожалеть, что сделано, то сделано. И всё равно - я не могу прочесть, что же стоит за его приглашением. Слишком открыто он проявляет ко мне интерес, я бы даже сказала демонстративно. Не так, как должен был, если он хотел использовать меня в своих интригах.

- Ты слишком много делаешь предположений, имея минимум информации. Это может быть опасно - исходя из неправильных предпосылок, ты будешь совершать непродуманные действия, которые могут привести тебя к поражению.

- Ты прав, - я устало потерла лицо руками, - как всегда. Следует хорошенько присмотреться к нему и к его свите, полагаю, бал сможет дать мне много в плане информации.

Я не стала засиживаться у Анхельма, и сославшись на усталость, отправилась к себе. Хотелось спать, но с этой проблемой можно было легко справиться, выпив одну из тех горьких и противных настоек, что я приобрела еще в Тайрани, и котороые отлично возвращали усталому телу бодрость. Увлекаться ими конечно не стоило, но сегодня я планировала весело провести ночь, и мне нужно было быть в наилучшей форме. Я собиралась отправиться на веселенькую прогулку за пределы дворцовых ворот, притом так, чтобы это осталось в секрете от всех остальных.

На скорую руку переодевшись в удобную, и самое главное, незаметную одежду, столь несоответствующую образу придворной леди, и расовав по карманам магические амулеты, я чуть было не забыла прихватить самую главную вещь, которой собиралась воспользоваться этой ночью - камешек, подаренный мне Стиком.

Пора было решить проблему, говорить о которой я не хотела даже с Анхельмом. Гармцы и так уже знали обо мне больше, чем должны, и я стала уязвимой, слишком беспомощной, и пора было исправить ситуацию. Я хотела знать о них как можно больше - о том, где они бывают, с кем общаются, и что предпринимают. А кто может знать об этом лучше, чем дух города? Договорись я с ним, и я бы смогла иметь самую свежую, и главное, достоверную информацию о том, что твориться в городе.

Накинув на плечи плащ, я выскользнула из коридора. Навесив легкий морок, скрывавший меня от чужих глаз, я лёгкой тенью проскользнула мимо стражника, стоявшего в холле у лестницы,и направилась к служебным помещениям. У парадного выхода, даже в самый поздний час ночи, всегда можно было наткнуться на стражников, и если одному человеку, к тому же не магу, было легко отвести глаза, то укрыться от нескольких людей было практически невозможно, не будучи магом иллюзий высшей ступени. Им я не была, поэтому надеется могла лишь на собственную интуицию, и способности мага-арэнаи. Служебный выход, через который обычно ходили слуги, был тоже охраняем, но нее столь тщательно, да и народу около него ходило обычно мало. Так сейчас, к примеру, стражник, который должен был бдительно следить за дверями, сладко посапывал на стуле, сложив усталую голову на скрещенные руки. Я улыбнулась, и легко дотронувшись до затылка молодого мужчины, отправила его в еще более крепкий сон, а затем сняв с него ключи, отперла дверной замок. Аккуратно повесив ключи обратно, я прикрыла за собой тяжелую деревянную дверь, и скользя между хозяйственных пристроек, направилась ко стене, кольцом опоясывающем замок. Вот что уж мне точно было не по зубам, так это главные ворота - магическая защита плюс отнюдь не дремлющая охрана были для меня непреодолимым препятствием, если я конечно не собиралась прорываться с боем. Я хмыкнула, в красках представив это, и реакцию, которая за эти последует. Было бы весело..... недолго правда, только до тез пор, пока бы меня не поймали. Поэтому я решила лезть через стену, высотой неполных пять метров. Легкая задача, если бы я умела левитировать, и сложная, но вполне выполнимая, если учитывать способности арэнаи.

Дойдя до стены, я не стала легкомысленно её покорять, а решила первоначально проверить на охранные заклинания. Они были точно у парадных ворот, но вот то, что маги Алистера могли разориться на дорогостоящую, сложную, и не слишком надежную систему магической защиты, к тому настолько обширную, что могла покрывать всю территорию замка, я сомневалась, но всё же проверить стоило. И оказалось одновременно права и неправа - алисканские маги не ставили никакой защиты, зато присутствовала едва ощутимый, неприятный холодок, заставляющий зябко поеживаться, и испуганно вглядываться в темноту, холодок, обычно сопровождающий некромагию. Оповещающие маячки, и я бы их даже не почувствовала, если бы не несколько уроков Анхельма, показавшего мне, как распознавать некромагию. Это было плохо - попробуй я просто пройти мимо них - и они бы подали сигнал своим хозяевам о том, что через стену перебрался маг, и указали бы место, а там было бы несложно догадаться о личности того мага, что так лихо перепрыгивает через стены. Уничтожь я маячки - всё бы закончилось тем же. Плохая новость.

Хорошая - маячки были настроены на мага. А значит, стоило мне блокировать свои магические силы, как я бы стала совершенно незаметна для гармской магии. И при мне оставалась моя трансформация, а значит, мне вполне было по силам пробраться сквозь стену, не используя магии. Просто чуть сложнее. Хотя если честно, совсем не "чуть". Но выбора не было. Я удрученно вздохнула, и уместившись пятой точкой на холодной земле, сконцентрировалась на собственных силах. Пять минут, адских минут, заполненных не самыми приятными ощущениями, и я блокировала свою магию, точнее - магия была блокирована от меня. Очень болезненно и неприятно - как будто бы ты внезапно ослеп и оглох, но не полностью, а лишь на половину. Теперь осталось только "включить" боевую трансформацию, и можно было идти дальше.

Я читала, что Изменение, способность к боевой трансформации, встречается только у людей, наделенных магическим даром, но независимо от него. Значит, в теории я вполне могла пользоваться трансформацией, не используя магию, другое дело, что на практике мне этим заниматься не приходилось, и сейчас я немного опасалась, получится ли у меня, или нет. Но всё прошло как по маслу, если не лучше - никогда еще мне трансформация не давалась так легко и просто. Как будто бы я измененная как раз и была настоящей, в отличии от себя "обычной". Я потянулась, и почувствовала себя кошкой, настолько вольно и хорошо я себя чувствовала. Кстати, о кошках.... я достала прикрепленные к поясу клинья, и вознеся молитвы Эфру, начала покорение стены. Стена была крепкая, с хорошо прилаженными к друг другу камнями, и скреплявшая их известь плохо поддавалась вбивающимся между камней клиньям , и если бы не ловкость, данная мне трансформацией, я не смогла бы подняться и на два метра. Когда я наконец-то оказалась на вершине, руки мои вполне ощутимо дрожали - вот тут то отсутствие магии дало о себе знать. "Дура - пробурчала я самой себе, - лучше в открытую через ворота поперлась. От слежки гораздо легче уйти, чем вот так вот.... по стенам сигать". Впрочем, обратного пути не было, и я подавив тяжелый вздох, начала спускаться вниз. Дойдя до половины стены, я спрыгнула, и мягко приземлившись на брусчатку, оглянулась по сторонам. Вроде бы никто ничего не заметил. Я быстро, насколько это возможно, сняла блок на магию, и достала камешек, данный мне Стиком. Что с ним делать, я не представляла совсем - я не чувствовала в нем привычной мне магии, и с трудом представляла, как с помощью него найти местного духа города. Ну что же, тогда просто прогуляемся, и будем надеяться, что городничий меня первым найдёт.

Первым меня нашел отнюдь не дух города, а местные уголовные элементы. Трое не слишком дружелюбно выглядевших алисканцев, явно решившихся подзаработать за счет случайного прохожего.

- Малец, ты случаем не потерялся? Может, тебя, эта.... проводить? - защерился ближайший ко мне, медленно ко мне приближаясь, опасаясь видимо спугнуть. В руках его блеснуло тусклое лезвие, отразившееся в свете далёких фонарей. Я попятилась - не то что я их боялась, но ввязываться в драку, оставляя за собой трупы, и привлекая внимание, мне совсем не хотелось.

- Не надо, добрые дяди, я как нибудь сам, - пропищала я, и резко развернувшись, опрометью кинулась прочь. Разбойники, поначалу воспринявшие мой побег с радостным улюлюканьем, через несколько секунд уже злобно ругались, поняв, что им меня не догнать. Оторвавшись на достаточное расстояние, я завернула в ближайшую подворотню, и затаилась. Через какое то время я услышала тяжелые шаги, и загнанное дыхание моих преследователей.

- Куда это мерзкий гаденыш делся? - спросил один из них.

- Дубина, это же девка была! Быстроногая какая, - пожаловался другой. - Ушла, чертовка. Ладно, пошли уже, что-то мне здесь не нравится.

Подождав, пока идиоты, ищущие лёгкой наживы, отойдут подальше, я неудержимо расхохоталась. Скажи мне кто-либо другой пару лет назад, что я буду улепётывать от алисканской шпаны, прячась в подворотне, и я бы восприняла его слова как глупую шутку.

- Совсем стыд потеряли, бандиты. И ты хороша - гуляешь по ночам, неприятностей на свою дурную голову ищешь.

Я вздрогнула. Я могла поклясться, что рядом со мной никого не было, все мои чувства говорили мне об этом, но старческий, шамкающий голос явно не был моей галлюцинацией. Я замерла, и осторожно оглянулась. Я находилась в подворотне, пустой и заброшенной, даже немногочисленные двери были крепко заколочены. На брусчатке было полно мусора, а в дальнем, тёмном углу, валялся неопрятный комок тряпья и хлама. Я осторожно приблизилась к нему - голос явно слышался оттуда.

Эй, там кто нибудь есть? - чувствовала я себя не очень уютно. Лёгкий холод прошелся по моей коже, а на затылке зашевелились волосы. Я еле удерживала себя от того, чтобы броситься прочь от этого странного места. Хлам зашевелился, и мое сердце на миг остановилось, но оттуда показалась всего лишь низкая, сгорбленная старческая фигура. Всего лишь нищая, но почему так страшно и жутко?

- Бабушка, вы меня испугали, - осторожно произнесла я.

- Хе-хе, - засмеялась старуха, - сама меня искала, а теперь боишься. Что надо, арэнаи? Уж я то для протеже Стика расстараюсь, уважу его. Камешек только отдай, нечего с ним человечке ходить, и как его только Истик тебе доверил....

Дух Алискана, так вот он какой, точнее, какая. Городничие могут выглядеть как угодно, но в духе Алискана явно преобладала женская сущность, об этом говорили мои чувства. Я послушно протянула ей камешек, данный Истиком, и он исчез из моей ладони.

-Госпожа... как мне вас называть?

- Ну уж не Истинным именем... Зови меня Кей.

- Госпожа Кей, благодарю вас за то, что вы встретились со мной, - я низко поклонилась. С такими существами, как Кей, нужно быть всегда максимально вежливым - они это любят. - Могу ли я обратиться к вам с просьбой.... которая конечно же будет оплачена?

- Вежливая и умная девочка, неудивительно что ты так понравилась Стику, - прошамкала старуха, довольно блеснув красными глазами. Было в ней что-то странное. Я не так уж часто видела Духов, но было в ней что-то, сильно отличающее её от других. Стик тоже мог выглядеть как нищий, но в нем всегда угадывалась сила, и ощущение могущества, почти безграничное, по крайней мере на своей территории. А Кей.... казалось, она была действительно стара и беспомощна, хотя духи не могут стареть и болеть. Что же с ней случилось? - Плохие времена со мной случились, внимательная ты моя. Что надо-то? Говори, а затем я назову тебе свою цену, и надейся, что она будет тебе по силам.

- Что мне нужно? - я задумчиво закусила губу. - Мне нужна информация о гармцах. Куда они ходят, с кем общаются, их слабые места, всё, что ты сможешь найти.

- Вот как? Не так уж сложно, - захихикала Кей. - Вижу, не мне одной эти живые мертвяки не по нраву. Я буду рада, если им кто хвост прижмет. Я даже платы с тебя не потребую... только расскажу тебе кое о чём, а уж что ты будешь делать с этим, твоё дело. Твой брат - здесь, Асет Орани, был прав. Вот только он здесь не совсем по своей воле.

- Эйнар... в плену? - сердце пропустило пару ударов.

- Можно сказать и так... Асет Орани обманул твоего брата, и теперь тот лишь безмолвная марионетка в его руках, материал для опытов.... Орани - Проклятый, ему не место на моих землях, в моем городе! - прошипела старуха. - Его присутствие убивает мой город, его магия выпивает мою жизнь. Он должен умереть, или уйти!

- Глава МИЦА, сигил, ваш враг? И он держит в плену моего брата? Даже если это так - мне не хватит ни сил, ни власти, чтобы суметь с ним что-то сделать. Слишком сильный маг, а в вашем городе я всего лишь не очень любимая гостья, госпожа Кей.

- Милая девочка, я не требую от тебя его убийства, - снисходительно сказала Кей. - Я просто тебя предупреждаю, так как верю, что ты в отличии от своего брата окажешься более умной, и не доверишься ему. Я помогу тебе с некромагами, а ты же... Попробуй вырвать город из паучих сетей этого Проклятого, а иначе вся власть, и этот город окажется в его руках. И тогда даже власть некромагов будет воспринята как спасение.

- Кто он, Асет Орани, Проклятый?

- Он пришел лет тридцать тому назад, и очень быстро прижился здесь. Алисканцы не любят чужаков, но он смог обмануть их, втереться в доверие. Год за годом он прибирал магическую братию к когтю, и десять лет назад организовал МИЦА. Стали пропадать люди, неиницированные маги. Мало кто знает об этом - кто знает, долго не живёт, остальные в доле. И еще... магия хаоса истощает мой город, выпивает из неё жизнь.

- Откуда он? Что такое эта магия сигил?

- Спроси об этом своего друга, некромага, притворяющегося женщиной. Он знает. Ты ведь не рассказывала ему о вашей встрече?

- Нет, - я нахмурилась. Анхельм знал, что я ходила в магический Совет, вот только о моей встрече с Ирбисом Като и Асетом Орани я не успела ему рассказать. И как оказалось, зря. - Орани как нибудь связан с гармцами?

Старуха покачала головой:

- Насколько я знаю, нет. Они встречались, да, и гармцы посчитали, что Проклятый не сможет стать их союзником, а значит, рано или поздно должен быть уничтожен. Но пока они не воспринимают друг друга как врагов. Но это пока - рано или поздно, они столкнуться, и обе стороны это понимают. Асет Орани поддерживает младшего сына Императора, сам же Император не доверяет сигилу, и ставит на некромагов.

- Отлично просто. Нет слов, - пробурчала я. Если Орани действительно связан с Лайсо Агатом, который вполне очевидно борется за власть, это означает, что мне придется опасаться не только гармцев, но и главу МИЦА. Надеяться, что некромаги и сигил просто уничтожат друг друга, конечно можно, но как говорят мне мои чувства, нас с принцесской это тоже затронет, уж слишком жена наследника кажется легкой добычей. Я обернулась к Кей, но та уже пропала, даже не попрощавшись. Я решила позвать её: - Госпожа Кей, когда вы со мной свяжетесь?

"Скоро. Как только найду для тебя что-нибудь интересненькое", шепнул мне ветер, и ощущение чужеродной силы окончательно пропало.

До замка я добралась без приключений, и проникнув внутрь тем же путем (благо что магический блок второй раз было легче ставить), я незаметно прошла в свои покои. Спать еще не хотелось. Было очень плохо, душу скребли кошки, в сердце проник глухой страх. Я чувствовала себя беспомощной, но опасалась я не за себя - неожиданно для меня новость о моем брате оказалось слишком болезненной. Я не питала к Эйнару родственных чувств, да и знала, какой опасной работой он занимается, и что на ней может случиться всё что угодно, но при мысли о том, что сейчас он находиться во власти Орани, мне становилось тошно. Я как никогда была готова просить помощь. Но слишком мало информации - о гармцах, о сигиле.... Обратись я за помощью к своим родным, и только подставлю их, и Анхельм вряд ли сможет мне помочь. Но рассказать ему об Асете Орани стоит - может он знает, кто же он, и чем он может быть опасен для моего брата. Разговор с Кей оказался удивительно плодотворным, даже слишком.

Я проснулась в обеденном часу, несколько минут лениво потягивалась и только затем встала. Настроения не было, желания что либо делать, тоже. Я только начала одеваться, как в дверь настойчиво постучали.

- Айрин Агнесса, вы не забыли о наших планах? - донеся из-за дверей пронзительный голос леди Дезире.

Я застегнула последнюю пуговицу, и распахнула дверь.

- Сегодня день покупок! - пропела она. - Пора обновить гардероб!

Как же я забыла о дне покупок! Лайсо Агат просил меня быть в красном наряде, но таких ярких цветов в моем гардеробе отродясь не водилось, поэтому, при полной поддержке Анхельма, точнее, его альтер-эго, леди Дезире, мы собирались пройтись по местным салонам одежды, в поисках чего-нибудь подходящего. Я не питала особых надежд, что мы найдем нужный наряд, но разве Анхельма переубедишь? "Это всё же столица, - убеждал он меня, - пусть и убогая. А значит, здесь есть всё, чтобы ублажить душу даже самого капризного аристократа. Ткани со всех концов света, роскошные наряды и аксессуары...." Мне оставалось только согласиться.

Анхельм вызнал у своих подружек адреса самых лучших салонов готовой одежды, и мы отправились покорять Алискан. Через три часа я была в окончательном отчаянии, и даже Анхельм несколько поник. Мы уже обошли три салона, но так и не нашли ничего подходящего - то, что нравилось мне, категорически отбраковывалось Анхельмом, то, что нравилось ему, вызывало ужас у меня. Мы устали, злились друг на друга, но всё же решили отправиться в последний салон. Я надувшись сидела на диване, Анхельм злобно рылся в ворохе одежды, принесенным нам стилистом, а хозяин пытался выслужиться, и угодить обоим благородным леди.

- Я же сказала красное, а не розовое, - раздраженно сказала я стилисту, пытавшемуся всучить мне очередной шедевр моды.

- Но у него же красные ленточки.... - пролепетал хозяин.

- Тем более! Мне не нужно розовое платье с красными ленточками.

- А это? - мне в лицо полетело красное платье, прицельно брошенное Анхельмом, но я успела перехватить его в воздухе, и злобно улыбнуться некромагу. Хозяин сначала ничего не понял, а потом побледнел, оценив, видимо, мою реакцию. Но я уже не обращала на него внимания, вертя в руках красное платье. Оно было алло- красным, и сшито по алисканской моде. Хм, вполне ничего.

- Я его примерю, - сказала я, направляясь в другую комнату. При помощи служанки я натянула его на себя, но стоило мне только взглянуть на себя в зеркало, как мое настроение еще больше испортилось, чем прежде. Алисканское платье было чудесно - с клинообразным глубоким вырезом, длинными рукавами, узким вышитом лифом, и многослойной, изящно-драпированной юбкой. И даже его цвет - холодный, но не пронзительный, а скорее тонкий, мягко переходящий от светло-красного до темно-алого выгодно оттенял мою светлую кожу. Вот только сидело оно на мне как на корове седло. Предназначенное явно для дамы более фигуристой и высокой, оно мешком скрывало мою фигуру, а подол волочился по полу, мешая нормально ходить.

- Не подходит, - крикнула я Анхельму, намереваясь снимать его.

- Подожди, дай я посмотрю, - он зашел, и несколько мгновений оценивающим взглядом глядел на меня. - А что? Неплохо, нужно только немного ушить его.

- Не думаю, что нам с платьем это поможет, - печально сказала я, и хозяин столь же грустно закивал головой. Дескать, мы вам тут помочь с этим не можем.

- А я думаю, мы вполне сможем его перешить. Я сам лично этим займусь. Мы его берём.

Если Анхельм что-то решил, переубедить его невозможно. Мы сидели в экипаже, и я сверлила его пристальным взглядом.

- И как ты его перешивать собрался?

- Ручками, ручками, - усмехнулась эта дылда. - Не беспокоитесь, айрин, я умею шить.

- Латать носки в походе это не то же самое, что нормально ушить бальное платье, Анхельм, - тихо прошипела ему я.

- А то я не знаю, - хмыкнул некромаг. - Ты не веришь в мои таланты? Я оскорблен....

Когда мы приехали, Анхельм не дав мне времени даже поужинать, потащил меня на снятие мерок, и вдосталь поглумившись надо мной, отпустил меня на тренировку, пообещав к моему приходу сделать из этого платья что-либо приличное.

На тренировке я наконец сумела немного прийти в себя и выпустив пар, хорошенько развлеклась в компании тех же гайдуков и протеже Лайсо Агата, Салмана Джудо, оказавшегося вполне приятным молодым человеком. Мы оба не удержались, и снова решили испытать друг друга в схватке - вот только удача в этот раз была на его стороне. Я нисколько не расстроенная проигрышем, восхищено смотрела на Салмана - такие бойцы были большой редкостью, тем более в столь молодом возрасте. Оставалось только понять, как такой отличный парень оказался в кампании "плохиша" Лайсо, а не его более честного и прямолинейного брата, Астарта. Как бы то ни было, тренировка прошла отлично, а мы с ребятами знатно повеселились. Да так, что нам не захотелось прощаться, и мы отправились в город, чтобы продолжить вечер за распитием алкогольных напитков. Эти ребята, гайдуки, напомнили мне тех воинов, с кем я проходила службу на границе, и я легко влезла в старую шкуру "своего парня", и стена отчуждения, висевшая до этого между нами, стала пропадать.

Я веселилась, смеялась, пила, флиртовала, и наконец то наслаждалась жизнью, освободившись от удушающих цепей придворных интриг. До тех пор, пока тихо сидевший рядом Салман осторожно не дотронулся до моего плеча, напоминая о себе. Я удивленно посмотрела на него.

- Айрин Эйнхери, час поздний, а вам завтра на бал, и лишний бокал вина не пойдет вам на пользу.

Мы давно перешли на "ты", и столь официальное обращение подчеркивало то,что он говорит сейчас не просто как Салман, а как подчиненный Лайсо, блюдущий его интересы. Я кивнула, и попрощавшись с другими, мы вышли на свежий воздух.

- Я провожу, - сказал Салман, и я согласно кивнула. Почему бы и нет? Сейчас у меня не было желания ни защищать свое право на одиночество, ни желания грубить этому человеку, просто исполнявшему свои обязанности. Мы не спеша шли мимо домов, в которых уже погасли окна, и наслаждались прохладой вечера и неторопливой беседой. Салман, в отличии от многих вояк, обладал еще отличным образованием и начитанностью. Его взгляд на жизнь отличался от моего, сказывалось разность воспитания и менталитета, но всё же не столь сильно, как у нас с Джаредом.

- Салман, можно тебя спросить?

- Конечно, - улыбнулся он мне. - Если я смогу тебе ответить, я отвечу.

- Это не личный вопрос. Просто... я впервые оказалась вне Тайрани, и до этого крайне редко общалась с иностранцами. Я смотрю на алисканцев, и понимаю, что несмотря на то, что ваши традиции и законы сильно отличаются от наших, я могу найти общий язык с тобой, с гайдуками, даже с придворными дамами. Вы другие, но вас можно понять. Но... гармцы, они же другие, совсем, чуждые как тайранцам, так и алисканцам. Я же вижу, как смотрят на них при дворе, как их недолюбливают и бояться. Разве не так?

- Так, - чуть нахмурившись, согласился Салман, внимательно глядя на меня.

- Но вы всё же заключили с ними союз, точнее, Император Рейн Агат.

- И вопрос, который ты хочешь спросить: "Почему? Почему они, а не мы?" Как ты понимаешь, я не могу сказать, какими причинами Император руководствовался на самом деле, но официальная версия такова - союз между Алисканом и Гармом был выгоден обоим. Для техномагии Гарма нужно много металла, а рудники самого Гарма отнюдь не вечны. Наши земли же богаты железными рудами, да и другими тоже, вот только уровень развития и экономическое положение Алискана не настолько хорошо, чтобы самостоятельно заниматься их разработкой. Вот так и получилось - мы им даем право на разработку наших рудников, они нам - свои технологии. И не надо опасаться своих ближайших соседей - Алискану совсем не хочется повторить судьбу Безымянных Пустошей, пытаясь противодействовать интересам Гарма.

- А брак Астарта с Элоизой, это попытка угодить засуетившемуся от такого союза Тайрани - дескать, "и вашим, и нашим"? - Салман согласно кивнул, и я задумчиво продолжала: - но ведь не все этим довольны. Князь Лайсо, например.

- Да, - чуть помедлив, сказал Салман, пожав плечами. - Это не большой секрет, многие знают, что младший Князь всегда считал, что союз с Гармом может ослабить наше государство, превратив его в колонию некромагов. Что они используют наши ресурсы, а как только они истощаться, они перестанут считаться с нами, и превратят нас в своих рабов.

- Видимо, раз Лайсо Агат об этом говорит, значит он может предложить другую альтернативу? - я пыталась подтолкнуть Салмана к интересующей меня теме, что при всей молодости и наивности Салмана было не так уж тяжело. Но в какой-то момент поняв, что он сболтнул лишнее, Салман замкнулся в себе, и с подозрением взглянул на меня. Ответив ему честным и наивным взглядом, я зацепилась за то, что скрывалось за глубинной его карих глаз, и потянулась к его мыслям. Всего лишь незаметное, легкое ментальное воздействие, и он станет чуть более откровенным, чуть больше станет доверять мне.... И действительно, Салман расслабился, и продолжил:

- Да, но не в плане техномагии, в этом сложно соперничать с Гармом, а в плане магии. МИЦА готов предложить реформы в магии, но Лайсо считает, что их можно использовать и для того, чтобы усилить нашу страну. Он представил свой проект Императору, но тот еще не дал ответ.

- И что за проект? - Я усилила давление, и слегка забеспокоившийся Салман снова успокоился. Мой голос был мягким и бархатным. Я знала, что нравлюсь Салману, что он испытывает ко мне влечение, и безжалостно этим пользовалась, одновременно воздействуя на него ментальной магией, и той силой, что досталась мне от матери. Совсем небольшое воздействие, никакой другой маг его даже не заметит.... - Ты знаешь, Салман?

- Да, но я не уверен, что об этом стоит рассказывать тебе, - голос его был хриплым и чуть неуверенным, но поймав мой просящий взгляд, он чуть поколебался, и поддался: - я не знаю всех подробностей, но Лайсо говорил, что....

Внезапно Салман замолчал, резко спал с лица, и захрипев, упал на колени. Его руки кинулись к шее, пытаясь избавиться от невидимой для меня петли.

- Салман, - вскрикнула я, и прикоснувшись к его вискам ладонями, попыталась ему помочь.

Что-то внутри убивало его, и я кажется понимала, что... Какой то бездушный подонок, очевидно Ирбис Като, поставил ему сильный ментальный блок на разум. Стоило ему заговорить ему на запрещенную тему, и ментальный блок включился, убивая Салмана, и удары сердца становились всё чаще и чаще... еще немного, и его сердце просто взорвется, не выдержав нагрузки. Я прильнула к нему всем телом, и попыталась проникнуть сквозь блок, но для этого нужно было полностью отпустить свой разум, произвести полное ментальное слияние.... Готова ли я так довериться ему, зная, что он тот, кто по другую сторону баррикад? Но это я подвела его к краю, заставив с помощью магии рассказать то, о чем ему было запрещено говорить, и я чувствовала свою вину. Да и труп на руках мне был сейчас не нужен - слишком подозрительно. И сделала позволила раствориться себе в нём, и растворила его в себе. И на какой-то момент перестала быть самой собой, проникая в его мысли, желания, личность, в его сущность, становясь им. Это было болезненно, и сладко. Меня заставило очнуться чувство страха, обуявшее то, что когда-то было Салманом Джудой, а теперь просто стало Нами, и я пришла в себя, сохранив легкое чувство раздвоенности. Я ласково прикоснулась к сознанию Джудо, успокаивая его, и одновременно выискивая ментальную заразу, живущую в его разуме. В этом плане ментальный блок был похож на белесого безглазого червяка, извивающегося и дырявящего разум Салмана склизкими отростками с шипами на конце. Я упорно приближалась к червю, отсекая от него опасные отростки и не позволяя им присосаться ко мне, окружая червяками прочными ментальными стенами. Еще немного - и я могла бы уничтожить его, но я не стала этого делать. Маг, который накладывал ментальный блок, сразу догадается о чужом воздействии.... а так, со стороны кажется, что всё в порядке, и червь на своем месте, вот только он не сможет причинить вред своему носителю. Еще несколько тягучих мгновений, и я наконец освобождаю разум Джудо от своего, испытывая непереносимое облегчение. Как хорошо быть просто собой....

Ко мне вернулось чувство реальности, и я поняла, насколько нелепо мы выглядим с Салманом - молодая парочка стоит на колени посередине улицы, тесно прижавшись друг к другу, и явно не обращает внимание на то, где они находятся. Я улыбнулась, и подняла взгляд на Салмана..... наткнувшись на ответный, полный ярости и злости взгляд. Ой.... кажется, меня будут немного убивать!

Салман схватил меня за шкирку, и затащив в ближайшую подворотню, приставил к моему горлу кинжал. Это произошло так быстро, что я не успела сориентироваться, и дать ему отпор, поэтому сейчас находилась в несколько непривычном для себя положении жертвы.

- Что. Это. Было? - сквозь зубы произнес Салман.

- Это было спасение твоей жизни, - просипела я.

- Ты проникла в мой разум, ты чуть меня не убила, ведьма!

- Тебя чуть не убил ментальный блок, а точнее маг, который его ставил! Да, признаюсь, в этом есть моя вина, что он активизировался, но я не хотела твоей смерти! Я ослабила его, и заперла, теперь он тебя не побеспокоит. Головой надо было думать, прежде чем рассказывать информацию, на которую тебе поставили блок!

- Какой блок?! - Салман уже не рычал, но явно всё еще раздумывал о том, стоит ли меня убивать.

- Ты хочешь сказать, что не знаешь? Что это сделали без твоего согласия? - я вытаращила глаза.

- Какой. Блок. Я спрашиваю! - Салман встряхнул меня, так что мои зубы клацнули друг от друга.

Мне надоело изображать из себя нашкодившего котенка, поэтому я резко, на выдохе ударила его по локтю руки, державшей нож, а затем по колену, и оттолкнула его от себя. Пока Салман приходил в себя, я отбежала на пару шагов, и начала быстро говорить, глотая слова:

- Значит ты не знал, что же, это всё объясняет. Как ты уже понял, я немножечко владею ментальной магией, иначе я бы не смогла спасти тебя. И когда мы говорили, я немного использовала её, чтобы ты мне рассказал о планах Лайсо, но ничего такого! Если бы ты не хотел мне об этом говорить, ты бы смог этому противостоять! Так-так, без рук! - я отпрыгнула от Салмана, тянущего свои руки к моему горлу, и заговорила еще быстрее. - Ну я же не знала, что на тебе ментальный блок, да еще смертельный! Видимо его поставил Ирбис Като, это мог быть только он. Чтобы ментальный маг мог оказать воздействие на человека, притом столь сильное и незаметное для самой жертвы, он должен быть с ним хорошо знаком, и пользоваться полным его доверием. Тебе никто не говорил, что о плане МИЦА не стоит рассказывать? Говорили? А что ты поплатишься за это жизнью, нет? Ну оно и видно...

Салман застыл, переваривая мои сумбурные слова, а затем резко развернувшись, направился в сторону замка. Я шла за ним на некотором расстоянии, опасаясь приблизиться ближе.

- Послушай, Салман, давай сохраним в тайне то, что я менталист? Я клянусь тебе своей Силой и Истинным именем, что никогда не буду применять к тебе ментальную магию против твоего желания, - я сама удивилась силе своей клятвы, но кажется, именно это позволило Салману прислушаться ко мне.

- Зачем мне это нужно? - не сбавляя шага и не глядя в мою сторону, спросил Джудо.

- Ну подумай сам, кому ты это расскажешь? Лайсо Агату? Человеку, который тебе не доверяет и совершенно не ценит, который не спросив тебя, приказал своему магу поставить на тебя ментальный блок? Ты мне конечно, ничего не должен, но стоит ли быть преданным тому, кто готов пожертвовать тобой?

- Поверь мне, я никогда не питал иллюзий по поводу Лайсо, - горько произнес Салман.

- Так почему же он, а не Астарт? Почему ты служишь ему?

- У меня нет выбора, айрин Эйнхери. Я зол на вас, но я не буду рассказывать об этом инциденте Князю Лайсо. Но и помогать вам я тоже не буду, если вы хотите узнать о планах МИЦА - попытайтесь узнать это у Князя... или у самого Императора, - усмехнулся Салман.

И ускорил шаг. Я не стала его преследовать. Ну что же, и то хорошо, моя тайна осталась со мной, и я смогла выведать что-то новенькое. И кажется, у меня появился потенциальный союзник, чтобы не думал на это счет упрямый Салман. Не думаю, что ему нравилось покровительство Лайсо, но по каким то причинам, он был вынужден служить ему - а неволя для таких людей, как Салман, хуже смерти. А значит, рано или поздно, он встанет на мою сторону.

Когда я вернулась к себе, час был настолько поздний, что идти к Анхельму для примерки платья было явно поздно. Поэтому я просто умылась и легла спать. Что же, если я завтра буду ужасно выглядеть... так этому Лайсо и надо, злорадно подумала я, и заснула.

Утро следующего дня наступило для меня привычно поздно. Голова болела - не столько от алкоголя, сколько от применения магии и боевой трансформации. Поэтому закинувшись обезболивающими, и полчаса проторчав в роскошной ванне, я вернулась обратно в постель, и задремала. Проснулась я в третьем часу, от привычных уже попыток Анхельма меня разбудить. Давно пора поменять замок и поставить новую защиту, а то что это такое - что ни утро, то та же длинноносая рожа, обильно обсыпанная пудрой.

- Что? - недовольно произнесла я, пытаясь прикрыться одеялом, и спрятать голову под подушкой.

- Вставай, ешь, и одевайся. Через три часа бал, а ты еще в постели.

Я подскочила. Платье! В панике я посмотрела на Анхельма, и тот довольно рассмеялся.

- Всё в порядке с твоим платьем. Ешь, и будем примерять и доводить до ума. Хотя я ждал тебя вчера, но видимо, твои дружки важнее,чем старая леди Дезире, - притворно вздохнул он. - Жду тебя через час у себя.

Он ушел, но уже через пять минут пришла служанка, видимо вызванная Анхельмом, принесшая мне завтрак. Точнее обед. Или уже ужин?

Шла к Анхельму я с настроением заключенного, идущего на казнь, ну не верила я, что он мог сделать с платьем что-нибудь приличное! Стоило мне зайти к Анхельму в комнату, как я тут же препровождена за ширму, и меня в ультимативной форме заставили переодеваться. Не глядя, я натянула на себя красное платье, и с помощью специально позванной служанки, затянула многочисленные ленточки и завязки, которых кстати, в первоначальном варианте не было.

- Ну как, оделась? - спросил меня Анхельм. - Выходи, посмотрим. Заодно и в зеркало посмотришься.

Я вышла, и неуверенно взглянула на Анхельма.

- И, что скажешь?

- Стой где стоишь!

Он накинул на зеркало покрывало с кровати, и только затем подвел меня к стулу, и усадил.

- Неужто так страшно? - нервно улыбнулась я.

- Потом посмотришь, когда я тебя полностью подготовлю. Немного косметики, хорошая прическа, и всё будет нормально, - "успокоил" он меня.

Еще час мучений, в течении которого он дергал меня за прядки волос, укладывая волосы, и покрикивал, когда я дергала головой, рефлекторно пытаясь уйти от пуховки, и мой макияж был окончательно готов.

- Готово! - он внимательно посмотрел на меня, а затем удовлетворенно кивнул головой. - Отлично. Даже жаль такую красоту миру показывать. Но чего-то не хватает.

- Драгоценностей. Посмотри в мешочке, что я принесла.

Я неподвижно сидела перед закрытым зеркалом, ожидая, пока они со служанкой решат, какие именно украшения мне подходят. Наконец выбрав наиболее на их взгляд "сносные", я была полностью была укомплектована, и мне наконец разрешили посмотреться в зеркало. Покрывало было торжественно сдернуто с зеркала, и я смогла наконец насладиться зрелищем себя самой.

Несколько секунд прошло в молчании. Когда секунда грозила перейти уже в минуту, камеристка нервно пискнула что-то вроде "вам нравится, айрин Эйнхери?"

- Нравится, - невозмутимо кивнула я. - Спасибо, вы можете быть свободны. Это не касается вас, леди Дезире!

Анхельм, питающийся удрать вслед за служанкой, удрученно плюхнулся на кровать, и подождав, пока камеристка уйдет, расстроенным голосом спросил меня:

- Тебе не понравилось, Агнесса? По-моему, очень красиво.

- Дело не в этом, Анхельм. Что ты хочешь добиться, представив меня высшему обществу в таком виде?

Я красноречиво обвела рукой вокруг себя, а затем взглянула в зеркало. И зрелище было не менее ошеломляющем, чем при первом взгляде.

Русые, слегка вьющиеся волосы, казалось, утратили всю яркость, которой они и прежде не славились, и превратились в поток расплавленного серебра. Серые глаза, подчеркнутые тёмными тенями, стали глубже, и как будто бы темнее, выделяясь на смертельно бледном лице, а губы, изогнутые в высокомерной и холодной улыбке были подчеркнуты матово-красной помадой. Это была я, и в то же время не я - слишком холодная, слишком загадочная, и как будто бы чужеродная, как те же некромаги. Я приблизилась к зеркалу, и коснулась своего отражения. Всегда считала, что пошла в Эйнхери, а сейчас, глядя в зеркало, я увидела, что я не меньше, если не больше, была похожа на свою мать. Нет, не чертами лица, по другому, это сходство было мало уловимым - может, высокомерной посадкой головы, взглядом, слишком спокойным и бесстрастным, бледной, почти бесцветной кожей, подчеркнутой сейчас красным шелком платья и сиянием сапфиров.

- Я хочу чтобы ты их околдовала, смутила, выбила из колеи, - довольно улыбнулся некромаг. - Посмотрим, насколько ты по зубам Лайсо, чтобы он от тебя не хотел. На его месте, я бы не стал связываться с такой ведьмой.

- Меня в последнее время слишком часто так называют, - вздохнуnbsp; - Ты проникла в мой разум, ты чуть меня не убила, ведьма! ла я, и тут же вспомнила, о чем я хотела с ним поговорить. - Анхельм, мне недавно намекнули, что ты можешь быть знаком с Асетом Орани.

- В первый раз слышу его имя, - пожал плечами некромаг.

- Он глава МИЦа, маг хаоса.

Расслабившийся на мягкой постели маг напрягся и сжался как пружина, как будто бы ожидая удара, но затем снова, усилием воли, успокоился.

- Сигил? Как он выглядел?- спросил Анхельм слишком безмятежно.

- Мальчишка лет восемнадцати, но сразу видно что ему не за одну сотню лет перевалило. Светлые волосы, голубые глаза, правильные черты лица, - попыталась вспомнить я все детали. - И да, у него немного заостренные уши, как у рыси. Забавный такой атавизм, эльфячий.

- Да, "забавный", - Анхельм устало закрыл глаза. - Я знаю его, Агнесса, только под другим именем. И это очень плохо, что он здесь, это сулит нам очень большие проблемы.

- Плохо? Почему? Чем он так прославился, этот маг? - осторожно спросила я, боясь спугнуть Анхельма своим любопытством.

- Я встречался с ним сорок лет тому назад. Тебе что-нибудь говорит словосочетание "переворот в Займире"?

- Конечно. Один из самых страшных и кровавых революций за всю историю. Княжество Займир, одно из самых влиятельных и крупнейших на юго-западе, за несколько дней практически полностью лишилось своей политической и военной верхушки, убитой заговорщиками. Затем были народные восстания, в результате которых к власти пришли какие-то безумные фанатики, уничтожившие чуть-ли не половину собственного народа. Там до сих пор говорят спокойно могут прирезать посредине дня только за то, что им не понравился твой разрез глаз или цвет волос. И что, он принимал в перевороте участие?

- Хуже. Он его организовал. И это был отнюдь не первый его опыт по организации массовой резни. Иногда мне кажется, что все те беспорядки, которые он устраивает то там, то здесь, являются чем-то вроде жертвоприношения жестоким и кровавым богам, а может и самому Хаосу. Интересно только, что он делает в Алискане? Это слишком крупная жертва для него, да и интерес, который питают некромаги к Алискану, может быть для сигила слишком опасным. Но поговорим об этом позже, и более подробно. Возможно, тебе придётся вернуться в Тайрани, уж слишком здесь становится опасно, а ты еще слишком неопытна, чтобы выжить во всех хитросплетениях замыслов сигила. Тем более, если ты обратила на себя его внимание, а ты это сделала, я уверен.

- Я не могу уехать, - тихо сказала я. - Точнее, не хочу. У него мой брат Эйнар, и я обязана его вытащить. А еще я отвечаю за Элоизу, и я обязана понять, что же замышляют некромаги против..... Тайрани.

- У него твой брат? Ты уверена?- я кивнула, и он кинул на меня взгляд, почти с жалостью. - Я разберусь. Мы разберемся. А теперь отправляйся к себе. Скоро у твоих дверей появится Лайсо Агат, и ты должна быть во всеоружии. И у меня.... есть о чем подумать.

Я вернулась к себе и села у окна, задумчиво вертя в руках острый ножичек, что я собиралась спрятать за корсажем узкого лифа. Что это за человек такой, Асет Орани, что он смог испугать всегда невозмутимого Анхельма? И почему так тревожно на душе, как будто этот вечер не сулит ничего хорошего?

В дверь постучали, и я постаравшись выкинуть из головы тревожные мысли, в последний раз посмотрела на моего странного двойника в зеркале, и спрятала ножик за корсаж. Открыв дверь, я надменно улыбнулась смотрящему на меня мужчине.

- Добрый вечер, Сиятельный Князь.

Глава 17. Бал.

Как много горящих очей,

Как много картонных мечей.

...И я сегодня так странно одет,

И я излучаю таинственный свет.

Не спрашивай, это зачем,

Это зачем...

Пикник. Бал.

Я не люблю балы и приёмы за их претенциозность, напыщенность, скучные разговоры, и лживые улыбки. Но стоит признать, что светские рауты всегда оставались отличным местом для сбора полезной информации и распространения выгодных для меня слухов и сплетен. Сегодняшний вечер мог бы быть прекрасным местом для знакомств, и придворных интриг, тем более что благодаря моему спутнику я имела возможность пообщаться с элитой империей, с теми людьми, что определяли политику государства -- министрами, банкирами, генералами и советниками, и одно это приводило меня в хорошее настроение. Если бы не одно обстоятельство. Моя обувь.

Изящные туфельки, подобранные в тон платью, чертовски натирали мне ноги, и были скорее похожи на пыточные устройства, чем на нормальную обувь. Когда я их выбирала, я более ориентировалась не на их удобство, а на высоту каблука, уж очень не хотелось выглядеть рядом с моим рослым спутником мелкой пигалицей, да и задирать голову, чтобы посмотреть принцу в глаза, казалось мне унизительным. И поплатилась за своё высокомерие в полной мере - уже дойдя до бальной залы, я успела трижды проклясть свой выбор и почти висела на принце, цепляясь за его локоть. Хотя судя по его довольному взгляду, он воспринял это в свою пользу, в чём я не стала его разубеждать.

Впрочем, я всё же была арэнаи, и собрав остатки своей воли, я сумела отвлечься от неприятных ощущений и сконцентрироваться на окружающей обстановке. А посмотреть было на что! От высоты потолка кружилась голова, а мощь внутренних колонн, стремящихся под самый небосвод, поражала воображение. С высоты лестницы, на которой мы стояли, люди казались почти муравьями. Казалось, сегодня в этом зале собралась половина империи, или по крайней мере вся её знать. В первые мгновения когда мы вошли, я потерялась в многоголосье шумной толпы, в ярких цветах нарядов и блеске драгоценных камней. Но стоило нам спуститься вниз, как безликая толпа обрела свои лица.

Дамы похожие на экзотичных птиц, и строго, почти по-военному одетые господа составляли удивительный, но привлекающий внимание контраст. Привлекали к себе внимание и иностранцы, прибывшие со всех краёв Ойкумены. Гармцы, одетые в свободные тёмные одежды, полностью скрывающими тело, с бесстрастными бледными лицами, казались ожившей фантазией сумасшедшего художника, помешавшегося на кладбищенской тематике. На фоне мрачных гармцев веселенькая расцветка праздничных нарядов ландкрахтцев, прибывших специально на праздник, казалась почти вызывающей. Плотненькие и низкорослые ландкрахцы, чем то похожие на добродушных гномов, были хорошими дипломатами и торговцами, но в моде они по видимому ничего не мыслили -- чего только стоили цветные перья, что они без меры нацепили на свои белобрысые волосы!

Были здесь и мои соотечественники, прибывшие в Алискан небольшой делегацией буквально сегодня утром. Лица были все знакомые, но достаточно неинтересные - всё больше политики и экономисты, и никто из них не служил в Тайной Канцелярии. Значит, прибыли действительно налаживать связи, а не как мы с Анхельмом, собирать секретную информацию и потихонечку шпионить, хотя вряд ли послы избавятся потом от отчета на стол Канцлера. Рядом с одним из моих земляков вертелась громоздкая и неуклюжая дама, в которой я еле узнала Анхельма. Я чуть не расхохоталась в голос, увидев нелепое платьице, в которое тот обрядился, и огромнейшую розовую шляпу, украшенную искусственными розами, почти полностью скрывающую лицо. Впрочем, я почти сразу же поняла причину еще более нелепого наряда, чем обычно -- здесь был и Асет Орани, а значит, Анхельму грозила опасность быть узнанным.

Мой взгляд заскользил дальше, и остановился на стоящем в сторонке салдорце. Его присутствие заставило меня несколько напрячься и насторожиться. Понимаю, что это глупо и несправедливо, но никак не могу отделаться от неприязни к этим детям пустыни. Отец, когда я была маленькая, пугал меня салдорскими чернокнижниками, которые забирают непослушных детишек, а я пугаться не люблю, поэтому начинаю яро ненавидеть то, чего боюсь. Но вот почему-то гармских некромагов я не ненавижу, и с Джаредом даже вроде нашла общий язык, а салдорцы всё равно кажутся все поголовно злобными черными магами, точащими зубы на Тайрани. Конечно, я понимала, что большинство населения Салдора никакого отношения к некромагии не имеет, да и вообще магами не славится, но вот незадача - именно этот салдорец оказался некромагом, правда, не очень сильным. Смуглый, с ястребиным носом и тёмными, внимательными глазами под тяжелыми веками, он казался мне почти отталкивающим в своих белых одеждах, драпирующих тело так, что в его складках можно было спрятать не только кинжал, но и чугунную пушку. И надо было случиться такой неприятности, что одним из первых, с кем меня познакомил Лайсо Агат, оказался именно салдорский гость. Насколько я поняла, он не был официальным представителем Салдора, и здесь был только проездом.

- Арон Коррит, - представился он, прижимая свои ладони к сердцу в приветственном жесте, и вежливо поклонился. Почтительный какой, даже придраться не к чему, так что я была вынуждена была быть не менее любезной.

- Пусть Небо и Земля будут к Вам благосклонны, а Ветер укажет вам путь, айрин Коррит - вспомнила я традиционное приветствие салдорцев. Салдорец улыбнулся, кажется, почти искренне. Вот только глаза его казались пустыми, и несколько равнодушными, чем-то напомнившими глаза моего брата. Но вот только чем?

Прошло уже почти три часа с начала бала, и казалось, полезным, но от этого не менее скучным знакомствам и замысловатым танцам не будет конца. Безумно болели ноги, да и общество Лайсо Агата начало меня утомлять, хотя оказался не столь ужасающим, как я полагала при первом нашем знакомстве. Ко мне принц обращался подчеркнуто внимательно и предупредительно, нежно заглядывал в глазки и аккуратно придерживал за локоток, видимо, чтобы я не сбежала. Чувствовала я себя то ли призом, выставленным на обозрение, то ли элементом наряда принца, дополняющим его образ, хотя стоит сказать, что смотрелись мы действительно неплохо - смуглый высокий алисканец в белоснежных строгих одеждах, и по сравнению с ним совсем бледная тайранка с тёмными омутами глаз и серебряной гривой волос. Но мне окончательно надоело как утомляющее внимание принца, так и назойливые комплименты его дружков, с коими мне пришлось танцевать, так что я выбрав подходящий момент и оказавших вне поля зрения Лайсо, позорно сбежала.

Выйдя из душной залы, я тут же стянула с ног тесные туфли, и пошла по прохладному мрамору босиком, отвечая на удивленные взгляды придворных самым что ни на есть равнодушным видом. Наплевать, что подумают, ноги важнее. Я шла по сумрачному коридору, увешанному портретами давно уже упокоившихся Агатов, пока не нашла полуоткрытую в дверь, ведущую в уютную комнату, служившую местом то ли для альковных встреч, то ли для неформальных переговоров. В комнате с приятными бежевыми обоями находился миниатюрный бар, пара кресел и уютный диванчик, а за развевающимися от ветра занавесками виднелся балкон, на котором, о чудо, располагалось небольшая кушетка. Налив в несколько пыльный бокал белого вина, и прихватив с книжной полки небольшой томик по военной истории Алискана, я удобно устроилась на балконной кушетке, благо что света фонарей и ярко горящих окон хватало, чтобы различать буквы.

Боюсь, что я несколько зачиталась, так что не сразу заметила, что в комнату кто-то вошел. Их было, судя по голосам, как минимум двое, и я почти сразу узнала их обладателей-- Асет Орани и Ирбис Като. Если честно, мне совсем не хотелось встречаться ни с тем, ни с другим, особенно после того, что я сделала с Салманом Джудо, поэтому я решила не привлекать к себе внимание, и почти полностью улёгшись на кушетку и прижавшись к её спинке, представила, что меня нет. Дети часто используют эту методику, воображая, что они становятся невидимыми, но это редко помогает, но я, слава Эфру, была не ребенком, а менталистом, так что моя тактика отлично сработала. Выглянувший на балкон один из магов не почувствовал моего присутствия, и уж тем более не стал заглядывать за кушетку, так что мое присутствие осталось незамеченным. Правда, мне не удалось подслушать беседу магов, не столь из-за закрытых дверей, сколько из-за заклятия Полога Тишины, что использовал Асет Орани. Разговаривали они недолго, но достаточно, чтобы мои бока затекли, поэтому когда наконец Полог был снят, я вздохнула с облегчением, правда очень-очень тихо, чтобы не быть услышанной. Но как оказалось, всё же недостаточно тихо.

Орани попрощался с менталистом, и тот ушел, но сам сигил как будто бы и не собирался уходить, бродя по комнате, чем-то громыхая и звеня. Я начала терять терпение, да и конечности основательно затекли, поэтому когда Орани наконец вышел на балкон, я была почти ему рада, но совершенно не готова, так что вместо того, чтобы вскочить, и приготовится на всякий случай к защите, я позорным образом упала ему под ноги.

- В общем то, следовало ожидать, - несколько укоризненно сказал маг хаоса. - Но для боевого мага ты могла бы быть и потише.

- Я ничего не слышала! - панически пробормотала я. Я уже поняла, что он не собирается немедленно меня убивать, но после рассказанного духом города, я несколько опасалась сигила.

- Это я понял, - почти ласково сказал Орани, - всё же ставить Полог Тишины я умею. Но не советую тебе в следующий раз повторять свою шутку.

Я собиралась ответить ему, когда услышала за входной дверью звук шагов. И судя по настороженному взгляду Асета Орани, в этот раз гостей он не ждал.

- Сиди здесь, - сказал он мне и слегка подтолкнул к кушетке. Я плюхнулась обратно, и проводила удивленным взглядом внезапно напрягшегося Орани. Что-то было не так.

Я сидела так, что входная дверь была почти не видна, поэтому о начале событий могу только догадываться, мысленно его реконструируя. Открылась дверь, и на пороге замер силуэт, как я позже поняла, салдорца. Быстрой тенью он кинулся к сигилу, настолько молниеносно, что даже мой натренированный глаз арэнаи не смог уловить начало движения. Асет вскинул руки, вокруг которых засветился мертвенно-бледный свет, но так и не успел завершить заклинание и был отброшен салдорцем к стене с такой силой, что я услышала, как хрустнули кости сигила, а воздух со свистом вырвался из его легких. Я вскочила с кушетки и рванулась в комнату, не успевая впрочем ни включить трансформацию, ни вытащить кинжал. Картина, что предстала передо мной, была действительно презанятной -- по стеночке сползал Асет Орани, весь в крови, а напротив него стоял явно не-мирно настроенный салдорец. О его несколько агрессивных намерениях свидетельствовала тонкая удавка в руках, которую, он не долго думая, применил по назначению, затянув её вокруг шеи сигила. Тот захрипел и забился, пытаясь скинуть с себя удавку, но салдорец знал свое дело. И тут я несколько не вовремя поняла, чем же именно Арон Каррит напоминает мне моего брата -- они оба были профессиональными убийцами, теми, кто зарабатывал на чужих смертях, и давно потерял им счет. Боевые маги умеют убивать, но не делают это своей целью, а профессию наемного убийцы считают презренной и не достойной арэнаи. Именно профессия моего брата послужила главной причиной того, что его лишили права претендовать на наследство и власть -- в нём слишком сильно жила страсть к убийству, это был его талант, призвание, на поводу которого он и пошел, выбрав столь странную стезю. И в салдорце я увидела то же самое -- готовность убивать не задумываясь.

Впрочем, и для меня закончилось время на размышления, так как салдорец меня заметил. Он отвлекся на мою персону и ослабил удавку, позволив почти задохнувшемуся Орани глотнуть воздуха, а в меня в тот же миг полетело некромагическое заклинание. Отбив заклятие магическим щитом, поставленным в последнюю секунду, я лихорадочным движением встряхнула руки, и с кончиков пальцев в сторону некромага полетел с десяток серебристых лезвий. Хорошее заклинание -- точное, быстрое, и, как многие боевые заклинания, совершенно убийственное. Миг -- и салдорец был нашпигован лезвиями как молочный поросенок персиками, или чем их в этом безумном Алискане набивают. Как бы то ни было, салдорец был безвозвратно мертв.

Наблюдая, как тают в ранах салдорца серебристые лезвия, вызванные моей магией, я несколько отстранено думала о том, что мне наконец удалось применить это заклинание на практике. Я была не слишком опытным боевым магом, и мне не так уж часто приходилось собственноручно убивать людей. Даже за дюжину не перевалило, а ведь именно с дюжины убитых врагов, как говорят, человеческую смерть начинаешь воспринимать как рутину. Но судя по всему, мне было до этого далеко -- чувствовала я себя более чем мерзко. Конечно, он первый на меня напал, но ведь я явно вмешалась не в свое дело.... Ну кому было бы плохо, если бы салдорец убил мага хаоса? Явно не мне -- будь бы сигил сейчас мертв, одной проблемой для меня было бы меньше. Асет Орани, судя по всему, тот еще подлец, и наверняка салдорцу было за что ему мстить. Да, видимо слишком рано я отключила голову, последовав своему инстинкту телохранителя, не стоило мне спасть мне Орани, совсем не стоило. И еще - убивая салдорского гостя, оказавшегося наёмным убийцей, я совсем забыла о собственном шатком положении. Как бы этот инцидент не бросил тень на Тайрани....

Асет, держась рукой за стенку, осторожно встал. Выглядел он, если честно, несколько помято. Ну, даже у тысячелетних магов могут быть плохие дни.

- Вы ранены? У вас на лице кровь, - равнодушно спросила я.

- Ничего страшного, обычное кровотечение из носа. А вот шея и рёбра несколько болят, - ответил маг. Он подошел к трупу и перевернул его ногой. - А это что за проклятое отродье пустыни?

- Арон Коррит. Вы с ним не знакомы?

- Первый раз вижу.

- И с салдорцами у вас никаких стычек или разногласий не было? Они не так уж часто отправляют на дело своих сектантов-душителей, а этот к тому же еще и некромаг. Заказчики убийства дорого ценят вашу жизнь, или точнее, возможность от вас избавиться.

- Я многим перешел дорогу, - приятно улыбнулся сигил, - но вот конкретно в чём я провинился перед салдорцами, я не знаю. Но это уже не важно, а вот что делать с трупом, гораздо более актуальный вопрос.

- Ну не прятать же его, - я тяжело вздохнула. - Тут столько крови натекло, и за год не отмоешь. По любому найдут.

- К сожалению, я не могу взять ответственность за его убийство на себя, но могу подтвердить, что вы действовали, защищая мою и свою жизнь. Полагаю, даже служба безопасности Алискана не найдёт к чему придраться.

- Не стоит на это полагаться, - мрачно произнесла я. Я не стала говорить вслух, но я думаю, Орани и сам это отлично понимал - захоти использовать кто-нибудь этот инцидент против меня, и конец придёт не только моей репутации. Не на тех я правах, чтобы безнаказанно убивать гостя - пусть даже спасая жизнь главы МИЦа. А уж то, что салдорец принадлежал к секте душителей, вполне могли просто опустить в суде.

Орани хотел сказать что-то еще, когда мы услышали шум в коридоре. В этот раз Асет действовал моментально - его руки окутало облачко тёмного тумана заклинания, которого я не могла распознать, а я же скрылась за книжным стеллажом, принимая частичную трансформацию, и сжимая в руке узкий стилет. Если это еще один убийца....

- Айри Эйнхери? - услышала я мужской голос. Салман Джудо. А он что здесь забыл?!

Я высунула голову из-за шкафа и увидела презанятную картинку - растерянный Салман, сжимавший в руках швабру, с ужасом и какой-то обреченной отвагой глядел на окровавленного Асета и труп салдорца в его ногах. Асет же, несколько расслабившийся, готов был откровенно заржать при виде швабры, которую воин сжимал как последнее свое спасение.

- Салман?! Какого.... ты тут делаешь? - Я тут же подошла к Салману, и встав между ним и сигилом, вытащила из рук воина это, хм, убийственное оружие.

- Тебя искал, - хрипло сказал воин, - Лайсо Астарт тебя потерял, и отправил меня на твои поиски. Что у вас тут происходит? Что это за труп?!

- Арон Коррит, - еще раз представила я труп, как будто он был еще жив, - наш салдорский гость и по совместительству профессиональный убийца. Он напал на айрина Орани и меня, и мне пришлось.... пришлось защищаться. Салман, можно тебя спросить?

- Ну?

- Зачем тебе швабра?

Салман покраснел и несколько замялся. Забавный он - взрослый вроде дяденька, один из лучших бойцов в своей Империи, а иногда ведет себя как мальчишка. Странный он какой-то сегодня, или мне так кажется? Да нет, вроде и Орани заметил, коситься на Салмана, и брови хмурит. Чем-то поведение Салмана ему не нравится.

- Так я же с бала. А там оружие могут иметь только члены императорской семьи, да и охрана. Искал тебя, услышал какой-то странный шум, и схватил первое, что на глаза попалась. Не с голыми же руками идти.

- Это да, со шваброй то намного сподручнее, - издевательски тянет сигил, и воин в ярости сжимает кулаки, а скулы его бледнеют и заостряются. Нервный он сегодня.

- Салман.... - переключаю я его внимание на себя, - ты ведь наверняка знаешь процедуру расследования? Скажи, меня арестуют? Может мне стоит зайти, переодеться во что-нибудь более тёплое, если мне предстоит сидеть в холодных застенках?

Я пытаюсь шутить, но получается у меня уж слишком натужно. Не привыкла я иметь дело с такими последствиями в виде трупа, и сейчас нахожусь в полной растерянности. Салман замечает это, и усаживая меня в кресло, наливает мне крепкой настойки.

- Успокоилась? - спрашивает он меня, присаживаясь на корточки рядом со мной. Я не хочу ему врать, поэтому просто киваю головой. - О трупе не беспокойся, я возьму его на себя. Скажу, что я его убил, при попытке нападения на Асета Орани - мне поверят, даже не станут проверять.

- А с десяток резаных ран на теле? - холодно спрашивает Орани. - Это ты тоже сможешь объяснить?

- Я же сказал, я обладаю достаточным авторитетом, чтобы мои слова не подвергались сомнению, каким бы странным не казался способ убийства, - не менее холодно отвечает ему Салман. Зря конечно, Салман не в том положении, чтобы ссориться с Орани.

- Зачем тебе это нужно, Салман? - задает Асет мучавший меня вопрос.

- Разве я не сделаю приятное своему господину, если не помогу его спутнице с маленькой неприятностью?

- Раньше ты не отличался столь сильной преданностью и предусмотрительностью.

Салман жмет плечами, и ничего не отвечает. Странно, я думала, Салман на меня обиделся - весь вечер избегал, да и взгляды бросал не самые дружелюбные, а сейчас защищает и заботиться. Интересно, зачем ему покрывать меня?

- Агнесса, - говорит он мне, - тебе нужно вернуться на бал. Лайсо ищет тебя, и лучше не сердить его понапрасну. А я тут всё уберу. Да и айрину Орани нужна помощь.

- Помощь мне не нужна, - возражает сигил, - но вот поговорить нам с тобой совсем не помешает. Айри Эйнхери, вам действительно стоит вернуться обратно. А мы тут с уважаемым Джудо приберемся.

У меня нет ни сил, ни желания возражать, поэтому я, попрощавшись с магом и Салманом, надеваю на избитые ноги злополучные туфли, из-за которых я попала в эту злосчастную ситуацию, и ковыляю на бал. Уже у самого входа на бал я замечаю, что подол сбоку слегка забрызган кровью, но нет времени хоть что-то исправить, и остается надеяться, что на красном плате это останется незаметно.

- Где вы были? - то ли шепчет, то ли шипит мне Лайсо Агат.

- Я.....

- Впрочем, не время для объяснений. Нас хочет видеть Император.

Он почти тащит меня за руку, и я послушно за ним семеню -- воля Императора не то, что мне хотелось бы нарушать. К трону мы прибываем чуть запыхавшимися, но сюда по недовольному лицу Рейна Агата, всё же недостаточно быстро. Рядом с Императором уже сидят Астарт и Элоиза. Хм, если у них здесь семейные посиделки, то мое присутствие здесь явно лишнее. Правда, личико принцесски совсем грустное, да и Астарт выглядит несколько подавленно. Хотя Рейн сам по себе очень подавляющий, так что ничего удивительного.

- Лайсо, наконец ты нашел свою леди!- несколько раздраженно говорит Рейн сыну, а затем, чуть мягче, мне: - Айри, вы заставили нас ждать, но надеюсь, это того стоило. Мы с Элоизой говорили о Тайрани, многие традиции вашей страны показались мне интересными, но совершенно непонятными. Мне показалось, что ваш взгляд сможет многое для меня прояснить.

- Почему же именно мой? - искренне удивляюсь я.

- О, айри, между нами гораздо больше сходства, чем вы полагаете, - несколько снисходительно говорит Император. - Вы знаете, что я прочел практически все книги, посвященные вкладу военачальников Эйнхери в военную историю. Лайтар, Гардо, Биарзак, Рорик Эйнхери... вам действительно стоит гордиться своими предками. Современная карта мира выглядит именно так, как сейчас, именно благодаря вашему роду. Никакая по настоящему добрая война не проходила без того, чтобы в нём не засветились золотоволосые арэнаи.

Нашел чем восхищаться. Ну да, Эйнхери в любой бочке затычка и всегда суют свой нос куда не следует, за что не раз были биты, притом совершенно справедливо. Да и те имена, которые он назвал, и среди которых было имя моего любимого деда.... конечно, они лучшие из лучших, но ведь практически каждый из-них был тем еще психом! Лайтар Эйнхери, к примеру, силой в двести человек, из которых арэнаи то было всего трое, сто двадцать дней удерживал пограничную крепость, ожидая подмоги, а узнав, что она не придет, и его людей просто кинули, разозлился, и открыв изнутри ворота, просто напросто уничтожил нападавших в одном ударе. Замок, кстати, тоже несколько покорежило, но зато в той войне наступил коренной перелом. Другой мой предок, Биазак, приходившийся мне вроде троюродным пра-прадедушкой, был истинным гением войны, но уж слишком кровожадным. Так, в дни своей молодости, он участвовал в подавлении восстания в одном маленьком княжестве, начавшимся из-за слухов о том, что наследник княжества, дескать, ненастоящий, а истинный правитель, предсказанный в пророчестве, уже родился среди сервов. Народ волновался, многочисленные истерики, пророки и мошенники начали выдвигать претендентов на трон, совсем еще младенцев, и государство находилось на грани смуты. Местный князек заплатил наемным войскам, которым, на горе тому княжеству, управлял Биазак. Первый год он искренне пытался помочь наладить порядок, но не успевал он погасить одно восстание, как тут же вспыхивало новое, инициированное появлением нового "наследника". Тогда он решил действовать превентивно, физически устранив младенцев, имеющих признаки, описанные в пророчестве. Их оказалось не так уж много, безвинных жертв - чуть менее тысячи детей, убитых во имя всеобщего блага и спокойствия. Но вполне достаточно, чтобы Биазак получил прозвище Кровавый, а его именем пугали детишек этого княжества и по сей день. К слову сказать, Биазак позже совершенно спятил, и начал представлять опасность уже для всех, и не один маг полег, пытаясь его остановить. Но это уже совсем другая история, а вот военачальником он был действительно хорошим.

Впрочем, дело не в моих славных предках. Беспокоит другое: я уверена, что Канцлер Нортон знал об увлечении Рэйна Агата военной историей и интересу к моему роду, и решил использовать этот фактор. Но не сказал мне, и тем самым поставил меня в неудобное положение.

- Мой дед был бы очень польщен, если бы знал, что Император Алискана ставит его так высоко, - говорю я.

- Его военные таланты великолепны. Как жаль, что после войны Тайрани и Салдора ему негде их применить.

Ну, великое дело по уничтожению салдорцев сегодня продолжила его обожаемая внучка, только вот вряд ли бы Рейн обрадовался, узнав об этом.

- Вы сожалеете о том, что сейчас нет войн? - со скрытым возмущением спрашивает Элиза. Впрочем, плохо скрытым, раз я его заметила.

- Ну, иногда и война бывает необходима, - говорит Император улыбаясь, только глаза у него серьезные и холодные. - А вы как считаете, айри Эйнхери?

- Иногда, - я задумчиво киваю головой. - Когда выгоды от неё может быть больше, чем возможный ущерб. Война это еще одно средство для достижения своих целей, нередко более политически и экономически оправданное, чем любые другие средства. Притом цели, чтобы не думали идеалисты, глупо гибнущие на баррикадах, не отличаются особой возвышенностью -- борьба за территорию, ресурсы, власть, но никак ни ради мира или справедливости.

- Прагматичный подход, - с ноткой осуждения говорит Астарт. Ему, понятное дело, более близка концепция "священной войны".

- Неудивительно, - лукаво щурится Лайсо, - ведь для арэнаи война это самый лучший способ заработать и прославиться. Весьма профессиональное отношение.

- Одобряешь? - огрызается Астарт. Между двумя князьями явно проскакивает искра напряжения и соперничества. Что-то происходит, но я слишком плохо знаю подоплеку их противостояния, чтобы разобраться в этом.

- Мне кажется, твоя жена несколько притомилась, слушая наши разговоры. Не сходить ли вам потанцевать? - прерывает обмен взглядами своих сыновей Рейн, обращаясь к Астарту. Достаточно грубо, почти на грани оскорбления, но Астарту ничего не остается, как подхватив под руку свою жену, удалится. Мы остаемся втроём. Как ни в чем ни бывало Император продолжает: - Удивляет меня другое. Я знаю, что боевых магов нередко считают беспринциными наёмниками за то, что они считают себя вольными от любых вассальных отношений, и не признают себя подданными ни одной страны. И властям приходиться с этим смириться, если они хотят пользоваться услугами боевых магов и впредь. Так было издревле принято у всех кланов боевых магов, но менялись времена, и даже арэнаи приходилось подстраиваться, вставая под флаги более сильных. Но это не касалось Семьи Эйнхери.

- Это действительно так, - подтверждаю я. Мне стало неуютно -- я кажется знаю, к чему ведёт этот разговор, но до последнего хочется верить в обратное.

- Эйнхери живут уже несколько веков на территории Империи Тайрани. И положение вашей Семьи на сегодняшний день весьма шатко -- вы уже не можете оставаться столь независимыми как раньше. Всё больше и больше боевых магов выбирают государственную службу, и всё больше и больше от неё зависят. Ведь вы, тоже служите императорской семье, айри?

- Это моя работа, - соглашаюсь. "И мне очень хочется знать, сколь много ты о ней знаешь".

- Император Майстер не слишком то ценит лучших своих людей, - Император сцепляет руки в замок и пристально смотрит на меня. - Мне кажется, ваша семья найдёт гораздо более весомою поддержку и признательность в Алискане, притом не в ущерб своей независимости и чести. Тем более что вы сами, прекрасная айри, похоже уже завоевали сердце моего младшего сына. Я был бы не прочь породниться со славным родом Эйнхери, не уступающим лучшим аристократическим родам.

Мне хочется в панике вскочить и бежать из зала, или же накинуться на Лайсо с обличительной речью, но я не делаю ни того, ни другого. То что предлагает Император Рейн, чудовищно. Маги всегда старались держаться подальше от власти, и избегали, если и вовсе не ставили под запрет, возможность заключения политических браков. Король-колдун -- мечта одних, и потаенный страх других, но даже простая приближенность одного из влиятельных магических Семей к членам правящей династии может быть опасна -- слишком сложно и тем и другим избежать злоупотребление властью. И Император Майстер и мой дед это знали, всегда сохраняя дистанцию, а Рейн.... Он в открытую предлагает не только сменить нанимателя, но и поменять статус моей Семьи -- стать столь близкими к власти, насколько это может быть.

- Не думаю, что это возможно.... - начинаю я, но Император взмахом руки прерывает меня.

- Ничего не говорите, просто подумайте над моими словами. Сейчас очень сложное время, вы же знаете, очень небезопасное, для многих и многих. А положение Тайрани, по последним известным мне новостям, достаточно ненадёжно, взять хотя бы эти покушения на власть, что происходили в Истике. Тайрани сейчас не самое безопасное место, даже для Эйнхери, ведь есть силы, с которыми даже арэнаи не могут справиться, - тихо говорит Рейн Агат, и мне становится страшно, потому что я понимаю, что это не угроза. Рейн действительно знает что-то, чего не знаю я, и что может привести Тайрани к гибели. А моей Семье он значит, предлагает свое покровительство, и возможность вовремя унести ноги.... от чего? Неужели от войны с Гармом, который закончится для Тайрани катастрофой?

- Я не хочу на вас давить, или тем более пугать вас -- подумайте, приглядитесь, поговорите с дедом, и только после этого решайте. И независимо от решения Рорика Эйнхери, знайте, айри,что я всё равно был бы рад видеть вас членом своей семьи.

Потом, как ни в чем не бывало, как будто не было этих страшных, опасных слов, Император переводит беседу в светское русло, а затем сославшись на усталость, отсылает нас. Я стою у банкетного стола, сжимая в руках бокал, и чувствую себя совершенно больной. Ну и что это было? Притащили, показали, как интересную зверюшку, а потом по головке погладили и отпустили. Хотя судя по всему ненадолго и недалеко.

Ловлю на себе изучающий взгляд Лайсо Агата, и не скрывая своей ярости, открыто гляжу ему в глаза.

- Извольте объясниться, Князь. Почему Государь думает о том, что нас с вами могут связывать личные и даже романтические отношения? Разве я давала для этого какой-нибудь повод?

- А разве это не так? - Притворно томно спрашивает Лайсо. - Разве я не ясно показал вам, нисколько вы меня интересуете?

- Видимо, недостаточно сильно, или я такая непонятливая. Вам следует знать, что я не намерена принимать от вас знаки внимания, и тем более хоть когда-нибудь вступать с вами в брак, - вот это я, пожалуй, перегнула. Имею право злиться, да, но он всё же Князь и очень важная фигура в этой стране, а я всего лишь иностранка, чтобы столь дерзко говорить с ним.

- Мне жаль, что вы, не замечаете очевидной выгоды для нас обоих, - театрально вздыхает князь. - Ведь у вас есть такая отличная возможность стать когда-нибудь императрицей....

- О чём вы говорите? Наследником престола является Астарт, а значит Элоиза когда-нибудь станет императрицей, разве не так?

- Не совсем. Скажу вам по секрету, - Лайсо склоняется ко мне и берет за руку, а я еле удерживаю себя от того, чтобы не отстраниться, - Государь еще не окончательно сделал выбор между своими сыновьями, и всё во многом будет зависеть от того, какую невесту я себе выберу. Видите ли, милая айри, он не очень доволен нынешней своей невесткой, считая её слишком безвольной и бесполезной, в то время как на вас он смотрит вполне благосклонно. Еще бы -- ведь вы потенциальная наследница его обожаемых Эйнхери, да и в роли Императрицы вы будете выглядеть гораздо убедительнее....

Я не выдерживаю, и всё же выдергиваю свою руку из его цепкого захвата, и, придумав не очень убедительный предлог, сбегаю от Лайсо с его гнусными интригами и мерзкими предложениями, боясь даже подумать о том, что стоит за всем этим. Он и его отец играют так открыто, как будто уже уверенны, что Тайрани пришел конец, а мне, по сути, уже некуда деваться. Но даже если так, Рорик никогда не согласиться на предложение Рейна, так как знает, что это первый шаг в сторону полного подчинения, которое рано или поздно закончится для Семьи её уничтожением. А я? Я не хочу власти, никогда не хотела, тем более получив её из рук Лайсо. Да и много ли власти он мне даст? Не думаю, что ему нужна жена, которая могла бы быть ему соперником....

Сняв туфли, я вихрем мчусь в свои покои, мечтая хоть немного подумать в тишине и спокойствии о всём случившемся.. Слишком много событий за один вечер. Мне необходимо хоть немного расслабиться, снять с себя это мерзкое платье, свернуться в клубочек на кровати, и ощутить себя в безопасности, пусть это даже будет и ложью. Но моим ожиданиям не суждено сбыться.

Я зашла в тёмную комнату, и совсем не почувствовала никакой опасности. Да и какая опасность могла быть, если на моих дверях стояла охранное заклинание, а моя интуиция арэнаи заранее предупредила бы меня о любых непрошеных гостях. И тем более сильным было моё удивление, когда после того, как я закрыла дверь и включила свет, я увидела сидящего в своем кресле гармского некромага. Я настолько сильно эмоционально устала, что у меня не хватило сил испугаться, да и поздно было -- если бы он хотел меня убить, я была бы уже мертва.

- Джаред, не ожидала тебя увидеть. Что-то хотел?

- Да. Поговорить, - серьезно ответил некромаг. - И от нашего с тобой разговора будет зависеть, в каких же отношениях мы останемся после этого, да и, полагаю, твоя судьба.

- Всё так серьезно? - несколько издевательски тяну я, пытаясь скрыть за сарказмом иррациональный страх, внезапно меня пробравший. - И о чем же?

- О тебе. И о твоей матери.

Мне начало казаться, что этот день никогда не кончится, и что я попала в бесконечный кошмар, от которого мне уже никогда не проснуться.

- Подожди, я поставлю защиту от прослушки.

Глава 18. Приворот

Я поставила Полог Тишины, но даже столь малое усилие лишило мне остатков силы.

- Джаред, я понимаю, что заставляю себя ждать, но мне кажется, что я совершенно не способна сейчас на хоть сколь конструктивную беседу, - с извиняющей улыбкой обратилась я к некромагу. - Позволь привести себя в порядок и переодеться, а после я буду полностью в твоем распоряжении

- Конечно, Агнесса, - невозмутимо кивнул Джаред, - я подожду тебя. Вечер был настолько тяжелый, что пришлось применить силу?

- Почему ты так решил? - несколько ненатурально удивилась я.

- Кровь на подоле, - лаконично ответил Хаккен. И что тут скажешь? Остается только сожалеть о том, что некоторые некромаги столь наблюдательны.

Я не стала поддаваться на провокацию и оправдываться, предпочтя умолчать о случившемся сегодня, и взяв из платяного шкафа необходимый запас белья и одежды, направилась в сторону ванной комнаты.

Лишь погрузившись с головой в наполненную горячей водой ванну, я смогла хоть немного расслабиться. Я знала небольшой секрет, давно хранимый в нашей семье, позволяющий в сжатые сроки восстанавливать жизненные силы человека -- реанимационная трансформация, штука очень полезная, особенно в боевых условиях, но до жути вредная. Собственно, это вторая причина, после насильственной смерти, из-за которой арэнаи столь редко доживают до старости, и умирают слишком молодыми для магов. Конечно, все знают о вреде реанимационной трансформации, сходной с боевой, но когда приходиться выживать в боевых условиях, об этом мало кто думает. Поэтому среди арэнаи столь редко встретишь тысячелетних магов -- те, кто смог пережить многочисленные воины, слишком быстро истратил свои силы, используя реанимацию, и умерли в расцвете своих сил полностью энергетически истощенными. Жаль, но это так -- мой дед в свои четыреста пятьдесят был один из старейших боевых магов в мире. Я пользовалась подобным восстановлением достаточно редко, но сейчас мне требовалось ясное сознание, и мне пришлось забыть о последствиях.

Завернув влажные волосы в пушистое махровое полотенце, в простом льняном платье и с босыми ногами, я вышла в гостиную, и тут же замерла в удивлении. Мне кажется, или я уже видела подобную картину несколько часов назад?

В открытых дверях стоял Салман, напряженно и агрессивно смотрящий на расслабленно развалившегося в кресле Джареда. Впрочем, поза некромага была обманчиво спокойна, я буквально чувствовала, как внутри него бурлит тёмная, страшная магическая энергия. Вряд ли он станет нападать первым, но не стоило ожидать от него милосердия, если Салман позволит себе хоть один агрессивный жест.

- Салман, что ты тут делаешь? - спросила я воина, пронзая его укоряющим взором. Ему стоило помнить, что мы всё же находимся в разных лагерях, и столь открытое общение может дискредитировать нас обоих. Меньше всего мне бы хотелось, чтобы Лайсо заинтересовался внезапной нашей дружбой, да и Джареду не стоило знать много о моих делах.

- Хотел... поговорить с тобой. Наедине, - хрипло сказал воин.

- А тут я, вот незадача, - весело сказал Джаред. - Так что накрылись наши с тобой шахматы. Может быть, покер?

Еще один укоряющий взгляд достался Хаккену.

- Хорошо, - ответила я Салману, не глядя на некромага, - если айрин Хаккен не будет против еще одной небольшой задержки, я могу уделить тебе несколько минут.

Джаред равнодушно пожал плечами, и мы с Салманом перешли ко мне в спальню. Я поставила еще один Полог Тишины и плотно закрыла двери. Утомленно села на кровать и устало посмотрела на воина. Этак я скоро стану Мастером в магии иллюзии.

- Что у тебя делает некромаг? - требовательно спросил Салман.

- С каких это пор я должна отчитываться перед тобой? - поджала губы я.

- С тех пор как ты залезла в мои мозги!

- А это между собой как связанно? - удивилась я.

Воин замялся:

- Уже не важно. Просто он не тот человек, с которым стоит общаться, если не хочешь проблем.

- Впрочем, как и твой господин, - подразнила я его.

- Я знаю, - Салман помрачнел. - Будь моя воля, я бы и близко не подпускал тебя к Лайсо. Я думаю, наиболее безопасным для тебя будет уехать из Алискана обратно в Истик.

- Почему ты так печешься обо мне? - я вздёрнула бровь. - Или это тебе приказали? Припугнуть меня, заставить сомневаться, бежать. Вот только зачем это Лайсо, если он только сегодня уговаривал меня.... Или это был Ирбис, менталист? Неужели у него свое мнение на этот счет?

- Нет! - Раздраженно передернул плечами Салман, - в этот раз я действую по собственной воле. Ирбис не знает, что я вышел из под его заклятия. Но боюсь, Астарт подозревает. Он.... После того, как ты ушла, он задавал вопросы.

- Вот как? - я нахмурилась. - Это плохо, очень плохо, и опасно. Но ты действительно ведешь себя странно, неудивительно, что он что-то заподозрил. Что с тобой случилось?

- А то ты не знаешь, - горько рассмеялся алисканец, глядя на меня почти с ненавистью.

Я слишком расслабилась, ушла в свои мысли, и не успела отреагировать на угрозу. Поэтому, когда я заметила, как Салман ко мне метнулся, я даже не успела отстраниться. Миг - и холодное лезвие прижимается к запрокинутой шее, а жесткая рука почти нежно придерживает мой затылок. Я замерла, и Салман тоже замер.

- Ведьма! - прошипел мне в лицо алисканец. - Коварная, расчетливая сука. Решила использовать меня, проиграться как с мышкой?

- О чём ты говоришь? - я сглотнула, почувствовав, как лезвие поцарапало мне шею, и капелька крови медленно потекла вниз. - Что я сделала, Салман? Я действительно не понимаю.

- Не понимаешь? Зачем ты мне врешь, Агнесса? - почти разочарованно спросил Салман. Он пристально посмотрел мне в глаза, потом отвел кинжал и сделал шаг назад. В ту же секунду я метнулась на другую сторону кровати, изменяясь и обретая свою боевую форму. Полотенце упало с волос, и влажные пряди хлестнули по лицу, охлаждая горячие как уголь щеки.

- Ты думаешь, я могу напасть на тебя? Причинить тебе вред? - измученно скривил рот воин.

- А что я должна думать? Ты чуть не прирезал меня! - прошипела я. - Что с тобой, ты как будто сошел с ума?

- Это.... Из-за того, что ты сделала со мной тогда. Ты ведь не просто разрушила заклинание Ирбиса, да, Агнесса? Ты что-то внедрила в мою голову, заставив мои чувства изменять мне. Я больше не хозяин себе, и это сделала ты, тайранская ведьма.

- Что за чушь! - Возмутилась я. - Зачем мне сводить тебя с ума?

- Сводить с ума? - распробовал на вкус алисканец мои слова. - Можно сказать и так.... Чем влюбленный отличается от безумного? Как видимо, ничем.

- Влюбленный? - я непонимающе нахмурилась. - Ты хочешь сказать, что я заставила тебя влюбиться в себя?

- Да, - коротко ответил Салман. Ну да, он же воин, он не будет долго и изысканно изъясняться в своих чувствах.

- И ты... ты уверен, что это из-за ментального слияния? - он кивнул. - А ты уверен, что это именно влюбленность?

- Конечно! - Несколько раздраженно ответил Салман. Правда, мне и в страшном сне не снилось, что это может быть... так. Если бы ты знала, что чувствую при виде тебя.... Ты бы уже давно сбежала на другой край света.

- Вряд ли, - задумчиво ответила я, - меня сложно удивить.

Вот оно как, влюбился, значит... Я почувствовала досаду. Я даже и подумать не могла, что ментальное слияние может иметь такие последствия. Мне ни разу не приходилось использовать это заклинание, я знала его скорее в теории, и то, что мне вообще удалось его применить, когда алисканец умирал, было большой удачей. Тем более что до этого заклинания исполняли только менталисты не ниже третьей ступени, а ни как уж не боевые маги, самостоятельно изучающие ментальную магию. И кажется, я серьезно ошиблась, избавив сознание Салмана от чужеродного заклинания, но подсадив в него вирус, который заставлял алисканца испытывать ко мне сильные чувства. Хорошо хоть это оказалась не ненависть, а страсть и привязанность, иначе быть мне уже трупом.

- Давай посмотрим, что можно сделать, - я шагнула к Салману, но тот буквально отпрыгнул от меня.

- Нет! Я не хочу, чтобы ты копалась в моих мозгах!

- Но ты же не можешь ходить так, - успокаивающе сказала я. - Непонятно как еще скажется ментальное слияние на твое здоровье. Обратись тогда к другому, независимому менталисту, или на крайний случай целителю.

- А может, я напротив, не хочу, чтобы это чувство покидало меня? - теперь уже Салман приблизился ко мне, но памятуя недавний инцидент с ножом и моим горлом, я попятилась назад, уткнувшись спиной в стенку. - Знаешь, влюбленность мне даже нравится. Я чувствую себя таким живым, каким не чувствовал никогда. У меня есть о ком заботиться, кого любить, о ком мечтать. И ради чего жить. Ну и что, что это чувство ненастоящее, если оно может сделать меня немного более счастливым?

Он совсем прижал меня к стенке, а я не хотела отталкивать его, боясь причинить ему боль, не столько физическую, сколько душевную. Теперь мы стояли на расстоянии шага друг от друга, и я вытянула вперед руку, уперев ему в грудь.

- Это только сейчас, Салман, - мягко сказала я. - Через некоторое время ты будешь чувствовать себя несчастным, и будешь винить во всём меня. Ты ведь один раз уже напал на меня, и кто знает, не попробуешь ли сделать это еще один раз.

- Этого больше не повторится! - Прижал он мою ладонь к своему сердцу, и я почувствовала, как оно панически быстро бьется. - И я не буду несчастным, если ты будешь со мной!

- Этого никогда не будет, - строго сказала я, чувствуя неловкость. Мне казалось, что я попала в какую-то дурную мелодраму, где меня заставили играть главную романтическую роль. Ненавижу подобные моменты! - Ты должен позволить мне попробовать тебя вылечить, Салман....

Скрипнула дверь, и Салман обернулся на звук. Я же воспользовалась моментом, чтобы выскользнуть из объятий Салмана и шмыгнуть в сторону двери.

- Агния? Не помешал? - из раскрытой двери торчала голова некромага, с любопытством смотрящего на нашу экспозицию.

- Нет. Лорд Джудо уже уходит, - сказала я, красноречиво глядя на Салмана.

- А айрин Хаккен? - спросил воин, ревниво косясь на мага.

- А айрин Хаккен остается, - веско проговорил Джаред, появляясь в дверях комнаты. - Мы с айри еще не закончили свои дела.

Я подхватила Салмана под локоть, и почти силком потащила к двери, шипя ему на ухо что-то вроде "иди, иди, потом поговорим". Захлопнув за ним дверь, я облегченно вздохнула. Джаред, с интересом на меня поглядывая, съязвил:

- Дверь не забудь запереть, как в прошлый раз? А то мало ли еще кто из ухажеров нагрянет.

Я покраснела. Ну да, идиотка я - Полог Тишины поставила, дверь закрыла, только вот не заперла. А теперь неизвестно что еще эти двое обо мне думают. Хорошо хоть Асет Орани и Анхельм еще не решили меня навестить - вот бы тогда трагикомедия вышла, с печальным концом.... Впрочем, оправдываться я не стала - пусть лучше некромаг думает, что Салман мой ревнивый любовник, чем то, что нас связывают какие-то другие отношения.

Тщательно заперев дверь, и обновив заклинание тишины, я наконец смогла сконцентрировать свое внимание на некромаге. И вовремя - тот как то уж очень странно на меня смотрел, задумчиво вертя в руках ножку бокала.

- Что-то со мной не так? - неуверенно спросила я. Руки моим взметнулись вверх, поправляя влажные волосы.

Маг молча подошел ко мне, и цепко схватив меня тонкими пальцами за подбородок, приблизил мое лицо к себе, внимательно, бесстрастно изучая. Я растерялась, не ожидая от него столь фамильярного жеста, но так как я не чувствовала в нём агрессии или злобы, а только бесконечное любопытство, я послушно осталась стоять, запрокинув голову.

- Хм, - наконец произнес Джаред, - ты давно видела себя в зеркало?

- Ну, несколько часов уже прошло. А что, у меня чешуя появилась или рога отросли? - ядовито спросила я, скрывая свою неловкость.

- Нет, - терпеливо ответил некромаг, - я имею ввиду, давно ли ты видела себя в боевой трансформации?

- Даже уже и не помню, - растерянно сказала я, освобождаясь от цепких пальцев Хаккена. Не люблю, когда меня трогают чужие. - Наверное, подростком, потом как-то не до этого было.

Хаккен положил свои ладони мне на плечи, и потянул в сторону зеркала, висящего у входа. Я послушно пошла за ним, и встав перед зеркалом, впервые за долгое время увидела себя Измененной.

Я одновременно была и не была похожа на тех арэнаи, что я видели во время трансформации. У меня так же заострились черты лица, стали более жесткими и резкими, из-за чего скулы стали казаться более высокими, линия подбородка стала более четкой, а губы истончились. Но всё же не это больше всего привлекало на бледном лице, к себе приковывали ярко-желтые, хищные волчьи глаза. Совсем как у некромага.

- Ну и что? - я пожала плечами, опуская взгляд, пытаясь скрыть тревогу. - Я знала, что у меня желтеют глаза во время Изменения. Небольшой атавизм.

- И у многих других арэнаи он встречается?

- Не видела ни у кого.

- Ну, полагаю что у твоей матери были такие же.

- Карие. У неё были карие глаза, я хорошо это помню.

- Магия, - пожал плечами Джаред. - Я думаю, ей было что скрывать.

Я вскинула глаза и встретилась взглядом с некромагом:

- Не юли, - сердито сказала я. - Ты намекаешь на то, что моя мать была гармкой, но на это нет никаких оснований. Да, моя мать была лэр, безродной, но поверь мне, будь она гармкой, это не скрылось бы ни от отца, ни от деда.

- Ну почему сразу гармкой? - неприятно улыбнулся маг. - Хотя конечно в ней есть гармская кровь, как и в тебе.

- Я вижу, у тебя есть основания, чтобы это говорить, - улыбнулась я в ответ столь же любезно. - Не зря же вы меня тогда в тёмном углу подкарауливали, да со спины напали. Проверяли мою родословную?

Некоторое время Джаред молчал, изучающе на меня глядя:

- Догадалась или как?

- Какая теперь разница?

- Действительно, никакой. Надеюсь, ты понимаешь, что если бы мы хотели тебя убить, ты была бы уже мертва? - спросил маг. Я раздраженно дёрнула головой. Хотелось проверить его реакцию, сказав ему, что я знаю о его нападении, но легче было дождаться эмоций от статуи.

- Хорошо. Моя мать гармских кровей, но не гармка, допустим. Тогда кто же она и откуда?

- Пока это не столь важно, - ушел от ответа Хаккен.

- А что важно? - послушно спросила я, не став заострять внимание на этом вопросе. Настанет время, и ты, змей, мне на всё ответишь....

- Важно то, милая моя айри, что у тебя в Гарме есть родственники. И очень влиятельные. Один из могущественных лиц в нашем государстве недавно с удивлением узнал, что у него есть правнучка.

Джаред смотрел на меня, ожидая моей реакции, я смотрела на него, ожидая, что он продолжит, и пауза затягивалась. Я отошла от зеркала, и села, чтобы затем, резко вскочив, начать ходить из стороны в сторону.

- И? - спросила наконец я, остановившись в нескольких шагах от мага. - Зачем ты мне это говоришь? Любопытный факт, не более того. И стоило ради этого разводить такую таинственность?

- Ну, я бы не стал называть это просто "любопытным фактом", - ответил Джаред, усаживаясь в кресло, с которого я только что соскочила. - И вряд ли таковым его посчитают в Истике.

- Шантаж? - с интересом посмотрела я на Джареда. Тот поморщился.

- Вряд ли. Конечно, это можно использовать для пользы дела..... но не меньше Тайрани, чем чем Гарму, и меньше всего нам хотелось бы политических интриг вокруг этого, хм, "любопытного факта". В конце концов, это касается самого консула.

- Одного из двух?

- Ну если из двух тех, кто управляет нашим государством и возглавляет Сенат, то да, - терпеливо ответил некромаг. - Точнее, ты правнучка младшего консула Велора Рейвена, коим представителем я являюсь, как и Адиель является представителем старшего консула, Талина Рейвена.

- Они что, братья?

- Да, так что строго говоря, ты приходишься родственницей им обоим.

- Как мило, - пробормотала я. А со знатностью у меня действительно неплохо, даже слишком. Конечно, консулы официально являются лишь выборными представителями Сената Гарма, и не несут всей полноты власти, да вот только за последние несколько сотен лет никто даже и не пытался подвинуть их с места, слишком уж они были могущественны. - Послушай, только не говори мне, что я являюсь их единственной родственницей и наследницей, так что мне теперь в наследство достается весь Гарме. Или нет, еще лучше -- меня, как наследницу Рейвенов, срочно хотят выдать замуж за какого-нибудь влиятельного аристократа, и ты собственно пришел, чтобы меня похитить и насильно увезти в земли Гарме. Да?

- Что за бредовые мысли? - удивленно моргнул маг.

- Я этих бредовых мыслей за последнее время знаешь сколько наслушалась? - устало вздохнула я. - Но если честно, я просто не вижу для тебя выгоды в том, чтобы это рассказывать. Раз ты поделился со мной этой "ошеломительной" новостью, значит, тебе что-то от меня надо.

- Могла бы хоть удивиться, - деланно огорчился маг. - В конце концов, не каждый день о таком узнаешь. А вообще-то да, нужно. Информация. И в твоих интересах, чтобы она была правдивая.

- А иначе что?

- А иначе могут счесть, что твое существование слишком опасным, и предпочтут от тебя избавиться, - мягко ответил некромаг.

Вот не люблю я, когда со мной говорят на позициях силы, но проявлять агрессию было бы глупо, так как просчитать последствия невозможно. Лучше узнать, что же хочет от меня некромаг, и в зависимости от этого решать, отвечать ему или нет. И делать выводы из характера его вопросов. Я уселась в кресло напротив, и кивнула -- дескать, спрашивай.

- Какие отношения связывали тебя с Мэйлин?

- С Мэй? - удивилась я. Странный вопрос, но почему бы и не ответить? - До последнего инцидента, где она напала на меня и пыталась сорвать свадьбу Элоизы, были близкие. По крайней мере так я думала. Мы дружили.

- Ты давно с ней знакома?

- С тех пор как я впервые оказалась при дворе, чуть более семи лет.

- И ты не знала, кто она?

- До последних событий, нет. Хотя, насколько я понимаю, она как-то связанна с Гармом. Она ведь "личинка", да? - наугад стрельнула я, вспомнив разговор двух некромагов, думающих, что я без сознания.

- А ты? - слегка наклонившись и понизив голос, спросил Джаред.

- Ну если бы я знала, что такое "личинка", я бы тебе ответила.

- Да, она "личинка", вот только из таких, как она, не рождаются бабочки, а кое-что понеприятнее, - маг скривил лицо, как будто бы съел что-то кислое.

- Кто такие личинки, Джаред? - спросила я, не веря, что он мне ответит. Я ошибалась.

- Низшая ступень посвящения в одной секте. Террористы и убийцы, ты сама видела одну из них, прикрывавшуюся образом обедневшей аристократки.

- Что за секта?

- Сёстры Шаноэ. Не слышала о таких от Мэйлин? Она не пыталась тебя завербовать?

- Нет, - честно сказала я. - Женская организация террористок? Интересно....

- Ничего особенного, - сухо сказал маг. - Но меня как всегда радует твой энтузиазм. Пожалуй, я пошел.

- То есть... то есть ты хочешь сказать, что это всё? Ты мне рассказал о консуле, о моем с ним родстве, и только ради того, чтобы задать парочку вопросов?- ошеломленно спросила я.

- Ну собственно да, - усмехнулся маг, но почти сразу стал серьезным. - Хотя могу дать еще один совет, или скорее даже просьбу -- береги себя. Возможно, Адиель по приказу своего хозяина захочет тебя устранить.

- Но ты же сказал, что если я отвечу честно на твои слова, то мне ничего не угрожает, - растерянно сказала я. - Или ты мне не веришь?

- Верю, Агния. Мне нет причин считать тебя опасной, по крайней мере, пока. Но вот у старшего консула, Талина, есть причины тебя не любить, независимо от того, связана ты с Шаноэ, или нет. Семейные разборки, как ты понимаешь. И если Адиель захочет тебя устранить, то я не смогу открыто тебе помочь, и вообще вмешаться. Но ты абсолютно в праве защищать свою жизнь любыми способами. Я, в случае чего, где надо отвернусь, - подмигнул мне маг.

Это он что, открытым текстом мне говорит, что вздумай я убить Адиеля, второго некромага из гармской делегации, он совсем не будет против, а очень даже за? И мне за это ничего не будет? Здорово, если бы я страдала страстью к убийствам, я бы очень обрадовалась. А так иметь во врагах опытного некромага мне было совсем не радостно.

- Это всё, что ты хочешь мне сказать? Не хочешь разъяснить некоторые подробности о моих гармских родственниках и их семейных дрязгах, а также, чем всё это может обернуться для меня?

- Я и так сказал сегодня слишком много. Просто хотелось, чтобы тебя были открыты глаза на то, что происходит. Так тебе будет легче выжить.

- Что тебе до меня?

- Ну, не хотелось бы расстраивать Велора твоей смертью, в конце концов ты у него единственная правнучка. Он, кстати, желает с тобой познакомиться. Так что, если будет желание, приезжай в Гарм.

Когда за ним закрылась дверь, и я наконец осталась одна, я начала метаться из стороны в сторону, не находя себе покоя. Впрочем, это вполне ожидаемо не помогло привести мысли в порядок, но зато позволило сбросить эмоциональное напряжение.

Что же делать? Уехать в Гарм? Выйти замуж за принца? Сбежать с Салманом на край Ойкумены и предаться сладостям запретной любви? Великий Эфру, почему если мир начинает сходить с ума, я оказываюсь в самом эпицентре? События сегодняшнего вечера и сегодняшней ночи были столь не реалистичны, что я чуть не заподозрила, что у меня началось "безумие мага". Что следующее? Драконы существуют, а я на самом деле оборотень?!

И самое плохое, я совсем не знала, как найти выход из этой трясины. По-хорошему, лечь бы спать, но после сегодняшних потрясений, приема алкоголя и реанимационной трансформации спать совсем не хотелось. И мне впервые за вечер пришла здравая, как я полагаю, мысль -- прогуляться.

Наскоро переодевшись, я выбралась в город наиболее удобным в данных обстоятельствах путём -- через стену. Не хотелось беспокоить охрану, знаете ли....

Идя по тёмному, пустому городу, я пыталась привести свои мысли в порядок. Стоило разложить всё по полочкам, и начать стоило с Джареда. Зачем он приходил? Задать мне пару вопросов? Пф-ф-ф!За наш разговор я узнала гораздо больше, чем он узнал от меня, если он конечно не врал. А это вряд ли, слишком уж неправдоподобными казались его слова, для лжи можно было бы подобрать и более прилизанные "факты". Значит скорее всего не врал, и правда оказалось выгоднее. Впрочем, он показал мне не всю колоду, и от его ответов еще больше вопросов. Откуда эти Шаноэ? Почему старший консул желает теперь моей смерти? Почему Джаред и его хозяин хотят сохранить мою жизнь? И не говорите мне о родственных чувствах -- вряд ли гармцы знают, что это такое! Какие-то внутриполитические интриги, и я в них участвую. Впрочем, как и в случае с Лайсо и императором Агатом. Может подойти к какой-нибудь из сторон, и так открыто сказать: извините ребята, но я вам помочь не могу, я несколько занята -- участвую в других политических играх в роли марионетки, вот если выживу, сразу к вам.

Было около трёх или четырёх часов ночи, самое тёмное и злое время суток, когда в голову лезут самые мрачные мысли, и кажется, что смерть подбирается всё ближе и ближе. Под ногами хрустнула тонкая корочка льда, покрывшая поверхность мелкой лужицы, напомнив мне о том, что до зимы осталось немного. Время летит, я не решила ни одну проблему, лишь создаю всё новые и новые. Злость и тоска заставляли меня идьти всё быстрее и быстрее, так, что я почти не чувствовала холода, пока я наконец не зашла в какой-то тупик. Хотя почему какой-то? Вполне знакомый -- здесь я впервые встретила Кей, духа города.

- Кей? - неуверенно позвала я. Мне показалось, что мои ноги не зря привели меня сюда.- Ты здесь?

- Здесь и везде, милая, как всегда, - рассмеялся звонкий голосок за спиной. Я резко развернулась и увидела ребёнка -- хорошенькую горожаночку лет десяти с нечеловеческими красными глазами. - Помниться, в прошлый раз ты хотела узнать о гармцах, не так ли? Я вижу, что кое-что приоткрылось тебе самой. Это так забавно! Ты -- и правнучка гармского консула!

- У кого-то слишком длинные уши, - сухо сказала я.

- О, не сердись. Ты же знаешь, существа, подобные мне, умеют хранить тайны. Впрочем, не будем отвлекаться, у тебя не слишком много времени.

- Времени для чего?

- Времени для всего, - отрезала Кей. А потом, не изменяя интонаций, резко перевела разговор: - Вы, маги, слишком доверяете магическим безделушкам. Ваши Зеркала, через которые вы общаетесь, удобные штуки, только не очень безопасные. Пользуетесь эти изобретением труполюбов, не думая, что они могут использовать их против вас.

- Мы не пользуемся оригинальными гармскими зеркалами, что они продают на экспорт, - возразила я. - Наши техномаги давно уже изобрели свою версию Зеркал, на основе гармских. Не настолько удобные, но всё же удовлетворяют представления о надёжности.

- Видимо, ваши маги видимо не столь искусные, потому что тайна переговоров по Зеркалам не такая уж и тайна для гармцев, - едко произнесла городовая.

- Что?! - растерянно переспросила я. - Наши разговоры с Истиком прослушиваются?

- Как и внутренние тайранские переговоры, - кивнула Кей. - Тебе следовало бы это знать. Обычно я не вмешиваюсь в такие дела, но раз уж я обещала тебе услугу....

- Кстати, об услуге, - замялась я. - Помните, мы говорили о Проклятом, Асете? Хотя чего это я, вы же ничего не забываете. Так вот, я этой ночью сделала большую глупость -- спасла сигила, когда на него напал салдорец. Так что я неуверена теперь, что наш договор остается в силе, ведь я его получается, нарушила.

- Да, я знаю. Ничего, что происходит в замке, не остается для меня тайной. Жаль, его смерть бы многое решила, но я не считаю тебя виноватой, деточка. Вы, арэнаи, рабы своих инстинктов, и твоя природа просто не позволила бы наблюдать за убийством со стороны.

- Я рада, что вы это понимаете, госпожа Кей, - я облегченно вздохнула. Не то чтобы я очень боялась духа города, но не хотела бы увидеть реакцию Кей, если бы она решила, что я её обманываю. - Это всё, что вы узнали о гармцах?

- Нет. Но ведь кое-что ты уже знаешь сама? К примеру, об охранном заклинании на стенах замка, ты достаточно удачно мимо них прошла. Полагаю, ты догадываешься и о заклятии, лежащем на твоей двери.

- В первый раз слышу, - мрачно сказала. - Что за заклятие?

- Ничего особенного. Просто позволяющее узнать, кто входит и выходит из твоей комнаты.

Я молча выругалась. Пожалуй, Тайная Канцелярия недооценила гармцев, да и я посчитала их не настолько искусными в магии. Надо же, прошляпила заклинание, наложенное на мою комнату! Теперь мои тайные отлучки перестали быть тайными, остается только надеяться, что они не скоро вычислят, куда я хожу. А то, что они могли прослушивать разговоры по чужим Зеркалам, это и вовсе была катастрофа. Все секретные переговоры Канцелярии, все личные разговоры самых влиятельных людей империи... Всё стало известно гармцам, и мы перед ними как на ладони, беззащитны и слабы. И то, что сделала для меня, и для Тайрани Кей, было поистине бесценным. Только вот расплата, я уверена, тоже была огромной, и, помоги мне Эфру, если я не сиогу её выплатить. Не так давно я жаловалась на отсутствие информации, теперь же информации было слишком много, а я совершенно не знала, что с ней делать.

- Что еще вы можете сказать о гармцах?

- Почти ничего, - передернула хрупкими плечиками Кей. - Они умеют скрывать свои дела даже от таких как я. Они практически никак не связанны с сигилом и Лайсо, я уверена, и ведут свою игру. Еще у них есть свой интерес в Безымянных Пустошах, они часто говорят о них.

- О Пустошах? - недоуменно переспросила я. Они тут при чем? - В каком контексте гармцы говорят о них?

- Когда они говорят о Пустошах, они обычно упоминают Шаноэ, - лукаво улыбнулась Кей. - Но это не моя тайна, и в том тебе придётся разбираться самой. А теперь, милое дитя, поведай мне о том, что ты собираешься предпринимать в отношении Астарта. Ведь твой друг, притворяющийся женщиной, рассказал тебе о нём? Ты должна понимать, что сигила нельзя оставлять без внимания.

- Я понимаю, - послушно кивнула я. - Но для начала мне нужно спасти своего брата, чтобы Астарт не мог использовать его против меня, а я даже не знаю, где он его держит.

-Ну, полагаю, здесь я смогу тебе помочь. Последний раз я его видела входящим в МИЦА, и с тех пор он оттуда не выходил. Полагаю, они держат его там.

- Это всё упрощает. Астарт давно приглашал посетить меня МИЦА, и полагаю, в это раз я соглашусь. Разведаю, что и как там, а потом проберусь туда ночью. Вытащу моего брата.... а там по обстоятельствам.

- Отличный план! Я рада, что у тебя всё продуманно до мелочей, - съехидничала Кей. - Но вот тебе мой совет -- не пытайся всё провернуть сама. Обратись к Анхельму Нидхёггу. Он будет рад тебе помочь.

Я неопределенно повела плечами, не желая отвечать. Это были семейные дела, и я не хотела вмешивать чужих.

Мои ноги вполне ощутимо начали замерзать, и их, к сожалению, нельзя было спрятать за пазуху, как ладони. Я переминалась с ноги на ногу, ощущая, как холод всё глубже и глубже проникает в глубь моего тела, и мне стало казаться, что я превращаюсь в сосульку. Кей внимательно наблюдала за моими неловкими манипуляциями.

- Мерзнешь?

- Немного, - неловко призналась я. Мы, арэнаи, выносливые существа, и обычно хорошо переносим плохие погодные условия, а также воздействия низких и высоких температур. Но не в моем случае -- я была довольно хилым боевым магом, по мнению моего деда, слишком избалованной. Чудо просто, как я выдержала два года службы на границе, когда приходилось жить практически в походных условиях.

- Тогда тебе пора. Вам, магам, нельзя болеть -- вы от этого портитесь, - важно воздев палец, произнесла Кей. Я подавила в себе желание рассмеяться -- знаю ведь, что Кей только притворяется ребёнком, но относиться к ней серьезно, когда она в таком облике, очень сложно.

Впрочем, она очень быстро напомнила мне о своей нечеловечности -- я даже не заметила, как она исчезла, как будто её и не было. Пожав плечами, я несколько секунд постояла в молчании, запоминая ключевые моменты разговора, и побежала обратно в замок, греться.

В нескольких кварталах от дворца я заметила столь же одинокую фигуру, быстрым шагом направляющуюся к дворцу. Что-то в ней показалось мне странно-знакомым, этот острый запах опасности.... и магии. Я скрылась в тени, и мягким шагом стала следить за путником, идущим в ту же сторону, что и я.

Через несколько минут он заметил меня. Нет, он не выдал это -- ни замедлил шаг, даже не обернулся, но я поняла это по тому, как его движения стали нарочито небрежными и неловкими. Изображаешь из себя неловкую жертву, маг, а сам примериваешь роль охотника?

Пожалуй, я слишком увлеклась преследованием, поэтому потеряла осторожность, подобравшись слишком близко, и став уязвимой. Поэтому, когда мне под ноги кинули одноразовый оглушающий амулетик, я, успев вовремя отпрыгнуть, всё же попала под его воздействие, упав на землю и больно ударившись. Маг кинулся ко мне, и всё, что я успела сделать, это откатиться в сторону, и прикрыть себя магическим щитом. Впрочем, маг как будто бы раздумал на меня нападать.

- Агнесса?! - раздался до боли знакомый голос. Я подняла голову и встретилась с разъяренным, и столь знакомым взглядом.

- Анхельм? Не думала тебя здесь встретить, - сказала я, вставая и отряхиваясь от налипшей грязи. - Что за ночные прогулки втайне от меня? Не слишком опасно?

- Я мужчина. Мне надо иногда расслабиться, - сказал Нидхёгг, и встретив мой непонимающий взгляд, почти сердито добавил: - Шлюхи. Я ходил к ним.

- Действительно? Зачем ты мне врешь, Анхельм? Я менталист, и могу распознать ложь.

- Я не вру, - отведя глаза, ответил некромаг, и тем самым подтвердил мою догадку. - Куда я еще мог ходить ночью?

- Хм, дай подумать, - сделала вид что задумалась я. - Ты шел со стороны МИЦА. Может, ты вздумал проверить лабораторию нашего общего друга Астарта.

Лицо Анхельма на какое-то время стало настолько пугающим, что я отшатнулась от него, ожидая удара. Анхельм как-то горестно вздохнул, и закрыл лицо руками.

- Агнесса... Я не могу жить спокойно, зная, что это чудовище сейчас в этом городе, и замышляет что-то недоброе. Я должен его остановить. Я хочу его остановить.

- Я понимаю тебя, Анхельм, - мягко сказала я, сжимая его холодные руки в своих. - И я хочу тебе помочь.

- Нет, нет, - отчаянно замотал головой маг. Я никогда не видела его в таком плохом состоянии. - Это слишком опасно. Я не хочу, чтобы ты во всё это лезла, привлекая внимание сигила.

- Но я не могу остаться в стороне, и не только из-за тебя. У мага хаоса мой брат, Эйнар. И я уже знаю, где он -- в здании Совета магов, в подвалах МИЦА

- Ты уверена? - нахмурился некромаг.

- Да. И я его оттуда вытащу, совсем скоро. Поэтому, чтобы ты не решил -- позволь мне помочь тебе.

Он внимательно посмотрел на меня, а потом улыбнулся одними глазами, став таким, каким я его знала - всегда спокойным и уверенным в себе человеком. Никогда не сдающимся, никогда не прячущимся.

Это была странная ночь. Впервые мы с Анхельмом говорили, почти ничего не скрывая друг от друга -- почти, потому что я так и не сказала ему о моей встрече с Джаредом, и о том, чем я связана с гармцами. Но всё остальное -- об Астарте, и Лайсо, Салмане и Зеркалах, я рассказала ему. Стало чуть легче, да и у Анхельма голова варила пожалуй получше моей, как бы ни было обидно это осознавать. Хотя, возможно, дело лишь в опыте, стоит на это надеяться....

Анхельм достаточно быстро во всём разобрался, и начал планировать.

- Нам как можно быстрее следует разобраться с Астартом, уж слишком он непредсказуем. Ты соглашаешься на его приглашение, и проникаешь в МИЦа. Затем мы придумываем способ, как пробраться туда ночью, пока никого нет, и возможно, нам удастся использовать в этом Гиваргиса. Надо только придумать, как его уговорить нам помочь. После того, как мы освобождаем Эйнара, нам уже не удастся делать вид, что мы не знаем, кто такой Орани. Он сразу поймет, что это ты пришла за братом, поэтому после придётся действовать быстро. И боюсь, на другие твои, точнее наши проблемы времени уже может не хватить. Поэтому с некоторыми придется разобраться уже сейчас.

- С какими, например? С Джудо?

- Салман Джудо может и потерпеть. Напротив, он полезен нам таким, - я нахмурилась, но промолчала. Возможно, он был прав, не торопясь расколдовывать алисканца. - Меня больше беспокоит ситуация с Лайсо, и его связь с Астартом. И в этой ситуации нам лучше поставить на Рейна Агата - на его мудрость правителя и знаменитую проницательность. Вряд ли он обрадуется тому, что глава МИЦА настолько сильно влияет на потенциального наследника.

- Мы не знаем точно, насколько они связаны.

- Поверь мне, Агнесса, если уж Астарт запустил свои когти в кого-нибудь, он никогда не отпустит свою жертву. Так что они связаны. Кроме того, не стоит забывать и о гармцах. Алискан очень сильно экономически и политически зависит от Гарма, и сейчас нам это на руку. Гарм поставил на Астарта Агата, и вряд ли допустит усиления Лайсо путём его сближения с родом Эйнхери, на которых очень сложно влиять.

- Это должно меня успокоить? - угрюмо спросила я. - Они очень просто и легко могут помешать нашему браку - путём устранения одной из сторон. И боюсь, что это буду я, а не Лайсо.

- Не паникуй, вряд ли они пойдут на подобное обострение отношений с Тайрани, - ухмыльнулся маг. - Я сумею донести информацию об Астарте и Лайсо так, как это выгодно нам, и гармцы даже не подумают посмотреть в твою сторону. Твоя же задача - повлиять на Императора Рейна. Ты сказала, что он очарован вашей семейной историей.

- Он восторгается почти всеми психами в нашей семье, не в обиду деду будет сказано.

- Ну-ну, - хмыкнул Анхельм, и продолжил: - не пытайся его обмануть, или разочаровать его. Разочарование Рейна слишком дорого нам обойдется. Насколько я понимаю, в твоей семье не поощряются политические браки?

- Эйнхери стараются держаться подальше от большой политики, - согласно кивнула я. - И не связываются с сильными мира сего. Вряд ли мой дед был бы доволен моим браком с Лайсо, но я не думаю, что он стал бы из-за этого отлучать меня от семьи, не такой уж он тиран, и ненавистник браков магов с людьми, как многие думают.

- А вот Рейну не следует этого знать. Он должен думать, что если между вами с князем будет заключен брак, семья откажется от тебя. Вряд ли ему нужна безродная девчонка с сомнительными манерами. Так что просто будь собой.

- Эй, что ты имеешь против моих манер? - возмутилась я шутливо.

- Ну, вполне очевидно, что ты девочка с характером. А Рейну вряд ли нужна невестка, которая может приобрести большее влияние, чем его сын. Кажется, мы пришли.

Мы оказались в полу-квартале от стен замка. Было почти пять, и кромка неба постепенно начала светлеть.

- Как ты собираешься попасть в замок? - спросил меня некромаг.

- Так же как заходила сюда. Через стену. А ты?

- А я к сожалению, слишком стар для чтобы ползать через стены, - притворно вздохнул маг. - Да и не арэнаи я, чтобы из себя обезьяну изображать. Войду так же как и вышел - через ворота.

- Э-э-э.... а охрана?

- У меня есть свои секреты, - щелкнул меня по носу Анхельм, хитро улыбаясь. - Встретимся сегодня вечером, кое-что обсудим.

Так мы и расстались, отправившись каждым свои путём. Над городом вставал новый день, и я надеялась, в нём для меня не припасено никаких неприятных сюрпризов. Но как это бывает, мои ожидания так и не оправдались. Правда, неприятности пришли не с той стороны, которой я ждала.

Глава 19.

- Ты никогда не замечала, что смерть и любовь - два слова женского рода с одинаковым количеством букв?

(с) И. Кормильцев

К тому времени, когда я добралась до своих комнат, замок уже почти проснулся, по крайней мере, обслуживающий персонал. Сонные и хмурые слуги, спешащие по свои утренним делам, не замечали тень, мягко скользящую вдоль портьер и гобеленов. Лишь какой-то мальчишка, деловито несущий стопку полотенец в прачечную, вздрогнул, почувствовав холодок магии, разливавшийся в воздухе, и поежился, тревожно вглядываясь вглубь коридора, как будто силясь что-то увидеть. Обладающий даром, но, к несчастью, вряд ли когда-нибудь он станет магом - алисканским магам не нужны лэры, безродные и слабосильные, хотя живи этот мальчик в Тайрани, давно бы уже вошел в одну из магических Семей.

Спать совершенно не хотелось, и вряд ли захочется в ближайшие несколько часов - я немного переборщила с реанимационной трансформацией, и в моей крови всё еще бурлила жажда деятельности. Хм, почему бы немного не поколдовать.

К следящему заклинанию, установленному на дверь гармцами, я приступила с самонадеянной уверенностью в том, что незаметно избавиться от него будет проще простого. И тем горче было моё разочарование, когда я поняла, что не могу его даже обнаружить. Но не могла же Кей врать мне, и уж тем более она не могла ошибиться - заклинание было, но было спрятано так искусно, что я не могла заметить даже возмущение в магическом фоне. Там же должно быть хоть какое-то присутствие некромагической энергии...

Стоп! Я, озаренная внезапной догадкой, взволнованно вскочила. Если ты хочешь обнаружить и взломать заклятие одной из магических школ - используй магические средства из арсенала противоположной школы. Пытаясь найти некромагическое воздействие, я делала большую ошибку, играя на поле более опытных противников. Но магия жизни, противоположная по сути некромагии, была тем ключом, который поможет взломать этот замок.

Легче было сказать, чем сделать. В магии жизни я была откровенным профаном и бездарем, хотя в свое время старательно изучала целительство, видя в этом практическую пользу для боевого мага, но тут то не надо было лечить никакие раны.... Я просидела наверное час у этой проклятой двери, пытаясь вспомнить хоть один приём из магии жизни, могущий мне помочь. Но всё бестолку. Отойдя от двери, и продолжая мрачно сверлить глазами дверь, я достала припрятанную под кресло бутылку красного ландкрахского вина. Мой Наставник говорил, что алкоголь магу не помощник, но на меня эффект лёгкого опьянения производил скорее положительный эффект, помогая расслабиться. Парадоксально, но мои магические способности зависели скорее не от способности концентрировать внимание и очищать сознание, как это описывает классическая теория магии, а напротив, от возможности расслабиться и пустить всё на самотек. Так и сейчас - всего лишь полбутылки вина, и мою голову озарила еще одна гениальная мысль - а почему бы и не использовать тот раздел целительства, который отвечает поиск патологических нарушений в организме? Дверь была сделана из прекрасного красного дерева, органического материала, бывшего когда-то живым, а значит в нём и сейчас должны сохраниться хотя бы остатки жизненных сил. А значит, любое некромагическое заклинание должно восприниматься как враждебное, и отторгаться как источник заразы. Если воспринимать заклятие как болезнь, мне с моими куцыми навыками в магии жизни, будет гораздо легче его найти. Так и оказалось - еще одна дюжина минут, и я ухватилась за кончик заклинания, дурно пахнущее магией смерти. Стоит только потянуть за ниточку - и следящее заклятие распадётся в пыль. Но не стоило торопиться - в мою светлую голову пришла чудесная мысль - зачем уничтожать такое чудесное заклинание, если его можно переделать? Я увлеченно погрузилась в трансформацию заклинания, пытаясь сделать из него подобие охранки, заклинания, используемого для отпугивания воров.

Ну вот и всё, моя маленькая шутка была готова. Вряд ли некромаги смогут заметить изменение заклинания, ведь я не стала менять само плетение, поменяв лишь направление его действия, но зато при попытке магов снять данные о посещении моей комнаты их ожидает неприятный сюрприз - удар током, достаточный для того, чтобы пронять даже этих труполюбов. Я хихикнула, представив себе причёску, которая может получиться у гармцев после ознакомления с трансформируемым мной заклинанием - возможно, алисканский двор скоро охватит мода на вставшие дыбом волосы.

Сладко потянувшись, я взглянула на настенные часы. Уже десятый час, я и не заметила, как пролетело время! Желудок настойчиво подавал сигналы о том, что надо бы подкрепиться. Позавтракать здесь, или спуститься в королевскую трапезную? Решала я недолго, решив не вянуть в четырёх стенах, а выйти прогуляться, тем более что в трапезной сейчас должно быть совсем пусто - завтракать высокородные господа предпочитают в своих комнатах, а до обеда еще часа четыре, если не больше. Но трапезная не была пуста.

На самом краю длинного дубового стола, в лучах тусклого осеннего солнца сидела Элоиза, и аппетитно уплетала кунжутные булочки. Я не стала размениваться на светские манеры, да принцесса их и не требовала, совершенно волшебным образом утратив в Алискане свою спесь и высокомерие. Так что, обменявшись с принцесской небрежными кивками, я присоединилась к её поздней трапезе. Лишь утолив первый голод (принцесса лишь удивленно круглила глаза, глядя, как блюда, принесенные слугой, волшебным образом исчезали в моем желудке), я наконец обратила внимание на Элоизу.

- Доброе утро, княгиня. А где же леди Фанфорт, разве она не должна сопровождать вас?

- Этим утром она прислала мне записку, что ей не здоровиться.

Вот как. Видимо, Анхельм полагает, что сейчас Элоизе ничего не грозит, раз предпочел отдых и сон своим непосредственным обязанностям. Я так не считала, моя интуиция боевого мага всё еще говорила мне, что Элоиза всё еще не находиться в безопасности, и поэтому порадовалась, что так неожиданно на неё наткнулась.

- У вас есть какие-нибудь планы на сегодняшний день, леди Элоиза?

- Нет, я абсолютно свободна, - горестно произнесла принцесса, и мне оставалось только ей посочувствовать.

Мы обе понимали, что это значит. Лишь только неосведомленные простолюдины считают, что жизнь принцесс - это только череда балов и светских приемов. Когда-то для Элоизы может это и было так, но теперь она была супругой наследного Князя, и значит, у неё были свои светские обязанности, помимо того, чтобы быть эталоном придворной моды. Всегда первые леди государства занимались благотворительностью, меценатством, и более того, регулировали культурные и социальные сферы жизни Империи, так было в Тайрани, и когда-то, когда была жива Императрица, и в Алискане. И то, что принцессу, как ненужную обузу оттерли в сторону, было плохим знаком. И как Астарт позволяет обращаться так со своей женой? Или он просто не придает этому значение, посчитав, что его жена-иностранка и не желает вмешиваться в жизнь Империи?

- Может быть, уделим тогда время Древнему языку? Помниться, вы хотели снова заняться изучением истинной магией, - решила я отвлечь её. Принцесса неуверенно кивнула. - Что же, если вы поели, не будем терять время.

Принцесса, удивленно раскрыв ротик, неуверенно посмотрела на меня. Но и я была не менее удивлена своей дерзостью - сегодня меня несло, то ли из-за переизбытка магии, то из-за так и недопитой бутылки вина, но сегодня мне хотелось делать хоть что-нибудь, притом немедля. Да и принцессе, в эти нелегкие времена, стоило бы выучить хоть что-нибудь полезное для жизни.

Мы устроились в одинаково любимой нами обеими резной беседке в оранжерее и приступили к древнему, как мир, колдовству. Элоизе новый урок давался легко, возможно потому, что она, по её смущенному признанию, провела не один час в тренировках, оттачивая полученные навыки. Меня сильно обрадовало то, что принцесска не забыла о своих первых уроках, и возвращалась к ним в свободное время, вот только боюсь, что она делала это скорее от скуки, чем из-за серьезного отношения к Истинной речи, но то хлеб.

Прозанимались мы вплоть до самого обеда, когда принцесса уже начала уставать, и поэтому решили отправиться из оранжереи прямо в княжеские комнаты, чтобы поесть в тишине и уюте.

Мы переместились в уютную гостиную комнату, примыкавшую к спальне, где специально для таких вот трапез был установлен столик. Совсем не по аристократически развалившись на стульях, мы ждали, пока нам принесут обед, и я развлекалась, слушая, как Элоиза с жаром рассказывает последние дворцовые сплетни. Поэтому слишком поздно услышала шаги за дверью.

- Вы кого-то ждете, леди?

- Нет, - удивилась принцесса.- А что?

Я не успела ответить, так как дверь открылась, и в гостиную зашел Астарт, а вслед за ним его брат. А Лайсо что тут делает? Насколько я знаю, братья не очень дружны между собой, и не только из-за борьбы за престол. Слишком уж разные характеры у князей - решительный, несгибаемый Астарт, и хитрый интриган Лайсо, с душой политика, а не война. Мои симпатии были целиком на стороне Астарта Агата, но если отбросить личные симпатии, и интересы Тайрани, то следовало признать, что объективно Лайсо был бы гораздо более умелым и успешным правителем, чем его брат. Солдаты хороши на войне, а не на троне.

Эта гостиная была общей между комнатами Лайсо и покоями Элоизы, поэтому в его присутствие здесь не было ничего удивительного, но вот то, что он пришел сюда с Лайсо, было очень странным. Или они надеялись на то, что смогут поговорить здесь в уединении? Судя по недовольному взгляду Астарта, так и есть.

- Леди, - поприветствовал он нас, поцеловав в руку жену и вежливо кивнув мне. Лайсо же сделал практически то же самое - вот только вежливое приветствие досталось Элоизе, а мне достался поцелуй. В ручку, конечно же.

После небольшой заминки, сиятельные князья всё же решили присоединиться к нам, приказав слугам принести столовые приборы. Не скажу, что это был самый приятный обед в моей жизни - напряжение так и витало в воздухе - между Астартом и Лайсо, между Лайсо и мной, и, что не удивило, но расстроило меня - между Элоизой иАстартом. Значит, им так и не удалось наладить отношения, а жаль. Говорили о пустяках - о погоде, о наступлении зимы, и грядущем снеге, но только не о политике. Больная эта тема, в наше неспокойное время, опасное. От размышления о политике меня отвлёк вопрос Астарта, банальный по своей сути, но почему то выбивший меня из колеи.

- Вам нравится в Алискане, айри Эйнхери?

Нравится ли мне? Отвечу честно, лишь немного слукавив.

- Я не была нигде, кроме столицы, да и столицу почти не видела. Архитектура, планировка города, конечно необычна, на мой вкус, но всё же прекрасна. Но ведь вы спрашиваете не только об этой, лорд Агат? Душу города составляют его традиции, обычаи, нравы, сами люди, в конце концов. И вот тут я нахожусь в некотором замешательстве.

- Что же вас привело в замешательство, Агнесса? - спросил Лайсо, изящно промакивая губы белоснежной салфеткой. Он ходит почти на грани приличия, называя меня по имени - такое позволяется только между людьми, находящимися в близких отношениях.

- Алисканцы, - улыбнулась я, - и их отношения к магам. В любой стране маги приравниваются по знатности к аристократам, при этом сохраняя в достаточной степени независимость. В Алискане же... маги скорее служилый народ, имеющий много обязанностей и повинностей, и совсем мало привилегий.

- Разве на пользу магам привилегии? - скривил узкие губы Лайсо. - Уж слишком сложного характера господа маги: дай им палец, и они съедят тебя целиком.

Пожалуй, тут я склонна с ним согласиться. История не раз доказывала, как опасно когда маги приобретали слишком большую власть и независимость, слишком уж часто маги переходили черту, поддавшись своей гордыни и упиваясь собственным могуществом. Маг, по сути своей - нарушитель границ, чем больше магии в крови, тем сложнее ему остаться в пределах человеческого, подчиняясь нелепым, на его взгляд, законам и ограничениям.

Ну и что теперь, помещать магов в резервации и прививать им умение подчиняться? Ну не приручаемые маги в принципе, и единственная иерархия, которую они ценят - это их собственные Семьи. Даже арэнаи, нередко сотрудничающие с внутренними и внешними войсками, никогда напрямую не подчиняются смертным военачальникам, предпочитая держаться чуть в сторонке. Но вот в Алискане нет Семей, и задачу по контролю взяло на себя правительство. К лучшему ли это? Я так не думала. Да, прикормив магов, правительство Алискана может не опасаться конкуренции с их стороны, да вот только обезопасить себя изнутри они не могут, судя по тому, какое маги МИЦА имеют влияние.

- Это достаточно грубо, - безуспешно давит в себе ухмылку Астарт, - говорить так о магах в присутствии уважаемой айри. Я уверен, что все эти предрассудки о высокомерии и вспыльчивом характере магов не относятся к самой айри Эйнхери.

- Ну почему же не относятся? - лукаво спрашивает Элоиза, до этого сидящая совершенно тихо. Я в изумлении гляжу на неё и ловлю её улыбку. - Когда я была маленькая, я очень боялась Агнессу.

- Боялась, меня? - боюсь, я не смогла скрыть своё удивление, и высокородные особы даже не стали скрывать своё удовольствие по этому поводу.

- Ну да. Помнишь, когда мне было лет десять, некие сепаратисты надумали уничтожить наследников Императора Тайрани?

Я киваю. Конечно, помню. Тогда мне удалось предотвратить покушение на Элоизу, и именно благодаря этому случаю, ну и связям, конечно, я смогла войти в императорскую пятерку магов.

- Я не была тогда даже представлена вам. Как вы вообще можете меня помнить?

- Ну, глаза то у меня есть, к тому же, ты очень сильно выделялась на фоне моих нянек и телохранителей. Я тогда убежала от охраны в парк, и залезла на дерево, я всегда там раньше пряталась, и меня никто не мог найти. А ты меня уже через десять минут отыскала, и выглядела так, как будто была готова меня испепелить одним взмахом руки. Даже не стала меня слушать, просто стянула меня с дерева магией, а потом еще и заклинание немоты наложила, когда я стала вопить. И на добрую волшебницу, ты извини, совсем не была похожа.

Я смутилась, но постаралась не подать вида. Не помню таких моментов за собой, но звучит в устах Элоизы вполне правдоподобно. Тогда я только недавно вернулась с пограничной службы, и была, наверное, слишком диковата для двора, на всех волком смотрела. А детей я, если честно, немного побаиваюсь до сих пор, так как не знаю как себя с ними вести, ну и перегнула тогда палку, видимо.

- Извините, леди, я тогда, эм-м-м....

- Ничего страшного, Агнесса. Зато с тех пор я стала уважать магов, - ослепительно улыбается Элоиза, а потом, не удержавшись, прыскает от смеха.

Да она никак подшучивать решила надо мной? Меня почему-то это радует. Между нами слишком долго висела стена отчуждения, и боюсь, я первая её поставила, посчитав Элоизу взбалмошной девчонкой, не стоящей внимания. А я то, оказывается, тоже хороша....

- Кто бы мог подумать, что всегда сдержанная и невозмутимая айри, оказывается, тоже подвержена страстям, - с иронией в голосе тянет Лайсо. Я настороженно гляжу на него, неосознанно ожидая какой-нибудь гадости, хотя сегодня он настроен необыкновенно мирно. Флиртует со мной, говорит почти как с равной.... - Император Рэйн, кстати, давно хочет пригласить вас на прогулку по парку, так что ждите приглашения. При дворе слишком мало людей, способных утолить его страсть к военной истории, а вы, он уверен, знаете много чудесных историй.

А вот и обещанная гадость, ведь он нарочно сказал это при Астарте. Ладно, Элоиза не понимает, что я сейчас я могу угрожать её статусу, но Астарт то понимает, судя по взглядам. Остается только радоваться, что он не из тех, кто бьет в спину. Так что потерпите, мой князь, я сама постараюсь сойти с дистанции....

Я вежливо улыбаюсь Лайсо, и заминаю тему, переведя разговор в привычное русло. После обеда мужчины спешно с нами прощаются, и удаляются по своим делам, мы же с Элоизой, разморенные от плотной еды, лениво валяемся на кушетках. Элоиза читает очередную слезоточивую книжку, я же, позволив себе немного помечтать, и расслабиться, начинаю дремать, и сама не замечаю, как засыпаю.

Посыпаюсь я от того, что кто-то нежно проводит ладонью мне по щеке.

- Элоиза? - сонно бормочу я.

- Нет, всего лишь надоедливая леди Фанфорт, - игриво говорит Анхельм высоким женским голосом.

- А где Элоиза? - я сбрасываю с себя сонное оцепенение, и оглядываюсь. В комнате мы одни, но Анхельм предпочитает остаться в образе, видимо опасаясь слежки.

- Ушла с Астартом, а вас не решилась разбудить. Кстати, он выглядел несколько раздосадованным и злым. Что-то случилось?

- Переобщался с Лайсо, этот кого хочешь доведёт, - говорю я и зеваю. Сутки без сна всё таки сказывались на моем состоянии. - Сколько времени?

- Шестой час. Не самое лучшее время до сна.

- Да, вы правы. Пойду, приму душ, а потом сбегаю на тренировку, не стоит себя запускать.

- Я провожу вас, айри.

У двери в мои комнаты нас ожидает незнакомый мне маг, судя по серо-белой расцветке мантии, один из сотрудников МИЦА. Учтиво поклонившись нам с леди Фанфорт, он обратился ко мне:

- Госпожа, айрин Орани просил передать вам это приглашение, и дождаться ответа.

Я вскрыла запечатанное сургучом письмо и пробежала по приглашению глазами. Так-так, Астарт приглашает посетить меня лаборатории МИЦА. Я подавила довольную улыбку, тем более что Анхельм тоже успел прочитать письмо.

- Передайте айрину Орани мое согласие. Я буду завтра в пять, как он и предложил.

Подождав, пока маг удалиться, я зашла в комнату, но Анхельм почему-то медлил у дверей.

- Заходите, леди, это вполне безопасно, - подмигнув Анхельму, сказала я.

- Уже? - то выгнул бровь.

- Убила на это всё утро. Но это того стоило. Хорошая практика.... в некоторых видах заклинания. А как вы провели день, леди Дезире? Отсыпались?

- Если бы, - вздохнул Анхельм. - Болталась по замку, то там, то здесь....

Я понятливо кивнула. Распространяла нужные нам слухи и подбирала ниточки к полезным людям. Но видимо, пока не нашла ничего интересного, и ставить Полог Тишины ради этого не стоило, а быть уверенным, что нас не прослушивают нельзя даже после того как я сняла заклинание слежения. Слишком уж непредсказуемы эти некромаги, да и МИЦА могли проявить к нам свой интерес. В последнее время я старалась не злоупотреблять магией, опасаясь, что это привлечёт к Анхельму, и к нашим с ним разговорам лишний интерес. Он же, бедный, и вовсе был вынужден обходиться без магии, и это не в лучшую строну сказывалось на его настроении. Но в вопросах безопасности некромаг был почти параноиком -- и это спасло его от демаскировки. Даже разговаривая по Зеркалу с Канцлером, он не вылезал из своей личины странноватой фрейлины, и лишь поэтому некромаги еще не раскусили наш обман, хотя и узнали о том, что Дезире работает на Канцелярию. И о многом другом.....

- Вы связывались с Тайрани? Как там дома?

- Всё было хорошо, до недавнего времени. Хотя теперь, боюсь, им придётся разбираться со всем тем беспорядком, что они упустили.

Хорошо, значит он нашел способ сообщить Грегори о небезопасности магических Зеркал, и теперь для всей Канцелярии настали веселенькие деньки, которые будут полностью посвящены попытке оценить ущерб произошедших утечек, а также реорганизации всей работы службы. А ведь магией Зеркал было так удобно пользоваться, неужто теперь снова придётся возвращаться к сложным и энергоемким заклинаниям связи, а то и вовсе к услугам курьеров? Какое-то время Зеркалами еще можно будет вводить в заблуждение гармцев, выдавая ложную информацию за секретные новости, и это большое преимущество, но вряд ли мы сможем обманывать их слишком долго. Интересно, поймут ли гармцы, из-за кого у них случился провал? Мои мысли лучились самодовольством, и боюсь, я не смогла его скрыть на своем лице, судя по снисходительному взгляду Анхельму. Я согнала с лица идиотскую усмешку и придала лицу серьезность.

- Нам тоже.

Теперь без нормальной связи с Истиком нам придётся полагаться полностью на свои силы. Что с одной стороны, очень хорошо -- некоторые вещи, касающиеся лично меня, мне удастся провернуть вне всевидящего ока Канцелярии, и это очень хорошо. Но ощущать себя совсем без поддержки Канцелярии, в которой, следует признать, сидят очень толковые аналитики, немножко страшновато.

- Ты выглядишь несколько бледновато, Агнесса. Может, тебе не стоит идти на тренировку?

- Не знаю насчет моего вида, но чувствую я себя отлично. Несколько часов сна днём мне хватило с лихвой.

- Ну ну, - пробормотал маг. - Впрочем, делай, как хочешь, это твоё здоровье.

- Вы абсолютно правы! И я сейчас как раз собираюсь им заняться -- мне долго без тренировок нельзя, я сразу становлюсь вялой и слабой. Нужно держать себя в форме!

Я действительно чувствовала себя великолепно, и убедилась в этом еще раз на тренировочном поле. Чтобы хоть как-то сбросить съедавшее меня напряжение, я пустилась бегом вокруг тренировочного поля, и лишь на седьмом или восьмом кругу почувствовала лёгкую усталость в мышцах. Да, я конечно, могу бегать дольше и быстрее, но вот только в боевой трансформации, а не так, как сейчас. В крови пел азарт, а тело горело от переполнявшей его энергии.

Я задумчиво стояла около стойки с оружием, выбирая себе подходящий для тренировки меч, когда увидела краем глаза Салмана, наблюдавшего за мной. Он кивнул мне, и я нехотя ответила на его приветствие. Присутствие воина заставляло меня чувствовать себя неловко, вспоминая о своей ошибке. Да и сложно было смотреть ему в глаза, вспоминая наш разговор.

- айри Эйнхери, не откажитесь стать моим партнёром, - предложил он, подойдя ближе.

Отказ от сражения показался бы очень странным для наблюдавших за нами гайдуков, и поэтому я нехотя согласилась. Кинув оценивающий взгляд на Салмана с его двуручником, я выбрала лёгкий кацбальгер. На собственном опыте я уже знала, что несмотря на некоторое преимущество в скорости реакции, я очень сильно проигрывала Салману в силе, да и длина его рук давала мне мало шансов вести с ним равный бой, выбери я полноценный двуручник. Поэтому оставалось только попробовать навязать ему ближний бой, где он со своим длинным мечом будет не столь поворотлив.

Изменение в этот раз мне далось на удивлении тяжело. Как обычно при боевой трансформации на меня нахлынул ворох ощущений и эмоций, но вместо привычного лёгкого напряжения в мышцах ко мне пришла резкая, мучительная боль, заставившей меня пошатнуться. Из глаз брызнули слёзы.

- Агнесса, с вами всё в порядке? - встревоженно спросил Салман.

- Да, всё в порядке, - сквозь зубы сказала я, несколько слукавив. Боль действительно уже ушла, не оставив за собой даже слабости, но этот внезапный приступ испугал меня до чертиков.

Боль при трансформации была главным признаком того, что резервы тела близки к истощению. Причины могли быть разными -- физическое или магическое перенапряжение, эмоциональная усталость, негативное влияние среды. В моем случае случае, боюсь, это могло быть всё сразу, да и использование реанимационной трансформацией почти одновременно с боевой редко когда доводила до добра. В подобных случаях предлагается на время не использовать Изменение, так что это предпоследний раз, а потом придётся хотя бы на время забыть о трансформации. Предпоследний -- потому что надо будет еще вытаскивать брата, а лезть без подстраховки в МИЦА совсем не хочется. А сейчас... сейчас я чувствую себя вполне нормально, даже лучше чем обычно, так почему бы мне немного не развлечься?

Видимо, Салман думал также, потому что он кинулся в атаку с азартом очень голодного тигра. Стоит отдать ему должное, он не стал, из-за изменившихся наших отношений, поддаваться, или пытаться щадить меня, что было бы очень обидно. Напротив, он сражался так, как будто победа надо мной было чем то важным для меня, определяющим его существование. Вот только вопрос: что для него важнее -- его победа или мое поражение? Потому что если последнее.... То Салман действительно опасен для меня.

Хотелось бы мне сказать, что со стороны наше сражение было похоже на драку неуклюжего медведя и ловкой росомахи, но это было не так. Скорее, я была похожа на юркого, но не очень сообразительного мангуста, решившего с дуру напасть ну на очень крупную змею, для которой этот мангуст на один зубок. Спасала только хвалёная реакция арэнаи, да и выбранная тактика -- длина меча Салмана мешала отражать ему мои ближние удары, если я всё таки пробивала его защиту. И вот в очередной раз я подбираюсь совсем близко, целясь специально затупленным кончиком меча в район солнечного сплетения, пользуясь тем, что Салман не успевает поставить защиту.....

И уже через секунду оказываюсь в свободной падении, отброшенная в сторону сильным ударом. Лишь у самой земли я какое-как успеваю сгруппироваться, и поэтому сохраняю кости в целости. По лицу, заливая лоб и глаза, льется тёплая солёная кровь. Но как? Если бы это был удар мечом, то я осталась бы и вовсе без головы.... Салман не спешит воспользоваться своим преимуществом, а лишь стоит, сжимая, как будто лёгкую тростинку меч в одной руке, и глядя на вторую, которой, я полагаю, он и отправил меня в короткий полёт. Моя промашка -- не думала, что он сможет так свободно пользоваться двуручником, держа его одной рукой. Интересно, как он смог приложить меня так, что на лбу открылась открытая рана?

Салман молчит, а потом разворачивается и уходит так, как будто бы наш бой закончен.

- Эй! - яростно кричу я ему в спину. - Я всё еще на ногах, раунд не закончен!

Он даже не оборачивается, предпочтя меня игнорировать. Я порываюсь броситься ему вслед, но меня останавливает крепкая рука тренера, неведомо как оказавшегося совсем рядом.

- С такой раной вы уже не боец, - говорит мне Силкер Нохай, и с досадой качает головой: - В последнее время он очень неосторожен, к себе и свои партнерам. Не знаю, что с ним твориться.

- Это невежливо с его стороны, вот так вот игнорировать соперника, - сердито говорю я.

- Ну, боюсь ему бесполезно хоть что-то сейчас говорить, - успокаивающе говорит Силкер, мягко положив руки мне на плечи, отчего мои напряженные мышцы чуть чуть расслабляются, и пыл от схватки утихает. Он вытягивает из кармана льняной платок, и протягивает его. Я прикладываю платок ко лбу, в почти бесполезной попытке остановить не утихающую кровь. Наконец я позволяю себе выйти из трансформации.

- Вам нужен целитель? - спрашивает тренер.

Я осторожно дотрагиваюсь до лба, и замечаю, что хотя рана и не очень приятна, но похоже я отделалась относительно небольшой шишкой и содранной кожей.

- Не надо, я сама. Дело пяти минут.

-Ну и отлично. Тогда я предлагаю вы примете наше приглашение отпраздновать последний день осени?

- Наше?

- Ну, по большей части моих ребят, - ухмыляется воин. - Они, знаете ли, очень хотят вас пригласить, но стесняются.

"Стесняющиеся ребята", больше похожие на отлично вымуштрованных бандитов с большой дороги, стоят чуть поодаль, и отчаянно делают вид, что им не интересна суть нашей беседы.

- А почему они сами не пригласили меня? - искренне удивляюсь я. - Раньше вроде у них не возникало с этим проблем. В тот раз мы отлично посидели.

- Ну, это в тот раз, - мнётся Силкер, но всё же объясняет. - Говорят, что Сиятельный князь почти готов объявить вас своей невестой, и никому не хотелось бы оскорбить вас, или вашего жениха предложением, несоответствующем вашему статусу.

Моё лицо пылает, но не от смущения, а от ярости. Ну ладно, Лайсо, тебе же сильнее аукнутся эти слухи, когда наша помолвка накроется....

- Это только слухи, - сухо говорю я. - С удовольствием приму ваше предложение.

- Хорошо. Встречаемся через полтора часа здесь, а потом отправляемся в город. Ребята будут очень рады.

Гайдуки, уже как-то узнавшие о моем согласии, радостно щерятся и подмигивают, только что ручкой не машут. Я, подождав, пока Салман отвернётся, украдкой показываю им язык и натягиваю "нос" в совершенно детской манере. Гайдуки, не ожидавшие от благородной дамы такого озорства, сначала как-то пугаются, а затем приходят в еще большее оживление. Мальчишки, честное слово! Может быть, потому что я выросла в мужском мире, среди таких же воинов, что и эти алисканцы, и совершенно не испытывала к ним никакого пиетета, понимая, что эти суровые воины мало чем отличаются от шумных подростков, когда дело казалось развлечений, ну разве что только их понятие "развлечений" включало в себя еще крепкий алкоголь и доступных женщин. Впрочем, мой высокий статус и проявленное мной боевое искусство не позволяло гайдукам относиться ко мне как к объекту для приставаний, и лишь некоторые из них пытались робко флиртовать со мной, к чему никто из нас не относился серьезно. Анхельм, кстати, предложил мне завести шашни с одним из гайдуков, ну или же с одним из местных аристократов, как еще один способ заставить Лайсо отказаться от своих планов. После тщательного обдумывания под моим свинцовым взглядом Анхельм признал, что план откровенно слаб, и чреват тем, что меня придушит или сам Лайсо, или Рейн Агат, а может и предполагаемый любовник, получивший "такое чудо в подарок". И вообще, он оказывается, пошутил. Ну-ну.

Вернувшись к себе, быстренько умывшись и переодевшись, я решила заняться раной на лбу. Залечить её полностью было очень сложно, так что я просто заживила порез, а сверху нанесла маскировочную магию, чтобы не слишком пугать окружающих людей. Где-то посередине моей спасательной операции ко мне зашел Анхельм, и несколько минут просто молча наблюдал за мной.

- Даже не буду спрашивать, кто тебя так, - наконец нарушил тишину маг. - Но полагаю, он уже за это поплатился.

- Еще нет.

- Тогда стоит пожалеть этого беднягу. Хуже женской мести -- только отсроченная женская месть. И не смотри на меня так сурово -- я хочу для тебя только добра..... и если ради твоего добра кому-то придётся пострадать, то так ему и надо, неудачнику.... Эй, только не кидаться!

Увернувшись от полетевшей в него расчёски, он наконец убрал дурашливое выражение лица, и спросил:

- Ты куда-то собираешься?

-Да, праздновать с местной элитой войск окончание осени, ну или начало зимы, кому как удобнее. Насколько я понимаю, это простонародный обычай, так как знать даже и не думает отмечать сей знаменательный день.

- А ты, как я вижу, ничего не хочешь упускать в этой жизни, - насмешливо говорить Нидхёгг.

- Просто если постоянно буду думать о пользе дела, я свихнусь. Последние дни меня окончательно вымотали.

- И компания пьяных тупых мужиков поможет тебе расслабиться?

- По крайней мере, эти "тупые мужики" знают что такое честь, и знают цену слову. Я, в принципе простой человек, мне больше то и не нужно.

- Ты устала, действительно устала, - сочувственно говорит Анхельм. - Но скоро всё закончиться.

- Да. Так или иначе, но всё закончиться, - и горечи в моем голосе больше чем надежды.

Злодеи получат по заслугам, те, кто нуждается в защите, её получат, а все тайны будут раскрыты. И тебе, Анхельм, не придётся больше притворяться, а мне лгать и изворачиваться. Я так хочу, но будет ли так?

Я критически оглядываю себя в зеркало и остаюсь довольной -- от синяка не осталось и следа, хотя голова до сих пор кружится. Я подхожу к сидящему в кресле Анхельму, с тревогой глядящего на меня, и приседаю перед ним на колени. Беру его наманикюренную лапищу в свои ладони, и легонько сжимаю.

- Спасибо что ты рядом со мной, и за то, что ты всегда на моей стороне. Я ценю это, и нет слов, чтобы выразить мою благодарность, - тихо говорю я, и уже без звука, одними губами: - спасибо, Анхельм.

Он наклоняется, и прижимаясь своей щекой к моей, шепчет на самое ухо:

- Ну что ты, милая, мне это только в радость. Ты лучшая напарница из тех, что у меня были.

- Врёшь ведь, - слабо улыбаюсь я.

- Нет, ну что ты. Просто до этого я предпочитал всегда действовать в одиночку. А тут ты на мою голову -- вздорная, высокомерная чародейка, едва вышедшая из ясельного возраста, и вечно влипающая в неприятности. Ну кто может быть более лучшим напарником для такого недоразумения, как я?

- Дурак, - шиплю я ему на ухо, и легко вскакиваю. - Я побежала, а то меня наверное уже заждались. Доброй ночи!

- Доброй, - отзывается Анхельм, посылая мне воздушный поцелуй и улыбаясь одними глазами.

Бегом спускаюсь по лестнице, и на первом этаже чуть не сталкиваюсь с задумчиво бредущим Джаредом Хаккеном.

- Простите меня, айрин.... и хорошей вам ночи!

- И вам, айри.... Куда же вы так спешите?

- Наслаждаться жизнью, айри Джаред. Надеюсь, с моей стороны не будет слишком смело сказать, что вы чудесно сегодня выглядите?

Ирония имеет место быть, при том очень жестокая. Возвращаясь с тренировки, я заметила, что заклинание на двери было сорвано. И теперь некромаг щеголял в плотных перчатках, видимо скрывавшими следы ожогов, а прежде длинные волосы обрезаны почти на половину, оставшаяся же часть волос выглядит.... несколько жалко. Джаред кидает на меня странный взгляд и бормочет что-то о том, что недаром в Гарме женщинам запрещено заниматься магией.

- Что-что? - переспрашиваю я.

- Благодарю вас за комплимент, айри Агнесса. И будьте осторожнее в ваших шутках -- не все могут оказаться столь же снисходительными как я.

- А вы будьте осторожнее со своими методами, в следующий раз шутки могут быть не столь безобидными.

Мы обмениваемся завуалированными угрозами, и довольные друг другом, расходимся по своим делам. Он -- видимо и дальше строить свои злобные планы, а я просто кутить.

Вся компания уже в сборе. Помимо гайдуков, здесь же и несколько знакомых мне аристократов, из тех, что часто тренируются под руководством Силкера. Нет только Салмана, но меня это скорее радует. Направляемся мы в тот же трактир, где мы сидели в прошлый раз. Силкер заранее заказал столики, а иначе, боюсь, не найти на место в пределах города -- казалось, все алисканцы сегодня выбрались из своих тёплых домов чтобы отпраздновать приход зимы.

Жарко полыхает камин, разгоняя тьму по углам, пряно пахнет глинтвейн, громко смеётся девица у стойки, флиртуя с придворным хлыщом, и смех её вплетается в мелодию, что выводит менестрель. Я, подперев подбородок ладонью, с улыбкой наблюдаю за радующимися как дети гайдуками, которые каждые пять минут взрываются громким хохотом в ответ на очередную скабрезную шутку. В этот момент я вполне довольна жизнью, собой и своими спутниками.

Пока в дверях, мрачный и пьяный, не появился Салман. Его нетрезвое состояние было почти незаметно, лишь только блеск в глазах и особая осторожность в движениях выдавали его. Я сидела на самом краю скамейки, так что ему осталось только достать стул и подвинуть его к столику, чтобы оказаться рядом со мной. Я почти брезгливо попыталась отодвинуться, и это не осталось для него незамеченным.

- Всё еще злишься?

- На что?

- Прости, я не хотел сделать тебе больно. Просто сорвался, просто..... Ты не знаешь, как я ненавидел себя в тот момент.

- Если ты меня и оскорбил, то не тем, что победил, а тем, что не дал возможность взять реванш.

- Давай я угощу тебя? - предложил он, и не слушая моих возражений, зычным голосом позвал ослужанку: - вина мне и благородной айри!

Я поморщилась, но взглядом дала знать Силкеру, что всё в порядке, и с разбушевавшимся воином я справлюсь сама.

Остаток вечера прошел совершенно кошмарно. Нет, Салман не приставал ко мне, и не вел себя грубо, но от его навязчивого внимания мне было душно и неуютно, хотелось уйти. Так продолжалось достаточно долго, и наконец я не выдержала. Попрощавшись с приятелями, я отказалась от нескольких вежливых предложений меня проводить и постаралась незаметно выскользнуть к выходу. Впрочем, Салман даже не стал спрашивать моего разрешения, а просто последовал за мной, как нитка за иголкой. Решив не устраивать скандала при посторонних, я отошла достаточно далеко от трактира, и лишь затем направила свою ярость на алисканца. Ухватив его за лацканы мундира, я резко его дернула в сторону ближайшей стены, и заставив наклониться его так, чтобы наши глаза были вровень, прошипела:

- Послушай, ты.... Я всё понимаю, магия, любовь, душевные страдания.... но какого демона ты осложняешь мне жизнь своим вниманием?! Неужели ты не понимаешь, что тем самым ставишь под удар не только себя, но и меня? Или ты хочешь, чтобы Лайсо Агату донесли, что его верный солдатик ему более не верен, и теперь находиться в полной власти у чужеземной колдуньи?!

- Раньше мое общество не казалось тебе таким отвратительным, - горько сказал Салман.

- Раньше ты не вел себя как полный идиот! Ты не должен идти за мной, возвращайся обратно в трактир.

- Это не безопасно, ходить девушке одной ночью. Я не оставлю тебя, - упрямо талдычит Джудо.

Я усилием воли удерживаю себя от того, чтобы дать Салману затрещину, поминая его неадекватную реакцию.... на меня. Наверное, со стороны это казалось совсем смешным -- мелкая по алисканским меркам девица угрожает имперскому офицеру выше её на две головы.

- Салман, - самым ласковым голосом, на который я способна, говорю я, - я же арэнаи, боевой маг, ну кто мне может быть опасен? Уличные бандиты? Не смеши меня. Давай сделаем так -- я сейчас иду домой, а ты возвращаешься в трактир, и мирно сидишь там со своими приятелями, общаешься и развлекаешься. Только не пей много. Обещаю, что если ты сделаешь, как я прошу, то я перестану на тебя злиться, и забуду о своей обиде. Договорились, Салман?

Воин несколько растерянно кивает головой, и на деревянных ногах возвращается обратно в трактир, даже ни разу не обернувшись. И к лучшему, так он не может увидеть мое виноватое выражение лица -- я применила к Салману ментальное внушение, как бы меня не претила подобная магия. И самое неприятное -- завтра наутро Джудо поймет, что я его обманула, и не избежать мне тяжелого разговора, и это в лучшем случае. Видимо, тренировки у Силкера придётся отменить, чтобы не сталкиваться лишний раз с Салманом. Идеальным было бы просто снять его заклинание, но сам он противился этому, а заставить его силой было невозможно даже для меня. Да и, если признаться честно, я даже не знала, можно ли избавиться от последствий ментального слияния -- всё таки менталистом я была очень неопытным, и своим вмешательством могла только ухудшить ситуацию, превратив его, к примеру, в кровожадного маньяка.

В тяжких размышлениях, раздираемая чувством вины, стояла я на том месте, где мы ссорились только что с Салманом, не обращая внимание на холодный ветер. И лишь первый в этом году снег, совпавший с наступлением зимы, смог отвлечь меня от мрачных мыслей. Дерзкая снежинка, не боящаяся ничего и никого отважно села мне на нос, чтобы почти сразу же растаять. Я запрокинула голову вверх, и тут же была атакована десятками подобных же самоубийц, решивших видимо отомстить за сестру.

- Снег, - пробормотала я. - Хорошо то как.

Снег шел так густо, что уже через несколько минут практически полностью запорошил землю, и теперь весело хрустел под ногами. Город превращался в сказочное королевство. Я шла, фальшиво насвистывая себе под нос мелодию, подхваченную в таверне у менестреля, когда резкое чувство приближающейся опасности заставило меня остановиться. Я замерла, пытаясь определить источник опасности, и это стало для меня смертельной ошибкой. Звук выстрела прогремел в полуночной тишине, и почти сразу же я почувствовала резкую боль в груди. Не успев ни удивиться, ни испугаться, я сломанной куклой упала на покрытую снегом дорогу.

Примечание:

Katzbalge- "кошкодёр", короткий ландскнехтский меч для ближнего боя.

Глава 20.

У нее такая древняя кровь

Что те кто казались - стали как есть

Как будто бы их здесь нет.

И они знали, зачем она здесь

И они пытались её купить

Не зная что это нельзя купить.

(с) Аквариум. Древняя кровь.

Существует легенда, про двух братьев, Тайро и Кайри, живших на заре человеческой эры, когда магия была дикой, и не подчинялась человеку, а мир был куда более суров. Мы мало что знаем про них - были ли они красивы, были ли они храбры, сказание умалчивает, известно лишь, что магический талант их был так велик, что сами боги не имели над ними власти. Слухами о их могуществе полнились подлунный мир и небеса, дошли они и до самой Госпожи Смерти, властительницы над судьбами людей. То ли она решила проучить наглецов, то ли просто испытать их, а может, её заело обычное любопытство, но в один из ничем не примечательных дней она встретила их на лесной дороге. Никто не скажет, что там произошло, никто не знает, о чём они говорили, но встреча эта стала фатальной для Кайри, младшего брата. Госпожа Смерть была так очарованна молодым магом, что решила забрать его в свое царство раньше предписанного ему срока. Легенда говорит, что он стал первым и единственным её возлюбленным, и любовь её был так велика, что она похитила не только его душу, но и тело, тем самым сохранив ему его человеческую жизнь. Дальше история развивалась по вполне себе классическим канонам -- Тайро отправился вслед за братом в царство Смерти и о сумел убедить Госпожу вернуть плененного ею мага, заключив с ней сделку. В чём была суть этой сделки, какую выгоду получила от неё Смерть, и чем пришлось расплачиваться Тайро, о том спросите некромагов, ведь именно старший брат считается основателем линии магов смерти. Так или иначе, все некромаги с той поры являются то ли вассалами, то ли слугами, а то и вовсе рабами Смерти, унаследовав от Тайро страшное умение договариваться со Смертью. Что же произошло с Кайри? Он был отпущен Госпожой обратно в подлунный мир, правда, не смог долго существовать без своей возлюбленной, и вернулся обратно, уже навсегда. Тех, кто идёт по его пути, кто унаследовал его Дар, теперь называют арэнаи, боевыми магами. Как и Кайри, арэнаи не бояться Госпожи Смерти, как и Кайри, арэнаи желанные гости для неё, поэтому и не задерживаемся подолгу на этом свете, так часто умирая в расцвете сил. Арэнаи, наследники Кайри, не так уж много даров получили от Госпожи Смерти, но один из них поистине драгоценен -- смерть для нас никогда не сопровождается болью. Сама Госпожа Смерть приходит в последние мгновения жизни мага, чтобы перед тем как забрать его, вселить в его сердце покой и избавить бренное тело от муки.

Я не очень верю в подобные легенды, слишком уж неправдоподобна эта история любви между человеком и Смертью. Но факт остается фактом -- в час своей смерти боевой маг перестает чувствовать боль, и обретает новые силы. Известны сотни случаев, когда арэнаи со смертельными ранами сражались как ни в чем не бывало, чтобы затем, после боя, упасть замертво, с восхищенной улыбкой на губах. Как будто увидев что-то прекрасное, как будто познали чудесную истину.

Когда я пришла в себя, мне было больно. Очень больно, если честно. И это означало, что до смерти моей пока еще далеко, что бы ни говорили мои ощущения. Перед глазами всё плыло и двоилось, жутко раскалывался затылок, которым я приложилась о мощенные камни, а грудная клетка казалось была перемолота в пыль. В меня стреляли, притом действовал профессионал, сумевший не только подкрасться к боевому магу, но и с одного выстрела попасть прямо в сердце. Если бы Джаред не предупредил меня о том, что я могу стать объектом для охоты, быть мне уже хладным трупом.... Нужно было встать, укрыться, навесить Щит, в крайнем случае бежать, ведь убийца мог захотеть проверить, действительно ли я мертва, но чудовищный шум в ушах и раскалывающаяся головная боль сделали меня абсолютно беспомощной -- с сотрясением мозга особенно не поколдуешь! Поэтому когда надо мной угрожающе нависла тёмная фигура, я лишь беспомощно заморгала, пытаясь унять головокружение.

- Агнесса? - в голосе моего убийцы было слышна тревоги. Или не убийцы? Это же....

- Салман? - говорить сложно, поэтому я почти хриплю. Каждый глоток воздуха сопровождается болью.

Он склонился надо мной, пытаясь проверить тяжесть ранения, но я раздраженно оттолкнула его руки от себя. Нашел время когда приставать....

- Ты ранена?

- Нет.

- Тогда почему ты лежишь? - закономерно спросил воин.

- Упала, - буркнула я. - Послушай, ты случайно никого здесь не видел? Злобного вида, с оружием в руках?

- Ты о том трупе, что свалился с крыши и свернул шею в пяти местах?

- Что?! - я попыталась сесть, что мне, с некоторым трудом и ценой очень болезненных ощущений в груди, удалось.

- Я был неподалёку, когда услышал выстрел. Убийца поджидал тебя на крыше, но я не успел добраться до него, он покончил с собой раньше. По крайней мере никак по другому его поведение истолковать не могу -- он просто подошел к краю крыши и прыгнул головой вниз!

Неужели совесть замучила? Хотя когда дело касается магов, всё объясняться гораздо проще и в то же время намного сложнее -- если убийцу нанял Адиель, он вполне мог дать ему установку на самоубийство после покушения, чтобы обрубить концы.... А обнаружить некромагическое воздействие на сознание, имея на руках только труп, может только некромаг, так что следствие просто зайдёт в тупик.

Опираясь на руку Салмана, я в проковыляла к месту падения убийцы. Ну да, безвозвратно мёртв, а следов магии даже не чувствуется.

- Как скоро здесь будет стража?

- Мы совсем рядом с дворцом, к тому же праздник.... Она должна быть здесь с минуты на минуту.

- Тогда нам стоит как можно быстрее свалить отсюда, - внесла конструктивное предложение я.

- Не думаю, что нам стоит уходить с места преступления. - недовольно нахмурился Салман. - Вряд ли тогда стража догадается, что это было покушение, и возьмется расследовать это дело. Мы не сможем узнать, кто же был заказчиком, если не.....

- Я знаю, кто был, - прервала я его. - И мне совсем не хочется привлекать к себе лишнее внимание стражей порядка. Уходим.

Воин еще более насупился, но последовал за мной. Оставалось надеется, что снег успеет скрыть следы нашего прибывания на месте преступления.

- Как ты.... - "справился с мороком", чуть не ляпнула я, но вовремя остановилась. - Почему ты преследовал меня? Я же сказала тебе остаться в трактире.

- А до этого ты мне говорила, что мне нужно обратиться к магу. Я и обратился.

- И? - с подозрением спросила. Неужто действительно последовал моему совету и избавился от ментального воздействия?

Он полез за пазуху и извлёк цепочку с висящей на ней черным камушком, и я подавила разочарование. Обсидиан. Он защитит Салмана практически от любого воздействия на разум, и, к несчастью, от моего тоже. Конечно же, при определенной силе воздействия такой простенький амулет окажется бесполезным, но зато его защита совершенно незаметна пытающемуся влиять на человека магу, который остается пребывать в заблуждении, что объект находиться под его контролем.

Мы не так уж далеко и ушли с места покушения на меня, когда силы окончательно оставили меня. Подозреваю, что раньше я держалась на чистом упрямстве и жажде жить, а теперь, когда непосредственная опасность миновала, мой организм наконец взбунтовался и решил отмстить мне за всё. Перед глазами всё закружилось, шум в ушах усилился, накатила слабость, и если бы Салман не подхватил меня, то я бы совершила очередное "головокружительное" падение на брусчатку. Осторожно подхватив меня на руки, Салман понёс меня в сторону дворца.

- Отпусти, сейчас же, - зашипела я, справившись с еще одним приступом слабости.

- Мне кажется, ты не в состоянии передвигаться самостоятельно, - пробормотал воин.

- Поставь меня на землю, идиот! Меня сейчас..... стошнит. Прямо на тебя.

Джудо поспешно поставил меня на ноги и меня самым неприятным образом вывернуло на брусчатку. Отдышавшись и вытерев лицо любезно представленным Салманом платком, я угрюмо на него посмотрела:

- И куда ты меня нёс?

- К придворному целителю.

- Никаких придворных целителей! Еще не хватало, чтобы во дворце знали, в каком я состоянии.

- У тебя весь затылок в крови, и судя по тому, с каким трудом ты дышишь, тебя всё таки задело, так что к целителю ты попадешь в любом случае, хочешь ты того или нет, - неожиданно жестким тоном сказал Салман. - Или ты сама можешь залечить собственные ранения?

- Нет, не могу, но.... Салман, я не уверена в том, что я могу доверять хоть кому-то из дворца. У того, кто охотиться за мной, хорошие связи и длинные руки.

- Хорошо, - согласился с моими доводами Салман. - Тогда этот вариант отсекается. У меня есть другое предложение. В городе живет один знакомый мне маг жизни. Конечно, как целитель он так себе, но зато ему можно доверять. Мы можем пойти к нему, это совсем близко.

Хотелось бы возразить, но я и правда нуждалась в посторонней помощи. Самолечение штука долгая и энергозатратная, а при моём нынешнем состоянии и вовсе способно меня убить. Придётся положиться на Салмана и его знакомого целителя. Воин угадал согласие в моих глазах, и осторожно поднял на руки.

- Только не тряси меня, - простонала я, - не хочу попортить твой мундир.

Салман еле слышно усмехнулся и бережно прижал меня к груди. Я плохо помню, как мы добрались до дома целителя, и что было потом. Помню только, что голос лечившего меня был мне смутно знаком, и почему то вызывал смутное, неясное раздражение. Хотелось спать, но спать не давали, заставляли глотать горькие лекарства и светили в глаза мёртвым светом. В общем, в тот момент этот целитель мне совершенно не понравился.

Проснулась рано,когда едва начало светать, в незнакомой постели. Первые несколько минут я бессмысленно глядела в потолок, вспоминая события прошлой ночи. Трактир, снег, разговор с Салманом, внезапный выстрел, не увенчавшийся успехом, но достававшийся мне кучу неприятностей. Головной боли почти не было, только лёгкая слабость. Я завозилась в постели, и скинув с себя одеяло, обнаружила что меня не только переодели, но и перебинтовали. Значит как минимум трещины в костях я заработала, будь прокляты эти экспериментальные амулеты!

Не обнаружив рядом с кроватью своей одежды, я решила наплевать на условности, и потопала вниз в ночной рубашке, явно мужской, и поэтому слегка мне великоватой. Из той части дома, где предположительно была кухня, слышались мужские голоса.

- Ты понимаешь что никто, тем более на твоей работе, не должен знать о случившемся? У айри Эйнхери неприятности, и твоя безудержная болтовня может стоить ей жизни - уставший голос Салмана Небось всю ночь не спал, меня караулил. Я почувствовала себя виноватой -- у него от меня одни неприятности, а я себя еще и веду как капризный ребёнок.

- Конечно же, - заверил чуть более высокий голос. - Но вот только с чего бы тебе ей помогать? Или....

- Или, - наверно излишне грубо обрываю говорившего и вхожу на кухню. Картина, представшая перед глазами, в другое время могло бы вызвать только умиление, но сейчас я испытываю только раздражение. За большим кухонным столом сидят Салман и Гиваргис, и пьют из огромных кружек молоко.

Вот уж кого я не ожидала увидеть, так это Гиваргиса, работника Магического Совета, так и не достигшего хоть каких-либо успехов в магии. Не думала, что он может оказаться другом Салмана, уж слишком разные они люди.

- Добрый день, айрин, - вежливо здороваюсь я с магом. - Значит это вам я обязана своим исцелением?

- Айри! Вам не стоило вставать без присмотра. Вы же сами знаете, что травмы головы особы опасны для магов, - сурово говорит Гиваргис.

Я не отвечаю, потому что замечаю лежащий на столе амулетик. Амулет, подаренный мне дедом. Он сделан в виде металлического жетончика, ничем не примечательного на вид, но теперь он безвозвратно испорчен, и его украшает глубокая вмятина от пули. Гиваргис ловит мой взгляд.

- Это ведь он спас вам жизнь? Занятная штука, но я так и не разобрался в его действии.

- Ну собственно, до вчерашнего дня я тоже не знала, как он действует. Амулет мной еще не испробованный, а в его инструкции значилось что он защищает от огнестрельных ранений. Вот только я думала, что он отвращает пули, а не притягивает их на себя. А иначе бы повесила бы куда угодно, но не на грудь.

Салман оживляется, но я тут же гашу его энтузиазм.

- Это экспериментальный образец, и производство таких амулетов в промышленном масштабе невозможно. Кроме того, это семейные разработки, так что нет, продать секрет изготовления подобных амулетов я не могу.

- Ну нет так нет, а жаль. Это бы многим спасло жизни.

- Как почти любая магическая штукенция, она слишком дорого обходиться при производстве, чтобы подобными амулетами можно было обеспечить армию, - сочувственно качаю я головой. В этом вся проблема магии -- она может быть по карману только очень богатым людям. Да -- аристократов и магов лечат целители, а вот простолюдинам чаще всего остается прибегать к услугам обычных знахарей и лекарей, которые не всегда даже воспаление лёгких могут вылечить. Богатеи могут позволить себе услуги магов и амулеты, защищающие жизнь, а вот простые солдаты полностью беззащитны перед смертью. Впрочем, выстрели тот убийца еще раз, и я была бы точно так же мертва, как и обычный солдат. Даже магия не всегда поспевает за современными техническими игрушками, предназначенными для разрушения и убийства.

Есть у нас в Семье одна изобретательница-экспериментатор, и иногда её артефакты и амулеты получаются не хуже чем у некромагов, особенно защитные. Вот только пояснительные записки к своим экспериментальными образцам она даёт невразумительные, и за последствия их использования тоже не отвечает, так что я еще легко отделалась. Кстати, как? Я адресую это вопрос целителю, а сама усаживаюсь на свободную табуретку и наливаю себе молоко, игнорируя пристальное внимание Салмана. Оказалось -- ничего страшного, ну почти. Черепно-мозговая травма при падении, сотрясение мозга (по крайней мере я теперь знаю, что он у меня есть), трещины в костях грудины и рёбер, ушиб сердца. Еще легко отделалась -- если бы не амулет, то от моего сердца остались бы только ошметки, правда, нужно сказать этой горе-изобретательницы, чтобы она включила в вязь заклинания и возможность поглощения энергии от удара....

- Ну и какие прогнозы? И учтите, у меня совершенно нет никакой возможности отлеживаться в постели. Более того, никто не должен знать, что я ранена.

- Что мог, я вам залечил, но вы же понимаете, что такие ранения за одну ночь не исчезают, - хмуриться Гиваргис. - Никаких тренировок, поднятия тяжестей, вообще резких движений в течении как минимум недели, а желательно и месяца, пока кости окончательно не срастутся. Передвигаться советую только неспешным шагом, иначе рискуете получить сердечный приступ или на всю жизнь посадить себе сердце. Теперь о вашей травме головы. Уж не знаю как, но вы умудрились получить как минимум два ушиба, притом с разных сторон, даже страшно спрашивать, чем же вы последние часы занимались.

Ну да. Видимо он добрался не только до раны, полученной от падения, но и до полученной во время тренировки, и так тщательно замаскированной шишки. Салман виновато прячет глаза, вспомнив, кто именно был этому причиной. .

- У меня такая профессия. Часто бывает. Слишком уж многие хотят настучать по голове, - неловко шучу я.

- Ну тогда я полагаю, вы знаете, что вам нельзя делать.

- А как же. Никакой магии, никакого алкоголя, никаких нагрузок, - уныло перечисляю я. Гиваргис довольно кивает.

- Особенно актуален отказ от магии. Не знаю, как вы себя до такого довели, но ваше магическое поле совершенно нестабильно. Кстати, не знаю всех особенностей организма арэнаи, но не думаю, что боевая трансформация для вас теперь возможна

Гиваргис прав, о Изменении мне теперь стоит забыть надолго, и это приводит меня в ещё более унылое состояние духа. Накрылась наша с Анхельмом спасательная операция, я в таком состоянии не то что в МИЦА не смогу проникнуть, но даже и пирожки с кухни стырить не сумею.

Мужчины, видя моё состояние, переводят разговор в другое русло, и начинают обсуждать какие-то свои проблемы. Через некоторое время я выныриваю из тяжелых раздумий и с интересом прислушиваюсь. Гиваргис уезжает в семейное поместье, и почти месяц его городской дом будет пустовать, даже слуги буду отправлены по домам. А мы с Анхельмом как раз искали надёжное укрытие для Эйнара на первое время, если он окажется не в состоянии сразу же вернуться в Тайрани. Пропадает без дела пустующий дом, прямо в центре, который никто даже и не подумает проверять..... Эх, если бы не это дурацкое покушение!

Возвращались мы во дворец с черепашьей скоростью, и путь, который должен был занять минут двадцать, растянулся на час. Когда мы подошли к главным воротам, моё состояние из сносного перешло в "еле стою", и мне пришлось прибегнуть к помощи Салмана, так что во дворец мы уже зашли рука об руку. И были пойманы с поличным.

Выглядели мы со стороны наверное действительно подозрительно. Во вчерашней одежде, встрёпанные и помятые (ночевали то не дома), возвращающиеся неизвестно откуда, при этом я почти вишу на Салмане. Если бы нам повезло, и мы смогли бы незаметно дойти до своих комнат, о том, что мы не ночевали в своих покоях, знала бы только местная разведывательная сеть и слуги. Встреться нам кто-нибудь из аристократов, о нас бы пошли слухи, что конечно тоже плохо, но не смертельно.

Но нет, мне не могло не "повезти", и поэтому первым, с кем мы столкнулись, стал сам Император со свитой. Столкнулись практически лицом к лицу, так что сделать вид, что не заметили, не получилось ни у них, ни у нас.

Свита замирает, ожидая то ли реакции Рейна Агата, то ли того, как мы будем выкручиваться. Император, с любопытством глядит на нас, и кажется, приходит к неправильным выводам о наших с Салманом отношениях. Впрочем, понять что-то по вежливо-отстраненному выражению лица невозможно, и может быть, он просто думал о погоде, или о поданных на завтрак булочках, а вовсе не о моей жалкой особе . За его спиной -- застывший восковой куклой Лайсо, с сузившимися от ярости глазами. Еще бы -- половина двора считала меня его любовницей, а половина - невестой, и та и другая сторона теперь будет думать что я предпочла принцу Салмана. Я довольно давно хотела щелкнуть Лайсо по его высокомерному носу, но не при его же отце. Лайсо не простит мне этого....

Чуть в отдалении маячат вездесущие некромаги, и если один из них своим предупреждением спас мне жизнь, то другой сделал всё, чтобы я с ней рассталась. Джаред и Адиель. Джаред выглядит удивлённым и раздосадованным, видимо, моей неосторожным поведением, Адиель же бесстрастен, но в глазах его застыло напряжение. Не ожидал увидеть меня живой?

- Айри Эйнхери, лорд Джудо, - кивает нам Император.

- Ваше Величество. - Салман кланяется, а я не поднимая глаз делаю реверанс.

- Ожидал вас увидеть на завтраке, айри, но жаль, что вы предпочли другое времяпровождение, - "и не в компании моего сына". - Позволите узнать, какое же?

Я мучительно подбираю ту ложь, которая казалось бы правдой, но воин отвечает за меня:

- Айри Агнесса желала встретить рассвет нового дня, и я удостоился чести быть её спутником.

- Айри не возражала? - вздёрнув бровь, спрашивает Император. Что-то кроется за его вопросом, но я слишком плохо знаю традиции Алискана, чтобы понять.

- Нет.

- Ну что же. Надеюсь, удача будет вас сопровождать.

Император насмешливо с нами прощается, и уходит, забирая с собой свиту и некромагов. Взгляд, доставшийся мне на прощание от Лайсо, был не просто холоден, нет - он буквально вымораживал все внутренности. Вряд ли кто поверил, что я "встречала рассвет" вместе с Салманом, а местные нравы куда как более строги к молодым возлюбленным, за которых нас видимо приняли. Можете меня поздравить, судя по всему, я угрохала своему репутацию так, что теперь о браке между мной и принцем не может быть и речи. С одной стороны, я конечно выиграла нашу с Лайсо маленькую дуэль, а с другой.... Как бы мне эта победа не обошлась слишком дорого. Или, что еще хуже, платить придётся не мне, а Салману, не имеющему ни венценосных защитников, ни влиятельную родню.

Салман провожает меня до моих комнат и оставляет меня у дверей, пожелав скорейшего выздоровления. Ну уж нет!

- Лорд Джудо, будьте моим гостем. Мне надо с вами поговорить, - произношу сухо , не глядя ему в лицо.

Салман неохотно проходит за мной в комнату, ожидая не слишком приятный разговор, и вполне справедливо. Та сцена, что произошла сейчас внизу, явно имела двойное дно, и я собиралась до него докопаться, уж слишком сильно моя интуиция кричала о том, что меня сейчас сильно подставили.

-Что это означает?

- Что именно из всего мною сказанного и сделанного вас возмущает, Агнесса? - с плохо скрытой иронией спрашивает Салман.

- Вся эта история с рассветом? Почему ты сказал именно так? Эта звучало как.... какой-то ритуал. Я права? - пытливо гляжу на алисканца, ожидая ответа.

- Да, айри. Это в какой-то степени ритуал, по крайней мере был когда-то. Сейчас же это просто символ.

- Символ чего?

- Когда двое возлюбленных хотят соединить себя узами брака, они встречают вместе рассвет. Встреча рассвета наедине означает, что между ними заключен союз, и с этого момента они считаются помолвленными.

- И зачем вам было необходимо врать именно так? Никакой рассвет мы с вами не встречали, и никакого союза с вами заключать я не собираюсь, и вы это прекрасно знаете. К тому же.... поставив в неловкое положение меня, вы подвергли опасности и себя.

От волнения я перешла на "вы", но так сейчас было легче - позволяло держать себя в руках, а точнее, не распускать руки, а держать их при себе. А ведь так и хотелось -- взять, и вмазать этому болвану по лбу со всей дури!

- Агнесса, вы иностранка и плохо знаете наши законы. Наша помолвка гораздо меньшее оскорбление для князя Лайсо, чем тот факт, что мы являемся любовниками.

- Но мы не любовники, - протестую я.

- Но скоро весь двор будет считать иначе, и что гораздо хуже -- Император. Или вы полагаете, что тот факт, что мы оба не ночевали во дворце и вернулись вместе, удастся от него скрыть?

- Нет, но.... кому какое дело? Я же иностранка, с меня и спрос другой.

- А вот с меня нет, - сухо говорит Салман.

- Значит, ты заботился прежде всего о себе? - дразню я алисканца. Тот зло дёргает головой, но увидев на моих губах мягкую улыбку, успокаивается.

-В том числе. Но ведь ты тоже получишь свою выгоду. Ты ведь давно подумывала о том, как бы вырваться из интриг Лайсо и избежать брака, который он тебе навязывает. Хотя может, я ошибаюсь, и ты безумно хотела стать новой императрицей?

- Нет, не ошибаешься, - я вынуждена согласится с ним. - Но я бы нашла другой способ обхитрить Ласо, да в крайнем случае просто бы уехала, и плевать мне на дипломатические осложнения! Но тебе ведь это может стоить жизни. Лайсо не простит предательства, а я не смогу защитить тебя.

- Защитить меня?! - Салман ржет в голос, а я спокойно пережидаю его истерику. - Ты действительно сумасшедшая, совершенно безумная иностранка, и боюсь твоя странная профессия, совершенно не подходящая для женщины, только всё усугубляет. "Защитить меня", ну надо же было придумать.... Нет и еще раз нет. Я конечно глупец и идиот, попавший под заклятие сероглазой чародейки, и отдавшей ей свою душу, но не настолько жалок, чтобы искать защиты у женщины.

- А зря, - серьезно произношу я. - Конечно, в честном бою тебе нет равных в Алискане, вот только Лайсо не будет играть честно. А против яда или магии не может быть защищен никто.

- Не думаю, что дело дойдет до этого. Он мог бы так отомстить за сорвавшийся план другому, но я всё же его молочный брат, и долгое время был его другом, так что я не думаю, что дело дойдёт до физического устранения, - в его голосе слышится тщательно скрываемое сомнение.

- Но вот только это не помешало ему наложить на тебя ментальное заклинание, которое могло повлечь за собой твою смерть - возражаю, и Салман недовольно морщиться.

- Не лезь, я сам разберусь со своими проблемами, которые к тому же пока гипотетически. А вот тебя уже один раз чуть не убили, и я не думаю, что убийца на этом остановиться.... Ты ведь знаешь, кто стоит за покушением?

Я меланхолично киваю. Знаю, ну и что? Играть в открытую против некромага я не могу, силёнки не те, обвинить его не получиться -- вряд ли я найду хоть какие-то доказательства. Но даже если я смогу незаметно его ликвидировать, что сомнительно, да и лишено чести для арэнаи, смерть одного из гармских послов может полностью дестабилизировать политическую обстановку. Конечно, я могу рассказать о покушении моему начальству, но узнай о моей "проблемке" Анхельм или Канцлер, как я в тот же миг буду отправлена домой, а ведь у меня остались незавершенные дела в Алискане.

- Не хочешь рассказать? Возможно, я смогу тебе помочь.

- Не то что не хочу, не могу, - мягко говорю я, стараясь не злить отказом нервного в последнее время алисканца. "Последнее время" кстати началось после того, как я провела ментальное слияние, и эта была еще одна нерешенная проблема. И она сильно осложнилась тем, что он теперь в глазах всего алисканского двора мой жених. Кстати, о "женихе"....

- Ты ведь понимаешь, что эта помолвка фиктивна, и не имеет силы? - прикрыв глаза, и внимательно следя за реакцией алисканца, говорю я.

- Конечно. Я не такой дурак, как Лайсо, чтобы принуждать тебя к браку силой или хитростью, - презрительно говорит Салман. - У тебя душа воина, а воин предпочтёт скорее умереть, чем быть загнанным в угол.

Вот оно как. Наверное, если бы всё сложилось иначе, если бы я не была на службе, если бы Салман не стал жертвой моей неумелой магии, если бы..... Да много, этих "если бы". Но встреться мы в другое время и в другом месте, и я могла бы влюбиться в него, потому что таких людей -- искренних, верных, сильных духом, очень мало, практически нет, а диковинки всегда привлекали моё внимание. Но вот смогла бы я покорить его сердце? Не уверена. Сейчас я пленила его разум и чувства, но сердце гораздо более сложная игрушка, с которой мне вряд ли справиться, с магией или без. Да и нужно ли? Жестоким детям не стоит давать играть с хрупкими вещами....

- Спасибо. Я ценю твоё отношение ко мне. И мне жаль, что всё так получилось, - сейчас я говорю совершенно искренне, но в сознании червячком вертится чувство вины: нет, не жаль. Ведь я уже пользовалась, и буду продолжать пользоваться его неравнодушием к себе, потому что мне выгодно, удобно и безопасно иметь под рукой полностью преданного мне человека. И тогда чем я лучше гармцев, делающих из людей безвольных рабов? Ведь я тоже лишила Салмана его свободы.

- Не жалей, ты же не виновата, что стала жертвой покушения, - неверно истолковывает мои слова Салман. - Я....

То, что хотел сказать алисканец, так и осталось тайной. В дверь постучали. И судя по тому, что ни я, ни Салман не услышали звук шагов, это был Анхельм.

- Заходите, леди Фанфорт, - громко сказала я, не в силах расстаться с уютными объятиями кресла.

Дезире Фанфорт была не в духе, и судя по её укоряющему взгляду, источником её недовольства были мы с Джудо.

- Айри Эйхери, - презрительно поджав губы, цедит она, - почему в ваших покоях находиться сей... уважаемый господин? Разве ваша матушка не говорила вам, что принимать у себя в покоях мужчину неприлично?

Я смущенно краснею, и бросаю исподтишка взгляд на Салмана. Тот понимает мою молчаливую просьбу, и иронично попросив прощение у Дезире и меня, удаляется.

- Поговорим? - понизив голос, говорит Анхельм, как только шаги алисканца перестают быть слышны.

Я неохотно встаю, и проковыляв к своим вещам, несколько минут сосредоточенно роюсь. Ну где же он.... Нашла! Достаю небольшой стеклянный шарик, наполненный серым туманом, и кинув его на пол, раздавливаю каблуком. В воздухе зависает лёгкая дымка, пахнет грозой, но уже через мгновение дым тает.

- Зачем такие сложности? - говорит Анхельм уже мужским голосом, закрывая дверь на замок. - Проблемы с магией, или разучилась ставить Полог Тишины?

- Проблемы с здоровьем.

Вкратце рассказываю случившееся, не забыв упомянуть и сцену с Императором. Анхельм, слушая меня, всё больше мрачнеет.

- Значит, узнать кто был заказчиком убийства, не удалось?

- Нет, - с невинными глазами ребёнка вру я. Если я скажу что это Адиель, возникнет слишком много вопросов -- откуда я это узнала, почему Джаред мне помогает, как я связанна с гармцами.... Легче смолчать.

- Возможно, тебе лучше уехать.

- Не раньше, чем мы вытащим Эйнара, - возражаю я. - Но из-за моего состояния здоровья, не думаю что я буду способна на оперативную работу в ближайшее время. Так что придётся отложить спасение Эйнара.

- Не придётся. Я вполне способен провести спасательную операцию в одиночку.

- Но.... - хмурюсь.

- Не доверяешь мне жизнь своего брата?

- Доверяю, ты знаешь, но я не хочу, чтобы ты действовал без подстраховки.

- Ты бы всё равно мало чем могла бы мне помочь, - взмахом руки обрывает мои возражения. - Я не хочу чтобы ты светилась лишний раз. Представь себе, из лабораторий МИЦА пропадает боевой маг, а его сестра в это время как раз находиться в городе. А с учетом того, что при спасении ты еще и наследишь магией арэнаи, сомнения, кто стоял за кражей, не останется ни у кого.

- Ну и пусть! - я взрываюсь. - Буду я еще бояться всяких преступников, незаконно удерживающих в плену граждан другой страны. Путь они бояться, что их делишки раскроются!

- Мы не знаем всей ситуации, а в открытую выступать против влиятельной и могущественной МИЦА нам не с руки. Вполне возможно, что крайней окажешься именно ты и твой брат. И я не хочу, чтобы Орани считал, что ты причастна к взлому его лабораторий. Пусть уж он лучше думает, что это некромаги решили вмешаться в его дела....

- Что ты имеешь ввиду?

- Ты же знаешь, все следы использования магии стереть невозможно. Как думаешь, о чём подумает Асет Орани, когда узнает, что его лаборатории обокрали с использованием некромагии? Или точнее, на кого он подумает?

- Хочешь одним ударом узнать тайны сигила и подставить некромагов?

А ведь действительно -- распознать, кто именно использовал чары, достаточно сложно, но вот узнать, к какому направлению относился маг по следам волшбы достаточно легко, и Асет Орани не преминет это сделать. И конечно же, узнав о использовании некромагии, подумает на гармцев.

- И отвести подозрение от тебя. Ты же в это время будешь находиться на виду у всех, и останешься в белом. А на полоумную леди Дезире Фанфорт и вовсе никто не подумает. Так что всё остается в силе. Сегодня ты любезно принимаешь приглашение главы МИЦА, сообщаешь мне о планировке здания, и не пройдёт и три дня, как твой брат будет на свободе. Тем более что убежище, насколько я поняла, ты уже нашла.

- Да, в доме Гиваргиса. Недалеко как от МИЦА, так и от дворца, никаких слуг, плёвые замки, нелюбопытные соседи.

- Да и хозяин вне подозрения, - кивает некромаг довольно. - Но будем надеяться, что оно не понадобиться.

- Мой брат.... Ты думаешь, Орани мог причинить ему сильный вред? - голос хрипит, предавая меня.

-- Необязательно, но.... Орани любит разные эксперименты, как и ты, вот только его подопытные редко выживают.

Не хочу об этом думать. Потому что если я буду представлять как Орани мучает Эйнара, боюсь я не смогу скрыть свою ярость.

- Послушай, - переводит разговор Анхельм, - а как ты будешь объясняться со своим дедом по поводу своей помолвки?

- Никак. Я ему говорить не собираюсь, и тебе не советую, если не хочешь, чтобы я вызвала тебя на дуэль, - шутливо щелкаю мага по носу. Тот морщиться, но терпит. - И вообще, она фиктивная.

- Ну, вы же подтвердили её перед Императором, а он не тот человек, который позволит вводить себя в заблуждение. Вы здорово подставились -- и если на судьбу этого алисканца мне наплевать, то вот за твою жизнь я отвечаю.

- И перед кем же? Перед Нортоном?

- Есть люди и пострашнее Канцлера, - хмыкает маг. - Твой дед например.

- Ох, я никогда не отделаюсь от клейма бережно охраняемой наследницы рода Эйнхери, - жалуюсь я. - И как только меня вообще взяли на это задание, да к тому же в чужую страну?

- А как иначе боевому магу доказать, что он чего-то стоит? Или ты думаешь, что твой дед лишит тебя шанса испробовать свои силы на практике?

- Нет,нет, ты прав -- он как раз из тех старых орлов, что отправляют своих птенцов в первый полёт щедрым пинком под зад, - ох, что-то я совсем размякла, вспомнив родню. - Время заклятия заканчивается.

- Веди себя хорошо, ладно, и не слишком любопытничай. Асет Орани опытный интриган, и не тебе с ним тягаться в словесных баталиях.

- Конечно. Я буду как мышка -- тихой и незаметной.

- Только не перегибай палку. Твои наивные глазки могут обмануть только такого простачка как Джудо.

- Он не... - в воздухе раздаётся легкий звон, а значит заклинание прекратило своё действие. - Благодарю вас за ваши наставления, леди Фанфорт. Пожалуй, я последую вашим советам и немедленно навещу Княгиню Элоизу.

Упражняясь с Элоизой в Древней Речи, я смогла наконец отвлечься от тревог. Уж не знаю, что произошло, то ли я стала терпеливее, то ли Элоиза наконец повзрослела, но теперь её общество доставляло мне удовольствие. Если бы не её любовь к сплетням, и вовсе было хорошо:

- Агнесса, а ты его сильно любишь?

- Кого? - изображаю дурочку.

- Лорда Джудо конечно. Говорят, вы обручились в тайне от всех.

Я картинно закатываю глаза.

- Что, и ты уже знаешь? И дня не прошло....

- Ну скажи, сильно любишь?

- Не сильно, только на три четверти, - пытаюсь отшутиться, но ребёнок же шуток не понимает:

- Это как?

- Никак. Не отвлекайся, и повтори еще раз -- что нужно сказать, чтобы заставить хищную собаку отступить и признать в тебе хозяику?

Не думаю, что я смогу научить принцессу всему, на это понадобиться не один и не два года, поэтому хочется вбить в её прекрасную головку как можно больше практической информации. Принцесс конечно охраняют, да только кто знает, как судьба может повернуться?

Увлёкшись уроком, забываю о времени, и когда гляжу на часы, еле удерживаюсь от ругани. Через десять минут мне нужно быть в МИЦА, а я всё еще во дворце. Наскоро попрощавшись с принцессой, пулей вылетаю из оранжереи, где мы сидели, и несусь к главным воротам, забыв о недавних травмах. За что и поплатилась -- у самых ворот меня настигает жестокий приступ удушья, и сердце бьется слишком рано, болью отдаваясь в груди. Пытаясь унять сердечную дробь, слишком поздно замечаю подошедшего слугу, одетого в цвета МИЦА -- тёмно-серые штаны и камзол, и красную, с ржавым оттенком, рубашку.

- Айри Эйнхери? - уточняет он.

- Да, это я.

- Айрин Орани прислал за вами карету. Или вы хотите пройтись пешком, айри?

- Э-э-э, нет. Карета отлично подойдёт.

Всё таки в старомодности тысячелетних магов есть свой шарм -- даже задумав тебя обмануть или убить, они все равно будут относиться к тебе как к леди. Не то чтобы я любила когда мне целуют ручки и носят на руках, но вот карета меня приятно обрадовала. Наконец-то есть возможность отдышаться и прийти в себя, расслабившись на удобном сиденье. Достаю из сумочки (которая, как и у любого запасливого чародея, размерами скорее напоминает чемодан) небольшой флакончик и делаю из него пару глотков. Боль в сердце тут же трусливо отступает, да и голова перестаёт кружится. Всё таки надо будет сказать Гиваргису спасибо, может, маг он и никудышный, но вот эликсиры у него получаются весьма эффективными!

Мы прибываем с опозданием в минут десять, но радушный хозяин даже и не думает на меня сердиться:

- Агнесса, я очень рад, что ты всё же приняла моё приглашение, - расплывается Орани в улыбке.

- Как же иначе? - любезно улыбаюсь я в ответ. - Я, как и любой арэнаи, слишком любопытна, чтобы отказаться от возможности посмотреть на ваши лаборатории.

- Да, Эйнар мне говорил что-то подобное о боевых магов.

И ему хватает наглости говорить о моем брате? Ну что же, поддержим игру.

- Он так и не наберётся смелости встретиться со своей младшей сестрёнкой? - подпустив в голос грусти, спрашиваю я.

- Эйнар очень упрямый молодой человек, ты же знаешь, - пожимает плечами - Он -говорил, что у вас достаточно напряженные отношения.

Орани много знает, неужто Эйнар ему открылся? Или может он.... Нет, не хочу думать.

- Да. Мы никогда не были дружны, наверное из-за разницы в возрасте и противоположных характеров.

- И действительно - почти мурлыкает маг, ведя меня по безликим коридорам вглубь крыла МИЦА. - Ты мало похожа на брата. Эйнар вспыльчив и иррационален, впрочем, как и большинство арэнаи, а вот ты.... кажешься слишком сдержанной и спокойной для боевого мага.

- Наверное, - пожимаю плечами.

- Но ведь это не единственное, что делает тебя исключительной, не так ли? - голос у Асета мягкий, дружелюбный. Голос человека, которому хочется довериться. - Я слышал, что твоё Изменение тоже необычно для арэнаи?

- Не в лучшую сторону, - я напряженно улыбаюсь. - Хотелось бы увидеть?

- Если не возражаешь. Это было бы чудесно, айри.

- К сожалению, сейчас моё здоровье слишком подорвано, и я не могу рисковать, используя трансформацию. Так что может быть когда-нибудь потом, айрин Орани.

- Помниться, в ночь бала ты не была столь почтительно-вежлива ко мне. Пожалуйста, называй меня просто Асетом. Когда столь юные девушки говорят мне "вы", я чувствую себя совсем старым.

- Конечно.... Асет.

- Ну вот мы и пришли.

Мы прошли мимо служебных помещений, где сидят канцелярские служащие и дошли, видимо, до самих лабораторий. Если до этого все двери, через которые нам приходилось проходить, мало отличались от тех, что можно встретить в любом казенном учреждении, то пожалуй этой двери было место в самом надёжном банке или тюрьме для отпеты уголовников. И дело было даже не в том, что на неё пошла самая лучшая сталь, а скорее в уровне сложности замков, как магической, так и технической. Анхельму придётся попотеть, вскрывая эти двери. Кроме того, хоть я и не могла почувствовать этого, не прибегая к магии, я была уверена, что вход тщательно охраняется и с помощью чар.

- Похвальная предосторожность, - пробормотала я. - Это защита того, что внутри, или от того, что внутри?

- Почему это не может быть и тем и другим одновременно? - лукаво произнёс Орани. - То, что скрывается за этими дверями, требует особого к себе отношения.

Стерильность и безликость. Вот как можно охарактеризовать то, что я увидела, пройдя за Орани.

Я шла мимо удивительных произведений магического искусства, и не уставала восторгаться. Здесь были такие артефакты, которые я считала давно уже исчезнувшими. Орани заметил мой восторг и не преминул похвастаться:

- Эти артефакты я собирал со всего света, и за многими мне пришлось отправляться самому в самые отдаленные уголки Ойкумены, и даже за пределы её.

- Так вы коллекционер?

- О, не говорите это мерзкое слово! - театрально взмахнул руками сигил. - Я не тупой коллекционер, жалкий в своём тщеславии и желании выделиться, я не ставлю свои артефакты на полки, чтобы любоваться ими - я их изучаю. Многое из того, что вы видите -- уникально, и существует в единственном экземпляре. Кроме того, искусство создания магических вещей такого уровня, как те что перед вами, к сожалению утрачено, и я трачу много усилий и времени, чтобы восстановить хоть что-то. Современной техномагии никогда не подняться до этих высот.

- Я полагаю, некромаги многое бы отдали, чтобы получить возможность побывать здесь, - предположила я.

Орани с презрением усмехнулся:

- О да! Но то мастерство, что запрятано в этих артефактах, не для этих труповодов. Тут магия посложнее, да и поинтереснее, чем та, которой владеют некромаги.

- И чем же она интереснее?

- Смотрите сами.

Мы прошли в небольшую комнатку, которую я пожалуй бы даже не заметила, если бы не Асет. В отличии от той залы, где мы были, здесь артефакты не лежали на самом виду - комната была заставлена многочисленными ящиками и клетями самых разных размеров. Разобрать в темноте что-то еще было сложно, а свет почти не проникал из полуоткрытых дверей.

- В этой комнате собраны артефакты с совершенно особыми свойствами, но всех их объединяет одна прелюбопытная черта, - почему-то шепотом сказал Орани.

- Какая? - тоже шепотом спросила я, включаясь в игру, придуманную сигилом.

Маг щелчком зажег свет и громко, так что я от неожиданности вздрогнула, пропел:

- Пробуждайтесь, милые мои, к нам гости!

В тот момент, когда мертвенно-белый свет озарил комнату, вокруг нас всё пришло в движение, коробки начали дрожать, клетки подпрыгивать, а уши заложило от какофонии звуков. Магический фон вокруг казалось сошел с ума, и у меня возникло ощущение, что в комнате толпиться как минимум несколько десятков людей.

- Что это?! - я попыталась перекричать шум.

- Живые артефакты - предметы, обладающие живой душой, - прокричал в ответ маг, а затем, видимо устав от гама, приказал на Истинной Речи: - Ti arro, mede!

Артефакты послушно стихли, а я наконец смогла перевести дух.

- Не надейтесь, это не надолго. Через некоторое время опять разойдутся, и будет еще хуже, - рассмеялся маг, увидев моё ошеломлённое лицо. - Поэтому я их держу в этой комнатушке -- слишком много от них шума.

- Я не ослышалась? Вы сказали что эти артефакты имеют души? Но как это возможно?!

- Вполне, хотя такое случается слишком редко -- слишком сложно живую душу, особенно человеческую, поместить в сосуд, её не предназначенный.

- Значит, не все души, что скрыты в этих артефактах, принадлежали людям? - задумчиво спросила я.

- Нет, большинство душ, энергетических субстанций, это души животных, а то и вовсе энергия элементалей. Так гораздо легче - поместить человеческую душу в зачарованный предмет возможно только при добровольном согласии человека, а на это мало кто пойдёт. Да и связываться с такими артефактами не каждый станет - с артефактами, обладающих волей и сознанием, очень сложно.

- Почему же? Сложно подчинить? - излишне резко спросила я.

- Подчинить не сложно, особенно если воля владельца сильнее воли артефакта, - серьезно ответил Орани. - Просто подобные артефакты ненадёжны -- слишком часто ломаются и становятся бесполезными. Ведь душа, находясь в предмете, на многие сотни лет заключена в самую надёжную тюрьму, которая только возможна -- в материю, которая никогда не знала жизни. Мало кто выдерживает подобное существование, да еще и на протяжении десятилетий-- души просто сходят с ума. А сумасшедший артефакт -- тот еще подарочек для его хозяина. Хотите кстати взглянуть на один из них?

- Не уверена, - пробормотала я, зябко обхватив себя руками. Всё, что рассказывал мне маг хаоса казалось мне не только невозможным, но и слишком пугающим. Как будто ожили все детские страшилки, о которых мне рассказывали в детстве, и о которых я благополучно забыла. Но Орани не слушал меня, вскрывая один из ящиков:

- Посмотрите! Не бойтесь, она не опасна.

На ладонях Асета лежала старинная маска, похожая на те, что носили при тайранском дворе, но закрывавшая всё лицо, не считая прорезей для глаз. Маска изображала красивое женское лицо, с тонкими изящными чертами, казавшимися слишком экзотичными для нашего времени.

- Она совершенна -- прошептала я, и как будто бы услышав мои слова, маска ожила, а застывшие черты лица зашевелились -- полные губы попытались улыбнуться, отчего по маске поползли предательские трещины, а взгляд пустых глазниц впился мне в лицо. Я отшатнулась.

- Что это? - с отвращением спросила я.

- Артефакт, позволяющий превратиться в красавицу, которая может очаровать любого мужчину. Но вот только та, кто решит её одеть, сильно рискует -- душа, заключенная в ней, когда-то принадлежала не очень то привлекательной девице, и мстит тем, до кого может добраться, лишая их молодости и красоты.

- Ужасно. Но ведь люди наверное знали, на что шли.

- Не так ужасно как-то, что она сделала со своей последней хозяйкой -- та стала носить маску, чтобы завладеть сердцем мужчины, не обращавшего на неё внимание. В конце концов она потеряла свою сущность, став приложением к этой маске -- столь же пустой, и столь же несчастной куклой, но исполнила свою мечту.

- Завладела сердцем того мужчины?

- А также печенью, почками и прочим ливером. Она его съела, заживо.

Я подавила в себе желание отшатнуться:

- Ты не боишься держать это в руках?

- Маска опасна только для представительниц прекрасного пола, и чтобы активизировать магию артефакта, нужно надеть маску. Хочешь ознакомиться поближе?

- Обойдусь, - пробурчала я, всё таки делая шаг назад.

- Как хочешь, - глаза мага, внимательно следившего за моей реакцией, смеялись, но от этого холодного блеска становилось еще более неуютней. - Ну раз тебе не по душе живые артефакты, давай глянем на другие диковинки.

Я наверное не увидела и десятой части того, что храниться и исследоваться в МИЦА, но и того, что мне показали, хватило на то, чтобы поразить мое воображение: перья, вызывающие смерч; кубок, выточенный из человеческого черепа, дарующий своему хозяину неуязвимость; легендарная неразменная монетка, всегда возвращающаяся к хозяину... Некоторые артефакты были забавны, некоторые опасны и вредны, но практически все они были созданы на грани возможного и без какого либо участия техномагии.

- Впечатляет, - наконец сказала я. - Но разве вы работаете только с артефактами?

- Нет, - веки мага медленно сомкнулись, скрывая взгляд. - Мы проводим опыты и над живыми существами. Но захочешь ли ты смотреть на это?

- Подозреваешь меня в трусости?

- Нет, конечно нет. Но то, что кажется нормальным для ученого, для человека, пусть даже и привыкшего к смертям и разрушениям, может показаться противоестественным и отвратительным.

- В какой-то степени вся человеческая жизнь противоестественна и отвратительна, так чего же закрывать на это глаза?

- Хорошо, Агнесса, следуй за мной.

Мы вышли из зала с артефактами, но через другую дверь, охраняемую двумя стражниками. Дверь выходила на лестницу, круто спускающуюся вниз. Хм, если Орани держит Эйнара внизу, то вытащить его оттуда будет затруднительно -- лестницу слишком легко блокировать сверху, и тогда Анхельм окажется в западне.

Чем ближе мы приближались к подвалу, тем больше меня охватывало странное чувство нереальности происходящего. У меня заныло в висках, а по коже как будто скользнул холодный ветерок -- в воздухе было разлита сильная, чужеродная мне волшба, да и воздух был тоже каким-то не таким, слишком неподвижным и как будто бы мёртвым, пахнущим лекарствами и химическими веществами. Мы спустились вниз, и оказались в еще одном коридоре, широком и пустом. Никого нет, видимо Орани их уже распустил по домам, или приказал не мелькать перед гостьей.

- Ну вот, мы и добрались до святая святых -- моих любимых лабораторий, - в голосе мага мне почудились нотки волнения, как будто для него и правда было важно произвести на меня впечатление. - Показать многое не могу -- как вы понимаете, государственная безопасность, но могу продемонстрировать вам проект, над которым мы работали с Эйнаром. Сейчас исследование зашло в тупик, но надеюсь, благодаря свежему взгляду и оригинальному уму ты сможешь найти и исправить неточности, которые я упустил. Ведь вы обязательно захотите поучаствовать в эксперименте, когда увидите, чего мы уже достигли, я уверен.