Мне очень нравится смотреть, как работает рулевой. Да, собственно, это и работой назвать нельзя. Он сидит в высоком кресле, положив одну руку на штурвал. Штурвал похож на автомобильную баранку, но меньше.

Рулевой трогает легонько штурвал, и нос ледокола послушно поворачивается туда, куда направил его рулевой. А куда поворачивать, рулевому указывает старший помощник капитана.

– Лево руля! – громко говорит старпом.

– Лево руля, – непременно повторяет рулевой.

Это надо для того, чтоб было ясно, что рулевой правильно понял приказ. Интересно, правда?

На мостике вообще всё интересно. Сюда приходят моряки, которые несут вахту внизу, у различных механизмов, у атомного реактора. Моряки разговаривают, шутят, рассказывают всякие истории.

Я тут узнаю и людей, и жизнь корабля.

– Хочешь порулить? – вдруг спрашивает старпом.

Я чуть не подпрыгнул. Конечно хочу! Ещё как хочу! Как он догадался? Я же никому не говорил, что мечтаю об этом. Я стоял за штурвалами судов и на Волге, и в Каспийском море, но ледокол – это класс! Мои друзья умрут от зависти.

Сел я в высокое кресло, положил руки на штурвал. Рулевой рядом стоит.

– Курс десять! – командует старпом.

– Курс десять, – повторяю, смотрю на компас и поворачиваю штурвал, чтоб стрелка остановилась на десяти градусах.

Стрелка остановилась, а ледокол продолжает поворачивать влево.

Рулевой подвернул штурвал чуть вправо.

– Надо погасить инерцию хода.

– Так держать! – приказывает старпом.

– Так держать, – повторяю я, но ледокол «так» не держит, норовит мимо полыньи пройти и на льдину наскочить.

Рулевой снова подвернул штурвал.

– Нет, – говорю, – садись ты, боюсь, не получится у меня.

Рулевой занял своё кресло, и ледокол уверенно, не рыская носом, пошёл вперёд.

«Ну и правильно, – думал я. – Пусть рулевой управляет. А то я зарулю куда-нибудь в сторону, а мне поскорей на полюс надо. Навстречу белому медведю. И так с самого детства этого жду!»