Габчик и Индра сидели за столиком в пивном баре «У кота». Вид у Индры был очень недовольным, Габчик тоже сидел нахмурившись.

— Так значит, Лондон не хочет отказаться от этой операции? — задумчиво, не то спрашивая, не то делая вывод, сказал Индра.

— В том-то и дело, что не отказывается, а настаивает на ее скорейшем осуществлении, — уточнил Габчик.

— Наверное, до них тоже дошли слухи о переводе Гейдриха, — вздохнул Индра.

— А что это за слухи? — насторожился Габчик.

— По непроверенным данным, Гейдриха хотят в ближайшее время отозвать из Протектората и отправить во Францию, — ответил Индра, — Не знаю, насколько это верно, но я слышал об этом из совершенно разных источников.

— Тогда действительно нам надо поспешить с этой операцией, — кивнул Габчик, — во Франции нам будет его уже не достать.

— Я вчера встречался с Опалкой, — сказал Индра, — он мне ничего не сказал про радиограмму о покушении.

— Он просто о ней не знал, — пояснил Габчик, — радиограмма пришла именно для нас. Она была зашифрована кодом, который знаем только мы с Яном. Бартош тоже не в курсе содержания этой радиограммы.

— А почему такая конспирация? — грустно улыбнулся Индра.

— Лондон очень недоволен тем, что в суть операции посвящены очень многие, — ответил Габчик, — они боятся, что это может привести к провалу. Лондон живет своей жизнью и не хочет и слушать о том, что здесь все далеко не так, как они себе это представляют.

— Ну что же, будем выполнять приказ, — кивнул Индра. — У вас, как я понимаю, все готово. Дело только за сигналом.

— Мы уже думаем даже о том, чтобы попробовать осуществить покушение без сигнала, — признался Габчик. — Хочется поскорее со всем этим покончить. Мы тоже устали от неопределенности.

— Я вам сказал, что хоть я и противник этой операции, я окажу вам любую посильную помощь, — напомнил Индра. — Подождите еще недельку: я уверен, что в ближайшие дни все решится.