Люк

Я не могу двигаться. Все, что я могу, это лежать ошарашенный тем, что только что у меня был лучший секс в жизни. У меня было много хорошего секса. Черт, у меня был охренительный секс — или я так думал — но у меня никогда не было никого и близко похожего на Сайласа. Я смотрю на разодранный матрас под моими ладонями. Я никогда не терял контроль во время секса. Хвала Небесам, что я не навредил Сайласу.

Я должен извиниться, но едва могу вспомнить, как дышать. В конце концов, мне нужно будет выйти из него, но я не хочу. Я хочу остаться внутри него на долбанную вечность. Он идеально мне подходит.

Когда мой пульс замедляется настолько, что я могу спокойно сесть, я собираю силы на то, чтобы отодвинуться.

— Я выхожу, — предупреждаю я.

Я приподнимаюсь на локтях, моя грудь перестает соприкасаться с его спиной, и выхожу из него.

Он вздрагивает и откатывается в сторону.

— Черт, твоя голова в порядке?

— Она будет в порядке. До этого момента я даже не вспоминал об этом.

— Я тоже. Забыть об этом было глупо.

— Я слишком сильно хотел тебя, что беспокоиться о чем-либо.

Я жестом указываю на матрас:

— Мы не должны были делать этого сейчас.

Сайлас пожимает плечами:

— Но это было отлично. М-м-м… Я бы даже сказал, это было охренеть, как здорово.

— Правда?

— Ага.

Я ухмыляюсь. Ему понравился я и мой лис.

— Ты уверен, что все хорошо?

— Больше, чем хорошо. Это было офигенно.

— Да, было, — даже если бы я хотел, не было ни одного способа скрыть от него, как я потрясен тем, что случилось. Даже не знаю, что волнует меня больше: то, что я хочу провести с ним больше, чем пару ночей, или то, что начать с ним отношения звучит, как шутка. Лис-оборотень и коп? Это никогда не сработает. И я не могу позволить Сайласу разрушить свою карьеру из-за меня.

Я сажусь и пытаюсь найти свои штаны:

— Мне нужно идти.

Сайлас открывает рот, будто хочет что-то сказать, но закрывает его и просто кивает:

— Да, хорошо.

Черт. Он хочет, чтобы я остался.

«Остался. Если ты останешься, то никогда больше не захочешь уйти. С ним был просто исключение-из-твоих-правил секс».

Но он не был исключением из правил. Этот парень засел глубоко внутри меня, будто это он был сверху, а не я.

Я хватаю свои штаны и натягиваю их на себя, не тратя время на то, чтобы привести себя в порядок. Я займусь этим дома. Если я не останусь охранять ресторан, то мог бы перекинуться и провести ночь в моей норе в лесу. Это помогло бы мне очистить голову от ненужных мыслей.

Сайлас пошатнулся, когда попытался встать, и это заставило его сесть обратно на кровать:

— Дерьмо! Думаю, мне не стоит вставать.

— Мне остаться с тобой? — я не хочу, чтобы он упал и снова ударился головой.

«Ты придумываешь оправдания, чтобы остаться с ним, не так ли? И когда ты превратился в няньку?».

Когда из-за поступка моего чертового дяди он получил травму.

«Твои кузены и дядя навредили многим, но ты не взял их под свое крыло, вернее лапу».

Отвали.

Сайлас откидывается на спинку кровати:

— Я в порядке. Ты можешь идти.

Я не разочарован. Неа. Нет. Вообще ни капли.

— Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Или, по крайней мере, позвони кому-нибудь еще.

— Позвоню, — обещает он.

Никто из нас не произносит ни слова, пока я надеваю футболку, убеждаюсь, что ключи и бумажник не выпали из штанов, и иду к входной двери.

Почти на пороге я вновь поворачиваюсь в сторону спальни:

— Я дам тебе знать, если выясню что-нибудь еще. «Но я не приду сюда снова. Я не смогу удержать себя подальше от него, если снова здесь появлюсь».

***

К тому времени, как я добираюсь до ресторана, было уже довольно темно. Все уже ушли. Я задерживаюсь на ступенях черного входа, наслаждаясь тишиной. Достаю из кармана записку, о которой я не рассказал Сайласу.

«Ты знаешь, что в сейфе. Если хочешь уберечь ресторан и ничтожеств, работающих в нем, то дай нам то, чего мы хотим».

Подписи нет, но я точно знаю, от кого она, и чего они хотят. Я единственный, кто знает место расположения тайного сейфа моего отца и то, как его открыть. В нем — золото и учетные книги, в которые отец записывал секретную информацию о его «клиентах». Со дня его смерти прошло уже десять лет, и я понятия не имею, откуда они узнали о сейфе.

Я ставлю машину на сигнализацию и поднимаюсь по лестнице в свою квартиру, расположенную над «У Фокси», как вдруг улавливаю запах бензина и лиса-оборотня, в котором смутно узнаю одного из единомышленников моих кузенов. Я перепрыгиваю через перила и застаю его, притаившегося в темном переулке. Я хватаю его и выбиваю из рук газовый баллон. Лис весь пропах одним из моих кузенов. Они намеренно послали его сюда. Между нами завязывается драка, и, в итоге, я оказываюсь на спине в луже какой-то дряни, запах которой заглушает все вокруг.

Ублюдок собирался спалить меня вместе со всем зданием. Я пытаюсь его ударить, но он уворачивается. Мы продолжаем драться. Он выворачивается из моей хватки и перекидывается. На секунду он запутывается в своей одежде, но выскальзывает из нее и бросается прочь. Я лишь смог уловить, как рыжий хвост исчезает за поворотом. Срываю с себя одежду и оборачиваюсь зверем, но бегаю я недостаточно быстро, чтобы догнать его. Я упускаю его. Когда-нибудь мы еще поквитаемся. В гневе бросаться в погоню, оставив дом без присмотра, было плохой идеей.

Еще раз обнюхиваю окрестности, но не улавливаю его запаха. Возвращаюсь обратно, одеваюсь и делаю несколько звонков, о которых я, возможно, пожалею. Затем звоню Мартину, моему шеф-повару и близкому другу. Он поднимает трубку сразу после первого гудка.

— Ты мне нужен. Один из чертовых дружков моих кузенов собирался поджечь ресторан.

— Чертовы черти!

— Точно. Мне нужен кто-нибудь, кто остался бы здесь, а я наведаюсь к Гэрри, — Гэрри, возможно, самый опасный из моих кузенов, но думаю, стоит сначала поговорить, затем уже стрелять, а не наоборот. Уверен, что я нужен им живым, чтобы получить пароль к сейфу, но про таких людей, как младшие братья Гэрри говорят «Слишком крутой нрав, но мало мозгов».

— Буду у тебя через двадцать минут, — говорит Мартин.

Я сажусь за один из столиков на улице и жду. Напряженный. Беспрестанно принюхивающийся. А я надеялся, что они пришлют кого-то, с кем у меня будет отличный долгий бой, а не игра в догонялки.

Мартин приезжает быстрее, чем я ожидал.

— Я твой должник, — произношу я, когда он выходит из машины.

— И думать забудь. Мы уже говорили об этом. Я примчусь, как только понадоблюсь, — я нанял Мартина, волка-оборотня, даже несмотря на то, что он сидел в тюрьме. Я дал ему шанс, когда никто другой не стал, и он считает, что в неоплатном долгу передо мной.

Я быстро пересказываю потасовку с чужаком:

— Я не знаю, как долго меня не будет.

— Тебе не стоит туда идти. Это может быть ловушкой. Тебе не кажется подозрительным, что он объявился только тогда, когда ты вернулся домой, и даже не попытался замаскировать свой запах, чтобы ты его почуял?

Я вздыхаю. Я думал об этом, но это ничего не меняет.

— Мне все равно нужно идти. Я не могу подвергать кого-нибудь еще опасности.

— Ты рассказал полиции о той записке?

— Нет, — я пытался, но не смог сохранить это втайне от своего друга.

— Даже тому горячему парню? Я чувствую его запах на тебе, так что даже не пытайся сказать, что он ничего не значит для тебя.

Черт. Мои кузены тоже учуют его. Я не подумал об этом, но если бы после моего визита к ним, стали бы следить за мной, то вышли бы на него.

— Нет, я не сказал об этом маленькому горячему копу.

— Уверен, у него есть имя, которое ты использовал в постели.

Я слегка толкаю его:

— Я не буду больше его произносить.

— Ты и правда собрался в одиночку сразиться с Гэрри и остальными?

— У меня нет чертового выбора.

— Если ты попадешь в дом Гэрри, они не позволят тебе уйти.

Я уверен, что они не позволят.

— Я знаю. Позвони Бет. Вы справитесь, пока меня не будет. А если я не вернусь… ты же знаешь, что мое место — твое, да?

— Черт, Люк, не делай этого. Даже если ты выживешь, полиция решит, что ты с самого начала был в сговоре с этими ублюдками.

— Как бы там ни было, это цена, которую мне придется заплатить за безопасность. Твою и других дорогих мне людей.

— Ты не обязан жертвовать собой.

— Нет, обязан.

Я не могу видеть печаль в глазах Мартина, поэтому отворачиваюсь до того, как поменяю свое решение и передумаю.

Я выезжаю из города и сворачиваю на дорогу, которая была предназначена для лесной службы, пока та еще функционировала. Теперь же дорогу забросили, и деревья вдоль нее так разрослись, что царапают корпус моей машины с обеих сторон. Не думаю, что копы оплатят мне покраску. Я вижу машину Дэнверса впереди.

Вы угадали. Я собираюсь стать информатором, чего поклялся себе не делать. А почему бы и нет? Моя семья не сможет возненавидеть меня сильнее, чем ненавидит сейчас.

Дэнверс выходит из машины, и мы оказываемся лицом к лицу.

— Мои люди установили видеонаблюдение на участке. Для полной картины я прикреплю на тебя прослушивающее устройство.

— А что делать с устройством, когда нужно будет перекинуться?

Дэнверс награждает меня злобной ухмылкой и протягивает ладонь. Если бы я превосходно не видел в темноте, то не заметил бы микрочипа, лежащего в центре его ладони.

— Ты получишь только передатчик.

— Отлично, так я не смогу с вами связаться, когда войду в дом?

— Да, — кивает Дэнверс, — Иначе это может плохо обернуться. Они что-нибудь заподозрят, когда ты просто согласишься на их требования.

— Я не собираюсь легко соглашаться. Я не настолько глуп. Им придется заставить меня согласиться, иначе они не поверят.

— Постарайся себя не угробить. Я хочу точно знать, что они задумали.

В его голосе столько же сочувствия, как у лисы к кролику.

— Я могу о себе позаботиться.

— Конечно.

Я с вызовом смотрю на него, и он поднимает руки:

— Мы ценим то, что ты делаешь для нас, и мы тебя подержим, если ситуация станет опасной. Даю тебе слово.

Я изучаю чип:

— Куда мне его засунуть, чтобы они не нашли?

Дэнверс снова ухмыляется, показывая клыки:

— В задницу.

— Что????

Он посмеивается:

— Не в том смысле, в котором ты подумал. Мы сделаем надрез на твоей ягодице и вставим его.

— Мы? Вставите его? Ты не засунешь это чертову штуку в мое тело!

— Это абсолютно безопасно.

— У вас нет навыков, чтобы…

— Ты прав, нет, — соглашается он. Он открывает дверь машины, и из нее выходит молодая девушка, — Это доктор Мартинез, она патологоанатом.

— Патологоанатом? Я ведь не мертв. Пока что.

— А хотел бы? Этот прибор позволит услышать признание твоих кузенов в совершенных ими преступлениях, после чего я вытащу тебя оттуда.

— Черт, Дэнверс, ты никогда…

— Снимай свои штаны и укладывай себя на задние сидения, — приказывает Мартинез голосом, который дает понять, что ей меньше всего хочется быть здесь.

— Черта с два.

— Я доктор. А теперь преодолей себя.

Я смотрю на Дэнверса, и он кивает в сторону машины. Этого не может быть. Но это происходит. Я думаю о том, как прошли последние несколько дней. Взрыв. Арест полицией. Секс с Сайласом. «Сайлас». Моя семья придет за ним.

— Ладно, — я расстегиваю штаны и спускаю их, ложусь в машину и…все заканчивается меньше, чем через две минуты, — Черт, все еще больно.

— Видишь? Не так уж плохо, — Мартинез садистски ухмыляется, пока я натягиваю штаны, — Хотя, мертвые люди гораздо спокойнее, — она забирается обратно в машину, и я рад, что она не услышит, что я о ней думаю.

— Извращенка с садистскими наклонностями.

— Да, — смеется Дэнверс, — Она такая. Чип находится под кожей, но в той области, которая сильно не изменится при перекидывании.

— Вы уже проворачивали подобное?

— Несколько раз.

— И это работает?

— В девяноста процентах судебных разбирательств.

— Дэнверс!

Он снова ухмыляется клыками:

— С тобой все будет хорошо. А теперь давай пробежимся по плану еще раз, но если ты меня обманешь, я заставлю тебя пожалеть.

— Только никому не рассказывай, что я сотрудничал с тобой, — говорю я саркастичным голосом, — Ни Сайласу, никому в ресторане, вообще никому. Все должны думать, что я пошел на сделку со своей семьей.

— Ладно.

У нас с Сайласом ничего бы не вышло, но я ненавижу ту мысль, что он узнает от кого-то, что я лгал ему все это время.

— Чем быстрее все закончится, тем быстрее ты сможешь все ему рассказать, — произносит Дэнверс. Я начинаю верить, что вампиры умеют читать мысли.

Я пожимаю плечами:

— Это не столь важно.

Он изучает меня в течение нескольких секунд:

— Может, это имеет гораздо большее значение, чем ты думаешь.

То, что он нашел свою любовь-морковь, не значит, что и я смогу. Лисы по природе одиночки. Хотя, и вампиры тоже.

— Заставь их купиться. И, когда мы получим четкое признание, убирайся оттуда как можно скорее.

— И вы защитите моих близких, моих работников и мою собственность.

Дэнверс лукаво ухмыльнулся:

— И твоего Сайласа.

— Он не…

— Пойдем, — указал Дэнверс на мою машину.

***

Я подъезжаю к дому Гэрри чуть позже полуночи. Его охранник открывает дверь быстрее, чем я могу передумать и уйти.

— Ждали меня?

Выражение его лица не меняется:

— Он ожидает тебя в библиотеке.

Вот шутка-то. Насколько мне известно, Гэрри, его жена и любой из его прихвостней читали книги только потому, что их вынуждали в школе.

Когда я вхожу, мой кузен сидит за несуразно большим столом и потягивает виски.

— Отнял у кого-то в качестве компенсации? — спрашиваю я, склонив голову в сторону массивного куска дерева.

— Полагаю, я прошу слишком много, ожидая от тебя вежливости, — отвечает Гэрри.

— Ой, прости, грабежи это же так вежливо.

Он закатывает глаза:

— Ты и правда мудак.

«Вот это заявление!».

— Так что я, по-твоему, должен знать, что так тебе необходимо?

— Много чего, — он всегда любил превращать разговоры в своеобразную игру.

— Тогда с чего бы мне что-либо тебе рассказывать?

— Чтобы защитить свой ужасный ресторан и твоего нового парня. Сколько ему лет вообще? Он совершеннолетний? Или ты тоже решил преступить закон, только в другом от нас направлении?

— Он не…— я останавливаю себя. «Притворись, будто защищаешь его». Мне нечего притворяться. У меня есть намерения защищать его, — Не трожь то, что мое. Неважно, что я говорю или не говорю тебе.

— А вот тут ты не прав. Здесь я решаю, что делать, а не ты. У твоего нового любовничка будут большие неприятности, если…

— Вижу смысл сотрудничать с вами.

— Так ты меня понял. Какой смышленый мальчик. Знаешь, у нас есть вакансия, и, я думаю, мы тебя на нее возьмем.

— Какая? Палач? Продавец контрабанды? Продавец оружия по завышенным ценам?

— Нет, — улыбается он, — Начальник отдела удовольствия.

— Удовольствия? Ты имел в виду принуждение подростков спать с людьми за деньги, подростков, которые исчезают через некоторое время, и никто никогда их не находит?

— Им хорошо платят.

Я хотел бы его придушить, но должен подыгрывать дальше:

— Я ни за что не буду твоим сутенером.

Гэрри нажимает несколько клавиш на своем ноутбуке:

— Прямо сейчас я смотрю на твоего мальчика. Он так молод, так уязвим.

— Не так сильно, как ты думаешь, — он действительно сейчас видит Сайласа или просто запугивает меня? — Что ты хочешь от меня узнать?

— Я хочу, чтобы ты рассказал мне, где находится ключ от сейфа твоего отца.

Значит, я был прав.

— И с чего такой интерес к сейфу?

— Ты уже вскрыл его?

Я не притрагивался к нему. Я знаю, что там золото и деньги, но они омыты кровью, и поэтому я не хочу притрагиваться к ним. Конечно, мне не хочется, чтобы еще кто-то завладел ими, и они бы лежали там вечно на случай, если бы мне отчаянно нужны были. Через год (или около того) после смерти отца я ходил туда и посмотрел, что внутри. Так что я точно знаю, что там лежит.

— Там нет ничего, в чем бы ты нуждался. Ты и так достаточно богат.

— Мне не нужны его деньги. Мне нужны записные книги твоего отца.

— Какие книги? — я играю в рискованную игру, блефую, потому что он ожидает от меня этого.

Гэрри смеется:

— Ты прекрасно знаешь, о каких книгах я говорю. Чтобы открыть себе дорогу в будущее, нам нужно быть уверенными, что прошлые клиенты заплатили по счетам. Так что ты расскажешь мне, где находится сейф и дашь ключ от него.

— Ты так в этом уверен?

Он медленно делает глоток виски, смакуя его:

— Ты же не хочешь, чтобы твой мальчик погиб? Или чтобы твой ресторан сгорел?

— А какие у меня гарантии, что ты не навредишь мне и моей собственности, если я отдам тебе ключ?

— Мое слово. Это все, что у тебя есть.

— Последний раз, когда ты хотел меня видеть, ты дал мне слово, что не побеспокоишь меня снова.

— И я держал его. До сих пор.

— Что доказывает, что твое слово ничего не стоит. Ты что угодно скажешь, чтобы получить желаемое.

— Давай так. Ты отдаешь ключ и получаешь шанс жить, но если решишь присоединиться к нам, этот шанс резко возрастет. Понял?

— Почему тебе стало так важно присоединить меня к своей шайке?

— Тебе нравится изображать невинную овечку, но я знаю, что ты следил за нами.

Я устал играть в игры. Чем скорее он все скажет, тем скорее я уйду и смогу закончить этот бред.

— Ты планировал переворот и захват новой территории.

Он ухмыльнулся:

— Ты всегда был смышленым. Только жаль, что растратил весь свой потенциал, — я давно привык к его издевкам, поэтому молчу, — Вопрос только в том, достаточно ли ты умен, чтобы присоединиться к нам.

— Я достаточно умен, чтобы этого не делать, — я поворачиваюсь к нему спиной, намереваясь уйти, но я знаю, что его охранники преградят мне путь. Один из них кладет руку на пистолет.

— Давай, застрели меня, и он никогда не откроет сейф, — говорю я.

Гэрри фыркает:

— Ключ где-то спрятан. Мы найдем его.

— Верно, но что насчет сейфа. Он может быть в любом банке мира. Те книги могут лежать где угодно.

Гэрри игнорирует меня и что-то печатает на клавиатуре ноутбука, затем поворачивает его экраном ко мне, и я вижу квартиру Сайласа. Черт, как они установили эти камеры, а он даже и не заметил?

— Ты чертов ублюдок! Ты установил камеры в его квартире? — теперь Дэнверс узнает, что в квартире Сайласа камеры и избавится от них.

— Я говорил тебе, что видели твоего мальчика во всей красе. Впечатляющее шоу, кстати.

О черт, нет. Они не видели нас. Мой живот скручивает, и я борюсь с тошнотой. Я не позволю Гэрри увидеть, как его слова подействовали на меня.

— Я предпочитаю женщин, но, похоже, этот коп хорош в постели.

Забыв о вооруженных охранниках, я выпускаю когти и хватаю Гэрри за ворот его рубашки, тащу его к столу и прижимаю ублюдка к нему. Пистолет упирается мне в затылок, но это не пугает меня.

— Оставь. Его. В. Покое!— рычу я.

— Сначала выполни свой долг на благо своей семьи. Возможно, мы даже позволим тебе его трахнуть. Иметь при себе знакомого копа очень полезно, даже если он почти ребенок.

Я отпустил его и оттолкнул охранника, стоящего за моей спиной и все еще держащего меня на мушке.

— Оставь его, — приказывает мне он.

По крайней мере, мне не приходится притворяться. Они явно мне поверили.

— Я буду работать с тобой, но требую полного партнерства.

— Ты думаешь, что заслужил это?

— Тебе нужны люди, у которых больше, чем половина мозга.

— Отлично. Ты в деле.

Не думал, что мне удастся это так легко. Видимо, мои кузены действительно не самые яркие лампочки.

— Через два дня у нас будет обсуждение плана. До тех пор ты будешь нашим гостем.

— Мне предоставят шикарную комнату или я буду спать на каменном полу, питаясь хлебом и водой.

— Не драматизируй, — он вытащил флешку из одного из ящиков стола, — Возьми это, и просмотри дело, над которым мы работаем. В комнате есть ноутбук. Но учти, он просматривается и контролируется.

Я посмотрел на флешку. То, что нужно! Он просто больной, если решил дать мне ее.

— Уведите его отсюда, — приказал Гэрри охране. Моим кузенам не выиграть в этой игре. На этот раз нет. Я сбил их с толку. И буду продолжать играть роль, независимо, что для этого потребуется.