Любовь на выходные

Анна Валентинова

Утром в пятницу Варя созвонилась со своей лучшей подругой Янкой и договорилась встретиться вечером в кафе и поболтать о своем, о девичьем. Давно хотелось посидеть вдвоем за чашкой чая, обсудить все возникшие проблемы и главное – медленные и идущие в никуда отношения с Вадимом. Вадим – элегантный молодой человек, работал в рекламном агентстве не на последней должности и по всем статьям был мечтой каждой незамужней девушки от восемнадцати до сорока пяти лет.

Однако мечта эта оказалась до невероятности правильной и занудной, причем до такой степени, что Варя каждый раз недоумевала – как такой ретроград и консерватор мог работать в рекламном агентстве! По мнению Вари там должны работать люди как минимум креативные, как максимум – безбашенные. А Вадим даже носки стирал на ночь и вешал сушиться на батарею. Качество само по себе похвальное, но Варю от вида этих чистеньких черненьких носочков на батарее неудержимо тянуло в сон. А уж об отличном качестве секса уже и не приходилось говорить. Кстати о сексе тоже хотелось поболтать с задушевной подругой.

Но Янка поломала все планы. Уже через час она позвонила с потрясающей новостью. Так и выпалила в трубку, что новость потрясающая.

Нас с Лешиком на уик-энд пригласил потрясный парень. У него избушка где-то на заливе, классные виды, сауна, бассейн и шашлыки. А еще до фига спален, так что мы можем захватить своих приятелей. Намечается классная тусовка.

В голосе подруги было слышно ликование. Янка обожала потусоваться, причем не просто потрясти попой в элитном клубе, но с изюминкой – различные модные пати, закрытые показы, яхты и вот такие вот избушки на десять акров землицы.

Совершенно не хочется тусоваться, особенно с моим занудиной Вадимом, - попробовала поныть Варя, - Может мы не поедем?

Да ты что? Может на природе твой зализанный мачо покажет себя во всей красе! Тряхнет силушкой богатырской.

Аптечкой он тряхнет на все случаи жизни и галстуком в тон к носкам, - проворчала недовольная Варя.

Я не понимаю, чем ты недовольна? - ответила неунывающая подруга. - Он все продумывает наперед, надежен как скала, с ним можно спокойно вить гнездо. Он добывает пищу, ты чистишь перышки, как правильная птичка.

А вот как объяснишь подруге, что все эти мегаположительные качества вызывали в Варе только непреодолимую скуку? «Зажралась ты, матушка», - сказала девушка сама себе и согласилась на уик-энд среди красот залива.

К ее удивлению, Вадим воспринял идею поездки с одобрением.

Дома на заливе сейчас в большой цене. Мы рекламировали одного застройщика – цены у него были нереальные и все клиенты тоже. Если не ошибаюсь, где-то там окопалась парочка-тройка знаменитостей. Может, и увидим кого-нибудь?

По телефону голос мужчины звучал непривычно взволнованно:

Конечно, надо соглашаться, Варя. Да и ты выглядишь последнее время бледненькой, надо бы тебе румянца добавить.

Конечно бледненькой. Будешь тут красненькой, если сиднем сидишь за компьютером, сочиняя различные опусы для глянцевых журналов и сайтов той же тематики. Советуешь всем дамам проводить выходные на лыжах в Швейцарских Альпах – а сама сидишь в пуховом  бабушкином

платке и войлочных тапочках в виде мордочек щенков. Это зимой. А летом всех посылаешь в Канны или Канн, как правильно Варя всегда забывала, а сама ставишь сетку на вентиляционное окошко, чтобы тебя не зажрали комары, расплодившиеся в сыром подвале блочной пятиэтажки.

Поэтому отдых на сказочной фазенде на берегу залива ей крайне необходим, пришла к выводу Варя. Может и Вадим покажется ей с более привлекательной стороны? Как-то оживится, что ли. Для пущего оживления она захватила ажурный комплект нижнего белья, подаренный Янкой на 8 марта и еще ни разу не употреблявшийся по назначению.

Все, она была готова. При более зрелом размышлении она добавила запасные джинсы, шортики, пару топов и свитерок на прохладный вечер. Выходные обещали быть грандиозными.

Через пару часов ее настроение было уже не таким радужным. Прибрежное шоссе намертво встало в пробке. Все жаждущие отдохнуть на природе горожане ринулись из города как один и, естественно, единственная дорога к морю не выдержала такого напора. Автомобилисты всех мастей отчаянно давили на клаксоны, но делу это не помогало.

Судя по навигатору, они не проехали еще и полпути. К тому же позвонила Янка и сообщила, что они с Лешиком из города выбрались заблаговременно и теперь сидят на веранде гостеприимного хозяина и пьют текилу с лимоном. Далее в изложении подруги присутствовали только эпитеты в превосходной степени, поэтому Варя решила, что текилы та выпила уже порядочно.

- Варя, ты не представляешь! Владелец избушки такой мачо! Настоящий большой альфа-самец, ты таких еще не видела, да и я тоже. А домик у него не реальный! Я еще не все посмотрела, но квадратов 250 точно! Не считая крытого бассейна и сауны. Таких мужиков надо в кино показывать. Ну и девушка у него - настоящая модель. Ноги от ушей, блондинка, говорят даже мисс чего-то там. В общем, приезжай давай, повеселимся вместе.

Варя улыбнулась, представляя себе этого альфа-самца. Зная вкусы Яны, ей почему то представился Джигурда в леопардовой шкуре, а рядом Анна Семенович в купальнике из веревочек. Посмеявшись, она даже неосторожно поделилась с Вадимом своей картинкой. И конечно получила в ответ замечание - «Варя, ты иногда бываешь удивительно несерьезна».

Варе захотелось возразить, что жизнь сама по себе штука очень серьезная, поэтому нужно почаще смеяться. Но удержалась. Они уже это проходили. Начиналась лекция о серьезном отношении к жизни, о готовности к трудностям и бла-бла-бла. Поэтому она благополучно промолчала. Не хотелось ссориться в преддверии двухдневного отдыха.

Но все равно Вадим начал бухтеть про непредвиденные задержки в пути, из-за которых они доберутся поздно, а все это из-за Вари, которая долго копалась… Та слушала его нудный монолог в пол-уха и в который раз недоумевала, почему она все это терпит?

Неужели она поддалась всеобщей панике возраста, и считает, что в двадцать восемь лет все кончено, и надо хвататься за любого мужика, который проявит интерес? Но она искренне так не считала и была довольна и счастлива, особенно, когда круто поменяла свою жизнь. Надо будет обязательно обсудить с Яной все перспективы романа с Вадимом, или про отсутствие таковых, решила она. Пока Вадим читал нотации, машина потихоньку двигалась и они, наконец, приехали.

Оставив машину на внушительном паркинге, парочка пошли к дому. Навстречу вылетела Янка и, подхватив подругу под руку, тут же повела показывать местные красоты. Недовольный Вадим что- то пропыхтел в спину про вещи, но девушки его уже не слышали. Избушка и вправду оказалась впечатляющей - целые хоромы деда Мороза, царившие над остальным дачным ландшафтом.

Дом, сложенный из огромных бревен, какого-то сказочного светло-янтарного оттенка, восхищал и подавлял одновременно. Архитектура его была несколько грубоватой –  никаких   особенных

изысков, два этажа с мансардой, галерея вокруг всего дома на первом и втором этажах. Была уже включена подсветка и каждый уголок дома, каждый резной карниз и неожиданная деталь были заметны восхищенным зрителям.

Девушки зашли на веранду, где весело проводили время, против ожидания, не такое уж и большое количество гостей. Варя насчитала четыре парочки, включая Яну с Лешиком. Двое из них даже были знакомы девушке – редактор автомобильного журнала того же холдинга, в котором она трудилась, и дама, кажется, из администрации, что-то там связанное с прессой. Остальных она не знала. Церемония знакомства прошла весело и без заминки. Яна представила подругу как подающее большие надежды молодое журналистское дарование, на что кто-то как обычно банально сострил, и Варя тут же банально пошутила в ответ. Вечер обещал быть томным.

Вот уже и недовольный Вадим присоединился к ним, и стал выговаривать Варе за то, что она бросила его на крыльце и в итоге он еле всех нашел. Все выпили по бокалу шампанского, как на модном фуршете, посвященном выпуску юбилейного номера журнала. Гости разбились на маленькие группки и стали обсуждать свои насущные проблемы.

Было уже почти десять вечера, но было тепло, относительно светло и удивляло отсутствие комаров. «Ах, да, это же залив, вспомнила Варя. - Их должно сдувать ветром». Но никакого ветра не чувствовалось. Наоборот, теплый июньский вечер манил понежиться на многочисленных сидячих и лежачих местах. Выбор был велик: гамаки, развешанные на веранде тут и там, и низкие мягкие диванчики. Девушки выбрали диван-качели с мягкими и упругими подушками и сели, предварительно взяв два бокала с шампанским.

Мягко и неспешно потекла беседа. Все то, что Варя хотела высказать подруге за столиком в кафе, куда-то улетучилось. Говорить хотелось только о хорошем, поэтому Яна рассказывала о проделках Яцика – золотистого ретривера, который на данный момент был оставлен у мамы, и должно быть страшно скучал по своим хозяевам. Варя уже подумывала, как бы им перенестись поближе к месту ночевки, ибо устала за этот длинный день неимоверно.

Вдруг издалека послышался звук машины. Гости сразу напряглись, а несколько мужчин встали и направились к паркингу.

- Хозяин приехал, - лениво прокомментировала Яна. - При нас сорвался куда-то по делам, а его мамзель за ним потащилась. Сейчас ты их увидишь.

Когда Варя увидела хозяина дачи, то сразу поняла, насколько ошиблась с «Джигурдой». По крыльцу поднимался мужчина практически ее мечты. Высокий, крепкий, с легкой модной небритостью. Официальный синий костюм с белоснежной рубашкой удивительно шли ему. А серые глаза вкупе с рыжеватой чуть волнистой шевелюрой делали его похожим на какого-то киноактера, чье имя она вспомнить не могла.

«Зараза», - выругалась про себя девушка. Ну почему богатый и успешный оказался еще и красивым, даже чуточку смазливым! Вот если бы он был лысым и пузатым, тогда вселенской несправедливости было бы на порядок меньше. А так – Варя перевела взгляд на вцепившуюся в руку кавалера девушку – такие красавцы достаются только этим мисс, с ногами от ушей, белоснежной вытравленной гривой волос и безупречным макияжем.

Варя ощутила себя дурнушкой, Золушкой, которую никто так и не удосужился пригласить на медленный танец на школьном выпускном. И решила, что ей терять и ловить нечего, поэтому надо выкинуть из головы красавчика с обложки.

Наш местный олигарх, - шепнула Яна на ухо. - Макс Еремин. Ты должна его знать.

Вроде что-то слышала, - рассеянно ответила та, думая о своем, - Лучше бы он оказался лысым и

пузатым, - неожиданно озвучила она свои мысли. Яна странно посмотрела на нее:

Ты что, действительно не знаешь кто это? А я думала, будет тебе сюрприз.

Я действительно не знаю кто это! А что, он владелец заводов, газет, пароходов? Яна странно хмыкнула:

Ну, пароходик, а точнее, яхточка, у него точно есть. Да не переживай, так смешнее будет, если ты его не помнишь. А еще журналистка, - подколола она, не удержавшись.

Это не значит, что я обязана знать всех жителей нашего миллионного города. – уже резковато ответила Варя.

Журналистка? Кто тут журналистка? Варя внутренне застонала.

Яна, а ты мне не рассказывала, что твоя подруга работает журналисткой. К ним подошел хозяин избушки, Макс Еремин.

Ну, какая разница, Макс, кем работает девушка, если она умница, каких поискать. – промурлыкала Яна, мгновенно найдя выход из положения.

Да и столь очаровательное создание, в придачу. – сказал хозяин, неожиданно целуя Варину руку. Его мимолетный смазанный поцелуй почему-то обжег ее, как огнем.

Создание работает в журнале «Олеся», - не своим, а каким-то вредным голосом старухи Шапокляк ответила девушка и выдернула руку. Ей мгновенно стало стыдно за свою реакцию на поцелуй, которую, впрочем, никто не заметил, но она то ее ощутила!

А, глянцевый фантик для дамочек, - пренебрежительно протянул Макс. За ее спиной хмыкнула Яна.

Между прочим, у нашего фантика тираж двадцать тысяч! - немедленно ринулась в бой Варя на защиту родного еженедельника.

Это при населении в один миллион человек, не смешите меня! – молниеносно ответил Макс. Его ухмылка почему-то взбесила ее еще больше.

За нами рекламодатели в очередь стоят!

Да, да, поместить рекламу между советами похудеть и что приготовить на ужин – это так почетно! – продолжал ухмыляться Еремин.

Я, между прочим, и о мастопатии пишу и о проблемах диагностики рака!

Угу, а еще больше о том, как ублажить мужчину десятью разными способами и где лучше выбрать подходящее нижнее белье для секса.

Она разъярилась еще больше, потому что Макс, по большому счету, был прав. Писала она чаще всего об отношениях мужчины и женщины, этом вечном нерешенном вопросе. И эта правда еще больше ее взбесила.

Все правильно, только вот некоторые отдельные мужские особи не заслуживают не то, что десяти, а даже одного способа! И сексуального белья тоже! Потому что слишком самодовольны и тупы!

Брейк, - решительно встала между ними Яна. – Макс, не думай, что Варя на самом деле так считает, просто ты задел ее любимое место работы, а такое не прощается.

Ничего, - с ухмылкой проговорил Макс, - Я переживу.

При этом он смотрел на девушку в упор, и глаза его совсем не смеялись.

И как долго работает Варвара в столько уважаемом и известном издании? – в его голосе она опять почувствовала усмешку.

Полгода, - пробурчала Варя. Ее запал внезапно угас, и она немедленно ощутила вину за столь яростную отповедь хозяину дома.

Тогда все понятно, - протянул Макс.

Что понятно? - не удержалась она, и тут же мысленно обругала себя за длинный язык.

Понятен пыл новобранца.

Смысл его реплики был все равно не ясен, но уточнять она не решилась. Подбежала спутница Макса, защебетала что-то на своем птичьем языке и потащила его за собой. Мужчина ушел, но Варя еще долго ощущала на себе тяжелый оценивающий взгляд.

Ну, ты даешь, мать! – восхищенно проговорила Янка. – Ты чего на него так накинулась? Я думала он тебя на месте испепелит, особенно после «самодовольных и тупых»!

Сама не знаю. Ян, давай напьемся, а?

Напиться вдрызг не получилось. Пока парились в большой и жаркой сауне, пока плавали в не менее огромном бассейне под ночным звездным небом, неожиданно подкралась дремота. Сонную девушку Яна отвела на второй этаж в одну из многочисленных гостевых спален.

Краем сознания Варя отметила одинаковость всех дверей и подумала, что будет трудно находить свою. Потом она окинула взглядом спальню и ничего уже не видя, рухнула на большую мягкую кровать. Уплывая в сон, ускользающей мыслью отметила отсутствие Вадима и уснула как убитая, наполненная впечатлениями длинной пятницы.

Посреди ночи она проснулась от двух желаний – ей мучительно хотелось пить и в туалет. Сделав и то и другое, она умылась прохладной водой, но легче от этого ей не стало. В голове было пусто и легко, все воспринималось как в замедленном кино. «Пьяная мать – горе в семье», - подумала Варя и уставилась на себя в зеркало. Даже сейчас, помятая и не вполне трезвая, она себе нравилась. Уходя из университета на вольные хлеба, которые, в конце концов, привели ее в журналистику, она решила поменять не только свою жизнь но и внешность.

Отказалась от своей, так долго хранимой естественности в виде длинных волос неопределенно мышиного цвета, в пользу длинного каре. Покрасилась. Вместо длинных юбок и вязаных шалей начала носить обтягивающие кофточки и платьица, и будущее заиграло новыми красками. Принц пока не примчался на белом коне, но что-то похожее на завалящего графа в виде Вадима нарисовалось.

Варя еще раз внимательно оглядела свое лицо. С другой стороны с мисс совершенством как-там- ее-подругой-Макса ей соперничать трудно. Серые глаза, чуть вздернутый нос, обычные, совсем не пухлые губы и даже, о боже мой, веснушки кое-где, – все вместе никак не складывалось в гламурное секси. Максимум в симпатичную соседскую девчонку, с которой интересно сбегать в киношку.

Она вздохнула. Размышления о собственной внешности окончательно выбили сонную хмарь из головы. Девушка зачем то вытащила из сумки ту самую сорочку, которую так и не смог оценить ее

кавалер и медленно надела перед зеркалом. Шелковая комбинация сидела превосходно, обтягивая все что нужно и скрывая проблемные места. Хотя проблемных зон тоже практически не осталось – спасибо удачной работе, до которой теперь можно было добираться пешком.

В процессе самодемонстрации нижнего белья она заметила Вадима. Он лежал в кровати, завернувшись в покрывало и позабыв раздеться.

Наклонившись над ним, она почувствовала запах виски. Причем далеко не легкий. Да что там, Вадим напился основательно и даже легонечко похрапывал, чего за ним никогда не водилось.

«Вот оно - достойное начало нашего совместно уик-энда», - грустно подумала Варя.

По всей видимости, ночь жаркого секса откладывалась, а утро обещало быть постпохмельным. Вадима пришлось раздевать долго. Пока она сняла его джинсы, пока расстегнула и стащила рубашку, плохое настроение из-за ссоры с Ереминым вернулось.

«Храпит тут, как ни в чем, ни бывало, а я белье надела красивое, специально для него!»

И покраснев, тут же представила реакцию Макса на бельишко и его иронично выгнутую бровь.

«И зачем я ляпнула про сексуальное белье?»

Варя застонала. Она даже никакой пижамки не захватила с собой, понадеялась на жаркие ночи в объятиях любимого! Придется теперь спать в этой красоте неземной.

Захотелось проветриться, и она, вспоминая, что на втором этаже все окна выходили на большие балконы, нашла дверь и, накинув легкий халатик из серии «открываю больше, чем закрываю», вышла наружу. Облокотившись на перила, посмотрела вдаль, и полной грудью вздохнула пряный летний воздух. Пахло сеном, оглушительно стрекотали кузнечики, и она решила, что все не так уж плохо.

Не спится? – за ее спиной раздался знакомый, чуть тягучий голос.

«Черт!», - подумала Варя и медленно оглянулась.

Справа от дверей ее комнаты сидел, или почти полулежал на шезлонге Макс Еремин, собственной персоной. С растрепанными волосами, в полурастегнутой рубашке, джинсах и босой, он вызвал гораздо больше симпатии, чем сегодня днем. Рядом на столике стоял бокал с чем-то янтарно- тягучим. Ночь сразу перестала быть томной, и пока Варя мучительно соображала, что бы такого ответить, мужчина продолжил:

А твой благоверный вырубился почти мигом.

Ага. Она мигом собралась, демонстративно повела носом и с максимальным сарказмом, который сумела только извлечь, спросила:

Специально напоил, чтобы он обратной дороги не нашел?

Да ты что? – деланно удивился Макс.

«Вот наглец», подумала Варя.

Даже в мыслях не было! Твой Вадим пил виски со скоростью света. Такое ощущение, что он отродясь его не пробовал. Он что у тебя, трезвенник и язвенник?

У меня он вообще не пьет! – не удержалась   девушка.

Да, - опять издевательски протянул он, - Что-то не похоже. Обломалась ваша ночка, а?

Варя во все глаза смотрела на этого самодовольного наглого котяру. От эмоций у нее даже голова

закружилась. Мало того, что специально напоил Вадима, так еще не считает нужным это скрывать! Дразнит ее, как нарочно! И не дав опомнится своему разуму, который нашептывал, что неспроста тут хозяин дома занимается изощренным троллингом, ох неспроста, она выпалила:

Ты самодовольный сукин сын!

Вот это номер! – Макс расплылся такой довольной улыбкой, что даже ей стало не по себе, - Мы опять начали ругаться? Кстати, с тебя должок!

Какой должок? - у ней слов уже не хватало от переизбытка адреналина.

За грубости твои сегодня днем. Ты же не думала, что заденешь мое эго при всем честном народе, и тебе это сойдет с рук?

Твое эго не пробьет даже бронебойный снаряд!

Не скажи, я был очень обескуражен и подавлен.

Ленивая улыбка и очень внимательные глаза Макса запутали Варю еще больше. Если он шутит, то что ответить? Он никак не мог обидится на их минутную перепалку! Миф о ранимости мужчин сильно преувеличен, тем более таких толстокожих самцов! «Он со мной флиртует, - осенило ее. - В пяти шагах от спящего Вадима, в доме, полном людей, он меня хочет закадрить и…» дальше она додумывать не стала. «Варя, соберись», - приказала она самой себе.

Знаешь, ты прав, я наговорила лишнего, извини меня, пожалуйста, я пойду спать.

Все это она пробормотала скороговоркой и, не глядя на Макса, сделала шаг в сторону спальни. Реакция его была молниеносной. Только что он расслабленно сидел в шезлонге, и в ту же секунду оказался у нее на пути. Варя натолкнулась на него, как на железобетонную стену с мягкой обивкой, успела выставить перед собой руки, но все равно оказалась тесно прижатой к его груди. Она мгновенно осознала, что рубашка у него расстегнута, а ее халатик тоже каким-то непостижимым образом распахнулся, и она явственно ощущает тепло его кожи.

«Черт, черт, что же это такое делается!», - мысленно завопила Варя. Она вдохнула, ощущая аромат здорового мужского тела, и вконец растеряла свой здравый смысл. Сумятицу ее мыслей прервал Макс.

Ты видела залив?

Что? – переспросила Варя.

«Я стою, уткнувшись в твою мужественную гладкую накаченную грудь, руками практически обнимаю тебя, ты тоже вот-вот меня обнимешь, какой залив????»

Она настолько растерялась, что даже не думала сопротивляться, когда Макс развернул ее и подвел к перилам балкона.

Мой дом стоит почти на самом берегу залива, но часть обзора закрывают сосны. Я не стал их рубить, так как они мне очень нравятся.

Варя практически ничего не понимала, что он говорит. Она остро чувствовала, как Макс прижимается к ней всем телом и ощущала его руки на плечах. Щеки горели, места, к которым он прикасался своим телом, пылали тоже, в голове не осталось ни одной дельной мысли.

Что нравится? – спросила она, понимая, что пропустила мимо ушей всю его речь.

Я говорю, что мне сейчас все нравится, - последовал незамедлительный ответ. Последнее слово Макс прошептал на ухо Варе так, что у нее мурашки пробежали по всему телу.

Нравится смотреть, - при этих словах он поцеловал ее в макушку. – Нравится ощущать, - очередной поцелуй пришелся на изгиб шеи, - Нравится делать, - он поцеловал мочку уха, чуть сжав ее зубами. Этого девушка уже не выдержала, и при очередном слове «нравится» повернулась и встретила поцелуй.

Это было невыносимо сладко и почти болезненно. Сначала неторопливый и ласковый, через минуту поцелуй превратился в яростную борьбу языков и губ. Почти задыхаясь от восторга, Варя целовалась, не желая отступать ни на йоту, не прося пощады и не капитулируя перед ним. Чувствуя, что Макс слишком крепко прижал ее к перилам, она не только не воспротивилась, но развела ноги, чтобы он прижался к ней как можно теснее и ближе. Макс первым прервал поцелуй, и она открыла глаза. Мужчина смотрел на нее уже без тени насмешки.

Ну, теперь мы квиты? – проговорила она мгновенно пересохшими губами.

Вполне, - серьезно ответил Макс, и, взяв ее за руку, коротко сказал, – Пошли.

Варя едва удержала вопрос «куда». Ясно, куда он ее ведет, только как быть с мисс совершенство как-ее-там?

Все вопросы были сняты сами собой, как только Макс привел ее в спальню, расположенную через несколько дверей от ее собственной комнаты. Эти апартаменты уже больше напоминали жилое помещение, чем те, куда отвела ее Яна. Разобранная кровать, разбросанные мужские вещи, на столе ноутбук и телефон.

Макс не дал ей досмотреть остальное. Повернув, с силой прижал ее к себе и они стали целоваться яростно и самозабвенно, почти не делая перерывов на дыхание. Варя уже давно перестала анализировать свои поступки. Ей уже казалось абсолютно правильным, что она стоит полураздетая в спальне практически незнакомого мужчины и сама, САМА раздевает его, нетерпеливо срывая и бросая на пол джинсы и рубашку.

То самое злополучное белье они сняли уже вместе, сидя на кровати. Макс не преминул иронично выгнуть бровь, и сказать «ну вот я и удостоился лицезреть это чудо!» на что Варя коротко сказала

«замолчи». Сев к нему на колени, она стала целовать его губы, глаза и волосы, ворошить волосы. А он, обняв за талию, нашел грудь и стал неторопливо и нежно посасывать сосок, вызывая почти болезненное наслаждение. Она застонала. Также неторопливо и ласково он облизал второй сосок, и девушка выгнулась от удовольствия. Чувствуя бедрами тот самый, так вожделенный ею сейчас, мужской орган, она слегка привстала, чтобы разом покончить с болезненной неудовлетворенностью  между ног.

Потерпи минутку, - прошептал он, и быстро выдвинул ящик прикроватной тумбочки. В темноте ночи блеснула фольга упаковки презервативов.

Не хочу ждать ни секунды, - лихорадочно прошептала она ему в лицо.

И через минуту Варя оказалась прижатой к кровати мощным натиском изголодавшегося по удовольствию мужчины. Макс рывком вошел в нее, остановившись на мгновение, и начал двигаться, методично доводя ее и себя до умопомрачения. Она смогла лишь приподнять и согнуть ноги, и руками вцепиться в изголовье кровати. Больше никаких осознанных телодвижений и звуков она сделать была уже не в силах. Их бедра двигались в едином ритме, время понеслось быстрее, и очень скоро мощная запредельная волна наслаждения затопила ее с ног до головы, окуная в мир восхитительных ощущений и переживаний. Кажется, она закричала, может даже слишком громко, потому что Макс тут же накрыл ее губы поцелуем и прошептал:

Тссс! - И резко ускорив движения бедрами, кончил сам. Они замерли, тесно обнявшись.

А ты, крикунья, оказывается, - опять прошептал он, - Надо это учесть.

А ты самодовольный тип. Затащил девушку в постель и еще недоволен? – слова у Вари выскакивали автоматически. Каждой клеточкой своего тела она ощущала вселенскую негу и расслабленность, и ее наконец то неудержимо клонило в сон.

Я очень доволен девушкой, а еще больше доволен девушкой в постели, - ответил Макс, снимая презерватив и укладываясь рядом с ней. Ощутив спиной, что ее обнимают, Варю затопила волна неудержимой нежности.

Даже не думай, я не буду с тобой спать! – придав голосу максимальную суровость, которая оказалась несколько смазанной зевком, сказала она.

А, по-моему, мы уже перспали! – кладя руку ей на грудь и просовывая ногу между ее ног, ответил Макс.

Так нельзя, мы тут не одни!

Наплевать на всех,- последовал молниеносный и исчерпывающий ответ.

Нет, мне не наплевать, пусти.

Варя рывком села, ожидая что Макс удержит ее. Но он остался лежать.

Как хочешь. Спокойной ночи, если ее так можно назвать, - донеслось с его кровати.

Она не ответила. Взяв свой халатик, и не наблюдая в радиусе двух метров своей комбинации, надела его и тихо вышла из спальни.

«Все правильно, я большая девочка, я получила свое удовольствие и больше этого не повторится», - твердо сказала она сама себе и аккуратно легла на свою половину кровати, стараясь не касаться храпящего Вадима.

«Я не скажу Вадиму, он не расскажет Илоне, ничего не было»! Заснула Варя почти мгновенно.

Утром ее разбудил поцелуй. В полудреме она удивилась, что не ушла от Макса этой ночью, как хотела. Открыв глаза, она увидела Вадима, виновато склонившегося над ней.

Доброе утро, милая. Я не очень бузил сегодня ночью?

Нет, ты спал как убитый и даже храпел. И зачем тебе понадобилось напиваться?

Варя автоматически ответила, лихорадочно вспоминая ночные события. Почему она сразу подумала про Макса? Вадим спал, она умылась, вышла на балкон, а там уже сидел он…

Она мгновенно вспомнила все остальное! Бесстыжий первый поцелуй, ее нетерпеливое желание, как она сама оседлала Макса, требуя побыстрее надеть презерватив. Ей стало жарко. Покраснев от стыда, она уже совсем другими глазами посмотрела на Вадима, который продолжал оправдываться.

Она переспала с другим мужчиной в двух шагах от своего любовника. И не просто переспала, а получила от этого несказанное удовольствие, несравнимое ни с чем, что она испытывала раньше. Дальше одновременно думать и слушать Вадима она уже не могла, и со словами «Извини меня, я в душ» юркнула в ванну.

Она переспала с незнакомым человеком, которого встретила первый раз в жизни! В двух шагах от

своего любовника и девушки Макса! Как она вообще додумалась до такого?

Умывшись холодной водой, девушка посмотрела на себя в зеркало. Там отразилась довольная физиономия с блестящими глазами, чуть опухшими губами и прической, растрепанной как после… после… «ну договаривай» - сказала она сама себе, - как после хорошего качественного феерического секса».

Вот это ключевой слово, наконец, найденное, почему-то успокоило ее. Секс, это всего лишь секс. Ни к чему не обязывающий, классный перепихон. Какого в ее жизни еще не было. А теперь будет. И ей не семнадцать лет, а, слава богу, двадцать восемь, и она пошла на это сознательно….

М-м-м-м. Может не совсем сознательно, а под влиянием выпитого? Скажем так, и он и она порядочно выпили и поддались искушению. Все. Забыть и выкинуть из головы.

Варя быстро, чтобы ее собственные размышления не завели в тупик, шагнула в душевую кабинку. И все равно, стоя под струями теплой воды, она почему-то мгновенно представила Макса, заходящего к ней сейчас. Тьфу ты, черт, развратница!

Выйдя из ванны, она Вадима не обнаружила. Наверное, сбежал, придавленный грузом вины. Ну и ладно. А вот отсутствие фена в ближайшей перспективе было куда ощутимее. Надо звать на помощь Янку. Варя позвонила ей и коротко обрисовала проблему.

Уже иду, - отозвалась подруга и через минуту стояла на пороге с феном в одной руке и косметичкой в другой.

Выглядела она ослепительно. Ярко-синее парео едва прикрывало ультрамариновый купальник, состоящий из нескольких веревочек и трех микроскопических кусочков материи. Все это великолепие увенчивала широкополая шляпа, в духе пляжной моды мини-бикини-68.

Ну как я тебе? – Яна демонстративно повернулась вокруг себя.

Сногсшибательно. Лешик будет в восторге и все остальные мужики тоже.

На это и было рассчитано, - улыбнулась подруга. – Я надеюсь, ты сейчас наденешь что-то похожее?

Варя молча показала ей свой купальник, разложенный на кровати. Янка со скептическим выражением лица взяла его нижнюю часть.

Это что? Купальник твоей бабушки? Ты бы еще водолазный костюм надела! И цвет такой уже никто года два не носит!- накинулась та на нее.

К слову сказать, купальник был самым обычным – трусики и лифчик, который прикрывал все, что нужно прикрывать, но оставлял открытым достаточно много жизненного пространства для загара. И цвет был веселенький – желтый.

Варя, защищаясь, ответила:

Я собираюсь в нем загорать, а не то, что ты подумала!

Да то, что я подумала, ты даже представить себе не можешь! Ты еще не видела купальник мисс- подруги-хозяина, мой по сравнению с ней – монашеская ряса!

Ладно, - сменила гнев на милость Янка, - Все равно Вадим твой наряд не оценит, так что надевай все остальное и быстренько идем завтракать. Мы последние.

На террасе первого этажа под завтрак был накрыт большой стол. Большинство гостей и правда уже успело выпить чая и съесть рогаликов со всевозможными начинками. Поэтому Варя с Яной с удобством расположились на мягком диванчике и умиротворенно пили вкусный чай со сдобой. Утро

было замечательным. Солнце уже ощутимо нагрело воздух, но все равно чувствовалась свежесть от залива, шум которого Варя теперь явственно слышала, в отличии от вчерашнего вечера.

Было самое время для ровного загара, чем и воспользовались немногочисленные гостьи, и, конечно же, условная хозяйка дома – мисс-как-ее-там. Бассейн и лежанки около него хорошо просматривались с террасы, и Варя прекрасно видела ровный коричневый загар девушки, покрывавший ее идеальную кожу, красивый модный купальник с лифчиком пуш-ап, подчеркивающий грудь и стринги, едва просматривающиеся на попе, без малейших признаков целлюлита.

«Красотка с журнальной обложки, а спал ее кавалер все равно со мной», - самодовольно подумала Варя и тут же самокритично себе ответила, «это потому что был хороший коньяк и темная ночь, когда все кошки серы и не видно целлюлита на попе! А еще, - самокритично добавила она в копилку черных мыслей, - она его разозлила и он таким образом отомстил. Не больше!»

Ну, пошли искупнемся? – жизнерадостно предложила Янка. Варя запоздало спохватилась:

А где все мужчины?

Они затеяли барбекю.

И, правда, метрах в ста от бассейна несколько мужчин столпились вокруг огромного, сверкающего сталью монстра, что-то оживленно обсуждая. Макса Еремина среди них не было.

А наш гостеприимный хозяин изволит готовить яхту к послеобеденной прогулке. – угадала ее невысказанный вопрос Янка.

Уже ничему не удивляясь, Варя лишь лениво заметила:

У него и яхта есть?

И не говори, Варечка, мечта, а не мужик. Жаль занят уже, а то мы бы «ух»! – подхватила подруга.

Ну, ты может быть и «ух», - ответила Варя, почти не покраснев, - А я - пас, такой мужчина мне не по зубам.

Не заговаривай мне зубы, от вас двоих вчера только что искры не летели! Варечка, ну попробуй, флиртани с ним разок, тебе понравится, вот увидишь! – взмолилась подруга.

Да ты что? Сначала уговариваешь меня вить гнездо с Вадимом, а теперь толкаешь в гнездо порока и разврата? – опешила девушка.

Варечка, твой Вадим ни рыба, ни мясо. Да, он хороший мужик, но Макс настоящий альфа-самец, понимаешь?

Я понимаю, что ты спятила.

Варя отбрыкивалась от подруги и одновременно чувствовала небольшое облегчение. Значит это не она такая безвольная девица легкого поведения, а он – альфа-самец. С ним согласны переспать все девушки в радиусе пяти километров. И она, как видно, тоже. Это физиология и пляска гормонов.

А Яна продолжала:

Да, Варечка, да. Несмотря на практически гражданский брак с Лешиком, я решилась бы попробовать неизвестное, но очень манящее блюдо под названием Макс Еремин.

Вот ты и пробуй, а я пас!

Ну, как знаешь. Пошли купаться.

Вдоволь наплававшись и навизжавшись в бассейне, который был достаточно внушительных размеров, девушки улеглись загорать. На двух свободных шезлонгах лежали большие махровые полотенца, чуть-чуть поменьше тех простыней, что им были выданы вчера в сауне. Тщательно вытершись, Варя подумала, что купальник быстро высохнет на солнце и улеглась с чувством выполненного долга.

Солнце уже припекало вовсю, мысли ее текли медленно и вяло. Она думала о том, что очень удобно, когда из бассейна можно было вылезти двумя способами. В глубокой зоне были предусмотрены две лесенки по бокам, а кому не хотелось заниматься акробатическими трюками, мог банально выйти по пологому пандусу. Никаких ступенек. Дно и стены бассейна были выложены красивой изумрудной с зеленью плиткой, создающей иллюзию морской воды.

Да и сам участок был на удивление гармоничным. Практически сразу за бассейном начинался небольшая, но очень симпатичная зеленая лужайка, а за ней поднимался настоящий сосновый бор. Между соснами шумел, переливался всеми красками и ослеплял своим великолепием залив. «Тот, что мне пытался якобы показать Макс прошлой ночью, - вспомнила она, - вот мошенник». Но и это уже думалось привычной, разморенной на солнце, ленцой.

Раздались осторожные шаги, ее шезлонг загородила чья-то тень. Через минуту молчания невидимые руки стали смазывать кремом ее спину. Варя умилилась – Вадим все еще пытался загладить свою вину, и сам захотел намазать ее кремом от загара. На людях! Что ему было совсем несвойственно. Какой милый он, и какая неблагодарная она.

Впрочем, ее мысленное самобичевание довольно быстро закончилось. С каждой секундой Варя начинала подозревать что-то неладное. Слишком уверенными и сильными были руки, слишком ласкающими движениями они втирали в ее кожу крем, слишком… И когда неведомый и такой услужливый некто по хозяйски расстегнул застежку лифчика, Варю осенило. Она буквально взвилась над шезлонгом, придерживая рукой верхнюю часть купальника. Черт! Перед ней на корточках сидел Макс Еремин с руками, вымазанными кремом, и довольно улыбаясь, смотрел на нее.

Ты что? – от возмущения Варя не могла найти слов, - Ты совсем?

Я всего лишь спасаю тебя от палящего солнца. Нельзя быть такой беспечной!

Одновременно с довольной физиономией Макса она видела смеющуюся Янку на соседнем шезлонге, которая, вот лиса, лицезрела с самого начала того, кто мазал ей спину. И, что было значительно хуже, - Вадима, который подходил к ним с вопросительным выражением на лице.

«Я его убью!», - с холодной яростью подумала она. Она не знала, что говорить Вадиму, а Макс вообще не собирался оправдываться, и лишь, ухмыляясь, смотрел на нее. Положение спасла Янка.

А что, уважаемый хозяин дома всем мажет спину кремом, или только избранным? – промурлыкала она своим фирменным соблазняющим тоном. Эту интонацию Варя называла интонацией кошки, которой захотелось ласковой хозяйской руки.

Макс откликнулся немедленно:

Хозяин дома мажет спинку и все остальные части тела все красивым девушкам в этом доме. - и легко и непринужденно поднялся.

Яна немедленно выставила ногу прямо перед носом Вадима. Длина и красота данной части тела несколько сбила его с мысли, и к Варе он подсел уже совершенно в своей обычной манере.

А Макс своего не упустит, - совершенно по-свойски сказал он.

То есть? – опешила Варя.

Да он не пропускает ни одной красивой девушки вокруг себя. Его в свое время видели с такими красотками, что… - и Вадим даже махнул рукой, будто сожалея, что ему слов не хватает для описания всех прелестей этих неведомых девушек. - Да и его нынешняя пассия на высоте, ну ты ее видела.

Весь этот пассаж Варя слушала с возрастающим недоумением. Он что, ее так утешает? Дескать, успокойся, барин слегка поразвлекся, сама виновата, потому что красивая? Даже видя, что Макс точно такими же сильными и уверенными движениями смазывает красивые ноги подруги, Варя кипела от возмущения. Бабник!

Но вслух она ничего говорить не стала, пообещав себе, что при первой же возможности выскажет этому плейбою все, что хотелось сказать в данной ситуации.

Спокойное времяпрепровождение у бассейна кончилось. Теплая компания выразила желание заняться подвижными играми. На лужайке на специальные столбы мигом была натянута волейбольная сетка и вскоре все мысли Вари были заняты только тем, как половчее отбить мяч, и не сплоховать при подаче.

К сожалению, бессовестный Еремин играл за команду противника, да еще и в одних шортах, что очень отвлекало девушку. Солнце блестело на его загорелой и мокрой от пота груди, мышцы рельефно напрягались при каждом броске, и Варя могла только бесконечно повторять сквозь зубы:

- Альфа-самец, дьявол его задери, альфа-самец.

Игроки в волейбол так увлеклись матчем, что шашлыки и курица-барбекю, приготовленные на универсальном монстрообразном устройстве, получились слегка зажаристыми. Но все так проголодались, что мясо и овощи-гриль улетели вмиг. Даже Варя, которой совершенно не хотелось есть, попробовала понемногу всего, а вина благоразумно пить не стала, ограничившись виноградным соком. И все равно, через какое-то время ощутила тяжесть в желудке.

После обеда по программе была запланирована прогулка на яхте. Но пока все поели, пока спустя некоторое время с не меньшим аппетитом попили кофе, пока слегка отдохнули, на яхте вышли уже ближе к пяти часам вечера. Впрочем, время значение не имело, ибо погода была великолепная, и самым благоразумным было действительно переждать послеобеденную жару в тени большого дома.

Белоснежная красавица-яхта стояла на причале в излучине залива. Здесь же стояли и другие суда, остальных, далеко не бедных обитателей здешних мест. В оснащении и оформлении судов каждый хозяин изощрился по полной программе. Здесь были и огромные яхты, больше похожие на пассажирские пароходы, и скромные парусные суденышки, рассчитанные едва ли на трех человек.

Яхта Макса была чем-то средним между теми и другими, чем сразу понравилась Варе. Стремились ввысь громадины парусов, солнце сияло сквозь них смягченным светом, ослепительно голубое небо завораживало своей чистотой. На левом борте элегантно и    строго было выведено название

«Эспада». Внутри пахло кожей и деревом, лестница с палубы вела в большой салон со столом и мягкими диванами по периметру, слева была маленькая кухня с барной стойкой, слева двери в технические помещения.

Никто из гостей не захотел оставаться в салоне и все расположились на палубе. Макс встал за штурвал и неторопливо, но уверенно вывел яхту в море. Вскоре он доверил управление Олегу, как поняла Варя, одному из своих давних друзей, а сам принялся объяснять и демонстрировать принципы управления парусами восхищенным зрителям, в основном, конечно дамам.

Хорошо, что при этом он был, по крайней мере, одетым, ворчливо про себя заметила Варя. Ей,

поначалу, также как все, восторгавшейся порывами ветра и брызгами моря, постепенно становилось нехорошо. Все остальные дамы устроили фотосессию, принимая различные соблазнительные позы то на фоне парусов, то на носу, то облокотившись на ограждения. Особенно преуспела в этом подруга Макса, выгибая бедро и вскидывая руки как профессиональная фотомодель.

Варе же было не до фотосессий. Ее начинало мутить. Все съеденные за обедом вкусняшки медленно, но верно перемещались в желудке, желая выбраться наружу. Она медленно и осторожно побрела вниз, думая только об одном, как бы ее не стошнило прямо здесь, у всех на виду. Ее мутило все сильнее, и, спустившись в салон, она осторожно легла на один из диванов. Полежав некоторое время, она поняла, что лучше ей не становится, но тошнота, кажется, отступала. «Вот и славно, - оптимистично подумала Варя, значит, просить тазик у хозяина не придется».

Почти следом за ней спустились Яна и Вадим. Яна тут же заохала и заахала и сразу побежала за Максом. Варя даже не успела ее остановить. Вадим, с озабоченным выражением лица нашел какую-то тряпку, намочил ее холодной водой и положил на лоб. Так что, когда Яна привела Макса, Варя предстала перед ним во всей красе: бледная с зеленцой, свернувшаяся калачиком и с тряпкой на лбу.

«Ну и плевать», - подумала Варя. И как страус трусливо зарылась лицом в подушки дивана.

Так, так, так, – раздался знакомый голос, и знакомые руки хозяина яхты бесцеремонно повернули Варино лицо к свету. В знак протеста она зажмурилась. – Налицо, точнее на лице морская болезнь. Уважаемая Варвара, и давно это с вами происходит?

Что давно? – Она была вынуждена открыть глаза, чего, скорее всего, и добивался Макс.

Давно у вас появилась склонность к морской болезни?

Да не было у меня никакой склонности, пока не появились вы со своей яхтой!

Значит все дело в моей «Эспаде»? Придется прервать нашу увеселительную прогулку.

И тут Варя испугалась. Она совершенно не хотела прерывать всеобщее веселье и еще больше не хотела привлекать излишнее внимание.

Не надо из-за меня ничего прерывать! Пожалуйста, продолжайте веселиться, я тут полежу на диванчике и скоро оклемаюсь. Меня даже уже почти не тошнит!

Последнюю фразу она произнесла, умоляюще глядя на Макса. Тот, нахмурившись, молча смотрел на нее.

И не надо меня за борт выбрасывать, если вдруг эта идея посетила вашу голову!

Варя, не говори глупостей, - вклинился Вадим, - Как ты могла подумать, что наш гостеприимный хозяин захочет выкинуть тебя в воду?

После этой тирады Варя услышала отчетливый смешок Янки. А Макс, не поворачивая головы, ответил:

Девушка шутит. Никто не собирается выкидывать ее за борт, хотя, может быть, многие проблемы сразу бы разрешились.

Варя отвернула от всех голову, показывая «делайте со мной, что хотите».

Предлагаю компромиссный вариант! Если прогулку прерывать не имеет смысла и пиратский вариант нам тоже не подходит по многим причинам – значит только таблетки.

Яд? – слабо проговорила Варя.

Вадим опять не удержался от замечания:

Я поражаюсь твоему чувству юмора, шутить над такими вещами!

Ну, пока что не яд. – ответил Макс. - Отличные таблетки от укачивания. Правда их нужно принимать заранее, но и так они тоже работают. Однако есть один побочный эффект…

Судороги и понос? - предположила Варя. Янка рассмеялась в голос.

Нет, - Макс оставался серьезным, хотя уголки губ у него уже подрагивали, и Варя это отлично видела. – Просто легкий снотворный эффект. Проще говоря, сейчас ты заснешь, а проснешься уже вечером, на суше и под одеялом!

Замечательно, дайте мне упаковочку.

Упаковочку не дам, а штуки три придется съесть.

Пока Макс ходил за таблетками, Вадим попытался выразить свое сочувствие, погладив Варю по щеке и прошептав «бедная, бедная, выздоравливай». Макс вернулся со стаканом воды, таблетками, подушкой и одеялом. Деловито засунул подушку ей под голову, укрыл одеялом и сунул таблетки под нос:

Пей.

Она без возражений быстро проглотила таблетки, запила их водой и легла под пушистое одеяло, блаженно обняв подушку руками. Проводив глазами вышедших мужчин, она взяла за руки Янку:

Посидишь со мной?

Конечно! Только такая особа как ты может подхватить морскую болезнь, вместо того, чтобы флиртовать с классным мужиком!

Но я с ним пофлиртовала сейчас, разве нет?

Ага! Выбросьте меня за борт! – передразнила она голосом подругу. – Жалкий лепет умирающей. Ладно, ничего не хочу слушать, отдыхай.

Варя еще несколько минут рассматривала внутреннее убранство каюты, а потом ее глаза закрылись, и она погрузилась в сон. Яна, вздохнув, тихо вышла.

Далее события разворачивались более чем занимательно. И хотя Янка потом клялась и божилась, что все произошло случайно, и никто ничего такого не планировал, Варя ей не поверила ни на грош.

После того, как она уснула, точнее во время всего процесса ее лечения и засыпания, веселье на яхте продолжалось. Завершилась длительная фотосессия, в которой приняли участие все без исключения девушки, кроме Вари, разумеется. Потом выяснилось, что гостеприимный хозяин захватил остатки обеденного пиршества и все с удовольствием подкрепились. Тут же пошло в ход и припасенное шампанское.

После серии продолжительных тостов гости обнаружили, что приближается суша. Оказывается, где-то в перерыве между шашлыком и шампанским Макс умудрился повернуть яхту к берегу.

Якорь бросили не на главной стоянке, с которой отходили, а на личном причале Макса. Никто не спросил причину такой перемены, а Еремин не удосужился никому ничего объяснить. Когда Вадим и Яна спустились в каюту за Варей, та так крепко спала, что будить ее не стали.

Вскоре на участке вовсю гремела музыка. Гости разбрелись по дому, кто-то танцевал на веранде,

мужчин заинтересовала кальянная и бильярд, девушки опять наведались в сауну. Когда Вадим, уже порядочно наигравшись, и продегустировав бутылку коллекционного вина, пошел в строну пирса, Яна его окликнула. Она сидела на краю бассейна, завернувшись в белую простыню, и болтала в воде ногами.

Вадик, ты не за Варей ли пошел?

Яна, я столько раз тебя просил не называть меня Вадиком, - раздраженно произнес он. - Мое имя Вадим! И никаких сокращений! Да, я за Варей.

Прости Вадим, дорогой, - в тоне Яны появились мурлыкающие кошачьи нотки. – Я думаю, Варенька не захочет, чтобы ты видел ее в таком виде, после сна, помятую, ослабевшую. А может ее там все-таки стошнило? – понизив голос, добавила она.

Вадим растерянно остановился.

Что же тогда делать?

Давай я проведаю Варю и если она проснулась - помогу дойти до вашей комнаты, - сладким голосом пропела она, - Ни о чем не беспокойся, ешь, пей и веселись!

Если бы Вадим был чуть потрезвее и повнимательнее, от него не ускользнула бы ехидная улыбочка, мимолетно посетившая Янкино лицо. Но он настолько расслабился от всего того, что выпил и вдохнул, что даже обрадовался, когда вместо него проблему взялся решить кто-то другой.

Яна, потуже затянув полотенце на груди, направилась почему-то не на пирс, а в противоположную сторону – на террасу. Найдя Макса в окружении его давних знакомых, она многозначительно подняла брови и выразительно повела головой. Макс легко поднялся и подошел.

Макс, надо бы пойти проверить как там Варенька, что-то ее долго нет. Но я такая пьяная, что боюсь даже дорогу не найду, а Вадим вообще не в состоянии ходить.

В процессе тирады Яна провела указательным пальцем по его груди и посмотрела ему прямо в глаза. Макс ответил на пристальный взгляд, помолчал мгновение и сказал:

Конечно, я схожу.

Я надеюсь на тебя, и думаю, что Варя будет в надежных руках, - эти слова она произносила, все также пристально глядя на него.

Несомненно, тебе не о чем беспокоиться.

Макс взял руку Яны и галантно поцеловал. Безмолвный диалог, состоявшийся между ними, был понятен обоим. Проводив глазами фигуру мужчины, идущего в сторону пирса, она усмехнулась и издевательски протянула:

Отдыхай, Вадик.

Варя опять проснулась от поцелуя. Уверенная, что в этот раз это точно Вадим, она ответила и вскоре в панике открыла глаза. Не узнать поцелуй Макса было нельзя. Он по-хозяйски завладел ее ртом и успел положить руку на плечо. Увидев, с кем целуется, Варя тут же отшатнулась.

Привет, - негромко сказал Макс и убрал прядку волос с ее лица. – Как ты себя чувствуешь?

На удивление хорошо. А что тут делаешь ты? – Варя торопливо пригладила волосы.

Вообще-то это моя яхта, забыла?

Как такое забудешь! Нет, я имела в виду здесь, в каюте? Где все? Морская прогулка уже кончилась? Который час?

Она задавала вопросы Максу, а сама лихорадочно пыталась сообразить, как она выглядит и почему в салоне так темно.

Отвечаю по порядку. Дело движется к ночи, а ты все не просыпалась, и я решил посмотреть, как дела.

Посмотрел?

Вполне.

Тогда можешь возвращаться обратно, я сейчас выйду.

И это твоя благодарность в ответ на гостеприимство хозяина?

При этих словах Макс сел на диванчик рядом с ней, и уже не таясь, провел рукой по ее щеке. Варя попыталась отмахнуться, но не смогла сдвинуть его руку ни на сантиметр.

Ну, хорошо. – сдалась она после минутной борьбы. – Выражусь предельно четко и ясно. То, что мы сделали прошлой ночью, было не красиво и аморально. Я не собираюсь это повторять!

Понятно, - откликнулся Макс. Его голос сразу поскучнел. – Я так и думал. Ну что ж, если ты не передумала…

Нет, не передумала, - резко перебила его девушка.

Тогда мне остается только одно… Выбросить тебя за борт!

Что? – не поверила она своим ушам. За какой борт?

Далее события разворачивались стремительно. Макс подхватил ее вместе с одеялом и понес к выходу.

Макс пусти! Не шути так! Это не смешно! - Варя колотила руками по широкой спине Еремина, - Ты сошел с ума!

Когда он выбрался на палубу и подошел к ограждению, она на секунду поверила, что он действительно бросит ее в воду. В наказание за отказ. Она уже почти ощутила холодный всплеск воды… но неожиданно приземлилась на что-то мягкое.

Ошарашено оглядевшись, она увидела, что хитрый Еремин подготовился основательно. На корму яхты он набросал теплых покрывал и гору подушек из салона и теперь опрокинул ее навзничь на это королевское ложе.

Что ты себе позволяешь? – попробовала возмутиться Варя, но Макс приложил палец к ее губам и прошептал – Т-с-с-с. Посмотри. – добавил он, поворачивая ее лицом к  заливу.

Варвара замерла. Солнце клонилось к закату, и все небо полыхало миллионами оттенков красного – багряным, алым, пурпурным. Проблески оранжевого, желтого и золотого лишь усиливали ошеломляющую картину буйства солнечных красок. Все это многократно отражалось в воде и на мгновение ослепило Варю своей красотой. Она замерла, не в силах поверить в это чудо и как-то сама собой ответила, не сопротивляясь, на второй поцелуй Макса.

Этот поцелуй был долгий и сладкий, нежный и всепоглощающий. Сначала его губы касались лишь кончиков ее губ, не смея проникать дальше. Такой Макс – выпрашивающий и осторожный, был совершенно не знаком, поэтому она сама, набравшись смелости, робко коснулась языком его губ. И все. Она пропала. Пропало все вокруг. Остались только они вдвоем. Нежный поцелуй  длился

бесконечно.

Также неторопливо Макс уложил Варю на покрывало и стал раздевать, бережно снимая рубашку и шорты, и целуя освобождавшиеся от одежды части тела. Когда она захотела снять купальник и запуталась в завязках на спине, он негромко сказал:

Подожди, я сам, - и, перевернув ее на живот, стал очень медленно снимать верхнюю часть ее купальника, целуя каждый сантиметр кожи. У Вари как будто оголились все нервы на спине. Она ощущала каждый легкий поцелуй, каждое касание языка. Потом она услышала легкий звук снимаемой одежды, и вскоре Макс почти полностью лег на нее. Совершенно не ощущая его тяжести, она чувствовала, как от неторопливых поцелуев шеи, рук и спины ее охватывает тягучее томление.

Она пыталась отвечать на поцелуи, и хотела повернуться к нему лицом, но Макс нежно, но твердо не дал ей этого сделать. Мало того, взял ее руки и поднял наверх. И теперь ничто не мешало ему беспрепятственно трогать ее грудь, нежно сжимать и гладить набухшие соски, вызывая своими ласками глухие Варины стоны. Она попыталась изогнуться и вжаться в его бедра, но добилась лишь того, что Макс слегка согнул ее ноги и рукой коснулся самого сокровенного места, мгновенно вызвав, острое, почти болезненное удовольствие.

После этой короткой ласки он немного ослабил давление тела, чем Варя немедленно воспользовалась, и, вцепившись руками в бортик палубы, выгнулась до предела. И когда Макс вошел в нее сзади, она почти сразу же поймала ритм его телодвижений, которыми несло обоих к ослепительному финалу. Ей оставалось лишь удержаться на коленях и добраться до вожделенного конца вместе с ним. Ритм его ударов отзывался в каждой клеточке ее тела, и она уже даже не кричала, а глухо стонала, не в силах сдерживать рвущееся наружу наслаждение.

Кончили они одновременно. Макс остановился, тяжело дыша, и лег сверху. Варя лежала, не в силах ни пошевелиться, ни сказать что-либо. Почувствовав поцелуй за ухом, она, наконец, повернула лицо к Максу и поцеловала его в ответ, изумленная и благодарная, пытаясь выразить без слов, как ей понравилось то, что они только что сделали. Он успел выйти из нее и лечь рядом, прежде чем раздался громкий и визгливый крик:

– Что тут происходит?

«Илона», вдруг вспомнила Варя имя подруги Макса. Весь день одна не могла его вспомнить и сейчас, при звуках ее голоса это имя само возникло в голове. «Как я так могла вляпаться», - следующая мысль уже не отпускала ее. Она вообще плохо соображала, и еще не могла отойти от бурной сцены любви. «Наверное, надо прикрыться», - посетила ее гениальная мысль.

Нет, вы посмотрите, что, блин, тут твориться, а? – не унималась девица. – Ах ты, бабник недоделанный, трахальщик …. И тут блондинистая киса так замысловато выругалась, что Варя успела только охнуть.

Макс невозмутимо натянул трусы, взял Илону за локоть и буквально потащил ее с яхты. Та была вынуждена бежать за ним, быстро перебирая ногами на шпильках и чуть не падая. Что ей вполголоса говорил Макс, Варя не слышала, зато хорошо улавливала крики Илоны, становившиеся все громче, потом наступил финал – девушка воскликнула:

Вот, мерзавец! - и занесла руку для удара. Однако тот молниеносно перехватил руку и заломил назад. Варя непроизвольно поморщилась, ощущая, как, наверное, больно сейчас неудачливой сопернице. После нескольких слов, которые ей сказал мужчина прямо в лицо, Илона сникла, высвободила свою руку и, зарыдав, побрела в    сторону дома. Мужчина посмотрел ей вслед,

спустился в каюту, и вскоре, как ни в чем, ни бывало вернулся к Варе.

Ну, на чем мы остановились? – невозмутимо спросил он. Потрясенная девушка молчала. - Извини за этот маленький инцидент.

А ты страшный человек, - медленно ответила Варя. - Так бесцеремонно вытурить девушку, при явной своей вине, это надо уметь.

Давай я не буду обсуждать с тобой отношения со своими бывшими девушками! - резко возразил Макс, выбирая из кучи покрывал самое большое.

Да ради бога, можешь не обсуждать. Только сейчас сюда явится Вадим, и уже я не захочу ничего обсуждать ни с тобой, ни с ним! – также резко ответила Варя. Ее несло. Слишком внезапными были переходы от страсти к абсолютной неге и обратно в эмоции скандала.

Не явится! – лениво процедил Макс в ответ.

Как это?

Судя по всему, твой хахаль немного трусоват. Сейчас он услышит все подробности в изложении Илоны, сядет в машину и уедет. А завтра пришлет тебе гневную СМС-ку, какая ты нехорошая женщина.

Варя хотела возразить длинно и аргументировано, но внезапно поняла, что Еремин по-своему прав. Вадим сюда не придет. Она поступила подло и гадко, переспав с хозяином дома, но ее возлюбленный не придет сюда, и не будет выяснять отношения. Бета-самец, черт бы побрал этот мир животных! И ей туда идти не хотелось, показываться на людях после такого адюльтера было выше ее сил.

Макс, взяв покрывало, распахнул его и позвал Варю:

Иди сюда, - и она, не возражая и не споря, позволила завернуть себя и обнять. Они долго сидели молча, любуясь на уходящий закат.

Варя не выдержала первая.

Со мной такое первый раз.

Что первый раз? Первый раз такой секс или первый раз такая сцена?

Первый раз я позволила себе так грубо обидеть человека, который ничего плохого мне, в сущности, не сделал.

Макс зевнул и потянулся.

Послушай Варя, в жизни мы совершаем очень много таких поступков, за которые нам потом бывает стыдно. Но мне лично стыдиться нечего. Я не жалею ни об одной минуте, проведенной с тобой. А ты?

Прежде чем ответить, Варя долго молчала.

Наверное, тоже не жалею. Кода я была с тобой…

Когда мы занимались сексом, - перебивая, уточнил Макс. Варя закрыла ему рот ладонью, которую он тут же поцеловал.

Не перебивай. Я почувствовала, что это очень правильно, что так и должно быть. Что такое удовольствие не может быть нехорошим и не красивым.

Поздравляю.- Макс взял Варину руку и стал целовать ее всю, начиная с кончиков пальцев. - Ты

повзрослела. Все правильно, нам нечего стыдиться. Поэтому пойдем в дом, я что-то очень захотел спать.

Варя не сопротивлялась. Будь, что будет, решила она. Пока она искала разбросанную по палубе одежду и в спешке натягивала на себя, Макс успел одеться и унести покрывала с подушками вниз в каюту.

Не без опасения пересекая участок, Варя с удивлением увидела тихий темный дом. Судя по всему, Макс тоже был слегка озадачен.

Такое ощущение, что все свалили в город. Это было бы слишком хорошо, - со смехом заметил он. – Подожди минутку, - шепнул он Варе и пошел в сторону паркинга.

Нет только машины твоего благоверного. Остальные все спят. Надеюсь, он увез Илону, решив таким образом все наши проблемы.

А разве у нас есть проблемы и разве есть МЫ? – на всякий случай уточнила Варя.

Варюш, я сейчас очень хочу спать, давай отложим выяснения отношений до утра, а? – проникновенно попросил Макс. - Завтра и решим, есть мы или нас нет, а также другие проблемы нашего бытия.

Хорошо, веди меня в твое логово разврата!

Никакого разврата не будет, только если развратный поцелуй в щечку. – С этими словами Макс привел ее в свою спальню, ту самую, в которой началось Варино падение в сладкую пугающую пропасть. Она заснула крепко и безо всяких сновидений, уютно устроившись в объятиях так неожиданно обретенного возлюбленного.

Утро она проспала. Когда ее поцеловали, был уже практически день. «Пусть это будет Макс, - взмолилась она, не открывая глаз, - пожалуйста!»

Просыпайся соня, проспишь все интересное, - раздался голос Макса.

«Это было на самом деле! Все, что произошло вчера, было не моем разгулявшемся воображении, а на самом деле!», подумала она и открыла глаза.

Потом, вспоминая этот третий день своего знакомства с Максом Ереминым, Варя каждый раз испытывала ощущение необыкновенного счастья. Оказалось, что с утра все гости, включая Яну с Лешиком, деликатно уехали, предоставляя им время побыть вдвоем. Вадим действительно прислал СМС-ку, которую Варя малодушно не стала читать. А вот подруга прислала ободряющее послание

«Так держать!» и подмигивающий смайлик.

Весь остаток воскресенья был посвящен ничегонеделанию. После позднего завтрака из чая и круассанов, они немного повалялись в кровати. Потом он вытащил ее в бассейн и не просто так поплавать, а с умыслом. Умысел его состоял в том, чтобы купаться без одежды, на что Варя конечно же, не согласилась.

Но оказывается, хитрый Еремин запланировал кое-что прямо в бассейне, на пологом спуске, и купальник совершенно не стал для этого помехой. Сначала они оба легли так, чтобы вода доставала только до пояса. Потом как то незаметно стали целоваться. Ну, и конечно же, после поцелуев никто из них не стал бежать в кровать и все произошло в изумрудных водах бассейна.

Она вообще не могла ему отказать в этот день ни в чем. Не встречая до сих пор такого напора, такой бездны обаяния и юмора, она просто потеряла голову. После бассейна они загорали, и теперь уже Макс обмазал ее кремом с ног до головы. Потом им внезапно захотелось есть, и они вместе попытались соорудить обед из остатков вчерашнего пиршества. Потом снова была любовь, уже на

диване в гостиной, потому что до спальни дойти они не захотели…

Оба, не сговариваясь, старались не обсуждать вчерашний инцидент. Обсуждали отвлеченные темы, он много шутил, она хохотала. Когда она внезапно спохватилась, что ей пора бы возвращаться домой, Макс предложил отвезти ее завтра прямо на работу. Желая продлить такое внезапно выпавшее счастье, она согласилась. И уже ночью, после очень нежного и продолжительного секса, когда Макс, уже привычно обняв ее, уснул, она подумала, что расплачиваться за этот восхитительный уик-энд ей придется разбитым сердцем.

Уже привычно проснувшись от утреннего поцелуя Макса, Варя сладко потянулась и поуютней устроилась в его объятьях. Но почти сразу же вспомнила, что сегодня ее отвезут на работу и все кончится. Что эти прекрасные, замечательные, чудесные выходные закончатся и больше никогда не повторятся, она была уверена на 99%.

Еще один процент она оставляла на маленькое чудо, что-то типа любви с первого взгляда, или необыкновенного сексуального притяжения между ними двумя… Но она была слишком большой девочкой, чтобы верить в подобные сказки. Сейчас они оденутся, позавтракают, мило перешучиваясь, он довезет ее до работы, поцелует в щечку и скажет «пока, как-нибудь увидимся».

Почти все так и получилось. В дороге Варя во все глаза рассматривала салон его внедорожника, где вкусно пахло кожей и освежителем, Макс тоже молчал, сосредоточенно управляя джипом в плотном потоке машин таких же «сообразительных» отдыхающих, не уехавших в город вчера. Собравшись с духом, Варя обратилась к нему:

Спасибо тебе за чудесные выходные, было очень мило. Он первый раз за утро рассмеялся.

«Мило» это все, что ты можешь сказать про наш с тобой классный секс? Варя вспыхнула, но тут же нашлась:

Наш классный секс почти всегда был подкреплен горячительными напитками.

А вот и нет. В воскресенье мы не употребляли, а эпизод в бассейне, по-моему, очень удался.

Впервые Варя не нашла что ответить. Углублять эту тему она посчитала опасным, и просто промолчала. Макс искоса посмотрел на нее и снова уставился на дорогу. Вскоре показался город, и девушка, уже заранее запланировавшая эту реплику, проговорила:

Макс, я думаю, тебе не стоит подъезжать прямо под окна моего офиса, там не совсем удобный заезд для машин, через парковку и тебя не пустят просто так.

Думаешь? Ну как знаешь. Насколько я помню, ты трудишься на ниве сладкой жизни нашего местного гламура?

Да, ты наблюдателен. Пишу о лифчиках и сексе.

А также о мастопатии и диагностике рака.

Варя промолчала, польщенная тем, что он запомнил их маленькую перебранку в пятницу вечером.

Хорошо, я высажу тебя около ближайшего светофора.

Ну почему при этих словах Варя почувствовала себя так плохо? Потому что Макс должен был настоять на довозе до офиса? И устроить спектакль перед глазами изумленной общественности? Нет, не надо такого счастья. Эту сладкую отраву выходных она будет переживать в  одиночестве,

без посторонних глаз.

Когда машина остановилась, и Варя стала отстегивать ремень безопасности, она уже почти решилась дать ему свой телефон. Но Макс молчал и она передумала.

Пока, - улыбнувшись, сказала она.

Увидимся, - почему-то не улыбнулся он в ответ.

Когда Варя зашла в огромный бизнес-центр, где на третьем и четвертом этажах находилась редакция «Олеси», она едва сдерживала слезы. Сказывалось то эмоциональное напряжение, в котором она находилась последние три дня. Да и абсолютно сухое и пустое прощание с Максом окончательно ее вымотало. Но нужно было сдерживаться, пока она ехала на лифте и шла по коридорам.

Зайдя в кабинет, который Варя делила еще с пятью сотрудниками редакции, она торопливо со всеми поздоровалась и тут же убежала в туалет. Там уже можно было дать волю слезам, чему Варя с упоением и предалась. Пока она смывала следы эмоций, пока красилась заново, прошло много времени, и когда она вернулась в кабинет, все уже собирались на еженедельную планерку.

Номер журнала выходил в среду утром. Но к понедельнику обычно все полосы были сверстаны, кроме срочных материалов и сотрудники журнала обсуждали новый номер.

Обычно так всегда и происходило, но не в этот раз. Не успела главный редактор «Олеси» - Ксения Завьялова, дама выдающихся редакторских способностей и не менее выдающихся стервозных качеств, напомнить всем о необходимости сдать статьи в срок, а «не так, как всегда», у нее зазвонил телефон. Коротко переговорив, Ксения, обычно не радующая своих подчиненных улыбкой, расцвела.

- Друзья мои, - обратилась она к журналистам, - Сейчас к нам придет наш самый главный босс! Он хочет лично обсудить с коллективом юбилейный номер журнала, который должен выйти в конце июля. Для тех, кто не в курсе, например вы, Варенька, наш журнал входит в издательский холдинг

«Наш город». И сейчас к нам придет один из основателей и владельцев этого холдинга!

Варя удивилась. Ксения выглядела непривычно взволнованной и возбужденной. Ее лично совершенно не волновал какой-то там главный босс, она набиралась храбрости, чтобы прочитать СМС-ку Вадима, которая ожидала своего часа с субботы.

«Ты - дрянь». Варя даже задохнулась от такого оскорбления и выронила телефон. Такой лексики она от Вадима не ожидала. Когда она подобрала телефон и выбралась из под стола, то получила новый удар поддых – рядом с Ксенией сидел, самоуверенно улыбаясь и смотря прямо на нее Макс Еремин собственной персоной!

У Вари потемнело в глазах. Этого не может быть! Что делает ее мимолетный воскресный любовник здесь, на рабочем совещании сотрудников журнала? Вариант, что воспылавший страстью Макс разыскал ее в разгар рабочего дня, она отмела сразу. Стоп. Ксения сказала, что сейчас придет хозяин издательского дома. А если кроме него никого нет, и Завьялова цветет как майская роза, значит это Макс Еремин и есть!

Первой ее мыслью было, что она убьет лучшую подругу. Мгновенно сложились в голове ее желание затащить Варю на загородную вечеринку, реплика «так даже интереснее» на вопрос, кто такой Макс, ну, и конечно же, подозрительное появление мужчины поздно вечером в каюте яхты, когда по идее за ней должны были прийти Вадим или Яна. От собственных догадок девушке легче не стало. Она вляпалась в очень некрасивую ситуацию, переспав с «большим боссом».

Пока она лихорадочно размышляла, Макс взял инициативу в свои руки:

Ксения Олеговна, я вижу, у вас появились новенькие, познакомьте нас, пожалуйста.

«Лицемер, сейчас устроит спектакль со знакомством», лихорадочно думала Варя, очень стараясь не смотреть на Макса во все глаза. Получалось плохо. Она то не смотрела, но краем глаза прямо таки ощущала внимательный направленный взгляд. Что же делать? И как поступит сейчас он? Во всеуслышание заявит, что они уже знакомы, или промолчит и сделает вид, что первый раз ее видит?

Максим Леонидович, познакомьтесь пожалуйста, это наши перспективные журналисты, которые очень хорошо поработали с нашим журналом уже полгода и отлично вписались в наш дружный коллектив. Это наш специалист по садово-огородным работам, очень интересно пишет про сады, клумбы и грядки, летом это читается на ура – Элла Львовна Безбородько.

Ксения представила женщину внушительных размеров с преобладанием ярких разноцветных красок как во внешности, так и в одежде. Глаза у Эллы были подведены ярко синим, прическа каре была ярко-рыжего цвета, а большая хламида, сшитая как будто из двуспальной простыни, – пронзительного цвета спелого баклажана.

А это Варвара Николаевна Карамышева. Она специализируется на культурной жизни нашего города. Варвара год сотрудничала с электронным изданием нашего журнала, а потом стала писать и для печатной версии. И уже полгода состоит в штате нашей редакции, что для лета, когда все уходят в отпуск, очень актуально. Премьеры, выставки, вернисажи, анонсы фильмов и спектаклей, туристические новинки – все это ее сфера. Ну и темы, касающиеся актуальных женских проблем, тоже получаются у нее очень хорошо.

«Например, про нижнее белье» не вовремя вспомнила Варя. На фоне внушительной Эллы она смотрелась немного потерянно. С наспех нанесенным макияжем и слегка опухшим лицом после рыданий в туалете, девушка опять чувствовала себя Золушкой. Чтобы побороть в себе это неприятное чувство она заставила себя посмотреть Максу в глаза. Этот наглец смотрел на нее и улыбался. Той самой улыбкой, которая заставляла учащенно биться сердце и краснеть. Варя не выдержала битвы взглядов и смущенно уставилась в стол.

Очень приятно, Варвара Николаевна. Надеюсь, наше с вами сотрудничество будет долгим, очень продуктивным и приятным, – сказал Макс левой щеке Вари, которая предательски заалела в ответ на его слова.

Он наслаждался ситуацией. Почти все утро он представлял, как на него посмотрит Варвара, когда он вдруг неожиданно нагрянет к ней в офис. То, что она будет на утренней планерке, он не сомневался. И фразу намеренно сказал почти двусмысленную, чтобы посмотреть на ее реакцию. Она не замедлила появиться – Варя еще больше покраснела и уткнулась в свой блокнот.

Как он понимал ее напряженное молчание в машине, когда девушка не знала, что сказать и как, по ее мнению могут дальше развиваться события. Но шальное, почти детское удовольствие, которое он планировал получить от ее искреннего удивления, перевесило всю возникшую, было, жалость. Теперь она на него не смотрит и старательно делает вид, что ей все равно.

От дальнейшей беседы девушка отключилась. Она смотрела на сотовый и считала минуты до конца планерки, – так невыносимо ей было сидеть под давящим взглядом Макса. Ей казалось, что все коллеги поняли, что означали двусмысленные слова босса и сейчас сидят и усмехаются над ней. На самом деле это все было глупостью. Все, открыв рот, слушали быструю беседу-перепалку между Ксенией и Максом. Где Ксения подавала свои предложения, а Макс молниеносно их оценивал и либо отбрасывал, либо видоизменял до неузнаваемости. Главный редактор лихорадочно

записывала в свой блокнот ценные  указания.

От отчаяния Варя даже решилась на поступок, который не хотела и не должна была совершать. Еще в воскресенье она твердо пообещала себе, что не будет оправдываться и унижаться перед Вадимом. Она выбрала другого мужчину, пусть даже под влиянием страсти и выпивки, и сама будет за это отвечать. Тем более, желание порвать с ним назревало уже давно.

Сейчас, движимая стыдом и раскаянием, Варя быстро набрала СМС-ку «Извини, я не хотела тебя обижать» и отправила Вадиму. Ответа не последовало, но все равно ей стало легче. Поступать так человеком, пусть даже с нелюбимым, но хорошим, не следовало ни при каких обстоятельствах. Но, что сделано, то сделано.

Краем уха она уловила, что совещание подходит к концу и стала быстро собираться, чтобы выскочить из зала раньше всех. Маневр не прошел. После слов Ксении «наша планерка окончена, спасибо всем за внимание» Варя рванула было к дверям, но практически у самого выхода была остановлена.

Варвара Николаевна, задержитесь на пару минут, пожалуйста! – раздался негромкий, но очень уверенный голос Макса, уверенный, что ему не откажут. Так и было. Ноги у девушки подкосились, и она без сил упала на ближайший к дверям стул.

«Вот ты, матушка, и попала!» - невесело подумала Варвара, пока остальные сотрудники прощались с Максом и пытались скрыть удивление. Наконец они остались вдвоем.

Варя молчала и демонстративно смотрела прямо перед собой. Молчал и Макс.

Привет, - сказал он после долгой паузы.

Виделись уже, - спокойно, как ей самой показалось, ответила девушка.

Мужчина улыбнулся. Она мгновенно разозлилась. Что за Макс Еремин появился в ее жизни, когда от одной его улыбки она, то встает на дыбы, то мурлычет как кошка в руках хозяина?

Ты улыбаешься? Тебе смешно? Тебе, наверное, было очень смешно все эти три дня??? – не своим, а каким-то низким и хриплым голосом прокаркала она. – Ты наслаждался глупой бабой, которая даже не знала к кому она приехала и на кого работает? Это было очень смешно?

Надо отдать должное, улыбку он с лица убрал.

Ну что ты, Варюш. Сначала мне это показалось очень забавным, а потом… а потом ты оказалась фантастической женщиной, с которой у нас получились замечательные выходные. Я уже и думать забыл, что ты работаешь в моем журнале. А сегодня я решил немного пошутить. Ты все утро была такая напряженная, и я подумал, что немного юмора не помешает.

Юмора??? Юмора! – Варя от возмущения не могла найти подходящих слов. - Я мучилась, решала моральную дилемму, хотела просить у тебя телефон!

Варя почувствовала, что еще немного и предательские слезы брызнут из глаз.

Макс пересек пространство между ними одним движением и присел перед ней на корточки.

Варь, ну прости, я просто не могу удержаться от искушения. У тебя глаза таким огнем загораются, в ответ на мою самую безобидную реплику, что так и хочется тебя подначивать. Это плохо, конечно. Но увидеть твое удивленное лицо было настолько приятно и ново, что я не смог отказаться от своего плана. Ты загораешься на любое мое слово и прикосновение, - он взял ее за руки и уткнулся в них лицом.

Лучше бы он этого не делал. Варя мгновенно вспомнила все его ласки и объятья, и ее тут   же

охватил жар и стыд. Как она могла отдаться совершенно незнакомому человеку, да еще и оказавшемуся потом ее боссом? Она потерянно смотрела на его затылок и не могла выцепить в своей голове ни одной разумной мысли. Большой босс стоит перед на коленях… Хорошо, пускай не на коленях, но все равно извиняется и чувствует себя виноватым. Ей стало жалко и его и себя. Их обоих, попавших в такую дурацкую ситуацию.

Ей страстно, почти до боли захотелось схватить его за голову, взлохматить шевелюру и не отпускать до конца дней своих.

Макс даром времени не терял. Видя, что девушка его не отталкивает, он стал целовать ее безвольные руки, начиная от пальцев, и как-то незаметно и очень быстро добрался до лица. Когда Варя увидела его глаза, она успела только пискнуть и тут же они поцеловались. Поцелуй был тот – из оранжевого-алого закатного вечера, ласковый, просящий и влюбленный. Умоляющий. Девушка опять растворилась в нем и почти забыла все свои обиды. Почти.

С такого же поцелуя, только страстного и жесткого, началось ее падение в пропасть. Этот путь шел в никуда, и, сделав над собой усилие, она сама прервала поцелуй и сказала:

- Извинения принимаются, Максим Леонидович, с этой минуты наши отношения будут оставаться сугубо деловыми.

Стряхнула его руки, поднялась и вышла, высоко держа голову, чтобы сдержать слезы, подступившие к глазам.

«Только не плакать! Соберись, соберись. Ты сможешь!»

Варя неслась по редакционному коридору, не замечая проходящих мимо людей. Только бы не расплакаться на людях! Обратно в свой кабинет она решила не заходить, сегодня ей надо было написать пару статей, что она прекрасно сделает и дома. Заодно и обдумает все свалившееся на нее без посторонних глаз. Точнее, скорее всего, проплачет весь остаток дня, обнимаясь с подушкой, но это уже не важно.

Выбежав из офиса, она услышала звонок на сотовый, но отвечать не стала. Кто бы там ни был, это подождет. Варин дом был рядом, буквально в паре кварталов от работы. Несмотря на то, что это был самый, что ни на есть исторический центр города, Варя с родителями жили в обыкновенной пятиэтажке, с бестолковой планировкой комнат и вечными комарами от сырого подвала. Она поздоровалась с бабушками, всегда сидевшими на скамеечке у подъезда, поднялась на свой второй этаж, открыла недавно поставленную тяжелую железную дверь, вошла в квартиру, заперла дверь на оба замка и только тогда позволила себе заплакать, съежившись на полу в коридоре, рядом с разношенными тапками и босоножками всех мастей.

Через полчаса, когда слезы у Вари кончились, и она просто сидела, тупо уставившись на противоположную стену коридора, опять позвонил сотовый. Это была Яна.

Вот кто во все виноват, неожиданно решила девушка и ответила на звонок.

Да, - рявкнула она сиплым от слез голосом. Многолетняя боевая подруга сразу все поняла.

Рыдаешь?

А тебе какое дело? – огрызнулась Варя, - Ты свою миссию выполнила, можешь радоваться!

И чему я должна радоваться, скажи, пожалуйста? – голос подруги на том конце трубки был неожиданно мягким и участливым.

Как хорошо меня подставила с Максом и одновременно моим большим боссом, -  зло прокричала

Варя в трубку.

Он что, сделал вид, что не знает тебя и прошел мимо, даже не поздоровавшись? – помолчав, спросила Яна.

Наоборот. Сказал, что все было отлично, и он решил немного подшутить надо мной.

Тогда все замечательно, я сейчас к тебе приеду, - быстро проговорила Янка, и, не дожидаясь Вариного решительного «нет», отключилась. Это была ее любимая фишка – не слушая возражений, поступать как хочется.

Янка, при всей ее любви к вечеринкам и нарядам, была финансовым аналитиком в банке. Поэтому теоретически не могла сорваться с рабочего места в середине дня. Но на практике ей редко кто мог отказать в чем-либо. Через полчаса она уже была у Вари.

А Варя принципиально сидела на полу в коридоре и не собиралась вставать, о чем она тут же сообщила появившейся подруге.

Ну и отлично, – ответила та, и пошла на кухню ставить чайник. В квартире Вари она ориентировалась как у себя дома – немало дней и ночей они провели вместе, готовясь к школьным экзаменам и дискотекам. А потом были сессии, вечеринки, долгие ночные разговоры, эксперименты с цветом волос и косметикой, совместные посиделки в интернете и тонны пролитых слез, в основном Вариных, конечно. Поэтому сейчас Яна уверенно вскипятила воду, достала две чашки, сахарницу, нашла шоколадку в холодильнике и приготовилась к долгому разбору полетов.

Долгого разбора не получалось. Не получалось и короткого. Никакого разговора Варя начинать не собиралась, обижаясь на подругу за такое вероломное знакомство. Она угрюмо размешивала сахар в чашке и не смотрела на подругу. Та молчала.

И все таки первой не выдержала Варя.

Вот скажи, ты специально это все подстроила? Тебе развлечений не хватало, что ли?

Да ты что, Варя! – Яна так удивилась, что даже поставила чашку на стол. - Это тебе не хватало развлечений, милая моя! Июнь, пора жарких объятий и страстных поцелуев, гуляний по ночному городу и всяческих других глупостей! А когда вы с твоим Вадимом в последний раз гуляли по городу? Когда целовались на остановке, не в силах оторваться друг от друга? А страстный и невозможно прекрасный секс, когда у вас был в последний раз?

Варя настолько опешила от пламенного монолога подруги, что даже честно ответила на последний вопрос Янки:

У нас вообще не было страстного секса. Он был обычный такой, не особо страстный.

Ну вот, дорогая моя, а секс и все остальное не должно быть обычным. Все должно гореть и плавиться, по крайней мере, в первые полгода! У тебя хоть оргазм то был с этой неповоротливой пандой?

В словах подруги был какая-то сермяжная девичья правда, тема ее оргазма и вообще удовольствия от секса была сложная и запутанная, и у Вари не находилось никаких контраргументов.

Но ты понимаешь, что надежного и понимающего Вадима я обменяла на три дня удовольствия с жеребцом и бабником! И все! Разве это стоило того?

Ну, во-первых, он не бабник. Новая девушка каждые полгода – это далеко не предел, и наш Максим Леонидович тут даже достаточно консервативен. А уж насчет жеребца – тут тебе виднее. Что, он и правду так хорош?

Варя покраснела. Ей не хотелось рассказывать подробности, но и соврать подруге она не смогла. – У меня никогда ни с кем не было, так как с ним.

Ну, вот видишь! – обрадовалась Яна. – Что еще нужно умной, красивой и романтичной девушке зрелого возраста? Ты думаешь, хорошие любовники сплошь и рядом валяются под ногами, умоляя их взять? Да их днем с огнем не сыщешь, Варя.

Яна воодушевилась, видно было, что наступили на ее любимую мозоль. В стремлении все довести до совершенства, в том числе и личную жизнь подруги, ей не было равных.

Смотришь - нормальный юморной парень, все при нем, язык подвешен, не жадный. А в постели – одна-две позиции, пять минут и храп на всю ночь. Что это такое? Какое значение имеют все эти букеты-конфеты, когда нет главного – феерического секса! Даже мне с Лешиком, дорогая моя, пришлось изрядно попотеть, прежде чем до него дошло, что мне нужно, где, сколько и какой продолжительности! А он у меня почти идеален во всем!

Варю настолько ошарашили все эти постельные откровения, что она могла только молча слушать. В ее крайне немногочисленных романах инициатива в постели всегда исходила только от мужчин. Да и невозможно было представить, с ее стеснительностью и воспитанием, как можно было озвучивать свои желания вслух!

И даже если через месяц ты опять будешь здесь рыдать с разбитым сердцем и говорить что все мужики – сволочи, поверь мне, это стоит того! – гнула свою линию Яна.

Тебе легко говорить, ты не рискуешь своим сердцем.

Ну, ты же не влюбилась в него до потери пульса?

Варя задумалась. Потеря пульса у нее была, и даже неоднократно, но по сугубо… хм, физиологическим причинам. Означает ли это, что она влюблена? Кажется ли ей Макс прекрасным, замечательным и самым лучшим? Нет! Он хам, собственник и сексист. А еще брутальный эгоистичный мужлан. Она немного успокоилась.

Может ты и права. Может, действительно мне нужна настоящая неподдельная страсть, но где гарантия, что через месяц или два он не бросит меня ради какой-нибудь очередной модели? Да и вообще, он помирится со своей Илоной завтра же, а я останусь приятным уик-эндом в прошлом?

Гарантий никаких, тут ты права. Но в любви никто никаких гарантий тебе не обещает никогда. Если обещают – значит врут. Сердце, а главное, физиология не подчиняется никаким законам. И лучше жалеть о том, что сделала, чем о том, что так и не собралась сделать.

Выдав эту банальную сентенцию, оказавшуюся как никогда кстати, Яна с довольным видом откусила шоколадку.

Осталась одна маленькая мелочь, - добавила Варя ехидным голосом. – Он мой босс.

Ой, не смешите меня, босс. Ты его хоть раз видела за эти полгода, что работаешь в журнале?

Нет, точнее не помню, может и видела, но не придала значения.

Уверяю тебя, на него работает больше тысячи человек, кроме газет и журналов у него рекламное агентство, типография, газетные киоски, оптовые точки и до мелочи всякого добра. Ты в редакции его будешь видеть раз в месяц, если повезет. Так что не заморачивайся по поводу ваших рабочих взаимоотношений, между ним и тобой слишком много ступенек, и он слишком умный мужик, чтобы как-то влиять на твою работу через вашу постель. А ты девушка скромная, сама ничего просить не будешь, я права?

Янка недаром ела свой хлеб в банке. Про потенциального любовника подруги она узнала   все

досконально.

Он еще и богатый миллионер! - с ужасом застонала Варя, и опять расстроилась. Ей зримо представилась гора денег, на которой восседал недоступный Макс Еремин, и она, бедная журналистка-самоучка у подножия этой горы.

Яна вздохнула.

Скажи, если бы он оказался, ну, допустим, твоим коллегой журналистом, но таким же сексуальным красавчиком, с чувством юмора, ты бы стала с ним встречаться?

Варя задумалась и выдала:

Наверное, да.

Ну вот, - обрадовалась Яна, - вот и договорились! О его больших деньгах ты не знала, тебя пленила его неземная красота и чудеса в постели. Поэтому ты смело можешь крутить с ним роман!

Ну да, а мои коллеги? Не сегодня – завтра все узнают и начнутся шепотки и перемигивания, а я так этого не люблю.

Не нежная фиалка, потерпишь! Такой мужик! Конечно, все будут тебе завидовать, и в первую очередь я бы обратила внимания на редакторшу твою – Ксению Завьялову. По-моему, она давно на Макса поглядывает и только и мечтает о том, чтобы прибрать его к рукам. Будем надеяться, что она баба профессиональная, прежде всего, и разум у нее победит над эмоциями!

У тебя так гладко все складывается, а я между прочим заявила Еремину, что наши отношения теперь будут сугубо деловыми.

И молодец! Ошарашила мужика, заинтересовала. Правильно, не все спелыми персиками в его объятья падают. Есть и гордые девушки! Вот пусть и добивается.

«Если будет добиваться», подумала Варя. А если пожмет плечами и забудет? И еще вопрос – она сама что хочет? Чтобы он забыл свою взбаломошную журналистку и не вспоминал о ней? Или чтобы добивался внимания всеми доступными способами? Ответ был очевиден – девушка не привыкла врать самой себе.

После ухода Яны она взялась за дело. Сначала посидела в интернете часика два, посмотрела все новости в фейсбуке и контакте, и только после красноречивого е-мейла из редакции с восклицательным знаком принялась за статью. Написать надо было десять советов девушке, желающей найти парня. Кратенько, в двух словах.

«Как насмешка какая-то» - подумала Варя. И неожиданно, вместо привычных советов по макияжу, одежде и постоянных поддакивания и ободрений любой особи мужского пола, написала прямо противоположное: быть собой, заниматься тем, что интересно самой, говорить по возможности правду, одеваться как нравится и избегать туфель на высоких каблуках, если ты не умеешь в них ходить. Потом подумала и добавила: разговаривать с любым парнем, который заговорить с тобой. Хотя бы для практики.

В общем, статья получилась настолько неоднозначная, что выпускающий редактор даже перезвонила Варе и спросила, какая муха ее укусила. И что она, конечно, это напечатает, но таким образом девушка себе парня не найдет точно. На что Варя ответила, что искать надо человека подходящего именно тебе, а не сферического коня в вакууме.

Редактор после недолгого молчания согласилась, и Варя пока оказалась совершенно свободной. Во вторник журнал выходил в печать. И уже во вторник нужно было получать редакционное задание

на следующий номер. Что делать со свободным днем - Варя не знала. Еще неделю назад она позвонила бы Вадиму и после его работы они бы пошли в кафе, а потом к нему и провели бы одну из тех скучных однообразных ночей, которые были у них последние полгода.

Варя не соврала. Страстного секса у них не было. Точнее, девушка не подозревала, что секс бывает каким-то другим, а кино и книги, показывающие иную картину бытия, считала выдумкой. Опять же до выходных с Максом она думала, что пять минут на предварительные ласки это очень мало. И, например, с Вадимом она всегда хотела продлить это период, а иногда и вовсе, ограничиться только поцелуями и объятьями, не переходя к обязательной программе.

От ласк Вадима она не успевала почувствовать то возбуждение, которое было необходимо для ее удовольствия. Но, видимо, все-таки, дело было в самих ласках, или мужчине, который ласкает. При воспоминаниях о выходных, Варю опять бросило в жар.

Позвонила мама. Она с отцом с апреля по октябрь жили на даче в деревне, и не теряли надежды, что дочка без их пристального внимания все-таки устроит свою личную жизнь. Вадим им очень нравился. Макс, как предчувствовала Варя, мог и проиграть ему в глазах мамы. Красивых мужиков она не любила, говорила «Красивый муж – чужой муж» и внушала Варе, что главное в мужчине надежность и обстоятельность. Она соглашалась, но с тоской в сердце.

Приезжайте к нам с Вадимом на следующие выходные, - как будто подслушав ее мысли, предложила мама.

Внутренне застонав, Варя решилась:

Мам, кажется, мы с Вадимом расстаемся.

С ума сошла, - тут же отреагировала мама. – Почему? Что случилось?

Долгая история.

Не рассказывать же правду родной маме, что она, познакомившись с одним парнем, тут же ним переспала, буквально на глазах у своего любовника!

Варечка, размолвки случаются у всех, не пори горячку, все обдумай. Он такой славный молодой человека, так нам с папой нравится, хорошо зарабатывает, своя квартира, что тебе еще нужно? – взволнованно зачастила мама.

Слушая все это, Варя ощущала себя неблагодарной сволочью. Что ей нужно? Да уж, вестимо, не квартира и не его деньги. Любви ей хочется, любви и сумасшедшей страсти, хотя бы ненадолго. Ее подруга Янка права.

Мамочка дорогая, я тебя очень люблю, и сама разберусь с Вадимом, хорошо?

На том конце провода тяжело вздохнули:

Как знаешь.

Пообещав маме разобраться, Варя совсем не имела ввиду длинный и муторный монолог из СМС-к, который последовал практически сразу уже от Вадима. Сначала высокомерное «Я тебя не прощаю». Потом патетическое «Как ты могла?». Потом самое разное оскорбительное «я не знал что ты такая…» «никогда не думал, что ты можешь так поступить со мной». Потом вообще пошло что- то бессвязное и Варя наконец догадалась, что ее бывший топит горе в вине и весьма успешно. На что она послала ему СМС-ку «ты пьян, иди в пень» и уснула с чувством честно выполненного долга.

Во вторник с утра Варю разбудил звонок из сети кинозалов их крупнейшего городского торгового центра Ей напомнили, что «билетик, как всегда вас ждет в кассе, не забудьте, пожалуйста». Точно, у нее совсем вылетело из головы, что писать рецензии на только что вышедшие на экран фильмы

ее прямая обязанность. И не просто рецензии. Написать, что фильм отстой и понравится только прыщавым безмозглым шестиклассникам она не имела права. Хотя иногда так хотелось!

Нет. Она должна обязательно отметить все положительные стороны картины и в конце, так и быть, написать пару замечаний. Причем такого плана: «этот фильм буквально накачен адреналином и насилием, поэтому если вы пришли в кино заодно со своим парнем, не стоит ожидать феерических ощущений. Но посмотрев, как бурно реагирует ваша вторая половинка на сплошные взрывы и стрельбу, вы можете понять его чуть-чуть лучше».

Все эти тексты Варя могла написать с закрытыми глазами, и не выходя из дома. Но будучи человеком добросовестным, она старательно отсматривала все новинки экрана и очень часто с чугунной головой плелась домой ваять очередной шедевр. Изредка попадались интересные картины. Вот и сейчас ей оставляли билет на французскую мелодраму с достаточно манящей афишей – парочка переплеталась в тесных объятьях в полумраке какого-то мистического сада.

Самое то, решила Варя. Но Яна, всегда охотно отзывавшаяся на предложения подруги, пойти вместе в кино, сегодня почему-то отказалась и она уже приготовилась лицезреть шедевр французской кинематографии одна. А еще ближе к вечеру позвонил Макс.

Привет! – как ни в чем, ни бывало, сказал он.

Как ты узнал мой номер телефона? – даже не поздоровалась Варя. – Ах да, ты же у нас большой босс. Точнее - вы. «Вы» она выделила специально. – Вы у нас большой босс.

Да, мы у вас большой босс, и мы большой босс узнали о киношке.

О моем редакционном задании? – уточнила Варя.

Ну да, о твоем серьезном журналистском расследовании – киношке. – подразнил девушку Макс. – Так вот, - продолжил он, - Я решил поддержать молодого перспективного журналиста моей редакции Варвару Карамышеву в ее стремлении поднять культурный уровень жителей нашего города до недосягаемых высот.

Вот завернул, подумала Варя и коротко ответила:

– Нет, спасибо, я как-нибудь сама, - и  отключилась.

А потом и вовсе выключила телефон от греха подальше. К разговору с Максом, а тем более к встрече, она была совершенно не готова. Одно дело было рассуждать с задушевной подругой за чашкой чая о страстной любви на один день, а другое дело – общаться с этой самой любовью так, как будто бы не было этой чудовищной сцены в редакции! Варя элементарно струсила. И пару часов, не меньше, решала, что она наденет на вечер. Так, на всякий случай.

Остановившись на летнем шелковом платье и босоножках на низком каблуке, она захватила летний пиджак, снова включила телефон и отправилась в кино. Торговый центр был в пяти кварталах от Вариного дома, и она с удовольствием прогулялась по летним улочкам родного города, которые благодаря июньскому теплу и белым ночам были очень многолюдными. Разнообразные летние кафе были заполнены веселыми кампаниями, на площадях катались велосипедисты и роллеры, на лавочках, скамейках и кое-где просто на траве сидели многочисленные парочки.

Всеобщая эйфория летнего отдыха захватила и Варю, и она опять начала сомневаться в своем отношении к Максу. За размышлениями она чуть не опоздала на сеанс, не стала ждать лифта и взлетела на третий этаж комплекса, где располагались многочисленные залы кинотеатра, по лестнице. Молоденькая девочка кассир, выдавая билет, улыбнулась ей:

– А мы вас уже ждем, у вас третий зал, зона «V», четвертое место.

Мельком удивившись вип-зоне, а именно это означала буква «V», куда ей еще не давали дармовых билетов, Варя бросила взгляд на зеркало, открыла тяжелую дверь и стала осторожно пробираться к своему месту, потому что свет в зале уже погас и только ступеньки под ногами были слабо освещены маленькими встроенными лампочками.

Поэтому Варя почти испугалась, когда приземлившись на неимоверно мягкий диван, она услышала этот невыносимый, но ставший вдруг внезапно родным, голос:

Наконец-то. Я думал, ты не придешь. Варя в онемении уставилась на Макса.

Я вижу, ты слов «нет» не понимаешь?

Варюш, если бы я понимал слово «нет», я не смог бы заработать даже своего первого миллиона. Шампанского?

Вообще-то я сюда работать пришла, - раздраженно ответила она и демонстративно достала планшет. Однако предательский диван свел на нет все ее усилия в независимости. Как нарочно, от любого движения все сидевшие на нем проваливались в одну ямку и вынуждены были жаться вплотную  друг к другу.

Может, он специально так сконструирован, подумала девушка, как комфортное место для поцелуев? Не дождетесь. И противореча сама себе, вдруг остро пожалела, что надела платье с летящей юбкой и мало того, не надела колготок, что казалось естественным с босоножками!

Конечно, работать! – Макс смотрел на нее с улыбкой и наслаждался ситуацией так искренно, что очень хотелось улыбнуться ему в ответ! Но Варя держалась.

Ты не ерзай. Я тебя не съем. На ужин я предпочитаю более питательную пищу, нежели молоденькие хорошенькие девушки.

Варя за словом в карман не полезла:

Знаю, кого ты предпочитаешь на ужин. Как там поживает Илона? Успел загладить свою вину?

Вот так. Ляпнула и тут же мысленно дернула себя за язык. Какое ей дело до Илоны, если она не собирается крутить роман с Ереминым?

Максим, судя по всему, подумал о том же, улыбнулся и ответил:

Кстати, об Илоне. И суток не прошло, как девушка нашла себе другого кавалера и утешилась в его могучих объятьях.

Мне очень жаль, - помолчав, сказала  Варя.

А мне нет. Так ты будешь шампанское?

Нет, у меня от шампанского мысли путаются и ничего связного про фильм я написать уже не смогу.

Жаль, я бы не прочь еще раз посмотреть, как у тебя путаются мысли.

Это он намекает на первый вечер? Когда она была в легком подпитии и поэтому не могла сопротивляться его обаянию? Варя надеялась, что в темноте зала не видно, как она краснеет.

Надеялась, видимо, зря, потому что Макс придвинулся к ней вплотную, обнял за талию, прижал к себе и прошептал на ухо:

– Успокойся, Варюш, я постараюсь не напоминать тебе наш шикарный секс, если тебе это  так

неприятно.

У Вари все волоски на шее встали дыбом. Этот интимный шепот, его руки, эти тесные объятья, темнота кинозала – все создавало совсем не рабочую атмосферу.

Давай просто посмотрим кино, - добавил Макс.

Он что, издевается? Какое - просто? Она даже дышать перестала, вся напряженная, ожидая, что он опять полезет целоваться, или еще что похуже (или получше). Но Макс совершенно спокойно смотрел на экран, откинувшись на спинку дивана, и девушка постепенно расслабилась. Сидеть на мягком диване, в объятьях человека, с которым у тебя был сумасшедший секс, – занятие удивительно приятное и умиротворяющее. Пока Макс вдруг не сказал:

Ты удивительно вкусно пахнешь, - и медленно провел носом в паре сантимнетров от шеи.

Боже мой. У Вари сразу загорелась кожа, там, где Макс едва не коснулся ее. Она хотела что-то ответить, но голос не послушался, и на выходе получилось нечто вроде тихого кашля.

Совсем как в тот первый вечер на балконе. Тогда ты тоже пахла обалденно! - не унимался Макс.

Мы же договорились не упоминать наши спонтанные выходные? – наконец выговорила девушка.

Извини, не удержался.

Сосредоточься, приказала себе Варя. Он опытный ловелас, не поддавайся на его провокации. Но как можно было не поддаваться, когда его левая рука, обнимавшая ее за талию, вдруг стала медленно, почти невесомо гладить ее руку. Это было так приятно, что Варя на секунду зарыла глаза. «Дай мне сил пережить это кино и клянусь, я никогда больше не буду ездить за город к незнакомым мужчинам», - обратилась она неизвестно к кому.

Сил уже почти не оставалось. Кажется, Макс всерьез заинтересовался вырезом ее платья, который был не таким уж и большим. Совсем скромным был вырез, обнажавший немного ключицы и полностью скрывавший грудь. Однако Максим так невесомо гладил пальцами кожу у самого края выреза, что Варе казалось, платье на ней испарилось почти до пояса.

Прекрати, - прошипела она в отчаянии.

Что прекратить, радость моя?

Прекрати меня лапать!

Ну что ты! Лапают вот так, - и Макс вдруг быстро, но очень осторожно сжал ее грудь и тут же убрал руку, - А я всего лишь наслаждаюсь твоей красотой.

Моя красота особенно заметна в темноте кинотеатра, - съязвила Варя, решив не реагировать на его выходку.

Твоя красота, вкупе с твоим обаянием заметна каждому нормальному человеку. Я человек более чем нормальный.

Слушай, нормальный человек, дай посмотреть кино, а? Мне ведь еще рецензию писать, – предприняла последнюю попытку разжалобить «босса» Варя.

На что Макс ответил просто и в своем духе. Он повернул ее голову к себе, коротко сказал «извини» и поцеловал ее. И опять поцелуй стал неожиданным и ошеломляющим. И Варя опять поддалась на это безумие, вначале ласковое и нежное, а потом страстное и нетерпеливое. Когда поцелуй стал практически невыносимым, и она оказалась почти на коленях у Макса, он прервался первый. Помотав головой, как будто отгоняя морок, он проговорил:

Стоп, так мы до конца сеанса не дотерпим. Давай закажем мороженое.

Это было самый лучший Варин киносеанс! Они кормили друг друга мороженым с ложки и целовались. И этот контраст горячих губ и холодных языков вызывал ошеломляющее ощущение. Макс все-таки усадил Варю себе на колени, и теперь она все более явственно чувствовала степень его возбуждения. В свою очередь, он уже не скрываясь, гладил ее голые ноги, не стесняясь забираться все выше и дальше, благо фасон ее платья совершенно не мешал таким действиям.

Где-то на периферии сознания Варя вспоминала, что хотела надеть колготки и тут же забывала об этом, поглощенная страстными поцелуями. Кино было забыто напрочь. Вип-зона, наглухо отделенная стенками от соседей, позволяла делать все, что угодно. Но когда Максим в своих ласках уже расстегнул и спустил с плеч платье, Варя как будто очнулась.

Остановись, мы так очень далеко зайдем, - прошептала она Максиму. Он, как будто очнувшись, посмотрел на нее и согласился.

Да, мы сошли с ума. Как будто подростки на первом свидании. Пойдем!

А кино? – пискнула Варя.

А кино очень хорошее, так и напишешь.

Выйдя из кинотеатра, она зажмурилась от неярких вечерних лучей солнца. Макс взял ее за руку, и она автоматически поискала глазами его джип, ожидая, что они сейчас сядут в него. А вот куда поедут, она еще не придумала. Но Макс опять ее удивил. Он вдруг просто сказал:

А пойдем чего-нибудь перекусим? У меня от этого мороженого только аппетит разыгрался.

Да, у меня тоже. – эхом откликнулась Варя.

Что, тоже? - он повернулся и посмотрел на нее.

Аппетит разыгрался. А ты что подумал?- она улыбнулась, и первый раз после всего случившегося вчера утром в редакции смело посмотрела ему в глаза.

А я все, что надо подумал, - улыбнулся в ответ мужчина. – Тут недалеко есть милый ресторанчик с открытой верандой. Идем?

Действительно, ресторан был недалеко – в паре кварталов от кинотеатра, которые Варя совершенно не заметила. Она вдруг ощутила, какое это счастье идти с Максом просто так, держась за руку, болтая ни о чем, позволить себе расслабиться, не ожидая очередного сексуального подвоха.

На веранде было мило и уютно. После салатов, которые и Макс и Варя умяли с большим аппетитом, им подали вкуснейшее горячее в горшочках. А потом был десерт – нежное шоколадное суфле с сливками и ягодами вишни. Иногда девушка ловила себя на том, что ей хочется продлить этот поздний ужин как можно дольше. Ей так не хватало обычной человеческой беседы со своим возлюбленным во время уик-энда.

Знаешь, - вдруг на полуслове прервался Макс. – Мы с тобой начали немного не правильно.

Что? – Варя так поразилась совпадению своих мыслей с его словами, что даже не сразу отреагировала.

Я сказал, что обычные влюбленные пары сначала долго гуляют – ходят в кино, рестораны, сидят на лавочках. А потом уже приступают к основному. У нас с тобой все началось спонтанно.

И не совсем осознанно, - улыбаясь, перебила его девушка.

Это у тебя неосознанно. Я все понимал и последствия осознавал. Не перебивай меня, пожалуйста, Варюш. – он взял руку девушки. – Поэтому нам надо все отмотать назад.

Что, забыть про наш секс? - в притворном ужасе раскрыла глаза Варя. Ее душил смех. Макс досадливо поморщился.

Нет. Добавить к нашим отношениям кино и рестораны.

А у нас с тобой отношения? - вычленила главное для себя Варя. Макс сразу стал серьезным.

Да, - просто ответил он.

Для Вари это было так важно, что она не нашла что сказать в ответ. «Я подумаю про это потом» - решила она.

Тогда давай искать лавочку. – не придумав ничего лучше, ответила    она.

Какую лавочку? Ты о чем?

Ну, ты только что сказал, что нам не хватает лавочки.

Но я в переносном смысле!

А я - в прямом! Рассчитывайся побыстрей, я в дамскую комнату и встретимся на крыльце.

В туалете Варя внимательно посмотрела на себя в зеркало. Там отражалась довольная жизнью девица, с ожиданием счастья в глазах. «Ох, смотри, матушка, не плачь потом», - с интонациями подруги сказала она сама себе.

Она знала, куда поведет сейчас Макса. Это было ее заветное место – в парке около дома. Как-то в летнюю сессию, совершенно одуревшая от зубрежки бесконечных билетов, она вышла ночью из дома и ушла в парк. Нашла пустующую скамейку (летом в городском парке было совсем не безлюдно и поэтому не страшно – прогуливались парочки, проходили полуночники, гуляли люди с собаками) и застыла от удивления. Пели соловьи!

Ну, или так хотелось ей тогда думать, что это были соловьи. Как в тех старинных рыцарских балладах, которыми она зачитывалась на первом курсе филологического факультета. Тогда она просидела на лавочке больше часа, наслаждаясь звуками, потом пошла домой, спокойно уснула, а утром сдала все на пять.

Вот и сейчас ей захотелось отвести туда Макса. Поймет он про соловьев или нет? Сумеет ли она объяснить ему свои чувства, или объяснений не потребуется? Разрешить ее сомнения могли только ее действия.

Когда она вышла на крыльцо, Макс уже ждал, улыбаясь ее нетерпению.

Пошли, - потянула она его за рукав.

Куда? Может лучше на машине?

И идти за твоей машиной обратно, а потом сюда? Потерпи немного, скоро будем на месте. Через пару улиц, она торжественно сказала:

Мы уже почти пришли!

Макс, увидев улицу, на которую они свернули, догадался:

Мы что, идем в городской парк? Ты, правда, решила найти лавочку? Ты сумасшедшая, ты знаешь об этом? - и он развернул ее к себе и неожиданно крепко поцеловал.

А, по-моему, более сумасшедший из нас ты! Кто придумал этот фокус с яхтой и просмотром заката с последующей эротической сценой в комплекте?

Это было стратегическое мышление, - важно проговорил Макс. – Которое привело к нужному результату.

Я сейчас нас приведу к нужному результату.

За разговором они незаметно вошли в парк. Варя пыталась вспомнить местонахождение именно той лавочки. Тогда она вышла из дома, а ее дом находится на противоположном конце парка, значит…

Вот она! - ликующе воскликнула Варя.

Ты уверена? - проговорил Макс, продираясь за ней сквозь кусты. – Что-то это не слишком похоже на романтическую чистенькую лавочку на безлюдной аллее.

Тише! – шикнула на него девушка.

Они замолчали. Оглушительно трещали кузнечики, где-то вдалеке был слышен редкий шум машин, шелестела трава. Напрасно Варя прислушивалась. Того, что она хотела услышать – не было. И только она собралась рассказать свою несбывшуюся идею Максу, как вдруг раздались несмелые трели. Короткие, почти отрывистые, они доносились из густых зарослей сирени и бузины. А потом, вволю потренировавшись, птица принялась за настоящую песню.

Слышишь, - сияющая Варя обернулась к Максу. Он стоял, как громом пораженный.

Это что, соловей? Варя кивнула.

Ты притащила меня сюда слушать соловья? Варя кивнула уже не так уверенно.

Иди сюда.

Макс вдруг рванул Варю к скамейке, посадил к себе на колени и стал целовать. Целовать так, как будто это был их последний поцелуй в жизни – торопливо, жадно, не давая глотнуть даже капельки воздуха. У Вари закружилась голова, и она вырвавшись из плена его губ, спросила:

Что с тобой?

Я думал, это метафора. Это выдумка, про влюбленных и соловьиные трели. Это не бывает, просто не бывает!

Может просто раньше ты не слушал с девушками соловьев?

Да, ты права, с девушками я обычно соловьев не слушал. Это с тобой мне пришлось.

Даже не успев обдумать его последнюю фразу, Варя опять была вынуждена поцеловать Макса, так как он недвусмысленно обнял ее за талию и придвинул ближе к себе.

«Я сейчас умру от счастья» - успела подумать она перед поцелуем.

Долгие поцелуй, глоток воздуха и опять – губы к губам, языки жадно соприкасаются друг с другом,

губы немеют от взаимных посасываний. Когда Варя стала в нетерпении расстегивать рубашку возлюбленного, и почти добилась своего, он внезапно остановил ее.

Стой.

Что случилось? – ее руки даже тряслись от нетерпения, так ей хотелось сдернуть эту рубашку и насладиться, наконец, гладкостью его плеч и рук.

Ты что затеяла?

А ты не догадываешься? – она от избытка чувству легонько куснула Макса за шею.

Я-то догадываюсь. Но есть одно маленькое препятствие. Точнее его нет. Точнее… Варя, широко раскрыв глаза, посмотрела на него.

– Ты не взял презерватив? Не могу поверить собственным ушам. Макс Еремин забыл про презерватив, собираясь на свидание с девушкой!

Не собирался я на свидание. – Максим был вынужден оправдаться. - Точнее собирался, но учел твое мнение и решил просто поговорить. Я же не знал, что ты меня потащишь в парк.

И что? – внезапно оробела Варя. – Ты разочарован? Макс  усмехнулся.

Как я могу быть разочарован самой импульсивной девушкой в мире? Вчера она дает от ворот поворот, а сегодня я с ней на лавочке ночью слушаю соловьев.

И что же нам делать? – после недолгого молчания спросила Варя.

Доверься мне. – коротко ответил Макс и повернув ее спиной, плотно прижал к своему телу.

Что ты хочешь делать? – девушка смущенно поерзала на его коленях.

Расслабься и не задавай лишних вопросов. – последовал пространный ответ.

Он обнял ее за талию и раздвинул ее ноги. Ее платье задралось почти до бедер, и в таком неустойчивом положении она вынуждена была отвести обе руки назад и обнять за шею любовника.

Я не понимаю…

Тсс! - Макс прошептал около ее ушка. – Расскажи мне, как ты обжималась с мальчиками в подъезде? – задав это вопрос, он стал медленно расстегивать лиф ее платья.

Я ни с кем не обжималась! – Варя даже возмутилась этому вопросу и в следующую же секунду ахнула – Макс уверенно сжал руками ее грудь и стал гладить массирующими движениями, медленно пропуская соски между пальцев. Это было так невыразимо приятно, что она неосознанно выгнула спину, чтобы мужчине было удобнее ее ласкать.

Неужели никому из твоих поклонников не пришло в голову сделать это? – одной рукой он продолжал гладить ее грудь, а второй быстро провел по внутренней стороне бедра и положил ладонь на темный треугольник между ног.

Варя застонала.

О каких поклонниках ты говоришь? Я была девушка приличная до встречи с тобой. – произнося эту фразу, она попыталась повернуться лицом к Максу, чтобы поцелуем снять напряжение, которое потихоньку охватывало ее. Но он не дал провернуть этот маневр. Вместо этого тягуче прошептал на ухо:

Значит, ты была хорошей девочкой? – и легонько прикусил мочку. Одновременно с этим он резко, почти грубо проник ладонью под ткань трусов и сразу пальцами нашел самую чувствительную точку.

Варю как будто пронзило током. Полураздетая, на коленях мужчины, с оголенной грудью и высоко поднятыми торчащими сосками, беспомощная, она ощущала невероятное возбуждение. Ее ласкали самым бесстыдным образом, а она ничего не могла сделать! И эта беспомощность возбуждала ее еще больше. Она застонала, подстраиваясь по ритм его пальцев.

Что ты делаешь? – прошептала она, уже не ожидая ответа на этот вопрос. А он неторопливо и методично доводил ее до кульминации, удерживая второй рукой за талию и целуя в шею.

Делаю то, что нравится тебе и мне.

Она уже не слушала ответ, уйдя глубоко в себя, и подчинившись сигналам удовольствия, которые мощным потоком шли от движений любовника.

Давай детка, сделай это для меня! – зашептал Макс и ускорил движения пальцев. И Варя, не помня себя, рывками поддаваясь навстречу его руке, закричала, чувствуя приближение кульминации. Она непроизвольно выгнулась, напрягла ноги и оргазм, сильный и мощный, накрыл ее. Острое наслаждение пронзило каждую клеточку ее тела, и она почти легла на его колени. Ей показалось, что это длилось вечность.

Макс не убирая руку ждал, пока судороги не перестанут сотрясать девушку. Варя обмякла и ощутила, что ее кости и мышцы становятся мягкими и безвольными. Посадив ее обратно на колени, он поднял ее за подбородок и поцеловал. В медленный сладкий ответный поцелуй Варя вложила всю свою благодарность за этот акт самопожертвования. То, что Макс сам весь горел от желания, она ощущала по недвусмысленной выпуклости на его брюках.

Ну, я нашел выход из положения? – Макс улыбнулся и стал застегивать пуговицы ее платья.

Безвыходных ситуаций не бывает.- в ответ улыбнулась Варя, слишком расслабленная, чтобы связно мыслить. – А как же ты?

Ну, если мы найдем мою машину, то, я думаю, сможем позаботиться и обо мне.

Что, прямо в машине? – не сдержала вопроса Варя и засмеялась. Так легко и сладко было сидеть у Макса на коленях после почти-секса и шутить на тему последующего.

А говорила, что приличная девочка. – шутливо нахмурил брови он. – Можно и в машине. Если ее найдем.

Уже светало, когда они выбрались из парка. Варя непрерывно зевала и могла думать только о подушке в своей уютной комнатке с маленькой девичьей кроваткой. Макс, глядя на это безобразие, ничего не говорил. Но когда они почти прошли мимо ее дома, Варя как будто очнулась.

Меняю секс в машине на здоровый и крепкий сон в кровати.

Ее босс коротко ответил, что, дескать, сначала надо добраться до кровати, а для этого нужна машина. На что Варя горделиво показала рукой на свою панельную пятиэтажку:

Кровать подана, сэр!

Что ею двигало, когда она предложила Еремину зайти к ней и выспаться, она не понимала. Ей очень хотелось спать, и вариант сделать это в своем собственном доме казался очень логичным. Она даже не задумывалась, остались ли в квартире неубранные следы ее неспешного сбора в кино,

и нет ли маленькой сиротливой кучки грязной посуды, оставленной в раковине.

Впустив гостя в дом, Варя бросила ключи на тумбочку, сняла туфли и прошла прямо в свою комнату. Пока она убирала покрывало с кровати, сзади подошел Макс и скептически уставился на плоды ее трудов.

Ты считаешь, мы вдвоем поместимся на этом недоразумении?

Он даже обозначил руками размер этого самого недоразумения и, исходя из его жеста, места им действительно катастрофически не хватало. Варя оскорблено поджала губы. Кроватка была ею куплена и обихожена в атмосфере любви и обожания. Металлическая, белого цвета, а изголовье, сделанное в стиле чугунной ковки, – изгибалось замысловатыми завитушками. Но рассчитана она была явно на одного. Точнее на одну – на Варю.

Хорошо, пойдем покусимся на родительское ложе, - сказала она и взяла подушку и белье.

А утром явятся родители и заклеймят позором соблазнителя их дочурки? – с усмешкой спросил Макс, одновременно с репликой снимая рубашку.

Родители на даче до осени, и обычно внезапно не приезжают, - ответила Варя, как завороженная уставившись на его мощный торс. Ее сон как рукой сняло и она, уже запоздало, вспомнила, что задолжала ему удовольствие, которая сама испытала в глубине сада под трели соловья.

Но они, вроде бы, хотели спать? Стараясь не смотреть на раздевающегося дальше любовника, она застелила кровать родителей свежим бельем и стала раздеваться сама. Ее босс уже забрался в кровать и даже одеялом укрылся и теперь смотрел на нее.

Внезапно Варя застеснялась. Она почувствовала себя скованно и поэтому практически сбежала в свою комнату, где спокойно сняла платье и надела ночнушку. Потом передумала, и надела ту комбинацию, которая была на ней в ту злополучную ночь на даче. К сожалению, все, что хоть отдаленно напоминало эротическое белье, осталось в квартире у Вадима. Варя логически рассудила, что соблазнять в родительском доме абсолютно некого. А теперь? Теперь она готова соблазнять, уже зная, что он ее босс и возможно это ее любовное приключение всего на одну неделю? Варя прислушалась к себе и ответила – «да, готова». Осталось найти презервативы и появится в проеме дверей спальни во всем своем сияющем великолепии.

Знакомое белье, - встретил ее появление Макс. - А я подумал, что ты решила переночевать на коврике у дверей. Иди сюда, - он похлопал на место рядом с собой.

Но Варя не послушалась. Она медленно подошла к кровати, потушила настольную лампу, уселась прямо ему на ноги и подарила ему и себе медленный сладкий поцелуй. Он с готовностью откликнулся на него, немедленно обнял в ответ, но прошептал на ухо:

Варюш, я конечно готов терпеть сколько нужно, но все таки сделан не из железа. Может, просто поспим, а?

На что Варя молча показала ему презервативы.

Ну, тогда другое дело! – просиял он, и мгновенно повалив на кровать, стал снимать столь полюбившуюся ему сорочку.

Варя счастливо рассмеялась и позволила себе унестись в сладкую негу любовных игр с Максом Ереминым.

Утром Варя проснулась, как ни странно, не от поцелуя любимого, а от звонка мобильника. Мельком взглянув на часы, она удивилась – кто мог названивать ей в среду в восемь утра? Тираж   уже

должны были развести по оптовым базам, если бы случилось что-то экстренное в редакции, ей бы позвонили еще ночью. Кто бы это мог быть?

Неизвестным абонентом оказалась главный редактор ее журнала – Ксения Завьялова. Они общались всего несколько раз – когда ее принимали на работу, и когда назначили ведущей рубрики новинок театра и кино. А ей лично она вообще никогда не звонила.

Алло, Ксения? Доброе утро, - прохрипела она сонным голосом. Не поздоровавшись, Ксения понеслась с места в карьер:

Я не понимаю Варвара, где ваше редакционное задание?

Варя стала лихорадочно вспоминать, какие долги по полосам могли на ней висеть, но так ничего и не вспомнила, поэтому совершенно честно спросила:

О чем вы говорите, Ксения?

О твоем долбаном кино! – вдруг заорала она. – Где еженедельная колонка о новой премьере?

Но я только вчера сходила в кино, и это все равно пойдет в следующий номер… - Варя пыталась как-то вразумить начальницу, но та слушать ее оправдания была явно не расположена.

Вы посмотрели фильм в десять часов вечера, у вас было двенадцать часов, чтобы написать эту колонку! Вы что, писать разучились? – добавила она ехидцы в голос. – Или, может быть, вам было совсем не до кино? Может быть, вы вместо кино обжимались со своим молодым человеком, вместо того, чтобы профессионально выполнять свои прямые обязанности, за которые вам деньги платят.

Рядом с Варей заворочался сонный Макс. Он повернулся в ее сторону, обхватил за талию и стал целовать в голый живот. Она улыбнулась и шепнула:

Не щекотись!

Что? – сразу отреагировала на том конце провода Ксения. – Вы там не одна?

Нет, нет, Ксения, это я не вам, - отбиваясь одной рукой от Макса, который полез целоваться уже всерьез, второй рукой она пыталась удержать телефон.

Подожди, - шипела она Максу, - У меня важный звонок.

Жду вас у себя в кабинете через полчаса, - ледяным тоном проговорила Ксения и бросила трубку.

Ух ты! Девушка машинально ответила на поцелуй любовника, потом сделала это более вдумчиво и они еще пару минут целовались.

Первый раз получила от начальства нагоняй, и хоть убей, не понимаю, за что.

Ну, твое начальство лежит рядом с тобой и утренней порции нагоняев ты от меня еще не получала! – тут же ответил Макс и полез под сорочку, которую Варя украдкой надела уже под утро.

От моего непосредственного начальства! С которым я, в отличие от тебя, общаюсь уже полгода. Ксюша озверела и требует под свое царствующее око, потому что я якобы не написала эту несчастную заметку про кино.

Какое кино?

Которое мы вчера смотрели, забыл?

Я не помню никакого кино. Я помню только тебя, - с пафосом заявил Макс и опять полез

целоваться.

Ну как ты можешь быть таким несерьезным, газетный магнат? – рассмеялась Варя.

Варюш, у всех газетных магнатов, каких я знаю, по утрам только одна забота: «что такое стояк» и как с этим бороться?

Фу, как грубо, - наморщила носик Варя, но одеялко отодвинула и с интересом рассмотрела заботу номер один. Выглядело все в целом неплохо, и она с надеждой спросила: – А за полчаса успеем?

Конечно, конечно, - фальшиво-жизнерадостно уверил ее Макс и накрыл одеялом.

Конечно, они не успели. Пока одевались, путаясь в одежде, пили чай, обжигаясь и кромсая шоколадку (Макс еще на заварку успел пожаловаться), пока искали его машину, оставленную у кинотеатра, время безнадежно ушло, и к редакции они подъехали только через два часа.

Варя стала выбираться из машины, и Макс положил ей руку на плечо:

Позвони мне после разговора с Ксенией, если будут проблемы, ладно?

Она кивнула и поцеловала его в щеку. Странно, думала она по дороге в редакцию, они знакомы всего 5 дней, а она уже привычно целует в щеку при прощании.

Родная редакция встретила тишиной – почти все сотрудники, кроме нескольких штатников, отсыпались после сданного номера. Кабинет редактора был открыт, и Варя зашла, не постучав. В кабинете было накурено, и, судя по пепельнице, курили уже давно и часто.

Ее встретил язвительный голос:

Явились не запылились ее высочество Варвара Николаевна!

Ксения, судя по немного поплывшему макияжу, работала в офисе всю ночь, и почему-то не ушла домой, а предпочла дождаться Варю.

Дорогая моя, ты работаешь в самом популярном глянце города, и просто не должна позволять себе таких выходок. – опять, как по телефону, завелась она. – Я взяла тебя в штат, рассчитывая на определенный темп работы, и ты меня очень разочаровала, очень.

Произнося эту пламенную речь, Ксения не переставала осматривать Варвару с ног до головы, как будто видела впервые.

Варя села и как-то резко успокоилась. Тушеваться и краснеть из-за явно надуманной ругани она не собиралась. Этот иммунитет на начальственные крики она приобрела еще в бытность работы на кафедре русского языка.

Ксения Олеговна, у меня есть четкие графики написания колонок о кино. Ваша заместитель со мной это обговаривала – на неделе я смотрю фильмы и спектакли, в субботу - воскресенье пишу текст. Сегодня только среда? Что не так?

Ксения буквально поперхнулась. Эта девчонка еще пробует дерзить ей, Ксении Завьяловой! Дело было не в кино, и не в колонке. Дело было в том, что ее знакомые видели Варвару в ресторане с Максом. Парочка выглядела влюбленной и всю дорогу ворковала и целовалась.

Полученное известие было для нее шоком. Одно дело – все многочисленные девицы без мозгов, которые и в подметки не годились ей, Ксении Завьяловой. Совсем другое, – Варя, ее подчиненная, с которой Макс познакомился всего два дня назад! Тогда как с Ксенией знаком больше пяти лет!

А может ты и фильм не смотрела, девочка моя, - вдруг тихим и напряженным голосом сказала она и закурила новую сигарету, хотя во рту уже было гадко от них, бессчетно выкуренных ночью.

Как не смотрела, удивилась Варя. – Я была на сеансе.

Ты была там не одна, - спедалировала голосом Ксения.

А это уже вас не касается, - сразу ощетинилась Варя.

Касается девочка моя, еще как касается, - проговорила Ксения, и неожиданно спросила: - Что у тебя с ним?

С кем? – не понимала Варя.

С Максимом Леонидовичем Ереминым! – прокричала Ксения ей в лицо и затушила сигарету.

С Максом? – ошарашено спросила Варя, пытаясь в уме связать кино, Макса и этот разговор. Связать получилось плохо, точнее совсем никак.

Уже с «Максом»! – ядовито огрызнулась начальница. Она нервно прошла к окну, невидяще посмотрела в него и, не выдержав, оглянулась на Варю: - Ты что, познакомилась с ним в понедельник, а во вторник уже в койку, да?

Варе вдруг стало все понятно. Всесильная и всезнающая начальница банально ревнует! Яна предупреждала, что та неровно дышит к Максу. Как она могла забыть!

Она глубоко вздохнула и спокойно проговорила:

Познакомилась я с ним раньше, в понедельник просто неожиданно столкнулась, в кино он пришел по собственной инициативе, про постель я говорить отказываюсь.

Почему, давай поговорим, - уже не сдерживала себя Ксения. – И как он? Хорош? Тут Варя не выдержала:

А ты этого, по всей видимости, не знаешь?

Повисла пауза. Ксения скривилась, подошла к сидящей Варе вплотную и нависла над ней: – В самую точку. Не знаю. Пока, – редактор подчеркнула это голосом. - И мне не нужны всякие соплюхи, мешающиеся под ногами. Поэтому, дорогая моя девочка, или ставь жирную точку в своих отношениях с Максом…

Или? – бесстрашно спросила  Варя

Или собирай вещички. Я тебя здесь видеть больше не хочу. – Ксения проговорила это так равнодушно, как будто предложила ей выпить чаю.

Вообще-то журнал не твой. – попробовала образумить ее Варя.

Ах, вот ты как заговорила, маленькая дрянь, - также равнодушно ответила редактор, видимо перегорев на недавней истерике. – Позволь тебя просветить, Максим Леонидович никогда не путает работу и личную жизнь, поэтому на твою карьеру ему будет ровным счетом наплевать! Думай, девочка.

Варя тяжело поднялась с кресла и Ксения в который раз удивилась – как Макс предпочел ей – блестящей, остроумной и сексуальной Ксении эту филологическую нескладеху с дивным именем Варвара. Что у этих мужиков в голове? Точнее, что у них в штанах, горько поправила саму себя главный редактор. Посмотрев на уходящую девушку, она вспомнила еще кое-что, и почти со сладостным удовольствием набрала знакомый номер.

Варвара, ошеломленная и ничего не соображающая, медленно шла по лестнице вниз. Ее

приревновала начальница и уволила! Из-за мужика! Рассказать Янке – не поверит. Вот это феерические итоги выходных! Давнего кавалера нет, работы нет, в плюсе только обаятельный и классный любовник, и скорее всего ненадолго.

Как будто читая ее мысли на расстоянии, позвонил Макс.

Как поговорили? – без всяких вступлений спросил он.

Ты не поверишь, - вяло откликнулась Варя, все еще погруженная в свои переживания.

Ну, с тобой я готов поверить во все, - оптимистично ответил он.

Ксения устроила мне сцену ревности и уволила. Макс, почему ты не предупредил, что у вас что-то было? - наконец догадалась спросить она.

С Завьяловой? - по телефону прозвучал визг тормозов и Макс выругался.

С тобой все в порядке? – сразу переключилась Варя от своих проблем.

Не обращай внимания, ты в редакции?

Да, уже выхожу.

Подожди меня пару минут, я сейчас буду.

Варя нажала на отбой и выругала себя за болтливый язык. Вот сразу как на духу выложила все свои проблемы, а ее бойфренд мог попасть в аварию. Чертова идиотка!

Когда она спустилась с крыльца, ее ждал еще один сюрприз. Около машин стояла Илона. Бывшая любовница Еремина выглядела шикарно – разноцветное коротенькое платьице, грива волос, тщательно уложенная в художественном беспорядке, в руках что-то сумчато-дольче-габанистое и боевой макияж. А вот в тщательно накрашенных глазах было не скрываемое желание боя. Варя разумно решила обойти эту боевую самку по крутой параболе, но Илона уловила ее маневр и двинулась наперерез.

Она не церемонилась:

Ах ты с… подзаборная! Думаешь, увела мужика и вся в шоколаде будешь ходить? Трахнет он тебя пару раз, а потом ко мне вернется! Особенно посмотрев на твою рожу расцарапанную.

И растопырив пальцы, Илона кинулась на Варю. Этого она уже выдержать не могла и позорно побежала прочь. Но бежать было особо некуда – Илона ждала ее как раз на выходе с тротуара на улицу, а все остальное пространство было тесно заставлено машинами. И все-таки Варя побежала к машинам, надеясь протиснуться мимо них на волю. Не тут-то было! Илона ловко заблокировала ее между машинами и попыталась избить своей невесомой сумкой. Варя несколько ударов встретила руками, а потом просто вырвала эту злосчастную сумку из рук и выбросила прочь.

Содержимое сумки вывалилось на асфальт. Это еще больше разъярило соперницу.

Ах ты б…, - нецензурно выругалась блондинка и вцепилась в волосы Вари так, что у нее слезы брызнули из глаз.

Стоять, - вдруг раздался громовой голос Макса.

«Наконец-то, примчался мой рыцарь и сейчас спасет от этого дракона!» - подумала она, и попыталась снять цепкие ручонки Илоны со своей головы. Та не отцеплялась, продолжая ругаться.

Макс, не долго думая, сам схватил Илону за волосы и видимо так больно, что девушка сразу выпустила Варину голову и схватила его за руки.

Максик, Максик, больно, ты чего? Максик, отпусти, - заревела она, - Я пошутила, Максик.

Я что тебе говорил? – Еремин повернул ее хилое тельце к себе, тщательно выговаривая слова. – Я тебе говорил, чтобы ты больше не появлялась на моем горизонте? Не слышу ответа! – и он опять сильно дернул свою бывшую пассию за прическу.

Макс, - попробовала вмешаться Варя, с ужасом смотря на эту сцену.

Варя помолчи, пожалуйста, - ответил он.

Илона ревела, без каких-либо проблесков разума:

Отпусти, больно.

Значит так, красавица моя. Я вижу тебя в последний раз. Если ты еще раз позволишь себе что-то подобное, особенно в адрес Вари – ты не только в агентстве работы лишишься, но в городе работы не найдешь. Тебе понятно?

Илона проскулила что-то неразборчивое.

Не слышу, тебе понятно? – спросил он громче, не выпуская волос.

Понятно. Отпусти, - вдруг послышалось что-то разумное из ее уст.

А теперь пошла вон! – он, наконец, отпустил ее и брезгливо встряхнул руками.

Илона неуверенно пошла прочь, наклонилась, чтобы поднять свою сумочку собрать все барахло, и почему то посмотрела вверх на третий этаж редакции. Макс и Варя посмотрели туда же и увидели, что у окна стоит Ксения Завьялова.

Идем в машину, коротко скомандовал Макс.

Но… - попыталась возразить Варя.

Иди, пожалуйста, в машину! – повысил голос мужчина. И она, уже не пытаясь возражать, пошла за ним.

Сев в машину, они никуда не поехали. Макс, открыв стекло, закурил.

Ты куришь? – удивилась Варя.

Только когда выпью, – мрачно пошутил Макс. Докурив, он тщательно затушил сигарету и оставил ее в пепельнице.

Он повернулся к ней:

Ты как?

Хреново, - поежилась Варя. Ее знобило, несмотря на июньскую жару.

Ты не пострадала? – он отодвинул ее волосы и тщательно изучил лицо.

Нет. Я…

Тебе было не приятно наблюдать за мной, - проницательно угадал он.

Это было ужасно, - созналась Варя. – я думала, ты ее покалечишь.

Я тщательно контролировал свои движения. А что, по-твоему, я должен был сделать с истерящей женщиной?

Я не знаю, - растерялась Варя.

Ты не знаешь, а я знаю. Никто не имеет права так себя вести.

Ты и со мной так будешь обращаться? - не стерпела она.

А у тебя сейчас истерика?

Не знаю!

Смотри, у тебя сейчас истерика, а ты только кулаки стискиваешь и гримасы корчишь, чтобы не заплакать.

Какой ты проницательный! А не пошел бы ты со своей проницательностью…

И Варя разревелась. Все напряжение этого утра, начиная с разговора с Ксенией и заканчивая безобразной дракой на парковке, нахлынуло на нее, и теперь она рыдала, чуть ли не подвывая во весь голос.

Варюш, - начал Макс и положил руку на ее плечо.

Не трогай меня, - дернула плечом Варя. – Разбирайся со своими бабами без меня как-нибудь. Я уже по твоей милости работу потеряла и почти жениха!

«Почти жениха» - это Вадима твоего? - зло спросил Макс. Варя рыдала, уже не обращая внимания на его реплики.

Я тебя сейчас домой отвезу, - через паузу добавил он и завел мотор.

Они ехали молча, только девушка периодически всхлипывала и остро жалела, что не взяла с собой даже сумочки. Еремин достал из загашника несколько салфеток и дал ей.

Спасибо, - автоматически сказала она, принимая салфетки.

Черт, - выругался он, увидев ее заплаканное лицо. Он припарковался у ее дома, в густой тени сиреневых кустов

Варюш, прости меня, пожалуйста, что так тебя напугал! – он обхватил ее лицо руками и стал беспорядочно целовать в щеки, губы и подборок.

Я так испугалась! – лепетала Варя, явно не понимая, что ей делать. – Ты стал таким страшным! Я совсем тебя не знаю!

Варюша, я обычный мужчина, и очень не люблю, когда кто-то посягает на мою территорию и мою женщину. Я бы твоему Вадиму морду набил, честное слово, если бы он сам не слинял.

Ты с ума сошел! Ты дикий орангутанг какой-то! Так нельзя!

Можно, Варюша, можно! – он, наконец, расцепил ее руки, обнял за плечи и поцеловал в губы.

После всех событий Варя уже физически не могла сопротивляться и отдалась поцелую, почти не участвуя в нем, пассивно разрешая хозяйничать его языку и губам.

Иди сюда, - жарко шепнул Макс и, отодвинув свое сиденье назад, посадил Варю к себе на колени верхом.

Что ты делаешь? – слабо охнула Варя.

Мирюсь, - он пробежался руками по ее ногам и задрал платье почти до пояса

Что, прямо здесь? – не поверила Варя.

А где? Все психологи советуют решать конфликты в паре, не отходя от кассы!

Психологи не это имеют в виду, - сопротивлялась она, уперев руки ему в грудь.

А я – это! – он начал расстегивать пуговицы платья у нее на груди.

Давай хотя бы поднимемся в квартиру, - не сдавалась Варя. Ее охватила паника. Делать это в машине, среди бела дня…

А вдруг ты передумаешь? Я не хочу рисковать. - он наконец расстегнул вверх платья и добрался до лифчика.

Я не передумаю, честно, – пыталась воззвать к голосу разума она.

Отлично. Тогда расслабься и получай удовольствие. – он, наконец, расстегнул лифчик и впился губами в ее грудь. Варю пронзила молния, и она буквально подпрыгнула.

Ш-ш-ш, моя девочка, спокойнее, - сразу отозвался Макс и начал легонько посасывать другую грудь.

О господи, этого еще не хватало! Варина истерика мгновенно переросла в страшное возбуждение, и она чувствовала, как места поцелуев начинают гореть жарким огнем. Макс тем временем расстегнул свою рубашку, и не снимая ее, прижался к Варе.

– Ты дрожишь, - шепнул он и сильно поцеловал в шею. Она, обхватив его плечи руками, лихорадочно гладила их, изо всех сил вжимаясь в сильное горячее тело.

Макс обнял ее за поясницу, спустил руки в трусики и скользнул пальцами глубже, где уже начала скапливаться предательская влага. Он тронул самое чувствительное место и стал растирать его большим пальцем медленными дразнящими движениями.

Варю опять пронзила молния, и она впилась когтями в его плечи.

Что ты делаешь? - прошептала она.

А как ты думаешь? – он ввел несколько пальцев еще глубже и сделал несколько движений вперед-назад.

Варя простонала, не сдерживая себя. Макс вынул руку, и обеими руками легко разорвал ее трусики. Потом расстегнул брюки, вынул презерватив из кармана, и через минуту Варя буквально закричала от его движения – его член показался настолько большим, что, казалось, еще одна секунда, и она не выдержит этого давления.

Максу оказалось достаточно сделать несколько движений бедрами, ввинчиваясь в ее податливую плоть и Варя низко застонала, без слов признавая свое поражение в этой битве. Он сумел кончить почти прямо за ней.

А ты умеешь утешить девушку, - хрипло проговорила она через несколько минут. Она сидела верхом на Максе, он был в ней, платье было расстегнуто до пояса и разорванные трусики валялись где-то на полу машины. «Поздравляю тебя Варя, - сказал она самой себе, - тебя трахнули в машине и тебе это понравилось. Ты маньячка».

Всегда к твоим услугам, - также хрипло отозвался Макс и поцеловал ее в шею. Она неуверенно сползла с него, подобрала трусики и уселась на свое место. В голове было звонко и пусто, истерика и спонтанный секс в машине выбили все предохранители сознания. Макс посмотрел на нее и улыбнулся – Варя таращилась на переднее стекло и явно не вспоминала недавнюю эпическую битву на стоянке.

Пошли? – он открыл дверь машины.

Пошли, - легко согласилась Варя.

Они опять оказались у нее дома. Варя на автопилоте поставила чайник и тут же на кухне села, ноги ее не держали.

Что сказала тебе Ксения? – Макс деловито вытаскивал чашки, ложки и варенье из шкафа.

Лучше клубничное, его надо доедать, - сил, чтобы встать и самой накрыть на стол, не было, - Сказала, что я соплюха, и чтобы не смела отбивать тебя у нее. А еще, что ты никогда не смешиваешь личное с работой.

Она слегка задумалась, и потом спросила:

Максим, а разве вы знакомы уже не тысячу лет? Я это к тому, что если бы вы хотели переспать, то ведь переспали бы, да?

Ты смотришь в самую суть, - усмехнулся он. – Было бы желание, а повод найдется.

Значит, повода не было?

Да и желания особого не было. Ксения сама по себе хищница, а не добыча. Вот с тобой стоило поговорить пять минут, и охота началась. А ты, как доверчивый кролик попала во все мои ловушки, и потопталась во всех силках. Сладкий, пушистый и милый кролик.

Он присел перед ней на корточки и протянул ладонь:

Мир?

Она подала руку и тревожно посмотрела на него:

А другие твои бывшие в порядке?

В полном порядке, а твои?

Что, мои? – не поняла она.

Твои бывшие, включая Вадима, не появятся на горизонте? Варя аж поперхнулась.

Макс, ну какие бывшие! Как ты себе это представляешь?

Вот именно, солнышко. – он одновременно отвечал на ее вопрос и размышлял вслух. - Сложно представить, что Илона появилась около редакции сама по себе. Кто-то подсказал ей эту блестящую идею, и я догадываюсь, кто. Поэтому мы быстренько пьем с тобой чай, ты остаешься дома, а я еду разбирать ситуацию, которая мне стала порядком надоедать.

Он чмокнул ее в затылок:

Заодно куплю хорошего чаю, твой совершенно невозможно пить.

Хорошо, - покладисто согласилась Варвара, с удивлением понимая, что и ей на самом деле нужно отдохнуть, и вкусный чай тоже не помешает. Хотела добавить, что не мешало бы еще купить хлеба, но застеснялась. Слишком похож был разговор на двух дано знающих друг друга любовников. Но ключи от дома вручила, справедливо рассудив, что может от всех переживаний уснуть и не услышать звонка в дверь.

Макс ехал в редакцию, по пути обдумывая будущий разговор. По любому выходило плохо – вмешательства в свои личные дела он не любил и не терпел даже в шестнадцать лет со стороны родителей. А подстава с Илоной на стоянке, если это было дело рук Ксении, в чем Макс уже не сомневался, вообще была подлостью.

Он пару секунд подумал, звонить или нет Завьяловой, но решил, что трусостью она никогда не отличалась. Он видел, что она внимательно следила за сценой на стоянке, она его взгляд заметила, дальнейшее было не трудно предсказать. Так и было – Ксения никуда не ушла. Она сидела в кабинете и ждала его.

Он сел напротив и долго изучающе смотрел на нее, будто увидев впервые. Отличный профессионал, специалист в своем деле, «Олесю» она подняла буквально с нуля. Когда Максим пришел к ней – главному редактору новостного еженедельника, и предложил раскрутить глянцевый женский журнал, она долго сомневалась. И ее прельстила не зарплата вдвое выше, чем то ее жалованье, и даже не полная свобода действий, а интересная задача, которую никто в городе еще не выполнял.

Пять лет неустанного труда, рекордные тиражи, очередь из рекламодателей, работа рука об руку и вот такой неожиданный фортель!

Илона – твоя работа? - через долгую паузу спросил он. Ксения не стала отрицать очевидного:

Моя.

Зачем?

Обычная бабская ревность.

Ты хотела сказать подлость? Ревность – когда ты выдираешь волосы у соперницы, а не звонишь другой, чтобы она сделала для тебя всю работу.

Может быть.

Ксения закурила сигарету, и Еремин с удовлетворением заметил, что пальцы у нее дрожат. Значит, Ксюша не так невозмутима, как хочет казаться.

Что за цирк с увольнением?

Она не справилась с редакционным заданием.

Чушь, и мы оба это знаем.

Твоя Варвара Николаевна не такой ценный кадр, чтобы ее нельзя было заменить кем-то другим, - мягко и очень вкрадчиво заметила она.

Ты намекаешь, что тебя я никем заменить не смогу?- так же обманчиво мягко спросил Макс.

Я лучшая в своем деле. Я подняла этот журнал с нуля.

Уже нет, – отрезал он. Его мягкость как рукой сняло. – Ты допустила ошибку, позволив эмоциям навредить работе.

Я что, должна была смотреть, как ты спишь с этой…

А еще ты позволяешь себе предъявлять мне претензии! – он повысил голос, перебив ее.

Извини, я слишком близко к сердцу приняла эту твою эскападу. Я надеялась, что все-таки мы с тобой когда-нибудь… - она не стала договаривать и невысказанная мысль тяжело повисла между ними.

Макс смотрел на Ксению и думал, что она красивая молодая женщина, умная, деловая, с циничным чувством юмора и не без внимания поклонников. И почему то опустилась до такой пошлой бабской сцены. Как все-таки хочется женщинам сначала сделать проблему на пустом месте, а потом

пытаться ее разрешить!

Она смотрела на него в надежде, услышать те самые слова, ради которых рисковала карьерой  –

«ты нужна мне» . Ее ожидания не оправдались.

Нет. «Между нами» и «нас» не будет. А извиняться ты будешь перед Варварой.

Иначе что?

Иначе ты уволена.

Ксения вздрогнула как от удара. Роковые слова были произнесены, рубикон перейден, а она надеялась, что пять лет каторжного труда оправдают ее минутную слабость. Зря надеялась. Все мужики одинаковы – ради смазливой мордашки готовы все спустить псу под хвост. Дружбу, профессионализм и самоотверженность.

Она обманывала себя, и в глубине души это понимала. Настоящий мужчина никогда не потерпит посягательства на его территорию, а она это сделала. И ей разрешают извиниться только из-за ее беззаветной преданности журналу. Она сделала крупную ставку и пока проиграла, и теперь ей придется признать поражение и уползти в нору, зализывая раны.

Хорошо, я извинюсь. Надеюсь, это я смогу сделать не публично?

Ей хотелось закричать – «пожалей меня хоть в этом, не топи окончательно!»

Как хочешь, - Еремин встал, давая понять, что разговор окончен. – Завтра созвонимся по номеру. Пока

Пока, - отозвалась Ксения и тяжело уселась в кресло. Вот теперь можно и поплакать. Как, как пронырливая Варвара познакомилась с Ереминым? У них абсолютно разные круги общения, разные вкусы, разное все! Она не молоденькая фитоняшка, не «мисс», не модель – сплошное «не». Как она умудрилась подцепить Макса? Она не успокоится, пока не узнает все о ней и этом нелепом романе. И извинения Варя получит, от этого еще никто не умирал.

Весь вечер Максим ловил себя на мысли, что ему хочется позвонить Варе и узнать, как дела, но он обрывал себя, не понимая, чем вызвано это желание. Что он нашел в этой девушке? Почему эти бабские разборки, которые еще неделю назад насмешили бы его, сейчас – разозлили до крайности? Девицы за него дрались только в школе, и тогда, ему, дураку, это нравилось. Хотя, надо признать, драки из-за девчонок у него тоже были.

В итоге – Варя, скорее всего, спит, после всего, что случилось, а он, вместо того, чтобы сосредоточиться и решать мелкую текучку дел, думает о ней и волнуется.

Такую соню еще поискать надо, подумал он и понял, что ему совершенно не хочется возвращаться в свою холостяцкую берлогу, а хочется поскорее расправиться с делами и вернуться к Варе, пока она бог весть что себе не надумала.

«С каких это пор Еремин, тебя стали волновать переживания девушки?» - подумал он. Пусть умненькой и сексуальной, с чувством юмора и искренней. Да, искренность и честность – качества настолько редко встречающееся в девушках, что он стал это считать реликтом. «Вот и разгадка», - сказал сам себе Макс. Ему надоели ужимки и прыжки предыдущих девиц, захотелось свежести и непосредственности. Чего и получил по полной программе с дополнительной нагрузкой в виде ревности Ксении и выходки Илоны.

Все-таки странно. Ксения равнодушно смотрела на всех его бывших, даже фотографии иногда помещала в светскую хронику. А на Варвару взъелась. И плевать она хотела на ее карьеру! Тут что-

то другое. Что-то она уловила своим чутьем, за которое ее и взял в свое время Макс. Чутье и дикую работоспособность вкупе с профессионализмом. Жаль, если она не справится со своими эмоциями. Придется увольнять. А не хотелось бы.

Может, просто, не потерпела соперницу у себя под носом? Или пресловутый кризис женщины 35 –

«все подружки по парам»? Максу надоело думать про Завьялову и он вернулся мыслями к Варе.

Сейчас она - главная в повестке дня. Макс, сам себе удивляясь, заехал в супермаркет и закупил продуктов, которых в холодильнике у девушки было маловато. Даже про заварку не забыл, вспомнив утренний чай на скорую руку. Он стал гурманом, несмотря на суровую школу жизни в виде студенческой общаги и армии, а может благодаря им.

Открыв дверь выданным ключом, он вошел практически не слышно, и услышал занимательный телефонный разговор. Варя, наверное, еще не совсем проснулась, потому что разговаривала хрипло и не охотно. То, что на другом конце трубки был Вадим, он догадался почти сразу.

Варвара проспала почти до самого вечера. Она настолько была ошарашена всеми событиями, что уснула почти мгновенно и сны видела резкие и не приятные: ей нужно было куда-то бежать, за ней гнались, а ноги и руки не слушались и застывали в воздухе. Поэтому, когда ее разбудил звонок, она спросонья сильно рявкнула, не подумав, кто это мог звонить и по какому поводу.

По закону подлости это оказался Вадим.

Что, уже бесишься? – мигом отреагировал он. - Бросил тебя твой красавчик, не звонит и не пишет? Бедная, бедная Варенька, - добавил он таким голосом, как будто хотел расчленить «бедную» Вареньку прямо сейчас.

Что тебе нужно? – Варя не стала оправдываться и извиняться.

Вадим слегка опешил, но быстро взял себя в руки и с тихой яростью сказал:

Мне нужно, чтобы ты забрала свои вещи из моей квартиры и желательно побыстрее.

А что за спешка? – лениво поинтересовалась Варя, ища глазами часы, чтобы узнать который сейчас час.

Хочу побыстрее избавиться от тебя, – неестественно быстро ответил Вадим, как будто ожидая этого вопроса.

Ну, быстро не получится, на ночь глядя я никуда не поеду, а завтра – может быть.

Поторопись, иначе я выставлю твои вещи вон.

Даже так? – Варваре вдруг стало весело и она села в кровати. – Вот так развесишь на кустах всю нашу совместную прожитую жизнь?

А есть другие варианты? – Вадим мгновенно уловил веселье в ее голосе и поменял тон. Макс в коридоре напрягся.

Вадим, ну какие варианты! Все у нас шло ко дну, причем так медленно и скучно, что я думала, финала вообще не будет. Спасибо доброму человеку, помог разобраться.

Добрый человек это кобель твой Еремин? - опять разозлился Вадим.

-Ну, насколько мой, я не могу тебе сказать, он из тех мужчин, которые чьими-то не бывают. А за вещами я заеду на днях. Не торопись резать мое белье. Лучше опять напейся.

Сука. – коротко ответил Вадим и отключился.

Голос Вари у Вадима вызывал острое желание напиться. Зря он ей позвонил, зря слал эти гребаные СМС. Зря они вообще потащились на эту дачу, где Карамышева так быстро подцепила богатого мужика. Никогда Вадима еще так не унижали! И, главное, сделать он ничего не может, - против Еремина шансов нет, как ни старайся.

Варя положила сотовый, сладко потянулась и увидела Макса, стоящего в дверях. На мгновение удивилась, а потом вспомнила, что сама дала ему ключи.

Слышал? - с наигранной ноткой возмущения спросила она.

Ага. Твой бывший рвет и мечет. Правильно, я бы тоже вел себя неадекватно, упустив такую девушку.

Он подошел к кровати и сел на край.

Ты действительно думаешь, что я не твой?

Ты так сформулировал, что я не знаю как отвечать.

Варя робко коснулась его лица, разгладила напряженные морщинки на лбу и большим пальцем прошлась по губам.

Не надо твоих филологических штучек, отвечай прямо и не затейливо.

Он поцеловал ее палец и наконец, сделал то, чего хотел весь вечер – обнял за плечи и поцеловал коротко и шумно. Варя была такая сонная и родная, что ему уже было не важно, что она ответит. Важно было, как она его еще раз поцелует и прижмется, как будто он дороже ей всего на свете.

Варя ответила на поцелуй, немного отстранилась и внимательно посмотрела ему в глаза:

А я твоя?

Да.

Тогда вопрос о твоей типовой принадлежности снимается с повестки дня.

Я же просил без твоих филологических штучек! – притворно зарычал Макс и повалил ее на кровать.

Я не могу выбросить из головы восемь лет филфака по требованию какого-то сексуального маньяка, - отбиваясь, засмеялась Варя.

Можешь, можешь. И я сейчас покажу, как это делается.

Пакеты с продуктами были забыты. Бедная родительская кровать опять подверглась тяжелому испытанию на прочность.

Утром Варя проснулась с ощущением счастья. Она несколько минут лежала с закрытыми глазами, анализируя произошедшее вчера, и удивлялась, почему она так равнодушно думает о скандале с Ксенией и драке на стоянке. Наверное, потому, что рядом лежит и ровно сопит такой большой, уютный и почти родной мужчина. Он как ураган ворвался в ее жизнь и занял, как оказалось, пустующую нишу в душе так прочно, что очень хотелось верить, что это надолго. «Не обольщайся»,

пригрозила Варя самой себе. Вполне возможно, что Макс исчезнет из ее жизни уже через неделю, а она будет перебирать драгоценные воспоминания их ночей.

Она открыла глаза, повернулась на бок и долго смотрела на Макса. Ее герой-любовник занял почти всю кровать, разбросав руки и ноги. Она бережно обвела кончиком пальца контур его лица, нос и губы. Хотя она делала это медленно, и почти не касаясь, Макс открыл один глаз и хрипло

проговорил:

Ты разве не знаешь, как нужно правильно будить мужчину? Варя улыбнулась и поцеловала его в губы:

Доброе утро!

Он ответил на поцелуй, но заметил:

А целовать лучше ниже и прицельней, - и когда Варя округлила глаза, вздохнул и сказал, - Только не говори, что ты этим никогда не занималась.

До Вари, наконец, дошло, что он имел ввиду, и она начала немедленно краснеть и помотала головой.

Ладно, обсудим это потом, а сейчас сделаем все традиционным способом, - и властно подмял ее под себя. Задрав ее руки за голову, он целовал ее долго и неторопливо, заодно просыпаясь и будя ее и себя окончательно. Она жадно отвечала на поцелуи, не стесняясь и не рассуждая, что будет дальше и как. Запутавшись в ее сорочке, которую она надела ночью, не привыкнув спать без белья, он с невнятным ругательством и не особо бережно снял ее.

Зачем надевать эти тряпки, если все равно их приходится снимать? – прорычал он, целуя ее грудь.

Варя выгнулась, обхватила его голову руками и простонала:

Я девушка приличная, я голой спать не могу. Макс оторвался от ее груди:

А я значит не приличный, если могу спать без трусов?

Не просто не приличный, а самый настоящий варвар! – Варя ловко выскользнула из под него и уселась сверху, - Пришел, увидел и переспал!

Какие мы смелые! – он подхватил ее за попку и придвинул поближе к себе, - Посмотрим, надолго ли хватит твоей смелости,- не глядя, он протянул руку к тумбочке и нашарил презерватив.

Удивительная легкость и свобода охватили Варю, когда она, не торопясь, с остановками, поцелуями и ласками «объезжала» Макса. Ей безумно нравилось самой устанавливать темп, целовать и ласкать мужчину, которого она до недавнего времени не знала вообще, а теперь даже капельки пота, стекавшие по его груди, казались ей упоительными, и она слизывала их, не забывая двигать бедрами.

Наконец Макс не выдержал и со стоном:

Так мы никогда не закончим, - уложил ее на кровать и за несколько минут энергичных движений довел и себя и ее до оргазма.

Чуть позже, за утренним (новым, с обалденным вкусом) чаем, Варя, глядя как Макс, со здоровым аппетитом уминает бутерброды с маслом и колбасой, спросила:

Ну что с моей работой? Я могу отдыхать, свесив ножки и ничего не делая?

Увы, отдохнуть не получится, ты не уволена и будешь пахать как лошадь, оправдывая свою и мою репутацию.

Спасибо большой босс, - шутливо проговорила она и тут же серьезно сказала, - Теперь мне кровь из носу нужно написать эту заметку о кино, плюс еще несколько полос следующего журнала –  за

мной. Туристический обзор, как правильно загорать и еще кое-что по мелочи. Все в отпусках, работать придется все лето, я пока еще полноценного отпуска не заслужила, - протараторила она, видя, как нахмурился Максим.

Спроси, когда у меня был полноценный отпуск.

Спрашиваю – когда?

Пять лет назад, когда помогал родителям переезжать.

Это даже не отпуск. Это порывы благородной сыновней души, - ответила Варя, - А куда переехали твои родители?

Я купил им дом в Латвии, под Ригой. Недалеко от нас, а условия жизни совсем другие.

Ты молодец, - искренне похвалила его девушка. – И родители твои смелые люди, что решились на переезд в таком возрасте. Мои тоже предпочитают жить по полгода на даче. Там у нас полноценный дом, который отец построил своими руками. Кстати, там я и провожу в основном свои отпуска.

А как же красочные красоты Парижа и феерические снега Альп, о которых ты пишешь в «Олесе»? Тебе разве не интересно, что там происходит на самом деле?

Конечно, интересно, особенно в Париже, - рассмеялась Варя, и от избытка чувств взлохматила ему волосы, - Но будучи аспиранткой кафедры русского языка, я не могла себе позволить Париж. А потом, на вольных хлебах фриланса, тем более. Но мне с избытком хватает и журнала! Поверь, я так часто искала в интернете все основные столицы Европы, что знаю про них практически все.

Она вскочила и стала собирать посуду со стола.

И вообще, не заговаривай мне зубы. Мне надо работать, а ты своим голым торсом меня отвлекаешь!

И насколько я тебя отвлекаю, - тут же повелся Макс, встал и обнял Варю за спину.

Очень сильно отвлекаешь, - призналась она ему тихо. – Больше думать не могу ни о чем.

Правильная девочка! – похвалил ее Макс, и задрал подол халатика. – Всегда мне говори только правду… - и, не обнаружив на ней нижнего белья, - И не надевай трусиков на завтрак! – с чувством проговорил он и очень медленно погладил ее попку, исследовав ладонями все выпуклости и изгибы.

Варя шумно задышала и простонала:

Ну, Макс!

Значит, план такой! – вслух сказал Макс, а про себя подумал - «сейчас я тебя имею на кухне, потом мы идем в спальне и смотрим, сколько осталось презервативов, потом… Остановись, Еремин! Не пугай девушку»!

Ты работаешь эти два дня как трудолюбивая пчелка. Кстати, писать ты можешь в любом месте? – спросил Макс.

Теоретически да, в любом месте, где есть интернет. Но заехать в редакцию надо по любому.

Ну вот, заедешь, все обсудишь, получишь ценные указания, выполнишь их как трудолюбивая пчелка, а в пятницу мы с тобой едем ко мне.

Куда к тебе?

Туда, где мы познакомились. Заодно и дату отметим, - он, улыбаясь, смотрел, как Варя заливается краской.

Она прекрасно помнила, КАК они познакомились и что делали в ночь знакомства.

Безудержный и беспощадный секс, - задумчиво проговорила Варя, целуя Макса в шею.

Очень беспощадный и совсем безудержный, - подтвердил он, в ответ, целуя уже в губы.

Минуту они шумно целовались, страстно, сильно, боясь остановиться. Первой отстранилась Варя.

Все, дальше я уже не выдержу. Езжай, работай в свою газетную империю, а я буду изучать методы отшелушивания кожи перед загаром.

А ее надо отшелушивать? – машинально удивился Макс, хватая последний бутерброд с тарелки и скрываясь в спальне.

Представь себе, - крикнула ему Варя.

Век живи, век учись, - отозвался он в ответ.

Дурочкой помрешь, - уже себе под нос ответила она.

Вот несносный тип, до всего ему есть дело! Как она раньше жила без него, его язвительных шуток и подколов? Если подумать, ни одни человек в мире еще не заставлял ее одновременно смеяться и сердиться, плакать и через минуту стонать от удовольствия.

Неужели это и есть счастье? Она счастлива, потому что есть человек, которому она небезразлична, хотя бы в плане секса. Человек, от слов которого она мгновенно загорается и которого не может игнорировать.

После того, как Макс ушел, время полетело с ужасающей быстротой. Ей очень захотелось доделать все хвосты и отдыхать на даче по настоящему, без работы и интернета. Поэтому день оказался плотно наполнен звонками, электронными письмами, скайпом и чашками крепкого черного сладкого чая.

И, как это обычно бывает, с ней захотели поговорить почти все ее знакомые. Первой ближе к обеду позвонила Янка.

Подруга, ну ты даешь! – с ходу выпалила она.

А что случилось? – задумчиво спросила Варя, дописывая предложение про гладкий и ровный загар.

Нет, это у тебя что случилось? Ей на стоянке машин волосы вырывают, а она даже любимой подруге не позвонила. Что, рыдаешь? – уже другим, участливым голосом спросила она.

Да, не особенно, - туманно ответила Варя, думая как бы поделикатнее отметить факт, что соски лучше максимально от загара закрывать.

Что значит «не особенно»? Тебя Макс, что ли утешил? – догадалась   Яна.

Ага. – Варе было настолько некогда, что вчерашняя безобразная сцена на стоянке забылась напрочь.

Ты работаешь! – проявила чудеса сообразительности подруга.

Да, солнышко. Решила все долги за неделю закрыть, Макс позвал на дачу. – ответила Варя, не отрываясь от экрана. Хватит знаков или добавить абзац про попу?

Вау, я смотрю у вас все идет по нарастающей. Хвалю и одобряю. Слушай, подруга, тогда  тебе

просто необходим новый купальник! Я, конечно, понимаю, что вы, скорее всего обойдетесь совсем без него, но все-таки…

Варе, которая в этот самый момент увеличивала изображение красотки в купальнике, чтобы посмотреть на ее упругую загорелую попку, предложение неожиданно понравилось. У красотки купальник был умопомрачительно белый, что выгодно подчеркивало ее коричневый загар.

Давай, – коротко ответила  она.

Надо же, - удивилась Яна. – Думала, придется тебя полдня уговаривать. Вот что с людЯми делает любовь. Предлагаю провести шопинг сегодня вечером, часиков в семь.

Да, еще надо к Вадиму заехать за вещами.

К бывшему твоему? - с ехидцей заметила Яна. – Что, уже звонился и грозился?

Скорее плакался. Все, Ян, подъезжай ко мне к семи, а там посмотрим.

Не успела она начать статью о радостях курортного флирта, как позвонила мама, обеспокоенная ее личной жизнью. Когда она узнала, что Варя уже сегодня забирает вещи, она промолчала, потом сухо обронила - «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь» - и повесила трубку.

Обиделась, поняла Варя. Не страшно. Вадим в любом случае пройденный этап, даже если этот уик- энд с Максом окажется прощальной сказкой. Работать!!!

Под занавес дня позвонил пресловутый Вадим и пригрозил, что в ближайшее время выльет ее любимые духи в унитаз. Обалдевшая от бесчисленного количества правок и замечаний редактора, Варя ответила «Хоботов, это мелко», выслушала паузу, и первая положила трубку. Пора отдохнуть, подумала она.

Что за проблема с ее вещами, она не понимала. У бывшего были ее только несколько пар белья, колготки и халатик. Зубную щетку и что-то из косметики тоже не жалко. Действительно, легче это выбросить, чем заезжать, выслушивать претензии отвергнутого любовника и терпеть сцены.

Варя перекусила, еще раз проверила почту, чтобы ничего не пропустить по работе, прилегла с книгой на диван и банально уснула.

Проснулась она от привычного поцелуя. Находясь в плену вязкой и глубокой дремоты, она опять не сразу осознала реальность и взмолилась, пусть эта история с Максом откажется правдой! Она открыла глаза и ответила на поцелуй.

Кажется, я влюбился в спящую Красавицу! Ты постоянно спишь! – сказал он, зарываясь в ворох ее волос и целуя в шею.

Это правда? – замерев, спросила Варя.

Что ты спящая красавица? Конечно, правда.

Что ты влюбился?

Макс удивился и, отвлекшись от шеи, посмотрел ей в глаза.

Слушай, я уже целую неделю с тобой сплю, если ты не заметила.

Ну, для этого вовсе не обязательно влюбляться, - рассудительно заметила Варя.

Вот давай ты меня поучишь, что нужно «для этого»! – притворно рассердился Макс.

Ой, - спохватилась Варя, - Ты, наверное, голодный.

Яна ей говорила, что когда мужчина приходит с работы, сначала его лучше покормить, а  потом

разговоры разговаривать.

Не «наверное», а точно, - ответил Макс, расстегивая манжеты    рубашки.

Девушка удивленно следила за ним, но после того, как он почти расстегнул верхнюю часть туалета, не выдержала и спросила:

Ты собираешься съесть на ужин меня?

Угадала, - весело ответил он, и грозно рыкнув, – Ам, - нежно прикусил ее за руку и повалился на диван.

Варя засмеялась и, отбиваясь, обвинила:

– Ты людоед!

Да, я ем на ужин хорошеньких журналисток в белых платьицах и таких же белых трусиках, – с этими словами он сдвинул резинку тех самых трусиков и нежно прикусил животик.

Варя охнула и схватила его за голову. Ей уже было не до смеха, а Макс и не думал останавливаться. Подняв ее платье до самой горловины, он ласково обвел языком сначала одну грудь, потому вторую, а потом начал посасывать обе поочередно, доводя ее до еле слышных стонов. Платье и его брюки были сброшены, а потом и другие части одежды полетели на пол. Изголодавшийся за день Макс не мог до конца насладиться мягкостью и податливостью девушки, а еще сонная Варя с покорностью и наслаждением уступала его натиску.

Ужинали они готовой едой, закупленной мужчиной в ближайшем супермаркете.

Я даже не подумала, что вечером нужно будем тебя кормить, - созналась Варя. Счастливая и удовлетворенная она сидела на стуле, положив подбородок на согнутую ногу, и смотрела, как Макс разогревает мясо.

Конечно, тебе бы только дрыхнуть! – подколол ее   возлюбленный.

Не правда! Я успела сделать три статьи, и если бы не эта нервотрепка со звонками, успела бы больше! Ой, - вспомнила она, - сейчас же Янка приедет! Я совсем забыла.

В подтверждении ее слов на улице просигналила машина, а потом зазвонил сотовый. Варя ответила:

Яна поднимайся, мы ужинаем.

Она посмотрела на Макса и, увидев на нем из одежды только брюки, изобразила возмущение:

Ты почему в таком не приличном виде? Одень рубашку! Уйдя в гостиную, Макс оттуда прокричал:

-А я может хочу поразить твою подругу своей мужественной грудью.

Твою мужественную грудь и не менее мужественные ноги она уже видела.

Я так и знала! – в коридор ворвалась Янка. В руках она держала бутылку вина. - Воркуют, голубки!

и заметила в сторону появившегося Макса, - Целоваться не будем, ты перешел в другую категорию мужчин.

Присоединяйся к ужину, - предложила Варя.

А с радостью, - не осталась в долгу Яна, - Чем это так вкусно пахнет?

Ужин пролетел в шутках и смешных историях про Янкину собаку и свекровь. И тот и другая любили

Яну, но не переставали удивлять своими выходками. Когда вино было выпито, а мясо съедено, вспомнили про шопинг.

Так, дорогие мои, а купальник? – опонимлась Яна, – Мы с тобой планировали сегодня прошвырнуться в поисках самого красивого купальника!

Макс смолчать не смог:

Девочки, я с вами!

Искать купальник с вами обоими? – Варя беспомощно на них посмотрела, - Я не могу!

Пустяки, вам даже я не нужна, мужчины гораздо лучше разбираются в таких вещах, - отрезала Янка, - Но я так и быть, украшу вашу скучную жизнь своими профессиональными советами.

С каких пор аналитики в банке стали разбираться в купальниках? - подколола подругу Варя, убирая со стола.

С тех пор, как вся женская половина оного банка полвесны собиралась в отпуск, и купальник был самой насущной частью туалета.

Наконец, все собрались, оделись, и через несколько минут компания вышла на улицу.

Стоял свежий июньский вечер – было светло, многолюдно и весело. До ближайшего торгового центра прошлись пешком, и вскоре троица очутилась в изысканном и модном бутике итальянского белья.

По-моему, мы не туда попали, - сказала Варя, задумчиво разглядывая кружевные трусики на манекене.

А, по-моему, это очень интересный отдел, - возразил Макс, подхватил ее и потащил к стендам.

А я, с вашего позволения, позвоню ненаглядному, - улыбнулась Янка. – Встретимся в кафе внизу.

Варя, потрясенная коварством подруги, не могла понять, в каком месте ее провели. И уже в который раз!

К растерянно стоящей Варе и Максу подлетела хорошенькая продавщица и прощебетала:

У нас очень богатый выбор. Вам что-то понравилось? Какой у вас размер?

Но мы пришли покупать купальник, - девушка попыталась направить энергию девушки в мирное русло.

Та посмотрела на Макса, и, увидев его поднятые брови и кивок на Варвару, кажется, что-то для себя прояснила.

Замечательно! У нас отличный выбор купальников. Сейчас узнаем ваши размерчики и будем выбирать.

Она повлекла в примерочную уже не особо сопротивляющуюся девушку и вскоре Варвара была раздета буквально до белья. Ее со сноровкой обмеряли, и пока она размышляла, почему продавщицы так любят уменьшительно-ласкательные суффиксы, принесли целый ворох разноцветной переливающейся красоты.

Следующий час оказался для Вари сущим испытанием. Стринги и пуш-ап нравились Максу, но категорически были некомфортны ей. Полностью закрытые чашечки лифчика и нормальные трусики устраивали девушку, но удостоились иронично выгнутой брови мужчины. В конце концов, сошлись на одном классическом раздельном купальнике очень красивого нежно-бирюзового цвета и красном спортивном купальнике.

Макс, пока Варя примеряла очередной дизайнерский выверт, даром времени не терял и задействовал еще одну продавщицу.

На кассе им помимо упаковки с купальниками вручили еще три красивых продолговатых коробки, которые тут же упаковали в фирменные пакеты. В это время Варя, вытянув шею, пыталась увидеть стоимость всего этого великолепия, которую пробивали и снимали с карточки Макса, но так ничего и не разобрала. А чек ее мужчина небрежно сунул в карман пиджака.

Что это за коробки и сколько ты отдал за эти чудеса итальянской промышленности, - спросила Варя, подстраиваясь под размашистый шаг своего кавалера.

Много будешь знать, скоро состаришься, - последовал ответ. Варя остановилась как вкопанная.

Это все, что ты можешь сказать? Я не из простого любопытства спрашиваю! Макс тоже остановился, с любопытством глядя на нее.

А зачем тебе владеть данной информацией?

На это предложение у Вари уже был готов ответ. Происходящее в бутике навеяли ей ассоциации с небезызвестным фильмом, где героиня не блистала нравственностью, а герой одевал ее с ног до головы.

Я не хочу, чтобы ты мне покупал одежду! – заявила она.

Макс усмехнулся, подошел к ней вплотную и с удовольствием ответил:

– Во-первых, это, - и он поднял и покачал пакеты с покупками, - Одеждой назвать трудно. Во- вторых, если завтра я куплю тебе вечернее платье, чтобы пойти в оперу, ты откажешься и гордо пойдешь в джинсах? А может у тебя есть коктейльное платье для встречи с моими деловыми партнерами?

Ты стыдишься моей одежды? – прямо спросила Варя. Макс поморщился и ответил:

Варвара, я считаю тебя умной и рассудительной девушкой. Какая вообще разница, покупаю я тебе одежду, или нет? У нас с тобой отношения, как мы уже договорились, я хочу видеть тебя красивой. В конце концов, ты можешь потом сжечь эту одежду, удовлетворяя все свои комплексы разом.

Варвара вспыхнула от таких откровений и не нашлась с ответом.

Ты подумай над этим, ладно? А мы пока выпьем чашечку чая и попрощаемся с твоей подругой. В кафе Яна оглядела странно притихшую Варю и увешанного пакетами Макса.

Я смотрю, вы закупились минимум на Майорку, - пошутила она, – А Варя почему такая невеселая?

Не привыкла ходить по магазинам, - пробормотала девушка, избегая встречаться с подругой глазами. Уж она-то бы точно обозвала Варю дурой.

Бедняжка, - пожалела ее Яна. – А я обожаю шопинг! Ну все, голубки, мне пора, Лешик меня сейчас встретит на машине, вам счастливо отдохнуть на дачке!

Она быстро чмокнула Варю в щеку и ушла, оставив легкий аромат духов.

После ее ухода на мягком диванчике повисло напряженное молчание. Официант принес чай и пару пирожных с ягодами.

Ну, что решила? – Макс и не думал оставлять ее в покое.

О чем? – буркнула Варя, кромсая пирожное на кусочки.

О своих комплексах. – Он спокойно и неторопливо ел свое пирожное, аккуратно запивая чаем. Варя разозлилась. Что за допрос!

У меня нет никаких комплексов! Я не привыкла, чтобы мужчина покупал мне одежду!

Твой Вадим…

Да, мой Вадим ничего мне не покупал!

Значит, он был скупым идиотом, - пожал плечами Макс.

У нас не было общего бюджета, - поправила его Варя.

Ну, знаешь, я как-то не готов предоставить весь свой кошелок в твое пользование. Варя покраснела:

Ты не правильно меня понял. Вот Леша с Яной…

Ты мне предлагаешь, - перебил Макс девушку, - Для того, чтобы покупать тебе купальники, жениться на тебе, или сделать общими наши кошельки? Я правильно понял?

Нет, не правильно! – надулась Варя.

Макс рассмеялся, сгреб ее в охапку, поцеловал в макушку и прошептал на ухо:

Просто ты на своем замшелом филологическом факультете начиталась разных нафталиновых Островских, с их содержанками и прочими бесприданницами, и сейчас хочешь изобразить проблемы нравственного выбора.

И сразу после своих слов стал покусывать ее, вдруг ставшей очень чувствительной, мочку уха. Варя мучительно покраснела и пробормотала:

Островский не нафталиновый!

Это все, что ты можешь возразить по существу? – продолжал веселиться Макс, целуя ее уже в шею.

Перестань! – Она дернула шеей. – Я не могу так   разговаривать!

Ну, давай не будем разговаривать. Давай займемся делом.

И Макс, повернув ее лицо к себе, поцеловал ее спокойно и властно, как будто был уверен, что сопротивления не встретит. И Варя сдалась. Она неторопливо и со вкусом отвечала на поцелуй, сама обняла его шею, и стала поглаживать непослушные волосы.

Ты слишком умный! Так нельзя, - девушка обхватила его лицо.

А если тебе еще захочется помучаться над нравственной дилеммой, я с удовольствием поиграю с тобой в барина и крестьянку, по Пушкину, - он накрыл ее руки своими, и поцеловал ладонь.

Пушкин написал «Барышню-крестьянку», балда!

Не важно. Отдадим уважение классикам.

Напившись чая с пирожными, они еще долго гуляли по городу, чинно взявшись за ручки, как юные влюбленные. Макс дразнил Варю, доставая со дна своих школьных воспоминаний героев и героинь

классики. Варя негодовала и возражала с пылом и жаром, в очередной раз не догадываясь, что ее дразнят.

Дома они очутились намного позже полуночи. Перекусив остатками вечернего пиршества, парочка легла спать. По крайней мере, Варя так думала. Она уже начала проваливаться в мягкое забытье, но осторожные и почти невесомые поцелуи стали возвращать ее в реальность.

Ты что, спать не хочешь? – в полудреме спросила Варя.

Не то, чтобы очень хочу, - ответил ее мужчина, - но готов рассмотреть и другие предложения.

А я, кажется, не готова, - зевнув, ответила Варя. – Давай с утра пораньше, хорошо? – и почти мгновенно уснула.

Макс остался лежать наедине со своими мыслями. И почти единственным его чувством было недоумение. Последний раз, когда он просто спал с девушкой в одной постели был… скажем так, очень давно. Если секса не предполагалось, а это бывало крайне редко, и Максим такие моменты всегда чувствовал, то он предпочитал спать у себя и один. Приехать к девушке, чтобы поесть и поспать – это было неожиданным. И весьма приятным, как оказалось.

Вот только уснуть было сложно. Это в армии и в общежитии сон был не проблемой, как говорится, где сел, там и уснул. А вот в постели с любимой девушкой, когда она лежит рядом, такая теплая и манящая, уснуть проблематично. Макс обнял Варю, прижался к ней всей телом и, незаметно для себя, уснул.

Утро принесло яркое солнце, неторопливы сонные поцелуи и… телефонные звонки почти одновременно, и у Макса и у Вари. Ей звонила зам.редактора и настойчиво звала прийти на работу. У Макса что-то напортачила ночная смена в типографии. Оба собрались, не теряя времени, торопливо выпили утренний чай с бутербродами и сели в машину.

Подъезжая к редакции, он предупредил девушку, что заедет за ней где-то в три дня, чтобы не попасть в пробку на загородном шоссе. Она пообещала отзвониться, когда будет готова и, после страстного, но непродолжительного поцелуя, они расстались.

Подходя к родному зданию, Варя по привычке бросила взгляд на родной этаж. В кабинете главного редактора стояла Ксения и смотрела прямо на нее.

Варвару как током ударило! Она вдруг вспомнила все события двухдневной давности и даже зажмурилась от трусливого ожидания последствий. Она никогда не была в центре таких захватывающих событий. Из-за нее не дрались мальчики, ей не угрожали девочки. На тех немногочисленных дискотеках, где она была, на нее никто не обращал внимания. И мужчины не свистели ей вслед на улице, а на сайтах знакомств она сама никогда не бывала.

И вот, по нелепой случайности она оказалась в эпицентре скандала под окнами своей родной редакции, как будто мало ей было такого эмоционального знакомства со своим боссом!

Родной коллектив в почти полном составе (не считая отсутствовавших отпускников) встретил ее неоднозначно. Девочки из рекламного отдела подняли большие пальцы вверх, выражая полное одобрение. Соседи по рабочему кабинету высказались в духе -«Ну Варя и тихоня – всех обскакала!», «Самой Ксюше дорогу перешла». А специалистка по гороскопам и гаданиям на картах Алевтина вообще сразу потребовала пригласить ее на свадьбу, мол, она «так видит». Суетливый гомон и шум прервал властный голос Ксении Завьяловой:

У нас кончился рабочий день?

Все торопливо вернулись на свои места. Выждав пару секунд, Ксения бросила через плечо:

Варвара Николаевна, зайдите ко мне.

Когда Варя, на подгибающихся ногах зашла в кабинет главной и присела на краешек стула, повисло молчание. Ксения выглядела великолепно – с умелым легким макияжем, в летнем шелковом костюме, с тщательно уложенной стрижкой, волосок к волоску, – была безупречна. Варя опять ощутила себя неуверенно в своем летнем сарафанчике, простых босоножках на невысоком каблучке и наспех накрашенными ресницами.

Дав насладиться девушке собственным несовершенством, Ксения сухо начала:

Два дня назад произошло недоразумение производственного характера. Срок сдачи рецензии действительно был иной, нежели я предполагала. Поэтому все обвинения с вас снимаются, и вы можете работать дальше. Я надеюсь, сегодня у вас уже готово все, что нужно для очередного номера?

Варя перевела слова Ксении правильно: «Не жди, девочка, что я буду извиняться за претензии на Максима. Я переведу все в плоскость работы, но все равно буду следить за тобой».

Да, конечно. Я все сделала, – сказала Варя, выпрямилась и вызывающе посмотрела на Ксению.

«А вот фига с два ты получишь Максима! - говорили ее поза и взгляд, - Я буду бороться». Ксения тоже поняла все правильно и усмехнулась:

Можете быть свободной.

Коллеги встретили Варю молчанием. Кто-то шепотом спросил:

Уволила?

Если бы, - кисло ответила Варя, - сказала «пахать на тебе надо, Карамышева»!

Она села за компьютер и погрузилась в сладостный мир редакторских правок и анонсов. Очнулась она только в третьем часу, когда ей позвонил Макс и напомнил о поездке. Конечно, она не собрала вещи и вообще халатно отнеслась к подготовке выходных. Мужчина, ворча и поучая, довез ее до дома, дал полчаса на сборы и уехал закупаться продуктами.

Варя не стала долго думать, а взяла тот же самый набор вещей, что и неделю назад. Господи! Прошла всего неделя, а жизнь ее кардинально поменялась! И она едет в этот загородный дом совершенно в ином качестве. Не смотря на красивых и блестящих Илон, Ксений и прочих девиц разнообразных и незнакомых.

«Смотри, как бы не уехать оттуда опять в другом качестве, - зашептал внутри ее противный голос.

Я не боюсь!» - сказала она себе, побросала вещи в сумку, не забыв вчерашние покупки, и вышла на улицу. Макс ее уже ждал. Похвалив за пунктуальность, он загрузил вещи в багажник, потеснив многочисленные пакеты с едой из супермаркета, и усевшись и пристегнувшись, спросил:

Едем?

Да!

И Варя поехала навстречу новым любовным выходным.

Пока Макс ловко маневрировал в плотном потоке машин, стремившимся вырваться из жаркого города, она не позволяла непрошенным мыслям залезть в голову. Но как только они приехали, и мужчина привычными уверенными движениями поставил машину на стоянку и вышел, миллион сомнений вновь охватили ее.

Стараясь не показывать своего страха, она приняла руку любовника и неуклюже вылезла из джипа. Собственная неловкость еще больше расстроила ее, и она молча подхватила пакеты с едой. Ничего не подозревающий о ее душевных терзаниях мужчина весело скомандовал:

За мной! - и повел ее в дом.

В этой части дома – кухне в прошлый раз она была лишь мельком. Наверное, в этот раз ей придется познакомиться с ней более основательно. Когда Макс стал выгружать продукты в девственно чистый холодильник, она сообразила, что в многочисленных упаковках мелькают готовые салатики, закуски и маринованное мясо – ее любимый позаботился о них и предусмотрел даже это. На душе ее потеплело и она, подойдя сзади к Максу, обняла его и, кивнув в сторону еды, спросила:

Никакой готовки целых  два дня?

Только самая минимальная, - ответил он, - Чтобы не помереть с голоду от пылких объятий и поцелуев.

Варя счастливо рассмеялась:

Вот прямо очень пылких поцелуев?

На что Макс, подхватив ее под попу, усадил на блестящий стол из искусственного камня.

Очень пылких и очень поцелуев! – ответил он и стал целовать ее безудержно и быстро. Она страстно отвечала, изголодавшись по его ласкам, и растревоженная собственными сомнениями. Повалив ее на стол, он продолжил целовать, одновременно поднимая подол ее сарафана. Варя обняла его двумя руками и почувствовала, что скользит по гладкой поверхности, не удерживаясь ни за что.

Она рассмеялась и, сжав его лицо ладонями, сказала:

Я сейчас свалюсь с той стороны стола, и ты упадешь вместе со мной. Так, - сообразил Макс. – Быстро идем в спальню.

А продукты? – пискнула  Варя.

А продукты съедим после, - бросил на ходу Макс и ускорил шаг.

Пришли они в ту же самую комнату, где Варя уже была, и где так странно начался их роман. Макс без лишних слов стал целовать ее жадно и страстно, и она отвечала ему тем же. Но в какой-то момент ее что-то остановило. Когда любимый стал снимать лямки сарафана, она взяла его за руки:

Не спеши.

Он послушался, но посмотрел на нее недоуменно. А Варе почему то захотелось осознать и получше ощутить их близость, прочувствовать то, что она не успевала всю эту неделю из-за постоянного калейдоскопа событий.

Она легко поцеловала его в щеку, вывернулась из объятий и шепнув на ухо:

Просто постой спокойно, - обняла его за спину, проникла руками под рубашку и медленно стала гладить его мускулистый живот, наслаждаясь каждым сантиметром кожи. Потом расстегнув рубашку, сняла ее и не спеша стала целовать его плечи и грудь.

Варя… - протянул в полголоса Макс.

Тс-с-с. – она приложила пальчик к его губам. Он осторожно прикусил подушечку пальца, и она легко толкнула его на кровать.

Макс лег на спину, закинув руки за голову и довольно улыбаясь. Она встала коленом между его ног, и медленно сняла сарафан и лифчик. Оставшись в одних трусиках, стала опять целовать любовника уже в губы, но также медленно и неспешно, как до этого гладила его тело. Между поцелуями она умудрилась расстегнуть его ремень, молнию и стащить брюки.

Посмотрев на впечатляющую выпуклость трусов она шаловливо обвела ее языком и также медленно, как брюки, сняла его трусы.

Все это время он уже не улыбаясь, напряженно следил за ней и от напряжения начал комкать покрывало на кровати. Не выдержав этого медленного ритма, он протянул к ней руки, но она вновь молчаливо подавила его инициативу, и сев на него верхом, ощутила уже твердый член.

Удовлетворенно улыбнулась и закинула обратноего руки ему за голову. Теперь она могла самозабвенно наслаждаться запахом его разогретого тела, теплом его кожи и прерывистым дыханием. Она целовала, гладила, пробовала на вкус каждую часть его тела, и когда он уже начал стонать, быстро сняла свои трусики и нагнулась к уху.

Где? – спросила она, скользя своим увлажнившимся лоном по нему.

Что? – не понимая, переспросил он, двигаясь навстречу к ней.

Орудие труда, - улыбнулась она.

О, черт.

Он одной рукой дотянулся до ящика тумбочки и быстро надел презерватив. Варя следила за его движениями полуприкрытыми глазами, и когда все стало готово, одним движением насадила себя на член. Сделала несколько медленных движений, приноравливаясь к его размеру, и продолжая и дальше неторопливо объезжать его. Но тут Макс, не выдержав неспешного ритма, прочно обнял ее за талию и почти невесомо перевернул.

А теперь держись, - пригрозил он и стал глубоко и размашисто работать бедрами. Она закрыла глаза и вся отдалась древним как мир движениям. Буквально через несколько минут все было кончено, и Макс, встревоженный ее молчанием, отдышавшись, повернулся и спросил:

Ты как?

Замечательно, - улыбнулась она и провела пальцем по его щеке.

А ты?

Отлично. Если учесть, до чего ты меня довела, это просто чудо, что я продержался несколько минут.

Тебе понравилось? – она прижалась вплотную к нему и положила голову на грудь

Мне нравится все, чтоб мы с тобой делаем, солнышко.

Макс поцеловал ее макушку, снял презерватив и укрыл их обоих одеялом. Варя уже задремала, а он не мог уснуть, ощущая непривычную нежность к этой удивительно хрупкой и искренней девушке.

В голову лезли разные мысли, но сна не было. По опыту он знал, если не получается заснуть – надо поесть, и тогда все получится. Однако, когда он осторожно стал подниматься, Варя проснулась.

Неужели я опять уснула? - растерянно спросила она.

Ты великая соня, - ответил Макс и поцеловал ее в лоб.

Это ты меня утомляешь до такой степени, что я всегда сплю, - Варя сонно ткнула  указательным

пальцем ему в грудь.

Виновен, сдаюсь! – он поднял руки, потом сграбастал Варю в объятьях, поцеловал в висок и спросил – Кушать хочешь?

Продукты! – вспомнила Варя. – Мы даже не положили их в холодильник!

Есть после секса с любимым на кухне его дома было здорово. Сама кухня была сделана в  стиле

«деревенского прованса» - светло зеленые, искусственно потертые панели шкафчиков, веселая разноцветная плитка, много керамики и бутылочек с разными приправами.

Пока Варвара оглядывалась, Макс деловито разобрал пакеты с продуктами, оставив на столе салатики и бутылку вина. Поставил разогреваться мясо, достал бокалы и фрукты.

Давай, хотя бы тарелки с вилками достань, лентяйка.

Варя, заворожено бродившая по кухне, встрепенулась и смущенно спросила:

Где они? – и после кивка Макса безошибочно нашла керамические тарелки красивого темно- зеленого цвета.

Какое все красивое! – вырвалось у нее. – Неужели все это продумывал дизайнер?

Ага. – сказал Макс и вывернув пробку штопором, разлил вино по бокалам, – моя мама считает себя гениальным дизайнером. В этом доме она потренировалась, прежде чем обставлять свой собственный.

У твоих родителей большой дом?

Варя вынула из микроволновки разогретый ужин, разложила салатики и горячее по тарелкам, умудрилась найти красивые салфетки, села и подняла бокал.

Да, я им купил милый домик с садом, как мама всегда хотела. Макс поднял бокал и, чокаясь с Варей, произнес:

За нас.

Девушка улыбнулась и повторила:

За нас!

А почему именно под Ригой, - спросила она, насладившись вкусом вина и пробуя мясо.

Ну, во-первых, это недалеко – всего пять часов езды на машине, во-вторых, там прекрасная природа и архитектура, да и соседи живут приличные. Поэтому, как только отец вышел на пенсию, а ты не поверишь, - он у меня всю жизнь проработал инженером на заводе, они решили переехать. Еще там отличная инфраструктура для пенсионеров – много пешеходных улочек, лавочек, магазинчиков и площадей.

Почему не поверю, очень даже верю. Мой отец последние годы проработал заведующим лаборатории на нашем текстильном комбинате. А мама – в бухгалтерии департамента образования. Она до сих пор делает отчеты для ИП-шников время от времени. Говорит: «надо поддерживать форму».

И откуда у родителей с такими надежными приземленными профессиями появилась дочка- филолог? – улыбнулся Макс и снова налил вина.

Дочка очень много читала в детстве, а потом, по какой-то не понятной логике решила, что это – прямой путь на филфак.

Ты оказалась права?

Нет, конечно. – Варя даже удивилась. - Вот ты любишь хорошо поесть, но тебе совершенно необязательно становится для этого поваром. Я вовремя переключилась с литературы на язык и мне это даже понравилось. Не понравилось только, когда мою собственноручно сделанную и выстраданную работу для словаря попытались отдать другому человеку.

И что ты сделала? – Максим с аппетитом уминал разложенную на тарелках снедь.

Ушла. И работу не отдала. Был страшный скандал. Меня прокляли и в ближайшем будущем защита моей диссертации на моей родной кафедре мне не светит. Но это все в прошлом. Лучше расскажи, как ты заработал свои миллионы?

Постепенно. – ответил Макс и стал есть дальше.

Варя помолчала, ожидая продолжения, но его не последовало.

И все?

А что еще нужно? – Макс удивленно посмотрел на нее. – Давай выпьем за тебя. Такую нежную и хрупкую, но в тоже время решительную и боевую!

Макс, не увиливай от темы. Мне интересно.

Ну, это было много работы, много беготни, много недосыпа и вообще всего много. Я когда поступил на бюджет в политех, сразу понял, что денег мне катастрофически не хватает. Денег у родителей было просить уже не с руки. Устроился сначала курьером, потом рекламным агентом. Гонялся по городу как бешеная собака, изучил каждый закоулок.

В процессе монолога он вынул из холодильника еще одну порцию мяса.

К третьему курсу меня сделали начальником рекламного отдела в нашей местной газете, а к пятому я созрел для собственного рекламного издания. С него, собственно, все и началось. Денег особо не было, приходилось все делать самому – собирал рекламу, верстал, потом разносил все это. Уставал зверски. Потом пошли первые заказы. Это сейчас у меня редакция – несколько этажей и сотня сотрудников. А тогда был подвальчик и пара-тройка таких же безбашенных работяг, как и я. Ну и пошло-поехало. Тут главное не останавливать на одном проекте, думать каждый раз на два шага вперед. Дозрел до своего глянца, потом журнала про автомобили, потом понял, что своя типография нужна, за ней потянулись другие заказы. В общем, одно за другое зацепилось.

Варя заворожено слушала и думала, как не похож этот скупой мужской рассказ на вечное нытье Вадима, о том, как его зажимают в рекламном агентстве и не дают развернуться его талантам. Вот человек напротив – так уверенно рассказывает о каждодневной работе, как будто это обычное дело.

Последнюю мысль она высказала вслух.

Так обычное дело и есть, - не понял Макс ее  мысли.

Варя засмеялась и решила дальше не продолжать. Как она могла сформулировать мысль, что все знакомые до этого ей мужчины были по жизни ведомы? Родителями, учителями, начальством, женой, друзьями! И как объяснить Максу, что сам подход – «нужны были деньги – пришлось работать и придумывать» настолько правильный и мужской по своей сути, но одновременно так редок, что воспринимается как исключительный!

Опять твои филологические штучки? – грозно спросил Макс.- За каждую не понятую мной мысль ты будешь расплачиваться демонстрацией нижнего белья!

Боюсь, все мое нижнее белье ты уже имел счастье лицезреть, – скромно опустив глазки, ответила Варя.

А вчерашние покупки?

А там…

Да, Варюш, да. – Макс глубокомысленно кивнул головой. - И это надо примерить прямо сейчас. Хотя, - он задумчиво посмотрел на опустошенные тарелки, на нетронутый пока десерт и сладкое в виде пирожных, - Давай заканчивать с ужином и я покажу тебе залив. А то у меня такое ощущение, что в прошлый раз ты его как следует не рассмотрела.

А как ты построил такой дом? – спросила Варя, когда они вышли на крыльцо.

Сначала я вложился в него как в инвестиции. Побережье залива стало очень быстро застраиваться, а у меня на тот момент были свободные деньги. Я подумал, почему бы и нет? А потом родители уговорили меня построить дом. Мне не хотелось вообще возиться со строительством, поэтому я выбрал такой вариант – деревянную избушку под ключ.

Макс любовно похлопал по мощному бревну в стене и взял Варю за руку.

Ничего себе избушка? – передразнила его Варя, - Целые   хоромы!

Избушка, избушка, - подтвердил Макс, - Ты бы видела хоромы моих соседей. Особняки и замки! Я пигмей, по сравнению со своим соседом – скромным пенсионером.

Участок, на котором стоял дом Макса, действительно оказался огромным. За бассейном, площадкой для барбекю и спорта оказался нетронутый сосновый бор, а за ним открывалось бескрайнее, бесконечное море.

Когда Варя с Максом вышли из леса, залив их встретил негромким ласковым шумом волн. Берег был усыпан крупными камнями вперемешку с песком. В некотором отдалении виднелся пирс, тот самый, у которого была пришвартована яхта в прошлые выходные. Вечер и море были настолько умиротворяюще-теплыми, что Варе захотелось раствориться в их тишине, о чем она несколько неуклюже поведала своему возлюбленному. Он понимающе улыбнулся и начал расстегивать рубашку.

Ты опять? - не веря своим глазам, спросила она.

Я вдруг очень захотел искупаться, - сказал Макс, снимая рубашку. – А ты о чем подумала?

Варя покраснела и ответила, что подумала о том же самом, хотя он ей, судя по всему, ей не поверил.

Мы не взяли купальников!

Солнце мое, здесь на расстоянии километра в обе стороны нет ни души. Так что раздевайся смело, твои прелести оценю только я и царь морских волн.

Вот только не надо сюда впутывать Посейдона, - пробормотала Варя и неловко стала снимать одежду.

Стоять на берегу обнаженной, пусть даже рядом с любимым мужчиной было настолько неловко и непривычно, что она первой пошла в воду. Вода оказалась неожиданно прохладной, что сразу придало скорости ее движениям. Однако после погружения и нескольких рывков, изображающих плавание, Варя неожиданно ощутила то же тепло, что встретило ее на берегу, а еще через несколько минут – почувствовала, что полностью растворяется в воде.

Оказывается, без одежды купание воспринимается совсем, совсем по-другому. Варя с   восторгом

открывала для себя новые ощущения, медленно поворачиваясь на поверхности воды, лениво перебирая руками и ногами. Рядом шумно плавал Макс, брассом, почти профессионально. Когда он подплыл к Варе, она практически застыла в воде, наслаждаясь полным ощущением невесомости.

- Нравится?

Он мог даже не спрашивать. На лице Вари застыл восторг, и она посмотрела на него блестящими глазами, не в силах выразить свои чувства. Поцеловать ее в такой момент было, как прикоснуться к чуду. И они поцеловались. Ноги Вари не доставали до дна, тогда как Макс твердо стоял на песке, и это заставляло ее держаться за его плечи практически всем весом.

Поцелуй был ласковым и невесомым, как сама стихия. Поэтому его продолжение на берегу воспринималось также продолжением движения волн, неторопливых, но неизбежных и неотвратимых. На ощупь найдя местечко без камней, Макс бережно уложил Варю на свою рубашку. Море лениво накрывало их тела волна за волной, и любовники сплетались в объятьях под его неусыпный шелест.

Каждое движение Макса Варя встречала ответным движением бедер и казалась самой себе ожившей русалкой из сказки, соблазняющей принца. Мокрый песок и прохладная вода создавали удивительный контраст с разгоряченными телами и Варя, выгибаясь и отдаваясь мужчине своей мечты, пропускала сквозь пальцы его волосы и с упоением ласкала его спину. Это могло продолжаться бесконечно, но первым застонал Макс, и Варя, ускорившись, сама закончила стихийный танец тел, воды и песка.

Ты уверен, что здесь нет никого на километры вокруг? – отдышавшись, спросила она, перемещаясь на Макса. Его разложенной рубашки, на которой они занимались любовью, хватало только на одного человека.

Не уверен, - ответил он, лежа с закрытыми глазами. Но через несколько секунд добавил – Шучу. Я покупал участок в расчете на уединение. Соседи – тоже. Даже если какой-нибудь вуайерист захочет полюбоваться на нас с тобой – сосны и полумрак не позволят это сделать.

Варя рассеяно слушала и при этом думала, как ей хочется поцеловать этого мужчину. Своего мужчину! От него пахло терпко – потом и морской водой и девушка не стала сдерживать своего желания, поцеловала, а потом лизнула и прикусила эту божественную кожу.

Макс тихо рассмеялся:

А ты не такая скромница, какой прикидывалась вначале.

Сказал он, завалив меня на сыром песке с камнями, - отпарировала она. – Сейчас еще раз укушу.

Давай доберемся до дома, а там можешь меня покусать, где хочешь. – он крепко поцеловал Варю и помог одеться.

После бурного купания оставленный десерт и сладкое показались настолько вкусными, что Варя даже тихонько застонала от удовольствия. Время подходило к полуночи, и ей было интересно – что на этот раз придумает Макс.

Он был неоригинален:

Ну что, спать?

А как же твой подарок и я в нем? – недоуменно спросила она.

Одежда из морской воды на тебе мне нравится больше, - галантно ответил Макс, убирая остатки их пиршества в холодильник.

Да ты поэт! – смеясь, ответила она. Ей было приятно и непривычно слышать похвалу просто так. – Или просто поднаторел в комплиментах.

Ой, Варюш, знала бы ты, в чем я еще поднаторел, - он шутливо нажал ее нос, - Показал бы, но дико хочу спать.

Он подал руку девушке, и они удалились в спальню, так удачно обновленную пару часов назад.

Суббота пролетела в приятной неге и ничегонеделании. Макс жарил мясо и овощи на гриле, Варя нежилась на солнышке, часто окунаясь в бассейн. На поступившее предложение покататься на яхте, она, помятуя о своей морской болезни, ответила отказом, но напомнила про дивный закат, которым они любовались неделю назад. Они остановились на том, что просто посидят на палубе, и посмотрят на закат.

Однако их планам не суждено было сбыться. Вечером стало слишком душно, с залива не доносилась ни ветерка, не спасала даже теплая вода бассейна. Макс правильно расценил это как затишье перед бурей, и они с Варей поспешили убрать с веранды гамаки и лежанки. Ночью разразилась гроза. Бушевавшая за переделами дома стихия только подтолкнула Варю и Макса в объятья друг друга и почти всю ночь они не спали.

Под раскаты грома так сладко было обнимать любимого! В свете молний его кожа казалась бронзовой, а тело – совершенным. Любовник представал для нее в образе античного бога и Варя покорялась, уступала и растворялась в нем. Ее кости плавились, и она казалось самой себе тягучей как растопленный воск.

Макс не торопился, умело возбуждая ее, трогая и проникая в самые потаенные части ее тела. Язык, губы, пальцы – все шло в ход, все было создано для нее, а она – для возлюбленного. Утомленная и счастливая, она заснула только на рассвете.

Весь следующий день они гуляли. Переменившаяся июньская погода уже не давала жаркого солнца, но приятный ветерок и легкая прохлада была на руку влюбленным. Они прошли несколько километров по побережью, посмотрели на дачи соседей, не тревожа, однако их обитателей. Держаться за руки с любимым, и идти по сырому песку было приятно и легко. Все заботы и тяготы городской жизни казались далекими и несущественными. Однако обитатели той другой суматошной жизни сами напомнили о   себе.

Главный редактор Ксения Завьялова лично позвонила ей, чтобы напомнить о еженедельной планерке по понедельникам, которую Варя ни разу не пропустила. Потом позвонила Яна, желавшая узнать подробности второго романтического уик-энда двух влюбленных. Варя, поглядывая на Макса, уткнувшегося в ноутбук, и судя по всему, занявшегося работой, спешно обрисовала их развлечения.

После получасового щебетания подруги, Варя расслабилась, рассчитывая на неспешный ужин с любимым, и оказалась не готова к самому неожиданному звонку вечера. Позвонила ее мама и ледяным тоном осведомилась, почему Вари нет дома, где она пропадает, и почему Вадим несет по телефону несусветную чушь.

Когда Варя осторожно заикнулась, что она сейчас за городом, последовало холодное молчание и те слова, от которых трепещут все дети мира «нам надо серьезно поговорить».

Макс, заметив ее помрачневшее лицо, предложил тотчас приехать им обоим и объяснить ситуацию. Но Варя, представив, как в глазах Макса выглядит их роман, отказалась от его помощи. «Пришел, увидел, переспал» - это совершенно не те слова, которые жаждет услышать любящая мать, все еще считающая дочку неразумным птенцом.

Но в город они, все же поехали, разумно решив не откладывать важный разговор на потом.

Собрались и доехали до вариного дома они быстро, но еще полчаса времени у Вари ушло на то, чтобы набраться смелости. И поцелуй любовника – страстный и затяжной ей почти в этом помог. Почти.

Поднимаясь по лестнице, она судорожно вспоминала, успела ли прибрать постель в родительской спальне и не валяется ли на полу упаковка от презервативов. Она зашла в квартиру и услышала, как мама хлопочет на кухне.

Ольга Алексеевна была женщиной уже немолодой, но еще не старой и искренне желала своей дочке счастья. Поэтому, увидев ее, тут же набросилась с упреками.

Что такое ты устроила? Где ты пропадала? Почему в час ночи мне звонит Вадим и несет невесть что?

Варвара посмотрела на маму и вдруг резко расхотела оправдываться. В самом деле, ей уже 28 лет, некоторые ее ровесницы по два ребенка нянчат, а она не может переспать с мужчиной, не поставив об этом в известность маму?

Она сняла обувь, вымыла руки, поцеловала маму и ответила на все вопросы, начиная с конца.

Здравствуй, дорогая моя. С Вадимом я рассталась, он это пережить не может и пьет беспробудно уже неделю. Я была у своего нового кавалера на даче. Я влюбилась!

Ольга Алексеевна села на стул.

Доча! Ты бросила такого хорошего парня ради мимолетного увлечения?

Ну, не такой уж он оказался и хороший, раз не может нормально перенести наш разрыв.

Он это объяснил тем, что ты… - тут мама покраснела и смущенно закончила, – Переспала с другим чуть ли не на его глазах.

Варя рассмеялась:

Вот-вот. Какой нормальный мужик будет рассказывать о таком родителям девушки?

Но и в самом деле некрасиво, о чем ты думала!

Ой, мамочка, честно? Ни о чем. Так все закрутилось, завертелось – не успела опомниться, как влюбилась.

Мама не могла успокоиться. Такое состояние она видела у дочки впервые, хотя боялась, что дочка потеряет голову из-за какого-то проходимца примерно с пятнадцати Вариных лет. Ей хотелось прочитать нотацию и сказать, как плохо поступила Варя, но та ее опередила.

Мамочка, мне 28 лет. Как ты думаешь, имею я право на счастье?

Конечно, имеешь, Варь. Но с Вадимом тебе было так хорошо, он такой положительный и серьезный, он был бы очень хорошим мужем и отцом…

Мама! Ты послушай себя, что ты говоришь! Хороший муж и отец! А где любовь?

Ну, знаешь, тебе уже не 18. В твоем возрасте надо уже думать о будущем, а не верить в сказки, - сказала мать, отвернувшись к окну.

Ну а что ты мне говорила в 18, не помнишь?

Варвара улыбнулась и, изображая голос матери, проговорила:

Варечка, сейчас для тебя главное – учеба! Вот получишь диплом и можешь устраивать личную жизнь. – а потом добавила уже нормальным голосом – Выходит, ты меня обманывала? Нет того

возраста, когда ты можешь любить и быть любимой?

Все не так просто, дочка, - мягко начала Ольга Алексеевна.

Все просто, мама. – не стала дослушивать Варя. – я буду следовать велению сердца, пока оно у меня есть.

А если это твое сердце бросит тебя через неделю? – в сердцах сказала мать и опять отвернулась от Вари лицом к окну, - или еще похуже…

Бросит беременной и несчастной! – рассмеялась девушка, встала и обняла ее за напряженные плечи. – Не беспокойся, мамочка. Я уже взрослая и сама могу позаботиться о своем душевном спокойствии. А теперь давай пить чай. Кстати, как там папа и его давление?

Мать стала отвечать, налила им обеим чай и потихоньку беседа переросла в уютные посиделки матери и дочери.

Поздно вечером, когда Варя уже укладывалась в постель, ей позвонил Макс.

Ну как? Ты жива здорова?

Варя так обрадовалась, что ее мужчина волновался за нее, что счастливо рассмеялась в трубку:

Я здорова и прекрасно себя чувствую. Маму убедила ссылка на мой возраст.

Она думает, что твоей поезд вот-вот уйдет и тебе надо рассматривать все предложения?

Почти угадал. А как твои дела? – девушка сняла халатик и легла в кровать, укрывшись одеялом.

А я приехало в свою одинокую холостяцкую берлогу, не стал ужинать и сразу лег. Теперь лежу и думаю о тебе.

Варя опять засмеялась, явственно представляя себе несчастного страдальца.

Ольга Алексеевна, проходя мимо комнаты Вари, услышала ее смех, и обреченно подумала, что все ее волнения за дочь, которых не было в ее пятнадцать лет, начнутся сейчас.

А Макс не унимался.

Ты сейчас в постели?

Да, – коротко ответила Варя.

В сорочке или белье?

Макс, ну кто спит в нижнем белье? Я в сорочке.

А трусики на тебе есть?

Макс, - укоризненно протянула Варя, - Что ты такое спрашиваешь!

Просто ответь, есть или нет!

Ну, есть.

Сними их.

Варе стало трудно дышать. Как он по телефону умудряется вогнать ее в жар одними своими словами!

Я не буду снимать трусики по телефону! Особенно когда за стенкой спит моя мама! – твердо, как показалось, отказала она.

А если я очень попрошу? – вкрадчиво сказал Макс.

Нет! – уже менее твердо сказала  Варя.

А если я встану на колени, задеру сорочку до талии, лизну твой животик и медленно-медленно сниму твои трусики сам? – голос Макса был тягучим и завораживающим, и от его слов плавилось все внутри.

Да.

Не слышу, - переспросил Макс.

Я сниму эти чертовы трусы! – она почти прошептала в трубку, и, положив сотовый на кровать, сняла этот девайс трясущимися руками.

Молодец, послушная девочка! – похвалил ее Макс. – А теперь медленно снимай сорочку, думая обо мне.

Но тогда я останусь совсем голой! – не выдержала Варя.

Вот именно! – многозначительно ответил он.

Хорошо, – она опять положила сотовый и сняла сорочку. Укрывшись одеялом, она взяла телефон и обреченно сказала собеседнику, – Чертов извращенец!

А теперь солнышко согни свои ножки в коленях, - Варя машинально выполняла его требование, - И медленно оближи свой пальчик, как будто я тебя целую.

Макс чувствовал удовольствие от телефонного секса с Варей, воочию представляя, как она краснеет, и все равно не может отказать ему в его просьбах.

Облизала?

Да. - Варя отвечала все неуверенней, уже зная, что может последовать за такой просьбой.

А теперь вспомни, что и как мы делали с тобой в моей машине. Как ты сидела на мне, и я был в тебе, целовал твою голую грудь, трогал тебя там, растирал и ласкал твое самое чувствительное место и одновременно входил в тебя. А ты стонала и всхлипывала, умоляя меня не останавливаться.

Варя слушала горячий шепот Макса, и рука ее сама собой потянулась вниз, где все уже было влажно и тепло. Она начала ласкать себя медленно, подстраиваясь под ритм слов любовника, но со второй фразы стала ускорять движения и окончание его слов встретила судорожным всхлипом. На другом конце города, не видя Макса, не чувствуя его рук и языка она получила удовольствие от одного его голоса!

Ты кончила? – через паузу спросил он.

Да, - не сразу ответила Варя.

Спокойно ночи, солнышко. – почти проворковал он и положил трубку.

Засранец! - мысленно прокомментировала Варя и уставилась в потолок. Какой тут сон!

Заснуть ей удалось не сразу, а понедельник оправдал свою давнюю репутацию – оказался тяжелым и муторным.

Сначала мама заявила, что у нее еще есть в городе дела, все своим видом намекая, что останется дома и будет блюсти нравственность дочки. Потом на планерке Завьялова, как всегда сдержанно-

деловая, но шикарная, в легком шелковом костюме, с умелым «почти незаметным» макияжем на лице, заявила, что еще один сотрудник уходит в отпуск, и Варваре Карамышевой придется потрудиться.

Почти весь рабочий день она принимала материалы у счастливой отпускницы, не успевая даже подумать, позвонит ли любимый и что делать вечером, ввиду решительного настроения мамы.

Макс позвонил после пяти вечера, и Варя, к тому времени сидевшая одна одинешенька в кабинете, сразу вывалила на него все новости.

Ну что ж, придется что-то думать, - глубокомысленно, но неопределенно сказал он. – Ты на работе?

Да.

Я за тобой заеду, собирайся.

Как назло, когда Варя спускалась вниз, она оказалась в лифте с Ксенией Завьяловой. Та специально (а может Варе так показалось) встала перед зеркалом лифта так, чтобы девушка смогла узреть все свое несовершенство по сравнению с ней, звездой городской журналистики. Варины летняя цветастая кофточка и белая джинсовая юбка, босоножки, распущенные волосы настолько отличались от вида главного редактора, что Ксения не выдержала и сделала замечание:

Варвара, вы хотя бы постарались выглядеть более серьезно, вы работаете в уважаемом издании, неужели так трудно одеваться более прилично?

Сказала, как отрезала и вышла из лифта.

Недоумевающая девушка залезла в джип и спросила Макса:

Неужели я выгляжу неприлично? Тот тут же схохмил:

Ты забыла надеть трусики после вчерашнего? Варя покраснела.

Про вчерашнее я вообще не хочу разговаривать. Я полночи уснуть не могла!

Ну, если тебе станет легче, то я тоже, – признался Макс и вырулил со стоянки. Конечно, Варе легче не стало, но приятнее – возможно.

Наша Ксюша отчитала меня за неподобающий внешний вид и навесила еще несколько рубрик вместо отпускницы.

Второе она сделала по полному праву, как редактор, а первое… Варь, тебе сколько лет?

- 28.

А ей, если не ошибаюсь, уже 35. Она вынуждена одеваться по другому, и, поверь мне, тоже бы хотела ходить в легкомысленных юбочках, и не тратить по часу на макияж.

Откуда ты все это знаешь?

Потому что умный.

Максим остановил машину у модного ресторана. То, что ресторан был не только модный, но и дорогой, Варя слышала от коллег, которые хотели там устроить вечеринку, но не решились. Он решительно провел ее через шикарный холл во внутренний дворик с фонтанчиком, столиками  с

ажурными коваными ножками и белыми скатертями, диким виноградом, увивавшим стены, и гирляндой маленьких разноцветных фонариков над головами посетителей.

Как по мановению волшебной палочки им нашли свободный столик, выдали меню, принесли воды и поставили корзиночки с хлебом.

Не знаю как ты, а я очень проголодался, - сказал ее возлюбленный и заказал подошедшему официанту гору всяческой еды. Варя, хоть и проголодалась не меньше его, ограничилась салатиком, горячим и десертом – цены в меню пугали ее своими нулями.

А как прошел твой день? – робко спросила Варя, прорываясь сквозь энергичную работу челюстей своего мужчины.

Макс дожевал порцию салата, выпил воды и ответил:

Сумбурно.

И это все?

А тебя какие подробности интересуют?

Интересные.

Интересного мало. Поставщики, как всегда, накосячили с оборудованием. Причем, это происходит всегда и в любую погоду. Просишь привезти зеленый большой гвоздь, они везут красный маленький шуруп. И это не интересно, а безумно скучно.

Макс, наконец, расправился с салатом и принялся за горячее.

Ты лучше расскажи, с чего примерную филологическую барышню потянуло в глянец?

Ну, писать разные рецензии на фильмы и спектакли на местном форуме я начала года три назад. Для тренировки письменной речи это очень полезно. Я и студентам своим это советовала – не пренебрегать блогами в интернете. Потом на меня вышла хозяйка женского сайта и предложила делать тоже самое, но за денежку и регулярно.

Да, Оля Митрохина. Еще студенткой пришла ко мне, и предложил разрабатывать интернет- вариант журнала. Смышленая девушка.

Так этот сайт тоже твой?

А что тебя удивляет? Все права на торговую марку «Олеси» принадлежат мне.

Варя задумчиво разрезала свинину по-французски на несколько кусочков и решила, что это ее совсем не удивляет.

Но все равно я к тому времени еще мнила себя великим ученым, работала в архиве, читала мемуары, составляла карточки, писала диссертацию.

А тема твоего труда, если не секрет?

Какой там секрет… «Лексика бала», если отбросить всю наукообразную формулировку.

Какого бала? – не понял Макс.

Того самого, на котором танцевали в 18, 19 и частично в 20 веке наши предки. Это был особый ритуал для дворянского образа жизни той эпохи. К нему готовились задолго до самого дня, шились наряды, выбирались украшения, обсуждались кавалеры, выбирались танцы и партнеры. И все это обсуждалось в многочисленных письмах, дневниках, а потом попадало в художественные книги и мемуары. И все это я изучала, выписывала на карточки специальные слова и составляла  словарь

лексики.

Ты сейчас так хорошо объяснила, что я просто студентом себя почувствовал, – пошутил Макс. – Наверное, такой молоденький препод им нравился?

Не знаю, - улыбнулась Варя, - Романов со студентами я не крутила. Преподавать мне нравилось. Но приходилось делать еще массу разных вещей. Научный руководитель у меня была очень умная дама, но совершенно не боец. И когда ее поставили перед фактом, что по окончании аспирантуры я защищаться не буду, а моя очередь подойдет только через полгода, она даже не пикнула. Хотя у нас уже все было готово, и я писала автореферат. Мало того, заведующий кафедрой вызвал меня к себе на ковер и прямым текстом велел отдать мою последнюю работу в общем кафедральном сборнике другой аспирантке. Якобы той нужнее, та как раз будет защищаться первой. На мой очевидный вопрос – почему не я, раз статьи в достаточном количестве есть у меня, меня чуть ли не послали. А потом, в кулуарах я выяснила, что девочка «блатная», поэтому я лично ни разу не видела ее ни в архиве, ни в библиотеке. И, скорее всего, диссертацию ей написали. Только я  вот

«такая – сякая» ей статью свою не отдаю.

Варя отпила вина из бокала, и невидяще уставилась на фонтан. Пересказ событий двухгодичной давности всколыхнул в ней бурю эмоций.

Статью я так и не отдала, - ее попросту исключили из сборника приказом заведующего. Обсуждение моей диссертации было сплошным кошмаром, сразу нашлась куча недостатков и недоработок. Был конец учебного года, и я хлопнула дверью и ушла. Мне стало так противно…

Ну а в других ВУЗах нельзя было попробовать? – Макс серьезно смотрел на Варю.

Можно. Но отзыв от кафедры все равно нужно получать, а для этого нужно снова общаться с этим… И я не хочу, если честно. Мир науки оказался не таким уже белым и пушистым, как представлялось вначале.

Вселенской справедливости вообще нет, и не будет. Все в наших руках. – Макс накрыл ее руку своей и погладил.

Спасибо, что понял меня. Ты, наверное бы, поступил по-другому?

Скорее да, чем нет. Когда у меня украли идею первого бесплатного рекламного еженедельника и стали собирать рекламу под мои именем и печатать газету с моим же названием, прибавив  слово

«плюс», я мог бы бить в грудь и доказывать свою правоту. Но я поменял дизайн, сделал цвет, придумал новое название и почти полностью поменял концепцию распространения. И выиграл. Теперь рекламное поле в городе почти полностью мое.

Пока они разговаривали, им принесли кофе и десерт, и возлюбленные еще полчаса наслаждались едой. Когда они вышли из ресторана Варя вспомнила, что мама еще в городе и стала лихорадочно придумывать, как бы поделикатнее сказать об этом Максу. А вдруг он не собирался сегодня ночевать у нее? А вдруг ему не нужно ежедневного присутствия ее, Вари, в его жизни?

Макс, не подозревая о ее терзаниях, открыл дверь джипа и сказал:

Прошу.

И когда они поехали в направлении, противоположном ее дому, она сразу спросила:

Ты еще что-то задумал?

Варя, я прекрасно помню угрозы твоей мамы, но не собираюсь спрашивать разрешения переспать с ее дочкой. Поэтому мы едем ко мне.

Варя, помолчав, ответила:

Грубо, но верно.

Умница моя!

Пока машина ехала по ночному городу, Варя не переставая думала о том, какие разные жизни были у нее и Макса. Она, книжная девочка, всю жизнь плыла по течению, и взбунтовалась только тогда, когда окончательно повзрослела и поняла, зачем ей нужно то, чем она занималась.

Макс же шел по жизни упрямо и твердо, цепляясь за многочисленные возможности, как скалолаз за выступы гор. Любой из ее знакомых сломался бы от такого количества трудностей. Причем, Варя подозревала, что Макс рассказал ей далеко не все, и даже не большую часть своей жизни. Когда и в какой момент это мужчина стал ей дорог и близок?

Варя украдкой посмотрела на него, а он ответил широкой улыбкой и накрыл ее руку своей.

Они ехали по новому району города, где красивые высотные здания вырастали за последнее время как грибы после дождя. Дома были спроектированы с охраняемыми парковками, большими дворами и множеством милых маленьких мелочей, приятных глазу: аккуратные тротуары, уложенные плиткой, фонтанчики, окруженные изящными скамейками, небольшие ухоженные газоны и клумбы.

Макс жил в одном из самых высоких домов, который состоял из нескольких башен разной длины. Почти вся облицовка дома была выполнена из стекла и разного вида зеркальной плитки, что вкупе с хитроумно расположенным точечным освещением создавало фантастическо-красивый вид.

Варя вышла из машины и запрокинула голову. Этажей было, кажется, больше двадцати и она даже слегка задохнулась от вида светящейся громады, стрелой уходящей ввысь.

Только не говори, что ты живешь на самом верхнем этаже! – выразила она свои эмоции мужчине.

Ей, прожившей всю жизнь на втором этаже пятиэтажного дома, в районе, состоящей из таких же невысоких домов, было трудно понять, как можно было жить на такой высоте!

Говорить не буду, сама все увидишь.

Он вынул пакеты с заднего сиденья и подтолкнул оробевшую Варю к единтсвенному подъезду одной из башен здания. Они прошли по большому холлу, Макс кивнул консьержу, приподнявшемуся с места, и лифт унес их в поднебесье. Одно из минусов (а может и плюсов) лифта была наполовину прозрачная передняя панель, через которую были видны все окрестности города, с каждой секундой уходящие вниз. Варя посмотрела на все это великолепие минуту, а потом отвернулась и уткнулась Максу в грудь.

Ты что? – забеспокоился он.

Высоты боюсь, - глухо пробормотала она ему в рубашку.

Ничего себе. Ты у меня просто нежный цветок. На яхте тебя укачивает, высоты боишься, драться с девчонками не хочешь, - усмехнулся он, нежно целуя ее в затылок.

Не беспокойся, здесь есть и внутренние лифты, специально для таких неженок, как ты! – пошутил он.

Лифт остановился с мелодичным звуком, и парочка вышла на нужный этаж. Холл, вместо лестничной площадки удивил ее – просторный, с большим ковром на полу, и кадкой с деревом. Дверей в холле насчитывалось ровно три, и Макс на вопросительный взгляд Вари прокомментировал:

Соседи очень хорошие. Работают целыми днями, как и я, их не видно и не слышно.

То, что оказалось за дверью, поразило Варю еще больше. Она, конечно, ожидала, что квартира Макса будет кардинально отличаться от ее панельки, но степень отличия оценила только сейчас.

Сначала ей показалось, что она попала… в гараж! Огромный, хорошо освещенный и шикарно обставленный гараж. Потом на ум пришло модное словечко «лофт». Кирпичные, местами грубо оштукатуренные, стены, единое пространство, перегороженное только полками, разной степени витиеватости, пересекающиеся балки над головами, постеры с подсветкой, много металла и камня.

Из мебели не было вообще ничего, что бывает в обычных квартирах. Только один огромный диван кирпично-оранжевого цвета, видимо, в тон стенам, стоял на одной половине пространства, а на другой размещалась кухня и барная стойка напротив нее – все черное с вкраплением красного и серебристого цветов. Небольшой обеденный стол и стулья тоже были черными - из матового толстого стекла.

Пока Варя изумленно оглядывалась, Макс взгромоздил пакеты на стол и стал вынимать покупки. Он внимательно следил за Варей и спросил:

Нравится?

Она замялась, не зная как передать свои ощущения, и, в конце концов, сказала:

Очень необычно. Он засмеялся:

Ты просто прирожденный дипломат! Что, совсем, совсем не нравится?

Варя возмутилась. Она никогда не была косноязычной! Почему тогда сейчас не может объяснить свои чувства? Поэтому постаралась объяснить свои слова:

Ну, это настолько мужской, настолько индивидуальный стиль, что он должен нравиться тебе! А потом, ты мою комнату видел?

Имел счастье лицезреть.

Скажи, есть хоть что-то общее в наших интерьерах? Он не стал задумываться даже на секунду:

Совсем ничего!

Только не говори, что эту квартиру тебе тоже обставляла твоя мама! – улыбнулась Варя и подошла к Максу, - Ни за что не поверю, что она не возражала бы против черного и кирпичного.

Ну, скажем так, она отнеслась очень сдержанно. Они с отцом вообще очень уважительно относились ко всем моим вкусам и увлечениям. И не устраивали истерик по поводу мотоциклов и косух, например.

-О! Ты катался на мотоциклах и носил кожаные куртки?

Почему «катался»? Я и сейчас езжу периодически. Вот такая я разносторонняя личность.

А разносторонняя личность будет готовить нам ужин? – подлизываясь к возлюбленному, спросила Варя и провела пальчиком по его шее.

Привыкла к хорошему? – он сжал ее руку, а вторую сам закинул себе за плечо, и прижал всем телом.

Да! К хорошему вообще привыкают быстро.

Она встала на носочки и поцеловала любимого долгим тягучим и сладким поцелуем.  Поцелуем

никуда не торопившихся любовников, знающих, что весь вечер у них впереди.

Ты меня убедила. Давай я пожарю мясо, а на тебе приготовление салата, хорошо?

О кей, шеф. Только сначала позвоню маме.

Спросишь у нее рецепт? - он иронично выгнул бровь.

Нет, скажу, что сегодня дома не появлюсь. Ты же меня не выгонишь посреди ночи?

Надо будет посмотреть на твое поведение,- он с сомнением оглядел ее с ног до головы.

Я буду очень, очень хорошей девочкой! – многозначительно пообещала она и, вынув сотовый из сумки, отошла к дивану.

Мамуля, привет. Я сегодня домой не приеду, ночуй без меня, - скороговоркой протараторила она.

Я так и думала, - после долгой паузы ответила мама. – Не буду мешать тебе портить свою жизнь, но не говори потом, что я тебя не предупреждала!

Варя помолчала в трубку.

Я завтра уезжаю обратно, а ты, пожалуйста, найди лекарство для отца, сегодня обошла три аптеки – нигде его нет, а наше скоро закончится.

Говори название лекарства.

Название было запоминающимся, поэтому Варя повторила его вслух и записывать не стала. Попрощавшись, она повернулась к Максу и вздохнула.

Кажется, обошлось без слез и уговоров. Завтра буду объезжать все аптеки города – у отца заканчивается лекарство.

Да, я слышал.

Макс закатал рукава, надел фартук и стоял у плиты, поливая сковородку маслом. Варя улыбнулась:

Тебе сейчас не хватает розы в зубах, а внизу надпись «С 8 марта, дорогая» - и можно открытки продавать!

Да, я очень фотогеничный, - без лишней скромности заметил мужчина, - А это лекарство ты можешь и не найти. Я всегда его покупаю для отца – ему тоже нужно поддерживать определенный уровень давления. Поставки в аптеках не регулярные, приходится доставать по своим каналам.

Правда? А у тебя случайно не найдется лишней упаковочки, - взмолилась Варя. – Я тебе потом отдам!

Случайно – найдется, - усмехнулся он. - Будем считать это компенсацией за твои испорченные отношения  с мамой.

Компенсация принимается! – промурлыкала Варя и опять полезла обниматься. Он развернул ее на 180 градусов и легонько шлепнул по попке:

За работу.

Готовка ужина пронеслась незаметно. Варя расставила тарелки, Макс поставил две свечи, налил красного вина в высокие бокалы и выключил свет. И тут впервые за весь вечер девушка заметила потрясающий вид из окна. Точнее из стены - вся противоположная двери стена была прозрачной. И сейчас в темноте из квартиры открывался захватывающий вид города – освещенные улицы, яркие

окна домов и подвижные огни машин.

Невероятно! – прошептала Варя. – Из-за одного этого вида можно потерпеть такую высоту!

Ну, наконец, ты оценила мою берлогу по-настоящему! - Макс обнял завороженную Варю за плечи,

Любуйся поскорей, я уже сильно хочу есть и могу начать с одной аппетитной девушки! – и он, притворно рыча, слегка прикусил ее за шею.

Нет, не ешь меня! – она повернулась к нему и обхватила ладонями лицо, - Лучше поцелуй еще раз.

Все после ужина! – пообещал он, и они сели за стол.

Ужин был долгий, с разговорами и смехом, взаимными подколами и шуточками по поводу вариной боязни высоты и консервативности в дизайне.

Когда Макс сказал, что посуду будет мыть посудомоечная машина, и эффектно открыл ее, Варя взяла обе тарелки и, слегка нагнувшись, поставила их на решетку. Мужчина прижался сзади, и, приподняв ее юбочку, медленно провел по бедрам.

Внезапно его руки остановились, он нагнулся к Варе и прошептал:

Ты все-таки надела то белье, которое мы купили перед выходными? Варя не спеша выпрямилась, плотно прижимаясь к его бедрам:

Я думала, если мы с тобой сегодня сможем только увидеться, но не сможем провести вечер, показать тебе эту красоту.

Показать, что на тебе надето это белье? – руки Макса продолжали исследовать пространство под юбкой, только уже спереди. Варя не мешала ему, мало того, она слегка изогнулась, чтобы было удобнее, и обняла руками за шею, - А потом вильнуть хвостом? И какой реакции ты от меня ожидала?

Он медленно погладил голую полоску кожи между чулком и трусиками, и Варя шумно вдохнула воздух.

Я хотела показать, что ты теряешь.

В таком случае – показывай, - уже не попросил, а приказал он.

Он отошел на несколько метров назад и начал расстегивать рубашку. Варя, довольно улыбаясь оттого, что ее задумка удалась, стала расстегивать блузку вслед за ним. Для этого вечера она выбрала черно белый комплект из чулков, пояса, трусиков и комбинации. Все было сделано из тончайшего кружева, с многочисленными завязочками. Медленно сняв кофточку, она также неторопливо расстегнула и сняла юбку, оставшись в одном белье.

Ты мне поможешь? – в горле внезапно пересохло и вопрос прозвучал немного хрипло.

Ты и сама неплохо справляешься.

Макс успел снять рубашку, но расстегивать пояс на брюках не спешил. Варе настолько понравился вид его обнаженного торса с рельефным мышцами и упругим прессом, что она без всякого стеснения поставила ногу на подлокотник дивана и стала снимать чулки, краем глаза поглядывая на любовника. Он не отводил от нее взгляда.

Сняв чулок со второй ноги, она секунду подумала и сняла трусики. Теперь она осталась в одно полупрозрачной комбинации, доходящей до середины бедра.

Теперь твоя очередь. Тебе помочь? – невинно спросила она.

Да, пожалуй, - согласился он, как будто сбросив оцепенение. Варя в полумраке комнаты, освещенной только светом уличных фонарей, в одной прозрачной сорочке была удивительна красивой и манящей. Он схватил ее в охапку и стал неистово целовать, одновременно сжимая две обнаженные округлости сзади. Она засмеялась, и уворачиваясь от поцелуев, пыталась расстегнуть пояс его брюк.

Снимешь ты, наконец, эти брюки!

Когда Макс снял брюки, а заодно и трусы, Варя увидела, что ее импровизированный стриптиз подействовал. Она заворожено смотрела на половой орган любовника бодрый и готовый к работе. Макс усмехнулся, прижал ее к себе и прошептал на ухо:

Запомни Варюш, после такого зрелища мужчину будет интересовать только одно – поза, в которой последует продолжение.

Он ловко развернул и нагнул ее, чтобы она смогла руками опереться на подлокотник дивана. Плотно обхватил ее грудь и властно и уверенно сжал так, что она застонала от желания. Провел рукой по низу живота и пальцем нырнул туда, где уже начала выделяться предательская влага. Варя простонала еще раз.

Его бесстыдные действия каждый раз ужасали и одновременно возбуждали ее. Она изогнулась и еще плотнее прижалась к нему. Он смял кружево комбинации, задрав нежный шелк на плечи, и через несколько томительных секунд ворвался в нее без предупреждения и каких либо ласк.

А Варе ничего больше не требовалось. Она нагнулась до предела, вцепившись в диван и широко расставив ноги, подчиняясь ритму проголодавшегося самца. Снова сжав руками ее грудь, Макс заработал бедрами еще интенсивнее, нетерпеливо получая удовольствие от нежного тела любимой. В темноте комнаты раздавались бесстыдные звуки их тел, но Варе уже было все равно. Она чувствовала приближения того запредельного оргазма, которое испытывала каждый раз, занимаясь с Максом любовью.

Да, да! – не помня себя, застонала она, - Еще, пожалуйста, еще!

Вскоре, после нескольких яростных движений Макса все было кончено. Он обессилено повалился на нее, а она еле удержалась, на ставшими вдруг ватными, ногах.

Неожиданный эффект от белья, - лукаво заметила Варя, после того, как Макс снял презерватив, и обняв девушку улегся на диван.

А ты думала, я посмотрю и спать пойду? – он поцеловал Варю долго и нежно.

Я думала, вернее, предполагала, что мы это сделаем в спальне, - смеясь, передразнила она его. – Кстати, она у тебя вообще есть?

А как же. Мы просто еще не дошли.

С этими словами, он поднял ее с дивана и понес в противоположную сторону от кухни. Дверь в спальню была замаскирована фотообоями с изображением вечернего Лондона, поэтому ее и не было видно. В спальне была огромная, разумеется, черная кровать, застеленная темно-сиреневым постельным бельем.

Макс осторожно положил Варю на кровать, и они долго и нежно целовались, пока у нее не начали слипаться глаза. Последнее, что она услышала перед сном:

Спокойной ночи, любимая.

Проснулась Варя в незнакомом месте, села и в полутьме спальни решила, что они еще на даче с Максом. И только через несколько минут вспомнила все события вчерашнего вечера, покраснела и

легла обратно к любимому. Ее мужчина спал, разметавшись по всей кровати и почти сбросив с себя одеяло.

Варя тихонько приподняла одеяло, чтобы накрыть любимого и запоздало вспомнила, что заснули они оба сразу, как пришли в спальню. Она – в прозрачной комбинации, он – обнаженный. И теперь она лицезрела картину под названием «пробуждение самца». К своему удивлению, ей захотелось потрогать и как следует изучить тот орган тела, который так хорошо справлялся со своими обязанностями и принес ей такие феерические эмоции.

«Откуда такие мысли, Варвара Николаевна», - строго одернула она себя. - Вы приличная, благовоспитанная девушка, вам ни к чему хватать с утра пораньше причинные места!»

Пока благовоспитанная девушка мучилась собственным воспитанием, предмет ее мучений проснулся и водрузил Варю прямо на себя.

Доброе утро, солнышко, - сонно поприветствовал ее любимый, - Как тебе зрелище, понравилось? Варя вместо ответа прижалась к нему всем телом и нежно прикусила кожу на груди.

Все понятно! Подожди немного.

И через несколько секунд девушка уже очутилась под ним с широко разведенными ногами, а Макс удобно устроился сверху и плавно, но уверенно вошел в нее. Варя ахнула. Ощущать почти грубое вторжение в неподготовленном ласками теле было не привычно и… волнующе. Разум как будто бы сопротивлялся, не желая выныривать из сладкой дремоты сна, а тело уже готовилось получить новую порцию наслаждения, к которому оно привыкло за эти недели.

Она сильнее согнула ноги, и Макс понял без слов ее молчаливую просьбу, обхватывая ее за бедра и удерживая ноги руками. В такой позиции ощущения стали еще острее, и она застонала, чувствуя приближения освобождения. Макс быстрее заработал бедрами, сильнее наклонил ее ноги и оргазма они достигли почти одновременно.

И тебе доброе утро, дорогой! – прошептала, отдышавшись, Варя. – Хороший способ проснуться, ты не находишь?

Завтракали они также быстро, как и дома у Вари, ибо сотовые у обоих стали звонить в режиме нон- стоп. Но здесь уже было другое меню – бутерброды с красной рыбой и разогретые булочки с маслом. Макс отвез Варю домой, и, получив поцелуй на прощание, помчался руководить газетной империей.

Варя приняла душ и тщательно вымыла голову, перед тем как погрузиться в работу. Впечатления от дивного утра, когда любимый разбудил ее самым лучшим способом, из всех возможных, продолжали бередить душу.

В электронной почте заданий от зам. редактора было намного больше, чем на прошлой неделе. Помимо ее обычных обязанностей – кино-рецензии, туристического обзора и пары статей про красоту и здоровье, на Варю навесили всю увеселительную программу – два вечера «Блюза на веранде» и концерт заезжей поп-звезды.

В другое время Варя бы обрадовалась – она любила и музыку и культурные вечера, но сейчас все это повергло ее в уныние. Ни оставалось ни одного свободного вечера, которые она могла провести с Максом! Конечно, ночи у них получились тоже неплохо, но быть девушкой сугубо для спальни ей не хотелось.

Ей понравилось ужинать с ним в ресторане, нравилось смотреть вместе кино, даже гулять в парке! Проклятая Ксения! В глубине души Варя не сомневалась, что это ее идея – загрузить подчиненную по полной программе. Хотя повод был железный – сотрудники один за другим уходили в отпуск.

Завьялова не замедлила напомнить о себе.

- Варвара Николаевна, - позвонила она ближе к обеду, - Будьте добры, часикам с трем подойдите в редакцию, нам надо обсудить некоторые планы.

Девушке оставалось только подчиниться. Уныло она оглядела свой гардероб и признала, что все более-менее приличные шмотки стали заканчиваться, и во всех ее платьях и сарафанах, которые она накупила еще зимой, Макс уже ее видел. Пришлось надеть старую, но любимую белую джинсовую юбку и прошлогоднюю блузку с короткими рукавами.

В редакции было многолюдно – вторник был днем сдачи номера, и выпускающий редактор лихорадочно проверяла верстку перед тем, как отдать ее корректорам, а остальные журналисты без дела толкались по коридорам.

Секретарша главного редактора взволнованно зашипела Варе, что Ксения ее давно ждет, хотя девушка не опоздала ни на минуту.

Когда Варя вошла в кабинет, Ксения стояла у окна. Выглядела она как всегда великолепно – легкое золотистое платье струилось по худощавому телу, в тон были босоножки на высоких каблуках и большие золотые серьги.

- Варвара Николаевна, через пару часов состоится презентация автомобильной компании, они будут дистрибуторами новых марок машин у нас в городе. Ваша задача - сделать репортаж. Идите, готовьтесь, вся информация у секретаря. Через два часа я жду вас внизу.

Варя взяла пару листиков в приемной, недоумевая - зачем понадобилось ее присутствие? Обычно они давали такую информацию парой строк, большую часть полосы обычно занимали кадры улыбающихся бизнесменов с женами и подругами.

Эта, так называемая, светская хроника всегда была уделом Ксении, она с ней отлично справлялась, а текст можно было сочинить за полчаса по уже имеющемуся пресс-релизу.

Через два с половиной часа Варя начала догадываться о коварном замысле Завьяловой. Среди мужчин в костюмах и шикарно наряженных и накрашенных женщин она внезапно почувствовала себя не в своей тарелке. Принарядились даже телевизионщики, приехавшие снимать торжество. Варя со своей джинсовой юбкой и простой белой блузкой смотрелась официантом… или журналисткой. В общем обслуживающим персоналом среди бомонда скучающей публики. Ксения победно взглянула на нее, снисходительно бросила:

Осваивайся, милочка, - и  упорхнула.

Варе оставалось забиться в уголок, взяв молочный коктейль, и молча взирать на происходящее. Все стало еще хуже, когда она увидела Макса. В отличном бежевом костюме, которого Варя утром не видела, в сверкающей белизной рубашке, он шел по летнему газону с двух сторон окруженный шикарными красотками.

Она даже поморгала, думая, что ей это кажется. Нет, все точно. Макс подхватил красавиц под локотки и завел в большой шатер для приглашенных гостей, где в углу стояла Варя. Взяв бокалы для себя и дам, он отпил коктейля, оглядел собравшихся и безошибочным мужским чутьем углядел Варю. Хотя она инстинктивно встала полубоком, чтобы ее не заметили. Он широко улыбнулся и пошел на встречу к ней.

Варюша!

Макс обнял ее и поцеловал. Она машинально ответила, но он сразу почувствовал ее хмурый настрой.

Ты какими судьбами здесь? Тебя Ксюша притащила?

Он не отпускал ее руки и не давал отвернуться от него, хотя Варе очень этого хотелось. «Только не устраивай сцен, - твердила она себе, - успокойся!»

А я не должна была приходить? - не выдержала и ответила она с вызовом.

Почему? Если у тебя такое редакционное задание – должна. Просто здесь скучно и ничего особенного не будет, кроме торжественного перерезания ленточки и совместного распития шампанского.

А что за дамы, которых ты привел? - все больше распалялась Варя.

А это из моего рекламного отдела. Мы с фирмой договорились о рекламе, и я их привез сразу подписать договор, пока не передумали.

Понятно, - саркастически проговорила Варя.

Все вокруг знали о презентации, нарядились и были нужны Максу, а она как дура, в старой юбке и блузке стоит! Ей хотелось плакать.

Подожди, что за допрос? – вдруг очнулся Макс. Он взял ее за подбородок и повернул лицо к себе.

Ты ревнуешь?

Варя с всхлипом вдохнула воздух, резко мотнула головой и выбежала из шатра. Макс вздохнул, и пошел за ней.

Ксения, которая наблюдала за этой сценой, злорадно улыбнулась – до чего девушка глупая и неопытная! Попалась в примитивную ловушку и сейчас будет устраивать истерики Максу, который терпеть этого не может. Она поздравила себя с маленькой элегантной местью.

Варя! Что с тобой? – он схватил ее за руки попытался прижать к себе.

Варя, уворачиваясь, и чувствуя, что из глаз вот-вот польются слезы, попыталась успокоиться.

Подожди, Максим, подожди, - слабо отнекивалась она.

У меня таких мероприятий каждую неделю не по одному разу. Я уже на этот счет костюм держу в офисе, со свежей рубашкой.

Он, наконец, обнял ее за плечи и привлек к себе.

Что такое, почему слезы на ровном месте?

От этих ласковых вопросов Варя разревелась, вопреки всей логике утешающего.

Все люди как люди, одна я какая то Золушка, - сквозь рыдания разобрал Макс.

-Ты что, из-за одежды плачешь? – не поверил он. - А что не так? Он осмотрел ее со всех сторон и вынес вердикт:

По-моему очень мило.

Да, - она недоверчиво подняла на него заплаканные глаза. –   Правда?

Варя, ты журналист. Твоя профессия – не шампанское пить, а освещать событие. Зачем тебе наряжаться и изображать праздную жену олигарха, скажи мне пожалуйста? У Ксюши любовь ко всем этим светским тусовкам, но это понятно. А ты то, что ревешь?

Не знаю, - просияв, ответил Варя. – Ты так логично все объяснил, а до этого мне было так плохо…

Все понятно, что ничего не понятно, -вздохнул ее возлюбленный. - Ладно. Иди в машину, найди там салфетки, я скоро приду.

Отключив сигнализацию, Макс подтолкнул ее на стоянку, где стоял джип, а сам вернулся обратно в шатер. Переговорив с хозяевами фирмы, он нашел Ксению и сказал коротко:

Варю я забираю, созвонимся утром, когда привезут номер.

У Варвары журналистское задание, Максим Леонидович, если вы не в курсе, - нервно напомнила та, ощущая, как вся переполняется ненавистью к более удачливой сопернице. Несмотря на невзрачность и наивность, девушка сумела удержать внимание мужчины, а она – нет.

Ксения, не наглей. Какое журналистское задание на две строки? Кажется, ровно столько умещается среди фотографий светской хроники, которая пойдет в этот номер, и которые лично ты, Ксения отредактируешь и дашь в печать?

И это человек, который никогда не мешает работу и личную жизнь? – саркастически заметила Завьялова.

А где ты увидела мою личную жизнь? Моя личная жизнь никоим образом тебя не касается. Это ты вдруг с какого-то перепугу решила притащить на банальную презентацию аж трех журналистов – себя, Варю и фотографа. Хотя за глаза хватило бы одного Андрея, который уже сто тысяч раз снимал подобные мероприятия и знает, что делать лучше нас с тобой! Так что иди и работай.

Макс повысил тон на последних словах, потому что разговор стал его утомлять. Когда он вернулся в машину, Варя сидела умытая и притихшая.

Тебе Ксения скандал закатила? - проницательно догадалась она.

Попробовала. - Он завел машину и выехал с парковки.  – Что за манера – выдумывать проблемы   там, где их  нет?

Они молча ехали по городу, пока Макс не предложил:

Давай перекусим чего-нибудь? У меня после нашего с тобой завтрака был только бокал шампанского, и сейчас желудок негодует и требует полноценной мужской еды.

Мужской еды пять килограммов? – развеселилась Варя.

Ага.

Обедали они в этот раз на летней веранде в центре города, у маленькой речушки с поэтичным названием «Белая». Макс заказал обед по полной программе – борщ, отбивную, салат, молодой отварной картофель с травами, и пиццу. Варя, посмотрев на это пиршество богов, ограничилась салатом, отбивной и соком.

Свет яркого июньского солнца смягчали розовые тюлевые занавески, от реки дул легкий ветерок, напротив Вари сидел любимый мужчина и деловито поглощал огромное количество еды. Все вместе было умиротворяющим и привычным. И что на нее нашло полчаса назад? Почему она вообразила себя огородным пугалом? Наверное, желание хорошо выглядеть именно перед Максом, а может неосознанный дух соперничества с Ксенией? В любом случае, все ее слезы не имели никакого серьезного повода.

Варя успокоилась окончательно и, наконец, смогла отдать должное вкусному обеду.

Ты никогда не была на таких пафосных мероприятиях? – спросил Макс, энергично жуя челюстями.

Нет. Обычно меня посылают на спектакли и кино, музейные выставки и городские мероприятия, – легко ответила Варя, отпивая апельсиновый сок.

Работаешь по культурке? - сделал выводы Макс.

Да. И обычно я с утра знаю, что вечером задание и одеваюсь поприличнее. А тут…

А тут Ксюша слегка перестаралась в рабочем энтузиазме и решила сделать из тебя настоящую журналистку. – Он ласково погладил ее по щеке. – Акулу пера!

Да я понимаю. Не знаю, что на меня нахлынуло. Видимо не такая я еще акула. Так, мелкая рыбешка.

Варя пожала плечами и доела салат.

Чем мелкая рыбешка займется сейчас?

Меня Ксюша так работой завалила, что разгребусь не раньше пятницы. И вот еще, работа по вечерам. – Она порылась в сумке, достала листок бумаги и протянула Максу.

Это в эскорте, что ли? - усмехнулся он, но листок взял. Быстро прочитал с непроницаемым лицом и заметил, - Очень насыщенная программа. Джазовый блюз на веранде, ночь в стиле Карибо, день мотоциклиста!

Последние слова он прочел с удивлением и посмотрел на нее:

Неужели и правда есть такой день?

Да, представь себе! – с жаром ответила Варя, - И нашим читательницам будет очень интересно прочитать репортаж о крутых байкерах на мотоциклах и их не менее крутых подружках! Это была моя идея, - не без гордости заметила она.

Ну, раз ты у меня такая выдумщица, придется и мне присматривать за тобой. Вдруг кто-то из этих энергичных парней приглянется тебе больше чем я?

Макс шутил, но смотрел на нее серьезными глазами.

Больше вроде бы некуда, - смутившись, пробормотала Варя и отвела взгляд.

А ты мне ни разу не сказала, как ты ко мне относишься, - продолжал Макс также серьезно.

Мои поступки говорят больше моих слов, - попробовала отшутиться Варя. – Я же терплю из-за тебя ненависть начальства и упреки собственной мамы!

Спасибо, что ставишь мои интересы выше двух самых дорогих тебе женщин, - церемонно кивнул головой мужчина, сводя все к шутке.

Да, хорошо, что ты спросил про наши отношения. Наверное, в эту неделю я не смогу оставаться у тебя.

Это почему же? – спросил Макс, заказывая кофе и пирожные.

Ну, ты же сам видел – работы много и днем – писать, и вечером. Тебе будет неудобно возить меня туда-сюда, каждый день по пробкам.

Так ты заботишься о моем комфорте? – догадался Макс, - А о моем сексуальном здоровье кто будет думать?

Ой! – Варя прикрыла рот рукой, -  Забыла!

Ничего себе - забыла она! Значит так! Доедай пирожное. Сейчас я тебя отвезу к тебе домой, а

вечером мы поедем ко мне. Я с большим удовольствием буду возить тебя по пробкам и утром и днем, - галантно проговорил он, и совсем не по джентельменски сжал за попу, когда она выбиралась из-за стола.

Звучит как будто объяснение в любви, подумала довольная Варя.

Как только Варя зашла домой, первым дело позвонила Янке.

Мне нужна твоя помощь, - после обмена приветствиями сказала она.

Что случилось, - забеспокоилась подруга.

Варя вздохнула как перед бегом на сто метров, и решилась сказать фразу, которая мучила ее весь день:

Мне абсолютно нечего надеть!

Ура! – отозвалась подруга, - Как долго я ждала этих слов! Сегодня вечером у нас будет грандиозный шопинг.

Варя вздохнула. Ликование подруги она не разделяла, и ходить по магазинам не любила. Точнее любила придти в один магазин и купить все, что нужно. А дефилировать по бутикам, выбирать, мерить, прицениваться, мучительно соображая, куда и с чем ты это наденешь, - нет, это была адова работа.

Какой суммой ты хочешь рискнуть? – уже конкретно планировала подруга.

Тысяч десять, наверное, - быстро посчитала Варя в уме свои денежные остатки.

Ты смеешься? За десять тысяч я тебе только босоножки приличные подберу, белые с золотом, недавно видела. И сумочку к ним! И все.

Ян, - примиряюще сказала Варя, - Мои заработки ты знаешь. А на дополнительный шопинг я никак не рассчитывала.

Деньги у Макса ты, конечно, просить не будешь? – проницательно сделала вывод Яна.

Нет! И это не обсуждается! – категорически отрезала подруга.

Хорошо, - вздохнула девушка, - Что-нибудь придумаем. Я заеду за тобой в шестом часу, будь готова.

Варя повесила трубку и облегченно выдохнула. Полдела было сделано. Чутье и чувство стиля Яны никогда не подводило их обеих, и Варя привыкла прислушиваться к подруге еще со школы. А уж после того, как она уволилась из университета, подруга поменяла весь ее гардероб и возродила Варю буквально из пепла.

Весь день Варя трудилась как прилежная пчелка, не поднимая головы. Когда позвонила подруга, у девушки ныла поясница и болели глаза от непрерывной работы за компьютером. Заметку о презентации она отправила Ксении первым делом, и никакого отклика не получила. Значит все нормально, подумала Варя и занялась другими статьями.

Куда едем? – жизнерадостно спросила Яна, когда Варя уселась на переднее сиденье ее форда. И когда подруга недоуменно подняла брови, рассмеялась и добавила, - Шучу. Я уже составила план. Первым делом покупает те босоножки, которые я присмотрела. А потом уже все остальное к ним. Обувь в жизни девушки самое главное.

А ты говорила – самое главное, это секс, - подколола Яну подруга.

А я подтверждаю. Только с красивой и удобной обувью шансы на секс увеличиваются в разы! Главное, чтобы каблуки не ощущались. Если ты паришь на каблуках, как на крыльях, значит это пара – твоя.

Девушки подъехали к самому большому торговому центру их города. Несколько этажей, куча разнообразных кафе, эскалаторы и лифты – все было сделано для того, чтобы никто не ушел без покупок.

Если мы здесь не подберем тебе ничего подходящего, значит, этого в природе просто не существует! – уверенно заявила Яна и решительно вышла из машины.

Босоножки действительно смотрелись шикарно – из белоснежной кожи, с золотыми тканевыми вставками они одновременно украшали ножки и повышали самооценку до недосягаемых высот. Варя прошлась по дорожке обувного магазина как по подиуму и почувствовала, что не хочет расставаться с этими туфлями никогда!

Но цена! Цена тоже была заоблачной, особенно для Вари. Половина той суммы, которую она планировала на весь гардероб. Она жалобно посмотрела на Яну:

Я не могу, это слишком дорого.

Не бойся, все продумано. Если ваш роман окажется скоротечным, то я куплю у тебя эту прелесть по такой же цене, и этим утешу.

Яна шутила, но у Вари пробежал холодок по коже. Подруга проницательно посмотрела на нее:

Что, забилось сердечко? Уж не влюбилась ли моя романтическая подруга в самого неподходящего для этого человека в городе?

Словом «влюбилась» мое состояние охарактеризовать сложно, - сказала правду Варя.

А каким словом можно охарактеризовать? – спросила Яна и кивнула продавщице, – Упакуйте старые туфли, мы пойдем в этих.

Сумбур, - подумав хорошенько, сказала Варя. И пока они шли в следующий бутик, рассказала про сегодняшние слезы и повод, их вызвавший.

А Ксения молодец, - задумчиво заметила Яна, перебирая плечики с одеждой. – Голова у нее работает. Прямая тактика не сработала, будет теперь бить исподтишка. А это все усложняет. Самое главное, что она вынудила тебя задуматься о своем гардеробе, а это уже хорошо! Может, пойдем чуть дальше и заглянем в салон?

Варя шумно вздохнула. Посещение салонов красоты было еще одной страстью Яны, помимо изысканных вечеринок. Массажи, обертывания, маски, пилинг, маникюр-педикюр – все это можно было делать бесконечно, в различных вариациях и видах. И дарила на день рождения, новый год и 8 марта Варе в основном процедуры в салоне, чему та был несказанно рада. На свои зарплаты, что на кафедре, что в журнале, она не могла позволить себе салонные услуги. А изредка побаловать себя роскошью в компании подруги ей очень нравилось.

От приятных мыслей ее отвлек вопрос Яны:

Ты педикюр себе давно делала? Варя посмотрела себе на ноги:

Что-то страшное?

Пока все нормально, - успокоила ее девушка, - Но должно быть безупречно! Примерь вот это, - и она подала Варе несколько вешалок с платьями.

По закону подлости, пока Варя старалась снять свое платье, не желавшее слезать с ее тела, ей позвонил Макс.

Я освободился, ты дома? - И прислушиваясь к звукам, доносившимся из телефона, спросил, - Ты чего пыхтишь?

Я не могу снять платье! – в сердцах бросила Варя.

Уже? Милая, я еще только выехал.

Я в магазине, меряю одежду и не могу снять свое платье, - доходчиво объяснила Варя.

Очень интригующее начало. Я готов помочь снимать тебе платье бесконечное количество раз! – галантно предложил Макс. – Какой магазин?

Когда Варя назвала торговый центр и этаж, он коротко сказал:

Сейчас буду.

Все, на сегодня мы, кажется, закончили, - радостно высунулась из примерочной кабинки Варя. – Сейчас приедет Макс.

Примерь хотя бы то, что я выбрала, - невозмутимо попросила Яна.

Когда Варя через десять минут вышла в голубом шелковом платье, предварительно примерив два таких же, но белого и серого цветов, она увидела Макса, непринужденно расположившегося на кожаном диване рядом с Яной.

Отлично! – сразу отреагировал ее возлюбленный, -   Берем!

Тебе нравится, - просияла Варя и поцеловала его.

Нравится, но сюда нужно еще что-то такое… - и он пошевелил пальцами.

Яна невозмутимо встала и принесла через несколько минут пару шелковых шарфов, сумочку и белый с золотом жакет.

Варя ушла в примерочную надевать все это богатство, а Яна уселась рядом с Максом и сказала:

Оцени, на какие жертвы идет девушка ради тебя! Если учесть, что до недавнего времени я не могла заставить ее зайти в магазин, то сегодняшнее ее предложение это просто чудо. Особенно в свете ее зарплаты! – понизив голос, и наклонившись к Максу, сказала Яна.

И сколько денег она потратила? – перешел он сразу к основному.

Пока немного, - усмехнулась Яна, - и, похоже, хочет соскочить.

В подтверждении ее слов из кабинки вышла Варя с растерянным лицом:

Я эти платки покупать не буду! Они стоят дороже туфель!

Так, - Макс встал с дивана и взял шарф. Голубой в белую и золотую полоску, он удивительно подходил и к туфлям, и к платью, и даже к жакету. Он небрежно обернул шелковое чудо вокруг шеи девушки, поцеловал сзади в шею и распорядился:

Берем все, что понравится, на ценники не смотрим, делаем все быстро и четко!

Нет! - воспротивилась Варя. - Я куплю только это платье. Больше мне ничего не нужно.

Яна на диване закатила глаза, а Макс посмотрел Варе в лицо:

Мы вроде бы это уже обсуждали, нет? Все, что тебе потом не понадобится, можешь торжественно сжечь на костре своего собственного самолюбия.

У меня не самолюбие, а принципы, - глухо проговорила Варя, смотря в сторону.

Хорошо, - Макс сменил тактику. Он наклонился к ее ушку и прошептал:

Тогда ты просто будешь благодарить меня долго и усердно, может быть даже применением данного аксессуара.

И дотронувшись до платка, ласково провел пальцем от подбородка до впадинки груди.

Эта чувственная ласка поколебала решимость Вари не давать любовнику покупать ей вещи. А следующие слова почти рассеяли ее сомнения:

Там более мы купим немного – пару платьев, юбок и кофточек с вырезом.

И Макс так выразительно поднял брови, что Варя не выдержала и рассмеялась:

Ты выглядишь как в мастерской деда Мороза.

Ты не представляешь, насколько я обожаю делать красивые подарки!

Через пару часов Варя представила это во всех красках. Она уже ничего не соображала, меряя очередной наряд, только вопросительно смотрела на Макса и Яну, выходя и примерочной кабинки. Эти два эксперта моды общались на своем особом языке и бесцеремонно вертели Варей, приставляя тот или иной аксессуар к нужному месту.

Наконец девушка взмолилась:

Не могу больше! Давайте остановимся. Яна неуверенно поддержала подругу:

Самое основное мы вроде бы купили, - и искоса посмотрела на Макса.

Согласен. Для первого раза – не плохо.

Второго раза не будет! – проныла Варя. – Только не в этой жизни.

Яна увидела сумму на чеке, который вручили Максу вместе с банковской картой и подумала, что Варе этого видеть точно не следует. Сумма была внушительной, и даже ее банковская зарплата не позволяла тратить столько на шмотки.

Они перекусили в одном из многочисленных кафе и распрощались с Яной.

Хорошего вечера, голубки! – подмигнула она и поспешила к выходу.

Варя чувствовала себя такой усталой, что без слов посмотрела на Макса и кивнула на его предложение поехать к нему.

Пока Макс с легкостью нес их многочисленные покупки к машине, она плелась следом. Почему этому мужчине всегда удается заставить делать то, что хочет он? Почему она слушается его, забыв о своих принципах и гордости?

«Потому что вся твоя гордость ничего не стоит без безудержных и смелых ласк этого красивого и уверенного в себе мужчины – шепнул ей внутренний голос. - Он дает тебе гораздо больше, чем ты ему, так что заканчивай рефлексировать и расслабься».

Ужинать они не стали. Варя легла на диван и смотрела на вид, открывавшийся с двадцатого этажа,

так восхитивший ее накануне. Макс налили им обоим вина, поставил бокалы на маленький стеклянный столик и сел к ней на диван. Он взял ее ножку и стал массировать ступни и пальчики, делая это так умело и непринужденно, что Варя блаженно зажмурилась, а потом даже застонала.

Ты просто маг и чародей, - прошептала она, отдаваясь волшебству его рук.

Я знаю, - просто ответил он.- Устала?

Ты даже не представляешь как! Он усмехнулся.

Если честно, первый раз вижу женщину, которая устает от похода по магазинам.

А я вообще очень не прихотлива, - отозвалась на шутку Варя. - И даже могу ходить в одном и тоже по пять лет. А моей любимой деталью одежды, пока я работала в университете, было, думаешь, что?

Боюсь даже предположить. Кожаные сапоги-ботфорты до колена?

Варя даже открыла глаза и подозрительно посмотрела на возлюбленного. Конечно, он улыбался.

Шаль! Мамина шаль, связанная крючком.

Какой ужас, - искренне воскликнул Макс, и тут попытался исправиться, - Нет, я уверен твоя мама очень хорошо вяжет…

Не оправдывайся. Я согласна, что для 25-летней девушки шаль – не лучший предмет гардероба. Они выпили немного вина, молча глядя на ночной город и обнимаясь.

Душ или ванна? - спросил он.

Душ, если можно.

Душевая кабинка была сделана в стиле всей квартиры – большая, черная, с темным матовым стеклом и хромированными деталями. Пока Макс объяснял, что и где включается, Варя успела раздеться. Она зашла в кабинку, прикрыла за собой створку, включила теплую воду и с наслаждением подставила тело под упругие водяные струи.

Она настолько не ожидала, что Макс захочет к ней присоединиться, что вздрогнула, когда ощутила его руки на своих плечах. Он перехватил мыльную мочалку из ее рук.

Я решил, что ты так устала, что требуется моя помощь, - проговорил он.

Кабинка уже была окутана паром, вода текла на Варю, которая стояла, слегка облокотившись руками о стенку душа. Ручейки воды стекали по ее телу, огибая грудь и бедра. Макс отвел глаза, добавил геля на мочалку и нежными, но уверенными движениями стал мыть девушку. Сначала спину и ноги, проведя несколькими движениями взад и вперед, он торопливо повернул ее к себе лицом и понял, что пропал. Она стояла перед ним обнаженная и беззащитная и лишь взглядом могла выразить свою признательность за его старания. Этого он уже вынести не мог. Ее груди он коснулся уже намыленной рукой, а не тканью.

Что ты делаешь? – запротестовала было Варя.

Мою тебя, - просто ответил Макс, намыливая грудь девушки медленными дразнящими движениями. – Разве тебе не нравится?

Ты же хотел мне помочь, а не мешать, - она лукаво посмотрела на него сквозь мокрые пряди волос. Близость любимого мужчины, журчание душа и скользящие прикосновения возбудили   ее,

вопреки усталости.

Я разве мешаю? Мне кажется, я вполне справляюсь с твоей помывкой.

Он с наслаждением намыливал грудь Вари, ощущая шелковистую мягкость ее кожи, острые кончики ее сосков. Опустив руки ниже, он намылил ее живот и вплотную прижался к ней. Пока он намыливал ее попку, девушка сполна получила возможность прочувствовать степень его возбуждения. Его фаллос упирался ей в живот, недвусмысленно намекая на естественное продолжение. И она не могла удержаться и взяла его в руки.

Что ты делаешь? – простонал Макс в ее макушку.

Я не знаю, я не уверена…

Тс-с-с. Все правильно. Делай, что хочешь.

И она, сжав драгоценный орган в ладони, начала сначала медленно, а потом, увеличивая темп, методично проводить зажатыми пальцами вверх-вниз. Макс застонал уже громче.

Варя, ты сводишь меня с ума!

Левой рукой он оперся о верхний край кабинки, а правой лихорадочно ласкал ягодицы девушки, пытаясь уложиться в тот темп, который она задавала.

Словно во сне Варя отняла руки от члена Макса, обхватила его лицо, приблизила к себе и поцеловала долгим страстным поцелуем. Их губы сплелись, и он стал засовывать свой язык в глубину ее рта также методично, как до этого она ласкала его. Варя снова нашла его член, и ласки ее рук присоединились к движениям его языка. Наконец не выдержав напряжения, она прошептала:

Давай займемся уже делом! Прямо сейчас.

Ни слова не говоря, Макс развернул ее спиной к себе и нагнул так, чтобы она могла опереться руками о стену кабинки. С секунду полюбовавшись на ее обнаженное покорное тело под струями воды, он одним мощным рывком вошел в нее и сразу остановился. Она протяжно застонала.

Как у тебя там тесно, Варя, - нагнувшись к ней, прошептал Макс.- Ты никогда не делала этого в душе?

Нет, - еле слышно ответила девушка.

Не слышу, - грубовато переспросил он и опять с силой вошел в нее.

Я не делала этого в душе, - чуть громче повторила она, опять протяжно застонав.

А тебе нравится делать это со мной?

С каждой своей фразой он с силой вторгался в девушку, находя какое-то извращенное удовольствие в таком допросе.

Нравится? - Толчок. - Не слышу ответа? – Толчок.

Девушка протяжно стонала, уже не пытаясь что-то ответить, покорно изгибая свое тело для новой порции ласк.

Теперь ты знаешь, что это такое, стонать от удовольствия подо мной.

Он рывком захватил ее голову и заставил полностью выпрямиться ее тело, не выходя при этом из нее.

Скажи, ты хотела этого, когда предпочла душ?

Нет, я не хотела тебя дразнить, - девушка пыталась выгнуться снова, чтобы Макс мог свободно двигаться в ней. Но любовник не давал ей это сделать, навалившись на нее всей тяжестью своего тела.

Ответ не верный. - Макс вынул свой член, и тут же просунул на его место несколько пальцев. Быстро и уверенно он стал массировать ее изнутри, одновременно ритмично прижимаясь к ее попке. – Попробуй еще раз.

Ох, Макс, я кажется сейчас… - стонала Варя, также ритмично подрагивая ягодицами навстречу его пальцам.

Это правильный ответ.

Он опять нагнул ее, вошел на всю глубину и начал методично и быстро доводить себя и ее до наслаждения. Девушка стонала уже беспрерывно, и вскоре к ее стонам присоединилось тяжелое дыхание Макса. Он был уже близок к кульминации, когда она взорвалась протяжным низким криком, и все внутри нее запульсировало, тесно обволакивая его. Он кончил вслед за ней.

Оба любовника замерли, стараясь продлить эти волшебные ощущения единения тела и души. Он вышел из девушки, развернул ее, поцеловал очень нежно и ласково и прошептал в маленькое розовое ушко:

– Я надеюсь, ты удовлетворена качеством моих услуг по помывке?

Она молча уткнулась ему в грудь и обняла. Возлюбленный закутал всю ее в полотенце, подхватил на руки и понес в спальню.

Варю разбудили лучи солнца, бьющие через идеально прозрачное стекло и вкусные запахи из кухни. Здесь тоже было огромное панорамное стекло, и город с высоты двадцатого этажа, весь залитый солнцем, выглядел прекрасно.

Макс уже готовил завтрак, а она могла понежиться несколько минут в кровати, осматривая спальню любовника. Удивительно, они встречались уже вторую неделю, а в спальне она только второй раз. Впрочем, ничего предсказуемого, скучного и неинтересного с этим мужчиной и быть не могло! Она хотела приключений, и получила. И она не будет думать, чем это все может закончиться и когда!

Спальня, как день назад успела отметить Варя, была истинно мужской, ничего кроме огромной черной кровати в ней не было. Не считая своеобразного предмета интерьера в виде большой постера на стене кроваво-красного цвета и в цвет ему – шторы на панорамном стекле.

«Цвет страсти» - усмехнулась Варя. Это цвет как нельзя больше подходил им сейчас. Заниматься любовью в душе – такое она видела только в кино. И даже не мечтала, что такое произойдет и с ней. Как оказалось, все зависело от мужчины! И в душе, и в бассейне, и среди морских волн, - все возможно, когда рядом с тобой и в тебе внимательный, нежный, а иногда грубый и страстный мужчина.

Встав с кровати, она застонала, вспомнив, что вся ее одежда в виде трусиков и лифчика в ванне, а все остальное, кажется, должно быть на диване. И, несмотря на вчерашнее магазинное безумие, сегодня ей опять совершенно нечего надеть! Надо будет брать свежие трусы с собой на работу, лениво подумала она и хихикнула, представив, как достает их по ошибке перед изумленными коллегами, вместо какой-нибудь папки с бумагами.

Оглянувшись в поисках хоть чего-нибудь, чтобы прикрыть наготу, она увидела рубашку  Макса.

«Классика», подумала она. Просто «Девять с половиной недель». Но надела рубашку и постояла минуту, наслаждаясь таким родным мужским запахом.

На кухне Макс в одних трусах жарил яичницу.

Где то я уже это видела, - подкралась к нему Варя и обняла за спину.

Макс выключил газ под сковородой, повернулся к ней и шумно и протяжно поцеловал.

Надеюсь в зажигательной порнушке? – он обнял девушку и медленно и со вкусом провел ладонями по ее бедрам.

А вот и нет. – Варя в ответ обняла его за талию и залезла за резинку трусов, - На своей собственной кухне.

На твоей кухне снималась порнушка? – продолжал шутить Макс, лаская ее обнаженные ягодицы, прижимаясь ее к себе все плотнее и жарче.

Почти.

Они опять поцеловались, на этот раз дольше и зажигательнее, Макс скинул с нее рубашку, она спустила вниз его белье.

Я думаю, что на моей кухне порнушка получится гораздо убедительнее, - прошептал он в ее порозовевшее лицо и уложил на стол.

Как скажешь, - откликнулась Варя и обхватила ногами его бедра.

Желание моей девушки для меня закон.

Ворвавшись в ее тело, он без паузы начал работать бедрами. Она выгнулась и ухватилась за край стола, попадая под солнечные лучи. Ее тело заблестело в жарком свете солнца и стало похожим на тело богини любви. Макс невольно сравнил себя с ее жрецом и от этой мысли возбудился еще больше. Его движения отзывались в ней сладкой негой и томлением, солнечное тепло пополам с наслаждением разливалось по венам, и было ощущение, что это любовь и эти движения продлятся вечно.

Когда все было кончено, Макс лег на девушку и уткнулся губами в ключицу.

Ты ведьма, - почти простонал он. – Как можно было из скромной девушки-журналистки стать такой ненасытной женщиной?

Варя счастливо рассмеялась, и обхватила его лицо руками:

Это ты виноват. Таких в 18 веке называли – совратитель.

Значит я совратитель, а ты невинная жертва, - он не удержался и снова поцеловал ее.

Да, совершенно невинная.

Когда они, наконец, встали со стола, Варе внезапно и очень сильно захотелось есть. Вытерев стол, она достала тарелки и чашки, Макс поставил чайник и выложил яичницу с беконом.

Не забудь взять у меня лекарство, - напомнил он, энергично жуя собственноручно приготовленный завтрак.

Ты не забыл! Ты просто волшебник! – обрадовалась Варя. Ей стало стыдно, сама совершенно забыла про лекарство, свалив всю ответственность на Макса. А, это между прочем, ее родители!

А я думал, я совратитель, - передразнил он.

Девушка перегнулась через стол, от души поцеловала его, нашла телефон и позвонила маме. Естественно, услышав о лекарстве, мама тут же распорядилась, чтобы Варя приехала на выходные

к ним на дачу. И когда дочка замолчала, применила безотказный прием:

Папа тоже тебя ждет, он уже соскучился. То каждые выходные приезжаешь, то уже полмесяца тебя не видели.

Мама, у меня работы непочатый край, - растерянно начала Варя, совсем по-другому планировавшая провести выходные.

Знаю, какой у тебя там край, – отрезала мать. – Приезжай, у нас лекарство заканчивается.

Хорошо, в субботу с утра я буду. – смирилась Варя, нажала на отбой и жалобно посмотрела на Макса.

Вполне логично, - подвел он итог ее бурному диалогу, - Не маме же ехать за лекарством. И лучше бы ты договорилась на пятницу. Я бы тебя довез. А в субботу уже не получится – первая половина дня занята.

- Я совершенно не хотела, чтобы ты меня подвозил. Твоих баталий с моей мамой я бы не перенесла. В нашу деревню очень хорошо ходит автобус - в 6 утра и в 5 вечера.

Тогда отпускаю тебя на сутки, - можешь ехать, - милостиво согласился Макс и подлил себе чай.

Слушаю и повинуюсь, мой господин, - улыбнулась Варя.

Всегда бы так! – кивнул Макс и спросил, - Планы на сегодня не поменялись? Суровое журналистское задание под названием «Блюз на веранде»?

Угу, - подтвердила Варя, доедая бутерброд. – А еще   киношка.

Киношка! – мечтательно протянул Макс. – Нет. На мелодраму меня уже не хватит. Стар я стал, обжиматься на диванах.

А на лавочках – не стар? – поддела его  Варя.

А на лавочке был экспериментальный процесс. Его надо будет отшлифовать и закрепить.

Не надо, - возразила смущенная девушка. – Давай лучше по старинке – в   кроватке.

Откуда такая старомодность?

Варя открыла рот, чтобы возразить, но у Макса зазвонил сотовый, и спокойное утро закончилось. Начались рабочие будни.

Приехав домой, и открыв в почту, она обнаружила десяток посланий от выпускающего с загадочными темами: «2 п. – 350 зн.», «8 п. – 120 зн.» «12-13 пп. – 500 зн. + - 10-20». Хотя ничего таинственного они не содержали. На 2 полосу нужно было сделать статью на заданную тему на 350 знаков, на 8 – 120, 12-13 полосы были тематическими, поэтому требовалась развернутая статья. Заварив чаю покрепче, Варя взялась за дело. Способность проработать целый день она выработала, еще будучи студенткой, когда нужно было обрабатывать большие массивы информации за короткие сроки. А при написании диссертации это оказалось неоценимым навыком. Вот и сейчас, Варя разогнула спину только после звонка редактора.

Отослав материалы, она два часа выбирала из новых нарядов подходящий и для кино, и для музыки. Это оказалось, на редкость сложно. Все купленное было замечательным, хотелось надеть все сразу, и Варя ощущала себя девочкой в шоколадном магазине.

В конце концов, она поставила на классику – белое с золотом. Шелковое платье, «цвета парного молока», как выразилась продавщица, с новыми босоножками и белым с золотом жакетом.

Кино оказалось концептуальным и скучным – женщина средних лет никак не могла решиться  на

любовь к молодому мужику, в результате он ее все-таки бросил и она, глотая слезы, поклялась больше никогда не любить. Все было снято в размыто-серых тонах на фоне вечного дождя и тумана. Варя с высоты своего счастья от всей души пожалела бедняжку, и пожелала быть проще. Теперь следовало все это закрепить, и пока она шла к красивому ресторану, где намечалась вечерняя тусовка, в голове уже оформилась рецензия.

Макс, вместе с начальником юридической службы разребался с завалами по долгам. Его юридические и финансовые отделы внимательно отслеживали просрочки по платежам, но все равно, решающее слово было за ним. Перелопатив гору документов, приняв несколько непростых решений и подписав тонну бумаг, Макс чувствовал себя выжатым как лимон.

Устал? - спросил его главный юрист Олег Бодягин. Они начинали практически вместе – вернувшийся после армии Макс, и свежевыпущенный юрист по гражданскому праву. Прошли огонь, воду и медные трубы и понимали друг друга с полуслова.

Да есть немного. – Макс не стал изображать несгибаемого олигарха. - Ты как нарочно накопил мне работы на середину недели.

Лучше на середину недели, чем на ее конец, - философски заметил Олег.

Пойду ка я, отвлекусь музычкой, а ты можешь философствовать дальше с финансовым отделом.

Как всегда, - также стоически ответил юрист. – Что за   музычка?

Ты не поверишь – джаз, - Макс полез в шкаф за свежей рубашкой.

Почему не поверю, поверю. – Олег, как и Макс предпочитал старый добрый рок, - Чего не сделаешь ради девушки.

Макс переодел рубашку, захватил пиджак, планшет с телефоном и кивнул юристу, прощаясь.

Цветы не забудь! – крикнул ему вдогонку друг.

Точно! Вот про цветы он забыл напрочь! Уже полторы недели знаком с такой удивительной девушкой Варварой, а цветов не дарил. И она не сказала, и даже не намекнула. Хотя как бы выглядел намек у Варвары, он представить не мог. Она все говорила честно и напрямик, даже вещи, которые, как она думала, могли быть ему не приятны.

Вот у других девушек намеки были вполне определенными: «Какая милая цепочка» или «кстати, сегодня распродажа». Его это всегда смешило и забавляло. Такое бесхитростное притворство он считал неотъемлемой частью любой женщины. А вот, оказывается, не любой.

По дороге в ресторан он заехал в магазин и, не особо оригинальничая, купил розы светло-розового оттенка, с маленькими  нежными бутонами.

Когда Варя пришла на вечер, веранда уже была заполнена народом. Дамы щеголяли в вечерних и коктейльных нарядах, и девушка порадовалась, что надела свежекупленное белое шелковое платье с новыми босоножками и жакетом. Она не увидела свободного столика, зато заметила редакционного фотографа и прошла к нему. Коротко поздоровавшись и посовещавшись, она отошла в сторону и попыталась писать в планшете на весу.

Через несколько минут она почувствовала чей-то взгляд и подняла глаза. У входа на веранду стоял Макс с роскошным букетом роз и смотрел на нее. У нее забилось сердце, и задрожали руки. Ей казалось, вся собравшаяся публика только и смотрит, как он подходит к ней, дарит розы и целует в губы. Раздался щелчок фотоаппарата.

Отличный ракурс, Максим Леонидович, - редакционный фотограф показал большой палец и, отвернувшись, продолжил снимать публику.

Великолепные цветы.

На сияющую Варю было приятно смотреть.

По какому поводу?

По поводу того, что я недогадливый глупец, совсем забыл, какая романтичная девушка просыпается каждое утро в моей постели, - серьезно ответил Макс, ласково проводя пальцем по ее щеке.

Не страшно. – прошептала Варя, поймала его пальцы и поцеловала их, - Ты заменил мне все цветы, - продолжила она, глядя в его глаза. Секунды складывались в вечность, потом Макс шумно вдохнул и разбил хрупкую невесомость чувств:

Может ну его, этот джаз?

Даже не начинай, - ответила смеющаяся Варя и с наслаждением понюхала цветы. – Лучше найди нам столик.

Будет исполнено.

Варя ошибалась. Вся собравшаяся публика на них не смотрела. Они привлекли внимание только двух женских особей, встретившихся у заказанного столика.

Две знакомые расцеловались, не касаясь щек и сели за стол. Пока они ждали заказ, перед их глазами разыгралась мелодраматическая сцена.

Моя журналистка, - как бы между прочим обронила Ксения (а это была Завьялова) собеседнице.

Да? Рядовая журналистка подцепила самого Максима Еремина? – ее собеседница недоуменно подняла брови, не веря своим ушам. – Надо же, прямо светиться вся от любви.

Ксения перегнулась через стол и заговорщицки прошептала:

Ну, разве могут мужчины упустить то, что плывет само в руки? Служебный роман.

А, тогда не страшно, - протянула ее знакомая. - Служебные романы легко возникают и точно также легко прекращаются.

Не знаю, что тебе и сказать, - продолжала ломать комедию Ксения. – Впрочем, приходи завтра в редакцию, сама все увидишь.

Да, буду в 12, как мы и планировали.

Собеседница взяла бокал с коктейлем, изящно отпила через соломинку и устроилась поудобнее, периодически наблюдая за влюбленной парочкой.

Ксения искоса смотрела на нее время от времени. Вот кто сможет отвлечь Макса от Вари – молодая современная хищница, не обремененная моралью, но сексуальная и смелая. Против нее у Варюши свет Николаевны никаких шансов. Если ей, Ксении Завьяловой запретили вступать в открытый бой, она будет действовать хитрее, чужими руками.

Впечатления от романтического вечера у Вари остались смешанные. Первые полчаса она совсем не слышала музыки, глядя только на розы и думая, какая она счастлива. Потом хриплый низкий голос певицы увлек ее на более чувственные мысли, и Варя, краснея, мечтала, как можно было бы заниматься любовью среди розовых бутонов.

Скосив глаза на Макса, опасаясь, как бы он не заметил ее сексуальных переживаний, она с

удивлением увидела, что он сидит в интернете с телефона. Любимый оказался не любителем джаза. Варя тронула его за рукав, дождалась пока он поднимет голову и улыбнулась, кивая на сотовый. Тот пожал плечами и коротко ответил:

Наслаждайся.

Она оценила терпение Еремина и пообещала себе после первого отделения уйти. Но в перерыве ее нашла Яна, а Макса обступили многочисленные знакомые. Вскоре они сидели за столиком уже вчетвером – с Яной и ее давним кавалером Алексеем и вечер прошел весело – во взаимных шутках и комплиментах.

Они возвращались домой к Максу уже по ночному городу. Прошел небольшой дождик, было свежо и прохладно, уставшая Варя торопилась перенести на планшет все свои впечатления и эмоции от музыки. Макс молча вел машину, но общее молчание не тяготило влюбленных, а было каким-то уютным и домашним. Как будто каждый понимал мысли другого и слова попросту были лишние.

Ванна или душ? - привычно спросил Макс, когда они попали в квартиру. Варя лукаво посмотрела на него:

Опять?

Он вскинул обе руки:

На этот раз все по-честному – только моемся и баиньки.

Смотри у меня, ты обещал, - шутливо погрозила ему пальцем Варя и поцеловала в щеку, - Я быстро.

Помывшись и замотавшись полотенцем, она вышла из ванны. Макс расслабленно сидел на диване, с расстегнутой рубахой и босой.

Или сюда, - позвал он, и Варя с готовность присоединилась, свернувшись клубочком рядом с ним

Они сидели, обнявшись, молча, любуясь на вид ночного города. Наконец, Варя первая не выдержала и полезла целоваться к Максу, благоговейно гладя его крепкие кубики мышц на животе.

А как же душ? – невинно спросил он, когда девушка, осмелев, села на него верхом и страстно поцеловал прямо в губы.

Ты упустил свой шанс! – пафосно заметила она и сняла с него рубашку. Запах мужчины, пусть даже не вымывшегося, а именно такой – с легким оттенком пота, усталости и мужского парфюма, - будоражил и пьянил. Они страстно целовались и паузы между поцелуями становились все короче, а воздуха, попадавшего в легкие – все меньше. Как-то само собой, незаметно пропало полотенце, и девушка с новой силой впитывала в себя ощущения от тела любовника – мощного и сильного, с гладкой ароматной кожей, которую хотелось пробовать и лизать.

Когда последние преграды в виде брюк Макса были преодолены, целоваться стало значительно легче. Руки влюбленных ласкали друг друга, не оставляя без участия ни одного участка тела. Возбудившись до предела, Варя сама, не дожидаясь любовника, насадила себя на его член и медленно повела в этом танце наслаждений, зафиксировав его руки на спинке дивана. Ей нравилось самой задавать темп и неторопливо ласкать и гладить мужчину, хватать его за волосы, вдыхая его запах, и двигать бедрами. Но ее верховенство продолжалось недолго – как всегда Макс, со словами: - Так мы провозимся до утра,- повалил ее на диван и сам взялся за дело, увеличивая скорость и глубину ударов. Варя закрыла глаза, вся отдаваясь первобытному чувству удовольствия, и вскоре низко застонала, признавая свое сладкое поражение в это вечной битве.

Оба уставшие, они тесно обнялись и задремали, пока Варя не проснулась от того, что у нее онемела рука. Она долго смотрела на своего мужчину, не решаясь разбудить его после такого трудового подвига, и, наконец, легонечко подула ему на лицо:

Пора в кроватку!

Слушая и повинуюсь, - сонно пробормотал Макс и через минуту пресытившаяся и довольная Варя засыпала в объятьях любимого мужчины, не подозревая, какие испытания им обоим несут грядущие дни.

Утро прошло в привычной суете: на этот раз Варя жарила яичницу, а Макс принимал душ.

Планы не поменялись? – спросил он во время завтрака.

Нет, работа и жаркая карибская ночь жаждут поглотить меня, - с сарказмом ответила девушка.

Вот угораздило меня связаться с такой дамой, со всем пылом отдающейся своей профессии.

По моему дама вчера отдавалась с пылом не только профессии, - смеясь, заметила Варя.

Хоть какой-то плюс, - также улыбнулся Макс. – Напомни мне время и место – заберу тебя из этого вместилища разврата и порока в районе 12 ночи. Раньше не смогу – надо съездить в соседний город, проконтролировать заказ.

Хорошо, - кивнула девушка, - Только не задерживайся, после полуночи обычно становится жарче во всех смыслах этого слова.

Боишься, что не удержишься?

Боюсь, что не дождусь тебя и сбегу пораньше.

Дома Варя привычно приготовила чай, с удивлением созерцая пустой холодильник. Живя на два дома, она совершенно забыла про покупку продуктов. На обед можно было сварить только пакет макарон, заедая их консервированной кукурузой. Поэтому поработав пару часиков, Варя выбралась в магазин за покупками. Звонок главного редактора застал ее между молочным и хлебным отделами, когда девушка сосредоточенно изучала процент жирности йогуртов.

Варвара Николаевна, требуется ваше присутствие на работе, у вас полчаса, чтобы придти.

Вот черт, в последние две недели Варя видела и общалась с Завьяловой чаще, чем за предыдущие полгода! Но, повинуясь неясному предчувствию, она заскочила домой и привела себя в порядок – очередное шелковое летнее платьице длиной чуть ниже колена с цветочным рисунком и любимые босоножки с золотом мгновенно подняли ее настроение.

Наряжалась она не зря. Судя по суете в офисе, предстояли фешн-съемки. К такому Варя уже присмотрелась, хотя поначалу не привычно было созерцать полуголых девушек, свободно передвигающихся между вешалок с одеждами. Поражал ее и контраст между бесцветными и невыразительными моделями до стилиста и визажиста и уверенными яркими красотками - после. А уже поправленный фотошопом результат на страницах журнала вообще имел мало общего с оригиналом! Поэтому все обычные Варины комплексы и мифы по поводу особенной красоты девушек с обложки улетучились быстро. Но выглядеть красиво не помешает. Особенно перед моделями.

Но когда она вошла в кабинет Ксении, все ее логические выкладки потерпели крах. На диване у главного редактора сидело само совершенство. Девушка ослепительной красоты и еще   более

обалденных форм. По настоящему красивая – почти не накрашенная, с яркими синими глазами, пухлыми губами, буйной копной рыжих волос, легким загаром, подчеркивающим ослепительно белую улыбку. Варя на таких красивых девушек всегда смотрела как на произведение искусства – не ревнуя и, упаси боже, не сравнивая с собой.

Варвара Николаевна, знакомьтесь. Это наша победительница интернет – конкурса «мисс Июнь» Марьяна Рыжова. Лицо обложки этого номера. Несколько разворотов с фотографиями, и в перспективе – контракт с рекламным агентством нашего холдинга. Марьяна – это Варя, наш журналист. Именно она возьмет у вас интервью.

Ксения так лучезарно и открыто улыбалась, что вся подозрительность Вари испарилась. Почти. Интервью с девушками она еще не делала, и мастер-класса по этому жанру журналистики ей никто не показывал. С чего бы Ксения именно ей поручила интервьюировать прекрасную Рыжову?

«Не надо быть параноиком» - сама себе ответила девушка и подошла к будущей звезде обложки.

Добрый день, - радушно улыбнулась Марьяна. Варя улыбнулась в ответ, гадая, насколько дороже простенькое платье победительницы ее тоже недешевого наряда.

Интервью проблем не составит, решила она. Ответы у подобных звездочек одинаковы - «люблю своего молодого человека, котят и мир во всем мире» или «увлекаюсь фитнессом и йогой».

Однако новая девушка поразила ее и на этот раз. У нее оказалось здоровое чувство юмора и самоиронии.

Я уже пять лет занимаюсь модельным бизнесом, поэтому отвечу сейчас на все стандартные вопросы, которые обычно требуются для анкеты, а вы спросите потом, все что нужно дополнительно, - белозубо улыбаясь предложила она, после того как девушки устроились в кабинете Ксении, и Варя включила диктофон.

Я прошла кастинг в модельном агентстве еще в школе в пятнадцать лет и продолжала подрабатывать, когда поступила в институт.

В каком институте вы учитесь?

Я могла уехать в Москву или Питер (ну конечно, усмехнулась про себя Варя) но не стала покидать родной город. Я учусь на факультете экономики и финансов Политехнического института, на втором курсе.

«Значит ей всего девятнадцать лет», - подумала Варя и не удержалась:

Серьезный факультет.

Конечно, - снисходительно ответила Марьяна. – Я не собираюсь работать моделью всю жизнь. Гораздо лучше узнать все тонкости профессии, а потом специализироваться на одном из направлений в модной индустрии.

Умненькая девочка.

А ваши увлечения?

Я очень люблю подвижные виды спорта – для ощущения адреналина и силы. Зимой езжу на горных лыжах. В основном в Карпатах, иногда выбираюсь в Альпы, после сессии, в основном.

«Ну конечно, куда же еще ехать российской студентке, как не в Альпы», - саркастично подумала Варя. Ее симпатии по отношению к девушке стали резко таять.

Летом обожаю заниматься яхтингом.

Чем? – не выдержала Варя.

Яхтингом, - удивленно повторила Марьяна, - Это управление яхтами.

Я знаю. У вас есть своя яхта?

Есть у родителей. Но я уже давно живу самостоятельно, поэтому чаще всего катаюсь на яхтах друзей.

Варя на секундочку представила себе мир, в котором у родителей и у друзей есть яхты, где белозубая и рыжеволосая Марьяна может беспрепятственно заниматься яхтингом, совершенствуя свой и без того совершенный загар. Мир был настолько далек от Вари, и всего, чем она дорожила, что даже смысла не было из-за этого переживать. Зато этот мир был родной для Макса – мелькнула подлая мыслишка. Мелькнула и тут же спряталась.

И вам нравится?

Конечно! Это так захватывающе! Ветер и солнце, брызги в лицо, натянутые снасти поют как струны.

Боже мой, внутренне скривилась Варя, она еще и косит под романтику.

Это почти как конный спорт, но гораздо лучше!

Вы и  на лошадях катаетесь?

Каталась. Чтобы регулярно выезжать, нужно делать это часто, а для этого желательно иметь свою лошадь. Но я уже упоминала, что живу своими средствами и это пока мне не доступно.

«Скромное обаяние буржуазии», - иронично подумала Варя.

Я очень рада, что наши съемки для журнала будут проходить на яхте вашего хозяина, то есть босса, - поправилась Марьяна, внимательно глядя на Варю.

Та слышала о съемках на яхте Макса впервые, но сделала вид, что эта новость ее не удивила.

Вы там были? – также внимательно глядя на девушку, спросила Марьяна.

На яхте? Да была, - небрежно ответила Варя.

«Вот так, я тоже кое-что знаю и могу», - подумала она, и даже позволила себе добавить:

На закате в море очень красиво.

Не сомневаюсь, - кивнула Марьяна.

Она смотрела на журналистку, которую ей показала Ксения еще вчера, на вечере джаза, и не видела в ней ничего, что могло бы привлечь такого богатого самоуверенного плейбоя, каким был по слухам Макс Еремин. Свежее личико, неплохая фигурка, умненькая, наверное. Но лет ей уже 25 как минимум, и ни лоска, ни умения себя подать в ней нет. Случайная связь? Мимолетное увлечение? Наверное.

Тем легче будет разбить эту несуразную пару. Марьяна знала твердо, если она захочет мужчину – она его получит. Так было всегда. Никакой мужчина не окажется от прямого предложения, от нее, Марьяны Рыжовой.

Марьяна, все уже вас ждут, фотограф готов, – заглянула в кабинет секретарша. Девушка белозубо улыбнулась и прощебетала:

Пора блистать, труба зовет! Еще увидимся!

Варя поднялась и как приклеенная поплелась за Марьяной. Та прошла по этажу, завернула в зал для совещаний и съемок и вскоре шокированная Варя увидела, что та, ничуть не смущаясь толпы народа, остановилась перед вешалкой с одеждой и скинула свое «простенькое» платьице. Фигура у нее оказалась еще лучше, чем Варя думала.

Крепкая молоденькая спортивная фигурка, такие еще называют «фитоняшами». Потрясенная Варя даже заметила кубики на прессе! У нее самой был аккуратный животик, который она любила – года два назад ее вес был не таким оптимальным, как сейчас, и только резкое ограничение в еде и прогулки пешком позволили ей вернуться в форму.

Но физическая форма модели была выше всяких похвал! Даже сравнивать нечего. Это Варя поняла уже давно – худенькая девушка спортсменка и просто не толстая дама отличаются друг от друга и визуально и на ощупь. Она сама была дамой приятной во всех отношениях, и насчет своей фигуры никогда комплексами не страдала, но тут сравнение было явно не в ее пользу.

Она возвращалась в свой кабинет со смешанным чувством. Обычная модель, пусть даже чуть более красивая, чем ее предыдущие товарки, чуть более умная и самоуверенная. Но эта грядущая съемка с Максом (а он наверняка будет присутствовать на яхте!) беспокоили ее гораздо больше, чем она хотела себе признаться.

Марьяна – это не вытравленная худая Илона. Эта штучка будет пострашнее всех Илон и Ксений вместе взятых. Настроение моментально упало, и даже грядущая карибская ночь в одном из модных клубов города не в состоянии была исправить его. Ей нужен был Макс!

Вместо того, чтобы быстро собраться и уйти, она села за свое рабочее место и зашла в интернет, с чувством, что открывает ящик Пандоры. Так и есть. В контакте и в фейсбуке на своих страничках Марьяна была звездой. С вечной белозубой улыбкой, с бьющей в глаза энергией юности, на яхте, на лыжах, на мотоцикле, на лошади, в гоночной машине. Марьяна в коже, в джинсе, в купальнике, в длинном, в коротком. И даже Марьяна полуобнаженная!

В эти фотографии Варя всматривалась особенно пристально, но и здесь не нашла к чему придраться. Фотографии были сделаны профессионалом, видно было одновременно все, но и скрыто немало – оставалась манящая загадка, тайна, за которую знатоки ценят настоящие эротические фотографии.

Созерцание всего этого не прибавило уверенности в себе, и Варя уже час сидела бесцельно на работе и гипнотизировала телефон. Вопреки всей логике их отношений, когда они перезванивались только по делу и не присылали друг-друг умилительные СМС-ки про зайчиков и солнышек, ей очень хотелось, чтобы Макс позвонил. Или написал. Хоть что-нибудь. Именно сейчас, когда у них все очень хорошо, Варю медленно, но верно поглощало предчувствие неминуемой катастрофы.

Великолепный секс, умный мужчина, легкое и непринужденное общение – последние две недели были сказкой. Сказкой для умненьких и романтичных дамочек, которые могут поверить в любовь, но уже давно не верят в принцев. Потому что принцев не существует, а есть реальные мужчины со своим сложным характером, принципами и независимостью. И все это можно потерять одним единственным скулящим звонком; «Милый, скажи, что ты меня любишь!»…

Не навязываться, не мешать, не осложнять жизнь – насколько глупые и в тоже время западающие в душу советы глянцевых журналов, которые она сама же и пишет, черт возьми! Это все не верно, нельзя висеть в безвоздушном пространстве и мучиться неизвестностью. Как хочется   убедиться,

что ты единственная и будешь ею долго в обозримом будущем, несмотря на все ослепительные Марьяны и Илоны! «Позвони сейчас, позвони, пожалуйста!»

Звонок телефона раздался настолько неожиданно, что Варя даже испугалась. Не может быть! И правда не могло – это звонила Яна.

Привет, подруга, краем уха услышала, что ты тоже будешь на «Карибской ночи»?

Да, Ксения послала ни с того, ни с сего. – Варя перевела дух, поняв, что это не Макс. Все-таки совпадение было бы слишком мистическим.

Замечательно. Ты с Максом?

У него дела, он меня только заберет, в лучшем случае.

Ладно, тогда мы за тобой заедем, будь готова в половине одиннадцатого. И не забудь купальник!

Вот купальник Варя не хотела брать в любом случае! Хотя она хорошо знала, что изюминкой ночного клуба «Парадайс» был бассейн на крыше одного из торгово-развлекательных центров города, но купаться ночью в компании сомнительных подвыпивших личностей – не было предметом ее мечтаний.

Да и, честно говоря, не хотелось ей ни купаться, ни тусоваться, ни танцевать, а свернуться клубочком подле Макса и гладить его теплые мускулистые руки, обнимая плечи, и лохмача его шевелюру.

Придя домой, она с сомнением оглядела свой новый гардероб, уже весь переворошенный перед блюзом, и так неубранный после этого в шкаф. Платья, юбки и блузки были развешены на плечиках повсюду – на шкафу, на спинке кровати, валялись на комоде. Разобраться во всем этом великолепии было сложно, но Варя остановилась на укороченных белых джинсах с новыми босоножками и ярко-алом топике на тоненьких бретельках. Лифчик сюда уже никак не помещался, и несколько минут Варя крутилась перед зеркалом, пытаясь понять – видно, что она без нижнего белья, или нет.

Ванна и новый маникюр запланированы не были, но девушка упрямо их сделала тоже. Остаток вечера она решила посвятить прическе и макияжу – процессу, который ей никогда особенно не удавался. Вспомнив уроки Яны, в основном состоящие из междометий и восклицаний, волосы она уложила с помощью мусса и лака, в отличие от обычных дней, а на лице изобразила боевой раскрас.

«Зачем и для кого я так стараюсь, - мелькала у нее мысль. Еще вчера я бы просто накрасилась и причесалась, а сегодня сижу у зеркала битый час, как школьница перед выпускным!»

Не привыкшая врать себе, Варя призналась – это все из-за Марьяны. Эта красивая, и что уж там скрывать, умная девушка невольно подстегнула все ее чувства, испытываемые последние дни. Она хотела нравиться Максу! Она хотела быть для него единственной и неповторимой! Она любит его!

Черт! Варя застыла перед зеркалом как пораженная громом. Любит. Она любит. Она влюбилась в самого неподходящего человека на земле – бабника и плейбоя Макса Еремина. Конечно, с ней он был милым и обаятельным, не считая той сцены на стоянке и потом в машине.

Да и секс с ним нельзя назвать «милым». Он сокрушающий! Переворачивающий мир! Захватывающий и прекрасный. Может, она просто любит заниматься сексом? Варя с надеждой посмотрела на себя в зеркало. Она взрослая зрелая женщина, почему она просто не может любить заниматься сексом? Почему нужно придумывать себе любовь и плакать от жалости к себе? Не выдумывать и не домысливать! Все идет куда нужно, а если нет – об этом она подумает потом!

На такой оптимистичной ноте позвонила Яна, и Варю умчали в логово ночи с манящим и жарким названием «Карибы».

Народу в клубе было действительно многовато. Они с фотографом прошли по удостоверениям прессы, а вот остальные уже выстроились в приличную очередь, это при том, что стоимость билетов была не из дешевых.

Варя, почти сразу упустив Я ну с Лешей из виду, потолкалась в одном зале со светящимся шариком под потолком, потом в другом – с маленькими круглыми сценами, где извивались в пароксизме танца девушки в купальниках. Везде было очень кучно, тесно, масса народу веселилась, все столики были заняты и у Вари вскоре начала болеть голова от громкой музыки и еще более громких криков разогретой толпы.

«Вот такая она тусовщица, - с невеселой ухмылкой подумала Варя. - На яхте ее тошнит, на вечеринке болит голова, а лошадь наверняка меня сбросит при первой же попытке на нее залезть!»

Она с трудом пробралась на крышу. Здесь было потише, но и народу было не меньше, чем внизу. Центром притяжения общего внимания был огромный бассейн неправильной формы с подогретой прозрачной водой. В нем уже плавали смелые русалки в купальниках, и их немногочисленные кавалеры. У бассейна стоял бар, где все плавающие и танцующие могли заказывать напитки, всюду висели гирлянды и фонарики, стояли шезлонги и столики со стульями – вечеринка была в самом разгаре.

Надумав взять хотя бы один коктейль, Варя решительно направилась к бару. И буквально столкнулась с Вадимом, фланирующим в обнимку с двумя девицами. Выглядел он уже изрядно поддатым, да и с девицами обжимался так откровенно, что Варя уставилась на них во все глаза. С ней Вадим публично никогда даже целоваться не хотел!

Карамышева! Какими судьбами? Что, бросил тебя хахаль и теперь пытаешься мужика снять? – Вадим нес такую откровенную чушь, что Варя, сморщив носик, решил пройти мимо.

Куда это ты собралась, моя хорошая? Мы еще не договорили! Выпейте девушки за мое здоровье, - с этими словами Вадим сунул несколько мятых купюр девушкам в руки и те умчались быстрее ветра.

А ты слушай меня! – он схватил ее за руку и больно сжал. – За вещами своими можешь не возвращаться, я все смыл в унитаз.

Не засорился?

Что? – бывший осоловело посмотрел на  нее.

Я говорю, не засорился унитаз? – Варе было больно и страшно, но она храбрилась, надеясь, что на многолюдной вечеринке с ней ничего не произойдет и Вадим суме сдержать себя в руках.

Ах ты, дрянь!

И Вадим начал ругаться грязно и страшно, а Варя в который раз подумала, что совершенно не узнает этого человека. При ней он не позволял ни одного грубого слова!

Когда он ее куда-то потащил, она попыталась сопротивляться, за что была схвачена за вторую руку, и вдобавок ей выворотили кисть. Он приставил ее к бортику небольшой сцены и потянулся руками к лицу:

Все вы бабы грязные б… и ты не исключение.

Схватив ее лицо, чтобы она не дергалась, он навалился на нее и попытался поцеловать. Варя от

отвращения зажмурилась и каблуком изо всех сил ударила по его ноге.

- С…!

Он замахнулся, чтобы дать ей пощечину, Варя с испугом вжалась в стену и тут ее бывший улетел в сторону, а на его месте очутился Макс.

Ну, ты даешь, Варвара! Стоит тебя оставить на полдня, как к тебе тут же липнут как мухи на мед всякие проходимцы.

Цепко окинув ее взглядом, и отметив, что все в порядке, он повернулся к встающему после удара Вадиму, и спокойно смотрел, как тот пытается восстановить центр тяжести. Когда он, пошатываясь, подошел ближе, сжимая кулаки, Максим резко, почти не замахиваясь двинул ему по челюсти так, что тот пролетел пару метров и упал прямо в бассейн.

Остальные гости ничего не заметили и купание в воде одетого мужчины сочли очередной шуткой. А Варю трясло. Она беспомощно смотрела на Вадима в бассейне, потом на Макса и не могла выдавить ни звука.

Тихо, тихо, девочка моя! – заметил ее состояние Макс. – Все уже кончено, он уже не доплывет.

Макс обнял и прижал девушку к себе, и она разрыдалась, с облегчением утыкаясь в родную рубашку и вдыхая такой знакомый запах своего мужчины.

Где ты был? – с отчаянием рыдала она.

Все прошло, моя хорошая, все закончилось! Я же не знал, что ты участвуешь в грандиозных разборках. Спешил изо всех сил и почти успел.

Варя была так напугана, что голос разума к ней не пробивался. Поэтому Макс стал проталкивать их к выходу, пррижерживая девушку у своей груди. Они вышли через запасной вход и очутились на лестнице пожарного выхода. Вокругтне было ни души

Варя еще несколько минут бурно рыдала, потом стала икать, и к своему ужасу ощутила, что ей очень хочется закатить истерику. Она сдерживалась сколько могла, но это было выше ее сил, и рыдая, она закричала ему прямо в лицо:

Вы все мужчины грубые животные! Макс изменился в лице:

Ну, бывший твой понятно, но я то причем?

Вы все делаете только так, как хочет ваша задница! Ты захотел меня поиметь тогда ночью в доме и поимел. А этому захотелось мне отомстить – и он тоже не стал противиться своему желанию. Вы одинаковые.

Не неси чушь! – начал заводиться Макс, хотя прекрасно понимал, что с истерикой женщины спорить бесполезно. – Ты сама была тогда явно не против!

А если бы я была против, ты меня бы изнасиловал? – уже кричала Варя.

Макс не выдержал, развернул ее к себе спиной и крепко прижал к своему телу.

Что ты знаешь о насилии, маленькая девочка из офиса? Ты даже секса настоящего не знала до встречи со мной, а смеешь упрекать меня в насилии? – прорычал он ей на ухо, сильно до боли сжимая в объятьях.

Он вдохнул аромат ее волос, перемешанный с запахами клуба – сигаретами и алкоголем, перед глазами встала драка с ее бывшим, и эта смесь запахов и адреналина подействовала на него   как

красная тряпка на быка.

Макс, - разом ослабев и растеряв весь пыл, попыталась сказать она, - Я не хотела…

Помолчи!

Он прижал ее к перилам лестницы, нагнул, сдернул топик на шею и, схватив за грудь, прошептал на ухо.

Правда состоит в том, что ты с радостью будешь делать все, что я тебе скажу!

Нет, - Варя простонала, потому что все, что он говорил, действительно было правдой.

И ты будешь подчиняться мне и стонать подо мной, что бы я ни делал!

С этими словами он спустил ее брюки вместе с трусиками, Варя услышала звук молнии, и через секунду удар пронзил все ее существо! Такого болезненного и одновременно сладостного ощущения она не испытывала никогда! Она ухватилась за перила, нагнулась еще больше и от второго удара-проникновения застонала в голос.

Нравится? – Макс крепко держал ее тело, не давая шанса сдвинуться с места. – Тебе нравится? Не слышу ответа?

Да!

Что? – еще один удар бедрами.

Нравится!

Это правильный ответ! – И Макс заработал бедрами в быстром и неотвратимом ритме, приближая эту дикую вакханалию к одной единственной возможной развязке. Варя стонала от новых ощущений, одновременно крепко вжимаясь в мужчину, изо всех сил цепляясь за перила, и стараясь получить максимальное удовольствие. Кончили они разом и, обессилев, Варя повисла на согнутых руках, не в силах не говорить, не стоять.

Ты выбрал очень эффективную методику избавлять дам от истерики, - охрипнув от криков, проговорила она.

Я тоже так думаю.

Макс развернул ее лицом к себе и крепко страстно поцеловал, без тени нежности и раскаяния. А Варе оно было не нужно. Он поставил на ней свою метку «занято» и она неожиданно почувствовала спокойствие и умиротворение.

Возвращай все на место! – она глазами показала на топик и брюки, и ее повеление было исполнено тщательнейшим образом.

Запомни, то, что произошло между нами две недели назад, не было случайностью, иначе утром мы оба сделали вид, что не знаем друг друга. У нас все получилось иначе.

Макс выговаривал это спокойно и серьезно, держа свою девушку в объятьях.

У нас все получилось так спонтанно, что я до сих пор не могу поверить. – смущенно призналась Варя, утыкаясь в его рубашку.

Я уже понял, что ты вечно сомневающаяся филологическая барышня, но дело в том, что я терпеть не могу женских истерик. И если ты захочешь порыдать – так и скажи. А еще лучше – начинай сразу с причины рыданий.

Я буду носить с собой табличку «Внимание, истерика!» - ответила девушка, обнимая Макса. – Но пока я не познакомилась с тобой, меня девушки за волосы не таскали, и не пытался избить бывший.

Да, я главный виновник твоих бед. – торжественно провозгласил Макс. – Теперь тебе стало легче?

Намного, - улыбнулась девушка и наконец подняла на него глаза. Макс смотрел на нее с выражением лица «дай мне терпения», и она виновато улыбнулась в ответ.

Домой? – покончил с нежностями  мужчина.

,- Да.

Дома у Макса Варя захотела принять ванну, а Макс, естественно, взялся ей все объяснить и показать, и в результате оба оказались в ванне и в пене.

Тебе хорошо со мной? – то ли спросила, то ли утвердила Варя.

Сидеть спиной к любимому в кольце его тесных рук и ног было невыносимо приятно. Их обоих скрывала вода, и Макс медленно водил мыльной мочалкой по телу девушки.

А разве этого не видно? – вопросом на вопрос ответил Макс, сильнее прижимая ее к себе, чтобы она физически ощутила его возбуждение.

Не видно, но ощутимо, - передразнила его Варя.

Почувствуй его на полную глубину, - шепнул Макс в ее порозовевшее от горячей воды ушко.

Прямо в ванной? - ахнула Варя.

Какая разница? – мужчина настойчиво провел по изгибам ее тела снизу вверх, и, дойдя до груди, медленно с чувством стал сжимать и ласкать два соблазнительных полушария. Варя со стоном изогнулась.

Это же неудобно, - возразила она для порядка, зная, что опять не откажет любимому.

А ты попробуй, - опять шепнул Макс и его руки от груди перешли к бедрам и ниже. Он раздвинул и согнул ее ноги, вынудив встать на колени, и слегка наклонил вперед. Поддаваясь требованию его рук, Варя схватилась за края ванны, изогнулась и медленно с тайным чувственным наслаждением насадила себя на полностью готовый ее принять член.

Умница.

Голос Макса был слаще меда и в дополнение к своей похвале он лизнул ее мокрую спину, а руками обхватил ее ноги в месте, где их тела соединялись. В тишине окутанной паром ванной, прерываемой только плеском воды от движений их тел, Варя особенно остро ощутила возбуждение, которое теплая вода только усиливала.

Двигаясь вверх-вниз она сосредоточилась на точке внизу живота, из которой волны возбуждения разносились по всему телу, и где мужские пальцы ласкали ее жадно и бесстыдно. На этот раз Макс не торопился сменить позу, да это было и не обязательно, Варя вела к оргазму их обоих, умело балансируя на грани наслаждения, не убыстряя темп, снова и снова возбужденно скользя на члене любовника, слушая его учащенное дыхание и сопротивляясь торопящим рукам. Вскоре, оба ощутили приближение финала, и Макс жестко зафиксировав ее тело, несколькими движениями своих бедер завершил начатое девушкой.

Закончив, Макс не вынимая члена, расслабленно откинулся на бортик ванны, а Варя обессилено облокотилась на свои руки.

Прислушиваясь к звенящему удовольствию в своем теле, она с удивлением ощутила болящие коленки – в противостоянии мужского и женского начала они пострадали больше всего и теперь напоминали о себе.

Угадай, что у меня сейчас болит? – улыбаясь, спросила Варя

М-м-м, дай подумаю, - Макс провел пальцами вдоль позвоночника любимой. – Если ты спрашиваешь, значит явно что-то не стандартное. – Попа? – и он обеими руками с силой сжал соблазнительную часть ее тела.

Колени, извращенец! – со смехом возразила Варя.

Значит, сегодняшнюю помывку объявляю успешной! Если у девушки болят колени, мой день прошел не зря!

Грубый, пошлый мужской юмор.

Ты предпочла бы на моем месте женщину, - сощурившись, спросил с шутливой угрозой Макс.

Нет, мой повелитель, вы как всегда правы!

Когда сияющая Варя была обернута полотенцем и принесена в спальню их ждала уютная знакомая постель. Оба легли, и, засыпая в объятьях любимого, она с усмешкой вспомнила свои дневные страхи. Все было удивительно хорошо.

Следующее утро хорошими новостями не обрадовало. В душе Варя поняла, почему последние дни у нее была резкая смена настроения, беспричинные истерики и беспокойство. Да, это был он. Великий и ужасный ПМС. Вдобавок позвонили с работы и предупредили, что ее ждут для срочного редакционного задания. Поэтому завтрак прошел быстро и по-деловому. Когда Варя, зная свое состояние наперед, попросила у Макса таблетку обезболивающего, он удивился, но быстро смекнул, в чем дело и даже пошутил:

Меня ждет пять дней целибата? Варя уныло возразила:

Целибат это надолго, а у нас просто воздержание.

Опять твои филологические штучки?

Это было бы смешно, если бы не было так грустно.

Макс, наконец, догадался повнимательнее посмотреть Варе в глаза, и заметил в них печаль и уныние.

Только не раскисай! Давай я тебя сегодня в деревню к маме отвезу на машине, чтобы ты по автобусам не толкалась?

Варя подумала, что это будет наихудшим способом провести выходные – без секса, без любимого, и согласилась.

Дома она переоделась и, подозревая, что Ксения загрузит ее работой по полной, поэтому она может не успеть зайти домой, захватила вещи для деревни.

Так и получилось. На работе как всегда безукоризненно выглядящая Ксения Завьялова прочла ей лекцию о недопустимости лени и надавала кучу статей. А когда Варя заикнулась, что на выходные планировала уехать к родителям, медово улыбнулась и милостиво разрешила сделать то, что успеет сегодня в редакции, а остальное – перекинуть по интернету в субботу.

Варя ушла в свой кабинет, недоумевая о причинах такой странной покладистости, а Ксения мысленно потерла ручки и правильно предположила, что в субботу на даче Макса Вари не будет, и ничто не помешает провести фотосъемку Марьяны так, как нужно. А нужно – без лишних свидетелей, аккуратно и красиво. Дача и яхта – в полном распоряжении Макса, его унылой и стеснительной подружки не будет. Операция «так не доставайся же ты никому из нас» - началась.

Ничего не подозревающая Варя трудилась весь день как пчелка. И когда позвонила Яна, с вопросами про уик-энд, все честно ей выложила.

А не рановато ты к маме решила ехать, подруга? – в голосе Яны слышалась задумчивость. – Говоришь Марьяна Рыжова? Знакомая фамилия. Я тебе перезвоню.

Через час она перезвонила и в ходе бурного монолога Варя узнала, что госпожа Рыжова являлась единственной и любимой дочкой начальника департамента имущественных и земельных отношений мэрии города. «Так вот откуда у родителей яхта, а у дочки такие дорогостоящие развлечения» отстраненно подумала Варя.

Далее она узнала, что к ногам прекрасной Марьяны падали чуть ли не столичные артисты и местные министры, и в копилке местной красавицы уже есть несколько побед на всевозможных конкурсах. Последний титул был «Мисс университет». Ничего из этого радости и уверенности Варе не прибавило. Она вяло отказалась от предложения Яны к родителям не уезжать, а заявиться на яхту Макса и зорко следить за потенциальной разлучницей.

Если я не буду ему доверять – значит, нет смысла ни в чем, - заявила она.

Доверяй, но проверяй, - выдала подруга оригинальную и свежую мысль.

Варя спорить не стала. После разговора с Яной ощущение будущей неминуемой катастрофы усилилось, но она списала все на свой слезливый период. Вечером ей позвонил Макс, и она с легким сердцем попрощалась с коллегами и села в машину, не видя, каким взглядом с третьего этажа ее провожает Ксения.

Опять плакала? – грозно спросил Макс, глядя на ее измученный вид.

Нет, просто устала. Ксения загоняла в край, еще и завтра работать придется, - вяло ответила Варя.

Правильно. Состояние настоящего журналиста – либо в цейтноте, либо в запое. Запоями ты не страдаешь, значит, остается работать.

Спасибо, ты меня очень поддержал, - саркастически ответила она.

Когда приедешь обратно? И показывай дорогу, мы уже выезжаем за город.

Пока Варя объясняла, как проехать, Макс заносил дорогу в навигатор. Доехали быстро, и девушка, задремавшая от ровного хода машины, долго не могла понять, что от нее требуется. А Макс спрашивал – стоит ли ему заходить на дачу и знакомиться с ее родителями. Она пришла в ужас. В ее состоянии поджатых губ и презрительных взглядом мамы она бы не перенесла, поэтому влюбленные расстались у забора, долго перед этим обнимаясь и целуясь.

Я буду скучать, – честно сказала Варя, заглядывая Максу в глаза.

Ты не успеешь – два дня пролетят очень быстро, - заверил он, и еще раз поцеловав ее на прощание, умчался в своей большой машине.

Только через пару минут девушка поняла, что он в ответ не сказал «я тоже».

Родители встретили ее радостно. Мама упрекнула, что дочка их не предупредила о приезде, и тут

же надела фартук и позвала на кухню - печь пирог. Отец, улыбаясь, показал ей новую скамейку, собственноручно сделанную за две недели в своей маленькой мастерской.

У родителей в деревне было тепло и уютно. Домик был небольшой – старый деревенский, где жилая часть вся сосредотачивалась вокруг большой печи. Большое пространство было перегорожено хлипкими фанерными перегородками на четыре части – кухню и три комнаты.

Маленькая Варина комнатка, где она ночевала еще в детстве, когда жива была бабушка, не изменилась. Все также громко тикали часы, лежали на половицах многочисленные пестрые половики, сияли белизной накидушки на подушках и смотрели с многочисленных фотографий на стене молодые бабушка и дедушка.

Как бабушка вышла за деда в восемнадцать лет и была уверена, что он ее судьба на всю жизнь? Родила ему троих детей и была счастлива в этом маленьком домике, в не бог весть, какой большой деревне? Как вообще люди женятся, не боясь совершить ошибку, остаться у разбитого корыта с раненым сердцем? За размышлениями о трдуностям выбора и семейного счастья, Варя сама не заметила, как уснула, укрывшись уютной бабушкиной шалью и мама, которая пришла звать ее на чай с испеченным пирогом, не стала ее будить и лишь укрыла одеялом.

В субботу она проснулась рано, и еще долго лежала, наслаждаясь деревенскими звуками утра: криками петухов, звяканьем ведер и мычанием коров. Запивать вчерашний пирог свежим молоком было неописуемо вкусно, и Варя в приливе трудового энтузиазма проработала несколько часов кряду.

Интернет на даче работал плохо, и ей, как в старые добрые времена пришлось пройти пол деревни, прежде чем нашлось нормальное место для связи. Отправляя сделанные статьи, она не удержалась и зашла в инстаграм Марьяны, справедливо рассудив, что девушка обязательно выложит фотки сегодняшнего дня.

Так и было. Селфи с визажистом, с Ксенией, с фотографом. Дальше шла очень красивая фотография яхты Макса с ним самим на переднем плане. Он был великолепен – в белых джинсах и белой летней рубашке с короткими рукавами, наполовину расстегнутой, растрепанные волосы и прищуренные глаза. Фотография была подписана интригующе «пойду поговорю с хозяином этой шикарной яхты, а вы, мои зайчики, ждите новостей».

Варя с пылающими щеками закрыла интернет. «Ждите новостей»???? Каких, к черту, новостей? Очень захотелось позвонить Максу и поинтересоваться этим безобразием, но она благоразумно сдержала свой порыв, и чтобы не поддаваться соблазну, оставила телефон дома и ушла на речку.

Купаться в своем состоянии она не рискнула, нашла укромную полянку, постелила захваченное из дома покрывало, и открыла любимую, не один раз читанную книгу Джейн Остин «Эмма». Остин много раз буквально вытаскивала ее из тоски и одиночества, и сейчас, когда ей предстояло два дня прожить без любимого, она было то, что нужно.

Макс, утра уже успевший заехать в офис, сейчас занимался крайне муторным но необходимым делом – помогал съемкам будущей звезды номера своего журнала. Идею съемок на яхте ему подала Ксения еще месяц назад – для июньского номера яхта как нельзя больше подходила и антуражем, и возможным пейзажем. Море, паруса, красивая девушка – журнал должны были раскупить моментально.

Поэтому он, вместо того, чтобы нежиться у бассейна с любимой девушкой, занимался, по сути, собственным бизнесом. Он спустился по трапу, подал руку и помог забраться на яхту всей честной компании – Марьяне, стилисту, фотографу с ассистентом и Ксении, выразив удивление насчет  ее

присутствия. Ей удалось убедить его, что только она знает, сколько фотографий и на фоне чего нужно сделать, и они устремились в открытое море. Отплывать далеко Макс не стал, и, бросив якорь, пригласил всех наверх.

Марьяна, уже переодетая в купальник, подошла к Максу.

Будем знакомы, - просто и не жеманясь, подала руку она, - меня зовут Марьяна. А вы счастливчик, что владеете такой красавицей, - и она изящно обвела рукой вокруг себя. Ее грудь при этом всколыхнулась, и чуть было не вылетела из купальника, что не ускользнуло от внимания как мужчины, так и Ксении, наблюдавшей неподалеку.

«Молодец, девочка! Только не переигрывай и скоро Макс сам не заметит, как попадет в силки и завязнет, не в силах выбраться на волю. Зато ловушка будет такой сладкой и медовой!»

Мне самому она нравится, - продолжал разговор мужчина, - Меня зовут Максим Еремин.

А я знаю, - уже немного с другой интонацией промурлыкала Марьяна и задержала его руку. – Много о вас наслышана.

Я не такой плохой, как о мне говорят, а еще хуже, - дежурно отшутился Макс.

Он правильно уловил интонацию девушки. Пожалуй, она была самой красивой из тех, кто встречался ему за последнее время. Пухлые губы, большие глаза, фигура выше всяких похвал. Никаких недостатков, и судя по всему – никаких комплексов.

Работайте, не буду вам мешать, - добавил он и ушел в рубку. Девушка проводила ему веселым взглядом: - мужчина отреагировал как нужно, да и кто бы пропустил такое зрелище – слишком тесный лифчик и грудь, стремящаяся наружу! Сейчас главное сделать все правильно.

Пока фотограф приноравливался в свету, устанавливая фильтры и белый экран, Марьяна смотрела на воду, стоя прямо напротив рубки, великолепно зная, что Макс смотрит на нее.

Он смотрел на упругий и загорелый зад Марьяны и уныло думал, что Варя бы так стоять не стала, повернувшись задницей к незнакомому мужчине. И вообще, ее задницу видел только он и, может быть, пара тройка других счастливчиков. И почему он стоит здесь и пялится на роскошную телку, когда мог вместе с Варей обжиматься у него на даче в гамаке?

Если рассудить спокойно, то пару недель назад он бы, не задумываясь, заменил Илону на Марьяну. Девица была роскошной, молодой и породистой, наверняка с ней было бы не скучно в постели. Он на миг представил их обнаженными и Марьяну сверху. А потом снизу. А потом сбоку. А потом на коленях с открытым пухлым ротиком, которым она, он уверен, умеет действовать. Картинка была, что надо и в штанах предсказуемо произошел нормальный физиологический процесс.

Он ни минуты не сомневался, что стоит ему подать знак – и в руки упадет спелый плод, причем тут же, не выходя с яхты. И она не будет грозно хмурить брови, и обвинять его в совращении бедных дев. Может, стоило даже попробовать – мелькнула крамольная мысль. Эх, Варя-Варя, почему она ему встретилась со всеми своими сексуальными заморочками, принципами и скромностью? Что он теперь будет делать с ней и со всеми остальными бабами в мире?

«Ты ей ничего не обещал» - шепнул внутренний голос, и Макс молча с ним согласился. Марьяна повернулась и облокотилась на перила так, что грудь стала на один размер больше. «И ты сам решаешь, с кем хочешь переспать в данный момент» - Макс согласился и с этим аргументов.

«Давай, действуй! - Не могу. Не могу, - вдруг отчетливо понял мужчина. - Даже не хочу». Все, что может произойти, он уже ярко и отчетливо представил в своей голове и мог с точностью до минуты расписать свои и ее дальнейшие действия. Смысла, кроме кратковременно полученного удовольствия, в них не было никакого. Долгосрочных перспектив –    тоже.

«А с Варей у тебя есть перспективы? - не унимался внутренний голос. – Есть», - признался он сам себе. И он хочет, чтобы они были. Решив для себя моральную дилемму, он спокойно вышел на палубу, и некоторое время понаблюдал за начавшимися съемками. Девушка, конечно, была профессионалкой. Ни одного лишнего движения и некрасивой или неловкой позы. Все отточено и изящно. Фотографии получатся на ура, номер раскупится как горячий пирожок, рекламодатели выстроятся в очередь и они подпишут контракт. Замечательно.

В перерыве, гадая, куда скрылся Макс, Марьяна подошла к Ксении. Та удобно расположилась в шезлонге на палубе и не думала никем руководить.

Как успехи? – лениво поприветствовала она модель.

Как обычно. Работа есть работа. А где Макс?

Поищи его внизу, наверное, занимается делами, как всегда.

Девушке понравилась эта светлая мысль, тем более ей нужно было сменить купальник вдали от посторонних глаз. Она спустилась по ступенькам и нашла его внизу, действительно работающего за ноутбуком. Он отстраненно улыбнулся.

Мне нужно переодеться, ты не против? – спросила Марьяна, растягивая слова и глядя ему прямо в глаза. После последнего слова она легонечко язычком облизала верхнюю губу и оставила открытым ротик самую малость.

Макс усмехнулся и сказал, не двигаясь с места:

Я выйду.

Нет, ты мне не мешаешь, - также пристально глядя ему в глаза, ответила Марьяна. И не давая ему возразить, одним изящным движением расстегнула и сняла лифчик.

Макс не ожидавший такой подлянки, задержал дыхание, а девушка подошла, и проводя пальчиком по его груди, хриплым голосом попросила:

Помоги снять трусики.

Понеслись секунды, пока они смотрели друг другу в глаза – Макс изучающе, Марьяна с вызовом.

Я думаю, ты справишься сама, - он отнял от себя ее руку, и аккуратно обойдя девушку, вышел наверх.

Это было неожиданно. Честно говоря, такое было впервые – чтобы мужик, видя голую Марьяну, отказался от продолжения! Да все остальные исходили слюной уже при одном взгляде! Что с этим Ереминым не так? Может она повела себя слишком прямолинейно, а он не любит нахрапистых дамочек? Ерунда, ни один мужик не устоит перед прямым предложением. Это на словах они все охотники, а стоит только свистнуть – бегут роняя тапочки. Что случилось в этот раз?

Про Варю Марьяна даже думать забыла. Разве можно было сравнивать это серую моль с ней, шикарной моделью? Но остальные причины тоже не подходили, и всю дальнейшую съемку у Марьяны был задумчивый вид, что придало фотосессии особую пикантность.

Макс же безуспешно пытался дозвониться Варе и сердился, потому что она не брала трубку.

Когда съемки закончились и Макс благополучно доставил всех в свой дом, он подчеркнуто не общался с Марьяной, а говорил исключительно с Ксенией, и через час, когда остался один скинул СМС-ку Варе: «Я уже скучаю».

Варя, с удовольствием провалявшись всю первую половину дня на травке, обед и вторую половину дня посвятила прополке огорода. Это трудоемкое занятие как раз подходило ее раздраженному состоянию, когда ничего хорошего в голове не было, а были только междометия и восклицания. И даже любимая книжка не смогла ее успокоить. Когда отец стал топить баню, она все-таки решилась проверить телефон, не надеясь ни на что. Ее ждал сюрприз – «Я уже скучаю».

Мир сразу заиграл новыми красками, дышать стало легче, и Варя немедленно набрала заветный номер.

Привет, я телефон дома оставила и СМС-ку увидела только что, - скороговоркой выпалила она при голосе любимого. И не стала добавлять, что телефон оставила специально, чтобы не смотреть на него поминутно, надеясь на ласковое слово.

А я уже решил, что ты там останешься доить коров и кормить поросят, - ворчливо ответил Макс, не скрывая радости.

У нас нет ни коровы, ни поросят. У нас есть только большой жирный котяра, который за поросенка сойдет. И я тоже очень, очень соскучилась!

Когда тебя завтра забирать? - перешел к делу Макс.

Я приеду сама. Постараюсь поговорить с мамой и объяснить ей все, что нужно. Но она очень консервативна в своих взглядах и, боюсь, результат мы увидим не скоро. С ней все очень не просто и самый лучший способ справиться – время и терпение.

Хорошо, когда будешь в городе - звони.

За оставшийся вечер субботы она помылась в бане. Париться не стала, потому что от духоты и влажности у нее сразу закружилась голова. А потом они с родителями долго пили горячий чай, заваренный со свежими листиками земляники, и ели новый пирог. Варя незаметно вывела их на воспоминания об юности, и отец с удовольствием погрузился во время, когда он ухаживал за мамой. Он с радостью вспоминал какая она была гордая и неприступная и как он часами мог стоять под окнами ее аудитории. Раскрасневшаяся Ольга Алексеевна краснела как девочка и постоянно ахала, особенно в тех частях рассказа, которые по ее мнению, абсолютно противоречили реальности.

Воскресенье прошло упоительно прекрасно. Соскучившийся Макс подхватил Варю прямо на автовокзале и сразу увез за город. Они весь день ели мороженое, валялись на многочисленных гамаках на веранде, посмотрели два уморительно смешных фильма, содержание которых тут же вылетело у Вари из головы. И, конечно, вволю целовались и обнимались. Даже зная, что на сегодня секс не предусмотрен, влюбленные чувствовали удивительный покой и единение. Варя не стала спрашивать о съемках на яхте, а Макс лишь в общих словах обрисовал работу для журнала.

Она твердо пообещала себе не изводить Макса глупой ревностью, и даже словечком не упомянуть о Марьяне Рыжовой. Съемки были вчера и всего лишь на полдня, а они с любимым – сегодня, и это реальность.

В понедельник обычная планерка ознаменовалась необычным редакционным заданием в конце. Безукоризненная Ксения в небесно-голубом хлопковом костюме, поблагодарила всех, участвовавших в субботней фотосессии людей, и отметила их глубокий профессионализм. А подготовить материал предложила Варе и приятно улыбаясь, вручила ей флешку с уверениями, что только она справится с подписями под фотографиями героини будущего номера - Марьяны.

Варя, сразу поняв, что Ксения любитель сыпать соль на раны, взяла флешку без писка, и шла к своему кабинету, внутренне улыбаясь. Она спокойно просмотрит сто тысяч снимков прекрасной модели и даже не вздрогнет. После фотографий обнаженной Марьяны, которые она видела на  ее

собственной страничке в сети, никакие другие уже не способны поразить ее воображение. Как она думала на тот момент.

Почти так и получилось. Марьяна на фоне парусов, в одном купальнике, в другом, в легком платьице, в платке – зрелище было завораживающе красивое. Фотограф постарался на славу – слепящая белизна неба и резкая синева моря сходились в точке горизонта и отчаянно боролись за право быть лучшим фоном для женственности, грации и обаяния.

Варя не знала мужчины, который бы устоял перед таким. Хотя нет, с единственным исключением она вчера обнималась целый день. «Все дело в искусстве фотографа. На самом деле вся эта божественность улетучивается, стоит девушке открыть рот», - со злорадством подумала она.

На прекрасную Рыжову ушло два часа. Просмотр красивых фотографий не утомлял, но все же, лицезреть постоянно ослепительно улыбавшуюся красотку Варе стало тяжеловато.

Она уже хотела попить чаю, когда на флешке обнаружила папку с надписью «Марьяна_фото_2». Кликнула мышкой и сначала ничего не поняла. Нет четкой красивой картинки, как на предыдущих фотографиях, все мутно и снято не в фокусе. А когда присмотрелась – сердце замерло.

Все фотографии шли в строгой последовательности: Марьяна стоит в каюте Макса в купальнике, вот она протягивает к нему руку, трогает за грудь, улыбается, снимает лифчик, подходит…

Варя листала фотки с лихорадочным, почти безумным отчаянием, не обращая внимания на боль в груди. «А грудь у нее красивая, хотя и не в фокусе» - мимоходом про себя отметила она. Вот Марьяна опять протягивает руку и Макс берет ее!!!! И шагает к ней!

Дальше фотографий не было. И Варя мгновенно поверила, не думая, не рассуждая, что фотки есть и всего остального, что произошло в каюте. Просто неизвестный «доброжелатель» не стал выкладывать оставшееся.

Варя откинулась на стуле, слушая бешеный стук своего сердца. Это все-таки произошло! ЭТО ВСЕ- ТАКИ ПРОИЗОШЛО! Он переспал с прекрасной Марьяной, а потом как ни в чем, ни бывало, отправил Варе СМС-ку. Ее начало колотить. Как, оказывается, больно видеть это все и осознавать. Предательство и обман. Зачем? Разве такой человек, как Макс Еремин не мог ей честно сказать – не было никакой любви, я просто спал с тобой эти две недели, пока не подвернулась более подходящая кандидатура?

И неужели ей было бы от этого легче? Нет, конечно. Ей было бы также больно, но это было бы честнее для всех. Честнее? Переспать с другой, и послать ей СМС-ку «я уходу»? Ни разу не честнее. Такие вещи нужно говорить лично, в глаза, чтобы видно было выражение этих таких любимых и родных глаз!

Стоп. А как бы она пережила это признание? Как она отнеслась бы этой никому не нужной честности?

Варя запуталась. Ей было больно и плохо физически, в голове было пусто, и мерзко похохатывала гаденькая догадка, почему продолжения на фотографиях нет. Либо неизвестный доброжелатель ее пожалел, либо он, точнее она сейчас явится, чтобы лично продемонстрировать все остальное.

Варя придвинулась к экрану и машинально скопировала самую острую фотографию, где любовники уже были готовы завалиться на диван каюты. Она нарочно увеличила фото и теперь во всех подробностях могла его рассмотреть.

Макс стоял спиной к фотографу, и Варя не видела его лица. А Рыжову было видно прекрасно – ее крепкую грудь с темными коричневыми сосками и пресловутые кубики пресса. И выражение ее лица – хищное и зовущее – тоже прекрасно угадывалось по фотографии. Глаза Вари раз за разом

возвращались к этой сладкой парочке, и с каждым взглядом в ее вены впрыскивался яд.

И, как она предполагала, в кабинет величаво вплыла Ксения. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять – девушка фотографии видела. Все. Ей на секунду даже стало жалко молоденькую дурочку. Как она могла тягаться с ней – умной и хитрой Завьяловой! Варя сидела, съежившись и обхватив себя руками, разом подурнев и постарев. Поделом! Не надо было переходить ей дорогу!

Как тебе фотографии?

Это твоих рук дело? – бесцветным голосом спросила Варвара.

Ну что ты, анонимный доброжелатель прислал их с анонимного почтового ящика, - пропела Ксения.

Фотографа легко вычислить, на яхте было ограниченное количество человек.

Не умничай! – резко осадила ее главный редактор. – Лучше подумай о новом месте работы. Теперь, когда твое место занято, Макс вряд ли вообще вспомнит о том, что была такая журналистка Карамышева.

Ты сама утверждала, что он никогда не путает работу и личную жизнь.

Варя не понимала, зачем и для чего она возражает Ксении. Все было понятно и без слов. Ее вышвырнут пинком под зад, и вместе с любовью она потеряет и работу. Замечательное будущее. Впрочем, потеряв Макса, ей уже не боялась ничего.

Вот именно! – прошипела Ксения, склонившись к ней. – Так что твою судьбу решаю я. Собирай свои вещички и пошла вон!

Последние слова она выговорила с особым удовольствием, но Варе уже было все равно. В висках стучала кровь, в горле застряли все слова, в голове билась одна мысль – «Макс!» Макс, Макс, Макс! Позвони, приди и скажи, что все это страшный сон и кошмар!

Ксения обошла Варю как неодушевленный предмет, ловко извлекла флешку и грациозно удалилась. Душа пела, и впервые за две недели ей дышалось широко и свободно. Краем уха она услышала звонок по мобильному Варвары и усмехнулась. Сейчас будет спектакль, но это уже не интересно.

По такому случаю у нее была припасена бутылочка очень вкусного и очень дорогого вина, и она сделал то, что позволяла себе крайне редко – заперлась в кабинете и выпила бокал. Не чокаясь, за преждевременную, но очень долгожданную гибель любви Варвары Карамышевой и Макса Еремина!

Варя долго смотрела на голосящий сотовый, поражаясь упорству звонящего, и, в конце концов, сняла трубку.

Привет! Что трубку не берешь? Заработалась? – послышался такой родной и любимый голос.

У Варвары разом хлынули слезы, и она несколько секунд молча глотала их, тщетно пытаясь выдавить хотя бы звук. Макс слушал, пытаясь понять причину ее молчания. Пауза затягивалась. Наконец она собралась с мыслями и произнесла, продираясь через вязкий и тягучий кисель муторных слов:

Не звони мне больше никогда, пожалуйста.

Очень аккуратно нажала на отбой, а потом также тщательно отключила телефон.

Твою-то мать! – от души выругался Макс, услышав Варины слова. А после коротких гудков ему

захотелось шваркнуть сотовый о стену. Удержался он только из-за того, что с утра был на рабочем месте и уже битый час подписывал бумаги.

Антонина Петровна, главный бухгалтер холдинга, удивленно подняла брови, но благоразумно промолчала.

Это я не вам, - заверил он ее.

Она кивнула, забрала документы и поспешно вышла.

«Что за хрень собачья! Как он не любил все эти швыряния телефонами, непонятные претензии: «Ты меня не любишь!» и истерики на ровном месте! Неужели нельзя было объяснить все по- человечески, в чем проблема, а уже потом выставлять счет? Что за странная девушка Варвара?»

Внутренний монолог взбесил Макса еще больше, чем предлог для него. Пришлось лезть в дальний угол за сигаретами, что он делал только в крайнем случае. Но даже сигарета не помогла. Наоборот, от гадостного вкуса во рту стало еще противнее на душе.

Он ненавидел все эти бабские непонятки, намеки и обиды. Обычно, при такой непроходимой и нелогичной тупости он говорил все свои эмоции вслух, и если девушка не понимала, не звонил неделю, а иногда и больше. И обиды проходили волшебным образом у всех, но потом уже Максу было не интересно общаться с такой девицей.

И сейчас у него возникло дикое искушение поступить также – не звонить, игнорировать, ждать. И дождаться звонка с той стороны со сбивчивыми и невнятными «прости меня».

Или не дождаться… Варя может и не позвонить, вдруг отчетливо понял он. Если она решила, что он где-то накосячил, она не позвонит. С ее дурацкими принципами – не покупать с ним одежду, не знакомить с мамой, не пользоваться преимуществами знакомства с боссом. И принципы совсем не дурацкие, а самые что ни на есть нормальные, но человек с такими тараканами в голове обижается всерьез и надолго, и не разыгрывает мнимую обиду после отказа купить очередной красивый браслетик.

Макс со стоном сел на диван и обхватил голову. Он вспомнил, как она рассердилась на такую милую сцену их «повторного» знакомства на планерке после веселого уик-энда. Рассердилась, а не обрадовалась, что случайно переспала с большим боссом. Как яростно шипела на него в кинотеатре. А потом повела слушать соловья.

«Черт! Он поедет сейчас в офис и вытрясет из нее всю душу! Чтобы она не смела устраивать ему сцен, никогда и ни по какому поводу. Иначе сцену устроит уже он, и тогда они точно разбегуться!» Приняв такое парадоксальное решение, Макс быстро собрался и через пару минут уже ехал в редакцию.

Ксения Завьялова в очередной раз полюбовалась на снимки Марьяны и Макса, а потом аккуратненько удалила их с компа и из фотоаппарата. Теперь копии остались только на флешке, которую Макс никогда не увидит. Да и не захочет видеть, наверное.

Все дальнейшее Ксения видела ясно: Варя предъявляет претензии Максу, обвиняет во всех смертных грехах. Он этого страшно не любит, и на все истерики у него разговор короткий – дверь с той стороны. Что за фотография и откуда, он даже разбираться не станет, сочтет очередными девичьими фантазиями. Варвара девушка с принципами, первая не позвонит и жаловаться на увольнение не станет. Он – тем более.

И все-таки жаль, что модель и Макс не переспали. Ксения до последнего верила, что перед

Рыжовой не устоит даже босс, признанный плейбой и бабник. Тем более все его предыдущие пассии были именно такого плана – красивые, искушенные в любви и интригах.

На яхте Ксения все продумала: заняла удобное положение для съемок, заранее открыла окно в каюте, как смогла навела объектив… И надо же - такой облом! Наш влюбленный удержался. Чем его приворожила Варвара Карамышева – не понятно. Зато ясно – удержать она его не сможет, не та у девушки хватка.

Все готово, поле расчищено, нет ни Марьяны, ни Варвары и на сцену вступает она – Ксения Завяьлова. И уж теперь она не упустит своего счастья!

Варвара тупо сидела перед компьютером, все еще уставившись в сохраненную фотографию сладкой парочки. Встать она не могла, все тело дрожало, а в мозгах была пустота и маленький скулящий голосок, который монотонно повторял: «предательство, предательство, предательство». Хотелось крикнуть изо всех сил: «Заткнись, сама виновата! Сомневалась, не верила, не считала достойной? Вот теперь получи и распишись. Что же теперь делать, а?»

Заходили коллеги, видели ее странное состояние и аккуратно выходили вновь, шло время, а она как будто впала в прострацию. Ничего не хотелось делать - ни плакать, ни кричать, ни думать. Хотелось покоя и тишины. В таком состоянии она даже не заметила звука шагов и громкого хлопка открывающейся двери, и с удивлением увидела Макса, садящегося на стул перед ней.

Он был в бешенстве. Повернув ее к себе лицом, он спросил, еле сдерживая гнев:

Что за истерики?

Варя не понимая, смотрела на него. Он что, будет все отрицать? И даже не догадывается, по какому поводу она могла порвать с ним?

Терпение у Макса уже не то, что кончилось, а пошло в минусовую степень.

Я жду! – проорал он.

Она молча ткнула пальцем в монитор. Одного короткого взгляда мужчине хватило, чтобы оценить ситуацию. Варя увидела фотографии короткого стриптиза Марьяны, решила, что они переспали друг с другом, и не разобравшись, не поговорив с ним, поверила неизвестному шантажисту.

Он даже не понял, что обидело его больше – ее мгновенная вера в то, что он может трахать все, что движется, или то, что после мнимого греха он не признался ей, то есть поступил подло вдвойне!

Он молча смотрел на такую несчастную, съежившуюся Варю и не находил от возмущения слов. Наконец он выдавил:

Давай уточним. Ты считаешь, что я переспал с Рыжовой, и эта фотография тому доказательство? Варя обреченно кивнула.

Других фотографий моей якобы «измены» ты не видела? Опять кивок.

Потому что их не было! – взревел он. – Я не спал с этой моделью, если тебе интересно мое мнение. Но оно, похоже, тебе не интересно, потому что ты сразу поверила непонятно кому! А не мне, понимаешь, не мне!

Она стояла перед тобой голая, - тихо возразила Варя.

Ну и что! Ты знаешь, сколько у меня было таких девиц? И на что они могут пойти ради выгодного контракта? Знаешь?

Макс орал на Варю, с удовольствием смотря, как от криков у нее на глазах выступают слезы. Поделом!

Нельзя быть такой легковерной и доверчивой! Тебя развели как ло… , - он поперхнулся, - Как неопытного человека, а ты даже не попыталась поговорить со мной!

Варя уже рыдала вовсю.

Со мной ты тоже переспал, когда у тебя уже была Илона.

И на другой же день она об этом узнала и убралась. Все по-честному.

Почему ты мне не сказал о Марьяне, у нас бы тоже было все по-честному, - между рыданиями попыталась выдавить девушка.

Потому что не о чем было говорить! – опять закричал Макс. – Как ты не можешь понять! Я никогда не стал бы врать, и не буду тебе врать, а скажу все, как есть.

Этого Варя уже выдержать не могла. Плача в голос и осознавая, как это чудовищно выглядит со стороны, и как мерзко и жалко выглядит она, схватила со стола сумку и встала:

На надо вообще ничего говорить. Я не хочу ничего слушать.

Прекрасно! Можешь и дальше сочинять невесть что! Я перед тобой оправдываться больше не собираюсь.

Заплаканная Варя пролетела по коридору редакции, напугав своим видом Эллу Безбородько, и побежала домой, почти не видя дороги из-за слез.

Взбешенный Макс остался сидеть на стуле, оглушенный скандалом, который сам же и устроил. То, что девушка не приняла его версию событий, было понятно. И будет рыдать весь оставшийся день - тоже. Ничего, порыдает и может в мозгах что-то прояснится!

А вот откуда появилась пресловутая фотография, еще предстояло выяснить. Он посмотрел на ее характеристики. Nikon Coolpix P610. Он помнил, что этот фотоаппарат покупался в редакцию, а для себя штатный фешн-фотограф запросил целый набор фотоаппаратуры марки Kodak. Значит, фотографа можно вынести за скобки, тем более бросить свою аппаратуру на яхте, чтобы снимать в три погибели у окна каюты он не мог в принципе.

Ассистент вообще не при делах. С какой стати ему фотографировать его и Рыжову, чтобы потом переслать это его девушке? Остается Завьялова. Все распланировала, подкараулила, захватила с собой фотоаппарат. Думала, он переспит с моделькой, а она поймает его на горяченьком.

Макс до боли стиснул зубы, и несколько раз с силой провел руками по лицу. Какая хитрая и подлая с…ка! А он предупреждал ее не лезть. Сколько, оказывается дурости и гнили может быть в профессиональной и умной бабе. Уму непостижимо! Пять лет совместной работы, кучу бессонных ночей, понимание с полуслова – все продала ради своего передка.

Макс не стал медлить. Мгновенно приняв решение, он предпочел не откладывать неприятную миссию и зашел в кабинет Завьяловой. Та сидела за столом и, как ни чем ни бывало, правила верстку очередного номера.

Максим Леонидович, как приятно вас видеть в этом кабинете, - радушно встретила его она, но увидев выражение лица, поперхнулась на последнем слове.

Они оба молчали, пока он аккуратно усаживался на стул напротив.

Зачем? – спросил он коротко, устало глядя на нее.

Не понимаю, о чем ты? – фальшиво удивилась Ксения, гадая, почему он вообще пришел. Разве он не должен был после грандиозного скандала, крики которого донеслись даже до ее кабинета, проклясть всех женщин на свете и уехать заливать свое горе вином? Девяносто процентов ее знакомых мужчин так бы и поступили, но только не этот сукин сын!

Ах, ты не понимаешь! – внезапно заорал Макс, - Редакционный фотоаппарат сюда, живо!

Вся аппаратура у фотографа, ты же знаешь, - попробовала возразить Завьялова.

Не строй из себя дуру! Где редакционный Nikon?

Ксения встала, на ватных ногах дошла до полки и подала фотоаппарат Максу.

«Ничего страшного, - уверяла она себя, - фотографий нет ни там, ни в компьютере, а значит, с меня взять нечего».

Тот зашел в настройки, пощелкал пару минут и жалостливо посмотрел на Завьялову.

Ты даже не догадалась сделать другую нумерацию для тех снимков? Твоя последняя фотография была под номером 0005267, а то, что удаленные снимки будут иметь нумерацию, следующую за этим, ты понять не смогла?

Ксения похолодела. Макс внимательно следил за ее реакцией и удовлетворенно кивнул.

То есть снимки за номером 0005273 могли быть сделаны только с твоего фотоаппарата – это понятно?

Ксения молча сидела, пока еще не осознавая всей величины свалившейся на нее катастрофы.

И знаешь что самой обидное? – вкрадчиво, почти ласково произнес Макс, наклоняясь к ней. – Что ты руководствовалась обычной бабской ревностью, но подставила меня как босса и как руководителя компании. И теперь я не смогу тебе доверять ни в чем.

Макс, подожди, - хрипло попыталась объяснить Ксения.

«Я люблю тебя уже давно и безнадежно! И это был мой последний шанс встряхнуть тебя! Показать, что я, я самая незаменимая женщина на свете. Тот, кто будет любить тебя как никто и никогда!» Эти слова ей хотелось выкрикнуть ему, но из горла вырвался только невнятный сип. Да и Макс не дал ей ничего сказать.

Раз ты такой специалист по планированию, значит, я поступаю так. Назначаю аудит с завтрашнего числа, после выпуска очередного номера. Аудит пройдет плохо, в этом я уверен, или даже хорошо, но для тебя это уже не будет иметь значение. По прошествии аудита ты будешь уволена с треском. И я думаю, что нам с тобой будет тесно не только в одном холдинге. Но и в одном городе. Можешь собирать вещички.

Ксения дрожащими пальцами достала сигарету, долго не могла выбить пламя у зажигалки и закурить. Наконец, справившись, она втянула дым и почти равнодушно (как ей казалось, она прекрасно держала себя в руках) спросила:

Любишь ее?

Макс вскинулся, а потом нарочито спокойно ответил:

С какой стати я должен отчитываться перед предателями и шантажистами?

Не отчитывайся, - горько усмехнулась Ксения. Внутри у нее все дрожало, но она из последних сил надеялась, что это Максу не заметно. – Просто Варя у нас девушка с принципами и такого она тебе не простит. Так что миссию свою я выполнила.

И стоила твоя миссия всего этого? – равнодушно спросил Макс.

Не знаю, - подумав, честно ответила Ксения. – В любом случае, спасибо тебе за эти пять лет. Это было классно.

Пока ты сама все не испортила, - скривившись, проговорил мужчина.

Да, пока я сама все не испортила.

Она сглотнула горячий ком, почему то образовавшийся внутри. Ком остался на своем месте, но подозрительно зачесались глаза. «Неужели она сейчас разреветься на глазах у Еремина?», с ужасом подумала Ксения.

Верстка номера здесь, файлы в компе на диске С. Желаю удачи, - проговорила она и, подхватив сумку, быстро вышла из кабинета.

Оставшийся один, Макс вздохнул, несколько минут смотрел на потолок, а потом достал сотовый. Надо было разруливать ситуацию.

Дома Варя, не раздеваясь, легла на диван и с головой укрылась пледом. Ее всю морозило, хотя на дворе стоял яркий теплый день. Июнь баловал солнцем и отсутствием затяжных дождей. Июнь! Она ошеломленно скинула одеяло и уставилась в потолок. Не может быть! Она прожила и прочувствовала целую жизнь! И эта жизнь уместилась в две недели. Как там говорила Яна: «будет, что вспомнить?» Да, такое не забудешь.

Варя снова укрылась одеялом и на нее нахлынули воспоминания. Короткие картинки их с Максом романа мелькали как в калейдоскопе – яркие и живые. Вот он насмешничает в первый день над ней и своим журналом, а ночью показывает залив и одновременно целует в шею. А вот они обнаженные купаются и занимаются любовью на берегу. А соловьи в парке? Душ и ванна в его квартире, лестница в клубе. Машина после драки на стоянке.

Варя покраснела и натянула одеяло на пунцовые щеки. С ним все было прекрасно и даже завораживало своим бесстыдством. С ним она стала совсем другой. Раскованной, смелой, страстной. Влюбленной? «А если бы тебе предложили все переиграть и выбрать – отказаться от романа с Максом, или остаться с Вадимом, что бы ты сделала?» - проснулся тоненький внутренний голосок.

Она, ни секунды не сомневаясь, ответила на собственный вопрос, – конечно, заново пережила бы все моменты нового романа. С Максом она парила и летала в невесомости. Она была счастлива! Вот оно. ОНА БЫЛА СЧАСТЛИВА.

И почему же она мгновенно и безоговорочно поверила коварной Завьяловой с ее постановочными фотками? Почему не смогла включить голову и хотя бы спросить у Еремина причину измены? Если она была. А если не было?

Варя со стоном перевернулась на диване и взбила подушку руками. Марьяна разделась перед Максом – это факт. Смог ли он устоять перед искушением и удержаться? Весь ее опыт написания статей в глянцевые журналы вопил, что ни один мужчина такого сделать не в состоянии. Мужчины полигамны по своей природе, их цель – осеменить как можно большее количество женщин   и

оставить как можно больше после себя потомства, эта и остальная чушь прочно засели в ее голове и не желали выходить.

А отец? Он же живет с мамой уже больше тридцати лет и счастлив и доволен. Если бы он изменил маме, она бы выгнала его взашей, зная ее характер. Значит не все мужчины такие? Значит, есть исключения? А может ли красавец (что тут скрывать!) и мачо Макс Еремин быть этим самым исключением?

Варя не могла ответить на этот вопрос. С одной стороны, он переспал с ней, будучи связан с Илоной. Но он сам это сделал, без каких либо намеков со стороны Вари. Значит, если он САМ примет решение, то выполнит его, не колеблясь. Подталкивать его к чему-либо бесполезно. Поэтому, голая Марьяна могла хоть стриптиз сплясать на его столе – это еще ничего не значит.

А при попытке Завьяловой уволить ее в первый раз – он так возмутился, что даже Варе стало жалко бедную Ксюшу. «Лучше бы он уволил главного редактора уже тогда!», в сердцах подумала девушка.

Так что же делать? Слезы уже давно высохли, глаза жгло, но идти умываться не хотелось. Хотелось порыдать еще всласть, но проснувшийся разум не позволял и этого, потихоньку выдвигая на поверхность одну здравую мысль.

« Варя, ты идиотка!» - вдруг отчетливо поняла девушка. Он действительно не врал ей! Потому и разозлился так сильно, ругался и орал! Если бы измена была, он с холодным видом сказал ей «до свидания» и помахал ручкой, как своей бывшей пассии.

Это она все испортила своим недоверием и обидчивостью. А больше всего – комплексом неполноценности, который попыталась запихнуть поглубже, но, видимо, плохо старалась! Презрительные усмешки Завьяловой, покупка платьев, драка с Илоной и рукоприкладство бывшего

все работало против нее.

А разве все было так плохо? Она только что, несколько минут назад поняла, как была счастлива! И не только из-за прекрасного феерического секса. Такой чуткий и умелый партнер ей попался впервые, хотя опыт ее, скажем прямо, был не особенно богатым. Помимо секса им было просто хорошо вдвоем. Смеяться, есть, смотреть кино, гулять и просто общаться. И как, как она могла все испортить недоверием и непониманием???

Изумленная своим простым открытием Варя кинулась к сотовому, чтобы позвонить Максу. Включила, зашла в телефонную книгу и остановилась. После всех огульных обвинений она не может вернуться назад. Любимый обиделся на нее и поделом. Сама виновата.

Слезы опять полились из глаз, и девушка легла на диван и незаметно для себя, уснула. Ей снился Макс, ласково обнимающий ее со словами - «Иди ко мне, солнышко ты мое сомневающееся», Ксения, со злорадной ухмылкой, которая хотела заставить ее посмотреть другие снимки, почему то не попавшие на флешку, а она упиралась и кричала, что все равно верит Максу. Марьяна с голой грудью, и почему- то верхом на лошади.

Посреди всего этого кошмара Варю разбудил телефонный звонок.

Привет, Варюш, - весело пропела Яна и замолчала, услышав еле слышный ответ Вари, а потом явные всхлипы.

Ты что? Что случилось?

Но Варя уже безостановочно плакала, разом вспомнив все события прошедшего дня, и тогда Яна задала главный вопрос:

Он тебя бросил, да?

Нет. Я его.

Не поняла. Что значит ты его?

Я увидела фотографию и подумала, что он виноват. А он оказался не виноват…

Яна ничего не поняла из сдавленных отрывистых реплик подруги, поэтому сказала единственное, что можно было сказать в такой ситуации:

Жди меня, я скоро буду.

Она приехала, как только смогла, с учетом своей работы в банке. К этому времени Варя уже наревелась вволю, сняла измятое платье, умылась, надела свою любимую байковую пижаму и закуталась в платок. Ее по-прежнему знобило, поэтому она поставила чайник и разыскала в недрах пустого холодильника маленькую шоколадку.

Когда она догрызала последнюю дольку, в дверь позвонила Янка. Варя открыла дверь и увидела подругу во всеоружии – с бутылкой мартини и тортиком.

Ты собралась праздновать мой разрыв? – невесело спросила Варя.

О, уже шутим, значит все не так беспросветно, - бодро ответила Яна и сразу прошла на кухню. Девушка уныло поплелась за ней.

Подруга сама достала низкие стаканы, разлила мартини, порезала тортик, разложила по тарелкам и придвинула все это Варе:

Пей и закусывай.

Варя, не возражая, выпила и начала вяло ковырять кусочек торта. Это была ее любимая вкуснятина

бисквит с черносливом, но как следует оценить подарок, у девушки не получалось.

А теперь рассказывай, - приказала Яна, - Кто, куда и зачем пошел.

Когда Варя сбивчиво изложила суть событий, подруга задумчиво разделила свой кусочек торта на маленькие дольки и подвела итоги:

Значит, Ксения подговорила Марьяну соблазнить Макса, тот не поддался, но фотографии с голой грудью были сделаны и ты их увидела. Дальше – понятно. Ты - в слезы, мозги отказывают, он в ярости, любовь до гроба – дураки оба, - неожиданно закончила Яна.

А почему дураки? - удивилась Варя.

Ты дурочка, потому что повелась на развод ревнивой бабы. Он – потому что наорал на тебя, вместо того, чтобы обнять и не отпускать.

А почему ты уверена, что он и вправду не изменял? – дрожащим голосом спросила Варя. Яна недоуменно уставилась на девушку.

Ты, правда, этого не понимаешь? – и когда она покачала головой, отчеканила, - Потому что если бы на яхте был секс Еремина с Рыжовой, то Ксюша обязательно сняла бы процесс и с великим удовольствием показала бы тебе все снимки. Марьяна сверху, сбоку, снизу и завершающий минет!

На последнем слове Варя поморщилась, а Яна снова разлила по стаканам мартини и изрекла тост:

За нашу бабью дурость, неистребимую и вечную!

Девушки выпили, и Варя, наконец, начала немного согреваться.

Дошло? – Яна ела тортик и внимательно смотрела на нее.

Кажется, да, - убитым голосом призналась подруга. – И что теперь делать?

Не знаю, – пожала плечами Яна. – Ты что ему сказала конкретно?

Не помню, - растерялась та, - Вроде бы, что не хочу ничего слушать.

Подлецом и сволочью не обзывала? – уточнила  Яна.

Нет, конечно.

Узнаю культурную одноклассницу! Звони и объясняйся. А еще лучше – заявись к нему домой, чтобы примирение было бурным и сладким.

Я не знаю его адреса. – призналась Варя.

Адрес узнать не проблема, - отмахнулась Яна. – Ты помнишь, где он    живет?

Да.

Едешь туда в сексуальном белье и каешься.

Варя задумалась над таким простым и очевидным предложением, но поняла, что не сможет так запросто приехать к Максу и сказать «прости».

Нет, не смогу, - покачала она головой.

А я на всякий случай предложила, - вдруг сказала Яна. – Я знаю, что ты у нас гордая и будешь сидеть дома и рыдать в подушку. Я бы поехала, а ты – нет.

И что теперь делать? – опять задала тот же вопрос Варя.

Не знаю! Думай.

Ой, - вдруг вспомнила Варя, - Меня же Ксения уволила! Вышвырнула из редакции, дескать, теперь за меня никто не заступится, и она сама решит мою судьбу.

А вот это вряд ли. – задумчиво проговорила Яна. – Давай-ка я позвоню вашему фотографу и узнаю все последние новости.

А ты откуда знаешь нашего фотографа? – удивилась девушка.

Он делает отличные фотографии «ню», - подмигнула Яна и набрала номер.

Из последующего разговора Варя услышала только удивленные междометия и увидела радостное лицо. И когда она спросила о содержании беседы, подруга повернулась к ней, улыбнулась и медленно задала вопрос:

Угадай, кого только что с треском уволили из редакции?

Судя по твоей улыбке, речь шла не обо мне? - робко предположила Варя.

Умница! Макс наорал на Ксюшу и уволил ее прямо сегодня, не дожидаясь выхода очередного номера! Вся редакции стоит на ушах, спешно приехали зам.редактора и выпускающий редактор. Кто-то видел заплаканную Ксению, которая села в машину и уехала. Вот это дела!

Яна опустилась на стул и вновь разлила мартини.

Ты понимаешь подруга, какого шороху ты навела? Точнее из-за тебя навел Макс?

Да, - дрожащим голосом подтвердила та.

Только не рыдай! Тебя не уволят - это раз, и так больше шансов помириться с любовником – это два.

Захочет ли он со мной мириться – это три, - пробурчала Варя.

Захочет, куда денется! – уверенно заявила Яна. – Не может – поможем, не хочет – заставим!

У Яна все получалось легко и просто, и Варя зарядилась оптимизмом подруги. Вдвоем они съели пол тортика, и запили сначала остатками мартини, а потом настоящим чаем, который, как некстати вспомнила Варя, покупал Макс. После ухода подруги Варя почти сразу уснула, в полной уверенности, что все будет в порядке.

Сны ей снились опять нехорошие и неспокойные. Макс смотрел укоризненно и молчал, Ксения зловеще ухмылялась, и ей вторил, почему то Вадим (даже во сне Варя удивилась его появлению), а Марьяна Рыжова откровенно лапала Макса в разных местах.

Утром, не выспавшаяся и помятая Варя первым делом бросилась к сотовому, надеясь на СМС-ку или пропущенный звонок. Ничего не было.

Она долго думала, звонить в редакцию, или нет, но так ничего и не придумала. Поразмышляв, она взяла себе тайм-аут на сутки – разобраться в себе и в ситуации. Вчера с задушевной подругой все выглядело логичным и правильным, но при свете дня Варя опять засомневалась.

Как вернуться к Максу? Позвонить? По телефону говорить о таких вещах нельзя – неловко, стыдно и нужно видеть глаза собеседника. Встретиться? Где и как? Приехать к нему домой – а вдруг ее не пустит охрана? Стоять в вестибюле и ждать звонка, когда жильцу квартиры № 108 доложат о приходе «некой Варвары Карамышевой». Эта ситуации показалась ей еще более неловкой, чем звонок по сотовому.

Придти к нему на работу? Ага. На потеху всем работникам холдинга, которые ее знать не знают, но обязательно будут приглядываться, а потом еще все косточки перемоют в узком кругу за чашкой чая.

Придти к себе в редакцию и там, как бы невзначай, встретиться? Макс туда заглядывает редко. За те полгода, которые она работала в журнале до знакомства с ним, она большого босса ни разу не видела. А теперь, после разрыва, он тем более не станет бродить по коридорам редакции, в надежде встретиться с ней.

Что же делать? Сидеть дома, в надежде, что в один прекрасный день за окном раздастся автомобильный гудок и к твоему окну на ремонтной кабинке крана подъедет мужчина с охапкой роз? Реже надо смотреть ролики на ютубе!

А если он будет сердиться недолго, и совсем скоро тишину разорвет звонок сотового и насмешливый голос спросит:

- Ну что, Карамышева, наревелась? Ничего не хочешь мне сказать?

Да, грубо и приземлено, но это более реально, чем раскаяние в поступке, который он не совершал. И что? Взять сотовый в руки и не выпускать его? Нет. Такая история уже случалось с ней.

Варя вспомнила, что в одиннадцатом классе школы она разговорилась со своим одноклассником. Поговорили душевно и хорошо, тем более одноклассник этот ей давно нравился. Но у него была девушка, и на Варю он внимания не обращал. А тут, случайно встретились на крыльце школы, он задал вопрос про домашку, она ответила и не заметила, как проболтала всю дорогу домой. Получилось, даже, как будто он ее проводил.

Когда она, смущаясь и краснея, сообщила, что они «уже пришли, вот мой дом» он  равнодушно

мазнул взглядом и попрощался, сухо бросив «созвонимся».

Тогда, все выходные она провела в обнимку со своей «неубиваемой» нокией. Нет, у нее промелькнул вопрос о том, каким образом одноклассник узнает ее телефон, но она тут же успокоила себя, что телефон можно узнать, позвонив ее подруге. Вопрос, с чего мальчик будет звонить ее подруге, ее уже не волновал.

Промучившись так два дня, и шарахаясь каждый раз, когда звонил сотовый, Варя с замиранием сердца сама позвонила Яне. Та с удивлением выслушала вопрос про мальчика, а потом со знанием дела сообщила (она всегда все про всех знала, и с годами это качество только отшлифовалось), что мальчик проводил Варю до дома, потому что, поссорился со своей подружкой и решил ее позлить.

Как Варя плакала тогда! Почти как сейчас! Хотя поводы были не сравнимы абсолютно. И тот самый мальчик был далек от Макса Еремина как телега от космической ракеты. Но больно ей было практически также.

Варя почувствовала, как на глаза снова наворачиваются слезы, и постаралась подумать о чем- нибудь милом и веселом.

Например, как Макс притворялся, что выбросит ее за борт в наказание за отказ, а потом бережно опустил на мягкие покрывала и показал невиданную красоту. А потом…

Нет! Она не будет думать о Максе! Разве она, взрослая современная девушка не может прожить без мужчины совсем? Зачем ранить сердце, терзаться сомнениями, ревностью и глупыми домыслами? Не лучше ли жить одной и спокойно заниматься своими делами, не отвлекаясь на иллюзии?

А секс? Варя вспомнила, какой секс был у них с Максом и, в который раз, мучительно покраснела. Странно. Когда она была с ним, все, что они делали в постели, и вне ее, казалось восхитительным и волшебным. Сейчас, без любовника, все ночи с ним воспринимались как череда страстного и бесстыдного угара. Который подавлял, казался ненормальным и греховным.

А еще – его не хватало. Очень. Не хватало его губ, рук, мощных плеч, по которым можно было провести губами с замиранием сердца, обнять руками, провести по гладкому накачанному торсу и скользнуть туда, где все уже было готово и ждало только ее.

Любовники. Какое сладкое, страстное и одновременно запретное слово. Безусловно, они были любовниками. Но были ли они любимыми? Любила ли она его? Варвара прислушалась к себе и честно призналась, может быть, первый раз за все время романа, - да. Любила. Скрывала это от самой себя, внушала, что ей нравится классный секс и классный мужик. Но на самом деле – любила. С замиранием сердца и сиюминутным ожиданием краха.

И ее готовность к самому худшему сыграло с ней злую шутку. Она его дождалась. Кто-то там на небе прочитал ее тайные желания и предъявил самой худшее на блюдечке. И Завьялова сыграла здесь не главную, а скорее вспомогательную роль.

Нельзя быть робкой овцой и все время ждать подлянки! Нельзя быть жертвой обстоятельств и прятать голову под одеяло всякий раз, когда эти обстоятельства предстают во всей красе. Надо быть смелой и защищать свою любовь, если потребуется!

Варя уныло включила компьютер и зашла в интернет. Хорошо быть смелой дома на диване. А как проявить эту смелость на практике? Первым дело она посмотрела инстаграм Марьяны Рыжовой, подсознательно боясь увидеть в нем вчерашние фотографии. Но ничего такого, слава богу, там не было. Завтрак, маникюр, прогулка на роликах.

Варвара позавидовала роликам и удивилась завтраку. Не то, чтобы она была против выкладывания

фотографий еды. Но это каждый раз надо красиво приготовить и уложить ее, снять в выгодном ракурсе, а потом и съесть! Час мороки на одну фотку?

Вот поэтому у нее нет инстаграма, а страничку в контакте она пополняет раз в месяц. А вот страничку Макса она не видела. И вообще, практически проживая с ним, ничего толком о нем и не знала.

Варя лихорадочно поспешила сделать то, что нужно было сделать еще две недели назад – погуглила информацию на Макса Еремина.

Чрез полчаса вдумчивого изучения всех упоминаний у нее распухла голова. То, что он был богатым и успешным, она знала по умолчанию. Но то, насколько он был богат – она не представляла. Судя по примерным прикидкам разного рода журналистов и финансовых аналитиков, порядок цифр его состояния вызывал оторопь.

И хорошо, что Варя не знала этих цифр. Как тогда бы она повела себя при покупке одежды? И понятно, почему так недоумевал Макс – сумма, потраченная в бутиках, была совершенно обычной для него, как сходить в магазин за хлебушком.

От полученной информации Варе легче не стало. Наоборот, величина его состояния и перечисленные активы в виде газет, журналов, нескольких домов и квартир, типографии, рекламного агентства, оптовых баз и газетных ларьков потихоньку съели ее оптимизм. Такому человеку как нельзя больше подходила Марьяна Рыжова, или даже Ксения Завьялова. Что делала она, Варя, среди этого великолепия роскошной буржуазной жизни?

Варя отошла от компа и поплелась на кухню ставить чайник.

А с другой стороны, разве ему это все досталось даром? Разве он не построил свою империю своими руками, раз за разом кладя кирпичик к кирпичику? Ему ничего не досталось даром. У него не было ни богатых родственников, ни знакомых в администрации, ни влиятельных друзей.

Все сам и без посторонней помощи. Вот за что его нужно уважать, и что может оценить Варя! Не за внешний блеск и лоск в виде яхты, загородного особняка и пентхауса с видом на облака. А за упорство и труд, работу на износ и честность по отношению к самому себе и окружающим.

Такой мужчина не будет тайком и наспех заниматься любовью с моделькой, а потом делать вид, что он не причем. Он все сделает, как захочет, и сам расскажет об этом, если понадобится. И ей нужно либо принять его таким, какой он есть, либо остаться рыдать в своей квартире с разбитым сердцем.

После долгого и муторного дня, наполненного суетливой беготней и организационными работами по выпуску очередного номера журнала без его уволенного главного редактора, Макс почувствовал, что его башка скоро лопнет от перенапряжения. И позвонил своим давним друзьям – Игорю, владельцу автомастерской, и Олегу Бодягину, своему юристу.

Договорились встретиться в пафосном кабаке под дивным названием «Мечты сбываются». Мечты там действительно сбывались, потому что друзья, совершенно этого не желая, наткнулись на вечер стриптиза, в исполнении специально приглашенных артисток.

Максу хотелось основательно напиться, а не лицезреть искусственно увеличенные прелести у себя под носом, поэтому друзья сели за самый дальний столик в углу и заказали сразу две бутылки коньяку.

Когда Макс, не делая паузы, опрокинул два бокала, друзья переглянулись и потребовали детального рассказа прошедших событий. И он скупо поведал, что нашел девушку с   написанной

диссертацией по филологии, с чувством юмора и, с которой отлично в постели. Оба друга переглянулись и дружно решили, что ему очень повезло, и он будет последним дураком, если ее упустит.

Ситуация с моделью их развеселила. Олег даже похлопал его по плечу:

Единственный момент, когда ты решил быть честным с женщиной, а она это не оценила.

Выпили за честность, потом за любовь. Со второй бутылки пошли тосты за прекрасных дам, а потом и за хитрых баб, которые «всю душу твою вывернут наизнанку, потом вернут обратно, и скажут, что так и было». Каждый поделился своей историей, когда он «были ни сном, ни духом», а все равно оставался виноватым во всем.

С бабами всегда так – что ни сделаешь, все наперекосяк. Лучше молчи и трахай – сойдешь за умного! - подвел итоги Игорь, давно и прочно женатый, кстати.

Что было дальше – Макс помнил смутно, кажется, верные друзья отвезли его домой на такси, подняли наверх и уложили на диван.

Утром Макс проснулся похмельный и помятый и сразу посмотрел на телефон, есть ли неотвеченные звонки. Их не было.

Что за детский сад? Почему она не может позвонить и сказать, как была не права и раскаивается в этом? Почему он должен мучиться от чувства вины, когда виновата она? Макс совершал привычные утренние процедуры и продолжал размышлять. Все в его квартире напоминала о Варе.

Душ. М-м-м. Как они тогда стояли под льющимися строями воды, и как сладко она закричала в конце! А кухня? На столе, постоянно съезжая и держась за край, но упорно не уходили в спальню, как будто сделанные шаги разрушат все очарование спонтанности.

Да что там говорить, даже обычный завтрак уже требовал ее присутствия – этой привычки подтягивать согнутую ногу к подбородку, когда ешь. А если нога голая, а девушка сидит в его рубашке… Так. Хватит предаваться бесполезным воспоминаниям, иначе холодный душ ему обеспечен! Работать!

Весь день он вкалывал как проклятый, не вылезая из офиса и не вспоминая про телефон. Секретарша, милейшая Анна Игнатьевна, дама в возрасте, но очень профессиональная и исполнительная, два раза покупала и разогревала ему еду, но, в конце концов, желудок все равно забастовал.

Еремин откинулся на спинку рабочего кресла и попытался расправить плечи, что ему удалось плохо. От непрерывного сидения болела спина и глаза. Захотелось позвонить и пожаловаться на плохое самочувствие, и услышать в ответ: «бедный, беный Макс, сегодня будем интенсивно лечиться», и даже рука потянулась к телефону, но тут же он сам себя одернул.

У мужчин есть собственная гордость! Раз он сказал «нет», значит, нет!

Поэтому он позвонил маме. Обычно он разговаривал с ней вечером, в выходные и по скайпу, поэтому неурочный звонок сразу вызвал в ней тревогу.

Что-то случилось, сын? - сразу спросила она.

И когда он, отводя глаза промямлил, что все в порядке, рассмеялась и ответила, что врать он так и не научился.

Поссорился с девушкой из-за ерунды, - сознался тот.

Хорошая девушка, то? – спросила мама серьезно.

Хорошая, - вздохнул он, - Написала диссертацию по, как там ее, «Лексике бала».

Господи, боже мой! – воскликнула его мама, обладающая еще большим чувством юмора, чем он. – Она с мозгами! И хорошенькая?

Макс, скрепя сердцем подтвердил, что да. Про их совместные чудеса в постели он благоразумно промолчал, думая, что маме незачем знать такие подробности.

Берем! – решительно сказала мама. – Привози ее к нам в ближайшие выходные.

Я только что сказал, что мы поссорились! – напомнил он ей.

Не кричи на мать! Как поссорились, так и помиритесь. Хороших и умных девушек можно по пальцам пересчитать, это не твои модели и мисс «Жаркая весна».

Разговор с мамой ясности не добавил, а лишь внес сумятицу. Зачем он вообще сказал маме о Варе? Жил бы себе спокойно один, до появления очередной модели. Хотя бы Марьяны Рыжовой.

При воспоминании о голой Марьяне в его каюте он поморщился. Почему то картинки зеленой и несчастной Вари, когда ее мутило от качки, были ему дороже и ближе.

Неужели девушка сумела его зацепить? Что, кроме искреннего страстного секса и честности, пополам с наивностью было в ней? Доброта? Чувство юмора? Ум?

Хватит пытаться разлагать на составляющие единое целое! Она была неповторима во всем, начиная с комплекса Золушки, и заканчивая честным отношением к работе.

Уж не влюбился ли он? Макс не знал ответа. Что такое любовь, если отсечь от нее классный секс? Когда ты битый час размышляешь об одном человеке, сломал всю голову, и тебе опять чертовски хочется выпить? Когда везде и всегда представляется она – как бы она это сказала, как поступила бы, как рассмеялась или наоборот, наморщила нос? Это любовь? Тогда увольте. Не надо таких переживаний. Жили без любви раньше и дальше без нее проживем!

Третий день ссоры с Максом подходил к концу, а Варя так ничего еще и не решила. Хорошо хоть во вторник после обеда позвонила зам. редактора и объяснила текущую ситуацию. То, что Варю не уволили, она сказала сразу и спросила, когда та сможет вернуться к работе. Варя попросила выходные на два дня. Она подумала, что два дня безделья и ничегонеделания прочистят ей мозги и хоть какое-то решение она все равно примет.

Но уже на следующий день поняла, что решение взять дополнительные выходные было ошибкой. В голову лезли всяческие мысли, самые разные по драматичности и депрессивности, но ни одной конструктивной среди них не было.

Она прибрала всю квартиру, основательно запущенную во время ее скоротечного романа. Вымыла полы, пропылесосила ковры, вытерла пыль и перемыла все окна. Тяжелые мысли не уходили, пробиваясь даже сквозь музыку, которую она включила, надеясь развеяться.

После обеда, во время которого она опять вспомнила, как хорошо было завтракать с Максом бутербродами на скорую руку и потом разлетаться по своим работам, она совсем приуныла. Нужного решения не находилось, все было черным и беспросветным. Казалось, что мужчина уже забыл о ней, и работает сутки напролет, не вспоминая гордячку, или уже познакомился с новой девушкой и планирует провести с ней веселые выходные.

Картинки этих воображаемых выходных разъедали голову как кислотой, и хотелось лежать и плакать над своей загубленной жизнью.

От тоски и одиночества она вышла погулять в парк, который не раз спасал ее в минуты депрессии и грусти, но ноги сами собой привели ее на ту самую лавочку. Их с Максом соловьиную лавочку, где так сладко было обниматься с любимым!

Варя посидела на ней, вспоминая подробности той самой ночи, удивилась собственной нерешительности и почти собралась с духом позвонить Максу, как сотовый зазвонил сам.

С бьющимся сердцем она взглянула на дисплей и увидела, что звонит Яна.

Привет, все рыдаешь? – с ходу взяла быка за рога подруга.

Не совсем. Дышу свежим воздухом.

Тоже хорошо. Есть новости? – осторожно спросила Яна.

Никаких, кроме того, что меня обратно взяли на работу.

Это замечательно! – Яна обрадовалась так искренне, что Варя ощутила себя неблагодарной овцой. За нее волнуются, а она хочет слышать не голос подруги, а совершенно другой, такой родной и нужный голос!

А как с остальным? Что решила?

Ничего не решила, Ян. Я уже все поняла и про себя и про него. Да, я очень его люблю и не хочу потерять. Но если он в ответ на мои сбивчивые признания спокойно ответит «нет» или еще хуже –

«пошла вон» - я не переживу!

Ты с ума сошла! Почему Макс должен тебя послать?

Мужчины такие обидчивые, тебе ли не знать?

Определенный риск есть, - подумав, согласилась с ней подруга. – Но здесь, пока не попробуешь, не признаешься ему в своих чувствах – не узнаешь.

Да, я помню, это ты еще две недели назад говорила, - уныло напомнила Варя. – И я все понимаю, просто мне нужно время, чтобы подготовиться даже к отказу.

Выдумываешь ты все и только накручиваешь себя, - проворчала Яна, но спорить не стала. – Завтра созвонимся, отдыхай.

Варя попрощалась с подругой, погладила заветную лавочку и печально поплелась домой.

Разговор с подругой Яне не понравился. Переживать и сомневаться Варя могла долго, это она знала уже давно. Даже когда подруга уволилась из университета и решила не бороться за свою диссертацию, она все равно целыми днями сидела и переживала, что приняла неправильное решение!

Тогда, два года назад, Яне понадобилось несколько месяцев, чтобы убедить ее в правильности выбора. Сейчас столько времени у нее уже не было. Ни один мужчина не станет ждать объяснений несколько месяцев, когда чувства и угар первых встреч остынут и подернутся пеплом.

Что-то нужно было срочно делать, но что? Вмешаться? Как это воспримет Варя, и главное, как это воспримет Максим? И что она может сделать?

Тщательно проанализировав ситуацию, Яна поняла, что часть ответственности лежит и на ней. Именно она познакомила Варю с Максом и сделала все возможное, чтобы они переспали. Яне не слишком нравился Вадим, но она всего лишь хотела заставить Варю оглянуться вокруг себя и увидеть большое разнообразие мужских особей. Чтобы та не замыкалось на первом, обратившем на

нее внимание человеке.

А получилось то, что получилось. Даже Яна не ожидала, что Макс обратит внимание на ее подругу- тихоню, но была очень рада за нее. Если кто и заслуживал счастья, так это Варя! Правильная девочка, послушная дочка, отличница и исполнительная студентка, в личной жизни она переживала неудачи.

И это было закономерно. Для настоящей подлинной и страстной любви нужно было стать свободным человеком. Осознающим свои потребности и способности. И способным почувствовать своего человека. Именно своего, а не вторую половинку, как пишут в глянце. Потому что, если ты ищешь вторую половину, значит сам ты не целый. А это не правильно. Нельзя быть одновременно ущербным и влюбленным. Точнее можно, но такая кривобокая любовь ни к чему не приведет.

Решив для себя моральную дилемму, Яна больше не сомневалась. Она посмотрела на часы и увидела, что еще успевает в офис мужчины до окончания рабочего дня. Быстро разобравшись со своей собственной текучкой, она села в машину и направилась к Максу Еремину, бывшему и настоящему (как она надеялась) любовнику ее самой лучшей подруги.

Припарковав машину около офиса, Яна заметила джип Еремина на стоянке, и обрадовалась, что ее догадка оказалась верной: поссорившись с Варей, Макс пропадал на работе.

В приемной у него оказалась секретарша, величественная дама пенсионного возраста, что только добавило ему очков в ее глазах. Приятно, когда у мужчины в секретаршах не молодая профурсетка в мини-юбке, а строгий профессионал.

Вы по какому вопросу? – строго спросила дама.

По личному, - бойко ответила Яна, - Максим Леонидович у себя?

-У себя, но он занят.

Не беспокойтесь, - заверила ее Яна, - Все риски я беру на себя.

И быстро, пока дама не успела ничего сообразить, постучалась и решительно открыла дверь.

Она увидела Макса и, вот совпадение, своего знакомого клиента из банка. Тот отреагировал первым:

Яна Дмитриевна, какая неожиданность!

Добрый день, Виктор Николаевич, - кивнула она ему, а потом обратилась к Максу:

Максим Леонидович, я к вам.

Я уже понял, проходи, - хмуро ответил тот и завершил диалог с собеседником: - Я покажу бумаги юристам, и постараюсь дать ответ не позже пятницы.

Очень хорошо, - обрадовался тот, попрощался с ними обоими и вышел. Повисла тишина.

Ну, - неласково спросил Макс, - Зачем явилась?

Яна такому «теплому» приему, как ни странно, обрадовалась. Судя по тону, Макс все еще был сердит, значит, отношения с Варей волновали его куда больше, чем он старался показать!

Только не пойми меня превратно, - начала она осторожно

Все что надо, я уже понял! – перебил ее Макс, - тебя Варя послала для мирных переговоров?

Да ты что! – искренне удивилась Яна.- Она ни сном, ни духом не ведает, что я здесь. Ты же ее

знаешь. Сидит дома, мучается и переживает…

Пускай переживает, - снова перебил ее Макс, - Ей это будет полезно. Яна терпеливо, как маленькому ребенку, договорила фразу:

Переживает и не знает, как тебе позвонить.

Мой номер ей известен, - сухо заметил Макс.

Ну как ты не понимаешь, не может девушка просто так позвонить после такой размолвки!

А всякие глупости про меня думать может?

А что она должна была подумать, увидев такую фотографию? – Яна увидела, что Макс в гневе открыл рот, - Подожди не перебивай, - не дала сказать она ему, - Ты понимаешь, что все, абсолютно все женщины повели бы себя также, как она?

Мне не нужны все, мне важно было ее мнение и ее реакция! – закричал Макс, - Знать, что твоя девушка не доверяет тебе, что может быть хуже!

Вот, пожалуйста, скажи тоже-самое ей, только при личной встрече, - ловко повернула стрелки Яна.

Я ей это уже говорил, и могу повторить еще раз, если она придет сама.

А первым ты ей не позвонишь? - утвердительно спросила Яна.

Нет.

Какие вы оба упрямые, сил моих нет! – в сердцах воскликнула Яна.

Если упрямства и гордости в ней больше, значит так и надо, - ответил Макс.

Но, ты же мужчина! – попробовала уговорить его Яна, – Неужели ты не понимаешь, как ей трудно!

Она сама заварила эту кашу, пусть теперь и расхлебывает, - спокойно возразил Макс, хотя внутри него все клокотало от возмущения. – Я не собираюсь с пеной у рта доказывать, что я не верблюд. Так ей и передай.

Ничего я ей передавать не буду, - возмущенно сказала Яна. – Я думала, у тебя больше ума и опыта и ты сможешь подняться над ситуацией.

Слушай, а не пошла бы ты со своим мнением куда подальше, а? – не выдержал Макс. – Сколько можно повторять – я не виноват и извиняться не собираюсь!

Отлично! Вот и сидите каждый по своим норам и переживайте! – закричала Яна на него.

Замечательно! Вот и договорились!

Яна вихрем вылетела из кабинета Макса и, кипя от возмущения, отъехала от офиса.

«Вот и помогла лучшей подруге, называется! – ругала она себя. – Еще хуже сделала!»

Одно было ясно – Макс все еще переживал и был зол, а это значит, Варя ему небезразлична, как ни крути.

Накричав на подругу Вари, Макс почувствовал себя еще хуже. С одной стороны, хорошо, что девушка сидит и переживает, хотя это он предполагал и без нее. Но сама мысль о том, что ему надо делать первый шаг бесила его неимоверно! Как можно было из недоразумения раздуть такого

слона и наплевать на все их отношения?

Он не может отвечать за все, что делается в хорошенькой головке Вари. Она должна прийти к правильному решению сама, без его помощи. Другое дело, что она могла уже сто раз пожалеть, что обвинила его во всех грехах.

Станет ли он звонить ей? Сейчас Макс уже ни в чем не был уверен. Но вечером, заходя в подъезд, он предупредил консьержа, чтобы девушку по имени Варвара Карамышева пропускали без вопросов. На всякий случай.

В четверг с самого утра Яна позвонила Варе. Накануне она долго думала, сознаваться ли той, о своем неудачном разговоре с Ереминым. Но потом решила все рассказать. Во-первых, от подруги у нее никогда не было никаких секретов, и никакие мужчины не стоили того, чтобы эти секреты появились! А во-вторых, кое-что ценное она могла сказать девушке, сидящей дома в слезах и депрессии.

Ты знаешь, по-моему, он тебя любит, - прямо и без экивоков заявила она подруге.

Откуда ты знаешь, - оторопела Варя, - Он тебе это сказал? Ты была у него?

Была, но ничего «такого» он не говорил. Просто был злой и хмурый, как сто тысяч чертей. А это значит, он сердится, и значит ты ему небезразлична.

У Вари защемило сердце, и она сразу представила себе лицо Макса, сердитое и раздраженное. И ей до боли захотелось прижаться к нему, обнять и сказать, как сильно она его любит и как была не права!

Ты что, плачешь? – сообразила Яна.

Нет, - возразила Варя, хотя слезы уже потекли по щекам. – Яночка, помоги, я не знаю, что мне делать! Как мне достучаться до него? Мне уже очень плохо, я просто задыхаюсь, все валится из рук

Знаю, можешь мне ничего не говорить! – ворчливо отозвалась старая подруга. – Значит так, потерпи до вечера, все-таки я не могу в течение дня постоянно решать свои личные дела. А вот вечерком я тебя отвезу Максу Еремину домой и ты там сама все, что нужно ему скажешь.

Я не смогу! – возразила Варя.

Сможешь! – отрезала Яна, -  Готовься!

Весь день Варя была сама не своя. Она попробовала даже писать те статьи, которые висели на ней по сайту «Олеси», но быстро бросила это занятие, обнаружив, что который час рассматривает фотографии Макса, невесть как попавшие в интернет.

Везде он был хорош – красивый, подтянутый, смеющийся. Такой любимы и родной! Она не могла оторвать взгляда и жалела, что у нее не осталось ни одной совместной фотографии.

«У нас все еще впереди, - твердо напомнила она сама себе, - и фотографии, и совместная жизнь и любовь. Если ты не будешь мямлей и станешь бороться за свое счастье!»

Все равно, ближе к вечеру сердце у нее застучало чаще, есть она не могла и только пила чай с шоколадом, которые покупал уже Макс. Она вымыла голову, нанесла макияж, долго выбирала, что надеть, и в итоге надела платье с того «соловьиного» вечера.

Когда раздался долгожданный звонок подруги, она была вся на взводе, нервно вздрагивая от каждого шума, будь то автомобильный клаксон на улице, или включенный телевизор за стенкой у соседей.

Ты готова? – сходу спросила Яна.

Варя выдохнула, как будто перед прыжком в воду, и ответила:

Да!

Пока они ехали домой к Максу, Варя с показным равнодушием смотрела в окно, при этом нервно накручивая волосы на палец. Яна, старательно управляя машиной, молчала до поры до времени, но потом не выдержала:

Хватит нервничать! Все будет хорошо!

А если не будет?

А если не будет – поедем к тебе домой, и напьемся как следует.

Ты умеешь утешить!

А что мне еще сказать? – искренне удивилась Яна. – Перестань волноваться, ты лучше знаешь своего Еремина, не съест же он тебя. Ты какое белье надела? – вдруг без всякой логики с предыдущим предложением спросила она.

Обычное, - растерянно ответила Варя.

Вот балда! Кто же едет на свидание с мужиком в обычном белье!

Боюсь, до белья у нас дело не дойдет, - мрачно ответила Варя, отворачиваясь к окну. – Ты даже не представляешь, как он не любит сцен и истерик!

Вот и не надо устраивать сцен.

Яна подъехала к знакомому дому, покрутила головой, высматривая место, и аккуратно припарковалась  прямо напротив нужного  подъезда.

Ну что, джип Еремина я вижу, значит, он дома. Справишься одна? – серьезно спросила она у подруги.

Не знаю, - жалобно простонала та.

Значит, справишься, - уверенно подытожила Яна. – Вылезай. Я буду ждать ровно пятнадцать минут, а потом уеду.

Варя, зачем то помахала Яне и медленно пошла к дому. Когда в холле ее встретил импозантный консьерж и вежливо спросил, к кому она направляется, она не сразу смогла выдавить «к Максиму Еремину».

Варвара Карамышева? - утвердительно спросил тот. Варя кивнула.

Проходите, вас ждут.

Откуда Макс мог знать о ее приходе?!!! Варя перепугалась. Вдруг там ее ждет засада, в виде разъяренного Макса с ружьем? От нарисованной картинки ей самой стало смешно, и она немного расслабилась. Расслабилась до такой степени, что смогла повернуться к охраннику и спросить про

внутренний, без окна, лифт. Тот указал на широкие панели дверей, и Варя нажала заветную кнопку. Без окна в бездну лифт был милым и аккуратным – с зеркалом во всю стену и рядом загадочно мерцающих кнопок.

Пока лифт уносил ее на двадцатый этаж, она пыталась обдумать, что и как скажет Максу. Вот она звонит в дверь, он открывает, видит ее и что? Вдруг он повернется спиной и уйдет в квартиру? Или вообще захлопнет дверь перед ее носом? Звонить снова? Или пытаться поговорить через дверь? Стучать, пока не откроет?

Варя чувствовала, что весь бред, которым она себя запугивала, не имел никого отношения к действительности. Если бы он не хотел с ней разговаривать, разве дал бы тогда указания консьержу? Ее мозг уже отказывался признавать какую либо логику. Раздался мелодичный звонок

лифт прибыл на нужный этаж.

«Соберись! - приказала себе Варя – Ты взрослый, смелый человек. Мало того, ты его любишь! Вот иди и скажи это! А потом можешь уходить и рыдать, сколько вздумается». Такое самовнушение слегка успокоило ее, Действительно, поплакать в одиночестве она успеет всегда. Сейчас – время действовать!

Она подошла к заветной двери и постояла несколько секунд, ощущая холод в руках. Толкнула дверь, и к ее изумлению, она открылась. Ее ждали! Варя тихо вошла в прихожую, аккуратно прикрыла за собой дверь и, собравшись с духом, посмотрела в комнату. В неярком свете напольных ламп силуэт Макса четко виделся на фоне панорамного стекла напротив двери. Он стоял почти вплотную к стеклу и смотрел вниз, полностью погруженный в свои мысли.

Варя, немного постояла, в надежде унять бьющееся сердце, и медленно подошла к нему. С каждым шагом она отмечала все больше мелких деталей - растрепанные волосы, расстегнутый ворот рубашки, руки в карманах брюк. Он был таким родным и таким далеким! Как она по нему соскучилась!

И Варя, не выдержав напряжения, которое невидимой стеной возникло между ними, подошла вплотную и просто обняла его. Обняла крепко, не обращая внимания на напрягшиеся мышцы мужчины, его неподатливую спину и руки. Она обнимала его изо всех сил до тех пор, пока не почувствовала, как смягчается мужское тело, расслабляются судорожно сжатые плечи и опускаются сжатые в карманах  руки.

Тогда она почти не слышно прошептала, уткнувшись в теплую спину:

Прости меня.

Он едва заметно вздрогнул, но не обернулся. Она сказала уже громче:

Прости меня!

Через ужасно долгую паузу, которую Варя переживала, затаив дыхание, его руки накрыли ее и крепко сжали.

Это было так неожиданно и ожидаемо одновременно, что от облегчения у нее навернулись слезы на глазах. Она снова уткнулась ему в спину, но тут Макс уже сам повернулся к ней и крепко ухватил за подбородок:

Опять рыдаешь? Что за девушка мне попалась – то набрасывается с обвинениями, то плачет? Варя улыбнулась сквозь слезы и робко взглянула на него – Макс смотрел серьезно и пристально.

Я исправлюсь, - пообещала она, с жадным вниманием изучая любимое лицо.

Я так и поверил! – Макс, наконец, сделал то, что так хотели они оба все эти дни, проведенные врозь, - поцеловал Варю. Поцеловал жадно и крепко, наказывая их обоих – ее, за все те глупости, которые она говорила, и себя - за упрямство, которое чуть не привело к их окончательному разрыву.

Она с упоением отвечала на поцелуй, забыв о бедах последних дней, простив молчание телефона и горечь сказанных обвинений. Разве стоили недомолвки и недопонимание этого поцелуя, сводящего с ума.

Когда Макс потихоньку расстегнул молнию ее платья, она счастливо рассмеялась:

А ты не изменился!

Ты морила меня голодом целую неделю! – возмутился он и уже не скрываясь, снял ее платье, оставив девушку в одном белье.

Варя, ничуть не смутившись, взяла его за руки и сказала:

Теперь я.

Она торопливо расстегивала пуговицы его рубашки, не всегда аккуратно выдирая их из петель, потому что Макс снова начал целоваться, торопливо сняла рубашку и, схватив за руку, повела его за собой.

В полумраке спальни он уже сам снял все остальное, и сев на кровать, дернул Варю на себя. Лежать на любимом, и целоваться уже онемевшими от поцелуев губами, было упоительно прекрасно. Варя гладила его грудь, с восторгом ощущая теплую и гладкую кожу. Макс лихорадочно обнимал ее за талию, целуя каждый изгиб ее тела, обводя языком и покусывая плечи.

Усаживаясь рядом с ним, она сняла лифчик, и пока Макс с упоением ласкал ее освободившуюся грудь, сняла трусики. Она дальше хотела продолжать ласкать его, слишком соскучившись, чтобы уступить инициативу, но любимый решил иначе.

Он положил ее на кровать, нависая над ней, и Варя обняла его за плечи и раздвинула ноги, с нетерпением ожидая сладостного удара. Однако он опять начал целовать ее грудь, обводя языком соски, пока Варя со стоном не выгнулась навстречу его горячему языку. Потом прочертил влажную дорожку вниз до пупка, опалил дыханием начало бедер и, подхватив руками попку, рывком придвинул ее к себе.

И Варя, не успев ничего понять и подумать, вдруг ощутила его язык там, в том самом месте, где сосредоточилось все ее желание и страсть. Язык любимого раз за разом описывал круги вокруг крохотного комочка плоти, а Варя, комкая в ладонях покрывало, судорожно подставляла бедра под его жадный язык. С каждым движением его языка у нее все больше темнело в глазах, невыносимое наслаждение охватывало ее со всех сторон, и она застонала, предчувствуя освобождения от этой сладостной и неуемной пытки. Еще несколько движений, и Варя закричала, ощущая, как жар, идущий от бедер вверх, захватывает ее тело, и она сгорает в его огне. Невесомая, неукротимая, распятая языком любимого мужчины, она кричала от страсти и любви, не в силах терпеть эту невыносимую сладость и муку!

Кажется, она даже потеряла сознание на пару секунд, и очнулась, когда язык мужчины стал проделывать обратный путь от ее лона к груди и губам. Варя благодарно ответила на пряный поцелуй и уже с облегчением снова раздвинула ноги, принимая в себя всю тяжесть мужского желания.

Макс двигался торопливо, желая наверстать все удовольствие, полученное его женщиной и

испытать те же чувства, что и она испытывала недавно. Варя подхватила ритм его тела и, обняв за плечи, позволила себе во второй раз унестись в сладостное небытие, на это раз уже вместе с любимым.

Такое наказание будет ждать всех, кто трахает мне мозг! – отдышавшись, лежа на девушке, произнес мужчина.

Ты меня искушаешь!

Варины руки легко как бабочки прошлись по его телу, гладя в самых любимых и желанных местах.

Хорошо, тогда так будет со всеми, кто НЕ трахает мой мозг. Варя кивнула:

Слушаю и повинуюсь, мой повелитель.

Давно бы так, - проворчал Макс, и лег рядом с ней, укрыв их обоих одеялом. Они оба замолчали, все еще ошеломленные силой их совместной страсти.

Варя ощущала, как каждая клеточка ее тела ноет от усталости и поет от счастья. Она лежала, счастливо улыбаясь всем тем глупым страхам, которые терзали ее буквально полчаса назад.

Я люблю тебя! – вырвалось у нее.

«Боже! Неужели я это сказала вслух? – подумалось ей. – Все равно. Я слишком счастлива, чтобы скрывать это и притворяться». Она не ожидала ответа, и тем изумительнее было услышать негромкое:

Я тоже.

Благодарная улыбка тронула ее губы, и она провалилась в глубокий здоровый сон.

Проснувшись, Макс лежал несколько минут с закрытыми глазами, со страхом ожидая увидеть вторую половину кровати пустой. Но нет. Рядом с ним лежала спящая, теплая, родная и, наверное, любимая женщина. Со своими заморочками и капризами, с нелогичными поступками и мыслями. Но смелая и страстная. А главное – полностью его.

Он не смело погладил ее волосы, опасаясь разбудить это чудо. А потом, усмехнувшись собственной заботе, начал будить его, не в силах откладывать дальше их новую встречу.

- Просыпайся, соня!

Варю будил ласковый и родной голос, и, не открывая глаза, она взмолилась: «Пускай это будет не сон! Пожалуйста, я буду очень хорошей девочкой, но пусть все, что было накануне, было на самом деле!»

Наконец, она осмелилась открыть глаза и сразу слилась в поцелуе с Максом, который проснулся раньше ее. Неторопливый утренний поцелуй, тягучий и чувственный, наполнил утро обоих смыслом, и все беды и печали предыдущих дней окончательно растворились в пьянящих ласках влюбленных.

Завтракали они не спеша, в полной тишине, наслаждаясь присутствием друг друга. Солнце освещало всю кухню и купаясь в его жарких лучах, Варя налила им обоим чая и решилась спросить:

Трудно было выпускать номер без Ксении?

Пришлось немного побегать, -  отмахнулся Макс,  -  Но  в  хорошей команде всегда  есть

профессионалы, которые могут заменить главного редактора. А мы с Завьяловой собрали хорошую команду.

Трудно было ее уволить? – не унималась Варя, пытаясь для себя решить очень важный вопрос.

Варюш, увольнять настоящих профессионалов всегда трудно. Но время от времени это нужно делать. Это как вовремя избавиться от ненужного уса у клубники – иначе не будет сладкого и большого урожая.

Макс намазал масло на белый хлеб, положил две пластинки сыра и почти целиком проглотил весь кусок, запивая сладким чаем.

Завьялова не только придумала изощренную женскую подлость. Она подставила меня! Меня! Мы с ней такие проекты придумывали и такие дела проворачивали! Даже вспомнить страшно. А она подослала ко мне голую модель, чтобы снять все это тайком через окно. Как после этого вообще верить ей как человеку?

Невозможно, - подвела итог Варя.

Да, - подтвердил Макс.

Они оба еще несколько минут сосредоточенно жевали, а потом Макс, вдруг, предложил:

Слушай, сегодня пятница, а у тебя есть несколько выходных, я знаю.

В ответ на ее недоуменно поднятые брови, он несколько стушевался и пробурчал:

Я звонил и спрашивал про тебя в редакции.

Варя смущенно улыбнулась – он волновался за нее!

Ты меня не дослушала – давай после обеда махнем на дачу? Я на этой неделе что-то умаялся, пахал как папа Карло и выполнил двойную норму работы.

А я наоборот, ничего делать не могла, все валилось из рук, - призналась девушка.

Это потому что ты прирожденная лентяйка, а я – трудоголик, - подразнил он ее.

Ничего подобного! – вспыхнула Варя. – Это наглая клевета! Я всю квартиру вычистила сверху донизу! Я работать не могла – ничего писать и читать.

Она возмущенно заработала ножом, разрезая пышный омлет на кусочки.

Ты знаешь, из-за чего я решил с тобой первый раз переспать, - вдруг неожиданно спросил Макс.

Из-за моей неземной красоты? – буркнула Варя.

Не только, - вкрадчиво ответил он

Бездны интеллекта?

Не совсем…

Сдаюсь, - подняла руки Варя.

Я подумал, что раз ты так мгновенно загораешься на любую мою реплику, то какой огонь я смогу зажечь в твоем теле.

Варя густо покраснела и уставилась в стол.

И я оказался прав! – торжествующе провозгласил Макс. – Пошли   одеваться.

Пока они спускались на лифте (внутреннем!) позвонила Яна.

Вас можно поздравить? – ехидно спросила она. – Как прошла ночка, бурно? Варя покосилась на Макса и ответила сдержанно:

Хорошо.

Макс, узнав, что это звонит ее подруга, ловко отобрал у нее трубку и произнес:

У нас все отлично, ехать и спасать Варю не нужно. На что Яна усмехнулась и пожелала:

Ну, веселитесь, голубки.

Макс отвез Варю домой, там она посмотрела почту и увидела кучу сообщений – новый главный редактор честно выдержала два дня и потом завалила ее заданиями. Но в нынешнем Варином состоянии ей все было нипочем. Всю работу она успела сделать за четыре часа, прерываясь только на чай и туалет.

Отправляя последний файл, она услышала, как булькает у нее в животе вся выпитая за сегодня жидкость. Надо было перекусить, и Варя полезла в холодильник. Тот был девственно пуст – во время своей депрессии она сходить в магазин не догадалась. И когда позвонил Макс, узнать, чем она занимается, она так и ответила:

Ищу, чтобы такого поесть.

Уже еду, - откликнулся любимый.

Варя счастливо рассмеялась и начала собираться.

Сумка набралась больше в два раза, чем в предыдущие поездки. Варе хотелось взять и новые платьица, и купальники, и, особенно, красивое белье. Вопреки всем событиям последней недели, ей верилось, что новые выходные будут особенные. Особенные не внешне – они будут также купаться, загорать и обедать в «провансальской» кухне. Эти выходные должны быть наполнены смехом, сексом и любовью.

Не смотря на счастливый финал их недолгой размолвки, Варя продолжала думать о причинах и последствиях этого чудовищного недоразумения, случившегося так неожиданно и больно. Никогда раньше она не думала, что незнакомая красивая девушка может так запросто раздеться перед мужчиной, априори занятым на тот момент.

Она помнила этот разговор с Марьяной, как ей самой казалось, она явственно дала понять – Макс занят. Но та, или не поняла, или решила, что ей все равно. И нагло сняла купальник, полагая, что ни один мужчина не устоит перед такой красотой.

Но либо перед Максом слишком часто раздевались подобные красотки, и у него уже выработался своеобразный иммунитет, либо он, действительно, что-то чувствует к Варе. Что-то особенное, не подвластное обнаженным моделям с журнальной обложки.

Думать о таком было приятно и одновременно страшно. Как про те слова вчера ночью: «Я тебя тоже». Пригрезились ли они ей в тишине начинающегося сна, или были взаправду?

Про себя Варя решила, что теперь не будет бояться неведомого и плохого. Вот она боялась всего и вся и оно – неведомое, случилось. И ей было также больно и страшно, как если бы она вовсе не

думала бы ни о чем. Значит, сейчас она будет смотреть только вперед, не оглядываясь назад. А главное – не оглядываясь на мнение чужих даже родных людей, которые могут быть с этим не согласны. У нее есть ее любовь и Макс, все остальные – идут лесом!

Когда она села в машину, ее желудок опять предательски забулькал. Она засмеялась, а Макс, трогаясь с места, иронично заметил:

Ты стала чревовещателем, и теперь будешь общаться со мной посредством живота?

Я слишком много работала на твой любимый журнал, слишком мало ела, и слишком много пила!

Значит, надо исправить этот баланс и добавить в твой бассейн немного еды. Макс перестроился на другую полосу и ловко вырулил в боковую улицу:

Придется тебя покормить, а то еще начнешь песни петь животом.

Между прочим, я очень неплохо пою, чтоб ты знал! – лукаво ответила Варя.

Дай догадаюсь… - Макс подъехал к симпатичному двухэтажному домику и припарковал машину, - Музыкальная школа, фортепиано и сольфеджио?

Да. А ты как догадался? – Варя удивленно посмотрела на него, дождалась, пока он выйдет из машины и с благодарностью приняла его помощь.

Каждая приличная книжная девочка просто обязана была ходить в музыкальную школу, - невозмутимо ответил он.

Они вошли в уютный ресторанчик, оформленный в сельской тематике. Потолок перечеркивали темные балки, с них свисали декоративные связки лука и чеснока. По стенам, на имитации заборов висели кринки и подсолнухи, а на многочисленных полках стояли самовары, керосиновые лампы, прядки и чугунные утюги.

Меню тоже было а-ля сельским: щи, борщи и кисели. И снова повторилась та же картина, Макс заказал себя всего и много, Варя – половину. Но она все равно почти не ощущала вкуса блюд – ей так нравилось смотреть, как ест Макс. Со здоровым мужским аппетитом уминает первое, второе и запивает все это несколькими стаканами киселя.

,Ей вообще все нравилось. Насколько раньше она легко справлялась с одиночеством, ей хватало любимых книг, науки и подруги, настолько сейчас она поняла, как может не хватать одного- единственного человека. И вот сидеть и смотреть как тот ест – уже было счастьем.

Макс, как всегда попытался съязвить:

Кусок в горло не лезет после водички?

Нет, - легко и беспечно ответила Варя правду, - нравится смотреть, как ты ешь.

А я все делаю на отлично. Вот приедем, и ты в этом убедишься сама.

По-моему, я в этом уже убедилась неоднократно, и особенно – сегодня ночью.

То ли еще будет! – загадочно проговорил Макс и скомандовал: - Хватит мне зубы заговаривать –  ешь!

После обеда они заехали в супермаркет, чтобы купить готовых продуктов, так здорово облегчавших жизнь, и сытые и довольные отправились на дачу. Шоссе было относительно свободным, и они доехали за полчаса. Варя обрадовалась показавшемуся дому, как родному. Его светло янтарный цвет и резная красота символизировали теперь ее счастье.

Выгружаемся! – скомандовал Макс, и она послушно взяла свою сумку с заднего сиденья и пошла в сторону дома.

Они привычно понесли сумки на кухню. Там было чистенько и уютно. Варя догадалась:

У тебя кто-то убирается в твое отсутствие?

Конечно, - Макс кивнул. – Пока меня нет, в квартиру или на дачу раз в неделю приходят специальные люди и убирают все до блеска, чистят бассейн и приводят в порядок участок. Так очень удобно – за деньги облагородить свой беспорядок.

Ты все предусмотрел, – засмеялась Варя. Ей было удивительно легко и свободно. Здесь за городом даже дышалось лучше, хотелось петь и танцевать.

Чем займемся? – первая спросила она.

Есть несколько вариантов, - прищурившись, начал говорить Макс.

Подожди, я, кажется, догадываюсь – спальня, душ и опять спальня?

Ты стала удивительно умненькой и сообразительной!

Может быть, захватим немного солнышка и погреемся у бассейна?

Тоже можно, - кивнул Макс, - Тем более кроватка от нас все равно не убежит.

Макс отнес сумки с вещами в спальню, и пока он переодевался и икал крем от загара, Варя надела купальник. Она как раз задумчиво созерцала роскошное парео, которое Яна купила в самый последний момент их памятного шопинга втроем, как услышала негромкое:

Варюш!

Она обернулась, и раздался щелчок снимка. В руках у Макса была большая профессиональная камера, которой он удивительно ловко орудовал.

Макс! – воскликнула Варя с упреком. – Ты собираешь на меня компромат?

Наоборот! Еще неделю назад я понял, что у меня нет ни одного твоего снимка. Как я уже говорил давным-давно – мы ни с того начали. У нормальных людей все начинается с кино, цветов, ресторанов и совместных фотографий.

У нас все началось с феерического секса, я помню, - лукаво заметила Варя.

Еще бы, - с чувством ответил Макс. – Я тогда два часа просидел перед твоей комнатой, ждал пока ты выйдешь.

Так, подожди, - удивилась Варя, - Откуда ты знал, что я выйду?

После того, как твой бывший напился со скоростью света, я подумал – ты обязательно проснешься при его появлении, и оказался прав. Только не учел, какая ты соня.

И Макс сделал еще один неожиданный снимок.

Макс! Я тебе не дала свое персональное разрешение на использование моих снимков в личных целях!

Иди сюда, и мы начнем переговоры по мирному урегулированию конфликта, - заявил мужчина.

Конечно же, Варя подошла. Поцелуй был сладкий и всепоглощающий. Они никуда не торопились, и целоваться всласть было одной из тех немногих привилегий, которые заслужили влюбленные.

Хорошо, можешь меня фотографировать, только неудавшиеся фотки удалишь на моих глазах, - разрешила после поцелуя порозовевшая Варя.

Слушаю и повинуюсь, моя госпожа!

Во время реплики Макс легонько хлопнул ее пониже спины, немного смазав, таким образом, раболепность слов.

У бассейна было хорошо – солнце мягко светило почти у самого горизонта, вода была теплой и прозрачной, поэтому окунувшись и немного поболтав ногами на глубине, Варя вышла и улеглась на шезлонг. Она повернулась на живот, подставляя уходящим лучам спину, блаженно зажмурилась и пропустила момент, когда ласковые руки начали намазывать ее кремом.

По моему, мы это уже проходили, - промурлыкала она. – Сейчас подумаю, кто бы это мог быть?

А у тебя еще и варианты есть? – раздался грозный голос любимого.

В прошлый раз вариантов не было, и я все равно ошиблась, - немного поддразнила она его.

Тогда советую угадать с первого раза, - предупредил Макс.

А я гадать не буду! – заявила Варя, повернулась и первая поцеловала такого дорогого и несносного любовника.

Когда поцелуй перерос в страстные объятья, и шезлонг под ними обоими уже стал зловеще поскрипывать, Макс произнес:

Этап «бассейн» пройден, начинается этап «спальня», – взяв Варю за руки, повел за собой туда, куда намеревался затащить с самого начала.

Бурно отметив приезд на дачу, влюбленные весь остаток вечер гуляли по берегу залива. Волны ласково омывали их босые ноги, солнце уже садилось, и горизонт переливался оранжевым золотом, напоминая своим великолепием тот памятный вечер на яхте.

Варя смотрела на лицо любимого и видела, что тоже вспоминает ту ночь.

Жаль, что ты не можешь кататься на яхте, - вздохнул тот.

Мы можем попробовать снова, - робко предложила Варя своему мужчине.

Попробовать то можем, конечно, только надо будет не забыть теб таблетки, на всякий случай.

Может завтра? – не унималась девушка.

А завтра у нас другие планы.

Какие? - сразу стало любопытно Варе.

Увидишь, - последовал лаконичный ответ.

Она решила не вредничать и не расспрашивать дальше.

Поужинали они форелью, запеченной в белом вине, с молодой картошкой, которую Варя ловко отварила с укором и лавровым листом. Пока она готовила, Макс стоял в дерях и любовался:

Можешь ведь, когда захочешь, - торжественно объявил он, - почему тогда я готовлю нам завтраки?

Танцуя у плиты, Варя возразила:

Во-первых, завтраки мы готовим по очереди, а во-вторых – потому что ты прогрессивный мужчина и уважаешь мое право на работу!

Ничего себе, завернула. А можно я буду просто агрессивным мужчиной, а ты будешь без прав?

Давай хотя бы поедим! – Варя интимно понизила голос, - После еды можешь быть кем хочешь, а я, так и быть, побуду немного без прав.

Макс рассмеялся:

И кто из нас думает здесь о сексе, а?

А кто говорил о сексе? – Варя сделала невинные глазки и стала накрывать на стол.

Так и знал, что твои филологически е штучки рано и поздно доведут тебя до кровати!

Очень на это надеюсь.

Ужин прошел во взаимных шутках и подколах. Варя постоянно смеялась, Макс притворно хмурился

вечер полностью принадлежал им обоим.

Потом Варя уговорила любимого посмотреть «хоть какую-нибудь завалящую» мелодраму и Макс покладисто согласился. Что не помешало ему уснуть примерно через пятнадцать минут после начала, уютно устроившись лежа на диване.

Варя досмотрела фильм до конца, согретая объятьями родного спящего мужчины. Она еще пощелкала пультом, но на других программах ничего интересного не было. Погружаясь в сон, она подумала, что хорошо бы перебраться на ночь в спальню, но подниматься, и будить любимого уже не было, ни сил, ни желания.

Следующее утро началось бодро.

Вставай, соня, а то мы все пропустим, - разбудил Варю бодрый голос любимого.

А поцелуй? – сонно запросила она.

Никаких поцелуев, потому что тогда мы точно все пропустим!

Ну только разок! - заканючила Варя, не открывая глаз.

О, господи! Женщина, ты ненасытна! Ладно.

Варю жизнерадостно чмокнули в губы и она, наконец, соизволила открыть глаза. Макс, удивительно бодрый и жизнерадостный нависал над ней и улыбался.

Какой сообразительной барышне пришло в голову смотреть кино поздно вечером, лежа на диване? – грозно нахмурив брови, спросил он.

Очень хорошее кино, - выпалила Варя и укрылась покрывалом.

Из-за твоего кино я отлежал все бока! Ну, хоть выспался. Он одернул покрывало и заявил:

Вставай быстрее, уже седьмой час, а нам нужно многое успеть.

Это и есть твой сюрприз – встать в шесть часов утра? – зевая, поднялась Варя.

Не только. Нам нужно успеть поесть и собраться – мы уезжаем.

Куда? – мгновенно насторожилась   Варя.

Увидишь, - опять последовал лаконичный и уже поднадоевший ответ.

Варя быстренько приняла душ, надела простенькое милое хлопковое платье в цветочек, наскоро уложила волосы и вышла на кухню.

Завтрак уже был готов, точнее разогреты остатки вчерашнего ужина – картошка, с ветчиной и сыром.

У нас пятнадцать минут, - скомандовал Макс, - ешь!

Когда они погрузились в машину, забрав всю не съеденную еду, и отъехали, Варя потребовала, чтобы он ей, наконец, объяснил – куда они направляются.

К маме, - ответил тот легко и просто. Варя опешила:

К какой маме? Моей?

У меня тоже, кстати, есть мама, точнее родители, и мы едем к ним, - спокойно поправил ее Макс. У Вари перехватило дыхание.

Ты так спокойно сообщаешь, что мы едем к твоим родителям! – завопила она от переизбытка эмоций.

Я не был у них уже месяца два, ты занимаешь все мои выходные, поэтому мы вместе едем к моим родителям, – я и ты.

Макс говорил это спокойно, однако уголки губ у него подрагивали. Он знал, как эмоционально отреагирует Варя и поэтому оттягивал этот момент до упора – так хотелось насладиться возмущением девушки.

Варя заметила его смешок и отреагировала правильно:

Как вы Максим Леонидович любите надо мной издеваться! Макс не выдержал и расхохотался:

Варя, ты прелесть! Видела бы ты себя в зеркале! Ну, прости! Я каждый раз не могу удержаться от искушения тебя подразнить.

Спасибо большое! – саркастически ответила девушка. – Мне стало гораздо легче.

Да ты не беспокойся – у меня мировые родители. У мамы чувство юмора даже лучше, чем у меня.

Это меня еще больше успокоило, - пробурчала Варя, глядя в окно.

И о тебе я им уже рассказывал.

А вот это интересно, - оживилась она, - Когда ты успел обо мне рассказать?

Когда ты рыдала у себя в квартире над разбитой любовью, а я работал как проклятый, - признался Макс.

Варя сникла.

Не могу поверить, что с нами произошла такая глупость!

Не с нами, а с тобой, - попытался возразить Макс, но увидев ее взгляд, поправился – Хорошо, с нами.

Я даже представить не могла, что какая то девушка захочет, а главное, сможет раздеться перед посторонним мужиком!

Ой, Варюш, знала бы ты некоторых девушек… Нет. Лучше тебе их не знать.

Я тоже так думаю.

Варя помолчала, глядя на проносящийся мимо пейзаж. Дороги в этой части области были хорошие, машин – не много, поэтому они ехали быстро.

А долго ехать до твоих? – спросила она.

С учетом свободной дороги – часа три. Поэтому я и разбудил тебя с утра пораньше, чтобы проехать всю трассу без проблем.

А родителям позвонил? – продолжала любопытствовать Варя.

Зачем? – искренне удивился  Макс.

Я тебе поражаюсь, Макс! Везешь к родителям незнакомую девушку без предупреждения? А может твоя мама с утра пораньше решит затеять генеральную уборку и встретит нас в заляпанном краской халате. Знаешь, как ей будет неудобно?

Сейчас ты говоришь в точности, как моя матушка. Поэтому, мой ответ – нет. Звонить не будем, так интереснее.

Дальше разговор влюбленных перешел на более прозаические темы – где по пути можно будет купить цветы и сладкое, какие они должны были пересечь населенные пункты и долго ли проходить таможенный контроль.

И только тут Варя начала соображать.

Подожди, у меня же нет визы! Меня не пустят в Европу!

Макс искоса взглянув на нее, сосредоточив внимание на дороге.

Ага, начала соображать?

Я даже никаких бумаг не подписывала, никакой справки о зарплате и всяких анкет.

Как не подписывала? – в свою очередь удивился он. – Ты разве не помнишь, что при поступлении на работу ты заполнила все необходимое для шенгенской визы и отдала свой загранпаспорт? Эту стандартную процедуру прошли все мои журналисты, на случай непредвиденных срочных командировок за рубеж.

И ты умудрился за сутки получить для меня визу? – продолжала недоумевать она.

Варечка, виза делается в течение рабочего дня. Все остальное время - это бюрократические процедуры, которые при желании можно ускорить.

Все равно, Варе было удивительно это слышать. Еще в четверг она страдала и не могла пересилить себя, чтобы открыть дверь в квартиру, а он, оказывается, уже все спланировал и решил!

Так ты бы сам со мной помирился бы! – догадалась она вновь.

Наверное. Попозже. В зависимости от складывающейся ситуации, - отреагировал он, все   также

внимательно глядя на дорогу.

Варя не знала, смеяться ей, или плакать. Максим каждый поражал ее до глубины души. Совсем недавно она считала его неисправимым бабником и авантюристом, не способным на эмпатию. И ей, в ее воображаемых домыслах, приходилось принимать его таким, какой он есть. А оказывается, он замечательный – чуткий и внимательный к мелочам мужчина.

Варя притихла и Макс с любопытством спросил:

О чем думаешь?

Немного помолчав, оан собралась с мужеством и призналась:

Я не понимаю, как я могла думать о тебе плохо? Ты, такой внимательный и нежный в постели и в жизни должен был оказаться таким же! Как я этого могла не видеть?

У Макса в душе разлилось тепло. Что за удивительная девушка Варвара, каждый раз умеет его пронять? Он отшутился:

Секс со мной затмил твой разум!

Да, серьезно подтвердила девушка, - Затмил.

Ехали еще долго, поэтому Варя сначала смотрела в окно, потом, незаметно для себя уснула. Макс разбудил ее уже на границе с Латвией. Таможенник проверил паспорта, визу, окинул цепким взглядом машину и людей, в ней сидящих, и махнул рукой.

Они въехали в Латвию. На первый взгляд, ничего особенного не поменялось, только дорога стала ровнее, и как будто посветлел воздух за окном. Потом она стала замечать некоторые мелочи – вроде бы незначительные, но в корне отличающиеся от российских реалий: много засеянных полей, аккуратные сетчатые заборы, ограждающие их по периметру, пасущиеся коровы в количестве явно большем, чем даже в районе деревни ее родителей. Домики, встречающиеся на пути, были все как один ладные и аккуратные, с черепичными крышами, и маленькими симпатичными крылечками. Двухметровых заборов, какие в изобилии водились у них на родине, здесь не было.

Здесь Варе было уже не до сна. Она с восторгом первооткрывателя вглядывалась в такие милые ее сердцу подробности жизни за границей, что, сама того не замечая, все время улыбалась и восторженно ахала. Макса ее восторженность умиляла. Сам он давно привык к особенностям новой страны, где жили родители, знал и видел больше Вари, причем далеко не парадный вид, а реальность. Но удивление и восхищение девушки грело его душу, хотя внешне он этого не показывал. Наконец, машина свернула в один из тихих пригородов Риги, где стояли маленькие особнячки и коттеджи, было много тротуаров, покрытых брусчаткой, всюду вились пешеходные дорожки, росли невысокие аккуратно подстриженные деревья и были разбиты красивые клумбы с цветами.

Приехали, - сказал Макс, остановившись около симпатичного двухэтажного домика за невысоким кирпичным забором.

Он подал руку Варе, и она осторожно вылезла из машины, постоянно оглядываясь на окружающую красоту. Не успели они открыть красивую резную дверь с колокольчиком, как тут же раздался крик:

Максимушка!

И к ним навстречу заспешила элегантная леди в белой с рюшами блузке со воротничком-стойкой, длинной серой юбке, широкополой шляпке и цветастых хозяйственных перчатках до локтей.

Какой ты молодец, что приехал! И опять, не предупредив! – обрадовалась и упрекнула она в одной фразе.

Мама, познакомься, это Варвара! – Максим обнял маму и показал на девушку. Варя первая протянула руку и робко сказала:

Очень приятно.

Та руку взяла и очень естественно сразу обняла ее.

Здравствуйте Варечка! Я вас знаю, мне Максим про вас рассказывал. Меня зовут Елена Васильевна, и я мама этого обормота.

Максим опять обнял маму и повел ее в дом.

То, что я обормот, Варя уже знает, можешь не стараться. А где отец?

Он с утра пораньше уехал в Ригу, ищет какую-то железную деталь для крыльца. Целую неделю кому-то названивал, и сегодня наконец сорвался.

Такой радушный и теплый прием ошеломил Варю и сбил с толку. Она ожидала как минимум настороженного молчания, максимум – дежурных улыбок. Обаятельная и живая мама Макса сразу сломила те возможные преграды, которые были в воображении девушки.

Проходите мои дорогие, присаживайтесь!

Елена Васильевна усадила их на большой диван, серый с льняными вставками и большими вышитыми подушками.

Макс сел вплотную к Варе и шепнул ей на ушко:

Удивительно видеть такой радушный прием от моей всегда сдержанной мамы.

Признайся честно, - отозвалась тоже шепотом Варя, - когда ты в последний раз знакомил ее со своей девушкой?

Макс честно задумался, но вспомнить не мог, в чем с удивлением признался Варе.

Вот! – со значением прошептала Варя, - Она уже, наверное, стала подозревать, что ты голубой.

Мужчина поперхнулся, а потом громко расхохотался и долго не мог остановиться. Пришла мама и громко спросила о причинах смеха, на что Макс еле выдавил:

Представляешь, Варя сказала, что раз я не привозил сюда регулярно девиц, ты подумала, что я голубой.

Варя мгновенно покраснела и в душе прокляла собственное чувство юмора и болтливость Макса. Елена Васильевна, вопреки ее опасениям, широко улыбнулась и ответила:

Варечка, я сейчас поделюсь с вами наболевшим. Здесь очень развиты семейные связи и к нашим соседям постоянно приезжают многочисленные дочки и сыновья с мужьями и женами и многочисленными внуками. Здесь любят так справлять праздники, просто отдыхать в выходные. И меня постоянно спрашивают – где мой сын и его семья. И я вынуждена оправдываться, что да, у меня замечательный сын-бизнесмен, он богатый, умный и красивый, ему тридцать три года и он еще не женат.

Варя не удержалась и прыснула:

Да, все вместе складывается в нехорошую картину. И здесь красота идет скорее в минус, чем   в

плюс, - и снова стала хохотать.

Елена Васильевна переглянулась с Максом и добавила:

Теперь вы вдвоем приехали сюда, и я очень вас прошу, Варечка, приезжайте теперь почаще. Мы видим Максима редко, он весь в делах, и мы знаем, что он нас любит. Но очень скучаем по нему.

Ну мать, ты сейчас растрогаешь нашу гостью и она заревет в три ручья. Она у меня девушка чувствительная.

И ловко сменил тему разговора:

Я тебе рассказывал про ее диссертацию? Мама Макса клюнула на приманку:

Да, Варя, расскажите, про что вы пишите ваш научный труд. Это так интересно!

И Варя следующий час объясняла про понятие лексики, рассказывала про архивы, где она работала, карточки, которые составляла, и диссертацию – сколько и как она ее писала и переписывала.

Елена Васильевна в это время ловко, с помощью Макса, накрыла на стол, сделала немудрящий салатик, разогрела всю еду, которую привезли они с ее сыном, и сделала и поставила в духовку сладкий пирог.

Вскоре приехал отец – высокий кряжистый мужчина, внешне очень похожий на своего сына – с вьющимися рыжеватыми волосами, и аккуратной бородкой клинышком. В своих эмоциях он был не столь откровенен, как жена, но было видно, что сыну он очень рад, и что Варя ему нравится.

Обед прошел замечательно, родители слушали Макса, который скупо рассказал о делах, и Варю – которая на эмоции в отношении их общей работы не поскупилась – любимый был ею нарисован только в превосходных тонах.

На предсказуемый вопрос – «как они познакомились» реакция у них тоже была разная. Макс поперхнулся пирогом и долго кашлял, а Варя спокойно объяснила, что приехала в гости с подругой на дачу на вечеринку и там уже познакомилась с ним. Ни про Вадима, ни про злополучную Илону сказано не было. Краем глаза она видела реакцию Макса – он улыбался и закатывал глаза, но сама сдержалась и ничем не выдала, что весь рассказ – наскоро скроенная полуправда.

После обеда все решили прогуляться по городку. Родители шли впереди молодой парочки, и здоровались с соседями с плохо скрываемой гордостью. Вскоре, все соседи знали, что к пожилой паре из России приехал сын с подружкой.

Городок оказался крошечным – несколько улиц и пара площадей, но почти настоящим – была своя администрация, магазины, почта и клуб. Пожилых пар было большинство, но встречались и пары с детьми. Макс объяснил, что стоимость недвижимости здесь была не из дешевых, поэтому многие пенсионеры переселились сюда, продав квартиры в городе.

Варя их понимала. Ей самой бы понравилось жить в таком тихом пригороде, особенно если есть дети. При этой мысли она покраснела и украдкой посмотрела на Макса, не прочитал ли он ее крамольные мысли. Макс разговаривал с мамой и время от времени бросал на девушку одобряющие взгляды.

Она перевела дыхание – не заметил! Что такого крамольного в мыслях о детях, совместной жизни, и, о ужас, свадьбе, она не понимала. Но думать о таком было так волнительно ужасно, что дальше

определенных мыслей лучше было не заходить. Хотя о покрое свадебного платья помечать хотелось очень!

Вернулись домой уже вечером. Готовить ужин Варя помогала почти в качестве члена семьи – ей было поручено чистить овощи и мешать тесто. Макс крутился тут же, отвлекая и заигрывая, рассказывая смешные истории про свое собственное «трудное» детство, когда его мама заставляла помогать на кухне, а он сбегал на улицу.

После ужина родители показали им гостевую комнату, и ушли спать на второй этаж. Варя дисциплинированно приняла душ и легла в кроватку. Макс все это время смотрел телевизор, и как только она легла, полез целоваться.

Варя с удовольствием ответила на поцелуй и обнималась с любимым долго и страстно, но как только почувствовала, что его руки разматывают полотенце, в котором она вышла из душа, воспротивилась:

Я не буду спать с тобой под носом у твоих родителей!

Вот так дела1 – Макс был искренне удивлен, -   Почему?

Все будет слышно, и не удобно – что подумают обо мне твои родители!

Все, что надо, они уже подумали, и очень за нас рады. Макс ловко лег на Варю, вклиниваясь коленом между ее ног. Она тихонько засмеялась и уперлась руками в его грудь:

Макс, перестань, ну, Макс!

Тот продолжал разматывать полотенце, одновременно пытаясь целовать ее в грудь.

Ты заставляешь чувствовать меня школьником за незапертой дверью – вот-вот войдут родители, а ты в кровати.

Так как Варя продолжала чувствительно пихаться, Макс, наконец, слез с нее и лег рядом. Девушка сразу успокоилась и сама обняла его:

Вот, давай полежим просто так.

давай, - покладисто согласился Макс.

Целоваться было удивительно легко и приятно – Варя с упоением ласкала любимого, с жадностью исследуя все, неподвластные обычному взгляду, места. Она с силой провела по спине, долго гладила торс и с восхищением ласкала мощные руки. Макс тое времени даром не терял – он медленно но уверенно целовал ее, сначала лицо,п отмо плечи, потом проложил дорожку из поцелуев и принялся за грудь.

Когда Варя со стоном напомнила:

Ты опять?

Он приложил палец к ее губам и приказал:

Тс-с-с-с! Я чуть-чуть.

И после своих слов втянул ее сосок губами. Варя выгнулась и застонала от этой интимной и сладостной ласки. Такого же внимания удостоилась и другая грудь. Вдобавок к этому, Макс большими пальцами рук стал легонько массировать соски, целуя поочередно каждый. Варя уже не возражала, с силой сжимая его голову. Ей было так хорошо, что она уже не задумывалась о

родителях наверху, и тихо непрерывно стонала, желая как можно быстрее избавиться от этого возбуждения.

Макс торжествующе улыбнулся, он добился чего хотел, как впрочем, и всегда, когда дело касалось Вари.

Может, не будем будить родителей? – улыбаясь, спросил он.

Иди к черту! – ответила Варя, и с силой притянув его к себе, поцеловала страстно и горячо.

Вот это другое дело!

Он уже, не колеблясь, лег на нее, согнул ее ноги и одним движением вошел туда, где все было готово к его вторжению. Варя приглушенно охнула и схватилась за изголовье кровати. Мужчина продолжал уверенными тяжелыми движениями, и ей приходилось кусать свои губы, чтобы не закричать в голос. Непроизвольно задирая ноги выше, чтобы наслаждение было более острым, она всеми силами старалась удержаться от крика, но звуки все равно пробивались сквозь плотно сжатый рот.

Распластавшись под любимым мужчиной, она восторгом принимала все новые и новые толчки, пока не ощутила, что освобождение от этой сладостной пытки вот-вот придет. Ее напряжение почувствовал партнер и несколькими движениями довел себя и ее до финала. Оба застонали одновременно, и, обессиленные, долго лежали, вжавшись друг в друга.

Ты умеешь уговаривать девушку, - утомленно сказала Варя, бездумно лаская его спину.

Если девушка стоит, того, чтобы уговаривали – значит надо постараться, - ответил он, осторожно укладываясь рядом с ней.

Я чувствую, в постели тебе лучше не возражать? – лукаво спросила Варя, обводя пальчиком его пресс.

Я всегда за диалог, - бодро отозвался Макс, ласково сжимая ее руку и уводя ниже, к бедру.

И все-таки ты диктатор, - шутливо упрекнула его Варя, с удовольствием предаваясь это игре рук.

Послушай женщину, и поступи наоборот, - эта заповедь меня еще никогда не подводила. Макс крепко поцеловал Варю, лег на бок и сграбастал ее в объятья.

Спать!

Девушка послушалась и мгновенно уснула.

Утро в чужом доме, как ни странно, было дружелюбным и спокойным. Когда Варя вышла из гостевой спальни, а Макс из душа – завтрак уже ждал их на столе, а родители чинно попивали чаек, негромко разговаривая.

Доброе утро, дорогие мои, - громко поприветствовала гостей Елена Васильевна. – Как спалось? Крепко?

Варя почувствовала, как у нее предательски краснеют щеки, и смущенно повернулась к Максу. Тот широко улыбнулся, обнял Варю и спокойно ответил:

Выспались отлично! У вас такой свежий воздух, мам, просто благодать!

Вот и приезжал бы почаще с Варей! – сразу прицепилась к словам его мама.

Мам, не приставай!

Макс усадил Варю за стол и уселся сам. Завтракали в благостной тишине, прерываемой только легким звяканьем столовых приборов о тарелки. И поэтому реплика Макса раздалась как гром среди ясного неба.

Пожалуй, мы уже поедем, мама.

Как? Впереди еще целый день! Мы с отцом хотели показать вам Ригу!

Вот именно мама, впереди целый день и я хотел погулять с Варей по Риге, но в этот раз без вас, прости, пожалуйста!

Варя громко ахнула от восторга, а мама – от досады.

Но… - начала она твердо...

Но вмешался отец Макса, мягко положив руку на ее плечо:

Конечно, сын, - и он неожиданно подмигнул Варе, - Мы все понимаем. Гуляйте, веселитесь. Не забудьте подняться на церковь Петра - удивительное зрелище, скажу я вам. Елена Васильевна не желеал оттдуа уходить два часа, пока я с трудом не уговорил ее.

Варя, испытывая смесь разных ощущений, – от восторга до желания слегка удушить этого бессовестного тирана, под именем Макс Еремин, ответила:

Если честно, я только сейчас узнала о нашей, так называемой прогулке. Но если вы, Елена Васильевна хотите подольше побыть с сыном, я думаю, нам надо остаться.

И многозначительно посмотрела на Макса, мол, знай наших. Тот еле заметно кивнул, отдавая должное ее дипломатии.

Елена Васильевна благодарно улыбнулась:

Спасибо, Варечка, ты понимаешь мое материнское сердце, из тебя получится отличная мама. А Максу погрозила пальцем:

Вот будут у тебя самого дети – поймешь, какого это, видеть ребенка раз в пол-года. Макс обнял мать и возразил:

Я уже давно не ребенок, и что-то ты мама размечталась о внуках то. Рановато.

Да? – мама иронично выгнула бровь, - А судя по вчерашним звукам – ничуть не рано. Макс замолк, а Варя от души рассмеялась.

Спасибо вам, Елена Васильевна за гостеприимство, мне у вас очень понравилось!

И тебе спасибо, дорогая, приезжайте к нам почаще, и родителей своих привози в гости, мы будем очень рады.

Макс втянул воздух и виновато посмотрел на Варю. Она ответила лукавым взглядом и подмигнула.

Собрались быстро. Варя надела свои, ставшие уже любимыми белые обтягивающие брючки и голубую летнюю кофточку с круглым вырезом. Макс – белые брюки и рубашку с короткими рукавами. Когда они выходили из дома и шли к машине, родители Макса стояли на крыльце и махали им вслед.

У тебя замечательные родители! – выпалила Варя, когда они отъехали от дома.

А то! – подтвердил Макс.

Странно, что ты не унаследовал этих качеств от них, - улыбаясь, пошутила она.

Женщина, ты все еще недовольна? – прорычал он.

Я довольна абсолютно, только в следующий раз хотя бы намекай о своих планах, а то я сегодня выглядела как наивный воробушек.

Ты и есть наивный и сладкий воробушек, дорогая моя, и мои родители это поняли и оценили.

В отличие от твоих бывших хищниц?

Да, в отличие от всех моих бывших хищниц, - спокойно подтвердил он.

Через десять минут показался город, и Варя забыла о разговорах. Даже издалека он восхищал и манил одновременно. Красивые разноцветные дома с яркими оранжевыми крышами и тесные средневековые улочки обещали замечательный день, наполненный впечатлениями и переменами.

По прошествии нескольких часов, у Вари уже отваливались ноги. Поставив машину на стоянку, они решили прогуляться по Старому городу. Девушке настолько нравились тесные городские улочки, маленькие дворики и подъезды, что она хотела заглянуть и пройти везде и всюду.

Макс только успевал поднимать фотоаппарат в ответ на ее очередную просьбу сфотографировать то, или иное чудо. И сама Варя в кадр попадала не часто. Она постоянно забегала вперед, смотрела на фасады и окна зданий и триста раз бы уже споткнулась и упала, если бы верный Макс не подхватывал бы ее в последний момент.

Они даже успели забраться на церковь Святого Петра и стояли полчаса, осматривая окрестности. Рига с высоты была еще красивее, чем с земли. Современные дома здесь перемежались со старинными, органично вписываясь в общегородской пейзаж. Разноцветье крыш уравнивала разную высоту домов, а блестевшая вдали река заключала город в свои суровые объятья.

Какой удивительно неповторимый город! – задумчиво произнесла Варя. На высоте ветер сильно трепал ее волосы и Макс прижал ее к себе спиной, чтобы девушку не сдуло всю.

Да, если учесть, что пришлось ему пережить за все века существование – удивительно то, что эта красота дошла до нас. – ответил он.

Нам обязательно нужно попасть в исторический музей, - повернулась она к нему лицом. – Я почти ничего не знаю про этот город, но чувствую, что он может рассказать не мало интересных историй. И я всегда любила краеведческие музеи!

Ты же у меня филолог, а не историк! – ласково поцеловал ее макушку мужчина.

Это не значит, что мне не интересна история. Я несколько раз писала туристические обзоры про Прибалтику, между прочим, для твоего журнала, - она искоса посмотрела на Макса, - Но почти ничего – про Ригу. Хотя ездить сюда из нашего города – одно удовольствие.

Ее осенила очередная идея:

Давай посвятим Риге отдельный разворот в журнале? В рамках колонки развлечения и культуры, а?

Вот это ты будешь обговаривать с новым главным редактором, а не со мной! – строго ответил он, но взглянув в ее умоляющие глаза, смягчился, - Но я не вижу причин, по которым она может тебе отказать. Тем более, летом интересный материал нужно искать, потому что событий в городе происходит мало.

Ура!

Ну, если «ура» - то, давай спускаться. А то сейчас нас с тобой сдует и мы вернемся в свой город по воздуху.

Когда они медленно спустились вниз, ноги в очередной раз отказались повиноваться Варе, она жалобно посмотрела на мужчину и взмолилась:

Устала, сил нет.

Конечно, - проворчал тот, - Если бросаться на любой кирпич с криками «посмотри, какая прелесть!», не только ножки заболят.

Макс! – она укоризненно посмотрела на него, но первая не выдержала и широко улыбнулась.

Ладно, пока остановимся, - добавил он, засмотревшись на счастливое лицо любимой девушки. Она была совершенно и бесповоротно очарована городом и эта зачарованность сияла, даже, несмотря на усталость.

Они прошли всего несколько метров и уткнулись в маленькое симпатичное кафе, занимавшее часть пешеходной улицы Старого города и цокольный этаж здания. На тротуаре стояли плетеные кресла и квадратные, накрытые скатерью, столики. И почти все кресла были заняты – Варя и Макс заняли чуть ли не последние на улице.

Такое ощущение, что ты первый раз куда-то выехала, - заметил он, галантно усаживая ее в плетеное кресло и, снимая босоножки.

Варя с облегчение пошевелила пальчиками и несколько раз энергично но незаметно помахала ступнями.

Какое блаженство! – простонала она и ответила на вопрос Макса, - Правильное ощущение! – с облегчением откидываясь на спинку кресла и вытягивая уставшие ножки. – Я только пару раз ездила в Турцию и Египет.

Первый раз с мамой после окончания школы, а второй – с Янкой и Лешей несколько лет назад.

Ого, у вас был тройничок? – съязвил Макс, подзывая официанта. Варя укоризненно посмотрела на него:

Тебе лишь бы все опошлить! Они купили горящую путевку на троих и взяли меня! Хорошо, комнат в номере было две, и стояли двери, - улыбаясь, рассказывала она. - Но все равно, если бы я не взяла электронную книжку – загнулась бы со скуки. На улицу из отеля не выйти, турки чуть ли, не с порога начинают тебя хватать за платье и цокать языком. В отеле можно только купаться да загорать. Вот я и загорала книжкой кверху, пока голубки резвились в номере.

Они заказали кучу всякой еды и первым делом – настоящего лимонада, графин прохладной воды с лимоном. А вдогонку к нему настоящий обед – холодный свекольник, который должен был освежить после июньской полуденной жары, пивной салат с гренками и свинину в кляре. Пирожные заказывала Варя и слегка побаловаласс – заказав себе одно, а Максу целых три!

В ответ на его удивленно прподнятые брови, она пожала плечами:

Ты все равно все съешь, зато я попробую целых четыре пирожных.

Ты хитрая лиса!

Так что, такое интересное путешествие у меня в первый раз, - продолжала разговор Варя, а потом подумав минуту, решилась добавить, - Как и ты.

Она серьезно и просто посмотрела на Макса, и тот ответил ей благодарной улыбкой.

Веришь, ты у меня такая тоже в первый раз.

Знаю, - счастливо отозвалась Варя.

После обеда в кафе Варя сидела сытая и довольная, и, к сожалению, почти не способная гулять дальше. Она переоценила свои силы и с приятной истомой думала, что сейчас ей лучше всего забраться с ногами на мягкий диванчик и пообниматься с Максом.

Ну что, нагулялась? – проницательно уловил ее состояние Макс.

Нет, - нерешительно ответила она, - Может быть, все таки сходим в исторический музей? Там, где есть кушетки в залах?

Ага, и кроватки, - улыбнулся тот.

Я серьезно! – надулась девушка, - жалко тратить драгоценные часы на ничегонеделания. Когда мы еще выберемся сюда?

Да хоть на следующие выходные! – опрометчиво пообещал Макс.

Честно? – сразу загорелась  она.

Макс замялся, глядя на ее сияющий вид.

Как пойдут дела, - уклончиво ответил он, - И если будешь себя хорошо вести и не бросаться на меня с угрозами и обвинениями.

А для этого тебе надо себя хорошо вести и держать свои ручки при себе! Или при мне, – дерзко ответила Варя.

Договорились, – легко согласился Макс, - Значит, сейчас отдыхаем и    домой.

Здесь будем отдыхать? - спросила Варя, - А то я чувствую, что не могу пройти даже метра.

Пройдешь! – уверенно сообщил Макс, - Тут недалеко.   Вставай!

Он взял Варю за руку и уверенно повел по улицам, разбираясь в хитросплетениях улочек Старого города при помощи смартфона.

А мы здесь еще не были, - вскоре ожила Варя, - Посмотри, как красиво!

Они вышли на улицу, где дома задним фасадом выходили на реку. Улочка была с односторонним движением, и, несмотря на центр города, тихая и уютная.

Представляешь, люди живут среди такой красоты! – изумлялась девушка. – И для них это привычно и обыденно. Они ходят в магазин, на работу, водят ребенка в детский сад – а вокруг них красота из нескольких столетий! Даже дух захватывает!

Кажется пришли, - согласился с ней Макс, - Вот сейчас и оценишь, как тут можно жить, - успел он вставить реплику в ее дифирамбы.

Мы что, опять идем в гости? – уже ничему не удивлялась Варя, - Может, купим что-нибудь к чаю, чтобы не с пустыми руками? У тебя здесь живут друзья?

Ты задаешь слишком много вопросов, потерпи немного, - загадочно проговорил Макс. Они подошел к красивому белому четырехэтажному дому, шириной по фасаду всего в четыре. За геометрически плавными линиями, витражными вставками и интересной лепниной   скрывался

стиль модерн,