- Гарри, так что же вчера произошло, ты так толком и не рассказал? - настойчиво прошептала Гермиона в самое ухо. Мы обедали в Большом зале, отсидев Трансфигурацию и неприятнейшие часы сдвоенного зельеварения. Я непрерывно буравил взглядом Снейпа, но тот словно и не замечал, но лишь один раз позволил себе улыбочку с превосходством, выдавшую его с головой. А под конец урока бросил: - Поттер, отработка сегодня, в шесть.

- Все плохо, Миона, - повторил я вчерашние слова. Иногда любознательность и навязчивость подруги немерено раздражали.

- Ритуал не помог? - испуганно спросила Грэйндер.

- Не помог это мягко сказано, - с чувством проговорил я. И добавил: - Его словно вообще и не было. Я... я на поводке у них, и ничегошеньки рассказать не в силах, что самое ужасное.

- Как я тебя понимаю... знаю, то чувство, когда тянущий камень тяготит душу, и не можешь поведать никому ни малейших подробностей.

- Не понимаешь! - злостно сжав кулаки, я ударил по столу. - Они могут заставить меня выполнить ВСЕ, что угодно, сечешь? Абсолютно!

Гермиона нешуточно побледнела. Глаза заморгали часто-часто, а притихший голос, чуть дрогнув, уточнил:

- Может, есть какой-то способ? ..

- Да никакого! Эти сволочные, проклятые маленькие гниды посадили меня на цепь с самого начала! Я - собачка на привязи! И, что самое смешное, ни ты, ни я, не можем ни к кому обратится за помощью. Просто блеск!

Гермиона положила мне руку на плечо, и крепко сжала. Слова тут были излишни.

- Что собираешься делать? - несколько минут спустя, все же прервала молчание Грэйнджер.

- Отправлюсь в библиотеку, - вздохнул я. - Очень хочется ознакомиться с этими сволочами поближе.

- Ну, может не стоит так, - с укором взглянула на меня Гермиона, - все же гоблины столько выстрадали. Эта раса все же заслуживает на лучшее, и...

- Ты издеваешься, что ли?! - чуть не завопил я на весь зал, а опомнившись, прикрутил звук, и добавил шипением василиска: - Твоего друга держат за домовика, даже хуже! И ты их продолжаешь защищать?!

- Ну да, я погорячилась, - проблеяла, опустив взор Гермиона, -, но все же...

- Никаких все-же, - категорично перебил я. - Ты... вообще поехавшая скажи? Или упертая настолько?! С Человеком, существом ТВОЕЙ расы такое сотворили! Иди ты... в Г. А.В.Н.Э!!!

И рывком допив вишневый компот, вскакиваю из-за стола, удаляясь. Даже видеть её не хочу, в одном месте сидит уже! 'Войди в их положение', - мысленно передразнил я. Может ещё породниться?! И отдать им пол Земли в придачу?! Бедненькие гоблинцы же!

Успокоился я лишь получасом опосля, когда обложившись множеством фолиантов, выторгованных у строгой миссис Пинс, углубился в историю.

А почитать было о чем:

Гоблины оказались вовсе не такими святыми, как о них принято думать, или как они пытались преподнести. Однако и чародеи не были чистенькими. Начать стоит того, что последнее 'восстание' произошло с банального предательства, когда Гринготс отказался давать ссуду терпевшему финансовый крах тогдашнему Министерству магии. По одному из пунктов последнего договора о безоговорочной капитуляции, гоблины обязаны, вплоть до собственного разорения предоставлять не более чем трехпроцентные ссуды, на срок не менее десяти лет. Подобная кабальная система, мягко говоря, не ужилась, продержавшись каких-то полвека. И когда два десятка мракоборцев прибыли требовать 'законную' ссуду, их ожидал жаркий прием. Из людей не ушел никто.

Гринготс, после налета недорослики отстраивали с нуля за собственный счет, параллельно возмещая вкладчикам ущерб, причиненный задержкой. Правда о кабальном договоре все же забыли, заменив множеством других неудобств, но больше не пытаясь столь нагло залезть в святая святых гоблинов - кошелек.

Узнавая все больше, напрашивался вывод: гоблины - до тупости меркантильные существа. Ставя материальные блага превыше всего, они жертвовали не только семейными или дружескими узами, а ещё и деградировавшей напрочь магией, бывшую ранее уникальной и могучей, а нынче опустившейся до уровня разработки сугубо безделушек и артефактов.

Феномен под названием 'семья' у гоблинов отсутствовал напрочь. Маленьких уродцев с самого рождения сдавали в специальные воспитательные учреждения, где и готовили подрастающих счетоводов или ювелиров. Даже слово 'друг', в языке гоблинов отсутствовало как таковое. Понятию 'дружба' было дано ближайшее по смыслу определение, означавшие 'взаимовыгодные отношения без конфликтующих интересов'.

Жили гоблины приблизительно сотню лет, за одним небольшим исключением. Один древний и грязный ритуал Крови все же прошел сквозь века и через пелену затменья. Отдача жизненных лет. Время, как самый ценный невосстанавливающийся ресурс, ценился гоблинами чуть ли не больше золота. И ничего зазорного не было в том, что бы продать год жизни молодому гоблину ради свадьбы или кредита, или пятерку для вложения в крупный бизнес. Разбогатеют - накупят с лихвой. Таким образом, самые успешные доживали до трехсот лет и более, а неудачники отсеивались уже на пятом десятке. Финансовая успешность, возведенная в самоцель - вот смысл существования меркантильных ублюдков. И стало понятно, что главная причина жажды власти у гоблинов - открывающиеся перспективы предстоящих выгод.

Также, для данных мерзавцев в порядке вещей, буквально в крови была заложена предрасположенность к причинению страданий. Более высокостоящему индивиду ничего не стоило унизить нижестоящего по сословию собрата, и упиваться болью последнего. Что уж говорить, если в своде внутренних законов, напротив каждого преступления стояло тире, и стоимость искупления в золоте. Будь несметно богат, и твори что хочешь.

К слову, множество неудач этой расы связано именно с алчностью. Чего стоит история, описанная парой слов, когда один из величайших гоблинских инженеров-отшельников, за редкую безделушку и звонкую монету соорудил антимагическую бомбу: уникальный артефакт, после активации препятствующий применению любого, сколь бы то ни было малого волшебства или артефактов в километровом радиусе. Одну из наибольших войн люди выиграли с помощью данного устройства, после чего, все же гоблины задумались, и внесли поправки в собственные традиции.

'М-да уж, те ещё твари. И вот с такими подонками предстоит работать', - пробормотал я мысленно, и рванул в Выручай комнату, справедливо полагая, что школьная библиотека, несмотря на всю её углубленность, не предоставит необходимой информации о самих истоках вражды. А вот комната предоставила. Да ещё с лихвой.

Огромный, в рост человека светящийся талмуд открывал воистину будоражащие сознания факты. Оказывается, гоблины, одни из немногочисленных доживших до наших дней 'темных' рас, искорененных в седой древности. Таких как орки, тролли, гарпии, волколаки...

'... и служили эти отродья под знаменем Багрового Властелина, наряду с мерзкими орками. Но если те отдавали дань больше служению мечом или секирой, то сей народец заправлял счетами, ведением дел и управлением. А также являлись тюремщиками и палачами, ибо нет слаще чувства для них, чем причинение страданий. А после падения Черной Башни, рассеялись по миру в страхе. И уничтожены были орки повсеместно, ввиду своей неуживчивости и ненависти к роду людскому. Гоблины же служили злату, и очень пригодились в начале Эпохи Людей. Многие тогдашние короли и князья, охотно брали на службу самых толковых из них. Основам точных наук, математики и геометрии обязаны люди этим созданиям, бывшими первыми учителями первых школ, а также заведующими управленческим делом, умело и качественно, и по особому талантливо. Именно благодаря гоблинской расчетливой смекалке под знаменем Мрака в свое время собирались и организовывались несметные полчища Вражеских воинств...'.

'Походу, я знаю, кто проектировал супер точные пирамиды', - хмыкнул я про себя поражаясь. Оказывается, древним великим постройкам и пониманием математики люди обязаны в первую очередь гоблинам. Ну, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Поблажек из-за этого я делать не собирался. За подобное не прощают.

Время подбиралось к шести, и я, огорченно вздохнув, закрыл талмуд, и отправился на отработку к сальноволосому.

- Входите, Поттер, - прозвучало за дверью.

Северус Снейп стоял, сцепив за спиной руки, созерцая пейзаж за окном. Кисть поигрывала волшебной палочкой с отличающей ловкостью.

- Явились?

- Как видите.

- Не хамите, - рыкнул Снейп.

- Сэр, при всем уважении, я - не Поттер, и алогичных причин меня ненавидеть больше нет.

- Неужели, - саркастически хмыкает декан Слизерина, но все же поворачивается, и окидывает меня изучающим взором. - Тогда начнем с простого. Мне нужно натренировать вас до максимально возможного уровня за короткий срок. Зная о ваших утренних пробежках и длительном пребывании в Выручай комнате, смею надеяться, что мозгов у вас побольше, чем у предшественника. Не хочу терять время, ведь время - деньги. Пока что наша задача - научить вас невербальной магии в кратчайшие сроки. Начнем!

Я невольно скривился от чисто гоблинской эпитафии. Поднабрался словечек-то, паразит. Ещё много чего предстоит разузнать о тебе, но позже.

Утомленно вздохнув, я сосредоточился, приведя мысли в порядок и успокоил сознание. И в первые же минуты боя выяснил для себя один радостный факт: Снейп, и соответственно его начальство ничегошеньки не знали о моих летних тренировках, иначе не начинали бы обучение буквально с нуля. Мастер Гарфилд не против меня! От осознания этого на душе полегчало, и словно камень с плеч свалился. Другое дело, что мотивы и позиция Александра оставались покрытыми мраком тайны. А до встречи на зимних каникулах ещё ой как много воды утечет! Дожить бы, такими темпами.

Хотя с выводом 'не против' я однозначно погорячился. Не за гоблинов - это уж точно, но... за кого? Какие цели преследует? В любом случае, чего бы он ни хотел, это однозначно лучше рабства у чужаков.

- Отлично... мистер как вас называть? - опустил палочку Северус спустя полтора часа.

- Именуйте меня Поттером... я привык уже, да и путаницы не будет.

Снейп лишь скупо кивнул, отворачиваясь. Я хорошенько попотел последние часы, старательно выкрикивая заклятия, и лишь под самый конец создавал видимость успеха, изредка колдуя молча. Но оппонента и такой успех впечатлил, и я внутренне поморщился: не перестарался ли?

- У вас великолепный потенциал, мистер... Поттер, - сказал Снейп, запирая последние вещи в шкафчик, и гася оставшиеся свечи. - Очень жаль...

- Жаль, что он не реализуется? - я прямо посмотрел в черные глаза.

- Да, - криво ухмыльнулся тот, отряхивая мантию, - именно так.

- Почему? - вопрос, поставленный настолько особым тоном, что Северус замер, будто врезавшись в невидимую стену, а затем глубоко выдохнул, сцепив зубы:

- Дамблдор или Волан-де-Морт? Кого выбираете?

- Дамблдор, - не моргнув глазом ответил я.

- Что ж, - оскалился Снейп, и присел на краешек стола, - слушайте. Дамблдор - человек, безусловно, талантливый и гениальный. Очень добрый и правильный. Что делает его просто невыносимым в общении. Вы когда-нибудь пытались отстаивать свои естественные потребности перед святым, мистер Поттер? Бесконечно мудрой и талантливой личностью, всегда вещающую истинно правильный ответ и решение? Когда ты, даже споря с этим человеком, сам себе кажешься жалким злобным карликом и грешным.

- Берите пример, - пожал плечами я. Северус коротко хохотнул.

- Пример? Ну уж нет, слушайте дальше. А теперь представьте, что этот самый абсолютный авторитет, допускает грубую ошибку... ошибку приведшую к смерти единственного человека, которого ты когда-либо любил.

- От ошибок никто не застрахован!

- После ошибки ты не имеешь права оставаться таким правильным! - гаркнул Снейп. - А он вел себя, будто ни в чем не бывало, будто оступился, и ничего...

- Вы ошибаетесь, Северус, - спокойно сказал я. - Если человек раз вступил на путь зла, или оступился, он не то, что имеет право, а обязан двигаться дальше, как прежде. Интуиция подсказывает мне, что вы совершили поступок... очень нехороший и плохой, после которого посчитали, что назад пути нет. Что вы уже пали. Что вам уже нет прощения. И, не попробовав вернуться в русло, возможно извиниться или попросить прощенья, ринулись, сломя голову в черный омут.

Естественно, я намекал на Лили и Пожирателей. Северус, очевидно, провел соответствующие параллели: вон как мертвецки побледнел.

- Это ваше мнение, Поттер, - ровно проговорил Снейп, заерзав на столе, - не все могу продолжить... как прежде. Что ж, дальше! Дамблдор сам не видит, как уничтожает магический мир, постепенно и неотвратимо! Через сто, да что там! Через пятьдесят лет уже все забудут, что такое традиции магического мира, и маги просто растворятся среди маглов... став такими же. Не советую вам прислушиваться к его речам, Поттер. Все, что вы получите - возможность погибнуть героем, с почестями, ради общего блага. Вы все ещё за Дамблдора? - едко уточнил зельевар.

- Я всегда за людей.

Снейпа перекосило, будто тот слопал незрелый лимон. Он постоял, буравя меня нечитаемым взглядом, затем презрительно скривился, и хохотнул:

- Молодой ещё, сколько тебе там было? У себя?

- Мне кажется, ты по уши в дерьме, Северус Снейп. Ты доволен, что движешься ради себя, но всю жизнь двигался по пути предательства. По твоей вине погибла невинная семья, и ты упустил возможность заслужить прощение покаянием. Разве я не доказал тебе? Твоей смертью ничего не закончится, Северус, и ты не унесешь ТУДА все те выгоды, что отхватил у гоблинов. А клеймо предателя смывается только кровью.

- Да как ты смеешь! - полным ярости криком возопил Снейп.

- Смею. Я прожил немного. Но прожил достаточно, что бы понять, что есть вещи похуже смерти.

- О-о да, - внезапно ликующе улыбнулся Снейп, что меня нешуточно насторожило, - есть вещи и похуже. И как бы получше выразится... тебе ещё предстоит делом, а не словом доказать свою преданность высочайшим истинам. Возможно, даже сегодня. Удачи! - и окинув меня напоследок не менее ненавидящим взором, чем Поттера, зельевар стремительно вылетел из комнаты. А бумажка, в потайном кармане на груди, угрожающе нагрелась. Чувствую, быть беде.

Я покинул пустующий класс, и под светом одинокого факела освещавшего подземный коридор вынул клочок пергамента. И содержимое повергло меня в такой шок, что я прислонился к стене, желая запустить Аваду в собственный лоб. То, что предстояло сделать выходило за всякую грань добра и зла.

И все, сказанное ранее Северусу, в меньшей степени относилось и ко мне. Но - относилось. И на душе стало так невыносимо гадко, так противно и больно, что я едва не послал весь мир, и не отправился на Астрономическую башню.

Но что изменится, погибни я напрасно? Большинство останется в неведении, и погибнув я ничего не достигну. А для грязной работы они найдут и другого.

'Хотите сломать меня? - подумал я мрачно, - 'а вот хрен вам!'.

Нет выхода, кроме как жить, делая подлости, в надежде на спасение. И постараться не сойти с ума. Простите меня за все.

Решившись, я бросился в сторону гостиной Гриффиндора за мантией невидимкой, и картой. К счастью, сегодня с Сессилией не пересекался, и карта все ещё у меня. Без главного творения Мародеров задача бы существенно усложнилась, а так... самое сложное наступит позже. Наедине с собой.

Зевнув, я сообщил Рону и Гермионе, тихо воркующим у камина, что чертовски вымотался, и иду спать. Уизли молча кивнул, а Грейнджэр махнула рукой: им явно не хотелось отрываться друг от друга. Это мне на руку.

Плотно задернув полог постели, я сбил одеяло в рулон, и накрыл его вторым, предварительно наложив простенькую иллюзию. А над пологом основательно поколдовал. Теперь, если даже кому и придет в голову взломать защитные чары над кроватью, чего никогда не случалось, то все, что незваный гость узрит - мирно посапывающего Поттера.

А сам, накинув мантию поверх утепленной одежды, на цыпочках вышел из гостиной.

Мороз по коже. В горле ком. Сердце судорожно бьется от предстоящего злодеяния, и ничто не может унять колотящую дрожь. Зайдя в темнейший закуток без единого портрета, вытаскиваю карту Мародеров.

'Они в библиотеке. Да что вы там забыли, в такое-то время!' - воплю я про себя отчаянно. К сожалению, мне это только на руку. Остается только потерпеть какое-то время, и дождаться их появления.

Время будто остановилось. Пот капал с лица и стекал за шиворот. Впервые, с давших времен встречи с чем-то ужасным во время Испытания, устроенного Гарфилдом, испытываю подобный необъяснимый и безотчетный страх.

'И впрямь, душа раскалывается надвое', - мелькает оброненная мысль, и тут же исчезает, ибо две точки на карте начали движение. Вот и пробил час.

Они выходят. Одна, высокая длинноногая красотка, жгучая брюнетка ослепительной внешности. Даже без зрителей, она уже чеканит по-взрослому шаг, очаровывая окружающее пространство. Будущая сердцеедка. Знающая себе цену мадам, и не боящаяся использовать красоту в собственных целях. Но мне нужна не она. К сожалению. С ней было бы проще. Мне нужна младшенькая.

Чуть более приземистая и менее длинноногая шатенка больше напоминала нескладного подростка, чем зрелую девушку. Обычная походка уверенного в себе человека, которому плевать, привлекает ли он чье-то внимание. Раздавшийся чистый беззаботный смех из девичьих уст, прогремел будто сигнал к действию.

- Ступефай! Ступефай! - две короткие вспышки, прямо в цель. Не ожидающие подобного девушки, пораженные со спины, падают на пол, оглушенные. Подхожу и подхватываю нужную. Теперь - на выход.

Кратчайший путь за Хогвартс - воспользоваться одним из восьми подземных переходов. Но зачем тогда полеты?

Подхватываю на руки невесомую ношу и взлетаю в ледяной ночной воздух. Ночи уже холодные, в Британии-то, отмечаю краем сознания. Сознания гаснущего и плывущего по течению обреченности. Тело девушки на руках такое живое, такое теплое и беззащитное. Такое легкое. Такое крохотное.

Выбраться за пределы антиаппарационной зоны двухминутное дело, если лететь. Куда теперь? Визжащая хижина? Почему бы и нет?

Хлопок аппарации, и вот я, посреди ободранной пыльной комнаты, носящей следы тотального разрушения. Заколоченные изнутри окна, обломки мебели повсюду и следы когтей на трухлявом дереве. Теперь легенды не будут безосновательными. Начиная с этого момента сие место действительно проклято.

Кладу хрупкое живое тельце в дальний угол комнаты, а сам шагаю как можно дальше. Хриплое дыхание вырывается из груди, пальцы немеют, в глазах меркнет свет. Поворачиваюсь. Поднимаю палочку. Рука дрожит. Тварь я дрожащая, или право имею? Не имею. И не имеет, никто и никогда.

Начинающая оформляться грудь мерно вздымается, натягивая зеленую утепленную кофточку. Розовые губки нежно подрагивают, она улыбается во сне, вспоминая что-то хорошее. Прости меня. Молю, знаю, что не простишь..., но прости меня.

- Круц... - начинаю и прерываюсь на полуслове. Ты поворачиваешь головку, качнув каштановыми локонами, твое дыхание незаметно срывается, а глаза невинно распахиваются. Нет, ТАК, я не смогу...

- Авада Кедавра!

Ядовито-зеленый луч мощнейшего заклятье врезался в девичье тело, и швырнул о стену. Глаза, полные ужаса, успевшие на секунду осознать происходящее, так и остались безжизненно открытыми. Прости меня.

Только сейчас подхожу, на удивление ровным шагом, хотя секундой ранее казалось, что потеряю сознание. За окном раздается неясный шум, и я спохватываюсь, будто преступник, пойманный на горячем... да так оно и есть. В душе мертвая пустота. Подхожу к телу, нацеливаюсь палочкой и начинаю:

- Секо! Диффиндо. Секо! Сектумсемпра! - лицо, голова и тело девушки покрывается ужасающими ранами, должными свидетельствовать о невыносимых пытках перенесенных невинным телом. Вот то, чего я не смог сделать. Не смог пытать её перед убийством. Останавливаюсь лишь тогда, когда кровавая лужа достигает ботинок. 'Придется же чистить', - отмечаю на периферии сознания, автоматически морщась.

Переворачиваю на спину, и срываю кофту напрочь, обтянутыми в перчатки ладонями. Здесь предстоит работа поизящнее.

Пять минут спустя снова вынимаю проклятый пергамент, и всматриваюсь в очертания неплохо прорисованного особняка. Беру её за руку и аппарирую. Быстрее, быстрее бы покончить со всем этим...

Выйдя из прыжка, перекручиваясь, впечатываю тяжелое, как камень девичье тело в себя. Отпрыгнул шагов на пять, осознав, что с ног до головы измазан кровью. Почему мне так страшна кровь?! Подхожу к точке, к древнему семейному постаменту, находящемуся в полумиле от виднеющегося вдали поместья. Леденящий ветер развевает волосы, я хапаю воздух ртом, желая заглушить, насквозь проморозить гложущую муку, но тщетно. Это пламя не загасить.

- Прости меня, - прошептал я одними губами, и не заметил, как невольные слезы покатились из глаз. - Прости, Астория.

И швырнул тело девушки оземь. Точно к подножию семейного постамента. И аппарировал прочь.

'Убийство десятилетия! Неизвестный маньяк зверским способом прервал жизнь четырнадцатилетней Астории Гринграсс, младшей дочери древнего и многоуважаемого рода. По словам колдомедиков, нашедших тело сегодня утром, девушка была зверски изуродована и изувечена, от чего вероятно и скончалась. Выяснить, являлось ли завершением Смертельное заклятье, на данном этапе не представляется возможным. К слову, на спине у юной мученицы было вырезано два слова: 'Плати, Гринграсс'. Вот как прокомментировал это отец двух дочерей, в одну ночь постаревший на десятилетие, Лорд Гринграсс:

- Сволочь будет найдена и уничтожена. Если ему не повезет - лично мной. Я положу жизнь, на поиск и убийство мерзавца, и смерь его будет вдесятеро страшнее, чем у моей доченьки... кровинушки... (на этих словах мистер Гринграсс не смог сдержать слез). - Дамблдор подписал себе приговор, - продолжил, оправившись, Лорд. - Если у него из-под носа похищают, и зверскими пытками умерщвляют студентов, то грош ему цена, как директора.

Ещё Лорд Гринграсс заявил, что на данный момент Род не имеет крупных долговых обязательств, перед кем бы то ни было, а угроза, выведенная на спине несчастной жертвы не более чем способ отвода глаз.

- Это свихнувшийся, больной маньяк-одиночка. И моя задача, удавить его этими вот руками, - не терпящим возражения тоном заявляет Лорд. Нам лишь остается пожелать удачи расследованию, и посоветовать всем вам: берегите детей! На этом все, следите за новостями.' - закончила читать Гермиона, напряженно впившись пальцами в утренний выпуск Пророка. - Гарри, на тебе лица нет!

- Вчера съел что-то несвежее... утром тошнило, - не моргнув глазом, соврал я. Меня действительно тошнило. Только душу. Хотелось вырвать напрочь из груди воющую расщепленную сущность. Окидываю взглядом стол Слизерина.

- Дафну ещё до завтрака забрали, - невесело бросил Рон. - Одно только не ясно, почему Асторию? Почему не эту заносчивую стерву, почему тихую, скромную девушку?

- Такова жизнь, - невесело отвечаю. - Если хотели надавить на отца, то выбрали ту, которую больше любил, очевидно. Я пойду, что-то мне нехорошо.

И наскоро попрощавшись, я, под встревоженными взглядами друзей, покинул Большой зал. Не слушая речь Дамблдора, что-то яростно вещающего о возмездии и поимке преступников. Тщетно, я постарался замести все следы. Благо обучен. В который раз за утро вытаскиваю проклятый пергамент. На этот раз пустой, в отличии от вчерашнего вечера:

' Цель: Астория Гринграсс. Задача - выкрасть, пытать с сильными увечьями. Вырезать на спине надпись: 'Плати, Гринграсс'. Убить. Подбросить под семейный постамент следующего вида' - и изображение поместья. Вчерашний рисунок не выветривался из головы, не уходил. Плевать на Снейпа и Дамблдора. Плевать на Грабодрогга и проклятых вовек гоблинов. Я ненавидел себя сильнее всех. А боялся больше всего не Волан-де-Морта или смерти, а клочка потрескавшегося пергамента.

Эпилог 2-й части.

Следующие недели представляли собой калейдоскоп сменяющейся, переливчатой карусели. Полностью погрузившись в тренировки: утренние пробежки и занятия со Снейпом, попытался выбросить из головы произошедшее. Даже наварил себе в Выручай комнате успокоительное зелье, и принимал небольшими порциями. Слабо, но помогало. Затем, как-то незаметно, едкая, уничтожающая горечь сменилась отупляющим безразличием. Я как робот занимался, качался, и затачивал механизм своего бытия под грядущие события.

Гермиона если и замечала какие-то отклонения, то виду не подавала. По крайней мере на уроках и в гостиной я пытался вести максимально приближенный к реальном образ жизни: отвечал на прямые вопросы, поддерживал всеобщий смех... А ночами просыпался в холодном поту, от лица малышки Астории, глядящей на меня большущими глазами. Без злобы, но с холодным, пытливым укором, будто спрашивая - за что?

В абсолютной апатии отдал Карту Мародеров Сессилии, с нескрываемым превосходством ухмыльнувшуюся краешком губ.

Расследование тем временем зашло в тупик. Дамблдора не сместили, хотя критика недавнего преступления, вкупе с давлением Пророка заметно пошатнули позиции директора. Весь слизеринский стол ходил как в воду опущенный, даже Малфой попридержал коней. А на меня все больше накатывал лед безразличия. Я не спорил со Снейпом, не конфликтовал с учителями, просто знал, что эта скорлупа - способ оберечь психику. и каждый новый день встречался все с большим равнодушием и механической работой: пробежка, уроки, Выручай комната, Снейп, сон. Возможно этого гоблины и добивались? Максимально омертвевшего, бездумно выполняющего свою работу падшего робота?

И через две недели тоскливого самобичевания прозвенел первый звоночек.

'Гринготтс, через час', - гласил недвусмысленный приказ.

- Явились, не запылились, - приветливой улыбкой встретил меня Грабодрогг и поднялся с места. - Чай? Кофе? Чего-нибудь покрепче?

- Нет, спасибо, - холодно отвечаю, не собираясь надевать масок. Приговор гоблинам уже оформлен и подписал, осталось дождаться часа. Так я себя убеждал.

- Значит, у нас вышло? - утвердился в своем Грабодрогг, довольно кивнув.

- Безупречно, - раздался жесткий смешок, и к столу подошел седоволосый, высокий мужчина с взглядом, привыкшим повелевать. Резкие линии скул вкупе с жестким взглядом выдавали волевого и сильного лидера. Одетый безукоризненно, по последнему писку моды, сжимая в руках древко небольшого посоха с черным навершием.

- Лорд Ричард Гринграсс собственной персоной! - важно провозгласил гоблин.

Я, не удержавшись, соскочил с места, становясь в боевую стойку. Палочка в один момент оказалась в руке, целя лицо лидеру Рода. Уровень потенциально исходящей угрозы я примерно представлял. Но, смысл слов, исходящих из пасти Грабодрога, все более отчетливо долетал до затуманенного разума:

- Сядьте вы, мистер Поттер, не суетитесь.

- Готовы умирать, Поттер?! - с перекошенным от предвкушающей злобы лицом ухмыльнулся аристократ. И тут я понял, что просто дам себя убить. И опустил палочку.

Гринграсс смотрел на меня несколько секунд с непонятным выражением лица, затем вздохнул, отвел взгляд и хрюкнул. Гоблин хихикнул в кулак. И дружный двойной хохот огласил небольшую комнатку.

- Вы ему ещё не сказали? - утирая слезы, поинтересовался Гринграсс.

- Проверяли на вшивость, - невозмутимо ответил Грабодрогг, и мерзко захихикал, - не начнет ли суетится, делать глупостей, пытаться покончить с собой...

- И он справился, - довольно кивнул лорд.

- О чем речь? .. - осторожно интересуюсь. До подавленного разума начинает доходить некая неоформленная, невероятная мысль, но так тяжело поверить...

- Вы невиновны, мистер Поттер, - четко выговорил Гринграсс. - Вы не убивали мою дочь.

- Что?! Как?

- В Хогсмид Дафна отправилась и вправду с Асторией, а вот обратно вернулась, и остаток вечера просидела в библиотеке, с гомункулусом, на которого наложили совершенные чары личины, с помощью невероятного гоблинского мастерства, - лорд шутливо поклонился Грабодрогу.

- Видите ли, Поттер, - продолжил гоблин, - на политическом фронте ситуация обостряется. Союз Гринграссов с Малфоями, ещё нигде официально не предоставленный, но издавна на слуху у всей аристократии. Что сковывало руки нашему дружественному лорду.

- Верно, - спокойно подтвердил Гринграсс. - И единственный способ увернуться от данного, пусть и наедине слова - подстроить смерть своей дочери. Иного повода Малфои бы не приняли, как и Темный Лорд. Гринграссы издавна придерживались нейтралитета. Отвергнуть открыто Люциуса сейчас, значит протрубить о том, что ты противопоставляешь себя коалиции Сам-знаешь-Кого, и в одночасье становишься в очередь на визит Пожирателей. А родниться с прогнившими Малфоями, равно как и объединятся с Темным Лордом сейчас нет ни желания, ни перспектив. По одним слухам, он безумен. По другим - просто жестокий тиран и деспот, не терпящий инакомыслия. Любой вариант неприемлем. Тем более, у нас тут под боком иной, и такой удобный союзник, - и Гринграсс опять сделал полупоклон в сторону Грабодрогга.

Я растекся по стулу, как промозглая лужа. Психологический удар, нанесенный секундой ранее, был настолько колоссален, что почва затряслась под ногами.

- Вам плохо? .. - как сквозь вату послышалось вдали.

- Н-нет, я уже в порядке, - выдыхаю сквозь сцепленные зубы. С души свалилась кошмарная ноша. Груз двух недель, заставляющий подолгу зависать в грезах о всякой всячине, преимущественно в мыслях об Астрономической башне, и бескрылом падении.

- Так вот, - продолжил Ричард, - Дафна привела гомункулуса, и находилась все время рядом, следя за творением. Признаться, сработали вы неаккуратно, Поттер, а я все утро пробегал корректируя исходный материал, и заметая следы.

- И неужели вы думали, что мы позволим Надежде Гоблинов опорочить себя банальным убийством? - мягко улыбнулся Грабодрогг.

Я молчал. Я просто сидел на стуле, и смотрел то на крючковатого гоблина, довольно кивающего своим мыслям, и властного родовитого аристократа, развалившегося напротив.

- Какого хрена?! - просто и незамысловато спросил я.

- Ну, во-первых, я хочу убрать Асторию от грядущей войны, - ничуть не смущенный тоном продолжил Гринграсс. - В Штатах или Европе ей будет доучиться куда проще и безопаснее, с соответствующим прикрытием, естественно. Во вторых, знающие люди, немногие, но знающие, слыхали краем уха о тайных договорах с гоблинами, и должны сделать единственно нужный нам вывод: мы с Гринготсом по разные стороны баррикад. Ну и Дамблдору подгадить - святое дело, - лорд довольно потер руки.

- К тому же, вы успешно прошли тест, так скажем, на стрессоустойчивость, - важно заявил гоблин. - И готовы к реальному заданию. Ознакомьтесь.

И швырнул мне тугую завязанную папку, как кость собаке. Плевать, если честно. Радость и ликование начинали пробиваться сквозь титановую кору последних дней, заставляя ощущать себя невообразимо счастливым. Вот она - истинная свобода! Свобода для своей души! Свобода от вины. От гнетущей совести.

За папку я взялся даже с неким желанием, впервые ощутив интерес к предстоящей миссии. Что бы там ни было, по сравнению с пережитым - сущая мелочь.

И меня едва кондратий не хватил, когда увидел КТО, изображен на первой странице.

- Если в двух словах, Гарольд, - сказал Ричард, поднимаясь и начиная мерить комнату шагами, - то вы сегодня станете Лордом Поттером. Событие своего рода знаменательное и значимое, в аристократической среде уж точно. А значит, по вхождению в звание, обязаны созвать всех на торжественный праздник, в честь явления главы столь уважаемого Рода. А она, - лорд кивнул на изображение, - ваша спутница.

Ну уж...

Прямо на меня глазела, ехидно улыбающаяся и строящая рожицы с колдографии Элизабет Стюарт собственной персоной.

- Ну, нафиг... - возопил я истошно. - Вы хоть знаете её характер?!

И чуть не врезал себе по лбу.

- Вы знакомы? - натурально изумился Гринграсс. Гоблин вопросительно приподнял бровь.

- Проживал у нее летом, некоторое время... стерва ещё та, - попытался отбрехаться я. Вроде прокатило.

- Это все упрощает, - довольно потер конечностями крысеныш. - Задача: войти в контакт, наладить доверительные отношения, пригласить на бал. Справитесь таким деликатным заданием? - спросил, ухмыляясь, гоблин.

- А потом убрать? - подозревая подвох, уточняю. Хотя, должен заметить, после невинной Астории мысль о причинении страданий стерве Стюарт не казалась такой... чудовищной?

- Только в крайнем случае, - серьезно кивнул гоблин. - Вы должны понимать, что крайний случай возможен всегда. И тогда предстоит действовать решительно, а не стоять, опустив руки в решающий момент. Кстати, во многом наши планы зависели от вашей психологической готовности, являющейся неизвестным фактором, до той самой ночи. Ведь кто вы для нас? Неизвестная величина в теле гормонально нестабильного пятнадцатилетнего студента, с огромным потенциалом, но все ещё ребенка под прессом иллюзий. И закалить ваш характер в ближайшие сроки возможно только шоковыми методами. Притом Северус докладывает о ваших все возрастающих успехах. Справитесь?

- Справлюсь, - буркнул я, расслабившись. Так вот в чем дело. Они же действительно ничего не знали обо мне и том, через что я прошел. И впрямь, кто даст гарантию, что агент в нужный момент не опустит палочку, и не побежит каяться, жалостливо причитая. А реальное задание казалось сущей песочницей на фоне пережитого кошмара. Все же за Стюарт должок, и с проклятым балом особых проблем не предвидится.

- А чем она так ценна?

- Ещё при её деде род Стюартов был богат и могуч, - начал пояснения Гринграсс, потирая подбородок. - Но затем, неважно по каким причинам, от всего влияния и богатства рода осталась лишь круглая сумма на счетах, которая нам и нужна.

- И не столько сумма, с финансами, как вы понимаете, проблем быть не должно, но уникальные артефакты и особые тайны Рода, чрезвычайно необходимы, - прибавил Грабодрогг.

Вот оно что. А девица-то непроста, ой непроста. Но, додумывать буду позже: от всеобщего ликования и эйфории мысли путались, мешая сосредоточиться.

- Все, что угодно, - пошутил я, поднимая руки, - только жениться на ней не заставляйте.

- Не волнуйтесь, не заставим... разве что фиктивно, - заверил меня Гринграсс и, помолчав, довольно прибавил: - Ведь после того, как средства рода Стюарт окажутся в ваших руках, Поттер, вы незамедлительно женитесь на моей старшей дочери - Дафне.

Вот это он что сейчас сказал?!

- Чего-о!! - в конец охреневший от наплыва шокирующей и сносящей крышу новости закричал я.

- Не 'чего', - похолодевшим тоном поправил Ричард, сжав скулы. - А 'когда'.

- Это не обсуждается, мистер Поттер, - как-то даже ласково попытался утешить меня Грабодрогг, явно издеваясь. - Ведь вождю новаторской партии и исповеднику новой, прогрессивной мысли необходима красивая, родовитая, обеспеченная спутница.

Приплыл поезд, куда не ждали. Проклятые гоблины, загадка с Гарфилдом, постоянное напряжение, упавший, как камень груз с души... Стюарт в конце концов! Куда мне тут ещё и жена?!

'Но, в любом случае, выбора у тебя нет, особого', - возникла в голове очевидная мысль.

- Куда я денусь, - успокаивающе говорю напряженно прожигающим взглядами меня собеседникам. - Навалилось столько...

- Прекрасно понимаю и сочувствую, - улыбнулся Гринграсс, потирая довольно ладони. - А раз никаких препятствий, то давайте заключим малюсенькую сделку.

И мигом, будто из ниоткуда вытащил прямой пергаментный лист и ткнул мне в ладони.

'Сиим значится, что как только Лорд Ричард Гринграсс соблаговолит благословить брак между Гарольдом Джеймсом Поттером и собственной дочерью Дафной Гринграсс, Гарольд Поттер обязуется согласиться на брак, если не будет к тому времени являться непоправимо покалеченным, женатым, или врагом рода Гринграсс.'

А, плевать! - решил я, ставя размашистую роспись. Деваться-то некуда.

- Ещё и пальчик надрежьте, - напомнил некстати гоблин. Я недовольно покосился на гаденыша, но сдержал раздражение, молча выполняя требование. Магический контракт сверкнул. Сделка заключена.

- Ещё тут, тут и тут, - ткнул пальцами появившиеся, как по волшебству соседние бумажки гоблин.

А, плевать. Подпишем и это! Слишком хороший день, слишком велико облегчение. Мое настроение ничто не испортит!

- Ну что, будущий зятек, - довольно потер ладони лорд Гринграсс, - теперь-то мы в одной упряжке.

- А мы разве не были?

- Ну, раньше только по обстоятельствам, а теперь ещё и по родству... в будущем. Поверь, Гарольд... Можно я тебя так буду называть? Ты же без пяти минут Лорд! Так-что для тебя я Ричард, - и Гринграсс поднявшись, наново протянул мне руку для рукопожатия. Я пожал её даже с немалой толикой удовольствия, с удивлением прислушавшись к себе. Ну неужели факт того, что я невиновен, способен настолько поднять боевой дух?

- Тебе очень повезло Гарольд, - тем временем вещал Ричард, - Дафна очень красивая и неглупая девушка. Многие женихи обивают пороги и выстраиваются в очередь за её ручкой. Строптивая, правда, этого не отнять. Но все мы не без недостатков, - обезоруживающе улыбнулся лорд. Ой, чую я тут подвох какой-то...

- Буду искренне рад, познакомиться с ней поближе, - почти искренне заверяю лорда, совершенно некстати припомнив формы слизеринки. Проглатываю образовавшийся в горле ком. - Но, насколько я понял, вначале дело со Стюарт?

- Именно так! А ещё перед этим посвящение нового лорда! - торжественно провозгласил Гринграсс. - Партнер, у вас все готово?!

Гоблин, ухмыльнувшись, кивнул, и с издевкой спросил:

- Если вы закончили сюсюкаться, пройдем к Древу, да и покончим скорее. Я ещё не обедал.

- Как вы можете, подобная церемония, высочайшая честь и настоящий праздник! - беззлобно возмутился лорд.

И мы направились вглубь Гринготса. Тайные залы шли одна за другой, величественные барельефы сменились подземными сталактитами, а мы продолжали спускаться все глубже. Но раздражения по этому поводу не испытывал ни Грабодрогг, ни лорд. Последний даже излучал некое волнение и словно предвосхищение грядущему действу.

Картина, открывшаяся моему взору, поражала сознание. Исполинский круглый зал, освещенный светом многочисленных прожилок, пронзавших стены магической мощью. В самом центре магических хитросплетений находилось натуральное древо, похожее на громадную яблоню. А на ней, словно плоды - наливные плоды, начиная от теряющегося в дальних сводах потолка, и до самой земли свисали имена и названия, Лордов и Родов.

Древо являлось оригиналом, неотличимым от уменьшенной копии, находящейся в доме Сириуса Блэка.

- Ищи свой род! - величественно провозгласил гоблин. Я прошествовал по кругу и вперился взглядом в одну ветвь, значительно более разросшуюся, чем окружающие поблизости.

- Родовая ветвь нуждается в крови грядущего Лорда!

Я надрезал ладонь, и крепко сжал мгновенно нагревшуюся ветвь. Все дерево озарилось мерцающим колдовским сиянием, и ближайший от меня отросток внезапно породил наливной, сочный плод.

- Скушайте яблочко, лорд Поттер! - змеиным голосом прошипел Грабодрогг где-то сзади.

Я надкусил, и ощутил жидкое пламя, разливающееся по телу.

- Повторяйте за мной клятву! Слово в слово!

И я повторял. Погрузившись наполовину в завораживающий транс, не осознавая речь, говорил и говорил, не переставая. Краем сознания уловил, что часть крови собралась вокруг пальца правой руки, и окрутила красным потоком.

-... клянусь! - возопил гоблин позади.

- Клянусь! - подтвердил я, и кровь моментально свернулась, образуя на пальце простое металлическое, но багрово красное кольцо.

- Свершилось, - прохрипел взволнованный Гринграсс и подхватил мое падающее тело. - Такое бывает. Полежите пару минут, и все пройдет. Вот, выпейте.

Моих губ коснулось что-то крайне вонючее. Сквозь силу разжав губы, я втянул в себя Укрепляющее зелье. В глазах прояснилось.

- Торжественно поздравляю, - глаза лорда воодушевленно блестели. - Обычно это великое событие в каждом роду, толпы родственников и гостей, празднества и тому подобное. Простите, что все так скромно. Надеюсь, сей знаменательный день вам запомнится, собрат!

Надо же, какое серьезное отношение к делу! Для него посвящение действительно важно. Я поднялся на ноги. Никаких серьезных изменений на данный момент не испытывал. Вообще ничего.

Продолжили беседу мы в небольшой комнатке, с едва мерцающим камином. Лорд Гринграсс раскурил трубку, вызвав в мозгу аналогию с Шерлоком Холмсом. Грабодрогг изучал какие-то бумаги.

- Уже лучше? - отложил дела в сторону гоблин, спустя минут десять молчания, и повернулся ко мне.

- Да, довольно-таки, - мне действительно лучше.

- Согласно подписанному контракту, вы обязаны, женится на мисс Гринграсс сразу после согласия отца, если не будете покалечены, женаты, или врагом Рода.

- Надеюсь, ты не женишься ненароком? - хохотнул Гринграсс.

Я покосился на того, но ничего не сказал. Аристократ лучился довольствием от удавшейся сделки и совершенного действа. Для Ричарда прибавка в копилку чистокровных возвышалась на уровне национального праздника, не удивлюсь, если сегодня в кругу семьи откроется бутылочка вина по столь знаменательному поводу, и произнесется тост за здравие новоявленного лорда. Старшая дочь - совершенно иной вопрос. Заставляющий биться сердце и дрожать кисти рук. А также дергаться веко. Но вопрос грядущих дней.

- Я так понимаю, на празднестве в честь явления лорда Поттера, будут присутствовать многие чистокровные?

- Пригласить вы обязаны все чистокровные семейства, - особенно выделил все Грабодрог. - Это давний символ уважения всех аристократов, и готовность нового лорда к обновлению.

- И как же...

- Понимаю ваши опасения, но не беспокойтесь. Сама магия защитит вас, после определенного ритуала. Посмевший презреть обычаи приглашенный получит жесточайшее наказание. Думаю, даже Темный Лорд не решится напасть при таких условиях, глядя на заклейменный вовек позором род.

- Очень утешает, - пробормотал я задумчиво. - Но, как и где все это произойдет?

- В поместье Поттеров, естественно, - успокаивающе сказал Ричард. - Поместье, принадлежавшее ещё вашему прадеду, и покинутое вашим отцом ради Годриковой впадины.

- Мы поможем привести здание в порядок, - встрял гоблин, - ваша задача иная. Обеспечить явку Стюарт, и научится себя вести.

- О да, - спохватился, словно вспомнив что-то важное Гринграсс, - это ещё одна причина моего присутствия, - и улыбнулся вновь. - Уверен, для вас не составит труда, лорд Поттер, покидать школу в течение грядущей недели, инкогнито, примерно, скажем около четырех вечера. А после ужина с нами возвращаться обратно, через камин. Уверен, руководство школы предоставит столь незначительную поблажку самому лорду. Заодно и с будущей невестой познакомитесь, - и по-мужски лукаво подмигнул.

Боже упаси.

- Благо теперь, уверен, половина из них аристократов пялиться на свои древа, недоумевая, - довольно расхохотался гоблин.

- Да я мог бы и самостоятельно, по книгам изучить этикет, и тому подобное, - предпринял я осторожную попытку, в надежде отстрочить тесное знакомство с 'невестой'.

- По книгам вы ничему не научитесь, - посуровел Гринграсс. - А если и научитесь, то неправильно. Обычаям нужно учится у аристократа. Знание правил, условий, родового древа. Неисчислимое множество интереснейших вещей!

Даже гоблин кивнул, подтверждая слова лорда. Вот же!

- Но, у меня учеба там, - растеряно проблеял я, - те же СОВ.

- Не приоритетно, - скривился лорд. - Всем плевать на ваши оценки, или как вы их добились. А вот если уроните партнершу в танце, или сморозите глупость в первый же день - запомнят вовек.

- То есть, правильно ли я понял, там могут быть и Малфои, и Крэббы, и Нотты... - насторожено уточнил я.

- И Долохов, и Лестренджи... и, возможно Блэк. Подобные собрания выходят за юрисдикцию министерства. На праздник без особых пригласительных вход закрыт.

- Как же нехорошо...

- Молитесь, что бы Темного Лорда не было, - абсолютно серьезно сказал Ричард. - Ведь с праздника вам придется эвакуироваться. Как только бал будет официально завершен, высочайшая вероятность моментального штурма.

- На случай побега подготовим портал, - бросил гоблин.

- Несанкционированный?!

- Плевать. Жизнь лорда Поттера важнее.

- Так, у меня уже голова кругом! - прервал я разошедшихся собеседников, и схватился за голову. - Ещё что-то есть сообщить важного?

- Думаю, в принципе мы уже можем его отпустить? - спросил у гоблина Гринграсс.

- Свободны Лорд Поттер. И примите ещё раз поздравления! И извинения, за вынужденный стресс. Зато, уровень доверия к вам чрезвычайно повысился.

М-да уж. Наскоро попрощавшись с заговорщиками, покидаю помещение, и укутавшись в мантию аппарирую с мостовой.

- Допрыгались, Поттер! - первый, кого я увидел по прибытию в Хогварст, был разъяренный Снейп, побледневший как сама смерть. - Они там вообще ополоумели?!

- Для вас лорд Поттер, мистер Снейп, - не без доли ехидства поправляю зельевара.

Тот просто задохнулся от подобной наглости.

- Играй-играй, - прошипел он, - заигрался уже. Тебя Дамблдор вызывает, попробуй только проколоться!

Я похолодел. Дамблдор - это серьезно. Хотя, все же маленькое окошко крохотной надежды засветилось в глубине души. Быть может Великий чародей сможет как-то прочувствовать момент, и помочь в моей ситуации?!

Высокий седовласый старик, директор школы Хогвартс, Альбус Дамблдор мерял шагами кабинет. Только я вошел, как взгляд пронизывающих синих глаз вспыхнул поверх очков, и прожег насквозь. Противостояние продолжалось пару секунд, после чего Верховный чародей кивнул своим мыслям и отвел взор.

- Присаживайся... Гарри, - спокойным голосом предложил директор. Заминка перед 'Гарри' была явно нарочной. Неужели понял? Лучик надежды стал разгораться с новой силой.

Дамлбдор прошел за свой стол, и сел напротив, не прекращая разглядывать меня, словно заново узнавая. Затем, будто вспомнив о приличиях опомнился, и предложил лимонную дольку.

- Пожалуй, возьму, - согласился я сразу же, помня о неприятии настоящим Поттером подобных сладостей. - Можно сразу все? Я больно проголодался, - и хватаю расписную вазочку с лакомствами с директорского стола. Смачно чавкая, прожевал первую дольку, и погрузил кисть в самую гущу сладостей.

'Ну, давай-же, соображай, старичок мой родимый. Слишком нехарактерно подобное поведение для Поттера.'

Прищуренный взгляд синих глаз подтвердил мои надежды сполна. Словно что-то выяснив окончательно, Дамлдор откинулся назад, довольно сверкая половинками очков. Раздался шорох.

Большая, гораздо крупнее совы огненно красная птица с длинным клювом вспорхнула из угла кабинета, взлетев к потолку, а затем спикировала прямо на меня. Не успел я и глазом моргнуть, как Фоукс, по хозяйски умостился на предплечье, потершись клювиком о манжет.

- Нет, ты не Гарри, - сказал наконец Дамблдор. - Но ты тоже большой молодец.

Я не знал, радоваться или плакать от подобной похвалы. Судя по пережитому - скорее рыдать навзрыд.

Я молчал, не подтверждая, но и не опровергая Дамблдоровы слова. Уж он-то должен все сопоставить и понять правильно.

- Или мне величать вас теперь Лорд Поттер? - с доброй улыбкой и лукавым тоном уточнил директор. При этом взгляд его был совсем не злобный или сердитый. Такой взор бывает у отца, сын которого подрался в школе, жестоко и серьезно. И с одной стороны избил одноклассника и поступил плохо, но с другой - не дал слабину, ударив в ответ. Терзания между похвалой и наказанием, на фоне искренней заботы, вот что преобладало во взгляде Альбуса.

- Я совсем не настаиваю, - мягко обронил я, и многозначительно добавил: - Ведь мне предстоит ещё продемонстрировать себя в кругу... новых знакомых.

Вот и о предстоящем бале обмолвился. Надежда вспыхивала с новой силой, особо контрастируя на фоне прошедшей долгосрочной депрессии.

- Как же поживает... главный друг Гарри Поттера? - с любопытством спросил Дамблдор. Не мой друг, а именно Поттера.

- Надеюсь, обойдется без пьяной драки, как с ним, так и со всеми прочими. Но на будущее не загадываю.

Дамблдор просиял.

- Не Пожиратели, уже чудесно, - пробормотал он себе под нос, почесывая спинку незадолго перелетевшего феникса. И обратился, будто бы к себе: - Так кто же прибрал новорожденного к рукам...

Внезапно страшная судорога скрутила грудную клетку. Я незаметно покачнулся, но это не улизнуло от внимательных глаз директора. Невидимый пастух словно решал мою судьбу: убить сейчас, или позже. Молю, хоть бы мысли мои были недоступны, я же ничего не рассказал по факту!

- Гарри? - настороженно уточнил Альбус, привставая. Тело корежило изнутри, буквально выворачивая наизнанку, но внешность практически не изменилась. Я с усилием поднялся.

- Дирекор, разрешите пойти, мне ещё Историю поучить надо, - прохрипели непослушные уста. А затем, с усилием посмотрев в пронзительные глаза Альбуса многозначительно добавил: - И в Гринготтс мне на следующей неделе нужно, без этого никак...

- Я тебя понял, Гарри, конечно же, можно, - быстро кивнул Дамблдор, соглашаясь. Я уж было собрался уходить, как директор вскинулся и, оценив кое-что для себя, придержал:

- На секундочку задержись, мой мальчик, - с этими словами он достал из кармана мантии крохотный ключик и совершил пару пассов. Буквально из воздуха соткался небольшой сейф, с золотым витиеватым узором. Вытащив резную колбочку размером с наперсток, он протянул её мне.

- Отметим твое возведение в Лорды, выпей со мной, уважь старика, - смиренно попросил Дамблдор.

Поколебавшись секунду в сомнениях, я все же собрался с духом и махом опрокинул наперсток в себя. Что б тут же ощутить все прелести адских мучений.

Желудок будто облило кислотой, вывернуло наизнанку и зажевало в стиральной машине. Я рухнул на пол, как подкошенный, стремительно избавляясь от недавно выпитой жидкости. Светящаяся светло синяя субстанция растеклась по персидскому ковру директорского кабинета, не впитываясь, а перетекая словно ртуть.

- Что это за гадость? - прохрипел я, в конце концов, когда желудок перестало тошнить, и получилось перейти в вертикальное положение.

- Гадость говоришь? - переспросил задумчиво Дамблдор, пронзая меня взглядом синих очей. А затем положил мне кисть на плече, и поощрительно стиснул:

- Добровольно отданная кровь единорога, величайшее благо и самое чудотворное вещество для всех... людей.

И это он понял. Я облегченно и почти счастливо вздохнул. Ещё один камень с души долой. Пусть я не могу ничего рассказать, пусть крохи информации, выданные полунамеком, давали возможность лишь в общих чертах нарисовать приблизительную картину. Я искренне рад. И плевать, что у Гарфилда были претензии к Дамблдору, где он сейчас? Со всеми своими советами и жизненно необходимой помощью?!

- Я могу идти, директор?

- Иди мой мальчик, будь крепок и смел, - тепло улыбнулся Альбус. - И помни, что ты не один.

И впрямь, теперь я не один. Впереди неизвестность: проклятые гоблины, заговоры, маячащий неясной угрозой вдали Волан-де-Морт. Предстоящее задание со старой знакомой, да и будущую невесту не стоит сбрасывать со счетов. Дафна Гринграсс собственной персоной. У меня дернулось веко, как и тогда, в Гринготтсе. Дай Бог - прорвемся.

'Приветствую тебя, уважаемая и несравненная Элизабет. Пишет тебе твой смиренный слуга, а нынче и вовсе Лорд Гарольд Поттер. Через многое нам довелось пройти, через многое ещё пройдем в будущем. И с чего это я вдруг решил написать? Да вот - должок стребовать. Бал у меня будет. А ты идешь со мной. Почему ты? Ну, допустим, ты одна из немногих моих нынешних знакомых, появление под руку с которой не вызовет подозрения в педофилии. Да и внешне ты вполне ничего. Под виски сойдет. Правда, если рассчитываешь, что походом на бал искупишь долг, то жестоко ошибаешься. Нас, Лордов, сама жизнь учит использовать малейшие ресурсы. Поэтому основная отдача долга произойдет примерно поле бала, совсем как в тот раз, у тебя, помнишь? Тебе вроде понравилось, и ты даже спасибо сказала. Скажешь и в этот раз, ещё как скажешь! Только подготовься заранее, идет?

С трепетом ожидающий встречи, твой Гарри, Лорд Поттер.'

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ.

ЧАСТЬ 3: