Специалист по выживанию

Верник Сергей Владимирович

Часть вторая

Игры неизвестного Бога

 

 

1

Уже вторые сутки снаружи бушевал настоящий шторм. Небо, обычно такое спокойное даже во время дождя, теперь просто бурлило, подобно кипящему котлу, извергая вниз бесконечные струи холодной воды. Шквальный ветер, с самого утра набравший небывалую силу, яростно расшвыривал на свалке еще не утрамбовавшийся с годами мусор, остервенело стучал в металлические стены здания, словно пытался его сдвинуть с места. Дом в ответ жалобно стонал. Где-то на верхних этажах слышался постоянный скрип и треск наружных панелей, противостоящих неистовому натиску стихии.

Яркая вспышка молнии на миг осветила комнату, выхватывая из темноты два человеческих силуэта. Один из них принадлежал взрослому молодому мужчине, а второй — девочке-подростку, закутанной с головой в старое рваное одеяло. Они неподвижно сидели на небольшом расстоянии друг от друга.

— Ты какой-то странный, Вольф, — чуть слышно произнесла Сью. Очередной раскат грома почти полностью заглушил ее голос, но Андрей отчетливо разобрал все слова. — Мне порой кажется, что ты вовсе не из этого мира. Ты не такой как все. И раны на тебе заживают гораздо быстрее.

— Ты ошибаешься, — проговорил стронгер. — В мире хватает чудаков, я не исключение. Да, возможно, отличаюсь чем-то от других. И что с того?

— Ничего, — пожала плечами девочка.

Пять мучительных суток Вольф провел в этой небольшой, но уютно устроенной маленькой квартире. Он лежал, скрученный болью, не в силах подняться даже по нужде. Сью, хоть и имела несносный капризный характер, но старалась по мере возможности ухаживать за ним. Неуклюже, с детской наивностью. Раз уж спасла… Как выяснилось, спасла девочка Андрея чисто случайно. Просто вышла за водой, а тут такой ползущий «сюрприз». Конечно, она сначала испугалась. Ее с пеленок учили избегать встреч с незнакомыми мужчинами. Но какая опасность может быть от едва двигающего конечностями, трясущегося бедолаги. Немного подумав, Сью приняла быстрое и, кажущееся со стороны опрометчивым решение. Это было ее право.

Андрей постепенно выяснил, что девочка уже год, как сбежала от родителей, живущих в центре города. Обычные разлады со взрослыми, рано или поздно, всегда возникают в подростковом возрасте. А тут еще старший брат подлил масла в огонь. Ведь семейка-то, оказывается, не простая: мать — член городского Совета с седьмой ступенью права Голоса; отец — секретарь Совета, а брат — избалованный отрок высшей династии, всеми силами пытающийся утвердиться в элитном обществе. Кто-то ему подсказал, что имея под боком сестру, он вряд ли получит приличный пост. Ведь в первую очередь принято рассматривать кандидатуры женского пола. Традиции, видите ли… Вот он и постарался, в один прекрасный день заявив отцу с матерью, что Сью имеет сексуальные связи с мужчиной, на двадцать лет старше ее. Откровенная лож вызвала такой грандиозный скандал, какого еще не видели в высшем обществе Йорна. Проверить никто даже не попытался. Потом, конечно же, провели бы экспертизу. Но страсти раскалялись, затмевая рассудок родителей, слишком преданных традициям. Честь семьи в один миг смешалась с грязью. Такого позора никто не мог ожидать, особенно от маленькой милой Сюзанны. Женщина, входящая на тернистый путь политики Совета должна быть непорочна, не замужем и с хорошими рекомендациями влиятельных людей. Только тогда ее карьера сложится так, как заведено Законом.

— Я одно не могу понять: как ты выжила среди всего этого кошмара? — Андрей медленно, морщась от еще мучающей его боли, встал на ноги. Слабости уже не было — организм быстро набирал силы. — Ты же ребенок. Любой обидеть может.

Сью принужденно усмехнулась.

— А говоришь, что обычный гражданин Йорна. Даже «лесовики» знают: до шестнадцати лет ребенок неприкосновенен. Его даже родители не могут ударить. Так что вот так? Ты мне и дальше будешь продолжать лапшу на уши вешать? Я же чувствую…

— Только не говори мне, что и «крысы» соблюдают Закон, — возразил Вольф, проигнорировав ее вопрос. — Те твари, что пытались меня сожрать, точно бы тебя порвали в клочья. Да и банды местные…

— Ну, ведь я жива и здорова, — Сью встала в свою излюбленную позу, склонив слегка голову к правому плечу и уперев руки в бока. — Этого тебе мало? По-моему, факт на лицо. А крыс я сегодня увидела впервые.

Стронгер опешил. Здесь явно было что-то не так. Что все это значит? Очередное подтверждение того, что против него ведется скрытая война? Или этот мир всегда так встречает незваных гостей, обрушивая им на головы все круги ада? Сейчас пока трудно было сказать. Но хрупкая беззащитная девочка смогла прожить одна среди хищных животных и шаек преступников целый год. Год! А его, подготовленного стронгера, модифицированного под условия этой планеты, уже в первый же день пребывания в городе почти сделали калекой. Это нельзя уже списать на случайность. Слишком их стало много за последнее время. То самое чутье, которое не раз выручало профессионала прежде, настойчиво сейчас подсказывало, что дальше будет еще хуже. Играть придется по чужим правилам.

— Ты мне не ответил, — требовательным тоном произнесла Сью, отвлекая Андрея от мрачных мыслей.

— Будешь много знать — скоро состаришься, — буркнул он.

Девочка обиженно фыркнула.

— Ладно, ладно. Обед готовить будешь себе сам. Понял? — она открыла дверь и вышла из квартиры. Но в последний момент обернулась, показывая ему язык.

Оставшись один, Вольф прошел в ту комнату, где он обычно спал, лег на кровать и снова начал размышлять. Ему не давала покоя сама мысль, что вся его работа кем-то или чем-то контролируется. Стронгер должен быть незаметен. Он как вирус, засевший в чужой организм. А здесь получалось нечто похожее на нелепое реалити-шоу. Вот только участник был явно не в курсе происходящего.

«То ли я дурак, то ли мир с ума сошел, — подумал Андрей, закрывая глаза. Неожиданно, в мозгу вспыхнула шальная мысль: «А ведь все началось еще на Земле. В тот самый момент, когда я взял с собой Ионыча. Сомнения в собственных решениях и поступках, непроизвольная слабина, проявленная в определенных ситуациях… Неужели на меня так линия жизни тезки подействовала. Бред. Этого не может быть. А если может? Тот человек, чью нишу я занял, он ведь как-то мог сохранить свое сознание? Знать бы, куда они уходят после того, как их насильно выталкивают из основы мироздания. Но это уже в компетенции только Элиота Свенски. А вдруг он причастен ко всему этому? Старый мерзавец… Это настолько темная личность, что о нем нет ни малейшей информации. Иногда даже берут сомнения, а человек ли он вообще»?

Все хорошенько обдумав и взвесив, Андрей решил временно приостановить свои активные действия. Сейчас надо было немного переждать. Авось, неизвестный «доброжелатель» тоже сбавит темп, дав хоть чуть-чуть восстановить здоровье.

Внезапно дверь распахнулась, впуская в комнату Сью. Стронгер встретил ее в боевой стойке.

— Ух ты, — девочка удивленно открыла рот. — Ты воин?

— Да так, баловался когда-то, — Андрей расслабился и, снова почувствовав в боку боль, сел на край кровати.

— Ну, не строй из себя мученика, — ехидно усмехнулась Сью. — Не верю. Пойдем лучше со мной. Помощь нужна.

Андрей возражать не стал. Выйдя следом за девочкой, он прихватил лежащий в углу старый топор. Так, на всякий случай.

Спустившись по лестнице на первый этаж, они подошли к выходу на улицу. Дождь продолжал лить как из ведра, но ветер почти стих, давая возможность холодным струям воды падать вниз отвесно.

Вольф невольно поежился. Сью окинула его придирчивым взглядом, немного помялась, а затем протянула ему небольшой прозрачный сверток.

— Что это? — спросил Андрей, внимательно рассматривая подарок.

Девочка промолчала, тем временем разворачивая тонкий пластиковый дождевик. Когда она его на себя надела, Вольф, проследив весь процесс, сделал то же самое. Стало заметно комфортнее.

Утопая почти по колено в разлившихся по двору лужах, они не спеша двинулись к громоздящимся неподалеку ржавым остовам старых кораблей. Капли дождя остервенело барабанили по капюшону, заставляя все остальные звуки отступить на задний план. Сью что-то сказала, но Андрей не смог разобрать. Тогда он подошел вплотную и нагнул голову.

— Я говорю, что дождик скоро прекратится, — громко повторила девочка. — Небо светлеет. Еще полчаса и все.

Вольф посмотрел вверх, подставляя лицо холодным противным каплям. Неровная полоса темных туч, видимая между верхушками домов, стала заметно рассеиваться. Даже не верилось, что это мокрое стихийное бедствие когда-либо отступит.

Тем временем, Вольф и Сью дошли до первых солидных гор мусора и осторожно, перешагивая через торчащие из воды различные предметы, двинулись вглубь огромной свалки. Краем глаза Андрей заметил, как среди разноцветных пакетов мелькнула лохматая ушастая голова. Его рука инстинктивно обняла торчащее из-под балахона топорище. Но «крыса» больше не показывалась.

— Куда мы идем? — спросил Вольф, настороженно оглядываясь по сторонам.

Сью остановилась и посмотрела на стронгера. Ее взгляд был немного рассеянный, будто он оторвал девочку от глубоких раздумий.

— Если мы вовремя успеем, то сможем собрать самую вкусную еду. Часть ее мы потом поменяем у Хугу на «астрал». — Сью сделала короткую паузу, а затем, чуть слышно добавила: — Черт, скоро меня без него совсем накроет.

Андрей невольно поморщился. Какое же это страшное общество, где даже дети непременно принимают наркотик. Возможно, они хоть и считают это чем-то возвышенным, делающим их равными богам, но не до такой степени. Всему есть предел.

Девочка, заметив гримасу Вольфа, сочувственно спросила:

— Что, тоже тяжко? Понимаю…

«Тьфу ты, дьявол», — Андрей возмущенно сплюнул. — «Глупая дуреха. Сама не знает что говорит».

— Пойдем быстрее, — сказал он уже вслух. — А то без нас все растащат.

Пиная мусорные мешки, плавающие черными буями между старой мебелью, они двинулись дальше. Зловонный запах почему-то теперь особо не раздражал стронгера. То ли он привык к нему, то ли ливень очистил воздух. Но, тем не менее, дышать стало гораздо легче.

 

2

Дверь тихонько приоткрылась, впуская в помещение довольно неприятного, небольшого роста молодого человека. Его маленькие, глубоко посаженые злые глаза бешено бегали из стороны в сторону, никак не в силах выбрать, на чем бы остановиться. Тонкие бледные губы кривились в неком подобии улыбки.

— Заходите, Паркер, — кивнул полковник Краммер, аккуратно кладя на стол свой новый излучатель. — Чем вы меня сегодня порадуете?

Джозеф Паркер, внештатный помощник Краммера, исполняющий исключительно особые задания, медленно прошел к мягкому креслу и, не дожидаясь приглашения, нагло сел.

— Да, полковник, я вас обрадую, — сладострастным голосом произнес Паркер. — Еще как обрадую.

— Ну же, не тяните, — от нетерпения полковник слегка привстал. Его рука как бы невзначай легла на рукоятку оружия.

— Я нашел сумку, — быстро проговорил помощник, с осторожностью поглядывая на торчащий из-под ладони Краммера ребристый ствол. — Обследовал указанный вами квадрат прибрежной территории и обнаружил неумело спрятанную в кустах небольшую сумку. Содержимое должно вас непременно заинтересовать.

Полковник вышел из-за стола и подошел к зашторенному темными портьерами широкому окну. Его взгляд, всегда скрытый от посторонних темными очками, без интереса проследил за причаливающим к автоматическому терминалу патрульным катером.

— Вы уверены, что этот предмет принадлежит арестованному мной недавно человеку, назвавшемуся Дастином Слейком? — вполголоса спросил он.

Паркер, выдержав небольшую паузу, слегка кашлянул и робко произнес:

— Премного извиняюсь, полковник. Но может мы сначала обговорим вознаграждение?

Крамер обернулся. Желваки на его скулах заходили ходуном. Ничего не сказав, он нехотя вытащил из ящика стола маленькую металлическую шкатулку и поставил ее перед Паркером. Помощник ловко откинул выпуклую крышку, пересчитал лежащие внутри красные горошины, а затем, с довольной ухмылкой убрал награду себе в карман.

— Где сумка? — спросил полковник.

Паркер встал и попятился к выходу.

— Она находится в гостинице «Бриз». Номер сто шестнадцать. Лежит в платяном шкафу, — быстро проговорил он, бросая Краммеру на стол магнитный ключ. Спустя мгновение, помощник выскочил за дверь.

— Идиот, — проворчал полковник. Он поднес к очкам небольшую карту, пытаясь вспомнить, где находится «Бриз».

Полковник Краммер дьявольски ненавидел свою работу. Возвращаясь каждый вечер в тесную двухкомнатную квартиру, расположенную не так далеко от внешнего периметра города, он по дороге частенько останавливал машину возле Главной арки. С черной завистью полковник наблюдал, как шикарные ультрамобили мчали своих знатных хозяев в их роскошнейшие просторные апартаменты, где они будут как всегда, всю ночь предаваться недоступным низшим служащим дорогим удовольствиям. Это была их жизнь. Настоящая жизнь, ради которой можно было отдать все на свете. Там текли рекой бесценные вина, по антикварным столам, сделанным из редких пород дерева, катались сотни горошин «астрала», а по малейшему желанию в кровати оказывались самые элитные гетеры.

В такие моменты, когда Краммер настолько ясно себе представлял всю роскошь бытия высшего общества Йорна, он внезапно впадал в непродолжительные, но довольно бурные приступы ярости. Со всей силой молотя кулаками по панели приборов своей машины, полковник проклинал весь этот несправедливый мир, где все лучшие места забрали дураки и параноики. Почему он, человек с кучей достоинств, должен гнить на жалкой должности в Службе Безопасности Йорна? Почему? Неужели Великий Создатель не видит, что он, Джон Краммер, достоин гораздо большего?

«Ну, ничего», — думал про себя полковник, когда ярость потихоньку стихала. — «Будет и на моей улице праздник. Я не перед чем не остановлюсь ради своей цели. Даже если придется многих убить».

Исполняя обязанности сторожевого пса, Краммер готов был в любой момент наброситься на своих хозяев и перегрызть им горло. Вот только время еще не пришло. Но он прекрасно знал, что скоро оно наступит.

Когда полковник Краммер впервые увидел своего странного пленника, он почувствовал, как внутри что-то перевернулось. Он был почти уверен, что человек по имени Дастин Слейк является как раз тем недостающим звеном, отделяющим его от вершины власти. Любыми способами надо было раскусить эту таинственную личность. А потом… Представляя, что будет потом, Краммер обычно с удовольствием щурился и злорадно ухмылялся.

Беззвучно остановившись возле неприметного входа, полковник вылез из машины и направился к облупившемся дверям, над которыми висела потертая табличка с надписью: «гостиница «Бриз».

За стойкой администратора никого не было. Пройдя через грязный оплеванный холл к узкой лестнице, Краммер поднялся на второй этаж и двинулся по длинному извилистому коридору, пристально всматриваясь в номера комнат. Освещение было настолько тусклым, что едва можно было различить сами двери.

Номер сто шестнадцать оказался в самом конце, возле запасного выхода. Проведя магнитной картой по электронному замку, полковник осторожно приоткрыл дверь, постоял немного, словно ожидая неприятного сюрприза, а затем вошел внутрь. Выключатель оказался на очень удобном месте. Старый светильник наполнил комнату неровным мигающим светом.

Краммер осмотрелся. Помещение было небольшим, что вполне свойственно подобным дешевым заведениям. Окно отсутствовало, но зато вместо него на стене висела заляпанная жиром картина в толстой золоченой раме. Изображенный на полотне пейзаж был на редкость унылым, как раз под стать интерьеру. Широкая кровать занимала почти все пространство, оставляя место лишь узкому шкафу, одиноко стоящему в углу. Душ и туалет в номере предусмотрены не были.

Сумка оказалась именно там, где и говорил Паркер. Проведя над ней спектральным детектором, полковник с изумлением уставился на появившиеся на маленьком экране данные. Он ожидал чего угодно, вплоть до лежащей внутри мины-ловушки. Но детектор показывал наличие в сумке неимоверного количества «астрала». Прибор почти зашкаливал.

Расстегнув тугую застежку, Краммер с трепетом начал доставать из нее содержимое и аккуратно выкладывать на кровать. Многие предметы были вполне обычными, имеющимися у многих охотников. Кое-где стояло клеймо мастеров Дивиаполиса. Но огромный пустой мешок, на дне которого перекатывалась одинокая красная горошина, заставил Краммера в сердцах сплюнуть на пол. Похоже, в нем совсем недавно и находился «астрал». Пока не оказался в жадных руках Паркера.

Второй предмет, заинтересовавший полковника, был гораздо любопытнее. Увидев его, он совсем забыл об алчном помощнике, еще посмевшим требовать вознаграждении.

Небольшой, сделанный из необычайно легкого материала излучатель имел на своем корпусе страшный знак, которым Отцы Святой церкви всегда помечали порождения черных глубин Космоса. Так клеймили зло. Но Краммер всегда знал истинное значение этого знака.

Покрутив излучатель в руках, полковник убедился, что заряда в оружии нет.

«Так вот, значит, ты кто, уважаемый Дастин Слейк», — с ликующим восторгом подумал Краммер. Сердце его бешено застучало. — «Я всегда знал, что человечество не погибло, как постоянно твердит Совет, а наша колония не единственная уцелевшая в Галактике. Эти старые изверги сотни лет прячут в подземельях космические корабли, думая, что о них никто не знает. Да, сейчас, не имея топлива, это всего лишь кучи металла. Но теперь все станет совсем по-другому. Ну, держитесь, господа! Пришло мое время».

Бросив бесполезное оружие обратно в сумку, полковник со злорадством произнес:

— Добро пожаловать на Тиартог, инопланетный друг. Теперь ты мой с потрохами.

Он быстро собрал все вещи и покинул гостиницу. По дороге в корпус СБ Краммер выстраивал в голове план дальнейших действий. Он прекрасно помнил, что у гостя с другой планеты есть тайные сообщники, которые помогли ему давеча бежать из операционной камеры. Те самые террористы, взорвавшие несколько складов. Кто же они такие? Тоже инопланетники? Ответа полковник пока не знал, но о месте их нахождения вполне догадывался. Где же еще в Йорне могут скрываться отбросы общества, как не в заброшенном здании наружного периметра. Найти их будет очень сложно. Ведь там сотни тысяч квадратных метров пустых квартир, заваленных мусором. Однако Краммер не унывал. У него была небольшая, хорошо укомплектованная самым лучшим оружием и совершенной техникой команда профессионалов. Пятнадцать бойцов, готовых пойти за своим командиром хоть на Дивиаполис, хоть на Веллирок…Времени уйдет на поиски много, но в этом случае, цель оправдывает абсолютно все средства.

Подъехав к пропускному пункту корпуса Службы Безопасности, полковник подождал пару минут, пока автоматика проверит его личность и, едва заметно кивнув отсалютовавшему ему дежурному, повел машину на стоянку.

Собрал он свою команду довольно быстро. Парни были одними из лучших в своей профессии. Сам лично отбирал. И теперь, прохаживаясь вдоль ровной шеренги, Краммер придирчиво осматривал каждого бойца.

— Лейтенант Линг! — громко произнес он.

Из строя вышел молодой, в прекрасной физической форме парень и встал по стойке «смирно».

— Я!

Подойдя к нему вплотную, полковник Краммер холодным тоном спросил:

— Вы получили мой приказ, лейтенант?

— Так точно, сэр, — подтвердил офицер. — Получил.

— Сколько вам понадобится времени на сборы?

Лейтенант ответил, почти не задумываясь.

— Четверть часа, сэр. Солдаты находятся в режиме готовности номер один.

— Молодец, лейтенант, — кивнул Краммер. — Так держать. Точные координаты я вам дал. Выполняйте.

С этими словами полковник направился на оружейный склад, обслуживающий только старших офицеров.

Идентификаторы противно пискнули, сканируя сетчатку глаза. Дверь с легким щелчком открылась, и полковник прошел в небольшое помещение, где находился только один терминал, да обслуживающий его специалист. Работник был из гражданских, и поэтому при появлении Краммера, его поприветствовал лишь кивком головы.

Подойдя к экрану, полковник в первую очередь начал с боевой защиты. У него имелись свои личные предпочтения, основанные на собственном опыте.

Недолго думая, он выбрал тяжелую броню. Надежная, практически ничем не пробиваемая, она все же весила довольно прилично, ограничивая человека в свободе движений. Но Краммер и не рассчитывал принимать участие в операции лично. Зачем, когда есть надежная команда.

Подождав несколько секунд, пока данные обработаются, полковник продолжил выбор. Теперь пришла очередь оружия. Ну, что ж, поскольку он рассчитывал на пассивные действия, можно было обойтись легким парализатором. Уже поднеся руку к нужной иконке, Краммер вдруг резко передумал и нажал на соседнюю. Там значился штурмовой плазменный излучатель ШПИ-3. Зачем он выбрал это громоздкое мощное орудие, полковник и сам не знал. Просто внутреннее чутье подсказывало, что будет не все так просто, как показалось вначале.

Спустя некоторое время, похожий на чудовищного робота полковник Краммер вышел на посадочную площадку. Каждое его движение сопровождалось тихим повизгиванием сервомоторов, помогающих мышцам тела перемещать многокилограммовые бронированные части защитного комплекса. На левой плечевой пластине располагался тяжелый ШПИ-3, один вид которого заставлял противника в ужасе трепетать.

— Команда готова к операции, сэр, — отсалютовал лейтенант Линг.

Оперативники были облачены в более легкую, позволяющую быстро реагировать на малейшую опасность личную защиту. Каждый из них сейчас напоминал покрытого хромом, сверкающего киборга. Глазные прорези в обтягивающем голову шлеме, излучали мерцающий белый свет — это работали универсальные сканеры.

— Начинайте загрузку, лейтенант, — отдал приказ Краммер, следя взглядом за двумя, заходящими на посадку боевыми гравилетами. Когда аппараты бесшумно коснулись опорами бетона, лейтенант тихо, используя встроенный в защиту передатчик, скомандовал:

— По машинам!

 

3

Когда Андрей и Сью подошли к гладкой металлической стене здания, которое не имело выходящих на свалку окон, они были уже далеко не первые. По крайней мере, десятка два грязных оборванных людей непонятного возраста и пола стояли, выстроившись в полукольцо и, задрав головы, смотрели вверх. Со всех сторон к ним подтягивались все новые и новые оборванцы.

— Ну вот, опоздали, — расстроилась девочка. — Теперь нам достанется только гниль и объедки.

— Это тоже неплохо, — пробормотал Вольф. — Иногда приходится еще не такое жевать.

— Да ну тебя, — Сью махнула рукой и направилась к ожидающим людям.

Тем временем наверху что-то заскрипело, раздался лязг железа. Было видно, как часть стены на высоте примерно десяти метров, немного отошла в сторону, и из образовавшегося отверстия вниз посыпался водопад мусора. Люди вмиг оживились, бросаясь прямо под летящие плотным потоком увесистые мешки. Но побежали отнюдь не все. Больше половины остались стоять на своих местах, с жадностью наблюдая за копошащимися в помоях счастливчиками.

Сью сконфужено посмотрела на Андрея и знаком пригласила его подойти.

— Здесь свои законы, — пояснила она. — Кто раньше пришел, тот и собирает в первую очередь. Остальные ждут.

— А что в мешках? — спросил Вольф, пытаясь ощутить запах. Однако разобрать толком ничего не смог.

Сью нетерпеливо запрыгала на месте.

— Здесь, наверху, находится крупный ресторан «Гордость Йорна». Очень хороший ресторан. Я раньше часто в него ходила с родителями. Кухня у них лучшая на планете. Что ни блюдо, то прямо шедевр, — девочка на миг закрыла глаза, видимо представляя сервированный богатый стол. — То, что не доели посетители, сначала мелкие служащие отбирают, а уж остальное как раз достается нам. Сюда сбрасывают.

Андрей невольно поморщился. Хоть он и не отличался особой привередливостью, но старался всячески избегать употребления чьих-либо объедков. Уж лучше тварями ползучими, да насекомыми голод утолить. Меньше шансов подхватить инфекцию.

— А ты зря брезгуешь, — заметив его мимику, проговорила Сью. — Я тоже поначалу нос воротила. Оказалось — напрасно. Лучше все равно не найти. Разве что крыс жарить.

— Не надо крыс, — Андрей взял девочку за руку и потащил прямо к горе помоев.

— Что ты делаешь?! — взвизгнула Сью. — Тебе что, жить надоело?! Они же тебя разорвут!

— Пусть попробуют, — жестко произнес Вольф. Подобрал с земли пару пакетов и вручил их девочке. Та невольно выпустила их из рук и пакеты с неприятным хлюпаньем упали на влажную почву.

Сделав вид, что этого не заметил, Андрей подобрал еще несколько мешков, заглянул в них и с удивлением повернулся к Сью.

— И это называется лучшая кухня на планете?

Девочка надула губы. Поведение Вольфа ее приводило в замешательство.

— Никто тебя не заставляет есть насильно, — проговорила она, приглаживая непокорную прядь волос. — Если вообще сможешь есть.

Последние слова она сказала как-то настороженно, в задрожавшем голосе явно почувствовалось беспокойство.

Андрей резко поднял голову. Там, куда смотрела Сью, он увидел двух здоровых лохматых парней. Если бы не ветхая одежда, прикрывающая немытые тела, то отличить от неандертальцев их вряд ли кто смог. Похожи они были друг на друга, словно братья. И эти братья, свирепо сверкая маленькими злыми глазками, глубоко посаженными под массивными дугами бровей, медленно приближались. В их намерениях Вольф ничуть не сомневался.

— Ты что это творишь? — глубоким басом проговорил тот, что стоял справа. У него на голове висела кожура от какого-то экзотического фрукта. То ли он ее не замечал, то ли так модно было. Вольф спрашивать не стал.

— А что не так? — сделал удивленный вид Андрей, продолжая собирать пакеты и целенаправленно игнорируя нависшую угрозу.

Глаза братьев-неандертальцев стали наливаться кровью. Они переглянулись.

— Я что-то не понял, — прошепелявил второй. Нижняя огромная челюсть мешала ему нормально говорить. При каждом произнесенном слове у него изо рта вылетали обильные брызги слюны. — Ты что, тупой? Или в самом деле правил не знаешь?

— Пойдем отсюда, — Сью потянула Андрея за рукав. Глаза девочки сейчас казались как никогда большими, и в них читался неподдельный страх.

Вольф отстранился. Повернувшись к братьям, он посмотрел на них таким взглядом, что те невольно сделали шаг назад. Если бы у этих громил было хоть чуть-чуть здравого ума, они бы оставили сейчас Андрея в покое и занялись своими делами. Но, видимо, для них это оказалось непосильным. Не привыкли они отступать.

— Я его щас порву, — прорычал парень с кожурой в волосах и двинулся на Вольфа. Второй тоже засучил рукава, обнажая свои не в меру волосатые ручищи.

Сью громко завизжала. Если кто до этого не видел назревающий конфликт, то теперь внимание всех окружающих было обращено на Андрея и двух «братьев-неандертальцев». Вокруг них на почтительном расстоянии стала собираться толпа зевак.

С равнодушным видом Вольф шагнул навстречу громилам. Никто даже не понял, что произошло. Да и не могли глаза обычных людей увидеть те молниеносные движения пальцев рук, которыми стронгер отправил обоих братьев в глубокое беспамятство. Просто прошел человек мимо, а двое стоявших парней вдруг хрюкнули и неловко упали лицами в грязь. Не обращая на них внимания, Вольф продолжал идти.

Толпа ахнула, с осторожностью расступаясь перед Андреем. Сью, замершая на месте с раскрытым ртом, встрепенулась, удивленно посмотрела на лежащие тела, и неровной походкой пошла вслед за неожиданным героем.

— Как это… получилось? — спросила девочка, догнав Вольфа. — Это какой-то фокус? Да?

— Ловкость рук, — бросил Андрей, поудобнее перехватывая пакеты.

— Нет, ты точно воин, — улыбнулась Сью. Глаза ее блестели. — И очень хороший воин. Против Пита и Грэя даже Хугу со своими мордоворотами побаивается выступать. Отморозки они. Полные отморозки.

— Это столь важно? — поинтересовался Вольф, не глядя на Сью.

Девочка забежала вперед и с интересом посмотрела ему в глаза. Ничего, кроме спокойного равнодушия она там не обнаружила. Но это ее нисколько не расстроило. Сью восхищенно произнесла:

— Мы же теперь их всех к ногтю прижмем. Нас будут уважать и бояться. И старый придурок Хугу приползет на коленях с подарками в зубах. Сам приползет.

Она звонко рассмеялась.

Вольф в ответ покачал головой.

— Никого я к ногтю прижимать не собираюсь. Тем более — мы. Не для того я здесь, чтобы бандитов твоих строить.

— А для чего ты здесь? — уже серьезно спросила девочка. Но на лице еще читался легкий оттенок надежды. — Чтобы здесь жить, надо приспосабливаться. Выживают только те, кто имеет власть или те, кто смирился и признает права первых. Третьего не дано. Ну же?

Какое-то время Андрей шел молча. По большому счету, стронгер воспринимал девочку только как временного гида в этом незнакомом мире. Ничего больше. Даже чувство благодарности за спасение жизни особо его не трогало. Ну, спасла. И что? На руках теперь носить? Хотя, в дальнейшем у него были на счет Сью планы. Смутные, едва наметившиеся. Но это будет окончательно решено только тогда, когда Вольф вернет свою драгоценную сумку. «Астрал», которого там вполне достаточно, чтобы всех доходяг на этой свалке сделать до конца их дней богачами, позволит пройти в самый центр Йорна. А уже там, ближе всего к правящей элите города, он сможет нанести сокрушительный удар. И Сью, сама не ведая, ему в этом поможет.

Лишь где-то глубоко внутри сидело непонятное, щемящее сердце чувство, совершенно ему незнакомое. Он пока мог на него просто не обращать внимания, изредка замечая некий дискомфорт. До поры до времени. А вот что будет потом? Перерастет ли оно во что-то большее? И во что?

Тяжело вздохнув, он произнес:

— Я сегодня уйду из города. На время. Знаешь, как это сделать незаметно?

Сью прищурила глаза.

— А если и знаю, то что? — она движением руки притормозила Вольфа. Тот нехотя остановился. — Неужели ты думаешь, что после твоих дурацких слов я соглашусь тебе помогать? Ха, наивный…

Неожиданно, сзади послышались приближающиеся шаги, сопровождаемые характерными всплесками воды и шуршанием мусора.

Андрей и Сью одновременно обернулись. К ним спешил незнакомый человек, одетый в черную короткую куртку. Лицо его было скрыто капюшоном. Остановившись на безопасном расстоянии, он запыхавшимся голосом проговорил:

— Премного извиняюсь, что беспокою вас, уважаемый, — незнакомец обращался только к Андрею. — Мой хозяин очень хотел бы с вами увидеться лично.

Сью дернула Вольфа за рукав и на ухо ему прошептала:

— Это один из людей Хугу. Не связывайся с ним.

Андрей слегка кивнул.

— И что же твой хозяин от меня хочет? — без интереса спросил он.

— Хозяин видел бой, — немного склонив голову, ответил незнакомец. — Такому искусному бойцу не пристало жить в нищете и питаться помоями. Он хочет предложить хорошую работу.

Андрей задумался.

«Может ли это стать взаимовыгодным сотрудничеством? Судя по всему — да. Хугу имеет власть, хоть и небольшую, которую можно будет использовать. А уж показать незаметный путь из города он наверняка сумеет. Такие типы все лазейки должны знать».

— Передай Хугу, что я подумаю, — проговорил Вольф. — Где я смогу его найти?

— Там же, где и всегда, — голос незнакомца прозвучал удивленно. — Южный сектор, седьмой этаж. Там вас встретят.

Андрей повернулся к нему спиной и продолжил путь. Сью помедлила, с подозрением пытаясь рассмотреть скрытое под капюшоном лицо, а затем, плюнув на это дело, двинулась за стронгером. Выстрела или ножа в спину можно было сейчас не опасаться. Пока.

 

4

Оставив обидевшуюся девочку дуться возле окна, Вольф накинул на себя старую потертую куртку и молча вышел из квартиры. Он уже для себя все решил и никто теперь не в силах ничего изменить, так как решение, принятое не только разумом, но и подтвержденное стронгерским чутьем, не может быть неправильным.

Ну и что с того, что Сью против всяких отношений с Хугу. Кто она такая, чтобы иметь право вмешиваться в работу специалиста? Специалисту виднее, с кем сотрудничать, а с кем нет.

«Что я делаю»? — Андрей остановился, занеся ногу над следующей ступенькой лестницы. — «Я что, пытаюсь найти себе оправдание? Ну, это уже слишком…»

Покачав головой, он двинулся дальше.

Хоть Сью и была на него сердита, но как дойти до Южного сектора она неохотно объяснила. Это было недалеко отсюда, идти минут пятнадцать-двадцать. По словам девочки, там меньше всего мусора. Хугу любит чистоту, и по возможности, всех провинившихся перед ним принуждает к расчистке территории. Что ж, у каждого свои тараканы в голове.

Выйдя на улицу, Андрей поднял воротник и, поежившись от неожиданно холодного порыва ветра, двинулся вдоль здания. Так было более безопасно. Пройдя мимо проржавевших насквозь непонятных огромных машин, Вольф настороженно всмотрелся в темноту. Чутье молчало.

Миновав самую старую часть свалки, он вскоре заметил лежащие бетонные столбы, ограждающие довольно ровный участок земли, очищенный от крупных обломков. Недалеко от стены дома стояли несколько больших цистерн с общепринятым знаком «огнеопасно».

Едва перешагнув один из столбов, Андрей сразу почувствовал, что привлек к себе внимание скрывающихся от посторонних глаз сторожей.

Из укрытия вышли трое здоровяков, облаченных в приличную по местным меркам одежду свободного пошива. В руках каждый из них держал ружье неизвестной модели. Возможно, оружие было огнестрельное.

— Что надо? — спросил самый мрачный из них, шмыгая сломанным некогда, кривым носом.

— Я по приглашению Хугу, — произнес Андрей. Он внимательно следил за каждым движением охранников, и в случае опасности готов был немедленно вступить в бой.

Говоривший здоровяк что-то пробормотал невнятное одному из своих товарищей, и тот, закинув ружье на плечо, быстро скрылся в ближайшей двери.

Ждать пришлось недолго. Спустя пару минут гонец высунулся из темного окна второго этажа. Жест, который он сделал рукой, мог означать что угодно, вплоть до расстрела незваного гостя прямо на месте.

Охранники быстро обыскали Вольфа, тщательно проверили все складки одежды и после этой процедуры повели его наверх.

Лестница оказалась на редкость чистой. Даже светильники на стенах висели. Сразу было видно, что здесь живут не голодранцы.

Поднявшись в сопровождении двух громил на седьмой этаж, Андрей оказался в типовом коридоре, какие изобиловали в этом здании. Только этот отличался от остальных довольно изысканным убранством. На полу лежали сильно вытершиеся, но еще не потерявшие былой красоты настоящие ковры. По углам в железных емкостях росли небольшие чахлые деревца, а под гладким белым потолком висели почти новые электрические люстры разных стилей и цветов. Лампы накаливания давали яркий желтый свет.

— Туда, — охранник указал на первую дверь.

Ни секунды не медля, Вольф толкнул ее и вошел внутрь квартиры.

От удивления стронгер едва не открыл рот. Такого интерьера он точно не ожидал увидеть. Весь антиквариат со свалки находился сейчас здесь, начиная от потрескавшейся посуды и заканчивая скульптурными композициями. Перед широкими окнами, упираясь в потолок, возвышались несколько мраморных изваяний женского пола. Стены оказались скрыты под несколькими слоями всяческих картин, а уж мебели стояло столько, что даже пройти было негде.

И среди этого необычного музея Андрей с большим трудом заметил маленького толстого старика, вольготно развалившегося на потрепанной софе. На нем был одет яркий шелковый халат в красный цветочек, а на ногах красовались лакированные коричневые туфли с неимоверно длинными носами. Старик с интересом, не шевелясь, смотрел на вошедшего гостя.

— А вот и уважаемый мастер пожаловал, — улыбнулся Хугу. Большой жабий рот странно искривился, будто одна половина лица была парализована в результате давешнего инсульта. — Проходи, садись.

Вольф упал на стоящий рядом позолоченный стул. Говорить он сейчас не пытался. Если Хугу действительно в нем заинтересован, то сам непременно начнет беседу. А там уж как получится.

Выдержав небольшую паузу и более внимательно изучив Андрея, старик негромко произнес:

— Я прожил долгую и вполне интересную жизнь. Многое видел, многое постиг сам. Но, то виртуозное владение неизвестной мне техникой боя, что ты сегодня продемонстрировал, заставило меня искренне изумиться. Я раньше ничего подобного не встречал. Где ты этому научился?

Андрей отвел взгляд в сторону.

— Я бы не хотел раскрывать профессиональную тайну, — сказал он.

Хугу вновь расплылся в кривой улыбке. Глаза алчно сверкнули.

— Так ты к тому же еще и профессионал, — он довольно потер руки. — Наемник или служил?

— Это не имеет значения, — ушел от ответа Вольф. — Мое прошлое тебе ничего не даст, кроме дополнительной головной боли. Я про себя рассказывать не собираюсь. Не у психолога…

— Ах, вот как, — с деланным удивлением произнес Хугу. — Что ж, твое умение многого стоит. Такого бойца, даже и с темным прошлым не грех при себе держать. Хочешь на меня работать?

Андрей уже ждал этого предложения.

— А почему бы и нет, — сказал стронгер, закидывая ногу за ногу. — Но только с условием. Я об одной услуге попрошу.

— Ну? — старик вопросительно поднял густые брови.

— Мне надо незаметно, на несколько часов покинуть Йорн. Это можно устроить?

Ожидая ответа, Вольф принялся разглядывать стоящую рядом на журнальном столе старинную фарфоровую вазу.

Хугу молчал, явно пытаясь прикинуть в уме вероятность подвоха. Пройдя вдоль окна туда-сюда, он, наконец, повернулся к Андрею и неуверенно произнес:

— Я дам тебе эту возможность. И взамен ничего не потребую. Знай, что старый добрый Хугу иногда бывает по-настоящему великодушен, — он как-то странно подмигнул. — Но за кров, питание и одежду я потом вычту у тебя из жалования. Не обессудь.

Андрей усмехнулся. Скользкий, все-таки тип, этот Хугу. Такой всегда готов своему ближнему помочь, при этом одной рукой предлагая безвозмездный дар, а второй — копаясь у него в карманах. Да, уж… На что только не приходится идти ради достижения необходимой цели.

— Я согласен, — как можно нерешительнее проговорил Вольф. — Сначала одежда, хороший ужин, а потом — проводник. Только так.

— Приятно иметь дело с профессионалом, — довольно кивнул Хугу, доставая из бара бутылку вина и два хрустальных фужера. Откупорив пробку, он ловко разлил по фужерам янтарную жидкость. — Ну, за успешную карьеру.

Подняв свою хрустальную чашу, старик слегка подал ее в сторону Андрея, а затем, сделав большой глоток, снова поставил на стол. Стронгер пить не собирался.

— Ну, раз ты такой осторожный… — Хугу демонстративно пригубил из второго фужера. — Не смею больше задерживать. Эрни проводит тебя в твою комнату, даст одежду и накормит. Дальше — жди. Пришлю знающего человека. Но смотри, если назад не вернешься — твоя девчонка умрет. Уж извини, такова жизнь.

В дверях возник один из мрачных охранников, тот, что был со сломанным носом. Дождавшись, пока Андрей выйдет, двинулся следом. В коридоре он молча обогнал стронгера и пошел впереди, своими широкими плечами едва не касаясь стен.

Маленькая комнатка, в которой теперь Андрею придется ютиться, находилась на четвертом этаже. Кроме узкой кровати и покосившегося стола, мебели в ней больше не было. Да и зачем? Вряд ли здесь Вольф будет проводить много времени. Дай бог, чтобы на ночь возвращаться. От Хугу можно было любых сюрпризов ожидать.

Эрни, — так звали мрачного типа, — бесцеремонно ввалился в комнату, швыряя на кровать свернутую в узел одежду. Спустя несколько минут принес миску с подозрительной похлебкой и железную кружку. Поставил все на стол.

И это хороший ужин? Да «лесовики» собак своих кормят лучше.

— А душ у вас предусмотрен? — в надежде спросил Вольф, разворачивая обновки.

Эрни как-то неопределенно поморщился и, проигнорировав вопрос, молча вышел.

Тяжело вздохнув, Андрей натянул на себя просторные серые брюки, грубую плотную рубаху, а сверху накинул прилагающуюся короткую куртку с большим остроконечным капюшоном. Не совсем удобная, но зато практичная. Похоже, ткань была пропитана влагоотталкивающим раствором. Старые ботинки завершили картину.

Осмотревшись в поисках зеркала, Андрей разочарованно махнул рукой. Видимо, такой роскоши не полагалось иметь кому попало.

Подойдя к столу, он попробовал содержимое миски, сморщился, выплюнул на пол и, схватив кружку, сделал осторожный глоток. В кружке оказалось на удивление неплохое молодое вино.

Время тянулось необычайно долго. В ожидании обещанного проводника стронгер прилег на кровать и закрыл глаза. Он даже не заметил, как провалился в глубокий сон. Напряжение, усталость и алкоголь на ужин все-таки взяли свое.

 

5

Даже сквозь сон Андрей почувствовал приближающиеся к двери его комнаты быстрые и уверенные шаги. Он на слух определил, что идущий человек довольно молод, а телосложением не крупнее его самого. Возможно, того же роста.

Когда дверь осторожно приоткрылась, Андрей встречал гостя уже в полной готовности к каким-либо действиям.

— Меня зовут Брайан, — с серьезным видом представился вошедший молодой человек. Он был действительно одного с Вольфом роста, но по комплекции все же, чуть-чуть уступал. Его рыжие волосы, вьющиеся мелким бесом, придавали круглому конопатому лицу какой-то странный мифический образ. А вот одеяние парня заставляло задуматься. Зачем ему разгуливать по дому в гидрокостюме?

— Дастин, — кивнул Вольф в ответ, продолжая изучать гостя. — Ты проводник?

Брайан слегка улыбнулся.

— Можно и так назвать. Но вообще, у меня немного другая специализация.

Андрей не стал уточнять — какая. Здесь все и так понятно. Парень явно был одним из тех любителей острых ощущений, которые, в конце концов, обычно становятся контрабандистами или же какими-нибудь тайными шпионами. Хотя, какие у Хугу могут быть шпионы? Не того полета птица. Разве что близкий знакомый. Может, дальний родственник.

— Собирайся, Дастин, — сказал рыжеволосый, посматривая на массивные наручные часы. — У нас мало времени. Очень мало. Сейчас в Йорне введено чрезвычайное положение первой степени, и все лазейки, что раньше были доступны, тщательно перекрыты. А вскоре закроют вообще все. Надо успеть.

Вольф молча кивнул и осмотрел свою комнату. Собирать-то, в принципе, было и нечего. Все вещи оставались там, куда он стремился — на берегу океана.

Застегнув куртку, Андрей жестом показал, что готов.

Брайан вел стронгера длинными извилистыми коридорами, тускло освещенными редкими электрическими светильниками. Тишина была полная. Не слышались даже отдаленные звуки усталости несущих конструкций, свойственные заброшенным много лет назад большим сооружениям. Не было воя ветра в вентиляционных шахтах, расположенных через каждые десять метров. Даже шаги, гулко отражающиеся от голых пустых стен, как-то особенно быстро затихали, словно эхо поглощалось невидимой глазу вязкой неизвестностью. Было сыро и зябко…

Сразу видно, что люди сторонились этих мрачных катакомб, пронзающих огромный дом почти насквозь. Они старались держаться только проверенных, освещенных яркими лампами изведанных мест, где каждый день ходили не по одному разу десятки жителей. А ведь когда-то для себя строили. Со временем, по каким-то неизвестным причинам люди уступили свои родные квартиры сырости и вечной темноте, которые вмиг набросились на уютные жилища и полностью поглотили их. Обосновались в каждом уголке, в каждой потаенной щели, навечно вселяя страх и холод в сердца случайных посетителей. Но такие здесь очень редко бывали.

Спустя какое-то время осталась позади последняя, с едва мерцающим огоньком лампа и кромешная тьма полностью поглотила собой узкое пространство коридора.

Андрея это не смущало, он быстро адаптировался. А вот Брайан стал судорожно ощупывать свои герметично закрытые карманы. Наконец, обнаружив искомое, проводник надел себе на глаза очки «ночного зрения».

— Держи меня за плечо, — проговорил он Вольфу, не подозревая, что тот сам неплохо видит в темноте.

Не показывая вида, Андрей крепко вцепился пальцами в эластичную ткань гидрокостюма проводника, и они, друг за другом двинулись дальше.

— Долго еще идти? — спросил стронгер, чтобы как-то подчеркнуть свою фальшивую беспомощность. Он видел, как Брайан вертит головой по сторонам, видимо, пытаясь найти только ему одному известные ориентиры.

— Еще минут двадцать, — ответил рыжеволосый, трогая на стене какой-то знак. Вольф краем глаза определил теплоизлучающую краску, хорошо заметную в инфракрасном спектре.

Коридор еще пару раз вильнул, представляя взору идущих облупившиеся, поросшие белой плесенью отсыревшие стены, и тут же незаметно расступился, переходя в просторную лестничную площадку. Как ни странно, но состояние ступеней было куда лучше, чем всего остального, будто лестницы ставили совсем недавно.

Андрей услышал отдаленный шум воды. Звук шел откуда-то снизу, теряясь в пустоте. Сюда долетали слабые, воспринимаемые лишь ухом стронгера отголоски бурлящего потока. Неужели там водопад?

«Так вот почему на рыжем гидрокостюм», — мелькнула у Вольфа запоздалая мысль. — «А мне, похоже, придется нырять без экипировки. Ну да, этого и стоило ожидать. Сам ведь просил путь показать… О деталях не договаривались».

В предвкушении ледяного купания Андрей вздрогнул, но, не отпуская плеча Брайана, стал спускаться за ним вниз. С каждой новой лестничной площадкой шум воды становился все ближе и ближе, пока не стал таким громким, что поглотил собой все окружающие звуки.

Проводник остановился.

Незаметно выглянув из-за его спины, Вольф увидел обломанный край лестницы. А это значило только одно — их путь по суше завершен. Там, внизу, на расстоянии каких-то пары метров неслась холодным потоком бурная подземная река. По запаху было вполне ясно, что это точно не канализация.

— Надо немного подождать, — спокойным голосом произнес Брайан, присаживаясь на влажную ступень. — Как только подойдет транспорт, по моей команде прыгай вниз. Потом замри, иначе свалишься. Понял?

— Понял, — Андрей убрал руку с плеча проводника.

Он был слегка удивлен. Неужели, по этому сомнительному каналу ходят корабли? Что-то с трудом верится. Хотя, почему бы и нет. Человек такое существо, что для своих нужд готов использовать все возможные ресурсы. Да будь это хоть канализация, он все равно бы проложил нужный фарватер. Куда деваться-то?

Неожиданно к шуму воды добавился какой-то низкий гудящий звук, словно неподалеку в воздухе завис гигантский шмель.

Брайан поднялся на ноги, прислушался, а затем подошел к краю лестницы и посмотрел вниз. Среди стремительно несущихся пенных завихрений чернело нечто большое, похожее на причудливую субмарину. И это нечто явно не планировало надолго останавливаться. В любой момент, увлекаемое сильным потоком, оно готово было так же молниеносно исчезнуть, как и появилось.

— Прыгай, — быстро произнес проводник, хватая Вольфа за рукав куртки. Доверившись движению Брайана, стронгер шагнул в пустоту.

Падать пришлось совсем невысоко. Почувствовав, как ноги приняли на себя удар, Андрей откатился в сторону и тут же выпрямился, оглядываясь по сторонам. Совсем рядом поднялся рыжеволосый. Вновь схватив Вольфа за куртку, он потащил его к одной из трех темных выпуклостей, которые полусферами поднимались на металлической плоскости неизвестного судна. Открыв незаметный люк, Брайан тихо шепнул:

— Нам придется какое-то время пробыть в воде. Не бойся, там не глубоко. И рыб больших не бойся, они не хищные, людей не едят. Зато среди них нас биосканеры на посту не почувствуют.

— Этот корабль везет живую рыбу? — удивленно спросил Андрей. Перспектива плескаться вместе со скользкими холодными тушами его нисколько не привлекала.

— Да, везет в порт Веллирока, — быстро проговорил проводник, пытаясь подтолкнуть стронгера к прямоугольному отверстию.

Прикрыв глаза, Андрей плюхнулся в неожиданно теплую воду. Следом за ним нырнул Брайан, не забыв захлопнуть за собой тяжелый люк. Несколько здоровых рыбин резво метнулись в стороны.

— А что за рыба? — спросил на всякий случай Вольф, интуитивно прижимаясь к металлической стенке небольшого резервуара.

— Это на самом деле беспанцирные черепахи, — чуть помедлив, сказал проводник. — Деликатес, искусственно выведенный специалистами Йорна. За каждую особь островитяне пять горошин «астрала» дают. Безумцы…

От слов рыжеволосого у Андрея не появилось особого желания отойти от стены. То, что в воде плавали не рыбы, а черепахи, его нисколько не обрадовало. Черепахи ведь тоже разные бывают.

Что-то холодное коснулось его ноги. Вольф вздрогнул, пытаясь разглядеть в кромешной темноте таинственный «деликатес». Но кроме неясного продолговатого тела он ничего больше не различил.

В следующий миг стена за спиной мелко завибрировала. Резким рывком корабль пришел в движение, сбивая с ног своих пассажиров. Вода большой волной плеснулась из стороны в сторону, накрывая стронгера с головой. Отплевываясь, Андрей вновь прижался к стене. Где-то рядом прозвучал недовольный голос Брайана:

— Чертовы лихачи. Совсем о людях не думают. Неудивительно, что они половину товара дохлым довозят.

— Они о нас знают? — осторожно спросил Вольф.

— Конечно, знают, — проговорил проводник. — С чего бы они тогда в провале остановились? Эти люди никогда от лишнего барыша не откажутся. За что я их и уважаю. Любому помогут, кто в состоянии заплатить.

Андрей невесело улыбнулся. Да, уж. Такие «помощники» всегда являлись одним из слабых мест хорошо устроенного, сплоченного общества, готовые ради обещанной наживы продать и сестру, и мать, и Родину со всей планетой. Обычно в Лиге их называли «надеждой стронгеров». И это не удивительно. Вовремя подкупленный алчный местный житель облегчал работу специалиста почти на десять процентов. Андрей тоже неоднократно пользовался корыстолюбием подобных людей, которые, сами того не ведая, помогали рушить родной им, привычный мир.

Всеми силами стараясь удержаться на ногах, Вольф вцепился в случайно подвернувшийся под руки небольшой кронштейн и, периодически задерживая дыхание, стойко выдерживал атаки разбушевавшейся от резких маневров массы воды. От постоянно налетающих на него скользких черепах Андрей старался по возможности уворачиваться. А уж если уклониться от тяжелого тела было невозможно, то он отталкивал его быстрым ударом ноги.

Наблюдая за мучениями Брайана, Вольф начинал постепенно понимать, что этот резервуар на самом деле неправильный. Здесь не было переборок, обычно делящих внутренний объем на несколько частей. Видимо, кому-то мешала лишняя масса, благодаря изъятию которой, можно было теперь брать на борт дополнительный груз. Да, жадность человеческая поистине безгранична.

— По моей команде приготовься нырнуть и не двигаться, — сказал проводник, поглядывая на свои наручные часы. Он тоже со своей стороны нашел кронштейн и вцепился в него мертвой хваткой.

— Понял, — ответил Андрей.

Сомнительно было, конечно, что все этапы движения корабля расписаны по секундам. Нет никакой гарантии от случайных ускорений или замедлений. Но лучше уж довериться этим сомнительным ныряниям, чем попасть под неожиданный луч сканера, который также может возникнуть и после того, как они высунут головы из воды.

Услышав четкое «давай», Вольф вдохнул полной грудью спертый воздух, отпустил свою опору и осторожно ушел в мутную воду, стараясь не задеть вяло двигающихся черепах. Стронгер мог так находиться довольно долго, не боясь нехватки кислорода. Уж четверть часа — точно. Тренированное тело на многое было способно.

Сквозь зеленоватую муть Андрей с трудом разглядел у самого дна тело Брайана. Проводник не шевелился, приставив ко рту портативный кислородный баллон.

«Вот гад», — ругнулся про себя Вольф. — «Даже не спросил, умею ли я плавать. Сам-то продумал все».

И тут транспорт резко остановился. В дальнем конце резервуара возникла светящаяся в темноте, белая полоса света. Она, слегка пульсируя, медленно проходила сквозь дергающихся в воде животных, постепенно приближаясь к затаившемуся проводнику. Андрей заметил, как тот схватил проплывающую мимо него крупную черепаху и сильно прижал к себе. Луч биосканера так и застал их вместе, не останавливаясь, пополз дальше. Интересно, для чего Брайан привлек животное? Об этой уловке он даже не упоминал. Если бы стронгер ничего не видел, как и рассчитывал проводник, то к чему все это могло привести? К их обнаружению? Вряд ли. Какая выгода в этом для проводника?

Решив действовать так же, Андрей ловко извернулся и попытался дотянуться до ближайшей серой туши. Пальцы лишь слегка чиркнули по склизкой коже, поймав пустоту. Луч сканера уже почти касался его ног.

Осмотревшись по сторонам, Вольф обнаружил, что почти все животные находились по ту сторону луча. Здесь, вместе с ним, оставалась только одна, довольно прыткая небольшая черепаха, резво пытающаяся вскарабкаться на гладкую стену резервуара.

Это был последний шанс. Что есть сил, оттолкнувшись от дна, Андрей метнулся к спасительному животному. Руки крепко обняли холодное тело. Он извернулся, подставляя под мерцающий свет серый черепаший бок.

Когда процедура была закончена, и транспорт вновь двинулся дальше, Андрей почувствовал, как рука Брайана тянет его наверх. Не удержавшись от нахлынувших эмоций, стронгер как бы невзначай заехал проводнику ногой по голове. Да так сильно, что тот, подняв тучу брызг, отлетел метра на два.

— Ты чего? — изумленно спросил Брайан, ощупывая затылок.

— Извини, случайно, — сквозь зубы процедил Вольф. Проводник ему явно перестал внушать доверие. Недаром говорят, что рыжих контрабандистов лучше сторониться. А уж иметь с ними общие дела — упаси Бог.

 

6

Медленно двигаясь вдоль пустых окон верхнего этажа, гравилеты завершали первый круг поиска, постепенно опускаясь все ниже. Сканеры подтвердили предчувствие Краммера — под крышей никого не было. Даже крыс. Видимо, со временем, металлические плиты вконец проржавели, пропуская в квартиры последнего этажа дождь и ветер — частые гости прибрежного города. Того и гляди, огневые точки, расположенные по периметру здания, тоже вскоре начнут рушиться, брошенные без дела много лет назад. Сейчас они были всего лишь грозно выглядящими со стороны памятниками беспокойного прошлого. Продолжительное перемирие все-таки расслабило людей. Совет Йорна не пожелал больше вкладывать финансы в содержание дорогих в обслуживании боевых механизмов, отдав предпочтение своему праздному образу жизни. Что ж, это когда-нибудь погубит их.

Полковник сжал кулаки. Сервомоторы тотчас взвизгнули, передавая движения на огромные стальные руки защитного комплекса. Раздался скрежет металла.

В надежде, что бесшумные машины никто не успел заметить, Краммер отдал приказ на посадку. Внизу он как раз приметил расчищенный от мусора пятачок, достаточный для того, чтобы сели оба гравилета.

Но их заметили. Несколько человек врассыпную бросились по примитивным укрытиям. Другие, одетые более-менее прилично, остались стоять, задрав головы. Они внимательно следили за спускающимися машинами.

Взглянув на монитор биосканера, полковник Краммер довольно ухмыльнулся. Прибор показывал десятки контуров живых существ, скрытых в помещениях первого этажа. Возможно, что Дастин Блейк тоже здесь. Или хотя бы его сообщники.

Из приземлившихся гравилетов один за другим начали выпрыгивать оперативники. Они быстро рассредоточились и заняли позиции вокруг входа в здание. Краммер вышел последним. Тяжелой поступью полковник проследовал к стоящим неподвижно трем смельчакам, даже не дрогнувшим при виде вооруженных людей. Один из них был толстый старик с неприятным оплывшим лицом, одетый в тонкий, не менее приятный цветастый халат. И этот старик почему-то показался полковнику до боли знакомым. А вот двое громил за его спиной, по-видимому, являлись личной охраной.

— Ба… Полковник Краммер собственной персоной, — растянул толстяк кривую улыбку. — Чем могу быть полезен?

— Неужели… Вирджин Хугу? — нахмурил брови офицер, пристально всматриваясь в выцветшие серые глаза старика.

— Ну вот, мы снова встретились, — кивнул тот.

Краммер не ошибся. Этого человека он должен был хорошо помнить. Очень хорошо. Еще в самом начале своей карьеры молодой лейтенант Джон Краммер несколько лет подряд безрезультатно пытался поймать самого удачливого контрабандиста Йорна. О его небывалом везении даже ходили слухи, что толстый коротышка обладал способностью мгновенно съедать товар. Бред, конечно. Народ всегда имел пристрастие давать непонятным феноменам причастность к сверхъестественному. Но против фактов не попрешь. Хугу переправлял в Веллирок и Дивиаполис тонны запрещенных товаров в год, при этом каждый раз оставаясь чистым перед законом. Все знали, чем Вирджин занимается, но никто так и не смог взять его с достаточными для вынесения приговора доказательствами. Наверное, этот человек был единственным преступником на планете, сумевшим избежать сурового наказания.

А потом он исчез. Взял, вдруг, и испарился без следа, уступив место молодым преступным дарованиям. Дела все по Хугу закрыли, следственные процессы остановили, предпочли считать мертвым. И многие поверили в его смерть, кроме Краммера. Ох, как не хотел тогда лейтенант оставлять поиски. Сердцем чуял очередной скользкий фокус Вирджина. Но приказ есть приказ. Против командования Джон Краммер переть не мог. Не было тогда еще в молодом перспективном офицере той неистовой силы, что сейчас лилась через край, готовая в любой момент подчинить себе хрупкий человеческий разум. И сила эта сейчас затаилась, словно лев перед прыжком, ожидая подходящего момента, чтобы вознестись над всеми городами и правителями, сминая волю людей, внушая сердцам страх. Жажда власти ее имя.

В те годы лейтенант носил в себе еще только дремлющее до поры до времени крохотное зернышко, способное через несколько лет вдруг взорваться мощным ярким огнем недоверия к окружающему миру. И в один миг, когда это произошло, зависть и злость навсегда поселились в душе Краммера, превращая его в одержимого победами полковника.

— Что вы замерли, Краммер? — чуть заискивающе спросил Хугу. — Только не говорите, что за мной пришли.

Полковник перевел свой защитный комплекс в режим «пассивное ожидание».

— Мне нужен человек, называющий себя Дастином Слейком, — четко произнес он.

Вирджин Хугу закатил глаза, словно вспоминая: «на какой же полке у меня лежит бедолага Слейк? А может на кухне? Или в ящике стола»?

Спустя какое-то время он отрицательно покачал головой.

— К сожалению, я не знаком с этим человеком, — произнес бывший контрабандист. И он не врал. У него была мысль, что, возможно, так зовут таинственного мастера рукопашного боя, который ушел с проводником за пределы города. А привычки при первом знакомстве спрашивать имена у Хугу не было. Если человек будет в дальнейшем чем-то полезен, то и имя само собой всплывет. А нет, так и ладно. Это все мелочи, лишь бы дело гладко шло.

— Почему-то я тебе не верю, — с оттенком раздражения сказал Краммер. — Не заслужил ты доверия, Вирджин. Тем более, за тобой еще старые грехи…

— Минуточку, полковник, — возмутился толстый старик, оглядываясь на своих громил, будто ища свидетелей. — Я чист, как младенец, искусственно рожденный. Дел против меня у вас нет.

— Послушай, Хугу, — уже не сдерживаясь, грозно прорычал полковник Краммер. — Ради поимки этого Слейка я готов на все. Ты понял? Если уж на то пойдет, я переверну здесь все здание. А всех твоих отбросов общества я перебью как бешеных крыс. И законы вам не помогут. Вы давно уже вне законов. Эх, видно, руки у нас раньше не доходили почистить этот очаг преступности. Ну, с чего начнем?

Вирджин Хугу стоял молча, с некоторой отрешенностью глядя на то, как двухметровый человекообразный робот шумно сжимает кулаки и грохочет по земле шестипалыми ногами-опорами. Из его скрытых динамиков гремит гневный хриплый голос, обещающий разрушить весь мир. Старик за свою долгую опасную жизнь еще и не такое слышал. Не одна тысяча бранных слов касалась его ушей. Многие грозились его убить, порвать или же скормить хищным рыбам. Но то были лишь пустые обещания, скрывающие за собой внутреннюю слабость говорящего.

В голосе Краммера Хугу чувствовал настоящую силу сумасшедшего, способного действительно перевернуть с ног на голову этот хрупкий мир. К тому же, за спиной полковника находилась группа хорошо вооруженных людей, готовых, судя по всему, беспрекословно выполнять любой его приказ, даже если он будет поперек закона.

И Вирджин действительно сейчас был напуган. Вышедшая из под контроля службы безопасности маленькая, но смертоносная армия оперативников могла таких бед натворить, что лучше об этом даже и не думать. Это будет подобно стихийному бедствию.

Одна только надежда, что их вовремя остановят другие отряды СБ. Хотя, те могут и опоздать.

Тяжело вздохнув, старик проговорил:

— Послушайте, полковник Краммер. Я действительно не знаю этого Дастина Слейка. Клянусь Великим Создателем. Но, есть вероятность, что кто-то из моих людей его знает. Я с ними непременно поговорю.

Краммер на некоторое время замер, не издавая ни звука, а затем ствол излучателя на плечевой пластине резко направился на Хугу.

— У тебя есть десять часов, — не терпящим возражений голосом изрек полковник. — По истечению этого срока я начну настоящую бойню. И первым я убью тебя, Вирджин. Медленно убью. Отыграюсь за все те годы, что ты водил меня за нос. Понял?

Хугу мрачно кивнул.

— И еще, — добавил Краммер. — Чтобы ты сделал все быстро и без лишних фокусов, я вынужден попросить тебя дать клятву Кровавого Рона. Прямо сейчас.

Старик мигом стал белый, как полотно. Откуда полковник мог знать про самую страшную клятву древних контрабандистов Тиартога? Ту клятву, следуя которой сыновья запросто убивали своих матерей, а богобоязненные граждане вмиг сжигали белоснежные храмы. Сейчас почти никто об этом и не помнил.

Не говоря ни слова, Вирджин Хугу взял у одного из своих телохранителей остро наточенный нож, закрыл глаза, и резко саданул себя по кисти левой руки. Ярко-красные капли брызнули в разные стороны, орошая влажную землю. А следом, в мелкую грязную лужу упал большой палец старика.

— Теперь ты доволен? — тряся в воздухе изувеченной рукой, спросил бледный Хугу. Непонятно откуда появившийся худощавый человек, лицо которого было скрыто капюшоном, пытался наложить на рану бинты.

Молча развернувшись, полковник Краммер двинулся в сторону крайнего гравилета.

Миг спустя, словно повинуясь неслышному приказу, один из оперативников ловко подобрал отрезанный палец, положил его в прозрачный контейнер и быстро пошел за командиром.

Когда металлическая бронированная спина полковника скрылась в широко открытом транспортном люке, оставшиеся бойцы тут же покинули свои точки, быстро заняв места в гравилетах.

Машины бесшумно взмыли в небо.

— А мы пока средние этажи проверим, — пробормотал Краммер. Чутье подсказывало, что инопланетный гость где-то совсем близко.

Переключившись на общий канал, он произнес:

— Делаем полный круг по периметру на высоте пятого этажа. В случае обнаружения любой активной единицы немедленно совершаем захват. Выполняйте.

 

7

— Здесь самая близкая от берега точка, — вполголоса проговорил Брайан, с трудом открывая хитрый замок. — Дальше нам придется плыть самим.

— Нам? — удивился Андрей. Навалившись плечом, он помог проводнику приподнять тяжелый люк. — А мне кажется, что сейчас твоя задача выполнена. Разве не так?

Подставив лицо порыву прохладного ветра, ворвавшемуся внутрь резервуара, Брайан глубоко вдохнул свежий морской воздух.

— Прости, Дастин, — сказал он, снимая очки. — Я буду твоим проводником и на обратном пути. Так велел Хугу.

«Черт», — про себя выругался Вольф. — «Старик-то, оказывается, не так прост. Перестраховывается. Ну, что же… Поиграю пока по его правилам, а там посмотрим…»

Небо начинало понемногу светлеть.

Выбравшись на поверхность корабля, Андрей осмотрелся. Он почти сразу увидел вдали еле проступившую в предрассветных сумерках темную полосу берега. Расстояние стронгер сейчас определить точно не мог, так как глаза еще не успели привыкнуть к резко изменившимся условиям. Чтобы зрение перестроилось после абсолютной темноты, должно пройти не меньше минуты.

— Чего ты стоишь? — Брайан дернул его за рукав. — Времени нет. Если мы сейчас не поплывем, то пропустим свободное окно, и нарвемся как раз на береговой патруль. Давай, за мной.

С этими словами проводник подошел к краю плоскости и бесшумно соскользнул в темную воду. В следующий момент металлический корпус корабля вздрогнул и начал чуть заметно вибрировать. Судно готово было двигаться дальше.

Не теряя времени, Вольф прыгнул за борт.

Вода оказалась не такая холодная, как он ожидал. Не намного холоднее той, что в резервуаре с черепахами. Тело даже не сразу почувствовало разницу.

Вынырнув на поверхность, Андрей уже видел куда лучше. До берега было метров пятьсот, не больше. Даже отсюда он хорошо различал далекую полосу леса, подходящую почти вплотную к воде. Среди волн мелькала темная фигура проводника. Брайан не спеша плыл к песчаной косе, которая немного правее острым клином врезалась в простор океана. До нее было гораздо ближе.

Совершая размеренные движения, стронгер двинулся следом за проводником. Он даже не оглянулся, когда темный корабль пару раз тихонько просигналил и, набирая скорость, помчался в сторону восходящего солнца.

На берег они выбрались почти одновременно.

Отплевываясь от соленой воды, Брайан проговорил:

— Я прекрасно понимаю, Дастин, что сейчас тебе не нужно мое присутствие. И я не хочу быть в курсе твоих дел. Но за тебя отвечаю своей головой. Случись с тобой беда, Хугу меня тут же прикончит. Ты долго планируешь здесь пробыть?

Андрей принужденно улыбнулся.

— И ты думаешь, что сможешь справиться с опасностью лучше меня? — спросил стронгер, отжимая куртку. Оказалось, что ее пропитка защищала только от дождя. — Вряд ли. Ты будешь мне полезен только на обратном пути.

— Но Хугу велел мне не оставлять тебя, — растерянно пробормотал Брайан. — Как быть?

— Пойдешь сзади, на приличном расстоянии, — немного подумав, изрек Вольф. — Кое-что заберу, а потом двинем обратно.

— Согласен, — кивнул проводник.

Перекинув через плечо мокрую тяжелую куртку, Андрей быстро пошел по песку в сторону берега. Брайан держался сзади на небольшой дистанции.

Вольф хорошо запомнил то место, где его поймали патрульные машины. Запомнил вплоть до каждого дерева, растущего в зоне видимости. И теперь Вольф искренне надеялся, что идти придется не так уж далеко.

Неожиданно Андрей услышал, как проводник резко сорвался с места и побежал к нему. Характерный частый шорох песка под ногами говорил о крайнем беспокойстве рыжего контрабандиста.

— Быстрее. У нас нет больше времени, — бросил на бегу Брайан, проносясь мимо стронгера.

Не говоря ни слова, тот припустил за проводником.

В кусты они влетели словно ураган, ломая колючие ветки и не замечая острых шипов, рвущих ткань одежды. Миг спустя в просвете между листьями мелькнули два сигарообразных тела. Они летели в нескольких метрах над пляжем, не издавая ни малейшего звука.

Осторожно выбираясь из цепких зарослей на небольшую, покрытую синей травой поляну, Андрей подождал Брайана.

— Сколько отсюда до города? — спросил стронгер.

Брайан, посмотрев на свои часы, тут же ответил:

— До Йорна десять километров. Но идти берегом не советую. Сейчас патруль в два раза бдительнее.

— Знаю, — буркнул Вольф, изучая окружающие растения. Перспектива снова пробираться по лесу его нисколько не радовала. Да еще без силового пояса.

— Сквозь джунгли идти будет очень трудно, — словно читая его мысли, сказал проводник. — Но я покажу, где ветки мягче всего.

— У тебя оружие есть? — поинтересовался Андрей. Слова прозвучали даже не как вопрос, а констатация факта. У рыжего контрабандиста должно что-то быть припрятано. Маленькое и смертоносное.

Брайан слегка опешил.

— Пара ножей, — пробормотал проводник, делая шаг назад. Ему очень не нравился взгляд Андрея. В первых лучах солнца, пробивающихся сквозь прозрачные кроны деревьев, глаза стронгера казались вовсе нечеловеческими.

— Еще, — жестко потребовал Вольф.

На траву упала связка парализующих дротиков.

— Не то, — Вольф готов был сам обшарить проводника.

Не смея больше противиться, Брайан извлек из глубокого кармана миниатюрный лучевик. Оружие было сделано в виде массивного перстня, но, несомненно, имело приличную огневую мощь. Андрей раньше не раз сталкивался с такими.

Взяв у Брайана лучевой перстень, Вольф внимательно изучил детали управления. Оружие оказалось с идентификатором личности.

— Индивидуальный биослепок, — хмыкнул стронгер, возвращая проводнику бесполезную «игрушку». Никто, кроме Брайана не сможет активировать заряд. Хотя, если отрезать палец…

— На краю леса нам ничего не грозит, — сказал проводник, пряча свои вещи по карманам. — Хищники к океану не суются, а люди боятся патруля. Пробьемся.

* * *

Ветер дул со спины, и опасность Андрей почувствовал слишком поздно. До места назначения оставалось несколько десятков метров, когда до чувствительного слуха стронгера донеслись отдаленные звуки присутствия вооруженного человека.

Вольф остановился. Идущий следом на обговоренном заранее расстоянии Брайан, едва увидев насторожившегося Андрея замер, не смея приближаться.

Чутье подсказывало стронгеру, что теперь скрываться уже нет смысла — его заметили.

— Ты ищешь это? — раздался из-за спины незнакомый голос.

Андрей обернулся. В нескольких метрах от него стоял низкорослый молодой человек, имеющий довольно неприятное лицо. Он целился в стронгера из мощного плазменного излучателя, а его маленькие злые глазки бегали по сторонам. У ног незнакомца лежала заветная сумка, но судя по ее приплюснутой форме, содержимого явно не хватало.

— Да, я это ищу, — проговорил Вольф, пытаясь понять намерения появившегося человека. Но незнакомец имел крайне нестабильное психическое состояние, что делало его особенно опасным. Такой в любой момент может нажать на спуск, даже без причины.

— Дастин Слейк, если не ошибаюсь? — бледное лицо молодого человека исказилось в кривой улыбке. — Я тебя давно жду.

Андрей напрягся, чувствуя крайнее возбуждение вооруженного незнакомца.

— Что тебе нужно? — как можно спокойнее спросил Вольф.

— Ты веришь в Великого Создателя, Дастин Слейк? — словно не замечая вопроса, спросил незнакомец странным отрешенным голосом. И, не дожидаясь ответа, продолжил:

— Будь ты во веки проклято, порождение Темной Бездны, ибо Великий Создатель избрал нас любимыми своими детьми! И ты, ступивший своими грязными ногами на святую землю должен немедленно умереть!

Глаза человека сверкали таким фанатичным огнем, который не в силах потушить даже сам Господь. Губы его кривились в безумной ухмылке.

Андрей приготовился самому худшему, глядя, как палец незнакомца побелел на спусковом крючке.

— Именем Великого Создателя, я, Джозеф Паркер, преданный сын Святой церкви, свершаю истинный суд над отродием черных глубин Космоса, пришедшем в наш единственно верный мир. Изыди, нечисть!

Прокричав в порыве страсти последние слова, Паркер нажал на спуск.

Метнувшись резко вниз, Андрей вдруг почувствовал, как вместо жара его пронзил жуткий холод. Что-то ледяное и черное на миг затмило сознание, а когда Вольф снова ощутил окружающую реальность, то он едва не лишился рассудка. Поверить в произошедшее не смог бы никто.

Он видел со стороны, как низкорослый фанатик Паркер, объятый плазменным огнем, катался по траве и жутко кричал. А рядом с ним неподвижно лежало тело Брайана, одетое в его, Андрея, одежду. В боку проводника зияло большое дымящееся отверстие.

Придя понемногу в себя, Вольф вышел из укрытия, где некоторое время назад скрывался Брайан. На стронгере был натянут гидрокостюм, а на пальце плотно сидел перстень-лучевик, уже изготовленный для выстрела.

Подойдя к проводнику, Андрей остановился, трогая носком ботинка лежащий на земле искореженный излучатель Паркера. Было видно, что оружие по какой-то неизвестной причине взорвалось изнутри.

«Не любит тебя Великий Создатель, Джозеф», — про себя подумал Вольф, глядя на замершего фанатика. Пламя с треском пожирало его плоть.

В следующий момент Брайан шевельнулся и издал тихий стон.

Андрей присел рядом с ним, осматривая жуткую рану. Проводник был уже не жилец. Странно, как вообще в его теле еще теплилась жизнь.

— Ты и в самом деле из Темной Бездны? — почти одними губами спросил Брайан. Его лицо исказилось в гримасе боли.

Вольф не ответил.

Выдавив подобие улыбки, проводник дотронулся рукой до стронгера.

— Возвращайся без меня, — выдохнул он и окончательно замер. Его глаза неподвижно уставились в еле проглядывающий сквозь густые кроны деревьев маленький клочок неба.

В поисках своей сумки, Андрей осмотрелся. Он обнаружил ее возле горящего тела Паркера. Сбив ударом ноги перекинувшееся на нее пламя, Вольф отошел в сторону, сел на траву и расстегнул металлические застежки.

— Вот, сволочь! — вслух выругался Андрей, вытряхивая себе на ладонь пару мелких красных горошин. Больше в сумке ничего не было.

С яростью пнув почти полностью догоревшее тело проклятого своим же Богом фанатика, Вольф порылся в теперь уже своих карманах гидрокостюма и достал острый длинный нож.

Ему сейчас необходимо было энергетическое оружие, но кроме перстня, такового сейчас не имелось. Поэтому, недолго думая, стронгер взял руку Брайана, положил ее на торчащий из почвы корень и примерился для нанесения четкого удара. Нужен был всего один палец.

Но сделать это Андрей так и не решился. Странное чувство, которого он не ведал никогда прежде, вдруг навалилось на него, заставляя руку с зажатым в ней ножом безвольно упасть на траву. Вольф закрыл глаза и растянулся рядом с мертвым проводником. Он катался по земле, не в состоянии сдержать идущую изнутри непонятную, давящую грудь силу. А из глаз его лились соленые капли.

 

8

— Через двадцать минут я жду тебя возле фонтана, — проговорил Лешка, и его лицо исчезло с экрана видеофона, уступая место очередной красивой заставке.

Андрей заговорщицки улыбнулся.

Как хорошо, что у него есть такой друг, как Лешка. Бесшабашный и веселый, всегда готовый впутываться в различные переделки. А что еще нужно в девять лет? Дети, с рождения живущие на Зойле стремятся к приключениям круглые сутки. Возможно, этому благоприятствуют особенности местного воспитания, мягко поощряющего капризы маленьких жителей. Или тропический климат планеты, расслабляющий взрослых и ненавязчиво принуждая их вести ленный образ жизни.

— Мам, я с Лешкой купаться пойду! — повернувшись в сторону открытой двери на террасу, прокричал Андрей.

— Только к обеду возвращайтесь! — донесся в ответ женский голос.

Но Андрей слов уже не слышал. Быстро запихав в модный рюкзак необходимые вещи, он со скоростью ветра выскочил из дома и понесся через зеленую лужайку к самому центру поселка, туда, где на круглой площади, вымощенной по древней традиции шестигранными камнями, поднимал в небо свои прозрачные струи большой сверкающий фонтан.

Это был самый счастливый период его жизни. Счастливый и беззаботный. Отец уже не появлялся два года, оставив его и мать в покое. Но вот надолго ли?

Андрей сначала каждый день ждал, что входная дверь вдруг распахнется, впуская в дом высокого смуглого человека в темных очках, каждый раз приносящего с собой ненависть ко всему миру. Но время шло, а отец все не прилетал. Вскоре мальчик стал постепенно забывать все опасные уроки, которые тот заставлял делать. Жизнь повернулась совсем другой стороной, доброй и ласковой, полной любви и дружбы.

— Принес? — спросил Лешка.

— Ага, — кивнул Андрей, протягивая другу рюкзак. — А зачем нам столько веревок?

— Будем кататься на водяных червях, — глаза Лешки азартно блеснули. — А если повезет, то и поймаем одного.

— Так это же опасно, — попытался возразить Андрей, не выпуская рюкзак из рук.

— Тебе ли бояться, — усмехнулся светловолосый мальчишка. — Ну, если не хочешь, иди домой. Я один пойду. Или с Мишкой. Он-то не струсит.

— Это я-то трушу? — Андрей сжал кулаки. Лешка всегда знал, как его уговорить на любую проделку. — Пойдем!

И они, весело толкая друг друга, двинулись по пыльной укатанной дороге в сторону ближайшего провала. На обоих были одеты только белые короткие шорты, четко контрастируя с темной загорелой кожей. Здесь почти никто не носил рубашек.

Зойла была довольно своеобразной планетой. С виду она ничем не отличалась от сотен других планет, за тысячи лет освоенных и колонизированных людьми. Но человек, не посвященный в ее тайну, никогда бы не догадался, что Зойла скрывает под своей поверхностью. На самом деле, это планета-океан. Целый огромный океан пресной воды, населенный всевозможными формами неразумной жизни. Вот только снаружи он покрыт твердой каменной коркой, будто льдом. А там, где камень провалился, образовались многочисленные бездонные колодцы, через которые можно проникнуть в темные холодные глубины чужого мира. Только никому из людей, живущих на поверхности, этого не нужно. Разве что любопытным детям.

А вот гигантские водяные черви частенько выглядывают из этих колодцев, подолгу прилипнув к отвесным стенам и греясь в теплых солнечных лучах. Люди к ним уже настолько привыкли, что обращали внимания не больше, чем на растущие вокруг тощие кустарники.

Дорога пошла под уклон, плавно огибая небольшую рощу мохнатых деревьев. Спустившись в низину, ребята оказались возле одного из самых больших провалов в этом районе. Он был почти круглой формы, в диаметре около километра. От холодной воды поднимался густой белый пар.

Перегнувшись через край провала, Лешка посмотрел вниз.

— Гляди, какой огромный, — с восторгом проговорил он, заметив прилипшего к стене червя.

Андрей с трепетом оценил замершего на камнях гиганта. Червь был поистине огромен. Одна только часть, что возвышалась над водой, превышала в размерах все известные мальчику космические корабли. А уж насколько это создание уходило вглубь океана, оставалось только гадать.

— Ну и как ты хочешь его оседлать? — с сомнением спросил Андрей.

В ответ Лешка заговорщицки подмигнул и начал обвязывать вокруг своего пояса веревку. Затянув прочный узел, он посмотрел на друга. Сказал:

— Да все получится, не трусь. Меня отец учил. У этих зверюг на загривке есть специальные клапаны, затыкая которые в определенном порядке можно ими управлять.

Андрею эта затея совсем перестала нравиться.

— Ты уже делал это?

— Нет, — усмехнулся Лешка. — Но много раз видел, как другие делали.

— Ух, и влетит нам, — пробормотал себе под нос Андрей.

— Хватит бубнить! — светловолосый мальчишка бросил другу конец веревки. — Как только поможешь спуститься, сразу кидай мне веревку. Я закреплю ее на черве. Потом, что есть сил, побежишь к северному провалу и сделаешь так, как договорились. Понял?

— Понял, — кивнул Андрей, хватая обеими руками прочный капроновый трос.

Лешка ловко перекинулся через неровный край и почти сразу же исчез в густом облаке пара.

Постепенно стравливая веревку, Андрей мысленно отсчитывал метры. Хоть Лешка и не был особо тяжелым, но от напряжения широко расставленные ноги Андрея начали предательски трястись. Неумело взятый трос резал руки.

Когда в голове мелькнула отметка «двадцать», снизу донесся приглушенный голос друга:

— Все, бросай!

Спустя мгновение трос ослаб.

Разжав истертые в кровь пальцы, Андрей нагнулся, собрал стелющиеся по камням витки веревки. Широко размахнувшись, метнул вниз. При этом его колени продолжали дрожать, а руки будто жгло огнем.

Надо бежать…

Определившись с направлением, Андрей побежал. Он даже не остался посмотреть, как Лешка будет седлать червя. Было жутко любопытно, но он обещал другу…

Ноги плохо слушались, мальчик спотыкался об острые камни, продолжая двигаться на север.

Быстрее…

За кажущимся сейчас таким далеким холмом был второй большой провал. Там Лешка еще с вечера приготовил самодельную хитрую сеть. Сейчас ее надо было достать.

Тяжело дыша, смахивая с лица соленый пот, Андрей подлетел к сложенной пирамидой груде булыжников, находящейся рядом с дышащим холодом колодцем. Пошарив рукой среди камней, мальчик с трудом вытащил свернутую в огромный моток веревку, кое-где имеющую плотные узлы. Ее концы уже были намертво закреплены на соседних скалах, осталось только сбросить сеть в воду.

Андрей подтянул моток к самому краю и столкнул ногами вниз.

Раздался громкий всплеск. Мальчик только видел, как под тяжестью сети натянулись уходящие в туман тонкие, но прочные тросы. Что происходило у самой воды, оставалось для него тайной, покрытой пеленой белого пара.

Он сидел и, положив подбородок на колено, терпеливо ждал. Время словно остановилось, не решаясь двинуться дальше. Нехорошие мысли начали лезть в голову, одна ужаснее другой.

Неожиданно внизу что-то громко ухнуло. Андрей даже подпрыгнул. Тросы зазвенели, с неимоверной силой врезаясь в камень. Чувствуя прилив адреналина, мальчик начал скакать вдоль края провала. Он вытягивал шею, в надежде хоть что-нибудь разглядеть. Но тщетно.

Вдруг туман внизу забурлил, словно пена в кипящем котле. Сквозь разорванные клочья белой пелены мелькнул темный гигантский силуэт, с силой ударяясь в стену колодца.

Камень под ногами Андрея дрогнул. В бездонную глубину посыпались песок и мелкий гравий. Длинное тело червя извивалось в страшной агонии, кольцами выскальзывая из воды, молотя о твердые стены. В последний момент гигант вдруг замер, будто смерился со своей судьбой. Но это был лишь секундный перерыв. В резком мощном толчке червь подлетел вверх, почти касаясь своей гладкой головой края провала. Послышался громкий шум выпускаемого им воздуха.

Андрей отпрыгнул назад, не спуская с чудовища глаз, полных изумления и восторга. Он увидел Лешку. Мальчишка был привязан к спине червя, почти скрываясь в глубоких складках зеленой шкуры. Он был жив и махал Андрею рукой.

Все кончилось также быстро, как и началось.

Спустившись к обмякшей туше поверженного зверя, Андрей не удержался и свалился в ледяную воду. Следом прыгнул Лешка.

— Вот видишь! — брызгаясь на друга, воскликнул он. — Мы его поймали!

— И что? — стуча от холода зубами, проговорил Андрей. — Что дальше?

— Как что? — удивился Лешка, продолжая как ни в чем ни бывало плавать вдоль огромной головы червя. — Мы победили!

Хватаясь посиневшими руками за жесткие щетинки, растущие на шкуре мертвого существа, Андрей вылез из воды. Зубы продолжали отбивать барабанную дробь.

Мы победили…

У него в те далекие счастливые времена было столько подобных побед, совершенных вместе с единственным другом, что иным и за всю жизнь не видать. И наказывали их взрослые частенько. Однако мальчики почти не расставались, с утра и до поздней ночи придумывая опасные и увлекательные игры. Им было весело.

Но это продолжалось недолго.

В один прекрасный день, проснувшись позже обычного, Андрей вышел в столовую и не обнаружил на столе завтрака, который мама каждое утро ему оставляла.

Позвав родительницу и не услышав ответа, Андрей вышел на террасу, где та любила загорать. Там ее не было.

Сердце екнуло в груди, предчувствуя нехорошее.

Спустившись на кухню, мальчик от ужаса вдруг вскрикнул. Ноги подогнулись, он невольно сел на ступеньку лестницы.

На полу, в луже липкой крови лежала его любимая мама, рукой пытаясь зажать на шее глубокую рану. Но сквозь неплотно сжатые пальцы вырывался пульсирующий алый фонтанчик, с каждым новым толчком унося из слабого тела остатки жизни.

Чуть в стороне, сжимая в руке большой столовый нож, стоял Лешка и весело улыбался. Его лицо было перепачкано кровью.

— Не-е-ет! — не веря в происходящее, истошно закричал Андрей. По его щекам ручьями текли слезы, а тело била дрожь.

Найдя в себе силы, он подскочил к светловолосому мальчишке и, схватив подвернувшуюся под руку тяжелую сковороду, ударил его по голове.

Раздался хруст. Голова Лешки неестественно легко слетела с плеч, повиснув на искрящемся шлейфе биоволокон. Из шеи хлынула черная пузырящаяся пена.

— Теперь ты понял, сын, что дружба способна причинять боль? — произнес стоящий в дверях кухни высокий мужчина в темных очках. От его злорадной ухмылки веяло смертью. — Это тебе урок на будущее. Не верь никому.

— Проклятый ублюдок! — вырвалось из пересохшего горла.

Лежа на обожженной земле, Андрей попытался сконцентрироваться на собственных чувствах. Но внутри него сейчас бушевал настоящий ураган. Память невольно возвращала те дни детства, когда он еще мог воспринимать окружающий мир не холодным разумом, а тем куском плоти, что бешено бьется в груди.

Он не мог понять, что с ним твориться. Что вызвало эти странные перемены в психике? Неужели тот странный спасительный сдвиг пространства, поменявший его с Брайаном и одеждой и местами, оставил такой след?

Великий Создатель…

С этой мыслью Андрей погрузился в спасительное забытье.

 

9

Андрей с трудом пошевелил затекшими ногами и тихонько застонал.

— Ну, ничего, ничего, — раздался над ухом блаженный скрипучий голос. — Великий Создатель подарил тебе жизнь, брат. Ты был избран Господом.

Мерное покачивание говорило о том, что Вольф находился на каком-то движущемся транспорте. Звука двигателя слышно не было, поэтому о типе машины, в которой они ехали, приходилось только гадать.

Нехотя разлепив глаза, Андрей равнодушно уставился на бежевый пластик низкого потолка, который также мог являться внутренней обшивкой и катера, и самолета, и роскошного фулкара. Посмотреть по сторонам просто не было никакого желания, но, сделав над собой усилие, Вольф приподнял голову.

Он полулежал в мягком анатомическом кресле, пристегнутый пятиточечным ремнем безопасности. Рядом в таком же кресле сидел худой сутулый служитель церкви на вид лет пятидесяти и, слегка улыбаясь, смотрел на Андрея.

Вольф много повидал человеческих колоний со всеми их разнообразными религиями, но чтобы вот так… Словно эти чудаки на маскарад нарядились: ярко красное пончо на голое тело, синие широкие шорты, едва достающие до колен, да остроносые лакированные черные туфли. На голове — обтягивающая шелковая шапка с длинными атласными лентами, падающими на плечи. Чем больше лент пришито, тем ниже сан. По мере очищения грешной души церковник постепенно избавляется от этих символов естественного начала, и в самом конце его тернистого пути должна остаться только одна лента, что будет напоминать о последнем грехе — собственном бренном теле. Но этого достигнуть практически невозможно. Даже святой пророк Янгус ушел с тремя «атласными» грехами, чего уж требовать от простых священников.

— Мы уже почти приехали, брат, — проговорил служитель церкви и положил свою костлявую ладонь Андрею на плечо. — То, что с тобой случилось — воистину Чудо. Господь обрушил свой праведный гнев на брата Джозефа, погрязшего в темных деяниях, а тебя избрал нести миру настоящую, истинную веру. Как прибудем на место, обязательно вознеси Великому Создателю хвалебную молитву и покайся.

С большим трудом Вольф вспомнил последние события: фанатика Паркера с горящими сумасшедшим огнем глазами; разрывающийся у того в руках излучатель, и странный, не укладывающийся в голове сдвиг пространства, который явился причиной его, Андрея, спасения от смертельного плазменного заряда. Причастен ли к этому Создатель? Теперь стронгер почти уже не сомневался в существовании неких высших сил, так легко играющих судьбами людей. Что им стоило взять да и раздавить жалкое ничтожное насекомое, вторгшееся в чужой мир. В последнее время случалось слишком много непонятных событий, чтобы они могли быть простыми случайностями.

— Куда мы едем? — откашлявшись, спросил Вольф.

Священник опустил глаза и сложил тощие пальцы в плотный замок.

— У нас только один путь — в Храм Скорбящих, — гордо произнес он, доставая из своих широких шорт маленький толстый томик священного писания.

Храм Скорбящих… Андрей уже некогда слышал о нем. А вот что именно? И от кого? Главное, что это сооружение находилось в одном из центральных районов Йорна. Значит, возвращение в город обеспечено.

Тем временем машина сбавила скорость и остановилась перед огромными металлическими воротами, украшенными изящными коваными узорами. Открылась неприметная дверь, с трудом выпуская грузного медлительного служителя, чье голое брюхо отвратительно вылезало из-под красного пончо. Он придирчиво осмотрел транспорт, молча кивнул сидящим в кабине братьям и, не торопясь, вручную раскрыл ворота.

Машина плавно двинулась по вымощенной белым камнем узкой аллее, уходящей вглубь шикарного сада фруктовых деревьев. С раскидистых веток, имеющих не характерный для тиартогианских растений зеленый цвет листьев, свисали сочные экзотические плоды. Несколько молодых послушников ловко лазали по небольшим приставным лесенкам, срывали фрукты и аккуратно укладывали их в стоящие между деревьев плетеные прямоугольные корзины.

В конце аллеи находилось неказистое одноэтажное здание, сложенное из серых каменных блоков. Оно не имело ни одного окна. Такое даже казармой язык не поворачивался назвать. Неужели это храм?

И тут Андрей припомнил, что Великий Создатель являлся богом подземного мира, из чего следовало предположить, что религиозное строение должно располагаться ближе к недрам планеты. Значит на поверхности всего лишь основание храма, ни в коем случае не обязанное быть шедевром архитектуры. Господь видит только внутреннюю красоту.

Худой священник и второй брат, управлявший машиной, которая на самом деле оказалась роскошным белым мобилем, помогли Андрею дойти до дверей здания. Деревянные створки тихо распахнулись, впуская людей в полумрак помещения, освещенного лишь вдоль стен тусклыми лампами накаливания. Пахло какими-то пряностями, от которых у Вольфа засвирбило в носу. Он громко чихнул. Эхо разнесло звук так гулко, будто он находился в огромной пещере.

Всмотревшись внимательнее в темную середину зала, Андрей увидел в полу большой черный провал, который и являлся причиной странной акустики. Колодец метров десяти в диаметре вел туда, где служители церкви были ближе всего к Богу — глубоко внутрь планеты.

Когда братья потащили Вольфа прямо к краю колодца, тот невольно зажмурился и начал слабо сопротивляться, предчувствуя быстрое падение вниз. Убить его вряд ли хотели, а вот покалечить могли. Но, вопреки ожиданиям, под ногами оказалось устойчивое силовое поле, которое осторожно стало опускать людей на дно. Темноту неожиданно прорезал голубоватый рассеянный свет, источник которого Андрей так и не смог определить. Казалось, сиял сам воздух вокруг.

Спустя пару минут движение прекратилось, и добродушные спутники повели стронгера по узким, выложенным старым кирпичом тоннелям. Странный свет продолжал двигаться вместе с ними, словно указывая путь. Но Андрей мало что сейчас воспринимал и ничему не удивлялся, так как его психика медленно восстанавливалась после жесткого удара. Сколько еще будет продолжаться это состояние, мог знать только Создатель.

Вольфа привели в маленькую сырую комнату, нежно уложили на стоящий возле стены топчан из необструганных досок и один из служителей сунул ему в руку томик священного писания.

— Молись, брат, — проскрипел церковник. — Молись. И покайся перед Господом.

Слегка скрипнув, дверь закрылась. Лязгнул тяжелый замок. Свет ушел вместе со служителями, и в помещении воцарилась кромешная тьма.

Совсем рядом что-то громко упало. Повеяло холодом.

Андрей нехотя повернул голову в сторону звука. Глаза уже адаптировались, и он смог увидеть, что вместо одной из стен открылся проход в крохотную коморку, посреди которой стоял образ Великого Создателя. Неизвестный скульптор постарался на славу, вложив в это произведение весь свой талант. Жаль, только, он был невменяемым сумасшедшим, способным видеть мир наизнанку.

Голова статуи медленно повернулась из стороны в сторону, каменные плечи дрогнули, а спрятанные за спиной руки осторожно коснулись пола. Нечто распрямилось и тихо приблизилось к лежащему стронгеру. Его правая щека была изрезана глубокими старыми шрамами, глаза скрыты за темными очками, стекла которых покрывали мелкие извилистые трещины. Бледные губы были плотно сжаты.

— Зачем ты здесь? — голосом, вызывающим по всему телу мурашки спросил темный образ.

Он протянул свои руки к Андрею и вместо кистей стронгер увидел насаженные на пальцы головы… своей матери и Лешки. Глаза обоих закрыты, а щеки обильно измазаны засохшей кровью.

Губы матери дрогнули.

— Ты совсем устал, сынок, — не открывая глаз, проговорила она. — Зачем ты себя мучаешь?

— Он просто любит, когда зашкаливает адреналин, — усмехнулась голова Лешки. — Это для него наркотик.

— Я просто выполняю свою работу, — тихо простонал Вольф, вертя в руках священное писание. Книга вдруг сама собой вырвалась и улетела в дальний угол.

— Не смей трогать предметы чужой религии! — рявкнуло «чудовище». — Тем более, эти страницы написаны кровью тех, кто отдал жизнь ради истинной веры.

Андрей натянул принужденную улыбку.

— Кто здесь говорит о вере? — спросил он, поворачиваясь на бок. — Это слово незнакомо губам, произнесшим его. Так недолго и подавиться.

Нечто громко рассмеялось.

— Ты хорошо освоил все мои уроки, — холодным голосом произнесло оно. — Ты прекрасный специалист. Но самое главное так и не заметил. А что может быть главным в работе стронгера?

Андрей молча уставился в потолок. На миг ему показалось, что все это представление является продуктом чей-то атаки на сознание. И эта атака имела четкое направленное действие на определенные участки психики, знать о которых мог только доверенный специалист.

— Он просто привык доверять своему чутью, — пробормотала голова Лешки, открыв вдруг глаза. Биооптические элементы выскочили из глазниц и повисли на тонких волокнах. — А ведь оно всего лишь иллюзия.

— Это не иллюзия, — возразила голова матери. По ее щеке пробежала алая слеза. — Чутье не раз спасало ему жизнь. Разве не так?

— Все верно, — сказал обладатель мертвых голов. — Развитое чутье вовремя предостерегает от угрозы. Но главное не оно. Я не единожды пытался показать тебе истинное положение окружающих нас вещей. За всеми видимыми объектами спрятано нечто более значительное, осознать которое обычному человеку практически невозможно. Не научившись по-настоящему видеть, ты не сможешь выжить на Тиартоге, а уж тем более закончить здесь работу.

— Что я должен увидеть? — спросил Андрей, пытаясь сесть. Тело было будто из ваты и, сделав неловкий толчок, он без сил упал на грубые доски.

— Осторожнее, сынок, — всхлипнула голова матери. — Ты можешь удариться.

— Этому парню уже ничего не страшно, — зло усмехнулся Лешка. — После коррекции психики он еще долго будет похож на овощ. Кто-то явно перестарался.

Сделав еще одно усилие, Андрей дернулся вперед, пытаясь дотянуться до стоящего рядом жуткого создания. Но рука лишь неуклюже рассекла воздух. В том месте никого уже не было.

— Ты готов продолжить свой путь? — с оттенком иронии поинтересовалось Нечто, медленно отступая к своей коморке за стеной. Головы из его рук неожиданно исчезли, и теперь длинные тонкие пальцы нервно дергались в непонятных судорогах.

В следующий миг окружающий мир закружился в бешеном танце, постепенно исчезая во тьме. Сознание вновь ускользало…

Постепенно придя в себя, Андрей почувствовал, как над ним кто-то склонился. Он не мог открыть глаза из-за прикрывающей их плотной повязки, но прекрасно ощутил дохнувшее в лицо горячее смрадное дыхание.

— Это он? — проскрежетал сиплый старческий голос.

— Да, Старший брат Иртан, — прозвучал незамедлительный ответ. Говорил тот самый церковник, что подобрал стронгера на берегу. — Он поистине отмечен Знаком. Я был тому свидетель.

— Что-то я не уверен в милости Великого Создателя, дарованной этому человеку, — скептически пробормотал старик и коснулся сухой холодной ладонью лица Андрея. — Он не похож на истинного, чистого душой праведника. Больше на проходимца смахивает. Ты не ошибся случаем, брат Сердас?

— Перед Господом все равны, Старший брат Иртан. И этот человек действительно избран Великим Создателем.

Старик откашлялся, а затем с усмешкой произнес:

— У меня нет оснований не верить твоим словам, брат. Но и принять их беспрекословно не в силах. Судя по тому, как в глазах твоих я вижу нездоровый огонь лихорадки, не стоит ли мне призвать тебя к Очищению? Сейчас настают смутные времена, и я хочу быть уверен, что в тебя не вселился один из проклятых адептов Тьмы. Они теперь повсюду.

Брат Сердас немного замялся. Вольф слышал, как сердце церковника буквально вырывается из груди.

— Придется вас обоих провести через Очищение, — тем временем продолжил старик. — Если Великий Создатель один раз даровал жизнь этому человеку, то снизойдет и во второй раз. Тогда я с чистой душой смогу преклонить перед ним колени.

— Мне кажется, что ты сомневаешься в выборе Господа, Старший брат Иртан, — с некоторой робостью в голосе проговорил Сердас. — Опомнись, и прими его как отмеченного Знаком.

В горле старика что-то глухо заклокотало.

— Ты не оставляешь мне выбора, брат, — зло прошипел он. И затем что есть сил, воскликнул: — Призываю к немедленному Очищению!

В следующий момент Андрей услышал громкий стук распахнувшейся тяжелой двери, сопровождаемый многочисленным топотом ног. Судя по звукам, в помещение вошло не менее десяти человек.

— Подготовьте их, — отдал приказ Старший брат. Вольф нисколько не сомневался, что подготавливать собирались его и Сердаса.

Однако последовавший за этим приказом тихий шорох заставил стронгера насторожиться. Этот звук он ни с чем не мог спутать. Так шуршит одежда только в одном случае — когда человек встает в боевую стойку. И не важно, каким искусством он владеет. Звук всегда выдает опытного мастера.

Дальше Вольф уже ничего не разбирал. Многочисленные удары от соприкосновения друг о друга тренированных тел слились в единый ритм. Никто из бьющихся не произносил ни слова. Изредка Андрей слышал глухие удары, говорившие об очередном падении поверженного противника, однако остающихся лежать окончательно было совсем немного.

Но сейчас, лежа с закрытыми глазами среди неистово сражающихся служителей Церкви, стронгер абсолютно не имел желания в чем-либо разбираться. Его даже не интересовала причина, по которой церковник Сердас пошел против Старшего брата Иртана, хоть он и слышал весь недавний разговор. В его памяти мало что сохранилось. Перед внутренним взором до сих пор продолжало стоять ужасное каменное Нечто, растягивая зубастый нечеловеческий рот в мерзкой улыбке…

— Пойдем, брат, — неожиданно прозвучал над ухом запыхавшийся голос Сердаса. Крепкая рука схватила Вольфа за руку и сильным рывком стащила на пол.

Что происходило дальше, Андрей помнил смутно. Его куда-то долго тащили, так и не сняв с глаз темной повязки. Он едва перебирал негнущимися ногами, несколько раз падал, спотыкаясь о ступени лестниц. И, в конце концов, стронгер обессилено свалился во что-то мокрое и холодное.

Совсем рядом, над самой его головой раздался знакомый голос:

— О, слава Создателю! Таки вернулся!

 

10

— Я не буду тебя спрашивать, каким чудесным образом ты появился у моего порога, — Хугу настороженно оглядывался по сторонам, будто ожидая внезапного нападения. — Но, сейчас тебе лучше скрыться. Эрни, отведи его в дом.

Угрюмый охранник молча подошел к лежащему в глубокой луже Андрею и одной рукой ловко поставил его на ноги. Сдернул с глаз повязку. Вся одежда стронгера была покрыта толстым слоем бурой липкой грязи, которая медленно сползала вниз, лицо едва узнавалось, а волосы свисали толстыми неровными сосульками. Вольф безразлично смотрел куда-то вдаль, и казалось, не замечал ничего вокруг себя.

— Что с тобой, мастер? — старик озадаченно потряс его за плечо. — Неужели, все-таки, Краммер?

Услышав знакомую фамилию, Андрей вздрогнул.

— Сволочь, — не к кому не обращаясь, буркнул Хугу, следуя за скрывшимися в проеме парадной двери стронгером и Эрни.

Вольфа проводили в его маленькую комнату. Незамедлительно принесли чистую одежду. Нашелся даже незатейливый примитивный душ.

Пока Андрей приводил себя в порядок, Хугу с нетерпением ждал, сидя возле двери на невесть откуда взявшемся старом стуле. Видимо, принес с собой. Его правое веко нервно дергалось. Старик то и дело подносил к губам неумело забинтованную руку, что-то беззвучно шептал, словно заговаривал рану, а затем, обреченно вздыхая, опускал ее на колено.

Времени оставалось совсем немного.

Дверь в душевую вдруг громко скрипнула. Хугу подскочил как ужаленный, уставив свой взгляд на медленно двигающегося вдоль стены Андрея. Силы стронгера постепенно возвращались, но до прежней формы ему было еще очень далеко.

Сначала Вирджину показалось, будто Вольф испытывал последствия длительного пребывания под «астралом». Некоторые люди, что здоровьем послабже, иногда вообще не возвращаются в реальную жизнь, оставаясь в мире грез навсегда. Те счастливчики, сумевшие благополучно выбраться, вели себя подобным образом. Почти одинаковые симптомы.

— Ты видел Краммера? — первым делом спросил старик, заглядывая Андрею в ничего не выражающие, стеклянные глаза. У нормального живого человека не могло быть такого взгляда. Разве что у покойника.

— Видел, — проговорил Вольф, пытаясь отстранить Хугу и пройти к кровати. — Давно видел.

Старик крепко выругался. Надежда на благополучный исход конфликта с полковником моментально испарилась. Значит все проблемы еще только впереди.

Нервно покусывая бинты на руке, Хугу сглотнул подступивший к горлу комок и спросил:

— Как твое имя? Это очень важно.

Выдержав некоторую паузу, словно с трудом вспоминая, Андрей ответил:

— Меня зовут Вольф.

— Это твое настоящее имя?

— Да.

Бывший контрабандист озадаченно нахмурил брови. Что-то здесь было не так. И он это прекрасно чувствовал.

— Скажи мне, Вольф. Ты знаешь Дастина Слейка?

Андрей на этот раз думал дольше.

— Да, знаю, — буркнул он и начал заваливаться на старика. Глаза стронгера нехорошо закатились.

— Эрни! — громко завопил Вирджин Хугу, пытаясь удержать тяжелое бесчувственное тело, но куда уж там старику — они упали вместе.

Прибежавший на крик здоровенный охранник помог своему боссу подняться, затем молча сгреб стронгера в охапку и, следуя указаниям, понес его вверх по лестнице.

Очнулся Вольф в апартаментах у Хугу. Он лежал на узкой мягкой койке, любезно застеленной старым протертым покрывалом. Таинственный человек, чье лицо скрывал черный капюшон, тыкал ему в нос флакончик с резко пахнущим веществом. Сам же старик сидел чуть поодаль, на любимой софе, внимательно наблюдая за происходящим. Возле дверей стояли два здоровяка. В руках они держали ружья.

— Где мы можем найти этого Слейка? — спросил Хугу, едва только отошел в сторону «доктор» в костюме смерти.

Андрей промолчал.

— Ты пойми, это очень важно, — Вирджин тяжело встал и подошел к Андрею. Сел на край кровати. — Речь идет о наших жизнях. Половник Краммер очень страшный человек. Он в живых никого не оставит.

— Он по-любому всех уничтожит, — четко произнес стронгер. — Даже если ты отдашь ему Слейка. Шансов нет.

Старик поморщился, будто от ноющей зубной боли и покачал головой.

— Шансы есть всегда, Вольф. Если Краммеру нужен этот человек живым, то у меня появится дополнительный козырь. Так что в твоих же интересах рассказать мне, где его найти.

— Ты же не глупый человек, Хугу, — Андрей приподнялся и принял сидячее положение. Взгляд его был уже вполне осмысленным. — Неужели ты не понимаешь, что все равно вы все умрете. Если не окажете полковнику достойное сопротивление. Лишь с оружием в руках есть возможность выжить. Но она настолько мала…

— Замолчи, — зашипел бывший контрабандист, шарахаясь в сторону. — Ты несешь бред. Ты видел технику отряда Краммера? Они же способны в мгновение ока смести с лица планеты весь город. С нашим оружием мы им не страшны.

— Это все жалкие отговорки, — вздохнул Вольф. — Ты же боишься, Хугу. Я это прекрасно вижу. Но стоит подумать головой и разработать стратегию, так и с плохими ружьями можно нанести врагу приличный урон. Тем более, вы здесь хозяева, а они гости. Давай, Хугу. Ты же не трус.

— Сумасшедший! — воскликнул Вирджин, вскакивая с места. — Ты сам-то веришь в этот бред? Или ты говоришь мне, где Слейк, или я приму крайние меры.

Повернувшись к охранникам, толстый старик приказал:

— Приведите сюда девчонку. Быстро.

Один из парней молниеносно скрылся за дверью и через несколько минут втолкнул в комнату брыкающуюся Сью. Ее руки были крепко связаны за спиной, а во рту торчал своеобразный кляп. Девочка гневно мычала, то и дело, стараясь ударить ногой идущего следом здоровяка.

— Ну, ты и гад, — покачал головой Андрей. — Она-то здесь причем?

— Страховка, — развел руками Хугу. — Как и обещал перед твоим уходом. Извини, что мы так ее упаковали. Уж больно вспыльчивый у нее характер. Ну, так как? Говоришь?

Охранник, стоявший до этого без дела, демонстративно приставил к голове Сью свое потертое ружье. Снял с предохранителя.

Девочка замерла.

Андрей осторожно слез с кровати и сделал несколько шагов по направлению к заложнице.

— Ни с места! — рявкнул старик, становясь на пути стронгера.

— Поздно, Хугу, — произнес Вольф, кладя ему руку на плечо. — Сью была права. Ты — настоящее дерьмо.

Неожиданно девочка задергала головой и начала активно мычать, подавая неясные знаки. Краем глаза Андрей заметил за окном неясную тень, вдруг закрывшую пробивающийся в комнату дневной яркий свет.

Он почувствовал опасность. В то же мгновение сквозь стекло метнулся плазменный заряд, с шипением ударяясь в держащего ружье здоровяка. Огненные брызги вперемешку с обугленной плотью полетели на стоящую вокруг антикварную мебель. Ковры тут же начали гореть.

Андрей, резко падая на пол, успел заметить, как второй огненный сгусток разнес на куски стоящую возле стены статую обнаженной женщины. Посыпалась мраморная крошка.

Вопреки инстинктам самосохранения, Вирджин, раскрыв рот, замер в неестественной позе. У него явно был шок.

Вольф точным ударом сшиб старика с ног. Миг спустя воздух над ним прошили несколько шипящих зарядов, один из которых снес голову неосторожному охраннику. Где же старик набрал таких дилетантов?

Быстро осмотревшись, Андрей увидел лежащую под столом Сью. Девочка пыталась ногами дотянуться до валявшегося рядом ружья, но у нее это плохо получалось.

Вольф ловко перекатился к ней и попробовал развязать веревки, крепко стягивающие тонкие запястья. Вязал знающий человек. После неудачной попытки, он все же нашел на полу острый осколок стекла и одним движением перерезал прочные узлы. Затем вытащил кляп.

— Я же тебя предупреждала! — взвизгнула Сью, отталкивая от себя Андрея. — Упрямый придурок!

Стронгер пропустил ее слова мимо ушей. Подобрав оружие, он убедился в его боеготовности. Обойма была почти полная.

Чуть в стороне зашевелился Хугу, явно пытаясь подняться. Видимо, смерти захотел.

Одним выстрелом поверх головы Андрей быстро его успокоил. Старик прикрыл затылок руками и резво забился в дальний угол.

Тем временем, оконная рама с грохотом влетела внутрь помещения, осколки уцелевшего стекла звонко забарабанили по полу, а через освободившийся проем начали запрыгивать вооруженные люди, одетые в блестящие обтягивающие комбинезоны. Из глазных прорезей их шлемов били тонкие белые лучи, которые обшаривали комнату в поисках живых организмов.

Подняв ружье, Андрей нажал на спуск.

 

11

Вольф до последнего надеялся, что старое ружье заряжено какими-нибудь хитрыми пулями, но к его сожалению из ствола вылетел всего лишь кусок железа, не причинивший оперативнику абсолютно никакого вреда. Тот только слегка подался назад, принимая плечом сильный удар. Пуля рикошетом ушла куда-то в сторону.

Не сумевший вовремя определить траекторию выстрела, человек в блестящей броне начал рыскать по сторонам. Лучи сканеров неутомимо обшаривали помещение в поисках живых организмов, но пока что впустую. Андрей и Сью оставались незамеченными.

— Это за тобой пришли, — неожиданно раздался голос Хугу. Старик ворочался где-то в стороне, не обращая внимания на вторгшихся в комнату агрессоров. — Ну, и чем ты Краммеру не угодил? А?

— Он рехнулся, — одними губами произнесла девочка, при этом покрутив указательным пальцем у виска. В ее глазах читался сильный страх.

Андрей молчал. Он, в отличие от Вирджина, не собирался выдавать себя. Похоже, старик совсем спятил… А может, отвлекал бойцов?

Белые лучи мигом двинулись на звук голоса. Излучатели оперативников тихо гудели, готовые в любой момент исторгнуть из себя плазменные заряды. В воздухе чувствовался запах озона.

— Ножка моего стола, — вдруг отчетливо произнес Хугу. Стронгеру сначала показалось, что старик такой фразой своеобразно выругался, но потом до Андрея дошел истинный смысл сказанного. Вирджин явно обращался к нему, давая подсказку к дальнейшим действиям.

Подошедший к Хугу оперативник четким отработанным ударом опустил ему на голову тяжелый приклад. Краммеру нужны были не только трупы, но и заложники.

— Дастин Слейк! — раздался искаженный электроникой незнакомый мужской голос. — Мы знаем, что ты здесь! Прятаться нет смысла! Выходи, и ни один человек больше не пострадает!

— Не смей этого делать, — испуганно шепнула Сью, прижимаясь к Андрею. — Они тебя убьют. А потом меня.

Вольф покрутил головой, пытаясь определить, какая из четырех фигурных ножек, держащих массивную крышку письменного стола Хугу нужная. Скорее всего, воздействие на нее откроет потайную дверь, ведущую в безопасное место. Пути для бегства всегда имеются у таких людей, как Вирджин. Сейчас был тот самый момент, когда нужно незаметно уйти. Разве что не хозяину кабинета.

Первые две ноги, опробованные Андреем во всех направлениях результата не дали. Та, которую дергала Сью — тоже. Быстро подобравшись к последней, стронгер со всей силы ударил по ней кулаком.

Внутри стола что-то хрустнуло. Внизу, под толстыми плитами пола заработал скрытый механизм. Часть пестрого ковра возле постамента одной из статуй, стала медленно отползать в сторону, открывая небольшую прямоугольную нишу тайника.

«Вот старый пройдоха», — с некоторым сожалением подумал Вольф, понимая, что это не секретный лаз. Содержимое тайника недвусмысленно намекало на предстоящую бойню. — «Да, с таким арсеналом можно и город в одиночку брать».

Размышлял Андрей несколько мгновений. Все же мысленно поблагодарив Хугу, он сжался, словно тугая пружина, и резко метнулся к тайнику. Вольф еще из своего укрытия приметил лежащее внутри мощное оружие. Огромный, тускло поблескивающий вороненым стволом лучемет был как никогда кстати. Оставалось только надеяться, что батареи заряжены. А иначе все будет плохо… И плохо будет всем.

Ему повезло. Бросок был оперативниками не замечен. Стронгер рывком выдернул орудие из пластиковой ячейки и с ощутимым трудом поднял на руки. Вес был поистине чудовищным. Он бы нисколько не удивился, узнав, что подобные лучеметы устанавливают как стационарные на боевых машинах. Этот был приспособлен для управления в ручном режиме.

Оружие было полностью готово к бою.

Едва Андрей активировал встроенный процессор, на небольшом мониторе мгновенно отразились все находящиеся в помещении живые цели. Их было шесть, включая «отдыхающего» старого Вирджина. Система выделила его зеленым контуром, как наименее опасный объект. Самый высокий приоритет был у человека, стоящего возле окна. Видимо, он только что проник в комнату и, увидев вооруженного Вольфа, нерешительно замер, выставив вперед легкий излучатель. Его контур на экране предупредительно мигал красным цветом.

Андрей невольно содрогнулся. Привыкнув доверяться своему чутью, он пропустил смертельную опасность. Развитое чувство самосохранения, не раз спасавшее ему жизнь, сейчас предательски промолчало.

Почему же оперативник не открыл огонь? Ведь стоило ему надавить на курок, и Андрей Вольф, стронгер категории А, превратился бы в пылающий факел. Неужели бойцам отдана команда брать объект живым?

Тогда это был шанс…

Воспользовавшись заминкой незваного гостя, Андрей нажал на спуск.

Бледно-розовый луч ударил оперативника прямо в грудь. Блестящая ткань брони тут же рассеяла энергию, не оставив на поверхности даже следа.

Увидев, как на экране погас контур приоритета опасности, Вольф недоуменно нахмурился. Система сообщала, что цель якобы уничтожена. Этого не могло быть. Человек продолжал стоять, сжимая в руках излучатель, живой и невредимый.

В следующий момент остальные цели начали неистово мигать алыми контурами. Оперативники быстро разворачивались, занимая позиции для ведения огня, но пока не стреляли.

— Дастин Слейк, ты нужен полковнику живым! — проговорил один из людей Краммера. Вероятно, командующий офицер. Однако определить его среди остальных членов команды стронгер так и не смог. Защитные костюмы делали всех бойцов безликими, лишая индивидуальности, и для непосвященных заметить знаки отличия было практически невозможно. — Не делай глупостей. Мои парни обучены убивать, так что парализаторов у них нет. Если они разозлятся — умрете все. Сдавайся добровольно, и Вирджин Хугу будет жить.

Двое оперативников выволокли вперед бесчувственное толстое тело старика, бросив на пол, словно тряпичную куклу. Хугу слабо застонал.

Вольф вздрогнул, почувствовав, как к нему сзади прижалось хрупкое тело Сью. Девочка, обхватив тонкими руками талию стронгера, с испугом и недоверием выглядывала из-под его руки.

— Убей их всех, Вольф, — тихо умоляла она. — Так же, как этого.

Андрей мельком взглянул в сторону окна, где недавно стоял «несостоявшийся труп». Сейчас на полу, под подоконником, валялась лишь скомканная блестящая одежда, а из многочисленных складок сочилась странная розовая жидкость. Чуть в стороне лежал исходящий паром шлем.

Однако…

Вольф попытался определить тип лучистой энергии, делавшей с людьми подобное. Но ничего, даже отдаленно похожего, он так и не вспомнил. Стало быть, тиартогианские специалисты снова отличились.

— Передайте Краммеру, что мы уходим, — сплюнув на пол, Андрей отдал лучемету команду убивать.

Несколько призрачных лучей поочередно расчертило пространство комнаты, как и в первый раз, не оставив никаких следов. Это была неторопливая смерть, дававшая жертвам замолить все свои грехи. Но в данном случае, короткая отсрочка позволила противнику произвести ответные действия.

— Не стрелять! — раздался истошный вопль офицера, но было уже поздно.

В сторону Андрея метнулось три плазменных заряда. Отшвырнув тяжелый лучемет и схватив Сью, он упал на пол, пропуская огонь над собой. С жутким гулом плазма выжгла часть пластиковой перегородки, наполняя воздух сильным жаром. Едкий черный дым быстро заполнил помещение, раздирая легкие.

Девочка начала захлебываться кашлем.

Воспользовавшись дымовой завесой, Андрей потащил Сью к выходу. Он хорошо запомнил расположение предметов вокруг, и поэтому почти не спотыкался.

Проходя мимо тайника, стронгер упал на колени, нашарил рукой первое попавшееся портативное оружие и быстро сунул его за пояс. Разбираться что к чему времени сейчас не было.

Неожиданно рядом раздался громкий визг. Это был голос Сью.

— Неужели ты думал, что мы используем оптическое зрение? — с иронией произнес командующий офицер. Судя по звуку, он был где-то совсем близко. Возможно, стоял в метре впереди, ехидно корча рожи и пытаясь удержать брыкающуюся девчонку. Вольф ничего не видел. Глаза начало жутко щипать.

— Ты на прицеле, Слейк, — продолжал говорить скрытый в пелене дыма оперативник. — Девчонка у меня. Тебе некуда деваться. Подними руки за голову и ляг на пол.

— Не слушай его! — вскрикнула Сью. — Беги, Вольф! Они мне ничего не сделают!

Следом раздался звонкий звук пощечины.

— Ни с места! — предупредил офицер. — Твоя подружка глупа, если действительно верит в свою неприкосновенность.

Андрей судорожно соображал. Сделать что-либо в данной ситуации было практически невозможно. Дым разъедал легкие, а на глаза обильно наворачивались слезы. Мозг отказывался правильно работать.

Вольф прекрасно знал, что в иной ситуации он бы быстро нашел правильное решение. Но сейчас вариантов не было совсем.

Абсолютная пустота…

Медленно кладя руки на затылок, стронгер еще надеялся на какое-нибудь чудо. Наверное, впервые в своей жизни он не мог рассчитывать на собственные навыки. Весь привычный ему мир рушился, наполняясь неизведанными, неподвластными контролю ощущениями, противостоять которым Андрей не имел не единого шанса.

Что же он должен был увидеть на этой проклятой планете? Что?

Внезапно раздался глухой удар, а затем последовал протяжный страдальческий стон. На сей раз звук издавал мужчина.

«Неужели Сью»? — не веря шальной мысли, Вольф пытался разобраться в творившейся рядом возне. Дым начал рассеиваться и сквозь темную завесу проступили смутные тени. — «Как же она смогла достать облаченного в броню воина? Это невозможно даже для тренированного стронгера.»

Сильный удар в живот сшиб Андрея с ног. Частично гася инерцию, он сгруппировался и быстро перекатился к стене. В тот же момент сверкнули три плазменные вспышки, и пол в том месте, где он только что стоял, ярким пламенем взметнулся вверх.

— Бежим, — бросила Сью, пытаясь поднять его за воротник.

Вольф рывком вскочил, хватая девочку за плечо.

— Как ты… — начал было он, но времени не оставалось даже на короткую реплику. Едва различимые в дыму темные фигуры пришли в движение.

— Тварь, — сквозь зубы прошипел офицер, не в силах разогнуться. Он никак не мог поверить, что эта маленькая бестия каким-то образом сожгла батарею, питающую все системы его легкой брони. А ведь источник энергии защищен специальными сверхпрочными пластинами, выдерживающими даже прямое попадание силового снаряда. Нашла-таки слабое место.

Хотя, девчонка тем самым сама себя обрекла на смерть. Да и парня тоже. Передатчик не работает, так что отдать приказ на прекращение огня он уже не сможет. Увы. Бойцы знают свое дело.

Дернувшись в сторону двери, Андрей вовремя остановился. Там могли их ждать остальные члены команды Краммера. А возможно, и сам полковник. Рисковать так не стоило.

Вольф и Сью метнулись к раскуроченному окну. Здесь шансы выбраться были более реальны, поскольку вторжение оперативников произошло именно через него. Их появления могли просто не ждать.

Порыв прохладного ветра разметал клубы дыма, и Андрей отчетливо увидел стоящую в проеме чудовищную громоздкую фигуру. То, что это был человек он сообразил отнюдь не сразу.

Огромный ствол плечевого излучателя черным зрачком уставился стронгеру прямо в лоб.

Сью в ужасе вскрикнула.

 

12

Ральф Хьюс всегда знал, что участившиеся в последнее время небольшие конфликты между Дивиаполисом и Йорном рано или поздно обязательно перерастут в настоящую войну. Войну, в которой у лесного города не будет никаких шансов уцелеть. Его просто сотрут с лица планеты, как муравейник с назойливыми насекомыми.

При слабом вооружении и плохой личной защите солдат, у «лесовиков» был лишь один главный союзник — внезапность. В случае атаки Йорна первым, оборона Дивиаполиса не продержится и десяти минут, а вот если все будет наоборот, то быстрым точным ударом, которого никто не ждет, они смогут нанести немалый урон прибрежному городу. Правительство Йорна в последнее время перестало заботиться о безопасности периметра, предпочитая тратить финансы на собственные нужды. Что ж, они сами себя обрекли.

Ральф прекрасно понимал, что это будет его последняя битва. А также, последнее сражение его немногочисленной армии. Последний день прекрасного города Дивиаполис. Но честь для каждого жителя сейчас была превыше всего, особенно честь Святого Якоба.

Вспомнив страшную картину, представшую недавно перед его глазами, мэр Хьюс сжал кулаки. Зубы его заскрежетали.

Как эти ублюдки посмели осквернить храм? Как им такое вообще могло придти в голову? Ведь они чтят волю Великого Создателя, а он строго — настрого запрещает входить в церковь с оружием. Так ради чего йорнцы готовы были переступить черту?

Храм Святого Якоба открывался только раз в месяц, на праздник Завершения. Верующие собирались перед алтарем и слушали трехчасовую службу, во время которой нельзя было произносить ни слова. Священник один имел право говорить, так как за три дня до начала праздника ради очищения духа отказывался от многих человеческих нужд.

Но в этот раз все было совсем по-другому. Едва двери храма поутру открылись, как тут же раздался истошный вопль отца Рида. Взволнованный народ повалил внутрь.

Весь пол был залит кровью. На стенах и потолке были развешаны расчлененные «собаки», давно пропавшие у одного из охотников. Мертвая плоть уже успела заметно испортиться. Воздух был наполнен смрадом разложения. А на полу, в самом центре зала, красовался знак Церкви Великого Создателя, нарисованный смесью из крови и собачьих экскрементов. Несколько предметов, явно принадлежащих йорнским священникам, беспорядочно валялись возле алтаря.

Однако так никто из очевидцев не проронил ни слова. Лишь выйдя наружу рассвирепевшие люди начали страшно ругаться, проклиная тех немыслимых чудовищ, что осмелились замахнуться на святыню.

Тогда и было все решено.

— К нам приближается береговой патруль, — сообщил подошедший к Ральфу молодой охотник, одетый в самодельные металлические доспехи. Приплюснутый шлем на его голове напоминал суповую тарелку.

— Не трогайте их, — нахмурившись, произнес Хьюс. — Нас не должны раньше времени обнаружить. Продолжаем двигаться к цели.

Забравшись в кабину своего фулкара, мэр еще раз внимательно просмотрел старые чертежи, оставшиеся со времен строительства Йорна. Сколько же пришлось отдать «астрала», чтобы их заполучить. Но они того стоили.

На пожелтевшей бумаге город был представлен во всех мелких деталях, включая подробные технические данные о защитных системах. За сотни лет оборона не только не модифицировалась, а наоборот — постепенно приходила в упадок, так как не было причин ее ремонтировать.

Тем временем колонна из двадцати больших восьмиколесных машин уверенно пробиралась сквозь непроходимые джунгли, с каждой минутой приближаясь к прибрежному городу. На их бронированных крышах помимо надстроенных блистеров, стояли теперь новые скорострельные боевые комплексы, купленные еще весной у островитян. Их берегли как раз на случай серьезной заварушки.

— Мы почти у цели, — сообщил водитель, снижая скорость.

Хьюс взглянул на экран. Сквозь редкие стволы деревьев проглядывала песчаная полоса берега, постепенно исчезающая в темных водах океана. Город отсюда был едва виден.

— Подойдем ближе, — произнес Ральф, включая направленный передатчик.

Поднеся к губам маленький микрофон, он приказал:

— Всем командам. Соблюдать полное радиомолчание. Слушать одного меня. Через несколько минут начнем подготовку.

На экране мелькнуло растерянное детское лицо. Мальчик лет десяти неожиданно выпрыгнул из кустов и, что есть сил, бросился по направлению к городской стене.

Повернувшись к сидящему в кузове Стиву Нэгги, мэр приказал:

— Догони его. Но не убивай.

Охотник молча кивнул, открыл люк и на ходу выпрыгнул из фулкара. Его мускулистая фигура, одетая в кожаную одежду быстро замелькала среди веток, уносясь вслед за ребенком. В руках Стив сжимал верный карабин.

Спустя несколько минут он вернулся, таща за ногу обмякшее маленькое тело. Голова мальчика болталась из стороны в сторону, цепляясь длинными светлыми волосами за колючую траву. Вот только уж очень много крови было на детской одежде.

Присмотревшись внимательнее, Ральф различил у жертвы на груди тонкое пулевое отверстие.

— Черт! — выругался мэр, хлопая себя ладонью по колену. — Я же говорил: не убивать.

— Люди жаждут смерти каждого йорнца, мэр, — сказал водитель, останавливая машину. — Привыкайте к подобной жестокости. Ее будет ой как много.

Стив ловко залез обратно в кузов и аккуратно положил тело ребенка на грязную ветошь, неизменно лежащую на полу любого фулкара. Прикрыл ему веки.

— Прыткий оказался, зараза, — усевшись рядом с трофеем, проговорил охотник. — Не смог я его догнать. Пуля догнала.

— Ну, и зачем нам здесь труп? — повернувшись к нему, с укором спросил Ральф. Его кулаки невольно сжались.

Ответил мэру водитель.

— Стив из тех истинных охотников, что старые традиции чтут. Они первую добычу всегда в дом тащат.

* * *

Вооружение фулкаров было приведено в полную готовность. Скрытые густыми синими зарослями, машины были грамотно рассредоточены и абсолютно невидимы снаружи. В блистерах заняли свои посты операторы боевых комплексов, готовые в любой момент открыть по обозначенной цели шквальный огонь. Ждали только соответствующей команды Хьюса.

Исходя из данных, указанных на инженерном плане, у каждого оператора был определен свой объект поражения. Все важные системы обороны и жизнеобеспечения города должны быть уничтожены в первую очередь.

— Все готово, мистер Хьюс, — доложил Стив Нэгги, сверяя отчеты других команд. Радиомолчание хранили исправно, используя короткие лучевые сигналы. — Все ждут вашей команды.

Ральф тяжело вздохнул, вытер платком со лба пот и тихо вышел из машины.

Он стоял на небольшом пригорке, откуда стена Йорна замечательно просматривалась. Находящееся высоко в небе жаркое солнце ее здорово нагрело, и над гладкой металлической поверхностью было хорошо заметно дрожание горячего воздуха.

До города было примерно три километра, но звуки, свойственные большим скоплениям людей сюда совсем не доходили. Создавалось впечатление, будто несколько тысяч человек вдруг разом уснули, выключив до кучи все свои механизмы. Или умерли, не дождавшись справедливого возмездия.

Тишина…

Ральф уже давно не ощущал такой мертвой тишины. Даже ветер совсем стих, что поблизости от океана обычно никогда не бывает. Мир затаился перед грядущей бурей.

«О, Святой Моорт, как же трудно сделать последний шаг. Быть палачом тысяч людей, хоть и заслуживших такой участи…»

До этого момента все было так просто. Все казалось таким правильным, что не вызывало ни малейших сомнений. Но сейчас…

«Господи, как же трудно…»

Мирный, пригретый полуденным солнцем город не вызывал больше отрицательных эмоций. Гигантская металлическая шайба тихо спала, глубоко запрятав свои ядовитые жала, словно млеющая на трухлявом пне змея.

— Мы ждем, мэр! — раздалось вдруг из открытого люка.

Работал явно радиопередатчик.

— Проклятье! — Хьюс кинулся в машину.

«Кто это? Джефери? Или Пирс? Что они творят?»

— Кишка тонка, мэр? — продолжал говорить голос. — Или ты пожалел этих ублюдков?

«Точно, Джефери. Он же нас всех выдал».

Схватив микрофон направленного передатчика, Ральф заорал:

— Ты что себе позволяешь, кретин?! Какого хрена ты вышел в радиоэфир?!

Но последние его слова потонули в грохоте стартовавшей термической ракеты. Оставляя за собой белый инверсивный след, она быстро понеслась в сторону затихшего города, над стенами которого уже взмыла в небо стая сверкающих на солнце летательных аппаратов.

Следом за первой ракетой загрохотали установки остальных фулкаров. С шипением понеслись заряды плазмы.

Сев в проеме люка, Ральф Хьюс с некоторой тоской смотрел на первые распустившиеся цветки яркого пламени, украсившие собой мрачную «консервную банку» Йорна.

Все началось без его решающей команды.

 

13

Андрей осторожно отступил в сторону, увлекая за собой Сью. У девочки от ужаса округлились глаза. Она никак не ожидала увидеть такого необычного противника, равно как и стронгер. Человек, облаченный в тяжелую броню СБ Йорна являл собой зрелище не для слабонервных.

Вольф припомнил стандартные доспехи солдат Федерации, и пришел к выводу, что те, по сравнению с этим жутким монстром выглядели нелепой бутафорией, хоть и считались одними из самых совершенных. Просто никто из федералов не бывал на Тиартоге.

— Ну, вот мы и встретились, мистер Слейк, — донесся искаженный динамиками знакомый голос.

Полковник Краммер вошел в комнату, с грохотом круша и ломая без того пострадавший антиквариат. Под огромной металлической ступней брони хрустнула голова мраморной статуи, лежащей на прожженном ковре. Среди обломков заискрил перебитый электрический провод.

— Что тебе от меня надо? — спросил Вольф, отодвигаясь к стене. Сью жалась к нему всем телом.

Краммер остановился. Из его глаз ударили белые лучи биосканера, тщательно прошлись по телу Андрея, проверяя каждую клетку его организма. Закончив идентификацию, полковник удовлетворенно хрюкнул.

— Тебе знаком этот предмет? — спросил он, и в воздухе возникло четкое голографическое изображение. Вольф сразу же узнал свой старый «квазар». Излучатель стал медленно вращаться, поворачиваясь к Андрею потертой эмблемой не существующего ныне Альянса.

— Так вот, значит, из-за чего вся эта возня, — вздохнул стронгер, нащупывая рукоятку спрятанного под одеждой оружия. — Почему он тебя заинтересовал?

— Не он! — рявкнул Краммер, резко махнув стальной ручищей. Сервомоторы возмущенно взвизгнули. — Мне интересен только знак, и все, что с ним связано. Это относится к Галактическому Альянсу?

Андрей удивленно приподнял брови. Краммер знал гораздо больше ему положенного. Но откуда такие знания у человека, живущего в обществе, где космос объявлен Святой Церковью как Темная Бездна, приносящая только зло? А управляющие тиартогианской колонией некогда заявили о гибели всего остального человечества. Да, они все страстно желали власти, недоступной им ранее. Но поступить так с ни в чем не повинными людьми… Хотя надо отдать им должное. Технологии, оставленные предками, не утратились, как это произошло на Земле, а в какой-то степени даже развивались. Вот только чья это заслуга на самом деле?

Вольф предположил, что где-то на планете остались следы первопоселенцев, сохранившие по сей день запрещенную правительством информацию. Однако она давно устарела. То, что Краммер назвал Галактическим Альянсом, перестало существовать восемьдесят лет назад, благополучно трансформировавшись в Федерацию.

— Тебе не надо это знать, полковник, — проговорил Андрей, пытаясь прикинуть расстояние до входной двери. — Тем более что эта информация дорого стоит.

Краммер сохранял спокойствие, не издавая ни единого звука. Будто переваривал сказанное стронгером.

Тем временем, оставшиеся в живых оперативники неуверенно подтягивались к своему командиру. Их было трое. То ли напуганные, то ли контуженные, они двигались так вяло, словно только что очнулись от глубокого сна.

И тут Вольф резким движением выхватил оружие и выстрелил в одного из бойцов Краммера. Он не надеялся причинить тому вреда, всего лишь пытаясь выиграть секунду времени. Но неудачливого оперативника впечатало в стену с такой силой, что по обгорелому покрытию пошли крупные трещины. Боец плавно сполз на пол и затих в неестественной для человека позе.

Не на шутку разозлившись, полковник повернулся к стронгеру. Увы, тому некуда было теперь деваться. Загнанный в угол зверь почти всегда огрызается.

Но, ни Вольфа, ни девчонки уже не было и в помине.

Андрей быстро выскользнул за дверь, а затем втянул за собой Сью. Он краем глаза успел заметить прилепленную к потолку подозрительную черную полусферу, но было уже поздно.

Мина-ловушка громко хлопнула, выпуская парализующее поле. Вольф сумел вовремя отпрыгнуть за выступ стены. Левую ногу пронзила резкая боль, мышцы моментально одеревенели и стронгер едва удержал равновесие.

Сью повезло меньше. Девочку накрыло с головой. Пока еще сохраняя вертикальное положение, она начала плавно заваливаться на бок. Ее тело утратило гибкость, превратившись в подобие манекена.

Подхватив Сью одной рукой, Андрей не сдержался от крепкого слова. Было ощущение, словно под ее кожей вовсе не теплая человеческая плоть, а металлический остов киборга. Да и вес как будто прибавился.

Вольф встречал раньше оружие подобного воздействия. Его еще некоторые бывалые вояки называли персонажем земной детской книги — «Буратино». Наверное, они имели в виду древоподобное состояние пострадавшего. С виду кажется, что человек больше не жилец. Однако поле сковывает только те группы мышц, которые отвечают за общую подвижность тела. Внутренние органы остаются полностью функционирующими. Единственный минус такого парализующего эффекта — его непродолжительное действие. Зато при возвращении чувствительности люди испытывают такие адские муки, что особо слабые иногда умирают от болевого шока.

Еще раз выругавшись, Вольф схватил девочку в охапку и, волоча непослушную ногу, поспешил скрыться в глубине темного коридора.

Андрей прекрасно слышал, как позади него с грохотом вылетела дверь, не устоявшая перед бросившимся в погоню Краммером. Полковник в своей тяжелой броне едва помещался в коридоре. Сшибая металлическим шлемом многочисленные искрящие провода, плечами оставляя на стенах глубокие борозды, он неумолимо догонял неуклюже ковыляющего стронгера, держащего на руках негнущееся тело девочки.

C трудом обернувшись, Вольф кое-как достал оружие. Не целясь, нажал на спуск. Невидимая гравитационная волна рванула к приближающемуся полковнику, ураганом сметая на своем пути все, что было плохо закреплено. Содранная с креплений электропроводка спутанными извивающимися змеями настигла Краммера вместе с жутким ударом, откинувшим его назад метров на пять. В последний момент сработавшее силовое поле брони смогло защитить полковника только от летящего мусора, но не от основной волны.

Упав на толстые спинные пластины, Краммер несколько мгновений лежал неподвижно. Система тестировала положение гироскопов, пытаясь найти ошибку. Один из сервомоторов правого локтя не выдержал нагрузки и сгорел.

С необычайной ловкостью «железный монстр» вновь встал на ноги. Сканер быстро определил уходящую цель, и полковник, не жалея энергии защитного комплекса во всю прыть припустил за своим будущим шансом на неограниченную власть.

Свернув за угол, Вольф едва не споткнулся об оставленную кем-то трехколесную тележку. Она оказалась как раз кстати. Опустив на ее рифленую платформу неподвижную Сью, Андрей ухватился руками за изогнутую ручку и стал толкать.

Тележка шла на удивление легко, словно она не колеса имела, а антиграв. Вольф за ней еле поспевал. Парализованная нога предательски мешала ходьбе, но стронгер в конце концов приспособился, положив ее рядом с девочкой. Отталкиваясь здоровой конечностью, он разогнал импровизированный самокат до приличной скорости. Жаль, что управление было не предусмотрено.

На очередном повороте они едва не перевернулись. Сильно накренившись, тележка с трудом обогнула выступ стены и, снова приобретя устойчивость, благополучно покатила дальше.

Благодаря своему модифицированному зрению, Вольф вовремя замечал все препятствия, встречающиеся на пути. А их было предостаточно. Всякого рода мелкий мусор то и дело норовил угодить под колеса. Да и крупный попадался. Пару раз Андрей чуть не врезался в старую разбитую мебель, но реакция стронгера была все еще на высоте, и в сочетании с гравитационным оружием, она оказалась по-настоящему спасительной.

Андрей старался по возможности не расходовать заряды. Он хоть и знал, что полковник Краммер второй раз не купится на один и тот же трюк, но кто знает… Слишком осторожные опытные воины иногда тоже совершают ошибки.

Травматическое оружие в силу своей специфики Вольфу не особо нравилось. Его приучали совсем к другим смертельным «игрушкам». Однако за неимением лучшего он был рад и такому. В умелых руках даже палка выстрелить сможет.

Тупик образовался настолько неожиданно, что стронгер едва смог затормозить тележку. Сью слетела на пол, тихо застонала. Значит, уже начала приходить в себя. Скоро она узнает настоящую боль. Да и сам Андрей ощущал, как его левую ногу стали колоть тысячи мелких игл. Мышцы заметно расслабились.

Подойдя к лежащей девочке, Вольф осторожно взял ее на руки и отошел на несколько шагов от стены. Возвращаться назад в поисках других выходов было уже поздно. Он чувствовал, что разъяренный полковник находился где-то совсем рядом, готовый в любой момент преподнести неожиданный сюрприз.

Освободив правую руку, Андрей достал оружие, тяжко вздохнул, жалея очередной заряд и, выстрелил в стоящую посредине коридора тележку. Ее массы должно оказаться достаточно, чтобы проломить тонкую на вид стену.

Подхваченный мощной волной, своеобразный снаряд с огромной скоростью ударился о старую штукатурку, оставив лишь пару небольших вмятин. Да к потолку протянулась незначительная извилистая трещина. В сторону отлетело резиновое колесо.

Но стена вдруг обрушилась совсем в другом месте, буквально в метре от предполагаемого пролома. Большая металлическая рука схватила то, что осталось от тележки и, подняв ее в воздух, словно картонную коробку, швырнула в обомлевшего стронгера. Даже с девочкой на руках, Вольф легко увернулся. Краммер явно не рассчитывал его убивать, иначе бросок был бы совсем другим. Полковник вел свою странную игру.

Не входя в зону прямого поражения, «железный монстр» теперь затаился за неровными обломками бетонной плиты. Андрей его не видел, но хорошо чувствовал, как тот не спускает с него свои тепловые датчики. Судя по всему, Краммер все это время двигался следом по параллельно идущему коридору, наблюдая за каждым шагом своей добычи. Ждал подходящего момента.

Сью резко дернулась и вновь застонала. Уже гораздо громче. В ее голосе звучала сильная боль.

— Сдавайся, Слейк! — прогремел голос полковника. — Тебе не уйти от меня. Как же ты до сих пор это не понял? Тем более, девчонка сейчас начнет биться в припадке.

— Да пошел ты, Краммер, — огрызнулся Вольф, проверяя оставшиеся заряды. Индикатор показывал почти половину объема.

Боль в ноге была такой, будто она жарилась на медленном огне. Каково же было сейчас девочке? Стиснув зубы, Андрей перехватил поудобнее извивающуюся в агонии Сью и стал постепенно отступать от затаившегося в темноте врага. Стронгер припомнил, что в нескольких сотнях метров позади должна быть развилка. Еще три коридора уходили куда-то налево.

Сделав очередной шаг, Вольф почувствовал, как больная нога неловко подвернулась, и он, пытаясь уберечь свою живую ношу, растянулся на полу. Мышцы конечности свело жуткой судорогой.

Рядом отчаянно дергалась Сью. Ее глаза были выпучены, лицо искажено гримасой боли, а на бледных губах выступила пена. Сжатое спазмами горло отказывалось издавать какие-либо звуки.

Вдруг Андрей услышал тихий, едва уловимый даже его чувствительными ушами характерный свист. Он с каждой секундой все нарастал, пока не превратился в оглушительный мощный удар. Пол дрогнул. С потолка хлопьями посыпалась старая краска.

«Неужели началось»? — до конца не веря в происходящее, подумал Вольф — «Не прошло и года».

Второй взрыв прогремел гораздо ближе. Ослепительное пламя разрезало стены в нескольких метрах от замершего стронгера, пол резко осел и стал со скрежетом уходить вниз. Бетонная балка, страшной силой вывернутая из потолка, начала медленно наклоняться, готовая в любой момент похоронить под собой людей. От пыли резало глаза.

Поймав одной рукой Сью, Андрей притянул ее к себе, пытаясь закрыть своим телом. Он прекрасно понимал, что упавший бетон раздавит их обоих, но так было как-то спокойнее.

Очередной удар сделал свое гиблое дело. Весь окружающий мир разрушался, стремительно уносясь в бесконечность осколками реальности.

Сквозь звенящую тишину Вольф воспринимал происходящее как странный, замедленный сон. Мимо катились огромные глыбы из металла и камня, поднимая в раскаленный воздух тучи едкой пыли. Пролетел вниз целый кусок этажа, обнажая бывшие недавно жилыми помещения. Несколько человек в отчаянии цеплялись за торчащие наружу водопроводные трубы.

Тьма накрыла Андрея нежно и ласково, словно заботливая мать. Он уже ничего не чувствовал, когда пол под ним окончательно рассыпался и он полетел вниз вслед за истошно кричащей девочкой.

 

14

Вокруг было темно. Лишь изредка мрак пронзали неуверенные вспышки света. Поврежденная электропроводка с тихим треском сыпала фейерверки белых искр. В эти краткие моменты становилось видно, что все пространство вокруг завалено уродливыми многотонными обломками, хаотично громоздящимися друг на друге. Бетон влажно блестел. Разорванные трубы продолжали испускать потоки холодной воды, которые шумно падали вниз, в большое глубокое озеро. Где-то вверху, почти на пределе слуха, продолжали раздаваться частые взрывы. Но они теперь уже не несли угрозу. Они были частью того мира, что остался снаружи.

Вольф чувствовал, как неимоверная тяжесть давила ему на грудь. Дышать приходилось с большим трудом, а легкие при каждом вздохе разрывались на части от острой боли.

Он попытался пошевелиться и едва не закричал. Ощущение было такое, будто в живот воткнули раскаленный докрасна лом.

Закрыв глаза, Андрей попытался сосредоточиться на внутренних повреждениях организма, но определить насколько они серьезные так и не смог. Слишком много требовалось сил, которых, к сожалению, почти не осталось. Боль забирала последние капли.

Пошевелив поочередно каждой конечностью, Вольф убедился в их целости. Похоже, ни руки, ни ноги особо не пострадали, а это уже не так плохо. Можно будет попробовать выбраться.

И тут он вспомнил про Сью. Девочка падала перед ним, значит, она должна находиться где-то внизу, под грудой камней и железа. Шансов остаться в живых у нее практически не было.

Сделав попытку ее позвать, Вольф смог издать только еле слышный хрип, сразу переросший в сгусток жгучей боли. Он до крови закусил губу.

Неожиданно в глаза Андрея ударил луч яркого света. Совсем рядом кто-то зашевелился, и тяжеленная балка, придавившая стронгера, заходила ходуном. Вольф снова застонал.

— Ты живой, Слейк? — спросил Краммер. Его голос странно дребезжал.

Вольф в ответ лишь слабо кивнул.

— Не смей умирать. Слышишь? Ты мне еще нужен.

Отвернув от прожектора голову, Андрей теперь наконец-то смог рассмотреть свою ловушку. И то, что он увидел, ему совсем не понравилось. Балка окончательно не раздавила его только по одной единственной причине — этому помешала сплюснутая наполовину металлическая бочка, из которой тонкой струйкой вытекала мутная маслянистая жидкость. И вот когда жидкость полностью выльется…

Представив последствия, стронгер внутренне содрогнулся. Сколько еще времени ему осталось? Час или день? Судя по той скорости, с которой масло покидало заветную емкость, непоправимое произойдет гораздо раньше.

— Я попытаюсь тебе помочь, — продребезжал полковник. — Если получится.

Луч ушел в сторону и в рассеянном свете Андрей разглядел громоздкую угловатую фигуру, по пояс заваленную мелкими осколками камня. Сверху на этой куче покоился второй конец проклятой балки, не давая Краммеру окончательно выбраться. Но она ли сдерживала мощь брони? Присмотревшись, Вольф заметил торчащую в металлической груди толстую водопроводную трубу, из которой с брызгами лилась вода. Определить, ранен ли сам Краммер, заключенный внутри разрушенного защитного комплекса было довольно трудно.

Сделав попытку приподняться, полковник в очередной раз дернул придавивший его и стронгера груз. Пронзительно взвыли сервомоторы. Один из них тут же вспыхнул, испуская сизый дым.

— Что ты делаешь? — прохрипел Андрей, скрипя от боли зубами. — Оставь… Не надо…

Упершись руками в шершавый влажный бетон, он каким-то образом почувствовал, что струя масла, вытекающего из бочки, стала значительно толще. Грудная клетка едва не трещала, принимая на себя чудовищный вес. Глаза почти вылезли из орбит. Изменившееся положение балки, судя по всему, повлияло на текущий по ней небольшой ручей, и нежданная струя ледяной воды упала стронгеру прямо на голову, мысленно сопровождаясь отборными ругательствами.

Страшный грохот вдруг заставил Андрея отвлечься от безуспешной борьбы с водной стихией. Что произошло, Вольф так и не понял. Обломок стены, на котором он лежал, стал неожиданно куда-то проваливаться, увлекая за собой остальные части здания. Все вокруг пришло в движение. Огромные глыбы со скрежетом ворочались, крошились и осыпались прямо в темную бездну.

Не успев толком осознать свою свободу, Андрей стал стремительно падать вниз. Покалеченное тело не позволило правильно сгруппироваться, и он, совершив в воздухе неуклюжий кульбит, с плеском ударился о воду. Ему несказанно повезло. Если бы он оказался на несколько сантиметров в стороне — непременно наткнулся на острые осколки, зловещим частоколом торчащие над поверхностью.

Выбравшись на подвернувшийся бетонный обломок, бывший некогда частью наружной стены, Вольф лег на спину и стал с жадностью хватать ртом воздух. Он никак не мог отдышаться. Каждый вздох приносил такие муки, что темнело в глазах. Казалось, будто трещат ребра. Скорее всего, два из них точно сломаны.

Сколько прошло времени с момента его неожиданного спасения, Андрей не знал. В полубессознательном состоянии он находился довольно долго, то на несколько минут широко открывая глаза и озираясь по сторонам, то впадая в глубокий обморок, приносящий неутешительный покой. Однако силы постепенно возвращались.

Когда стронгер в очередной раз пришел в себя, ему на миг показалось, что неподалеку кто-то разговаривает. Слов разобрать он не смог, но по интонации можно было понять — человек явно ругается.

С трудом приподнявшись на локтях, Вольф осмотрелся. Помещение, где он находился, раньше являлось подвалом дома. Теперь, когда от дома почти ничего не осталось, оно казалось относительно уцелевшим. Верху изогнутые металлические фермы каким-то чудом удерживали огромные глыбы разрушенных перекрытий, не давая им полностью завалить всю нижнюю площадь. Обломки поменьше с успехом проникали на самое дно, и как уродливые серые острова повсюду выглядывали из воды. На одном из таких «островов» Андрей и лежал.

Человек, который отчаянно ругался, был для стронгера сейчас невидим, но приблизительное направление, откуда шел звук, определить все же удалось. Грудь болела гораздо меньше, и Вольф кое-как смог сесть.

Стянув с себя мокрую изодранную куртку, он при помощи осколка стекла разрезал ее на полосы. Процедура предстояла не из приятных, а уж о неудобстве ее производства не стоило и говорить.

Когда грудь была, наконец, туго обтянута импровизированным корсетом, Андрей поднялся на ноги. Голова резко закружилась, и он, чтобы не упасть, ухватился за свисающую сверху ржавую трубу. Качнувшись, труба со звоном упала на камень, едва не отбив несчастному стронгеру ноги.

Расстояния между островками из обломков были небольшими, что позволило Вольфу без особых усилий переходить с одного на другой. Продвинувшись на несколько метров в сторону недавно звучавшего голоса, он остановился и прислушался, но кроме шума падающих с высоты водяных потоков разобрать что-либо так и не смог.

Еще раз осмотрев близлежащие глыбы, Андрей громко позвал:

— Эй, здесь есть кто-нибудь!

В груди резко кольнуло, Вольф поморщился.

И тут среди плавающих между камней железных бочек что-то дернулось. Подобравшись поближе, Андрей увидел исковерканную тяжелую броню. Лицевой щиток шлема был открыт и белое как мел лицо Краммера, обильно усыпанное осколками темных очков, выглядело до нелепости странно. Особенно смущала лишенная стекол оправа, криво сидящая на носу. Губы полковника шевелились, будто он читал последнюю молитву.

— А ты, оказывается, живучий, — проговорил Вольф, аккуратно присаживаясь на корточки. Ребра откликнулись резкой болью.

— На себя посмотри, кретин, — еле слышно огрызнулся Краммер, поворачивая голову. — Я-то в броне нахожусь, а вот ты как выжил — это для меня остается загадкой. То ли везет тебе, то ли бессмертием обладаешь…

— Бессмертием? — усмехнулся Андрей. — Пожалуй. Только чего оно стоит, когда все вокруг рушится. Любой удар, и ты труп.

Полковник попытался пошевелить рукой, но его защита, лишенная источника энергии, теперь стала надежной ловушкой.

— Кто ты, черт тебя возьми? — скривив бледные губы, спросил он.

Андрей тяжело вздохнул.

— Тебе это настолько важно, что ты готов без разбора убивать? Ради чего, Краммер?

— Ты же не глупый, Слейк…

— Зови меня Вольф.

— Вольф? — немного удивился полковник. — Хорошо. Ты же понимаешь, Вольф, что самое ценное в жизни. Нет ничего дороже власти. Власть дает человеку все, включая богатство и уважение. Разве не так?

Стронгер сочувствующе улыбнулся.

— А как же устав, Краммер? Ты же давал присягу.

— И что из этого? — дернулся полковник, стряхивая со лба осколки черного стекла. — Чтобы нормально жить в Йорне, надо быть вхожим в элиту общества, Вольф. Только за центральным периметром есть настоящая жизнь, полная всех благ. Город небольшой, поэтому добиться честной службой какого-либо повышения — это вообще немыслимо. Йорном правят только благородные династии членов Совета.

Немного помолчав, Краммер продолжил:

— Я хочу по-человечески жить, Вольф. Я всю жизнь мечтал находиться там, где сидят они.

— Так женись на благородной женщине, — посоветовал Андрей, между делом открыв один из блоков брони. Энергии действительно нисколько не осталось.

— Ты сам-то понял, что сказал? — фыркнул полковник. — Существует четкая граница, переступив которую, человек оттуда потеряет все, включая свою семью. Это не вариант.

Стронгер с грохотом захлопнул крышку блока. Он прекрасно осознавал, что жизнь Краммера зависит сейчас только от него. Равно как и смерть.

— А зачем тебе нужен я? — спросил Вольф. — Я не имею отношения к элите Йорна. Даже косвенного.

Полковник поморщился. Его щека дергалась нервным тиком.

— Ты представитель иного мира, Вольф. Мира, запрещенного к упоминанию на Тиартоге. В твоей голове есть знания, которые помогут мне достигнуть заветной цели. Мне нужно топливо для космического корабля.

— Ну и ну, — присвистнул Андрей. — И после такого заявления ты думаешь, что я поверю в сказку о теплом местечке в центре Йорна? Да со своими головорезами ты бы уже давно завоевал весь город. Тебе ведь захотелось мирового господства, так? Стать диктатором.

— Это бред, — буркнул Краммер, отводя глаза. — Есть сила, контролирующая всю деятельность людей вне города. Против нее пойти, у меня, увы, пока шансов нет.

— Какая сила? — напрягся стронгер, готовый ради нужной информации уже применить пытки.

— Веллирок, — полковник скорчил недовольную гримасу. — Они заправляют всем. Оружие, техника, медицинские препараты — все производят только жители острова. У них монополия на все высокие технологии. К сожалению, они не являются людьми.

Вольф вздрогнул.

— Чужие?

— Не совсем. Модифицированные уроды. Потомки тех немногих мутантов, специально выведенных первопоселенцами для исследования океана, — Краммер вновь попробовал пошевелиться, но и эта попытка не увенчалась успехом. Его зубы явно начали стучать. — Холод жуткий… Поможешь?

Андрей молча встал. Его лицо не выражало никаких эмоций, а вот глаза… Если бы полковник мог видеть в темноте, то этот взгляд мог его заставить не на шутку поволноваться.

— Нет, Краммер, — наконец изрек Вольф. — Не помогу. Ни спасти твою шкуру, ни стать правителем мира. Таких охотников до власти, как ты, в Галактике гораздо больше нескольких тысяч миллиардов, и я к ним не питаю ни малейшей симпатии. Увы, полковник, твоя судьба теперь только умереть. Ты слишком много обо мне знаешь.

— Погоди, — встрепенулся Краммер, отчаянно моргая выцветшими ресницами. — Я о тебе совсем ничего не знаю. Это не повод меня здесь оставлять. А как же воинская честь? Ты же солдат, Вольф. Так же, как и я. Солдат обязан погибнуть на поле боя.

— Я не солдат, — бросил Андрей. — Я всего лишь раненый стронгер. И умереть ты обязан теперь здесь, в безлюдном подвале, где никто тебя не услышит. Прощай.

Стиснув зубы, полковник Джон Краммер неистово взвыл.