Анна добралась до своей комнаты бегом и почти весь остаток дня просидела там, никуда не выходя.

Анна ненавидела себя за то, что случилось на стене, и ещё больше ненавидела Виктора, который стал причиной её покорности. Никогда она не чувствовала себя настолько слабой и зависимой от кого бы то ни было – даже от короля она зависела всего лишь физически, но Виктор лишал её способности думать и принимать решения, хоть Анна и не понимала, отчего это происходит именно так.

У Анны были поклонники, но никто и никогда не смел заходить с ней так далеко, как делал это Виктор. Но Анна вынуждена была признать и другое – никто и никогда не касался её так… чутко. Никто и никогда не смотрел на неё с такой невесомой грустью, без единой доли вожделения. Анна не понимала этого взгляда. Если Виктор хотел подобраться к королю, в его глазах должен был быть холод. Если хотел саму Анну – в его взгляде должна была быть похоть. И то и другое Анна уже видела и легко отличала, но этой пронзительной грусти не встречала никогда. «Впрочем, – тут же поправляла она себя, – всё-таки встречала». И от мысли об этом ей становилось страшно. Глядя в глаза Виктору, она будто бы смотрелась в зеркало.

Поначалу Анна ожидала, что Виктор будет настаивать на её присутствии за обедом и ужином, но, к её удивлению, этого не произошло – только около трёх пополудни в дверь постучал мальчик с вопросом, чего она желает, и, выслушав длинный список ругательств, молча удалился. Через пятнадцать минут он вернулся с подносом, на котором стояло жаркое и графин с вином.

Анна обожгла слугу злым взглядом, но дождавшись, когда тот поставит поднос на туалетный столик и выйдет, набросилась на еду.

Вечером процедура повторилась.

В комнате не было ни книг, ни других развлечений, потому большую часть дня Анна отсыпалась и, когда стемнело, поняла, что больше спать уже не может.

Она позвонила в колокольчик, но на зов её никто не явился. Тогда Анна накинула свой дорожный камзол и, выйдя за дверь, двинулась вдоль коридора в поисках библиотеки. Она допускала, конечно, что ничего подобного в крепости вовсе нет, но слишком устала сидеть в одиночестве, чтобы не проверить.

Библиотека обнаружилась за двумя поворотами коридора. Анна осторожно, стараясь не шуметь, приоткрыла дверь и замерла на пороге, увидев силуэт Виктора у самого окна. Герцог стоял, сомкнув руки за спиной, и глядел в темноту.

***

Прошло всего лишь три дня с того момента, когда крепость начали готовить к прибытию Виктора и его гостьи. Часть угловых башен всё ещё была завалена старыми обломками, и даже в донжоне привели в порядок едва ли половину комнат. Крепость требовала внимания владельца, и всё время после расставания с Анной Виктор провёл, раздавая распоряжения и расставляя гвардейские посты – следовало помимо охраны замка организовать патрули на дорогах, которые уберегли бы обитателей форта от нежелательного внимания слуг короля.

Только ближе к ночи он наконец освободился. Спать не хотелось – Виктор уже привык проводить бессонные ночи в библиотеке в ожидании Анны. Однако и для встречи с объектом вожделения сил не было, так что Виктор решил дать Анне шанс немного освоиться и не тревожить её, пока у самого у него не появится план дальнейших действий. Он привёз Анну к себе, и сама Анна, кажется, не была против такого расклада. Виктор не воспринимал всерьёз попытки баронессы защититься на словах, а никаких действий для побега Анна не предпринимала. Виктор невольно стал задумываться: «Почему?» Конечно, его люди следили за пленницей, но ведь сама Анна не могла об этом знать. Виктор был уверен, что в первый же день Анна предпримет попытку к бегству – об этом говорило всё, что он пока что услышал и увидел, однако Анна весь день не выходила из комнаты. Это был или очень хороший знак, или очень плохой, но Виктор не был склонен видеть в любой ситуации худшее. Скорее уж наоборот, он всё трактовал в свою пользу и потому счёл прогулку по стенам маленькой, но всё же победой.

Однако Виктору было мало. И он был уверен, что дело тут не в жажде тела. Он хотел по-настоящему распробовать вкус своей добычи, и на это требовалось время.

Виктор рассчитывал провести тихую и одинокую ночь в библиотеке, однако сделать этого ему не удалось. Едва он уселся за стол и выбрал книгу, как в дверь постучали, и на пороге появилась Мишель.

Виктор постарался скрыть разочарование. Мишель в последнее время его утомляла.

– Милорд, – Мишель поклонилась и подошла к столу, за которым сидел Виктор.

– Да, Мишель. Если это не что-то срочное, я хотел бы отдохнуть.

– Простите, – Мишель отступила на шаг и замешкалась, однако уходить явно не собиралась.

Виктор со вздохом отложил книгу и откинулся на спинку кресла, приготовившись слушать.

– На самом деле ничего важного, милорд. Однако, я хотела узнать, как продвигаются успехи с нашим делом.

Виктор повёл плечами.

– Они продвигаются. Но ты должна понимать, что каких-либо особенных успехов за один день ждать не стоит.

– Да, милорд, конечно, просто… вы не передумали?

Виктор свёл брови и наградил Мишель задумчивым взглядом.

– Передумал?

– Да, милорд. Мне показалось…

– Сходи в церковь, Мишель. Это помогает.

Мишель поджала губы.

– Простите, милорд, – Мишель коротко поклонилась и направилась к двери.

– Мишель! – окликнул её Виктор у самого выхода, и девушка остановилась. – Я не хотел тебя обидеть.

Мишель повернулась, и в глазах её Виктор обнаружил проблеск надежды.

– Хотите, я помогу вам расслабиться? – спросила Мишель и будто бы ненароком скользнула пальцами по собственной шее. Пальцы у неё были длинные и тонкие – и всё же куда более грубые, чем у Анны – сказывались упражнения с мечом и привычка держать в руках поводья. Горло у Мишель тоже было красивое – нежное и бледное, но глядя на это короткое грациозное движение, Виктор всё равно почему-то подумал об Анне.

– Не стоит, – сказал он и приложил руку ко лбу, пряча взгляд между пальцев, – я на самом деле устал.

Мишель коротко кивнула и снова повернулась к двери, но замерла вполоборота.

– Милорд, позволено ли мне будет сказать?

– Само собой.

– Откажитесь от этой затеи. Это был дурной план.

Виктор вскинулся и внимательно посмотрел Мишель в глаза.

– Стало быть, ты передумала?

Мишель помолчала, но после долгой паузы всё же ответила:

– Да. Я передумала.

Виктор усмехнулся.

– Ну, уж нет. Начатого вспять не повернуть. Если мы бросим всё сейчас, нас всех обезглавят.

– Как прикажете, милорд, – Мишель поклонилась, и Виктор уже вернулся к столу, решив, что разговор окончен, когда от двери опять прозвучал голос его соратницы.

– Герцог…

Виктор обернулся и приготовился уже ответить резкостью, но натолкнулся на странный, полный боли взгляд и промолчал. Лишь кивнул, давая понять, что разрешает говорить.

– Герцог, почему вы никогда не были со мной таким?

– Каким – таким? – спросил Виктор, с трудом сдерживая раздражение.

Мишель пожала плечами.

– Таким… мягким.

Виктор дёрнул плечами.

– Я должен был?

– Нет, – Мишель опустила взгляд, – конечно, нет.

Она вышла, наконец, оставив Виктора в одиночестве, но чтение не шло, и герцог попросту остановился у окна, глядя в темноту. Он простоял так от силы полчаса, размышляя о прошлом и будущем, когда дверь снова скрипнула.

***

Анна собиралась было незаметно скрыться в коридоре, но не успела. Виктор обернулся и встретился с ней взглядом – тем самым, от которого Анне всякий раз не удавалось сбежать.

– Я заблудилась, – Анна изобразила невинную улыбку. Она всё ещё собиралась удалиться, но сама не зная почему, не шевельнулась.

– Что вы искали?

Анну преследовало странное чувство, что смысл слов не имеет значения. Виктора не интересовало, что она искала. Виктор просил её остаться, хотя и тени этой просьбы не было в том, что он произнёс вслух.

– Библиотеку, – вздохнула Анна и закрыла дверь за спиной. – Я искала, что можно почитать. Отвратительно спала прошлой ночью, зато весь день… Ну, вы сами знаете.

– И теперь вы не можете уснуть.

Анна устало кивнула. Прошла в комнату и присела на краешек стола рядом с Виктором.

– А вы? Там за окном есть что-то интересное?

– Там вы, – Виктор криво усмехнулся.

– Неудачная шутка, – Анна резко встала, но Виктор перегородил ей дорогу. Он оказался опасно близко, и Анна, уже смирившаяся со странными приступами слабости, накатывавшими на неё в такие минуты, поторопилась сесть обратно, чтобы избежать обострения.

– Я не шучу, – сказал Виктор, не сводя с Анны тяжёлого взгляда. С минуту они смотрели друг на друга, а потом Анна отвела взгляд к окну.

– Что произошло сегодня днём? – спросила она после долгого молчания.

Виктор отступил в сторону и присел рядом с ней, также скрестив руки на груди.

– Я не хотел вас обидеть. Там… было так красиво. И ваш силуэт на фоне солнца… И мне показалось, что вы должны запомнить этот момент. Так же, как я.

Анна искоса посмотрела на него и на секунду поджала губы.

– Я не об этом, – сказал она наконец. – Там, наверху… Был момент… Вы как будто исчезли. И я думала, вы исчезнете совсем.

Виктор криво улыбнулся, одним только уголком рта, и улыбка эта даже тенью не коснулась его глаз.

– Я просто вспомнил, – сказал он и тоже отвернулся к окну.

Виктор колебался. Ему хотелось преодолеть то недоверие, которое закрепилось между ними. Хотелось самому знать, что за человек оказался рядом с ним, но рассказывать о себе он не хотел. И всё же герцог понимал, что кто-то должен сделать первый шаг, и вряд ли это будет Анна.

– Я вспомнил, – повторил он, – как вернулся из Ганолы. Почти десять лет тому назад. Это было на этом же берегу. Там же… где пристал к берегу Карл. И я тогда так же не знал, не обезглавят ли меня.

Анна, всё это время смотревшая на него, коротко усмехнулась и опять отвернулась к окну.

– Зачем вы так рискуете?

– Потому что мне нужны вы.

Анна искоса посмотрела на герцога, а затем коснулась пальцами век и быстро убрала руку.

– Я не понимаю, – сказала она.

– Поймёте, – теперь уже усмехнулся Виктор, – я сделаю для этого всё.

– Это глупо. Вы же не дурак, герцог. Вы должны понимать, что король…

– Я не боюсь короля, – оборвал её Виктор, и в глазах его свернула злость, – хватит. Он забрал у меня достаточно – и больше уже не сможет забрать ничего.

– Он может забрать у вас жизнь!

Виктор усмехнулся и пожал плечами.

– Это не очень-то много.

Анна покачала головой.

– Вы же не сможете держать меня здесь вечно.

Виктор пожал плечами.

Анна продолжала смотреть на него с недоумением.

– Вы в самом деле готовы выступить против него?

Виктор вздрогнул и внимательно посмотрел на Анну.

– А если да?

– Если да?

– Если я сделаю это, вы останетесь со мной?

Анна поджала губы и отвернулась.

– Это безумие, – сказала она тихо.

– Вас только это беспокоит? Вы боитесь?

Анна долго молчала.

– Я вам не верю, – сказала она наконец.

Виктор ничего не ответил, и, в конце концов, Анна повернулась к нему, чтобы отыскать ответ у герцога на лице.

– Это изменится, – сказал Виктор спокойно. – Просто попытайтесь. Впустите меня в свою жизнь.

Анна опять отвернулась.

– Я вас совсем не знаю.

– Вы ищите причины отказаться от меня. Я – причины остаться с вами.

– Вот этого я и не могу понять.

Виктор не ответил. Притянул её к себе и осторожно поцеловал в висок. И снова Анна не нашла в себе сил отстраниться.