Группа подрывников из пяти человек поднималась первой.

Валимира не знали, но его привел Виткас -- и никто не сомневался, что свой. Старший по группе Иван похлопал парня по плечу и, не раздумывая ни секунды, обнял его, как старого знакомого, который пропал и вдруг объявился, и лишь хмуро взглянув в сторону начальника экспедиции, который внезапно проявил интерес, допытывая, кто такой и почему вдруг решил стать подрывником.

-- Наш это парень, наш! -- подтвердил Бабилон, который оставался за старшего вместо Ивана, если вдруг приходилось разрывать отряд подрывников на две, а то и три группы. Оба они были примерно одного возраста, но Иван щуплый и невысокого роста, а Бабилон косая сажень в плечах и видом грозный. -- Знаем его, как облупленного! Работал с нами...

-- Сколько?

-- Года два... За большим рублем погнался...

Бабилон остался с четырьмя подрывниками, с которыми Валимир познакомиться не успел, они отправились на гору собирать раненных, и увидел, только когда тянули жребий Бабилон и Иван. Антон и Дан вызвались сопровождать Ивана сами. Но и с ними познакомиться как следует не удалось. Поднимались без слов и быстро. Валимир не переживал, все впереди, успеет. Главное, что Виткас рядом и рюкзак с заветной ношей за плечами -- и в лагере их нет! Изредка он ловил подбадривающий, хитрый-хитрый взгляд друга, понимая, что он думает о том же.

Их сопровождали еще десять человек. Эти были не столько неразговорчивы -- недовольные, что несли и взрывчатку, и продукты, сколько не разговаривали с ними. Между собой они знали друг друга хорошо, и относились с пониманием. Всем выдали продовольствие на неделю, полный комплект снаряжения, теплые вещи, палатки и спальники.

Вышли сразу после гибели Дракона, спустя полтора часа. Рассчитывать приходилось только на свои силы. Пятнадцать человек поднимались быстро, но вся экспедиция вряд ли успеет преодолеть столько же, тем более, что части людей требовался подъем с помощью снаряжения. Самое смешное, что в этих горах, кажется, не было места, чтобы разместить столько людей. Горы уходили вверх почти отвесно. А если и были площадки, то небольшие, со многими скалами. Зато в изобилии открывались гроты и пещеры, которые зияли своими дырами в стенах пропастей, до которых было не добраться.

-- Может быть тут? -- наконец предложил кто-то из тех, кто поднимался в последней группе.

-- Не-а, тут нет земли, тут только снег, -- повернулся Виткас, останавливаясь и засматриваясь на место, на которое показал смотрящий.

-- Много понимаешь! -- разозлился смотрящий. -- Проверьте.

Один из пяти снял рюкзак, заложил динамит и вернулся на ступени.

Снег сошел сразу, обнаружив под собой пропасть.

-- Я же сказал! -- ухмыльнулся Виткас, подбрасывая рюкзак и поднимаясь вверх.

Вечерние сумерки наползли на скалы, внизу, в подножии, где остался лагерь плескалась тьма, которая поднималась все выше и выше. Здесь было еще светло от сияния белесого неба, которое освещалось солнцем из-за гор. Наконец, Виткас остановился и сам указал на ни чем не примечательное место.

-- Здесь!

-- Но здесь ничего нет! -- прикрикнули на него сзади.

-- Есть, -- ответил Виткас, зарисовывая схему расположения взрывных устройств.

Спорить не стали. Подрывники работали быстро.

-- Воткни кол в той пещере! Ночью вытащить людей оттуда будет не так легко... -- горячо прошептал Виткас Валимиру, когда тот вернулся, оставив динамит подрывникам. Он указал на узкий проход по выступу скалы и зияющую дыру чуть поодаль.

Дыра была вытянутой и скорее походила на расщелину в скалах, чем на проход в пещеру. К ней вел небольшой выступ, по которому мог пройти свободно лишь один человек. Валимир понял друга с полуслова. Он протиснулся по выступу и вошел в пещеру, вынув один из кольев. И кол сразу же загорелся в руке, как факел.

-- Эй, ты куда?! -- закричал ему вслед оборотень.

И сразу же услышал голос Виткаса, который ответил слегка виновато.

-- Это я его послал. Все на площадке не поместятся. А вдруг там есть еще место...

Никаких знаков присутствия в этой пещере людей не было. Пещера была огромная, с высокими сводами, с нависающими сталактитами и сталагмитами. Уходила вбок, заканчиваясь несколькими разветвленными узкими ходами. Пожалуй, один кол погоды не сделает. Он вытащил еще пять дубин, и воткнул их на равном расстоянии друг от друга, присыпав землей и осыпавшимся щебнем. После этого сел и попросил дерево свершить чудо, затянув корнями пол пещеры. Вряд ли оборотни догадаются, что это он посадил неугасимое поленье дерево, если дерево успеет разрастись. Спишут загрязнение на прошлое посещение троицы. Само дерево оборотни и вправду не чувствовали. Они поднимались со стрелами и никто ни разу не заподозрил. Даже на посохи посматривали равнодушно. Посохи старались надолго на земле не оставлять. А может быть ступени перебивали запах стрел, они были теплыми и очистившимися от снега, и ни он, ни Виткас не сомневались, что кто-то оставил дерево здесь, узнавая колышки, вбитые в камень. Или дерево прикрывало себя, как тогда на поляне. Зато оборотни хорошо чувствовали огонь, который исходил от него, когда он горел или начинал обогревать пространство.

Он торопливо вышел, показав Виткасу два пальца. Два часа для неугасимого поленьего дерева, наверное, дереву хватит. Тот сразу догадался.

-- Поднимаемся вверх! -- приказал он всей группе.

-- Так, может, нам в пещере укрыться? -- предложил один из оборотней, наблюдавший за Валимиром.

-- А если ее обвалит от взрыва? Мы же не знаем, какая здесь порода! -- посмеялся он, начиная подъем первым. -- Так надо...

Иван слегка удивился, но последовал за Валимиром, шикнув на Дана и Антона, которые лишь кивнули согласно.

Оборотни неохотно последовали за ним. В виде людей они уставали, почти как люди. Виткас не торопился и поднимался не меньше часа, внимательно присматриваясь к вырастающим с обеих сторон лестницы снежным заносам. Наконец, остановился и махнул рукой.

Раздался взрыв, и снежная масса покатилась вниз.

-- Наших не раздавит? -- испугался один из оборотней.

-- Куда там! Лавина уйдет в сторону. Не заметили разве, ступени расположены по спирали? -- по доброму проговорил Иван. -- Прямо на эти горы не подняться. Да и снега сошло не так много, как я ожидал.

Снег и вправду оборвался и застрял много ниже того места, на котором они остановились. Еще час спускались вниз. Оборотни сразу направились к пещере. И через несколько мгновений вывалились из нее чертыхаясь.

-- Мне, кажется, эти горы пропахли огнем насквозь, -- сказал один из них недовольно.

Спать на огненной земле им не разрешалось. Впрочем, они и сами не горели желанием.

-- Но троицы в ней не было, только этот... -- он кивнул на Валимира.

-- Так сами же меня послали ее обследовать, -- виновато произнес Валимир, недовольный упреком. -- Вы хотите сказать, что это я ее заразил?! Я ничего не почувствовал. Мне хорошо там будет. Он пропустил оборотней и проскользнул на площадку перед входом. Лучше я сгорю, но высплюсь. Завтра еще один подъем. Вы идете?

Виткас направился следом. За ним еще трое подрывников. Спать на огненной земле им было не впервой.

-- Ладно, -- согласился старый оборотень. -- Через час будем ужинать. Мы поставим палатку и разведем огонь.

-- Ребята, я не знаю, что вам не спится с нами, но нам проще ужин приготовить, нам палатки ставить не надо! -- сказал Виткас недовольно. -- Сколько ночуем, ни один из наших не заболел... И огонь проще сохранить на ночь.

-- Отдайте им продукты. Пусть готовят на всех, -- согласился старший по охране. -- А лучше иди с ними и помоги, -- приказал он одному из своих. -- Ты у нас за кашевара, вот и займись делом. Наши пока еще тоже все целые.

-- Есть! -- отсалютовал оборотень, отправляясь вслед за оборотнями, которые несли продукты, и за подрывниками, которые протискивались в пещеру за ними.

Огонь развели на одном из мест, где Валимир посадил поленье дерево. Огонь вспыхнул ярко, но оборотень не удивился: для быстроты положили две пачки сухого горючего. Оборотень быстро сварил в сложно устроенном ведре, которое складывалось до сковородки, кашу с тушенкой и нагрел два котелка воды, один побольше, второй поменьше, заварив крепкий душистый чай. Пятеро подрывников уже разложили спальные мешки и грелись у огня, дожидаясь ужина.

Валимир и Виткас переглянулись. Наконец, оборотень, сославшись, что ему надо позвать остальных, вышел.

-- Быстро, быстро, быстро! -- вскричал Виткас, обнаружив такую прыть, будто не лез целый день в гору.

Но Валимира не стоило поторапливать, он уже держал маленький котелок прихватом. Чай из него разлили по кружкам, сполоснув, наполнили из большого, предназначенного оборотням. Освободили посуду, выливая из нее чай в большой котелок, протерев кружки полотенцем. Чая для подрывников оказалось не так много. Уложились в три-четыре минуты. Трое других подрывников следили за ними в ужасе, но или ужас приклеил им языки, или подозрение, что все это не спроста, когда через пять минут ввалились десять оборотней со своими спальниками, чтобы не сидеть на голой земле, все осталось точно так же, как когда повар ушел за остальными.

-- Тепло тут у вас, уютно, -- сказал один из оборотней, стряхивая снег.

-- Так и я ж не понимаю, какого лешего вы там, а мы тут! -- проговорил один из подрывников обижено.

Дружно поели. Чай разливал повар, пятерым подрывникам из маленького котла, сопровождающим и поднимающим динамит из другого. Оборотни поснимали с себя теплую одежду, кто-то сходил за своим рюкзаком и переоделся в чистое, потеревшись снегом.

-- Чего делать-то будем, если один из них вырубится раньше, а остальные не заснут? И мы не уснем... Похоже, они ждут, когда мы вырубимся, -- тревожно прошептал Валимир, наблюдая за тем, как все десять оборотней с усмешкой посматривают на них. -- Как-то бы их отвлечь друг от друга...

-- Через сколько оно действует? -- так же шепотом поинтересовался Виткас.

-- Примерно через полтора -- два часа, если судить по тому, через сколько отключился ты... Но я думаю нам фигачат в двое больше, у нас ужин на полтора часа позже, а уснуть должны вовремя...

Виткас кивнул, и сразу широко улыбнулся.

-- Ребята, давайте хоть познакомимся, а то столько вместе, а по именам друг друга не знаем...

-- Не положено, -- ответил старший оборотень. -- Собирайтесь, -- приказал он своим.

-- И под коньяк? -- опешил Виткас, вытаскивая бутылку коньяка, пуская ее по рукам. -- Царев коньяк, мы его к столу Их Величеств поставляем! Кто увидит?!

Оборотни зашумели, принимая бутылку из его рук. Бутылка пошла по рукам.

Трое подрывников смотрели на Виткаса с немым изумлением, разинув рот. Иван попробовал его остановить. Бутылку коньяка хранили на особый случай. Свои Виткаса старались поддержать, понимая, как ему тяжело, хоть он и не показывал виду. Смерть брата и его веселость никак не вязалась с последними событиями. Заметив хмурый взгляд Ивана и опустившиеся плечи, Виткас добродушно улыбнулся.

-- Тяжело таскать, Иван, -- он виновато посмотрел на него. -- И печень пошаливать начала... Да и помянуть бы... Но горе-то не у них, у меня, чего ж настроение людям портить?

-- Своим бы... -- расстроился Иван, кивнув, и расстроился еще больше, когда Валимир к нему обернулся и прижал палец к губам, осуждающе покачав головой.

Расстроенный Иван оборотней лишь подзадорил. Антон и Данька держались в стороне, собираясь юркнуть в пещеру, но их тут же остановили, и оба, недовольные, залезли в спальники. А когда Виткас вытащил бутылку коньяка, зашевелились, придвигаясь к огню поближе.

-- Ну, наливай, коли не жалко, -- согласился оборотень.

Виткас разлил коньяк, наливая всем смотрящим по девяносто грамм, и чуть-чуть плеснул подрывникам.

-- А что это вы себе так мало? -- подозрительно покосился один из оборотней.

-- Так мы ж давно друг друга знаем! Закон гор, для гостя не жалей, на себе экономь...

-- Первый раз про такой слышу... -- с одобрением произнес оборотень и тут же отвлекся, чокаясь кружками с остальными.

Коньяк выпили, недовольно покосившись на пустую бутылку. Как-то по особенному посмотрели на старшего по охране. Для разогрева спирт людям выдавали, но небольшими порциями, по пятьдесят и по сто грамм, и только тем, кто долго работал на снегу.

-- Ладно, -- старший оборотень махнул рукой.

Он вышел и через пять минут вернулся со спиртом. Его слегка развели и подогрели. На этот раз разлили всем поровну по пол кружке, но Виткас недовольно покосился на товарищей.

-- Нам взрывать, а это, знаете ли, с похмелья не делается, -- виновато произнес он.

-- Ну так, и давай обратно, -- обрадовался один из оборотней, подставляя кружку. За ним потянулись другие.

-- По глотку-то можно, -- разрешил Иван, осудив Виткаса, заметив обиженные лица Дана и Антона.

Оборотни расслабились. Между ними завязался разговор. Но глаза пьянели не у всех. Валимир и Виткас в ужасе переводили взгляд то на одного, то на другого, замечая, что глаза некоторых начинают тускнеть, а зрачки становится расширенными. Многие из них засобирались, поняв, что спирт тоже закончился.

-- Я это, я в танцевальной группе... По стриптизу мы... -- улыбнулся Валимир, нехотя поднимаясь. -- С Зулейкой и Ибн-Ибрагимом... По другому их звали, но я их такими запомнил. Погибли они под лавиной вчера... Эх, что-то меня пробрало... -- он сделал скорбное лицо, почтил их молчанием и вернулся в обычное равнодушное состояние. Потом слегка опьянел, поднялся и прошелся по кругу, старательно работая животом и попой, как его учил Зуля. -- Мани, мани...

Он пощелкал пальцами, слегка заискивающе посмотрел на Ивана и томно облизнул губы, поработав во рту языком, слегка закатил глаза, заметив, как округлились глаза у Ивана, а у Дана и Антона вытянулись помрачневшие от стыда лица. Но оборотни расслабились, рассаживаясь удобнее в ряд и освобождая для него место. Для них это было не в новинку, не имея души, оборотни не брезговали своими, зачастую предпочитая близость с мужчиной близости с женщиной.

Лишь бы не смотрели друг на друга...

Танцевать долго не пришлось. Валимир едва успел снять с себя рубашку и расстегнуть брюки.

-- Чего это с ними? -- озабочено поинтересовался Иван, кивнув не свалившихся мертвым сном. Потом повернулся к Виткасу и с осуждение произнес: -- Не ожидал от тебя.... Ты это... Ты скажи ему, пусть уходит... Нам срама не надо...

-- Часа не прошло, полчаса всего лишь, -- заметил Виткас, пропустив слова Ивана мимо ушей. -- Дядя Ваня, мы срамоту сейчас видим, -- он кивнул на оборотней. -- Это мы должны были быть на их месте, а он, -- он кивнул на Валимира, -- нас здорово выручил.

-- Это алкоголь, бабка у меня такое зелье варила, -- ответил Валимир. -- Я думаю, скоро представление будет почище того, которое я вам показал. Сколько времени?

-- Десять... Припозднились мы сегодня. Обычно в девять уже спим...

-- Зато встаем рано. До двенадцати надо ждать, кто-то должен несть охрану, -- огорчился Валимир, что не может прямо сейчас показать то, о чем он не говорил даже Виткасу, уверенный, что он ему не поверит.

-- А нам торопиться некуда, -- пожал плечами Виткас. -- И ребят надо помянуть. По-человечески.

Время пролетело незаметно. Рассказывали о себе. В основном Валимир, остальные друг друга знали. Но он был задумчив и свою жизнь открывать не торопился, как когда открыл ее перед Виткасом. Знал, не поверят. Порылись в рюкзаках, нашли еще заварки и сахара, достали банку тушенки. Ребята не сразу отошли от того, как он повел себя перед оборотнями, Иван успокоился только тогда, когда он рассказал, как познакомился с Зулей и Игорем.

Незаметно время приблизилось к полуночи.

-- А сейчас представление будет почище того, которое я вам показал, -- усмехнулся Валимир. -- И тебе, Виткас, посмотреть полезно. Айда на улицу! -- позвал он, подавая пример.

Трое подрывников последовали его примеру. Последним поднялся Иван.

Лагерь с высоты чуть в стороне просматривался, как на ладони, в лагере ярко полыхали костры. Дров не жалели, наготовили с избытком, леса в низине было достаточно. Ночь стояла тихая и безоблачная, на небе зажглись огромные яркие горошины. Из-за дальних выплывала неполная нарастающая луна.

-- Ты что-нибудь видишь? -- спросил Валимир Виткаса, прислушиваясь к тишине. Гора уснула.

-- Вижу, но не так хорошо, как видел бы днем, -- ответил Виткас.

-- Есть что-то? -- спросил Валимир, позавидовав глазам друга. -- Эх, нам бы бинокли!

-- Так это, у меня есть и у этих... -- покачал головой Иван, не понимая, что затеяли два парня. Одного он знал, а во втором было что-то отталкивающее, но не так чтобы очень. Ловко он провернул с чаем -- подумать страшно, что их поили отравой. Но как он вел себя... Не к добру это.

-- Надо взять, но так, чтобы потом не учуяли. Нюх у них хороший, -- предупредил Валимир.

-- Мы там наследили везде, а взять можно в ихних рукавицах. Скажем потом, что взяли, чтобы сушиться положить... ближе к огню!

Сходили в пещеру, порылись в рюкзаках, осмотрели оборотней, у многих бинокли болтались на шее. Охрана была не только лучше обеспечена техникой, но и оружие при себе имела в достатке, и приборы ночного видения. С биноклями лагерь просматривался гораздо лучше, до него было километра четыре...

-- Чего мы тут высматриваем-то? -- спросил один из подрывников тревожно.

-- Ночного зверя, -- ответил Виткас, заметив, что людей в лагере стало больше. Они заполонили весь участок, который занимали высокопоставленные лица. Костры возле их палаток загорелись ярче.

И вдруг ночную тишину прорезал крик. Едва слышный отсюда.

Все пятеро вздрогнули и облились ужасом. Представление началось...

-- Что это? -- в ужасе прошептал один из подрывников, сглотнув слюну.

-- Вампиры, -- ответил Виткас, не глядя в лицо Валимира.

Лица всех пятерых были белыми, как снег. Никто не произнес ни слова, пока вампиры просто резали людей. Двоих вырвало со скалы, и блевотина полетела вниз, забрызгав вход в пещеру, когда начались издевательства.

-- Они нас убивают? -- спросил кто-то шепотом, срывающимся голосом.

-- Нет, поздравили с днем рождения, -- удивительно спокойно произнес Валимир, затаптывая рвотные массы и сбивая носком ноги вниз, старясь не смотреть туда, откуда доносились крики. Два дракона, которые были далеко, почувствовали его кровь и приближались, и как всегда левая половина стала липкой и тяжелой. Теперь, когда картины ужаса, которые творились в лагере, были перед глазами, сознание как будто отключилось, отказываясь верить. Его самого поташнивало, хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать крик, который эхом проносился над горами, усиливаясь и повторяясь многократно.

-- Но зачем?! За что?! -- отчаяние вырвалось сразу из трех глоток.

-- Жрать хотца! -- ответил Валимир зло, привалившись к стене, чтобы не упасть вниз. -- Воскресшие мертвецы... А Спаситель наш, разве не воскресший мертвец? Вот, Иван, умер ты... Пролежал три дня. Вонять начал. Люди и через день пахнут гнилым. Захотел бы, чтобы воскресили тебя?

Иван растерялся.

-- Люди умирают, не для того, чтобы воскреснуть, а освободиться от бренной оболочки, и предстать перед Богом. А эти... эти Бога бояться. И поднимают мертвеца, как мечту. И людям его показывают, вот, мол, видели, праведность Бога Нашего, который жив... А где он? Если он смог вложить персты в свои ребра, и видели его и не видели, кто он? Привидение... Хочешь ли ты, Ваня, быть привидением?

-- Но ведь добру учит! -- недобро посмотрел на Валимира Иван.

-- Это, Ваня, он нас с тобой учит, чтобы мы баранами остались, а их, пастухов, он учит другому. Вот этому он их учит. Смотри, Виткас, они шутя... одному Зов накладывают, другому Проклятие... Не настоящий, самого человека там нет, работать будет, как у меня. Не вампир, не оборотень... Проклятый.

-- Раньше люди их боялись... -- мрачно произнес Виткас, присаживаясь на корточки рядом с Валимиром. -- А теперь их как бы нет. А если нет, то и бояться некого. До меня только сейчас доходит, что все, что творится там, за горами, мало чем отличается от того, что происходит здесь.

-- Дак, мужики, спасать людей-то надо... Вы бы мне сказали, я бы остался... -- Иван присел по другую сторону от Валимира. Руки у него тряслись, и сам он осунулся. -- Всякое видел... Но это... Где же Бог-то тогда?! Что ж он смотрит?!

-- Пройти мимо двух ангелов и вращающегося меча, взять от дерева жизни и поесть... -- Валимир постучал себя по лбу. -- Вот здесь это дерево. Человек и душа его, как два ангела... И круг и меч тоже тут. Нет души, и не чувствует человек боли, глаза видят, а ум не принимает. Вы думаете, они сейчас что делают? Они дерево убивают... И он это дерево -- Дьявол, который Жив. -- Валимир показал рукой на лестницу. -- И знаете, что?...

-- Что? -- спросил Виткас отрешенно. Слушать вопли, которые разносились эхом и достигали ушей, не было сил.

-- Мне не страшно, не больно, не стыдно говорить об этом, как когда я звал людей верить в то, во что верил, но не мог показать. Их бояться надо... -- Валимир зло сплюнул. -- Мы не в Раю, мы на земле, где сам Бог растит тернии и волчиц, чтобы те убивали человека. Полюбуйтесь на них. А полевая трава -- муть, которую мы едим, которой они нас кормят. А кого у нас живым почитают больше Спасителя? Правильно, Дьявола. Того самого Дьявола, который может в ум человека залезть и по головке погладить. Мы против Бога прем.

-- Так мы что же, за Богом гонимся?! -- улыбнулся Антон хитро.

-- Не гонимся, гоним. И готовим себе могилу. Начальство наше закончит с нами, примется за оборотней. Потом начнут друг друга пожирать, если в том есть хоть какая-то польза.

Крики стихли. В лагере начали расходиться по палаткам. Виткас собрал все, что они взяли у оборотней, разложил по местам. Один из подрывников глянул на спящих.

-- А почему мы их усыпили? Им бы тоже знать. Тогда мы могли бы бежать.

-- А эти знают. Это оборотни, которые нас, людей, охраняют. В полнолуние и они нас кушают, -- предупредил Валимир, отбрасывая осторожность и протягивая каждому по стреле. -- Вот, убить их можно только этим...

-- Надо бежать, -- проговорил Иван охрипшим голосом, молчавший долгое время.

-- Не получится, враз догонят. Это оборотни. Стая волков, наделенных человеческим умом, -- сказал Виткас, поверив в каждое слово Валимира, втыкая стрелу в землю. Стрела загорелась. -- Противно... Противно как... Так дерево горит, если только понимаешь, что среди нечисти живешь. И Бог -- Дьявол. Он где-то тут, с нами. И показывает.

-- Это не стая волков, -- поправил его Валимир, -- волк -- санитар леса. Он хищник, но не лучше и не хуже другого зверя. Если верить легендам, эти бегают в десять раз быстрее, в десять раз выносливее, и не умирают от обычных ран, -- он с неприязнью посмотрел на оборотня, развалившегося перед ним. Тот не раз подгонял его, тыча в спину дулом автомата. Вроде как не нарочно, но Валимир видел, что страх в его глазах доставляет ему удовольствие. -- Так хочется ткнуть в одного и проверить, как наше оружие работает, -- сказал он со злостью. -- Вот что, не могли бы вы прикрыть нас, если до нас и наших рюкзаков докопаются?

-- Ну, конечно, а что делать? -- оживились ребята.

-- Импровизировать... А еще постараться выжить до полнолуния. В полнолуние оборотни уйдут в погоню за Дьяволом, Маней, и Борзеевичем. Тут их останется немного. Полнолуние через пять -- шесть дней. Думаю, оно для них начинается чуть раньше, и заканчивается чуть позже. Тогда мы должны бежать, а раньше даже пытаться не стоит.

-- Значит, это они Мирку... Брата твоего... -- и Иван, и Дан, и Антон смотрели на Виткаса с болью в глазах.

Он кивнул. Воцарилось долгое молчание.

-- Ну да, если я пойму, что меня собрались сожрать, черта с два буду ждать! -- впервые подал голос Данька. -- Я вон, со скалы сброшусь, и пусть они за мной лезут!

-- Эти полезут, -- похлопал его по плечу Валимир. -- Запомните, в лагере чай, приготовленным для жратвы, наливают из белого чайника. Чая всегда кому-то не хватает -- вампиры не любят с отравой...

-- А ты откуда знаешь?

Валимир порылся в кармане у оборотня, который готовил еду. Он вытащил упаковку таблеток с сонным зельем.

-- Слышал разговор... Там, у дерева. Или отправляют из лагеря и приводят ночью. Тогда надо бежать. Лучше от пули сдохнуть, чем от издевательств. Так что пьем в лагере чай первыми, и спим независимо ни от каких обстоятельств. Раскроемся, сразу забьют насмерть, невзирая спим мы или не спим. Прежде, чем сообщить человеку -- готовим, и обязательно лишь после того, как я одобрю.

-- С чего это? -- разом вскинулись двое. -- Спасать надо всех!

-- А вы оборотня от человека отличите? -- с иронией поинтересовался Валимир. -- У них отметина есть, но не все могут рассмотреть. Даже я иногда ошибаюсь. Нам рисковать нельзя. Пусть каждый берет одного, который знать не будет, кто мы, и кто здесь главный. Людей надо подготовить. Спасаем будем столько, сколько сможем.

-- Куда бежать-то? Тут бежать некуда. Мы у них на виду. Если, как ты говоришь, это оборотни, они нас враз отыщут.

-- Не назад, вперед. Нам эту троицу нужно нагнать, -- твердо заявил Валимир.

-- Это... подождите... Люди в лагерь пришли со стороны. Если посылают целыми отрядами, чтобы вернулись, когда все спят, значит, они нас тоже боятся?

-- Это что-то новенькое. А если ребята не вернуться? Забыли, заблудились, провалились в пропасть...

-- А оборотни? Их же охраняют!

-- Эх, если бы оружие было! Стащить автомат и перестрелять всех. И опознать не трудно, они же нас за людей не считают.

-- Их пуля не берет. Серебро надо.

-- Если наделать дырок и башку отрубить -- не оживет. Видели, как они на горе подыхали?!

-- Логично. Можно и автоматом. Но серебро надежнее.

-- А если оборотни за троицей уйдут, как догоним? Они и их поймают, и нас заодно! За ними еще драконы уползли...

-- Не знаю, но догнать нужно. Дьявола им не достать. Борзеевича могут и достать, и убить. Но Маньку, если поймают, вряд ли убьют. Поверьте, она им нужна живая. Нас, проклятых, загоняют, чтобы мы сами... А мы ее отобьем -- и она нас к Дьяволу приведет. В любом случае, мне надо прогуляться по горам. Назад мне нельзя, меня там беда еще похуже ждет!

Виткас уставился на Валимира, совсем как в первый раз, когда услышал от него о вампирах.

-- Ты что, сдурел? Если судить по тем, кому все можно, а кому нельзя, людей среди нас не так уж много. Я склоняюсь к мысли, что нас взяли именно как пищу, -- он неопределенно кивнул в сторону лагеря. -- А все остальные идут за этими тремя. Ты хоть представляешь, сколько их? Как мы их отобьем?

-- Правильно, правильно! У них в земле не получилось, они решили, что здесь легче будет! Я об этой горячей точке много наслышан, -- поддакнул Данька. -- Сосед у меня вернулся, так мы всей деревней к нему ходили послушать. Там яблоки -- во! И эти... Всякие растения... -- глаза у него загорелись.

Виткас обернулся к нему.

-- Троица тут ни при чем, -- ответственно заявил он. -- Их тогда в той земле не было, они тут были, в горах. Я просчитал. Они ушли в горы зимой, а вернулись после всех этих событий. Там на стене календарь нацарапан. В прошлый раз они медленно шли. А когда вернулись, снова в горы подались. Наверное, что-то связанное с драконами достать. Видали, как в пыль обратился?!

-- А кто же тогда воевал? -- изумился Валимир. Сам он об этом и не подумал бы, но он и календаря не видел. -- Получается, они скоро год тут в горах? Ну да... оборотни говорили что-то про ключ...

-- У нас октябрь? Ну да, десятый месяц.

-- Круто! А я думал, больше месяца не протяну... -- Антон восхитился.

-- Ладно, давайте спать, утро вечера мудренее... -- предложил Данька. -- Ой, с этими спать... Я, наверное, уже не усну...

-- Я вот что придумал, оборотни шибко-то стены не рассматривали. А наши придут, почитают. Надо им письмецо бы оставить, -- предложил Иван. -- Я свою подпись черкну, Бабилон ее узнает и сразу поймет и поверит.

-- Нет, здесь нельзя. Тут все обнюхали, доложат, сразу на нас подумают. Надо пещеру найти, где эта троица останавливалась, -- остановил его Валимир. -- Да только как найти? И написать не успеем, опять обнюхают.

-- Наших в любом случае предупредить надо.

-- И рукавицы, которыми мы бинокли брали, к огню-то поближе. Запах учует, а мы все скажем: хотели как лучше, все же команда, вот и запах... Не такие уж они умные.

На следующий день с утра проснулись как обычно. Было уже засветло. Спальники, одежда и рюкзаки оборотней лежали рядом, как их положили с вечера, а самих их не было. На это как не сразу обратили внимание -- никто не знал, что от них ожидать. Возможно, ушли на разведку, такое с ними тоже бывало, или заблудились в пещерах. Посовещались, продумывая мелочи, чтобы оправдаться, когда те вернутся, немного удивившись, что их не разбудили. Немного проспали. Пора было завтракать, но решили оборотней подождать.

Антон, парнишка лет двадцати, чем-то похожий на Ивана, невысокий, с рыжими волосами и веснушками, которые на солнце стали еще ярче, высунулся из пещеры до ветру и за снегом, тут же вернулся обратно, бледный, как смерть. Он что-то пытался сказать, но губы его дрожали, рот открывался беззвучно, а рука тыкала пальцем в сторону входа в пещеру.

Глядя на него, перепугались все. Кто-то подал ему воды.

-- Там... живой оборотень! -- он снова ткнул пальцем на вход.

-- Тьфу ты! Ты нас всех так раскроешь... -- рассердился Валимир. -- Они и вчера живые были. Умер бы кто, вот был бы страх, точно на нас свалили бы.

Валимир поднялся и вышел. Пора было устанавливать сигнальные ленты и отправляться дальше. Но спустя мгновение он вернулся еще бледнее, чем его спутник. Антон все-таки был южанин, и бледность его лица закрывал серый налет загара.

-- По-по-хоже пол-пол-нолуние началось... -- слегка заикаясь, произнес Валимир и посмотрел на товарищей таким взглядом, от которого по спинам побежали мурашки.

-- В смысле? Кто-нибудь объяснит мне...

-- Они там! -- Валимир пришел в себя. -- В зверей превратились. Все десять. Я сосчитал. У палатки сидят.

-- Это мы их? -- тихо простонал Антон.

-- Как? Сонным зельем? Нет, тут что-то другое...

-- Земля... -- возбужденно вскрикнул Данька, который вечером рассказывал про соседа, успевшего поучаствовать на войне с проклятой землей. Глаза у него просияли. -- Здесь земля такая же, как там, за горами. Там люди тоже в зверей превращались, а обратно никак!

Валимир и Виткас переглянулись.

-- Суки! А нам-то что делать? Может, стрелы опробуем? -- деловито предложил Виткас, загоревшись идеей.

-- Не спеши, подумать надо, -- Валимир нервничал, но он уже пришел в себя, тогда как остальные тряслись, стуча зубами. Он кивнул головой в сторону поджидающих их зверей: -- Им, похоже, сюда не сунутся. Мы спали, опоенные зельем. Было холодно, внизу еще тепло, а здесь мороз. Пили. Коньяк... спирт... Я показывал стриптиз. Вырубились. Они, похоже, тоже уснули, но еще не спали... Мы проснулись, а товарищей нет. Перетрухали. Сидим, не знаем что делать... Какой с нас спрос?

-- За раскрытие государственных секретов нас могут к столу вперед на очередь поставить! Какой спрос? Да без спроса! -- с ужасом вскликнул Виткас. -- Бежать надо...

-- Бежать бесполезно. Если за нами оборотни погонятся, нас за час словят, -- голос Валимира становился увереннее. -- У Дьявольской банды опыт есть, а на моем счету ни одного оборотня. У нас стрел всего штук сто пятьдесят, и кольев штук двадцать. Но их можно срезать на ступенях... А как мимо этих? -- Валимир кивнул на вход.

-- Предлагаю замуровать себя в пещере, -- деловито предложил Данька. Дану было лет тридцать, но выглядел он много моложе. -- Обвалим вход. У нас же динамит! Мы здесь долго сможем продержаться. А что, продукты есть, теплая одежда есть, даже ваш огонь... ветка ваша...

-- Тоже выход. Но лучше не здесь, там, -- Валимир кивнул в сторону задней стены. -- Надо пещеру исследовать, там ходы...

Все пятеро начали успокаиваться. По крайне мере, надежда была.

-- Вы, пацаны, как хотите, а я, если выживу, буду неделю бухать. Рюкзак повара-то у нас, надо бы поесть!

Все согласились. После пережитого Антон уже тоже пришел в себя.

Поели. Зажгли ветви неугасимого полена и двинулись в глубь первого прохода. Сразу за вторым поворотом пещера расширялась, упираясь в широкую и глубокую яму, заполненную водой. Дно ямы едва просматривалось. Дальше пещера круто уходила вверх узким проходом, из которого с журчанием вытекал небольшой ручей, заполняя яму. Двое тщательно изучали породу, из которой состояли стены.

-- Это не гора, а кладовая... -- с удивлением произнес один из подрывников, изучающий своды и стены. Тихий незаметный Дан, Данька, скорее был любителем, чем специалистом. Он и на геолога выучился, чтобы собирать камни со знанием дела. Не в пример остальным глаза его горели ярче факела. -- Я бы тут пожил еще... Гора несомненно образовалась двумя способами: вулканическим и поднятием грунта в следствии наезда одного плато на другое. Мы чуть выше ее основания. Тут смешанные породы. Но само расположение гор... -- этого я объяснить не могу!

То тут то там росли друзы альбита, достигающие порой громадных размеров. Вдоль тянулась золотая жилка, едва приметная среди блеска золотой обманки. Дно устилали обломки малахита, кварца и горного хрусталя. Ковырять золото не стали, все понимали, жизнь дороже. Данька поднес к проходу факел, чуть приподняв, и все замерли. Огонь не шелохнулся, дым поднимался и ровно рассеивался. Тяга отсутствовала.

-- Здесь нет выхода, там дальше обвал, -- сказал он с некоторым сожалением.

Вернулись. Прошли еще одну пещеру и вернулись из третьего выхода. Внизу люди карабкались вверх, но были еще далеко. Звери по-прежнему дежурили у входа.

-- Если и тут нет выхода, тогда нам крышка. Первыми всегда поднимались эти...

-- Оборотни, -- подсказал Валимир, недовольно поморщившись. Виткас часто избегал называть вещи своими именами.

-- Скоро эти будут здесь, и тогда нам не скрыться. Они поймут, что мы здесь. Рассчитывать можно только на то, что из-за пяти человек они не будут задерживаться, чтобы нас откопать. Но много времени у них это не займет.

Лица у всех стали хмурыми и озабоченными.

Третий проход уходил все дальше и дальше и через некоторое время разветвился на несколько ходов.

-- Нам вверх бесполезно, -- остановился Данька. -- Там нет... нет выхода... Там снег и обвалы. Представьте, что снег и вода скапливались вверху, и таяла, и искала выход... Нам сюда... -- он повернул в сторону.

Нитка, которую они оставляли за собой, почти закончилась, когда факел начал дрожать. Вход закрывал снег. Его пробили и увидели, что висят над пропастью недалеко от того места, где находилась их пещера.

-- Здесь самое то переждать, веревка есть, вниз как-нибудь спустимся, -- обрадовался Иван. -- Если сюда спуститься и там перепрыгнуть, можно на лестницу попасть... -- Он указал на выступ метрах в сорока внизу, и еще один, который был ниже и доставал до самой лестницы.

В ответ закивали. Второй уступ был немного узковат, но удержаться на нем было можно. Кроме того, могли перебросить веревку из большого грота, до него было метров двадцать пять.

-- Я не знаю, кому я тут не угодил, но вы меня не взяли, -- хладнокровно заявил Валимир.

-- Ты с ума сошел? -- разозлился Виткас. -- Я тебя не оставлю!

-- Вам надо просидеть здесь три недели, -- холодно ответил Валимир. -- Продуктов не так уж много. Виткас, вы должны спастись, а моя жизнь не стоит ломаного гроша. Мне нужно попробовать спасти еще кого-нибудь и найти тех троих. Если мне будет грозить смерть, я признаюсь, что я проклятый. Кто-то должен знать о дереве еще...

-- Я Тебя Не Оставлю! -- твердо проговорил Виткас, обнаружив незавидное хладнокровие. -- А вы пацаны, когда сюда с вещами доберетесь, столкнете вот этот снежный ком...

На старое место бежали наперегонки с поднимающейся группой. Собрали все, что было можно. Слава Богу, ветки горели в руках у всей группы. В Дьявола уже верил каждый. Валимир объяснил, как посадить пять кольев, предварительно проверив их на горючесть в руках у каждого. Продуктов было на неделю на пятнадцать человек, снаряжение, теплая одежда, на троих этого было более чем достаточно, если экономить, хватит на два месяца.

-- Что бы не случилось, оставайтесь людьми, -- напутствовал Валимир. -- Месяц не показывайте носа!

-- Ну или пока не позовут... -- наказал Иван. -- Свои... Когда сигнал будет, -- Иван что-то прошептал каждому на ухо.

-- Я за месяц эту гору облажу вдоль и поперек! -- восхищенно произнес Данька.

-- И вот еще что, мамке передай, что батька твой всегда был человеком, -- старшой Иван обнял Антона. -- Я остаюсь. Меня заменить некем, оставят напоследок. Попробую за этих придурков заступиться.

Четверо других застыли с вытянутыми лицами.

-- Батя, я с тобой! -- попросился Антон. Лицо его по-детски покрылось красными пятнами. Он надул губы.

-- Не дури, мамка у нас одна! -- строго приказал Иван. -- Я сам тут все взорву, а ты иди. А если будешь задерживать, мы все сдохнем и не спасемся.

-- Сын уйдет, а батя останется? Подозрительно! -- наотрез отказался Валимир.

-- Никто не знает, чтобы не выделяли. Мы сразу договорились, когда его в бригаду приняли, -- ответил Иван, кивнув на застывших с открытыми ртами Виткаса и Дана. -- У нас фамилии разные. Отбил я мамку-то его у чужого дядьки... Сначала попортил, а потом, когда нагулялся, вернулся, а она... -- он махнул рукой. -- Не дождалась. Но не мог же я ее с сыном-то оставить чужому человеку. Еще один в бригаде знает, но он свой.

-- А похожи! Как это я сразу не разглядел? -- покачал головой потрясенный Данька. -- Вот что, мы вас будем здесь ждать, пока эти не вернутся. А вернутся, мы еще подождем. Если нас, конечно, не откопают раньше. В горах-то мы как у себя дома.

-- Не откопают! -- заверил Иван.

Дан и Антон ушли, утаскивая за собой волоком четыре спальных мешка, набитых продуктами, теплой одеждой, снаряжением. Иван быстро установил три заряда на расстоянии друг от друга, и когда ком снега свалился в пропасть, нажал красную кнопку. Вход в проход завалило. Иван сработал профессионально: на место прохода навалилась вырванная взрывом скала. Стрелы завернули в спальный мешок и спрятали в нише, заложив камнями. Валимир туда же убрал найденные среди вещей повара упаковки с таблетками сонного зелья, оставшееся оружие спрятали отдельно -- если что, пригодится на обратном пути. Камни дна пещеры, по которым тащили спальники и ступали Антон и Дан, раскидали в разные стороны саперными лопатками, чтобы следы были повсюду. Никто не сомневался, что когда начнется расследование, их обыщут и обнюхают каждый уголок.

В напряженной тишине едва не выскочили сердца, когда раздались шаги и скрип снега.

-- Что здесь произошло? -- строго спросил тот, который вошел первым. Следом за ним в пещеру вошли еще двое...

Трое отрицательно замотали головами. Рассказ был сбивчивым и отрывочным: спали, не видели, проснулись, ни охраны, ни своих двоих... Руки у всех троих тряслись. Глаза смотрели испугано и затравлено. И все трое молились не переставая, цепляясь за подолы и целуя ноги своим спасителям.

-- Всех, всех под трибунал! Сволочи! Сгною! Кто побег устроил?!

Разбитых лиц и отбитых почек было уже не жалко -- радовались. Стало ясно, что десять оборотней лишились ума надолго, сами объяснить ничего не могут. Как только боль проходила, все трое смахивали слезу, улыбаясь во весь рот, и снова лезли обниматься. Даже старшой, видавший виды, участвующий в сотне спасательных операций с сотнями смертельных исходов, под лавинами, под завалами, после землетрясений и наводнений, со стажем подрывника тридцать лет, все еще трясся от страха.

-- Да подожди ты трибуналами ребят пугать. Готовили бы побег, сбежали бы... Ты у бойцов своих спроси, какого рожна они в той пещере делали! У нас от двенадцати подрывников осталось восемь человек. Если пути не готовить, мы все тут сдохнем!

-- Что, ботаники закончились? -- усмехнулся самый злой.

На него зашикали с осуждением.

В стриптиз до последнего не верили, пока молодой, опухший от побоев человек не устроил показательное выступление.

-- А сюда чего поперся? -- внимательно изучая Валимира, расспрашивал оборотень, испытывающий неприязнь ко всем, кроме Валимира, после того, как посмотрел на него в деле.

-- Так это, в театре хотел выступать... у Их Величеств... а тут это... -- Валимир запинался на каждом слове.

Старшой дал стоящему на коленях Валимиру подзатыльника, от которого тот ткнулся носом в землю.

-- У меня он работал, пока не связался с этими... А тут подходит и говорит: возьми! А я спрашиваю: много задом накрутил?... -- Иван хлюпал носом, хватаясь за голову. -- И ведь не помним, как уснули-то! Выпили по стаканчику...

-- Что это у меня сегодня, будто кол в заду торчит... -- Валимир попытался посмотреть за спину. -- Можно, господин, я еще раз по тяжелому сбегаю?... -- в который раз попросился он.

-- Да что ты свой зад заткнуть не можешь?! -- в который раз матерился Иван.

Наконец, тот, который допрашивал, ехидно ухмыльнулся.

-- А ему пробку сорвали! Иди...

Иван плевал Валимиру вслед, крыл матом и себя, и троицу, и день когда родился...

-- Нам бы это, нам бы чего перекусить, а то мы с утра голодные...

-- Дайте им поесть и отправь с донесением к Его Величеству, -- наконец приказал оборотень, который был за старшего, обращаясь к тому, который допрашивал. -- Все видел, все слышал, все проверил?

-- Так точно. Мне надо группу на верху. Если на завтра место не приготовим, придется целый день здесь торчать.

-- Не придется, -- тихо сказал Виткас, утирая слезы. -- Мы вчера поднимались в гору от лавины. Там у ваших бинокли были, так они мне дали посмотреть. Я видел хорошее место. Как раз день пути. Снег только отряхнуть... Лавины не будет. Можно с утра пораньше, сейчас-то уже скоро стемнеет, опасно подниматься.

-- Мне без помощников никак... Мне бы еще двоих, вместо тех... -- жалобно проблеял Иван. -- И это... от зверей оружие какое-то бы.

-- Как Его Величество решит. Охрана будет хорошая, -- успокоил его оборотень. -- Отправьте их спать пораньше, пусть выйдут затемно.

-- А если Его Величество по-другому распорядится?

-- А если по-другому, пусть с меня не спрашивают. Набрали ботаников, биологов, геологов, альпинистов, археологов и хрен знает кого, а подрывников, которые в горах умеют работать, у меня восемь человек... -- Оборотень повернулся к Ивану. -- Ни с кем не разговаривать, ни кому ничего не рассказывать, никому ничего не объяснять! -- приказал он.

Иван испугано закивал головой.

Чая выпили по две кружки, чтобы уж наверняка. Спали у тайника. Тут они никому не мешали и достать стрелы было легко, тайник прикрывал высокий валун. Разбудили их рано утром, когда лагерь спал. Четверым приказали собираться, Ивана вызывал на допрос Его Величество. В пещере было столько народу, что не протолкнутся. Но вряд ли среди людей были оборотни. Валимир быстро вскрыл тайник и разложил в три рюкзака стрелы и приготовленные колья. Обыскали их с вечера, перевернув каждый камень. Дубины они с Виткасом не скрывали., еще раз убедившись, что оборотни чувствовали огонь, но стояли около дерева и не замечали его -- дерево умело маскировалось под любое другое дерево. Может быть, поэтому они не обращали внимания на корни. Иван посмотрел по сторонам. Заметив неподалеку спящего мужчину, прополз мимо, сунув в рукавицу приготовленное с вечера письмецо, которое писал обстоятельно, пока дожидались людей. Валимир и Виткас ему помогали.

-- Откуда у вас дубины? -- остановил их оборотень на выходе.

-- А прощупывать почву под ногами не надо? -- с вызовом ответил Виткас. -- Мы бы уже сто раз сорвались, если бы не эта дубинушка! -- Он с любовью потряс ею перед собой, поглаживая. -- Постучишь по снегу, если внизу пустота, звук другой.

-- Да ладно вам задирать друг друга, -- Валимир дружелюбно похлопал оборотня по плечу и прошел мимо. -- Внизу срезали, делов-то...

Следом за ними вышли еще двое. Этих Валимир не знал.

-- Бабуин и Сапер, -- представил обоих Виткас по прозвищам в группе, поздоровавшись с обеими за руки.

На этот раз их дожидались двадцать оборотней. И еще десять представили, как группу студентов. Валимир сразу усмотрел в лицах всех десяти маску. Он предупредил Виткаса, тот с интересом окинул новеньких взглядом, буркнув в ответ: сам догадался... Ясно, что оборотни готовили им замену. На этот раз и Виткасу выдали бинокль и, как Ивана, тоже увели на прием к Его Величеству. Спустя минут пятнадцать вызвали Валимира.

Он повторил свой рассказ, глядя Его Величеству прямо в глаза: поели, выпили, танцевал, упал, проснулся -- двенадцать человек исчезли, исчезли спальники, продукты, оружие, а вокруг стая непонятных зверей. Дальше помнил смутно: бегали, искали своих, кричали, ползали по пещере, ждали, что разорвут...

Валимир заметил, что Его Величество улыбался, но улыбки не было на его лице. Тоже маска, догадался он, но Его Величество был человеком. Значит, Маня жива -- и ни оборотни, ни драконы не достали троицу. Валимир обрадовался.

-- Хорошо, закроем эту тему. Но в следующий раз не пугайте зверей, -- спокойно сказал Его Величество, сверля его взглядом. -- Эта стая следует за нами с самого начала. Не она бы, и вас бы не было.

Валимир побледнел. И побледнел так натурально, что удивился сам.

-- А это... а куда все делись-то? -- спросил он, сминая в руках шапку.

-- Мы разберемся, -- пообещал Его Величество. -- Думаем, не обошлось без черного мага. Но не стоит беспокоиться. Будет неплохо, если с вами в свободное время поработают наши психологи. Иди!

Валимир вышел и увидел, что Иван и Виткас уже ждут его. Было еще темно. Поблизости оборотней не было.

-- Ну чего? -- спросил их Валимир, оглядываясь.

-- Да знать ничего не знаю, -- прогундосил Иван.

-- И я не знаю, -- пожал плечами Виткас.

-- Похоже, и они не знают, -- усмехнулся Валимир.

-- Я думаю, они на своих грешат, -- предположил Виткас. -- Уж слишком спокойны...