Шанти Сингх вошла в «Джайпур Инн» и исчезла из поля зрения Малко. За рулем ее машины, припарковавшейся чуть поодаль, он узнал ее однорукого шофера.

Малко опустил бинокль. Надо было осмыслить это открытие.

Разумеется, у молодой сикхской женщины мог быть любовник, с которым она тайно встречалась в гостинице. Если Лал или Амманд Сингхи не появятся, это было бы самой правдоподобной гипотезой... Малко возобновил наблюдение, и ему не пришлось долго дожидаться. Перед гостиницей остановилось такси, и из него вывалился грузный Лал Сингх. Он также направился к «Джайпур Инн» и вошел внутрь.

Теперь круг замкнулся. Убийцы из Амритсара вошли в контакт со своим агентом в Дели.

Малко продолжал наблюдать. Прошло около часа. Затем первой вышла Шанти Сингх и быстро зашагала, неся через плечо большую белую сумку. Она села в свой «амбассадор», который тут же тронулся с места... Пять минут спустя появился Лал Сингх. Он направился пешком к переезду. Малко увидел, как он окликнул моторикшу, сел и уехал.

Малко тоже снялся со своего поста и взял курс на праджеровское заведение. Его одолевали неприятные мысли. Лал Сингх знал его. Была опасность, что он выболтает Шанти историю в Амритсаре, и Шанти тут же вычислит иностранного «журналиста», представленного ей Мадху Гупта.

* * *

Алан Праджер слушал Малко, пытаясь расщепить кусочек целебного дерева. Цвет лица у него вновь сделался серым, и все из-за «лихоманки».

— Мы не можем продолжать действовать в таком ключе, — с сожалением произнес он. — Эти двое могут смыться из Дели, если они узнают, что вы уже напали на след Шанти Сингх. Я должен предупредить полковника Ламбо.

Малко придерживался такого же мнения, с одной лишь оговоркой:

— Не трогайте пока Шанти Сингх, она никуда не скроется. Есть еще один маленький шанс, что меня не зажарят на угольях.

Алан Праджер бросил на него подозрительный взгляд.

— Я вижу, ее чары уже подействовали, — заметил он.

— К тому же Раджива Ганди сейчас нет в Индии, — настаивал Малко. — Стало быть, у нас есть еще какой-то запас времени. А завтра я с ней обедаю.

Алан Праджер скривился в саркастической усмешке:

— Я готов проиграть вам еще сто долларов, но держу пари, что она откажется под каким-нибудь предлогом.

— На все воля Аллаха, — сказал Малко. — А пока чем мы займемся?

— Мы оповестим Пратапа Ламбо. Он мне будет обязан по гроб жизни за такую информацию...

* * *

Прожекторы, укрепленные на гигантских стальных опорах и освещавшие стадион имени Неру, напоминали какие-то конструкции из научной фантастики. Они нависли над Лоди-роуд, ведущей к Разведывательному Управлению индийского правительства в южной части Дели.

Алан Праджер остановил «Мерседес» перед двухэтажным зданием с остроконечной крышей. Вокруг стояли рядами современные строения, ощетинившиеся антеннами самых разнообразных форм, — это были различные службы, связанные со службой Национальной безопасности Индии: Разведывательное бюро, Исследовательско-аналитический отдел, Криминальная полиция и контрразведка, не говоря уже о пограничной полиции и силах специального назначения.

— Пойду сообщу о нашем прибытии, — сказал американец.

Он исчез в бюро приемов, оставив Малко в машине, через некоторое время вернулся и жестом пригласил его войти. Солдат в заплатанной форме повел их на 4-й этаж Разведбюро, где размещалась служба контршпионажа. Пратап Ламбо ждал их у лифта, истекая раболепием. На этот раз на нем была элегантная сорочка желтого шелка из Лакнау и подобранные по цвету брюки. Он провел их по отвратительно грязному коридору до маленькой комнатки, украшенной красным вытертым ковром и двумя анемичными растениями. Пратап Ламбо, казалось, был чрезвычайно заинтригован этим неожиданным визитом. Усадив гостей на стулья, он закурил сигарету. Стул Алана Праджера прогнулся под его тяжестью.

— Пратап, — начал Праджер торжественно. — Вы умеете хранить тайны? Даже от ваших начальников?

Усатая дорада убедительно затрясла головой.

— Разумеется. А в чем дело?

— Дело серьезное, — изрек американец. — Лал и Амманд Сингхи сейчас находятся в Дели...

Полковник Ламбо нервно поправил на запястье съехавший хронометр-великан.

— Вы это точно знаете? Потому что уже бывало, что их якобы здесь видели, а потом все оказывалось дезой.

— На этот раз сведения точны, — отчеканил Алан Праджер. — Я даже знаю их адрес.

И без того выпуклые глаза Пратапа Ламбо, казалось, были готовы выпрыгнуть из орбит.

— Так где же они?

Американец остановил его жестом.

— Потерпите. Я хочу заключить с вами договор. Я сообщаю вам их адрес, вы устанавливаете слежку, но обещаете ничего не предпринимать без моего согласия.

— Ну, а если...

— Мы контролируем ситуацию, — заверил Алан Праджер. — Мне удалось ввести своих людей в их окружение. Но я не хотел бы, чтобы они удрали в деревню. Стало быть, вы ни слова не говорите мистеру Берари.

Полковник Ламбо склонил голову с хитрющей ухмылкой.

— Договорились, мистер Праджер. Ну и где же они скрываются?

Алан Праджер назвал адрес, рассказал, как удалось пристроить Ведлу к ним на службу. Низкорослый полковник аж притопывал от возбуждения.

— Пущу на это дело самых верных людей, — заявил он. — По-вашему, зачем Лал и Амманд Сингхи явились в Дели?

— Чтобы убить Раджива Ганди, — сказал Малко.

Пратап Ламбо повернулся к нему:

— Ну что вы! Это невозможно. У Ганди надежнейшая охрана.

— Наверняка в какой-то момент он покажется на публике, — заметил Малко.

Полковник немного подумал, прежде чем согласиться:

— Например, во время даршана.

— А что это такое?

— Четыре раза в неделю премьер-министр принимает посетителей у себя, в Саут Блоке. Но их там обыскивают и следят за ними. Не может быть, чтобы Лалу или Амманду Сингхам удалось к нему подобраться. Разведбюро сразу же наводит справки о лицах, испрашивающих аудиенцию... Так когда же вы дадите мне зеленый свет?

— Подождем еще сутки, — сказал Алан Праджер. — Главное — это действовать осторожно.

Он встал, давая этим сигнал к отбытию. Полковник проводил гостей, выказывая максимум предупредительности. Спустившись на Лоди-роуд, Алан Праджер заметил:

— Мы играем с огнем...

— Я вижу, — подтвердил Малко. — Но это — единственный способ разузнать побольше о заговоре. Теперь индийцы несут ответственность за этих двух убийц. Если им удастся улизнуть, нашей вины в том не будет. А продолжая наблюдение через Ведлу, мы, может статься, выведаем кое-что о том, каким именно образом они собираются убить Раджива Ганди.

— Шпики, которые их накроют, выйдут и на Шанти Сингх, — заметил Алан Праджер.

Малко с сожалением развел руками:

— Тем хуже для нее.

Хоть он и был почти на все сто процентов уверен в причастности молодой сикхской женщины к заговору, он тем не менее, вопреки рассудку, внутренне желал ей добра.

* * *

Ведла томилась в ожидании, примостившись на корточках в глубине кабинета Алана Праджера. Впервые она проявляла нервозность. С появлением переводчика Виджая она разразилась длинной тирадой по-пенджабски.

— Они накупили кучу всякой всячины на рынке Нараина, — переводил шофер. — А именно: дрель, пилу для резки металла, электрический провод, воск, паяльник. И потом ей удалось обнаружить еще вот это, — и Виджай протянул кусок светло-коричневого картона. Малко взглянул на него, и кровь отхлынула от его лица. С краю печатными буквами значилось по-английски: «Собственность правительства США. С4. Крайне взрывоопасно. Обращаться с осторожностью».

Он молча протянул картонку Алану Праджеру, который, прочитав, позеленел.

— Да ведь это же обрывок обертки с нашей военной взрывчатки, — сказал он.

Вот только этого недоставало! Ведла замерла в ожидании, подняв на них глаза. Она что-то робко шепнула Виджаю, который тут же перевел:

— У нее осталось мало времени, ей надо скоро идти в храм. К тому же, этим вечером они купили еще бутылку виски, и она думает, что они хотели бы поразвлечься с ней.

В голосе ее не чувствовалось никакой злобы, лишь покорность и смирение.

Ведла устремилась к выходу. Алан Праджер рухнул в старое кресло.

— Вот гады! — вскричал он. — Они раздобыли американскую взрывчатку, чтоб ко всему еще свалить вину на нас.

Перед мысленным взором Малко вновь предстала Шанти, выходящая из «Джайпур Инн» с большой белой сумкой. Для покушения нескольких кило взрывчатки хватит с избытком. А у состава С-4 поражающая сила намного выше, чем у самоделок.

Оставалось лишь молить Бога, чтобы след Шанти не развеялся, как утренний туман...

* * *

Нариндер Сингх, однорукий шофер Шанти, отворил дверь Малко с самым невозмутимым видом. Взгляд его скрывался за темными стеклами очков. Шанти уже ждала Малко. В бледно-зеленом сари, с пышным пучком волос, накрашенная, она была изумительно красива. Все это утро Малко провел в страхе, ожидая телефонного звонка, отменяющего встречу... Со вчерашнего вечера он только об этом и думал. Но Алан Праджер ошибся. Стало быть, если Шанти и была в курсе событий, она не уловила связи между инцидентом в Амритсаре и его особой.

— Куда вы хотите пригласить? — спросила она.

— В «Шератон», — ответил Малко.

Он приехал на праджеровском «Амбассадоре» сам, без Виджая. Шикарный ресторан поражал своим ледяным великолепием: со стен низвергались водопады, в модерновом интерьере присутствовали неизбежные музыканты. Шанти рассеянно пробежала глазами меню и заказала за двоих. Малко никак не удавалось ее раскусить. Из всех женщин, с которыми он встречался в Индии, она была, вне сомнения, самая красивая, и тем не менее в ней было нечто очень холодное.

— Итак? — спросила она. — Вы обнаружили какие-нибудь интересные данные о сикхах?

Малко показалось, что в голосе ее прозвучал скрытый намек, и он ограничился самыми общими фразами. Она следила за ним, полузакрыв глаза, совершенно непроницаемая, далекая. Он обратил внимание на то, что она лепила катыши из нана.

— Вы живете одна в таком большом доме? — спросил он без всякого перехода.

Шанти наклонила голову.

— Да, со времени гибели отца.

— Вы никогда не думали о браке?

— К чему мне он? — холодно спросила она.

Малко выдавил из себя улыбку.

— Вы очень красивы, и я уверен, что многие мужчины...

— Они мне не нужны, — прервала Шанти. — До тех пор, пока мне будет хватать на еду. Этот дом принадлежит теперь мне.

— Вам в нем не скучно?

— Нет. Я веду общественную деятельность на благо сикхов. Работы хватает, особенно после погромов в октябре прошлого года.

Малко не преминул воспользоваться моментом:

— А у вас лично не было неприятностей?

Глаза Шанти сверкнули.

— Они пошли другим путем, они перебили беззащитных бедняков. У меня же есть ружье, и Нариндер готов отдать за меня жизнь. Я села за руль, и мы поехали спасать людей...

Ела она быстро, машинально. Малко не знал, как к ней подступиться. Как это в свои двадцать семь лет и при такой красоте она не впустила в свою жизнь ни одного мужчину?

Правда, в Индии бывает, что женщины остаются девственницами иногда до тридцати лет. Малко не осмеливался задавать вопросы о ее личной жизни, и они вернулись к сикхской теме. Вдруг Шанти бросила на него острый взгляд:

— Кажется, вы уже побывали в Амритсаре?

— Кто вам сказал?

— Ваша знакомая, Мадху. Она, по-видимому, очарована вами.

В ее голосе прозвучала едва уловимая ирония. Малко выдержал ее взгляд. Иногда их пальцы соприкасались на столе, но Шанти тут же убирала руку.

Трапеза подходила к концу. Шанти Сингх не была расположена поддерживать постоянные отношения, по крайней мере, об этом говорила ее откровенная холодность.

— А чем вы заняты сегодня? — спросил Малко.

— Я посещу храм Гурудвара Сисганж.

— Вы будете молиться?

Шанти иронически улыбнулась.

— Не только. Но если хотите, вы можете меня сопровождать. Это будет весьма кстати, так как Нариндер уехал сегодня повидаться с семьей.

— С удовольствием! — воскликнул Малко, не веря своему счастью.

— Только мне надо заехать домой переодеться. Если, конечно, вы не торопитесь.

— Ну разумеется, — ответил Малко.

* * *

Сидя в гостиной, Малко созерцал неухоженную лужайку. Шанти надолго исчезла в своей комнате. Малко принялся разглядывать фотографии на стене: почти все они изображали отца Шанти при исполнении им различных обязанностей командующего. В доме царила полная тишина.

Наконец Шанти появилась в белом сари, без драгоценностей, лишь несколько браслетов украшали ее запястья. Теперь, без макияжа, она казалась совсем юной и почти беззащитной.

— Вы сейчас просто великолепны! — произнес Малко с искренним чувством.

— Для чего вы мне это говорите?

— Но я действительно так считаю.

Они смотрели друг на друга, стоя очень близко, лицом к лицу. Малко подумал: а как она прореагирует, если я сейчас обниму ее?.. Будто прочитав его мысли, Шанти сделала шаг в сторону.

— Пойдемте, — сказала она, — пора ехать в Гурудвара.

В машине она расположилась подальше от него. У Малко, впрочем, уже и в мыслях не было продолжать свои ухаживания. Лавирование между моторикшами и велосипедистами поглощало все его внимание. Выезжая с Суббаш Марг, в северной части Дели, он застрял " густой каше этих сумасшедших, под оглушительный аккомпанемент звуковых сигналов.

— Вот вам Старый Дели, — объявила Шанти.

Они проехали перед индуистским храмом. В гуще пешеходов и ручных тележек продвигаться меж двумя рядами грязных трущоб можно было лишь очень медленно. Кругом царило необыкновенное оживление, прямо на тротуаре расположились сотни торговцев, которые продавали, кажется, решительно все, что только можно... И над всем этим убожеством вызывающе сиял золоченый купол Гурудвара Сисганж. Остальная часть храма не отличалась подобным же великолепием: это были зачуханные постройки с галереями, готовыми обратиться в прах; в глубине виднелся двор, в котором доживал свое старый баньян. Бородатый сикх с копьем в руке охранял небольшую автостоянку.

Малко припарковал «Амбассадор» и проследовал за Шанти в обшарпанное здание. Несколько бородачей восседали с серьезным видом в комнате с неоновым освещением и с допотопным телефоном. Шанти представила Малко как журналиста, интересующегося сикхской проблемой. Подали чай с молоком, совсем неароматный и слишком сладкий; Малко тщился понять, что его собеседники говорили ему на ужасном английском. Все это могло иметь весьма и весьма ограниченный интерес...

Наконец, Шанти предложила ему зайти в храм, и он с облегчением согласился.

Туда вела небольшая мраморная лестница, покрытая красным ковром, истертым чуть не до дыр. Разувшись, как подобает, Малко шел вслед за Шанти. Кругом — полно народу: невесты с цветочными гирляндами на шее, ребятишки без тюрбанов, длинные волосы которых были собраны в пучок надо лбом, под специальным колпаком, что делало их похожими на шахтеров с их лампами.

И все время эта заунывно-визгливая музыка, непрестанное пение. Люди молились, сидя на земле.

Погруженная в некий транс, Шанти устроилась в уголке, прямо на полу, и устремила взор на священника, читавшего Святую Книгу.

Малко ничем не нарушал ее молитвенного созерцания. Шанти, кстати, не была тут единственной женщиной: другие девушки в сари — некоторые из них отличались изумительной красотой, глаза их горели, в ноздрях сверкали драгоценности — также творили молитву, протягивая розовые лепестки в банановых листьях.

Внезапно Шанти наклонилась к нему:

— Думаю, что я останусь здесь подольше. Вернусь на такси. Вы найдете обратную дорогу?

— Надеюсь, — сказал Малко. — А могли бы мы увидеться завтра?

— Позвоните мне, — ответила Шанти. — Спасибо, что проводили меня сюда.

Малко отошел, разыскал свою обувь и направился во двор, где оставил машину. Он испытывал некоторое разочарование. Из-за музыки и пения ему было бы трудно завязать разговор с Шанти...

Уже совсем стемнело, и он думал, как будет ориентироваться в лабиринтах Старого Дели. Сикх с копьем открыл перед ним дверцу, и он вырулил в «Амбассадоре» на шоссе, тотчас же упершись в гущу пешеходов. Напрасно он сигналил, они и не думали расступаться.

Глухой звук от ударов, наносимых по кузову, заставил его обернуться. Вначале он подумал, что зацепил прохожих. Но багажник его был открыт, и несколько индусов разглядывали его содержимое, причем на их лицах читались одновременно скорбь и ярость. Они уже принялись издавать вопли. Заинтригованный Малко открыл дверцу, вышел посмотреть, в чем дело, — и застыл от ужаса. В багажнике, у всех на виду, лежала свежеотрезанная голова коровы!

Какой-то индус с безумными глазами толкнул Малко и тут же нанес ему удар кулаком. Их окружила жестикулирующая, угрожающая толпа, посыпались проклятия на хинди и английском. Те, кто обнаружил страшную улику, передавали весть остальным. Не будь кругом оглушительного рева от проносившихся машин, вокруг Малко собралось бы уже человек сто... Из толпы выскочила какая-то женщина с явным намерением выцарапать ему глаза.

Еще немного, и его линчуют. Убить корову в Индии намного страшнее, чем задавить ребенка.