Я сидела перед зеркалом, расчёсывая на ночь волосы. Алекс ходил взад-вперед по каюте, рассказывая о недавних событиях в рубке.

— Ты уверен, что это Мельтоны? — спросила я.

Он в задумчивости остановился, посмотрел на меня. Вернее, сквозь меня.

— Как тебе сказать… Когда стреляли в капитана, Генри Мельтон был в зале. Я сам его видел. А вот его дяди среди присутствующих что-то не заметил…

Я покрутила в руках щётку, провела пальцем по серебряной монограмме на голубой эмали. Сложно было представить, чтобы старший мистер Мельтон воспользовался обликом Глории, чтобы отвести от себя подозрения. Как-то это… странно, что ли. Возможно, Алексу мои соображения показались бы неубедительными. Постойте, а кого ещё не было в зале, когда раздался выстрел?

Бросив щётку, я открыла ящик туалетного столика, чтобы достать свой блокнот, и замерла. Сверху на куче бумаг лежал пистолет. Тот самый. Я очень осторожно, как опасную тварь, взяла его в руки.

— Не так, — Рэндон подошёл сзади, вложил пистолет мне в руку. — Снимаешь предохранитель, нажимаешь пальцем курок, вот так…

— Лучше покажи, как перезаряжать.

Муж тут же отобрал у меня пистолет, сунул себе в карман и поцеловал меня в нос.

— Даже не думай. К утру мы уже причалим, и этот кошмар, наконец, закончится. Я пойду подежурю с Уинстоном на всякий случай. — Его лицо вдруг стало вдохновенно-серьёзным, он нежно провёл ладонью по моей щеке, заправил за ухо непослушную прядь волос. — Элизабет, очень тебя прошу, запрись сейчас в каюте и никому не открывай. Даже если тебе покажется, что за дверью стою я. Понимаешь?

Конечно же, я понимала. Всё дело в амулете Шандера. Было жутко осознавать, что преступник может воспользоваться лицом, голосом самого дорогого мне человека, чтобы подобраться поближе… Я послушно заперла дверь и некоторое время прислушивалась к тишине в коридоре. А затем вернулась к своему блокноту.

Чем больше я обдумывала это дело, тем меньше была уверена в виновности обоих Мельтонов. Воспользовавшись отсутствием Рэндона, я вырвала из блокнота несколько листов и разложила свои схемы на кровати. Для начала, даже если Генри разрисовал каюту Алисии и матросский кубрик, он никак не мог изобразить руну в нашей комнате. Я точно помнила, что в то утро он сразу отправился сливаться с обществом на нижней палубе, и увлечённо занимался этим до позднего вечера. Значит, должен быть ещё кто-то… Кто-то, кого мы не принимали в расчёт…

Я ещё раз прошлась по основным вехам событий, отмечая их на схемах. Мисс Годдард исчезла на четвёртую ночь путешествия. Предыдущей ночью пропал браслет леди Каслри. Связаны ли между собой эти события? Я знаю, Рэндон с майором склонялись к мысли, что Сибил заметила вора и попыталась его шантажировать. А если предположить, что браслет вовсе никуда не пропадал? Вдруг у леди Каслри были свои причины устранить неугодную горничную, и она решила воспользоваться удобной возможностью…

От такого предположения у меня даже голова закружилась. Оно совершенно меняло всю картину происшедшего и рождало столько новых вопросов! Но чтобы получить ответы на эти вопросы — мне срочно нужна леди Каслри! Я выбежала из каюты и постучала в дверь напротив.

* * *

Тем временем обстановка в рубке была далека от спокойной. Волнение на море вдруг усилилось. Туман наконец разошёлся, но только для того, чтобы все бодрствующие могли насладиться картиной бушующего океана. Ураган налетел внезапно. Его не предвещали ни показания барометра, ни инстинкт моряков, ни погодные приметы. Направление ветра ежеминутно менялось. Небо затянули густые облака, пересеченные пятнистыми полосами, которые сворачивались в гигантскую спираль.

Мистер Кэмпбелл заметил нервозность Уинстона. Тот знал, как справиться с штормом, и в обычных условиях не растерялся бы. Но в эту ночь в море творилось что-то несусветное!

В довершение всего вдруг резко прозвучал тревожный свисток, и третий помощник прокричал:

— Что-то случилось с машиной!

Оставив на мостике дежурных, Уинстон вместе с Кэмпбеллом и Рэндоном бегом спустились вниз. Всё машинное отделение тонуло в клубах пара.

— Мы спустили пар через пароотводную трубу, сэр, — доложил один из механиков, — чтобы не допустить взрыва.

— А что с машиной? — спросил Уинстон. — Что говорит Том?

Повисло неловкое молчание.

— Сэр, — робко заметил один из мотористов, — это мистер Кроу повредил котёл.

— Что?! — все посмотрели в угол комнаты. Там на железной тачке штивщиков сидел старший механик Том Кроу с совершенно обалделым видом, естественным для человека, который только что со стороны увидел себя самого, совершающего диверсию на судне. Он не реагировал даже на флягу с виски, поднесённую к его носу.

— Я же предупреждал вас нигде не ходить поодиночке! — с досадой воскликнул Уинстон. — Зачем вы оставили его одного!

Рэндон с Кэмпбеллом переглянулись. Майор вполголоса выругался:

— Я должен был это предвидеть! Не зря наш Шутник постоянно крутился возле машинного отделения!

— Необходимо как можно скорее исправить повреждения! — распорядился Уинстон.

— Да, сэр. Постараемся, сэр, — вразнобой ответили ему мотористы.

Поскольку старший механик был бесконечно далёк от дееспособного состояния, Уинстон назначил другого, после чего они втроём так же быстро поднялись обратно на мостик. Вернее, попытались. Качка усилилась, тяжёлые волны разбивались о форштевень, брызги долетали даже до дымовой трубы. Наверху майор поскользнулся и еле удержался на трапе, схватившись за поручень.

В рубке угрожающий рёв ветра в снастях был не так сильно слышен. Зато можно было расслышать жалобные нотки в надсадном гудении моторов — 'Монарх' терял ход, и волны слишком быстро гнали его к опасному берегу.

— Черт знает что! — воскликнул Уинстон. — Такие высокие волны бывают только на мелководье!

— Вы говорили, Аннары уже совсем близко? — спросил майор.

— Аннары — вулканические острова, — пояснил моряк. — Глубина у их берегов составляет не меньше тысячи саженей. Здесь просто не должно быть таких волн! Возле островов много подводных скал. Капитан Мариитис смог бы провести 'Монарх' через них, но я не смогу. Нам следует держаться подальше от берега! Будем лавировать с помощью парусов — лишь бы выдержали мачты!

— Мы уверены, что вы справитесь со штормом, Чарльз, — Рэндон пожал руку молодому первому помощнику. — А мы разберёмся с его причиной. Пойдёмте, майор.

— Я возьму с собой матроса Сондерса, если вы не возражаете, — попросил Кэмпбелл.

Сондерс давно рвался ему помочь в поимке зловредного духа, терроризирующего корабль. Майор не совсем понял причину такого рвения, хотя матрос пытался что-то втолковать о каких-то швабрах. Помощь любого человека, не отягощенного суевериями, сейчас была неоценима.

Когда они спустились вниз, прихватив с собой матроса, Кэмпбелл заметил:

— Алекс, вам следовало бы позаботиться о мисс Элизабет.

— Она в каюте, — пожал плечами Рэндон. — Положение корабля пока не так опасно, чтобы…

— Не думаю, что она способна усидеть на месте в такую ночь, — хмыкнул майор.

Его беспокойство невольно передалось Рэндону. Покачав головой, он поспешил в коридор, где располагались пассажирские каюты.

* * *

Леди Каслри находилась в комнате одна, Маргарет здесь не было. Старая дама сидела за рабочим столом, и лампа с прикрученным фитилём выхватывала из темноты чеканное лицо с тёмными провалами глаз, тяжёлый узел волос, мягкие складки платья. Ладони её были спокойно сложены на коленях, и драгоценные камни на пальцах опасно поблёскивали.

Она как будто совсем не удивилась моему позднему визиту.

— Сообразительная девочка, — леди Каслри издала сухой смешок, будто по полу рассыпали горсть костяшек. — Пришла заступиться за этого оболтуса Генри Мельтона? Конечно, он тут ни при чем, где уж ему, — она презрительно фыркнула. — Испакостить своими художествами стенку — вот предел его подвигов.

— Зачем вы это сделали? — вырвалось у меня.

— Я? — шелест костяшек послышался снова. О нет, — старая леди мягко покачала головой, — я слишком стара для этих игр. Наша красотка куда моложе и энергичнее. Может быть, она в своём праве. Знаешь, иногда я думаю, возможно, я всю жизнь была слишком стара для некоторых вещей. Я так и не решилась использовать браслет. Ах да, я же тебе рассказывала…

Я опустилась на соседний стул, так как мне показалось вдруг, что пол провалился под моими ногами. Что это — качка? Или у меня кружится голова? Леди Каслри казалась искренней. Она походила на усталую зрительницу, которая досматривает последний акт не слишком интересной, изрядно надоевшей комедии. Но если не она убила мисс Годдард и ранила капитана — тогда кто?!

— Миледи, мне необходимо знать… — договорить я не успела.

Раздался душераздирающий скрип, я вскочила на ноги, и в этот миг корабль сошёл с ума. Пол резко накренился, мне пришлось схватиться за стол, чтобы не упасть. К счастью, мебель в каюте была прикручена к полу — как раз для таких случаев. Окно распахнулось, ветер играючи взметнул тяжелые занавеси.

Леди Каслри тоже не удержалась на ногах, упав на колени. Схватившись за горло, она с ужасом смотрела в окно, где бесновались тяжелые свинцовые валы, плюющиеся клочьями пены. Но ведь всего полчаса назад море было совершенно спокойным!

— Я не ожидала… что она решится на это… — глаза леди Каслри побелели, она хрипло вздохнула, будто ей не хватало воздуха.

— Кто?! — воскликнула я. — Кто «она»? Маргарет?!

Старуха дико взглянула на меня и вдруг зашлась хриплым хохотом. В распахнутое окно врывался свист и рёв ветра, лампа погасла, по комнате расплылся запах моря, тлена и безумия. Я бросилась к двери и через секунду с облегчением захлопнула её за собой, оставив старую леди наедине с её воспоминаниями, страхами и совестью. Только после этого я смогла вздохнуть спокойно.