До больницы они добирались больше часа. Все это время Дмитрий находился в состоянии тупого оцепенения, старательно игнорируя свою пассажирку. Ей лишь однажды удалось привлечь к себе его внимание — когда положила ему на колено мерседесовский шилдик с капота. Со вздохом Димка сунул его в карман куртки.

Впрочем, полностью игнорировать воплощение своих самых страшных кошмаров Тихомиров все же не смог. На протяжении всего маршрута следования будущая роженица громко сопела, пыхтела и охала, попискивала кнопками мобильника, тихонько, себе под нос с ним переругивалась, приговаривая что-то вроде «Где же ты шляешься, гад!», и без конца возилась в кресле, видимо, пытаясь устроиться поудобнее. О том, что при этом происходит с кожаным сиденьем мерседеса, Тихомиров старался не думать. А когда, проплутав дополнительно еще пятнадцать минут по территории больничного комплекса, они наконец-то подъехали к санпропускнику роддома, зачем-то сообщила Дмитрию, что не смогла дозвониться до мужа. «Наверное, он в метро». «Ну, судя по тому, что она до него дозванивается последний час, парень просто заснул в вагоне на кольцевой», — подумал Димка. Он много бы чего отдал, лишь бы в данный конкретный момент поменяться с этим будущим отцом местами. Это незадачливый папаша должен вести под ручку свою жену по скользким после дождя ступеням. Какого фига он сам это делает, Тихомиров понять не мог. Он ее довез до больницы, все! Миссия, хоть и impossible, но выполнена! Оставить ее у дверей, и быстрее мчаться в офис — можно еще успеть к началу конференции. Вместо этого он открыл дверь, и, аккуратно придерживая за локоток свою спутницу, прошел с ней внутрь.

«Бл…! Живым не дамся!», — это была первая мысль Димки, когда они оказались внутри. С перепугу ему показалось, что в тесном помещении санпропускника собралось человек сорок беременных. На самом деле, их было всего трое или четверо, плюс сопровождающие лица — мужья, матери, сестры и прочие родственники. Но Тихомирову показалось, что он попал в ад. «Папаша, ну что стоим, ведите роженицу сюда!», — пронесся над головами собравшихся громкий, и, прямо скажем, немелодичный женский голос. Осознание того факта, что фраза обращена к нему, стала последней каплей, которая окончательно сломила сопротивление Дмитрия, и он сдался на волю обстоятельств, надеясь, что их кипучий поток, наигравшись с ним, рано или поздно выбросит его в тихую заводь, куда-нибудь под лоснящийся бок припаркованного во дворе роддома мерседеса.

Пока призвавшая их работница санпропускника, которая в дополнение к немилосердно пронзительному голосу обладала еще дородной комплекцией, копной седых кудрей и недовольно поджатым, накрашенным алой помадой ртом, допрашивала его «жену», Димка тихонько стоял рядом, старательно вдыхая и выдыхая. Стараясь не вслушиваться в те ужасные вещи, которые они обсуждали. Пытаясь не думать о том, что видеоконференция началась десять минут назад. Спохватившись, вытащил из кармана и отключил телефон. К осмысленному общению с окружающим миром он был все равно не способен. По дороге он ответил на пару звонков, однако, когда понял, что решительно не помнит, о чем был разговор, стал просто сбрасывать.

Клавдия Архиповна на Тихомирова внимание обратила внимание не сразу. Все ж работа у нее была — рожениц принимать, документы на них оформлять да по отделениям распределять. Где уж тут красивого мужика заметить. Но когда все ж заметила, то мгновенно подобралась и мобилизовалась вся, даром что шел ей шестидесятый год, а старший внук в этом году поступил в техникум. Ай да красавчик, высок, статен, плечист — совсем как ее Николай лет сорок назад. Впрочем, глянув на бледное и перекошенное от страха лицо будущего папаши, Клавдия Архиповна вся преисполнилась сочувствием и материнским инстинктом.

— Сейчас доктор придет, — проворковала она, похлопав Димку по руке, отчего тот отчетливо вздрогнул. «Господи, переживает-то как, — умилилась Клавдия Архиповна. — Вот повезло дурехе, красавец какой и любит ее, по глазам видно». И добавила, чтобы еще больше успокоить:

— Вам повезло, сегодня по санпропускнику дежурит наш самый лучший доктор. Вы сядьте, посидите, подождите. Она сейчас спустится и все будет хорошо.

«Пара» присела на сиденья рядом со стойкой, где царила Клавдия Архиповна. «Супруга» принялась проводить ревизию карманов своего необъятного пальто и сумочки, что-то доставая, разворачивая, перекладывая с места на места. Димка сидел, поставив локти на колени и обхватив ладонями голову. «Сейчас спустится доктор и все будет хорошо». Да неужели? Господи, поскорее бы!

«А вот и доктор», — смысл фразы, произнесенной все тем же пронзительным командным голосом, дошел до Дмитрия не сразу. Его «супруга» уже тяжело поднялась с сиденья и сделала пару шагов, когда Тихомиров поднял голову. Зато, едва взглянув на подошедшего доктора, подскочил как ошпаренный. Роскошные пепельные волосы были убраны под идиотскую полупрозрачную шапочку на манер тех, что одевают тетки в душе, да и белые просторные штаны с кофтой сильно отличались от той одежды, что была на ней в день и первой и единственной встречи. Но ЭТИ глаза Дима узнал бы при любых обстоятельствах. Сердце опять заколотилось как сумасшедшее.

— Здравствуйте, я ваш доктор, меня зовут Медведева Дарья Александровна, — знакомый резкий хрипловатый голос вывел Дмитрия из (которого за этот день?!) состояния ступора. Впрочем, в голосе этом присутствовали какие-то почти неуловимые интонации, которые волшебным образом подействовали на Димину «протеже» — она перестала суетиться, черты лица расслабились, на доктора Медведеву смотрела с нескрываемым обожанием и надеждой.

— Минуту, Клавдия Архиповна, а где… — перекинувшись с кучерявой драконшей парой слов, доктор Дарья Александровна подхватила со стойки какие-то бумаги и снова обратила свое внимание на спутницу Дмитрия. — Ну, что у нас случилось?

Доктор и пациентка начали обсуждать волнительные события последних двух часов из жизни Светы. «Вот ее, оказывается, как зовут», — отметил Дима. Возможно, она говорила это и раньше, но отреагировал Димка только, когда имя было произнесено волнующим голосом доктора Дарьи Александровны. Впрочем, в смысл фразы «Что ж ты, Света, заранее не побрилась-то» Димка предпочел не вдумываться, а стоял рядом и потихоньку осознавал тот факт, что Даша (у него внутри все сладостно сжалось, когда он мысленно называл ее по имени) его попросту игнорирует. Как и тогда, собственно. Неужели не узнала?

Между тем, доктор Даша стремительно увлекала пациентку за белую ширму, отделявшую часть санпропускника. Перед тем как скрыться за ширмой, Света сунула в ладонь Дмитрия свой мобильник и, умоляюще глядя на него, сказала: «Дозвонитесь до моего мужа, пожалуйста». Твою мать! Хотя, с другой-то стороны, теперь он точно никуда не уйдет, пока не соберет все возможную информацию, поэтому можно и со Светкиным супругом пообщаться. Надо же на ком-то сорвать свою злость.

Нажав на кнопку вызова, Димка посмотрела на экран телефона: «Соединение с Котик». «Ну что, котик, помурлычем?» — злорадно подумал Димка. Сигнал о соединении пошел сразу.

— Свет, ну не ори только, — голос в трубке был и виноватый и раздраженный одновременно. — Батарея у меня сдохла. Щас вот только у пацанов взял зарядник.

— Так, слушай меня! — Димка заметил, что начал орать, поэтому отошел ближе к входной двери. — Света твоя в роддоме. Рожает. В твоих же интересах руки в ноги и мигом сюда. Понял?

Пауза была достойна Станиславского.

— Эй, ты там не в обмороке, случайно? — на правах бывалого, после всех сегодняшних событий, ехидно поинтересовался Дмитрий.

— Ты ваще кто?

— Кто-кто? Конь в пальто! Сказано тебе: руки в ноги и дуй сюда. Адрес … — Дима в два шага одолел расстояние от двери до стойки, прижал телефон к плечу, выдал драконше за стойкой лучшую из своих улыбок и спросил: «А какой здесь адрес, подскажите?».

Продиктовал адрес и нажал на отбой. Теперь самое время начать собирать информацию о докторе Дарье Александровне Медведевой. Впервые за сегодняшний день мозги заработали на полную катушку. Дмитрий одарил тетеньку еще одной улыбкой и по ее ответной улыбке понял, что обрел если не союзника, то уж информатора точно. Телефон заунывно завыл что-то про разлуку. Дмитрий нажал отбой. После пары попыток звонки прекратились. Видимо, будущий отец решил последовать совету и явиться лично.

— А скажите, пожалуйста, — Дмитрий мельком глянул на бейдж, прикрепленный к необъятной груди его потенциального информатора, — Клавдия Архиповна, что, доктор Медведева — действительно хороший врач?

— Ой, ну конечно, вы даже не представляете, как вам повезло, — Клавдия Архиповна всплеснула руками. — Дарья Александровна — очень хороший доктор, одна из лучших у нас в больнице. Вы не смотрите, что она молодая, еще и тридцати нет.

— Феномен? — улыбнулся Димка.

Клавдия Архиповна тут же улыбнулась в ответ и даже попыталась состроить глазки:

— Она умница, с красным дипломом институт закончила. У нас уже шесть лет работает. Все-все знает, с ней даже старшие коллеги советуются. Зав. отделением на нее не нарадуется — безотказная. А самое главное, — доверительно понизила голос Клавдия Архиповна, — за женщин своих она горой стоит, ни времени не жалеет, ни сил. Если надо, до главврача дойдет. Так что будьте покойны, у доктора Медведева женушка ваша — как у Христа за пазухой. Все будет в лучшем виде — и с ней, и ребеночком. Что, первенький у вас?

Ну, как, блин, ответить на такой вопрос?

От необходимости отвечать Дмитрия спасло явление доктора Медведевой.

— Так, папаша, все нормально, не волнуемся. Открытие хорошее, уже четыре па..

— Я НЕ ПАПАША! — заорал Тихомиров.

Вот теперь Дарья впервые внимательно посмотрела на Диму. Недоуменно нахмурилась:

— Родственник?

— Нет.

— А кто?..

«Конь в пальто», — чуть не ляпнул Димка, но вовремя спохватился. Такое своей Дашеньке (ему все время хотелось повторять ее имя) он не мог сказать. Изложил краткую версию того, как его мерседес принял на грудь беременную Светку, вдруг осознав, что испытывает к этой непутевой какое-то подобие благодарности. В качестве подтверждения своих слов даже извлек из кармана мерсовский шилдик, непомерно мизерную плату за то, что он снова смог встретить Дашу. «Блин, имя-то как ей подходит».

Доктор Дарья Александровна выслушала рассказ Димы, в паре мест удивленно изогнув бровь.

— Ну что ж, в таком случае информация о первом этапе родовой деятельности вам без надобности, — Даша слегка усмехнулась. — Ну и повезло же вам.

Очарованный Дашиной улыбкой, Дмитрий не сразу сообразил, что доктор Медведева собирается уйти.

— Минуту, Дарья Александровна!

— Да?

— Неужели вы меня не помните?

— Рожали у нас?

От этой фразы Димку передернуло.

— Три дня назад мы в троллейбусе встретились, помните?

Даша внимательно посмотрела на Дмитрия. Всклокоченный, бледный, только-только начавший приходить в себя, он несколько отличался от самоуверенного хлыща в элегантном костюме — себя трехдневной давности. Но Даше его вспомнила. Кивнула.

— А, ну да. Вспомнила. Чем обязана?

Дима обезоруживающе улыбнулся и развел руками.

— Видите, мы снова встретились. Мне кажется, это судьба …

— Да минуй вас Господь от такой судьбы, — Даша еще раз усмехнулась. — Я же лесбиянка, забыли?

Глядя в спину уходящей доктору Медведевой, Дмитрий испытывал острое желание врезать куда-нибудь кулаком. «А вдруг сейчас Светкин муж приедет?», — с надеждой подумал он.