Когда Люсия проснулась, солнце поднялось уже довольно высоко и смотрело в узкие стрельчатые окна ее новой комнаты. Девочка потянулась и села. Потерла глаза руками, прогоняя остатки сна. Соседка – тощая, конопатая, но спасибо, что хоть черненькая, а не рыжая, как там ее по имени… ах да, Эделена Старова – сидела тихо, забившись в угол своей кровати. Увидев, что Люсия проснулась, соседка оживилась.

– Ах, Люсия Закар, как хорошо, что ты проснулась! – затараторила она, складывая руки перед собой в жесте благоговения. – Госпожа наставница загрузила твои данные в Информаториум! Я не решалась встать, чтобы не разбудить тебя. Но уже почти решилась, потому что скоро прибудет Я-Ях, наша школьная фея, чтобы снять с тебя мерки и подобрать форму. А потом, если ты позволишь, я провожу тебя на завтрак, познакомлю со всеми лучшими девочками школы. Они уже оповещены о твоем прибытии и ждут не дождутся знакомства. А потом будут классы!

Люсия милостиво кивнула и встала. Ноги тут же утонули в пушистом ворсе прикроватного коврика. Интересно, если Старовой приказать, она и тапочки в зубах принесет? Вчера их знакомство началось совсем не так.

Накануне Кларисса отдала девочке банковский ключ, уменьшившийся до удобного для переноски размера (он стал точной копией дешевой елочной игрушки, она тысячи раз видела такие в киосках!). Затем новая наставница перепоручила ее первому попавшемуся на выходе из башни слуге.

– Школьное крыло, учащиеся третьей стадии, последняя комната по левой стороне, – отрывисто приказала она и унеслась, не оглядываясь.

– Следуйте за мной, барышня, – церемонно произнес слуга, забирая у нее чемодан.

Без порядком поднадоевшего багажа Люсия получила даже некоторое удовольствие от путешествия по замку. Тем более что сопровождающий счел нужным рассказать ей о Дхорже.

– Замок разделен на пять неравных частей. Это собственно школа, где обитают и учатся стадиенты, жилое крыло для уважаемой семьи Корамелл – Радовых и их гостей, исследовательское крыло, хозяйственное крыло и парадные покои. В замке не менее четырех десятков башен разных назначений и высот. На самые высокие прилетают драконоиды, и оттуда они отправляются в путь. Дхорж выходит на Северный океан. Великолепное зрелище, особенно на закате. Ведь океан омывает нас с севера и востока.

Он говорил так гордо, словно владел этим замком. Но утомиться от экскурсии Люсия не успела. Узкий коридор сменился галереей с портретами (надо будет рассмотреть во всех деталях!), затем огромным залом неясного назначения. Из зала они вышли в новый коридор, широкий и освещенный попеременно то настоящими факелами, то странными фонарями на стенах.

– Вот мы и в школьном крыле, – провозгласил слуга. – Здесь и расположены спальни. Сейчас найдем среди них вашу, барышня.

– Нечего искать, – Люсия старалась придать голосу интонации Клариссы. – Левая сторона, последняя спальня, как сказала госпожа знаккер Радова.

Провожатый усмехнулся.

– Значит, из ваших окон, возможно, будет виден океан, – сказал он. Клариссина интонация удалась ему лучше.

Он подошел к двери и взялся за ручку. Она не поддалась. Слуга трижды постучал, и одна из створок (дверь оказалась двустворчатой) распахнулась.

– Звездного вечера, Эделена Старова, – спокойно произнес он, входя.

– Звездного вечера, Раон Дорригер. – Из-за стола вскочила и бросилась к ним тощая девчонка в синих штанах-галифе и в чем-то напоминающем то ли олимпийку, то ли шикарный жакет знаккера Радовой. На столе сиял громадный хрустальный шар на золотой подставке.

– Это твоя новая соседка, Люсия Закар, – сообщил слуга. – Люсия, это Эделена Старова, младшая дочь знатного рода. Надеюсь, вы подружитесь.

Судя по лицу Старовой, надеялся он зря.

– Лично я надеялась, что все время буду жить одна, – протянула она, склоняя голову набок и недружелюбно разглядывая Люсию.

– Я надеялась на то же. – Еще не хватало молча терпеть всякие гадости.

Раон Дорригер, похоже, веселился от души, наблюдая за ними.

– Располагайтесь, – откланялся он. Новая соседка скривилась. Осмотрела Люсию с ног до головы.

Смелая какая, с места в карьер решила нажить себе врага в лице Люсии. Рискни, много таких рисковало.

– Твоего профайла в школьном Информаториуме нет, – безапелляционно заявила Старова. – Я только что там копалась. Ты кто вообще такая? Из этих… самородков-простолюдинов, которые тут из милости? Знаешь, что? Вон та кровать свободна, вот шкаф, вот стол, ванная – там. А со мной даже не смей заговаривать. Или я тебе знаком тишины рот на сутки запечатаю.

Люська вскипела. Эта мымра ведь не Кларисса и не Резанов. Пусть только посмеет смотреть на нее, Люсию Закар, свысока. Черта с два!

– Только попробуй, – процедила она сквозь зубы. – Проснешься зарезанной насмерть. Вот так!

И демонстративно провела большим пальцем по горлу. Откуда только нахваталась таких комедийно-тюремных жестов, самой непонятно.

– Мне не привыкать, – подытожила она и проволокла чемодан к кровати.

Надо было разобрать вещи и обдумать дальнейшие стратегии и перспективы. Эта дрянь еще поймет, с кем связалась.

Люсия рывком раскрыла чемодан, вытащила пижаму. Хорошо, что взяла голубую флиску, потому что тут прохладно. Косметичку на прикроватную тумбочку, а остальное в шкаф, утром можно разобраться, что к чему.

Тут она случайно взглянула на соседку. Та стояла в той же позе, что минуту назад, таращась на Люську как-то странно.

– Значит, ты убийца? – почти шепотом спросила Старова, и глаза ее сделались огромными, как тарелки. – Не врешь, вот прямо убила кого-то?

– Да, убила. – Люська мгновенно сообразила, что вот сейчас можно заработать сто очков, а то и больше. – Собственных родителей. Они не признавали во мне четырехмерника. И знаккера не признавали. Так что заткни пасть и отвали с моей дороги, Э-де-ле-на Ста-ро-ва.

А утром, пока Люська спала, Эделена успела слазить в какой-то «школьный Информаториум», нашла свежую информацию о Люсии и теперь поедала ее взглядом фаната. Неплохо для первого утра на новом месте.

– Информаториум покажи, – велела Люсия.

Эделена закивала, соскочила с кровати, метнулась к столу, где покинутый со вчерашнего вечера хрустальный шар красиво переливался в лучах солнца, проникающих через окно.

– Была когда-нибудь у гадалки? – спросила соседка. Надо же, где теперь ее гаденькие высокомерные интонации? – Так вот, их хрустальные шары всего лишь выходы в обширные информаториумы. Плюс железная логика и правильные выводы. Смотри!

Девчонка нарисовала в воздухе простейший знак, что-то вроде детской пирамидки из колечек, надавила пальцем на верхнее, самое маленькое. Колечки сложились одно в другое. Хрустальный шар засиял уже не от солнечных лучей, а изнутри.

– Эделена Старова, пожалуйста, – попросила девочка.

Внутри шара вспыхнула зеленоватая искра и… раскрылась в карточку.

– «Эделена Катерина Старова, – с явным удовольствием произнесла свое имя соседка. – Возраст четырнадцать лет, место рождения замок Ворхел, побережье Южного моря. Магическая направленность – ритуалистика, прямое взаимодействие с глубиной отсутствует. Положение – младшая дочь знатного рода, богатая наследница…»

– Зачем мне сведения о тебе? Прочитай про меня, – велела Люсия. И та послушно свернула свою информационную карту.

– «Люсия Регина Закар. Возраст – четырнадцать лет, место рождения Третий город луны, Однолунная Земля…»

– Почему это Люсия Регина? Я вообще-то по отчеству Артуровна.

– Это у вас на Однолунной Земле так принято? У нас девочкам дается два имени. Собственное и материнское, – объяснила Эделена. – Так, давай дальше. «Магическая направленность – ритуалистика, прямое взаимодействие с глубиной – выше среднего. Положение – изгой семьи Закараус, богатая наследница. Наставники-опекуны: Арнольд Ромуальд Резанов, Кларисса Алессандра Радова. Особые примечания: убийца, жертвы – отец Артур Закараускас, мать Регина Закараускиене». Ты настоящая убийца! Ты пошла на это во имя своих целей!

До Люсии уже дошло, что это в местной системе ценностей что-то вроде королевы бала. И она расправила плечи. Хотя на осанку и раньше жаловаться не приходилось.

Эделена осторожно потыкала ее пальцем в плечо.

– Странная у тебя пижама, – сказала она. – Это с Однолунной Земли? Тебе определенно нужна собственная фея. Думаю, наставница не откажется заключить контракт для тебя. Люсия Закар, я тебе завидую! Тебе предстоит столько всего чудесного! Первые уроки, покупки – ты же захочешь добавить к школьной форме какие-нибудь украшения? А главное – знакомства и связи!

Теперь Люсии уже казалось, что с соседкой ей почти повезло.

В один из первых дней своей учебы Люсия шла по замку. Вернее, почти бежала. Расположение глубинных коридоров она пока не помнила. Поэтому, если ее не сопровождала свита (да, собственная свита! Выкуси, Карина! Выкуси, Ермолаева!), то в ее распоряжении было только трехмерное пространство замка. И она забрела куда-то не туда. Не страшно, девочки в библиотеке подождут. Старова и еще одна из ее нового окружения. Нет смысла всех запоминать, они то и дело называют друг друга по имени и фамилии.

– …А потом уселись звери, каждый возле своей двери! Волк ты, лев или дракон, выходи из круга вон! – донесся до нее детский голосок. И смешки.

Ясно, она забрела в коридор, куда выходили спальни младших стадиентов. Они сейчас играли. И упоминали волков, хм. Плевать на малышню, главное, что в конце этого коридора есть лесенка, которая приведет ее прямо к одному из входов в библиотеку.

– Скажи-ка мне, Эделена Старова, – обратилась она через пару минут к соседке, уже устроившейся на диване в нише под окном, – что за звери упоминаются в детской считалке? «Волк ты, лев или дракон»?

Эделена наморщилась, силясь что-то вспомнить, но ответила Маора Вереск, красивая русоволосая девочка из Центральных земель.

– Глубинные твари, конечно, – сказала она, сдувая со лба вьющуюся прядь. Могла бы ее заколоть, но так, видите ли, привлекательнее… – По-другому их называют «твари вечности». Потому что они, с одной стороны, обеспечивают миру эээ… жизнь, взаимодействуя с глубиной пространства какими-то своими способами. С другой стороны, они… вечны. Это логично, в общем-то. Если мир бесконечен с пространственной точки зрения, то должен быть таковым и с временной…

– Если я правильно помню, Маора Вереск, то бессмертие волка можно из него вытащить?

– Верно, Люсия Закар, – снисходительно улыбнулась Маора, – изъять. Из детеныша, взрослый волк тут бесполезен. Ну, их все равно истребляют – не отдадут же они детенышей просто так. Уже истребили, если хочешь точности.

В памяти Люсии тут же всплыл разговор наставницы и… бывшего будущего свекра. Тот самый, о ритуале Иммари, о технических и магических средствах его проведения. И о «материале» в виде детенышей. Еще бы разузнать побольше.

– Что ты знаешь об Иммари, Маора? – спросила она.

– Я, увы, совершенно ничего. Но Диймар Шепот, друг моего брата Ларре, вполне может знать. Он один из любимых учеников Наставницы. И ему известно многое, что сокрыто от нас.

– Познакомишь?

– Позже. Он сейчас отсутствует. Говорят, его отправили на твою родину, на Однолунную Землю, за детенышем. И он добился успеха, раздобыл волчонка. Если ритуал восстановят, то охота на детенышей обретет смысл! Стать охотником – моя мечта! – Серые глаза Маоры сверкнули молниями. – Это власть, богатство, слава и приключения!

– Я кое-что вспомнила, – встряла вдруг Эделена. – Я слышала, что Иммари – сложный ритуал. Для него требуются и ритуальные, и словесные знаки. Так вот, основная утерянная часть – словесный знак, специально созданный для Иммари. Он длинный и стихотворный. И он как-то связан с нашими колыбельными.

– Я ваших колыбельных не слышала, – фыркнула Люсия.

– Хммм, – Маора задумалась. – Я вряд ли вспомню все слова, но… Она прикрыла глаза и замурлыкала мотив. На земные колыбельные это было не похоже, но все равно мелодия убаюкивала:

Мм… Каждой твари своя луна… Серому волку – одна луна… Белому волку – тоже одна. Грозному льву – золотая луна. Только дракону луна не нужна…

– Прячется, прячется эта луна… – подхватила Эделена. У нее оказался красивый голос.

– И как это связано с ритуалом извлечения бессмертия? – прервала их хоровое пение Люсия.

– Эта песня никак, – улыбнулась Эделена. – Но говорят, что другая связана. Эти две колыбельные сочиняла совсем молоденькая девушка, знаккер. И они, в отличие от прочих колыбельных в Трилунье, ни капельки не древние. Может, она была словесником? И составила потерянный знак? Не знаю.

– Надо спросить у наставницы, – решила Люсия.

– Только не раньше, чем она вернется, – ответила Маора. – Госпожа наставница отправилась в Третий город луны. Диймар доставил туда детеныша с Однолунной Земли, представляешь?

Ничего себе! Карина все-таки попалась. Или Митька? Нет, вряд ли. Бабушка его так просто не выпустит. В любом случае вот это новость! И зачем Старова теребит ее за руку?

– Пойдем, Люсия Закар! – говорила она. – Если помнишь, Ларре Вереск, старший брат Маоры, обещал научить тебя знаку подчинения. Он очень пригодится тебе, если решишь завести собственного драконоида!

Знаки давались Люсии с трудом, но рано или поздно все-таки давались. Самым первым стал знак запуска Информаториума школы. Тот, что напоминал пирамидку. Сложно было сразу безапелляционно приказать действию состояться. Не формулируя приказ в слова и не сомневаясь в его выполнении. Легче стало, когда Люсия поняла, что рисунок, выполняемый пальцами в воздухе или на поверхности предмета, и есть слова приказа.

Когда это понимание пришло, дело оставалось за малым (впрочем, может, для какой-нибудь Карины это было за «малым», а ей все давалось с большим трудом) – безупречно выучить рисунок и сто, тысячу раз отработать его в библиотеке, в классе, в спальне. И она делала это, стиснув зубы.

В конце концов она все твердо для себя решила. Если путь наверх лежит через охоту на бессмертие – все очевидно. Она станет самым крутым охотником в истории Трилунья, не говоря уже о родной Однолунной Земле.

В день возвращения наставницы ей удалось подчинить своей воле… Нет, увы, не драконоида. Всего лишь подопытную обезьянку. Но Ларре Вереск (такой же симпатичный и кудрявый, как сестра, к тому же, согласно Информаториуму «старший сын знатного рода») долго прыгал по классу и вопил, что, смотрите, мол, все, это его ученица. А потом помчался поприветствовать наставницу и сообщить ей о Люсиных успехах.

Наставница приняла ее только на следующий день. Кабинет у нее был невероятный. «Деловому» интерьеру Резанова до него еще расти и расти. Бело-синяя, похожая на стеклянную, плитка на полу – вошедшая Люсия как будто на шахматной доске оказалась. Каменные стены не гладкие, а такие… будто скалы. И резной рабочий стол. Вообще все полки-шкафы-стеллажи, какие только есть, покрыты затейливой резьбой. И никаких окон. Чтобы рассветы-закаты не отвлекали от работы.

– Что ты хотела, Люсия Закар? – резковато спросила наставница, не отрываясь от лежащей на столе книги. – Ты знаешь, что меня нельзя беспокоить по пустякам?

Люська подошла к столу, пытаясь отлепить язык от неба. Некстати как-то накатила робость. Наставница подняла голову от фолианта, сурово взглянула на девочку. Потом отчего-то смягчилась.

– Как ты привыкаешь к школе? – спросила она. – Может быть, хочешь заключить контракт с феей, как большинство девочек? Побывать в городе?

– Н-нет, я… то есть контракт с феей хочу… пожалуйста. Но я хотела сказать о другом. – Люсия совладала с волнением. – Госпожа знаккер Радова! Я хочу стать охотником. Добывать бессмертие! Обучите меня, пожалуйста.

В фиолетовых глазах Клариссы на секунду вспыхнуло что-то вроде интереса.

– А ведь ты, пожалуй, не врешь и не выслуживаешься, – усмехнулась она, обращаясь, впрочем, скорее к воздуху в комнате, нежели к Люсии. – Погляди-ка сюда.

И она придвинула Люсии книгу, которую читала. Тонкие, словно чуть промасленные, страницы были исписаны изящным почерком на незнакомом девочке языке. Вернее, не то чтобы совсем незнакомом.

– Это по-французски? – удивилась Люсия. – Неужели здесь тоже есть Франция? И Париж?

– Нет, в силу трагических обстоятельств, здесь такого нет, – с досадой ответила Кларисса. – Итак, этот код… м-м, язык тебе незнаком?

– Нет… я знаю, что la Lune – это луна… вот здесь. Но больше ничего.

Она хотела было добавить, что Карина наверняка сможет это прочитать, ведь ненормальная тетка Лариса учила ее и английскому, и французскому, вот только до итальянского не добралась. Но лучше такой информацией не делиться и не укреплять шаткое положение Карины в Трилунье.

– Очень, очень жаль, – вздохнула наставница. – Возможно, придется отправиться на твою родину, чтобы найти чтеца и… как это? Дешифратора.

– Переводчика…

– Пусть переводчика. Ну ладно, я запомню этот твой визит, Люсия Закар. И когда скажу, что пришла пора, ты беспрекословно подчинишься. До тех пор иди и учись. Дураков на охоту не берут. А если берут, то в качестве приманки. И еще… будет тебе фея.

Фею она получила на следующий же день. Утром вышла из ванной и увидела на столе подарочную коробку, искусно декорированную под кукольный дом. Вокруг, сердито стрекоча крылышками, вилась школьная фея Я-Ях. И умирала от любопытства Эделена Старова.

– Что за фигня? – спросила Люсия.

Эту манеру она переняла от Карины. Когда бывшая подруга так говорила, то людям вокруг казалось, что все, кроме самой Карины, в самом деле полная фигня.

– Твоя фея! – радостно ответила Старова. На нее интонации Карины не очень подействовали. Надо будет еще потренироваться. – Постучись скорее!

У самой Эделены фея была совсем молоденькая, она боялась сделать хотя бы шаг в сторону от строгих предписаний моды и школьных правил. Первые в Трилунье, пожалуй, были строже, чем вторые.

Люсия решительно постучала по крышке коробки, мимоходом удивившись, что декор оказался не совсем декором, – это действительно был дом. Крышка распахнулась, но комнат внутри не оказалось – только густой разноцветный туман.

– Наконец-то! Я уж думала, что так и состарюсь в безделье!

С этими словами из коробки-дома стрелой вылетела такая же крошечная, как Я-Ях, фея в бело-голубом полосатом комбинезоне, только волосы у нее были не серебряные, а завитые в бирюзовые локоны.

– И-Ирь! И давно у тебя истек предыдущий контракт? – кисло поинтересовалась Я-Ях.

– Позавчера вторая дочь семейства Радигеров, Николь Михаела, покинула детскую башню родительского замка и переехала во взрослые покои, – ехидно отрапортовала вновь прибывшая. – А ты, Я-Ях, по-прежнему ведешь учет школьным формам? Оно и видно. И которую же из этих простушек мы должны превратить в блистательную светскую леди?

В коробке Эделениной феи что-то громыхнуло, но феечка предпочла не вмешиваться. Я-Ях тоже всплеснула руками и ретировалась, бормоча себе под нос что-то про кучу работы.

И-Ирь уперла руки в боки и грозно воззрилась на девочек.

– Как вы слышали, меня зовут И-Ирь, – пропищала она. – И кто же из вас, замарашки, Люсия Закар?

– Я, – сказала Люська. От удивления даже осадить нахалку забыла.

– Отли-иично, – протянула фея, сощурившись, – значит, мне достался менее запущенный вариант. Вот ваш экземпляр контракта, юная госпожа – она вытащила откуда-то (из глубины, наверное) свиток едва ли не вдвое больше себя самой, – прочитаете на досуге. Ваша наставница подписала его от вашего имени. Обеспечение – две сотни золотых полнолуний еженедельно. У вас щедрые опекуны, богатая наследница Люсия Закар!

– Я, пожалуй, в ванную, – сообщила Эделена.

А всего через полдня Люсию ждал триумф. После обеда они с девочками собрались в библиотеке, чтобы оценить ее новый имидж, – И-Ирь добавила в светлые волосы Люськи голубые пряди и вплела в них голубые и серебряные бусинки. Это была идея модных подиумов Однолунной Земли. Мечта о модной принцессе Люсии стала реальностью. Теперь главное – не расслабляться и не забывать, что основная цель – власть и влияние на судьбы мира. Хотя и всеобщее восхищение никто не отменял.

Она как раз купалась в восхищении, когда над библиотекой вдруг пронесся шепот. В прямом смысле.

– Шепот… Диймар Шепот, – загомонили девочки.

Не придумаешь удачнее момента, чтобы познакомиться с любимым учеником наставницы и будущим светилом знаккерства. Высокий светловолосый мальчишка, только что о чем-то говоривший с наставницей, развернулся и пошел к выходу. Люсия решительно двинулась наперерез.

Как же она удивилась, когда увидела, что по пятам за Диймаром Шепотом тащится… Карина. И в таком виде, что поневоле обрадуешься.

Обрадуешься, особенно когда вспомнишь, как она сняла шапку в «Блинах-оладушках» и у Арно Резанова глаза стали большие и беззащитные.

Сейчас на Карине было обычное трилунское платье, только надетое без рубашки, на голое тело. К тому же мокрое и мятое, как у бродяжки. В довершение всего вокруг пояса она замоталась в идиотское коричневое одеяло. И босиком. Как ее вообще в замок пустили?! Вот только волосы полыхают огнем, выбиваясь из длиннющей косы. И глаза злые и острые. Черт.

Конечно, Карина, по сути, сорвала ее знакомство с Диймаром, накинувшись с глупыми обвинениями в убийстве. Знала бы она, что по местным меркам это «обвинение» сродни благодарности от вышестоящих.

В тот же день и Карину, и Диймара забрали куда-то в другую школу или замок. Но это не беда. До бала в честь праздника Пилигримовых яблок оставались какие-то две с небольшим недели. Там будет шанс наладить контакт с Шепотом. А до тех пор можно прочесть его профайл в Информаториуме.

За пару дней до бала наставница Кларисса Радова вызвала Люсию.

– Почти все девочки едут на танцы под присмотром родителей и, разумеется, с кавалерами. Ты приглашена?

Люсия покраснела и кивнула:

– Ларре Вереск предложил сопровождать меня.

– Это очень хорошо, Верески – верные наши друзья, и среди членов их славной семьи всегда было немало охотников. Но поскольку родителей у тебя нет, я ответственна за твое перемещение до Третьего города луны и городской ратуши. Предлагаю остановиться в твоем новом доме, Люсия.

Ох, точно. У нее же теперь был собственный дом. Пора бы проинспектировать собственность.