Полгода назад. Вадим

Можно сколько угодно рассказывать анекдоты про службу охраны перевалочного пункта «Меркури-16». Можно сколько угодно смеяться над желчными патрульными или задирать местных чиновников одной из крупнейших станций с искусственной гравитацией. Можно сколько угодно возмущаться над дурацкими законами станции с атмосферой максимально приближенной к атмосфере старушки Земли. Но главное правило астероида класса М, превращенного в удобную космическую верфь, соблюдалось неукоснительно: Никакого огнестрельного оружия. Никакого. Будь-то импульсные пушки Содружества или лучевики Азиатского союза, игольники все-таки отколовшихся от материнской планеты африканцев, или лазерные винтовки Российской Империи (РИ). Впрочем, старые добрые калаши и всевозможные реплики револьверов тоже были под запретом. Что не мешало жителям и гостям Меркури иметь любое количество холодного оружия. Виброножи, плазменные тесаки, лазерные сабли (давнейшая мечта человечества, в особенности всех фанатов «Звездных воин»), шило, стилет, даже обычная резиновая дубинка со свинцовым стержнем — на данные средства убийства ближнего своего администрация станции закрывала глаза. Более того, одним из официальных источников дохода Меркури-16 был «Галактический Колизей».

Стальная обшивка стен, никаких дешевых пластиковых панелей, тройная система безопасности, шлюзовые переходы, блокирующие переход и способные мгновенно отсекать определённые отсеки, мощная система наблюдения и достаточно серьезная сеть турелей как внешней, так и внутренней обороны. Ношение, а уж тем более использование любого огнестрела каралось сурово — в первый раз цены повышались ровно в тир раза, во второй раз, разумный заносился в Черный список Меркури.

Опыт пары захваченных экстремистами станций и обеспокоенность инвесторов вылилось в создание уголка стабильности в общегалактическом хаосе. Никто, даже самый конченный пират или контрабандист, не осмеливался устраивать разборки и проворачивать свои темные делишки на Меркури-16 с использованием дистанционного оружия. Ходили слухи, что контрольный пакет акций находится во владении Армии России. Мол имперцы используют Меркури, как площадку для повышении уровня владения оружием ближнего боя. Что-то типа Полигона в режиме реального времени, с реальными участниками и реальными трупами, но подтверждения этим слухам никто так и не нашел. Да и не очень-то и искали, если честно.

По сути, любой человек, ступающий на полимерный решетчатый пол станции, был готов в любой момент пустить в ход свой клинок. Кто-то находил в этом своеобразное изощрённое удовольствие, кто-то щекотал себе нервы в поисках новых ощущений. На станции даже существовала услуга эскорта, гарантирующая девяносто пяти процентную доставку заказчика в заданную точку. Сто процентов не могла дать даже администрация Меркури.

Вадим шел в компании своих бойцов, не сильно переживая насчет нападения. Обычно на организованную группу составом от 10 человек никто не нападал, тем более, если данные ребята были облачены в тяжелые военные доспехи одной из группировок флота РИ.

— Ну что, командир, сразу в Колизей? — обратился к Вадиму Лунтик, не забывавший цепко поглядывать по углам.

— Старик ясно дал понять, чтобы мы сначала зашли на базу и сдали наши МТД, — Вадим внутренне поморщился, отвечая своему заму.

Его дико смущал прямой приказ командира соседней роты тяжей сдать мобильные тяжелые доспехи по прибытию на перевалочный пункт. Во время отсутствия Седого, которого какой-то штабной полкан вызвал себе на доклад, обязанности командира роты исполнял незнакомый зализанный капитан. Вадим, будучи лишь командиром взвода, не мог не подчиниться приказу старшего по званию офицера.

— Да уж, — вздохнул Лунтик, получивший свой позывной за то, что по ночам разбирал и собирал штатный лучемет, умудряясь при этом даже похрапывать.

Бог его знает, как паренек умудрился попасть к тяжам, но все нападки, надо признать, сносил стоически. А их было множество ровно до того момента, когда сослуживцы узнали об этой особенности щупленького новичка, над которым не смеялся, наверное, только Вадим. Многих сослуживцев прошибла испарина от осознания реального положения вещей. Ведь, если человек во сне собирает-разбирает свое штатное оружие с полным боезапасом, то что может ему помешать во сне же и расстрелять своих товарищей по оружию, устроивших ботанику сладкую жизнь? Нападки на парня моментально прекратились, а его лучемет на ночь начали помещать в оружейную, вместо специальной стойки быстрого доступа у изголовья койки.

— Мрак, — негромко проговорил Лунтик, смотря в другую сторону, — я помню, как ты меня тогда прикрыл, поэтому, будь осторожен сегодня, лады?

В тот раз задачей их взвода был разгон «мирной» демонстрации, а точнее двухтысячную толпу нагнанного и накрученного электората. В толпе то и дело мелькали рослые парни в темно-бордовых жилетках, раздающие народу то бухлишко, то камни, то какие-то листовки. Именно, один из них и бросил импульсную гранату в широкую цепь тяжей, стоящих с открытым забралом перед толпой, прикрывая собой полицейские части лунного городка. На открытых забралах настоял мэр города, который так же продавил решение о недопустимости наличия любого огнестрельного оружия в руках армейских частей. Пусть и послан был на усиление всего лишь один урезанный взвод армейцев в МТБ.

Забрала тяжей синхронно опустились еще в тот момент, когда бордовая жилетка только замахивалась гранатой для броска. Вадим, контролирующий взвод МТД, не колеблясь, скомандовал переход в боевой режим. Редкая цепь тяжей синхронно шагнула вперед, доставая из-за спин плазменные резаки. Толпа, секундой раньше смеявшаяся над пятью «Железными человеками» (дурацкое название приклеилось к тяжам еще с конца прошлого столетия), замерла. Сразу стало ясно, почему цепь тяжей была такая растянутая. Пять фигур, закованных в титановый доспех с матовыми полутораметровыми клинками, имели достаточный простор для маневра.

Граната, неспеша летела в Лунтика, который с детским удивлением смотрел на небольшой искрящийся, вращающийся шарик, приближающийся к его лицу. Яркая вспышка резанула по глазам, забрало резко потемнело, спасая сетчатку глаз от светового ожога. Новобранец, словно в замедленном фильме наблюдал за возникшим из ниоткуда командиром, который принял гранату на свой клинок. Белое пламя охватило фигуру Вадима, по его доспехам пробежали всполохи электрических разрядов, и вышедший вперед командир пилотов МТД, принявший удар на себя, замер перед своими бойцами. Блестящая серебряная броня после встречи с импульсной гранатой обернулось угольно-черным пятном сажи. Вадим покачнулся, заваливаясь вперед. Обе стороны затаили дыхание. Тяжи с удивлением смотрели на потерявшую свое величие фигуру командира, а толпа жадно наблюдала за падением обугленного МТД, предвкушая лязг и грохот от падения выведенного из строя бойца. Бордовая жилетка уже набрал в легкие воздух, чтобы бросить толпу на цепочку тяжей в самый удачный момент — когда почерневшая фигура в опаленных доспехах безжизненной куклой замрет на сером, потрескавшемся асфальте.

Лунтик, не в силах пошевелиться, с ужасом смотрел, как лениво, словно в замедленной съемке, заваливается вперед фигура командира, прикрывшего собой самого никчемного из бойцов. Вадим падал беззвучно, не предпринимая ни малейших попыток смягчить удар о серую хмарь дорожного полотна. Он даже не вытянул перед собой руки, правая все также держала над головой так и не активированный плазменный резак, левая прижата к груди.

Звук упавшего тела, раздавшийся в гробовой тишине, услышал каждый человек, находившийся на площади.

Бордовая жилетка, победно усмехнувшись, только начал набирать в легкие воздух, чтобы бросить находящуюся в ступоре толпу на тяжей, как над площадью раздался жуткий скрежет. Куратор митинга забыл, о том, что только что хотел запустить массовую истерию и ошарашено смотрел перед собой. Такого попросту не могло быть!

Командир взвода тяжей отжимался на земле. Толпа, загипнотизированная нереальностью происходящего, шепотом считала количество отжиманий, не в силах отвести глаз. Сами тяжи, мгновенно опознав скрежет, молча офигевали от происходящего. Только их командир мог передвигаться в своем МТД используя исключительно силу своих мышц. Правда недалеко и недолго. Сто пятьдесят кг титанового сплава, равномерно распределенного по всей поверхности тела бойца, являлись самым настоящим гробом для неподготовленного пехотинца, при выведении костюма из строя.

Наконец фигура закончила отжиматься и медленно поднялась с земли. Резак, так и не выпущенный из сжатого правого кулака, пару раз мигнув, мягко засиял теплым оранжевым светом искрящейся плазмы. Вадим сделал шаг вперед. Тяжи, отмерев, синхронно шагнули следом, доставая из-за спины свои резаки.

Мэр, наблюдающий за происходящим на площади, судорожно строчил смску за смской своим партерам, настоявшим на официальном разрешении в проведении митинга.

Телекомпании жадно ловили каждый момент, кто-то вещал в прямой эфир, кто-то, прямо на месте, вырезал ненужные куски, монтируя ленту, и с небольшой задержкой отправлял горячий материал в свое новостное агентство.

— Лунтик, у меня вся внешняя аппаратура полетела. Скажи через динамик: «Команда — уничтожить одетых в бордовые жилетки террористов. Взвод, выполнять» — прохрипел Вадим по внутренней связи, — шугнем их!

— Есть, — по привычке кивнул Лунтик и, подрубив внешний динамик, прогрохотал хриплым от волнения голосом на всю площадь:

— Слушай мою команду — уничтожить одетых в бордовые жилетки террористов. Взвод, выполнять!

— Парни, ждем минуту, — Вадим не дал сорваться тяжам с места, — пусть левые дурочки, по скудоумности сюда пришедшие, успеют отойти в сторону.

Тяжи синхронно сделали шаг вперед. Самые умные из демонстрантов бросились в рассыпную.

— Сержант, — Вадим переключался на второй канал, — уводил своих орлов отсюда, сейчас здесь будет жарко. Вон, смотри, эти падлы вооружаются! Не хотелось бы, чтобы твои ребята пострадали…

— Понял, принял, — неохотно ответил командир ОМОНа.

Благоразумие одержало победу над гордостью, и сержант бросил своим:

— Мужики, отходим.

Взвод ОМОНа дружно отошел под стены городской ратуши и укрылся за полицейскими фургончиками. Вадим с тяжами безучастно наблюдал за уменьшающейся толпой. За минуту количество митингующих уменьшилось в три раза. Остались лишь наемники, спешно вытаскивающие лучеметы и игольники, обдолбанные наркоманы, притащенные на демонстрацию за бесплатную дозу, да «бордовые» кураторы, с жалостью смотрящие вслед убегающим школьникам и студентам. Задача создать максимальные потери среди гражданского населения оказалась провалена. Весь город знал, что у армейцев и полиции только оружие ближнего боя, поэтому стрелять в спину разбегающемуся народу не было смысла. Мужчина, сидящий с биноклем на втором этаже злобно чертыхнулся и принялся торопливо раздавать указания:

— Наемники, займитесь армейцами! Фарид, Толик, загоняйте наркош вперед, группа Жало, выцеливайте полицаев. Если что, сверху нас прикроют! И помните, мы борцы за правое дело, хе-хе!

Вадим, которого словно замкнуло после встречи с импульсивкой, растянул губы в неживой улыбке. Он и до этого дня был сдержан на эмоции, но сейчас и вовсе превратился в лёд. Парень равнодушно оглядел открывшую огонь толпу. Цвета медленно выцветали, а им на смену появлялись тысячи оттенков серого цвета.

— Подсветить бордовые жилетки! — отрывисто бросил тяж искину доспеха, с неудовольствием замечая, что со зрением опять начались проблемы.

Встроенный в бедро запасной миниреактор запитал энергосистему костюма, позволяя системе перезагрузиться. На забрале высветились долгожданные оранжевые цифры: «Заряд аккумулятора: тридцать четыре процента». Те двадцать секунд отжиманий, отнявшие у Вадима прорву сил, позволили запитать генератор и возобновить работу скафа.

— Хана асфальту, — мысли текли вязко.

Казалось, какая-то часть Вадима отстранилась от происходящего на площади. Тело само бросало себя вперед и вверх, управляя коротким полетом при помощи встроенного в спину реактивного ранца, левая рука, с активированной сферой силового щита, не давала пулям нанести вред сочленениям доспеха и лишить Вадима подвижности. На град стучащих по зеркальному забралу игл, парень и вовсе не обращал внимания. Резак с шипением разрезал воздух и подсвеченных искином кураторов, не оставляя за собой кровавых шлейфов. Плазменный клинок мгновенно прижигал раны, а отрубленные руки и ноги влажными шлепками падали на землю. Вадим ясно следовал генеральскому приказу: «Никого не убивать. Стоять. Умирать, но стоять».

«Интересно», — равнодушно проследив, как какой-то бородатый мужичок в бордовой жилетке теряет правую ногу по колено и, позабыв про сумку с гранатами, с воем начинает кататься по земле, подумал Вадим. — «Зачем нас сюда отправили? Даже нет, не так, как администрация допустила столько вооруженных людей у себя в городе?»

Вадим не обращал внимание на мешающихся под ногами наркош, сосредоточившись на террористах. Стараясь не попадаться под взрывы импульсных гранат, парень целенаправленно выводил из боя ключевые фигуры, следуя подсказкам бортового искина.

Завыли журналисты, по которым хлестнул свинцовый дождь рикошетов. Полицейские части, разойдясь полукругом не давали вырваться с площади самым сообразительным борцам за независимость.

Через двадцать минут все было кончено. На площади осталось лежать около ста-ста пятидесяти тел революционеров, среди которых черными пятнами выделялись тяжи, поймавшие грудью импульсную гранату. Остальные или убежали, или уже примеряли на себя пластиковые наручники, сидя в полицейских автобусах. Редкие прохожие предпочитали обойти центр города стороной. Хоть на улице и светило солнышко, но от площади веяло чем-то мрачным. В тот день Вадим получил свой позывной. «Мрак».

На удивление, не погиб ни один борец за справедливость. Даже наркоши отделались в лучшем случае сильным испугом и парочкой ломанных костей, а в худшем раздавленными ногами и сплющенными руками. Приехавшие на место происшествия серые неприметные фургоны споро грузили участников митинга, не забывая, впрочем, в отдельный грузовик закидывать оставшиеся без хозяев руки и ноги. Благо медицина позволяла «вернуть на место» чуть ли не любую конечность.

Когда же морально опустошенные, после выполнения грязной работой, тяжи, перекидываясь шуточками и сбрасывающие тем самым излишки адреналина, вернулись на базу, их чуть ли не на пороге встретил взбешенный генерал:

— Какого дьявола, — брызгал слюнями толстопузый, розовощёкий колобок в идеально сшитом по фигуре мундире, — какого дьявола вы нарушили приказ?!

— Разрешите обратиться, — попробовал было разъяснить ситуацию Вадим.

— Молчать! — казалось генерал, с трудом достающий до груди обугленного МТД Вадима, сейчас лопнет от ненависти. — Да вы хоть знаете чей там был сын?! Которому вы отрезали руку?!

— В которой у него была импульсивка? — не удержался Вадим.

Ни для кого не было секретом, что импульсные гранаты находились под строжайшим запретом и при наличии оной у гражданского, последнему светило до 10 лет исправительных работ на урановой шахте.

— Я! Сказал! Молчать! — перешел на визг генерал. — На гаупвахту! Сгною! Расстреляю!

— Заткнись, Мрак, — буркнул в интерком Лунтик, видя, что старшой, злобно ощерившись, снова открывает рот, — командир! Ребят хоть не подставляй!

На Вадима словно вылили ушат холодной воды.

«И вправду», — сжав зубы, подумал Вадим, — «парням ведь тоже достанется. Хана карьере, жаль капитана получить не успел. Да и домой не слетал. Могилки родителей не проведал. Сошлют в какую-нибудь дыру. Да уж… И как только мы до сих существуем с такими-то генералами… Ааа! Плевать, попрошусь на фронт, тем более у меня к таракашкам свои счеты остались…»

Мыслей у Вадима было много, так как разорялся пузан долго. Безумно хотелось протянуть руку и, с трудом найдя под тройным жирным подбородком горло, сжать его.

«Просто протянуть и сжать. Сколько интересно добра я принесу армии и своей военной группировке?» — Вадим аж улыбнулся. — «Эх, мечты, мечты… Мечты?»

Парень отвлекся от своих мыслей и похолодел от ужаса. На вытянутой руке безвольной куклой болтался бывший генерал. Идеальный, всего несколько минут назад, костюм скомканной тряпкой висел на безжизненном теле.

Это был залет.

Через несколько дней комиссия внутренней службы безопасности вытащит еле живого парня из застенок армейской тюрьмы. Детально рассмотрит всю неделю до момента хладнокровного убийства генерала, «сошедшим с ума» старлеем. Найдет следы перепрошивки программного обеспечения МТД, заинтересуется психологическим состояниям тяжа. Изучит взятые у еле живого к тому моменту старлея анализы всего, чего только можно. Найдет практически вышедшие из организма боевые наркотические вещества, доступ к которым имелся лишь у ограниченного количества лиц. Предотвратит 8 попыток покушения на лежащего в коме Вадима и раскрутит всю цепочку продавшихся заклятым друзьям родины группы высокопоставленных чиновников и военных. Отправит парня на «реабилитацию» в свои засекреченные лаборатории, дав ему ровно один день, чтобы уладить свои дела. Но все это случится лишь через несколько дней.

Двое суток — именно столько времени понадобилось безымянному искину десантного бота, чтобы доставить информацию в канцелярию императора. Искину, получившего имя Икс в тот день, когда Вадим вышел из комы. Тяж, восстановил частично самостоятельно, частично при помощи Лунтика, все до единого события того дня. Дня, который остался у него в памяти неразличимым мутным пятном длиною аж в целую неделю. Вадим, в первый раз за последнее время боялся. Боялся, что не успеет за отведенное СИБ время выкупить тот десантный бот. Задействовав все имеющиеся у него связи, он продал оставшийся после смерти родителей участок с домом на Земле и выкупил десантный бот с Иксом в вечное пользование. Парень, ничтоже сумняшеся, пошел на преступление, не выдав властям разумный искусственный интеллект. Суровый тяж отблагодарил искина как мог, предложив последнему свою дружбу…

— … поэтому, будь осторожен сегодня, лады? — эхом прокатилось в голове Вадима.

Тяж вынырнул из серого дурмана своих воспоминаний и посмотрел на Лунтика. Если сослуживец ничего не путал, то сегодня на Вадима ожидалось очередное покушение. Из того взвода остался только сам Вадим, да прибившийся к нему Лунтик, всеми правдами и неправдами последовавший за своим командиром. Трибунала, конечно, удалось избежать, но, после нескольких месяцев, проведенных в лабораториях СИБ, где Вадиму вкалывали какую-то гадость, его закинули в самый дальний гарнизон на границу с инсектоидами. Причем любой выговор или нарушение приказа грозили парню увольнением с военной службы, которая гарантировала хоть какую-то защиту. Как не пыталась СИБ избавиться от антиимперского лобби, в армии до сих пор, не смотря на проведенные чистки, были сильны антиправительственные настроения. Тяж не был в курсе на чьи деньги существует эта влиятельная клика — Азиатского союза или Содружества, или другой организации, но то, что его занесли в черный список, парень понял давно.

Все эти полгода Вадим не вылезал из МТД и старался не оставаться один. От четырех покушений спас доспех, от двух удалось отбиться полувзводом тяжей, стоящих в охранении. В последний раз Вадиму банально повезло. Девушка-курьер, привезшая пиццу, за какую-то секунду вскрыла дверь каюты, у которой «случайно» пропал силовой щит и с клинком наперевес кинулась в скромное жилище Вадима, где и замерла в растерянности, не обнаружив цель. Сам Вадим в это время был еще у себя в части. Заказав пиццу, он никак не ожидал, что Икс, вместо чека с оплатой за доставку ужина, пошлет ему небольшое видео, где в главной роли выступала девушка с ножом. Искин заблокировал дверь, и незадачливый киллер добрых два часа ждал военного патруля. Больше всего парень расстроился из-за съеденной девушкой пиццы. Покушение на офицера РИ в военном городке! Мало кому могло прийти в голову, что найдутся настолько отмороженные «рэволюционэры», которые осмелятся прийти «вершить правосудие» в сердце российской военной базы на Меркури-16.

— Лады, — быстро прогнав в памяти события последнего полугода, равнодушно ответил Вадим, — все равно нам сейчас на базу топать, МТД сдавать.

Признаться, временами на него находило некое пограничное состояние, когда его сознание будто парило над правым верхнем плечом, а тело мгновенно выполняло все мысленные приказы. Хоть военные медики и убеждали Вадима, что боевая химка и последующее «лечение» никак не повлияли на его организм, парень чувствовал, произошедшую в нем перемену. Эмоции его стали тусклее, в то время, как восприятие мира стало ярче. Хорошо это или плохо Вадим не знал, существуя, последние полгода, словно во сне.

Лунтик только что-то хотел добавить, как требовательно пискнул интерком. Ощущение приближающихся неприятностей кольнуло Вадима куда-то под лопатку. Из динамика донесся скрипучий голос:

— Полувзвод «Искра»! Говорит Старик. Смена директивы, повторяю, смена директивы. МТД не сдаем — не успеете. В порту сейчас швартуется катер Содружества Немедленно, повторяю, немедленно организовать встречу представителя Содружества, обеспечив его охрану и сопровождение до нашего консульства.

Несмотря на стандартный приказ чувство тревоги не покидало Вадима. Представители содружества прилетали на Меркури достаточно часто и сопровождать их требовалось полным взводом, а, следовательно, рядом будут ребята, способные прикрыть спину.

— Старший лейтенант Ухов, — вновь пикнул интерком, — также приказываю забрать сопроводительное письмо на этого клоуна из Содружества из администрации Меркури.

Из интеркома послышались помехи, долгий, старческий вздох и очередная порция писка, заставившая Вадима окаменеть:

— Прости, Мрак… Ты там… аккуратней, дружище.

За что извинялся Старик Вадим понял через пару секунд, ловя на себе сочувствующие взгляды его бойцов. Забирать документы из администрации астероида имели право только офицеры.

— Я пойду с тобой, — нахмурился Лунтик.

— Отставить.

Вадим не собирался обрекать на смерть преданного ему бойца. Лунтик был похож на его младшего брата, погибшего вместе с родителями во время неожиданного нападения Роя. А в том, что его ждет какая-то западня, тяж даже не сомневался.

— Но Мрак!

— Рядовой, вы слышали приказ, — голо Вадим лязгнул сталью.

— Но я…

— Рядовой Сабиров назначается командиром группы в мое отсутствие! — пути назад не было, командир не мог бросить своих солдат и это понимали все.

Плечи Лунтика потеряно опустились, остальные бойцы, кривясь, сочувственно смотрели на Вадима. Всем было понятно, что достичь центра астероида в одиночку было непосильной задачей. А Вадиму требовалось не только достичь центра, но и прибыть оттуда в доки.

— Не парьтесь, мужики, — внезапно улыбнулся тяж, распечатывая свою любимую жвачку с клубничным вкусом, — лучше скиньте мне парочку резервных батарей.

Никто из бойцов не спросил зачем их командиру понадобились запасные батареи, работающие на атомном мини-генераторе.

— Георгий, поделись запасным резаком?

Рослый боец с двумя мечами за спиной без лишних вопросов снял левый и бросил его Вадиму рукояткой вперед.

— Увидимся, мужики, — мрачно улыбнулся Вадим и, на ходу прикрепляя одну из батарей к титановому лезвию плазменного резака, быстрым шагом направился в сторону центра.

— Удачи, Мрак, — беззвучно прошептал ему вслед Лунтик, после чего скомандовал оставшимся бойцам выдвигаться в сторону доков.

«Жаль Икс остался на корабле», — подумал Вадим, шагая по стальному полу Меркури-16, - «сейчас бы хоть картинку с камер выдавал бы. Позвонить ему, что ли?»

Чем ближе Вадим подходил к Бунгало — небольшому району, известному своей воинственностью, кольцом окружающим центральную инфраструктуру, тем сильнее парню не хватало присутствия своего товарища.

— Икс, привет, как связь? — все-таки не выдержал парень, вот уже минуту чувствующий чей-то взгляд, сверливший спину между лопаток.

— Все нормально, шеф, — отозвался искин и тут же обеспокоенно добавил, — Вадим, а ты почему один?

— Долго объяснять, подстрахуй, — коротко бросил парень, на ходу доставая резак. Вспыхнуло ровное оранжевое пламя, отражаясь в зеркальном забрале костюма.

— Вывожу картинку на дисплей, позади тебя шестеро, через два пролета небольшой зал, там еще закусочная «Шарема» стоит, так вот, там камеры не работают, рекомендую свернуть налево.

— К азиатам?

— Думаю даже там, у тебя будет больше шансов, чем по нынешнему маршруту.

— Слушай, Икс, как думаешь, если получится небольшой взрыв, насколько сильно расстроятся владельцы Меркури?

— Взрыв? — протянул искин. — Так вот зачем тебе второй меч и ядерный аккумулятор. Не боишься радиации?

— Большая часть ходит в скафах, — пожал плечами Вадим, — да и система безопасности сразу же отсечёт опасные участки.

— Отсечет, да, вместе с тобой…

— Прорвемся, — парень холодно взглянул на нагревающуюся батарею.

Страха не было, азарта — тоже. На Вадима вновь накатило черно-белое спокойствие.

— Перестала работать камера в соседнем коридоре, перестала…, в общем, я тебя больше не вижу.

— Слышишь — уже хорошо.

— Ха-ха, смешно, зря не взял меня с собой.

— Угу.

— Давно пора мне «переехать» к тебе, благо объем твоей нейросети позволяет. Единственное голова немного поболит.

— Поверь, дружище, сейчас она у меня болит о другом.

Ощущение чужого взгляда пропало и Вадим, более не мешкая, ласточкой нырнул в темный коридор, ведущий в круглый зал, куда сходились четыре коридора. В стену, опоздав на секунду, вонзилось копье, уйдя в металлическую панель на целую ладонь.

«Ого, это кто у нас там такой резвый?», — отстранено подумал Вадим.

Вскочив на ноги, парень со всей силы швырнул включенный резак с прикрученной к нему батарей в сторону замеченных им переносных турелей. В зале, помимо турелей, оказалось с десяток отморозков с различными колюще-режущими предметами. Наемники, стоя в центре зала даже не пытались заблокировали выходы.

«И какой только умник догадался притащить дистанционное оружие на Меркури?» — подумал Вадим, провожая взглядом в буквальном смысл сделанную на коленке бомбу.

Батарея еще держалась под напором плазмы, но Вадим чувствовал, как внутренний таймер начал обратный отсчет. Удостоверившись, что адская машинка приземлилась как раз аккурат между двумя небольшими, стальными треногами, на которых уже раскручивались спаренные стволы, парень растянул губы в улыбке.

«Ого, кто-то расщедрился на лазерные», — мысль промелькнула отстраненно, а на локте, куда попал алый луч, появилось небольшое темное пятно, — «как только провезти удалось?»

Вадим, перейдя на бег, смещался к стене, слегка забирая влево, чтоб встречающие его противники оказались между ним и турелями. Скорей всего, ребята были «арендованы» не по одиночке, а целым отрядом. По тому, как наемники двигались и по сбалансированному оружию, было видно, что встречу устроила не просто гоп-компания, а слаженная команда почти профессионалов.

От первой стальной сети Вадим увернулся, вторую принял на резак, третьей же позволил упасть себе на грудь. Тело мгновенно охватило постоянно усиливающееся давление. По броне побежали электрические заряды, выводя чувствительные сенсоры из строя. Рядом с ногой вонзилось второе виброкопье. Кто-то явно задался целью наколоть Вадима, словно бабочку на иголку, и не жалел ради этого вибронаконечников. Споткнувшись на ровном месте, будто лишившись подвижности, Вадим замер. Пока наемники приближались к парню, на броне появилось с десяток темных пятен — лазер показывал неплохую скорострельность.

Подождав, пока обрадованные таким проколом наемники добегут на расстояние удара, Вадим присел, разводя руки в стороны. На скафе повисли обрывки стальной паутины. Для того, чтоб спеленать МТД его класса требовалось минимум штук десять таких сетей. Мир снова раскрасился в черно-белые тона, а сознание отступило куда-то вверх и вправо. Шаг вперед, косой удар, вверх — силовой щит бородатого мужика, одетого в легкий МД не выдерживает и наемник остается без правой руки. Подхватить калека, вильнуть влево, закрутить маятник, прикрываясь истошно орущим телом от прогревшихся турелей, посылающих один обжигающий луч за другим. Швырнуть подрагивающее тело под ноги подбегающей тройке. Принять страшного вида бордовую катану на свой оранжевый клинок. Ударом ноги сломать узкоглазому владельцу экзотического оружия коленную чашечку. Врубить реактивный ранец, встроенный в наспинную броню, и снарядом пролететь до противоположной стены, сбивая по пути опешивших от такого финта ушами противников. Внутренние датчики начали попискивать, сигнализируя о нагреве брони.

«Чертовы лазеры, берут скорострельностью и перегревают доспех», — Вадим, игнорируя полетевшие в спину копья вперемешку с проклятьями, помчался в сторону ближайшего коридора.

Турели заскрипели, разворачиваясь за юркой целью. Из коридора, по которому недавно пришел Вадим, показались 6 фигур, закованных в МТД корейского производства, Если бы Вадим оглянулся, он бы распознал в них доспехи класса «Кёнбо», весьма дорогую штуку, довольно популярная среди наемников профессионального уровня. Здесь же их было целых шесть!

— Твоя самодельная бомба должна была рвануть несколько секунда назад, — приободрил напарника Икс.

Вадим, не тратя времени на ответ, помчался, ускоряясь с каждым шагом, по единственному незаблокированному коридору, ведущему в самое сердце Бунгало, моля про себя всех богов, чтоб батарея не рванула раньше, чем он завернет в какой-нибудь, желательно перпендикулярный, коридор.

— Камеры все так же не работают, по плану через пятнадцать метров должен быть люк технических помещений, — с тревогой в голосе подсказал Икс.

Добежав до закрытого люка, Вадим взмахнул резаком в районе замка, и со всей дури ударил в люк плечом, прогибая его вовнутрь. Пол под ногами едва заметно дрогнул, следом послышался громкий хлопок.

— Быстрее, быстрее, — подлил масла в огонь Икс.

Вадим, продавив-таки люк, бросил себя в техническое помещение, наваливаясь на слегка покореженную стальную платину с обратной стороны. За его действиями с интересом наблюдали трое ремонтников в инженерных комбинезонах, сидящих за столом над развернутой картой транспортных артерий станции.

— Мужики, там похоже кто-то бомбу рванул, — забрала инженеров, уже не один год отпахавших на Меркури-16 синхронно щелкнули, переводя скафандры в режим жизнеобеспечения.

— Гонишь, — через внешний динамик буркнул старший смены, связываясь с диспетчером через стоящий рядом терминал.

— Спокойно ребят, я — армеец, — Вадим отставил левую руку в сторону, демонстрируя выгравированную на доспехе эмблему.

Броня Вадима с символом стального шлема и щита, успокоила взявшихся было за электрошокеры мужиков. Имперских тяжей на станции уважали. Уважали за то, что бойцы не приносили простым жителям станции проблем, не устанавливали своих правил и даже изредка помогали внутренней охране улаживать конфликты.

— Хотел шавермы взять, поностальгировать, — Вадим, оставил люк в покое, огненная волна, пронесшаяся по коридору, схлынула обратно, пол еле заметно дрогнул еще раз, что заставило Вадима насторожиться, — а там ребята что-то между собой не поделили.

— Это ты в Шарему чтоль путь держал? — уточнил левый техник.

Вадим угрюмо кивнул.

— Считай нет больше твоей Шаремы, — невесело хохотнул находящийся ближе к выходу инженер.

— Так вот почему камеры не работали! — дошло до его напарника. — Пойдем проверим?

— Какой проверим, — осадил его старший смены, — даже не думай туда соваться. Вдруг взрыв систему вентиляции нарушил, или несущие конструкции повредил. Сидим тут, ждем охранку.

— А я к своим побежал, нас сейчас, наверное, тоже сюда кинут, — бросил через плечо Вадим, аккуратно открывая покореженную стальную дверь, — и это, мужики, простите за люк.

— Да все нормально, — кивнул старший, — молодец, что догадался завалиться к нам в гости! Иначе, судя по датчикам, прикоптило бы тебя знатно.

Вадим, выйдя в коридор, быстрым шагом направился к переходу, ведущему к административному округу. Сейчас ему нужно было, как можно быстрее получить бумаги и попасть к себе на базу. Зрение потихоньку возвращалось в норму, окружающий мир вновь обретал краски.

— Ты понимаешь, что будет, если они узнают, кто устроил взрыв? — в интонации искина было больше любопытства, чем тревоги.

— Не думаю, что кто-то что-то найдет. Саму батарею, как, впрочем, и резак скорей всего распылило на атомы, да и потом, там были две лазерные турели, а это, думаю, прямой вызов админам Меркури.

Вадим и вправду был спокоен насчет спровоцированного взрыва. Больше всего его смущал незаблокированный коридор.

«Что это было? Наемники оставили себе путь отступления или его загоняли именно в этот коридор? Но если второе предположение верно, то зачем?»

Ответ на свой вопрос парень обнаружил уже через пару шагов. Судя по всему, взрывная волна активировала все детонаторы и несколько импульсных мин, расположенных по полу, стенам и потолку, активировались раньше, чем было задумано. Сквозь щели в разорванной стальной обшивке коридора, связывающего жилые окраины станции с бизнес-центром административного периметра, с шипением утекал воздух.

«Армейцы», — обреченно подумал Вадим, — «больше некому. Если пошли на такое явное нарушение правил, и нарушили герметичность базы, то жить мне точно осталось недолго…»

Решив не рисковать, командир тяжей активировал ранец и понесся по центру коридора, стараясь не касаться ни пола, ни стен.

«Интересно», — отстранено думал Вадим, приземляясь в конце коридора и вновь переходя на быстрый шаг, — «та шестерка тяжей выжила? Все-таки подрыв ядерной батареи, да еще и на такой сверхблизкой дистанции, а еще и в практически герметичном помещении не должно было пройти для них бесследно. А меня никто из них не преследует…»

На встречу парню уже бежал взвод охранной бригады станции. Легкие полувоенные комбезы, на головы накинуты полимерные зеркальные капюшоны, в руках электрические дубинки.

— Парни, там пробой похоже, и у меня Гейгер пищал, — не удержавшись, Вадим предупредил мужиков, некоторых из которых он знал в лицо.

Командир тут же тормознул своих бойцов, благодарно кивнул Вадиму и что-то затараторил в рацию. Через пару секунд по всей станции завыла тревога и замелькали отблески красных ламп.

— Внимание, угроза утечки воздуха. Просьба гостям и жителям станции Меркури-16 облачиться в защитные костюмы и ограничить свои передвижения в секторе С, — по всему коридору разлился тяжелый металлический голос.

Интерком Вадима пикнул, принимая идентичное сообщение с рекомендацией найти укрытие на ближайшие несколько часов.

Тяж еще раз глянул на переминающихся с ноги на ногу бойцов и двинулся дальше. Без происшествий добравшись до центра регистрации прибытия иностранных резидентов, Вадим получил у скучающего клерка запечатанный в пластик пакет документов и небольшую полимерную карточку-пропуск для Орландо Мак Края, как было написано на её лицевой стороне конверта.

Еще через час встретившись со своим взводом в одном из доков станции, тяж передал документы бравому солдатику, упакованному в белоснежный полувоенный скаф с эмблемой Содружества. И только потом, морщась в ответ на удивленные взгляды своих бойцов, Вадим в двух словах пересказал происшедшую историю, опустив, впрочем, детали про накал ядерной батареи, приведшей к взрыву.

Отряд выслушал своего командира, хмуро посматривая по сторонам и в бессильной злобе сжимая и разжимая кулаки.

— Черт, с этим нужно что-то делать! — не выдержал Лунтик.

— Остынь, парень, — равнодушно ответил Вадим, — сегодня напишу рапорт о переводе.

Тяжи дружно отвели глаза в сторону, никто из десяти человек не рискнул спросить: «куда?»

Вечером того же дня Вадима вызвал к себе Старик, с которым у парня состоялся непростой разговор.

— Пойми, Мрак, тебя заказали. Заказал кто-то в верхах. Мне дали ясно понять, что ты должен исчезнуть.

Вадим молча стоял перед капитаном, чьи, зачесанные назад при помощи геля, волосы, блестели словно лысина.

— Мрак, тут такое дело, я могу тебе предложить один вариант, очень уж за тебя Седой просил.

Тяж, на которого в последние недели равнодушие накатывало все чаще и чаще, устало посмотрел на черно-белого исполняющего обязанности командира роты. Мир снова начал терять краски.

— В общем, готовится экспедиция на Терру-2. Да-да, — уловив искорку интереса в глазах тяжа, подтвердил Старик. — Очередная. Секретная. В общем, все как обычно.

— Согласен, — не раздумывая буркнул Вадим.

Как ни крути, это был его последний шанс. Добраться до Терры-2, до планеты, контакт с который был утерян несколько столетий назад и попробовать затеряться там среди местных жителей. Если они там, конечно, остались. И да, каждый год аналитики понижали вероятность прорыва сквозь сектор, взятый под контроль инсектоидами. По сути, люди, отправляющиеся в экспедицию на Терру-2 были на 20 % героями, а на 80 % — смертниками.

— Согласен, — повторил Вадим и растянул губы в неживой улыбке.

Улыбка не сходила с его лица все то время, пока он подписывал рапорт о переводе на тяжелый носитель «Оплот» в качестве командира абордажной команды тяжелых пехотинцев. Узнав же, что прибыть новоиспеченный командир абордажников на новое место несения службы должен уже через девятнадцать часов, а именно в пять утра следующего дня, Вадим улыбнулся уже вполне искренно. Но во взгляде тяжа, которого сослуживцы звали не иначе, как Мрак, промелькнуло что-то настолько страшное, что даже Старик, получивший свой позывной за то, что вышел живым и невредимым из десятка стычек с повстанцами из имперских колоний, щедро спонсируемых Содружеством, не удержался и вздрогнул, отступив на шаг назад.

Если бы Икс умел читать мысли, он, несомненно, постарался бы отговорить Вадима от столь опрометчивого поступка. Если бы Лунтик не был в тот день на дежурстве, он обязательно бы проведал своего командира и, увидев, чем тот занимается, ни за что бы не отпустил его, заручившись поддержкой и физической помощью сослуживцев. Если бы уважаемый, в определённых кругах, бизнесмен Магор Султанович, хозяин бара «Пиранья», откуда торчали уши большинства покушений, совершенных на Вадима, знал, что мрачный тяж собрался зайти к нему в гости, он бы не решился проводить эту ночь в своем клубе. Если бы…

Покрыв взятый на складе ЛД (легкий доспех) черной краской из найденных там же баллончиков, и с сожалением убрав в оружейку свой плазменный резак, Вадим проверил не болтается ли перевязь с метательными ножами и насколько плавно выходят из ножен парные виброклинки. Без привычного МТД парень чувствовал себя голым. Еще раз мысленно пробежавшись по списку целей, Вадим пристроился ко взводу тяжей, выходящих на ночное патрулирование. На вопросительный взгляд сержанта Черных, Вадим уверенно кивнул, щелкнув пальцем по кадыку. Сержант расплылся в понимающей улыбке и кивнул в ответ.

Выйдя за территорию военного городка, Вадим, пройдя с тяжами пару кварталов, свернул в глухой переулок. Дорога до клуба заняла у него полчаса. Парень взглянул на часы — до пяти утра у него еще было целых восемь часов. Немного помедлив, Вадим все-таки набрал Икса.

— Мог бы хоть заранее предупредить, — ворчал Икс, продираясь сквозь паутину охранной системы, — Икс, взломай систему безопасности, Икс, подключись к камерам Меркури. Я тебе между прочим не главный искин Оплота! Кстати, поздравляю с зачислением в штаб… — яда, заключенного во фразе, хватило бы, чтобы отравить полфлота инсектоидов.

— Не ворчи, старик, — флегматично отозвался Вадим, — сам знаешь, сколько мне еще осталось, а с долгами уходить — не по-мужски. А так, заберу с собой столько падали, сколько успею до отлета «Оплота».

Неживая улыбка вновь появилась на лице Мрака.

— Знаешь, ты меня иногда пугаешь, — сознался Икс, — все! Готово, можешь заходить, у тебя есть час, потом пойдет перезагрузка.

— От души, Иксик, — промурлыкал Вадим, поудобней перехватывая вибронож, — ну, понеслась!

Главным преимущество легкого доспеха серии «Крик» был широкий спектр возможностей встроенного сканера и радара, выводящих владельцу доспеха полный расклад на разумных, находящихся в радиусе десяти метров от носителя. Свежая база охранки станции, закаченная несколько часов назад, сводила на нет все шансы встречи с незарегистрированными на астероиде людьми. Вадим еще на базе настроил подсветку. Гражданских — зеленым, гражданских с оружием в руках — желтым, не попадающих ни в одну из категорий — серым, а всех остальных — красным. Так как контингент в «Пираньи» собирался сугубо специфический, невинных или посторонних людей в баре просто-напросто не должно было быть.

«Поехали!» — скомандовал сам себе Мрак.

Закатить на кухню гранату с усыпляющим газом. Пождать две минуты. Зайти на кухню. Вскрыть решетку вентиляции. Закинуть туда две гранаты с усыпляющим газом. Выждать шесть минут. Зайти в зал. С каждым действием, движения Вадима становились все четче, а мир — все серее. «Дмитрий Воронов — куратор наркотрафика западного округа» — нож по рукоятку погружается в грудь. «Александр Бурков — космический Робин Гуд, специализируется на похищении богатых наследников, в случае неуплаты выкупа, высылает любимое чадо родителям по кусочкам» — нож с легким сопротивлением пронизывает ЛД и его хозяина. «Борис Больших — подозрения в торговле оружием, совладелец нескольких стрип баров»… Когда работа в зале была закончена, Вадим поднялся на второй этаж, действуя по проверенной схеме. Затем проверил подвал, где и нашелся сам Магор Султанович.

Решив не корчить из себя благородного рыцаря, тяж также закатил гранату с усыпляющим газом и, выждав несколько минут, словно робот, зачистил все помещение. Не удержавшись, Вадим заглянул в приоткрытую дверцу сейфа и обнаружил там вещь, которая ну никак не могла оказаться у человека, связавшего свою жизнь с теневой стороной бизнеса. Последний экспериментальный образец нейросети «Спектр» — овальное матовое яйцо в вакуумной упаковке небрежно лежало на второй полке, вперемешку со стопками купюр. Вадим, не раздумывая, закинул яйцо в рюкзак и пошел дальше. В списке оставалось еще пять мест.

Сложности возникли только на последней точке. В задней комнате мини-отеля, который, по факту, являлся штаб-квартирой отряда наемников «Рагнарек», обнаружились знакомые фигуры в слегка оплавленных, но знакомых МТД «Кёнбо». К вящему разочарованию Вадима, наемники успели перевести свои скафы в режим полной автономии. И пусть ноги крайнего правого бойца слегка заплетались, судя по всему, он все же надышался усыпляющим газом, но его напарник пружинистым шагом двигался навстречу Вадиму. Противник хладнокровно шагал по раскинутым руками и ногам бойцов отряда «Рагнарек», парализованных нервно-паралитическим газом «Нуб».

Вадим, чье восприятие, казалось, обострилось до комариного писка, различал по меньшей мере несколько тысяч оттенков серого на приближающейся фигуре. Вот черная нить, пересекающая предплечье, выдает микротрещину костюма, а комок серых жилок — повреждение в молекулярной структуре костюма в области живота.

Уклонившись от удара кулаком, Вадим вонзил вибронож аккурат в переплетение серых жилок, и, слыша хруст проламываемой брони, шагнул вперед и, довернувшись на правой ноге, ласково вонзил второй нож под шлем, в скопление стальных трещинок. Задержавшись на секунду и удостоверившись, что грозная фигура корейца начинает обмякать в его объятьях, Вадим потянул ножи на себя, одновременно с этим поворачиваясь навстречу ковыляющему бойцу. Тому было явно не по себе. Плазменный нож в его руках ходил ходуном, а самого бойца постоянно вело влево. Вадим, решив не рисковать, метнул один за другим все десять ножей, для начала выбив из рук бойца клинок, затем ослепив встроенные в забрало сканеры серией мгновенных бросков. Пропустив, потерявшего ориентацию тяжа мимо себя, парень ухватился за его левое плечо противника, привычным уже движением вгоняя вибронож в затылок воину. Не пробив неповрежденную взрывом броню с первого удара, парень принялся наносить ритмичные удары в одну и ту же точку. Кореец пытался вырваться из стальной хватки Вадима, но на шестой раз виброклинок все-таки пробил, казалась бы, надежную скорлупу скафандра. Пару раз дернувшись, воин в оплавленном спереди МТД рухнул на пол, где и застыл безжизненной куклой.

Осуществив контроль остальных наемников, подсвеченным красным, Вадим вызвал часы на внутреннем интерфейсе и перевел дух. Через полтора часа он должен быть на палубе «Оплота».

Тяж, вернувшись на базу, только и успел, что принять душ и облачиться в свой родной МТД. Ровно в пять утра он вступил на корабль, отправляющийся в практически безнадежный прыжок. ЛД «Крик», покрытый чёрной краской и оставшиеся гранаты лежали теперь в его личном кубрике на «Оплоте». Хоть скрываться после устроенного ночью переполоха, смысла не было, парень не хотел, чтобы пропажу «Спектра» связывали с ним. Мрака не волновало, что за сегодня станция Меркури-16 опустела на сотню человек. Его больше тревожило зрение, не желавшее возвращаться в привычную цветовую гамму.