ОБ ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ СОВЕТСКИХ ПЛАРБ

Создание в Советском Союзе в восьмидесятые годы стратегической системы ракетно-ядерных сил морского базирования «Тайфун» сопоставимо с запуском первого спутника и является одной из интереснейших страниц в новейшей истории вооружений.

Главным звеном этой системы являются самые большие атомные субмарины в мире, для обозначения которых была даже введена специальная классификация – ТРПКСН, то есть тяжелые ракетные подводные крейсера стратегического назначения. Однако люди, имеющие непосредственное отношение к подводному флоту, расшифровывают эту аббревиатуру несколько иначе: тяжелые ракетные подлодки Ковалева Сергея Никитича.

Именно Сергею Ковалеву судьбой было определено стать отцом советского атомного подводного флота стратегического назначения. Его роль вполне соизмерима с той, которую сыграл в становлении американского атомного подводного флота адмирал Хаймен Риковер.

Сергей Ковалев родился 15 августа 1919 г. в Петрограде в семье бывшего военно-морского офицера. Его дед по материнской линии был тоже морским офицером, участвовал в русско-японской войне, в знаменитом Цусимском сражении.

Несмотря на тяжелые послереволюционные годы, родители сумели дать мальчику прекрасное домашнее образование. Уже в семь лет он разговаривал по-немецки не хуже, чем по-русски. После окончания школы он поступил в Ленинградский кораблестроительный институт. Заканчивал свое высшее образование уже во время войны в эвакуации – в далеком от морей городе Пржевальске, в Киргизии. В 1943 году начал работать в Горьком на заводе, где строились подводные лодки. Сразу после снятия блокады Ленинграда Сергей Ковалев вернулся в родной город.

Известно, что в Германии во время второй мировой войны огромные силы и средства были брошены на строительство и совершенствование подводных лодок, что позволило создать лучшие по многим характеристикам субмарины в мире и наладить технологию их поточной сборки. Нет ничего удивительного в том, что и США, и Великобритания, и СССР проявили большой интерес к трофейной документации, связанной с подводным судостроением, и активно привлекали к работе в своих конструкторских бюро немецких специалистов.

Проект 941 «Тайфун» перед спуском на воду (предприятие «Севмаш»)

В зоне советской оккупации Германии оказалось конструкторское бюро «Глюкауф», в котором разрабатывались проекты немецких лодок – XXIII и XXVI серий. В город Бланкенбург, где находилось это КБ, были доставлены специалисты-судостроители из Ленинграда и образовано строго засекреченное конструкторское бюро, которое возглавил Алексей Антипин. В этом «бюро Антипина», как оно называлось, активно работал и молодой инженер Сергей Ковалев, которому весьма помогало отличное знание немецкого языка.

С использованием немецкого опыта была создана подводная лодка с единым двигателем, который позволял субмарине в течение нескольких часов удерживать под водой скорость свыше 20 узлов, что было большим достижением для начала пятидесятых годов. Хотя лодки с едиными двигателями не получили развития ни в СССР, ни в Великобритании, где они тоже строились, но именно на них была отработана техника управления скоростными субмаринами, которая помогла, в буквальном смысле слова, научить плавать атомные подводные лодки, управление которых существенно отличалось от управления дизельными субмаринами.

Во второй половине шестидесятых годов в советский ВМФ поступили подводныё атомные ракетоносцы стратегического назначения проекта 667А, получившие в НАТО обозначение «Янки». И хотя, по традиции, это обозначение взято из «алфавита» международного свода сигналов, оно как бы свидетельствовало о том, что русские скопировали американский аналог – подводный ракетоносец «Джордж Вашингтон». Но это не так.

Вот что говорит по этому поводу Сергей Ковалев, главный конструктор проекта:

– Американские субмарины стратегического назначения начали строиться с конца пятидесятых годов, а у нас только к середине шестидесятых смогли создать баллистическую ракету для подводных лодок, сравнимую с «Поларисами». Должен сказать, что у нас не было каких-то сверхсекретных чертежей американских субмарин, добытых разведкой. Судили мы о том, каким путем идут американцы, только по открытой печати. Однако если бы даже располагали полной документацией по тем же «Вашингтонам», мы бы все равно американскими достижениями воспользоваться не смогли. Во-первых, у нас были совершенно отличные от США уровень производства и технологий. Во-вторых, советские АПЛ стратегического назначения должны были эксплуатироваться в гораздо более сложных оперативных и климатических условиях, чем американские.

Все американские атомные субмарины стратегического назначения имеют однореакторную и одновальную энергетическую установку, продолжает С. Ковалев. Что, в принципе, является оптимальным вариантом. Мы же вынуждены были идти на двухреакторную и двухвальную схемы, что, естественно, усложняло управление лодкой и отрицательно сказывалось на ее акустических параметрах. Но иначе мы поступить не могли по той причине, что основные базы стратегических ракетоносцев у нас располагаются в Заполярье, и весьма часто подводные ракетоносцы несут службу в тяжелых ледовых условиях Арктики. К тому же Советский Союз в отличие от США не имел сети военно-морских баз, разбросанных по миру. Поэтому мы должны были дублировать все жизненно важные системы своих субмарин, которым приходилось нести боевое дежурство на значительном удалении от своих баз.

«Тайфуны» у причальной стенки в бухте Нерпичья (Северный флот)

Изначально у нас были гораздо более жесткие условия, отмечает конструктор, чем у американских коллег при проектировании AПЛ стратегического назначения. Поэтому чисто объективно мы копировать ничего не могли. Что касается одинакового числа ракет,то это связано не с каким-то «американским стандартом», а с технологией. Дело в том, что в США «Джордж Вашингтон» был спущен на воду в 1959 году, а мы провели первые ходовые испытания «Янки» в июле 1967 года, то есть отставали от США на 8 лет. Была поставлена задача как можно быстрее сократить разрыв и в короткий срок выпустить в море достаточное количество советских стратегических субмарин. Мы продумали каждую мелочь, постарались с наибольшей эффективностью использовать каждый сантиметр сборочных стапелей, чтобы наладить поточное производство «Янки». Так вот, длина стапелей, на которых строились лодки, оптимальным образом подходила именно под корпус с шестнадцатью пусковыми установками – не больше и не меньше. В дальнейшем мы проектировали и строили лодки и с двенадцатью пусковыми установками, и с двадцатью.

Надо помнить, что история создания проекта 667 советских подводных стратегических сил была очень непростой, в чем-то даже драматичной. Сталкивались самые различные мнения, самые противоположные интересы. Бывало, что буквально навязывались проекты, на первый взгляд, «революционные», но в конечном итоге заводившие в тупик. И только талант и железная воля Сергея Ковалева позволили избежать соблазнов, пойти единственно верным путем, который в конечном итоге привел к созданию лодок 941 проекта, ставших основой системы «Тайфун».

Американцы первыми начали работы по принципиально новой системе ракетно-ядерных стратегических сил морского базирования «Трайдент». В СССР постановление о начале работ по созданию аналогичной системы было принято на год позже. Но вводились в строй эти системы практически одновременно. Более того, ходовые испытания подводной лодки «Тайфун» начались на неделю раньше, чем «Огайо» – головной лодки системы «Трайдент».

По советской классификации, «Тайфуном» называется вся система стратегических сил, аналогичная «Трайденту». Сами же ракетные лодки были названы «Акулами», в честь русской подводной лодки «Акула», отличившейся в первую мировую войну. Американцы, назвав советскую лодку «Тайфуном», попали «в десятку», так как именно эта субмарина имеет действительно разрушительную силу тайфуна. Сегодня даже в России эти лодки чаще называют «Тайфунами» чем «Акулами».

Работу над «Тайфуном» Сергей Ковалев вел уже как генеральный конструктор, то есть он располагал большими полномочиями, мог привлекать значительные силы и средства для осуществления проекта.

– Начиная работу над «Тайфуном, мы располагали уже большим опытом. – вспоминает Сергей Ковалев. – Однако двигаться по накатаному пути мы не могли. Дело в следующем. Наши ракетчики создали морскую твердотопливную ракету аналогичную той, что разрабатывалась в США как «Трайдент-1». Но советская ракета оказалась в три раза массивнее американского аналога, весила почти сто тонн и была весьма крупная по габаритам. В лодки традиционной конструкции большое количество таких махин просто не поместишь. Пришлось искать принципиально новое решение. Мы рассмотрели и тщательно просчитали свыше 200 различных вариантов, прежде чем выбрали оптимальный. Пришлось решать целую гамму сложнейших научно-технических и технологических проблем. В конечном итоге мы сделали то, что до нас никто еще не делал.

Подводная лодка «Тайфун» – это фактически две субмарины, уточняет С. Ковалев, объединенные одним наружным корпусом – своего рода подводный катамаран. В этом проекте нам удалось реализовать столько по-настоящему революционных идей, что, уверен, до конца века «Тайфуны» останутся не только самыми большими субмаринами в мире, но и самыми передовыми по уровню своих боевых возможностей. По уровню комфорта с этими кораблями не могут сравниться никакие другие подводные лодки, включая «Огайо». На «Тайфуне» есть спортивный зал, сауна, бассейн, отдельные каюты для всех членов экипажа и многое другое, что позволяет в самом деле считать субмарину настоящим подводным крейсером как по боевым возможностям, так и по условиям обитаемости.

С введением в строй системы «Тайфун» всем стало ясно, что дальнейшее наращивание ракетно-ядерных вооружений потеряло смысл, подчеркивает С. Ковалев. Пришло время отказаться от конфронтации между США и СССР, начать искать ответы на спорные вопросы путем переговоров, а не взаимного запугивания. Думаю, что именно мы поставили точку в бесконечном наращивании ядерных вооружений. Уверен, что в обозримом будущем именно морские стратегические силы останутся эффективным средством сдерживания как для США, так и для России. Полностью отвечая всем требованиям по обеспечению оборонной достаточности, только морские стратегические силы наших стран, естественно при разумном балансе, могут реально обеспечить мир во всем мире.

Генеральный конструктор стратегических подводных ракетоносцев академик Сергей Ковалев, несмотря на свои 75 лет, по- прежнему в «боевом строю». Если возникает необходимость, то он без всяких возражений покидает уютный кабинет в Санкт-Петер- бурге, отправляется на Дальний Восток или Крайний Север и выходит в море на борту одной из своих стальных «Акул».

ПРОЕКТ 941 «ТАЙФУН»

В мрачных студеных глубинах Северного Ледовитого океана, в полном безмолвии, под вековым ледяным панцирем толщиной порой в десятки метров, практически бесшумно, жирно лоснясь облицованными специальной шумопоглощающей резиной, напоминающей шкуру кита боками, движется огромная субмарина.

В двадцати ее пусковых шахтах – 18 баллистических ракет с разделяющихся боеголовками, нацеленными куда нужно (во всяком случае, раньше так было), в двух оставшихся – собственные спутники связи, целеуказания и наведения. Лед защищает ее от водного, воздушного и космического врага, но если этот лед мешает ей стрелять ракетами, она пробивает себе полынью торпедой.

В ее оборонительном арсенале – противолодочные торпеды, совершенно не подверженные помехам, так как управляются по проводам, они буквально летят под водой со скоростью более ста километров в час.

Про такое вооружение Валентин Пикуль сказал бы одобрительно, что "кашу маслом не испортишь", но говорят, что в свое время сухопутный маршал, осмотрев новейший ракетоносец, с гордостью представленный моряками, сделал дельное замечание: «Лодка хорошая, но почему на башне нет зенитного пулемета?»

Этого российского подводного монстра типа «Акула» американцы называют «Тайфун».

Том Кленси, любимый писатель президента Клинтона, в своем романе «Охота за «Красным Октябрем» много сил положил на то, чтобы просто облажать «Тайфун» и советских моряков: и всплывает-то она медленно, и погружается-де плохо, и койки у матросов чуть ли не одна на двоих.

Барахло это все. Такое же дерьмо, как получалось у советских писателей, когда они по заказу описывали американских агрессоров.

При такой огромной массе «Акула», как тяжелый бомбардировщик, не может соперничать с маленькими верткими лилипутами типа американских «Лос-Анжелесов» или британских «Трафальгар», а вот одного класса с «Тайфуном» американская ударная «Огайо» – однозначно менее маневренна, хотя бы просто потому что у нее один винт, а у нашей – два, причем значительно разнесенных от продольной оси лодки.

Подводные лодки класса «Тайфун» самые большие по тоннажу в мире, самые малошумящие из всех советских ПЛАРБ, сконструированы специально для операций под арктическими льдами.

Последние две из построенных этого типа еще менее шумные, чем старшие «систершипы», т.к. имеют винты в управляемых обрезиненных кольцевых каналах и, по словам русских моряков, разворачиваются буквально на месте.

Дальность действия лодок практически не ограничена.

На Северном флоте на сегодня 4 ПЛ типа «Тайфун», приписанные в порты Западная Лица, возможно, Гремиха и Йоканга.

На Тихоокеанском – 2 лодки в Рыбачьем и Павловском.

В 1992 году на Северном флоте, в пусковой шахте одной из лодок типа Тайфун произошел взрыв ракетного порохового двигателя.

Демократическая общественность и специалисты международной экологической организации «Гринпис» закатили адмиралу Чернавину скандал, на что тот ответил: «Вы же мне не докладываете о своих сломанных утюгах».

ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ ПЛАРБ ПРОЕКТА 941

Код НАТО: 6-го класса «ТАЙФУН»

Название головной лодки: «АКУЛА»

Водоизмещение: 21500/28000 т.

Размеры: 171,5x22,8x12,2 м.

Вооружение: 20 пусковых установок ракет РСМ-52 (код НАТО – «СТУРЖЕН») ССН-20). Каждая ракета имеет 6-9 разделяющихся боеголовок по 100 килотонн, твердотопливные двигатели – более безопасные в пожарном отношении, чем ракеты на жидких компонентах в ПЛ первых трех поколений. Пусковые шахты расположены необычно – впереди ходовой рубки, что конструктивно является шагом вперед в компоновочных схемах аналогичных ПЛАРБ. Дальность стрельбы – 9100 км.

2-533 мм торпедных трубы (ТТ), боезапас: 36 ракето-торпед типа «53», типа «65» (против надводных кораблей), самонаводящиеся, дальность при скорости 30 узлов – 55 миль, при скорости 50 узлов – 27,5 миль, вес взрывчатого вещества (ВВ) – 900 кг., а также ракето-торпеды ССН- 1.5, ССН-16 в ТТ (4 шт.) калибра 650 мм.

Силовая установка: 2 реактора, 2 паровых турбины, 2 винта, суммарная мощность 80000 л.с. Паропроизводительность реакторов – 350 Мвт, они аналогичны устанавливаемым на современных советских ледоколах.

Акустическое оборудование: 1 радар, 2 сонара: актив/пассив плюс пассив.

Строительство: начато в 1977 году в Северодвинске. Первая спущена на воду 23 сентября 1980 года, вступила в строй в 1981 году. Вторая спущена в сентябре 1982 года. (Вступила в конце 1983г.), третья вступила в строй в конце 1984 г., четвертая – в, 1985, пятая – 1987 и шестая, – в 1989 году. Строительство 7 ПЛ прекращено – у демократической России не нашлось денег.