Прорубаясь сквозь заросли под руководством Хельхе, они вышли к границе леса, за которой простиралась выгоревшая пустошь. На этот раз поселок, о котором говорил вестовой, полностью превратился в головешки: не осталось никаких следов частокола, ни одного намека на хижины.

Защищенные листвой от посторонних глаз, они обогнули пожарище и опять двинулись вдоль тропы. Среди лиан обнаружилось слабое, почти незаметно движение. Хельхе замерла, предостерегающе подняв руку. Друзья остановились. Ниана вскинула винтовку, целясь в гущу ветвей. Нэч увидел за деревом белый балахон и прячущиеся в листе желтые огни глаз… Но вместо толкователя из-за дерева появился вестовой. Нэч потряс головой, отгоняя наваждение.

— Вас трудно отыскать… — словно извиняясь, проговорил вестовой, увидев готовых к бою людей. — Мы наткнулись на нескольких троллей из Хлюмкрельслема.

— Откуда? — переспросил Нэч.

— Ну… — вестовой пожал плечами, — из сожженного поселка. Они хотят присоединиться.

— Пусть присоединяются, я не против.

— Они говорят, что впереди расположился отряд номаэнцев.

Сердце Нэча словно провалилось в пустоту, по телу пробежал холодок.

— Среди них есть толкователи? — спросили Нэч.

— Гьюхр выясняет.

— Ладно. — Нэч постарался успокоиться. — Надо обсудить положение с остальными.

В сопровождении Хельхе и вестового они вернулись на тропу. Воинство стояло в ожидании распоряжений. Возбужденные известием о возможном противнике, тролли с нетерпением топтались, бросали на Нэча вопросительные взгляды. В начале воинства собрались тролли-маги. Из зарослей вынырнул тролль.

— Ну что, Гьюхр? — спросил Гьягхрик.

Гьюхр повернулся к Нэчу.

— Слева от тропы мы заметили дозорных номаэнцев. Сам отряд расположился станом чуть глубже. Численность около сорока человек.

— Есть толкователи? Другие расы? — осведомился Грюгхель.

— Нет, одни номаэнцы.

— Если толкователей нет, значит, это не даэхонцы, — высказала мнение Ниана.

— Что думаете? — обратился Нэч к троллям-магам.

— Убить их и продолжить путь! — рявкнул Рюксгильх.

— Убить их! — поддержала Хельхе.

— Отлично. — Нэч поджал губы и обратился к Ниане и Аэверу: — Будет ли разумно предлагать кому-то еще пойти с нами?

— Наверное, разумно, — предположила Ниана. — Несправедливо отказывать людям в праве сражаться за свободу.

— Но они могу сражаться и без меня, — сказал Нэч.

— В сплоченности наша сила. Мы не смогли вместе выступить против даэхонцев, когда королевства Ширджоил и Наджерадж нуждались в нашей помощи. Думали, будто это дело джайшемцев, которое нас не касается. А ведь коснулось. Но с твоим приходом у нас появилась возможность исправить ошибку. Надо воспользоваться ею.

— То есть, я должен объединить желающих… — мысль, что к троллям прибавятся еще и люди, Нэча не вдохновила: он и свои-то дальнейшие шаги по уничтожению Вечной Змеи представлял слабо. — Но я все-таки избавитель, а не предводитель… Если из-за меня погибнут люди, я не смогу себе это простить. Мне не нужен на душе еще один камень.

— Какая разница? — вступил в разговор Аэвер. — За кем еще идти людям, как не за избавителем? Кого им поддерживать, кому оказывать помощь, чтобы остаться в живых? А без тебя они в любом случае погибнут.

Понимая, что недооценивал всей сложности собственного положения в качестве избавителя, Нэч обратился к троллям-магам:

— Окружите номаэнцев, а я пойду к ним на переговоры. Если Хельхе затрубит в рог, вступайте в бой. Но никак иначе! Не убивайте никого!

— Ты уверен, что это необходимо? — Грюгхель с сомнение посмотрел на Нэча. — Имеет смысл так поступать? Это может быть ловушкой.

— Разберемся! — проворчал Нэч.

Тролли-маги разошлись к своим отрядам, и воинство распалась. Походя на струйки воды, тролли устремились в лес, просачиваясь между деревьями. Оставив эздов на тропе вместе с повозками, Нэч, Ниана, Аэвер и Хельхе, окруженные троллями из дозора, направились к стану номаэнцев. Нэч помнил о своей неуклюжести еще с первой встречи с Нианой и старался не шуметь, шагая след в след за Гьюхром, скользящим неуловимой тенью. Они минули замерших троллей, готовых по первому зову рога ринуться в бой. Наконец Гьюхр остановился и кивнул вперед. В прогалинах листвы виднелись грязные сиреневые шатры и синий стяг с белыми скрещенными мечами.

Оставив Гьюхра с дозором в лесу, Нэч первым вышел на обширную поляну. За спиной слышалось тяжелое дыхание Нианы, шедшей с винтовкой наизготовку. Она должна была уничтожить любого толкователя до того, как желтые глаза-огни опознают в Нэче избавителя. Следом шагали Аэвер и Хельхе.

Заметив их приближение, сидящие у шатров номаэнцы вскочили, обнажая мечи. Лучники, нацелив на них стрелы, рассредоточились по поляне.

— Тревога! — раздался крик.

Перед Нэчем выросла стена номаэнцев, облаченных в прорванные кольчуги, сиреневые набедренные повязки и бело-синие тканевые пояса. Из-под шлемов смотрели удивленные глаза.

— Ближе не подходите! — приказал выдвинувшийся воин в грязной бело-синей накидке на номаэнском языке.

Нэч взял Хельхе за запястье. Хельхе остановилась, дергая пятачком и крепко прижимая рог к груди.

— Ближе не подходите, — повторил воин и положил ладонь на рукоять меча.

— Мы пришли с миром, — сказал Нэч. — Кто вы?

— Кто мы? — лицо воина исказила злоба. — Мы остатки ополчения Дугвии. Те, кто не пожелал склонить голову перед властью Вечной Змеи.

— Дугвия пала? — не выдержала Ниана.

— Пала, — отозвался воин. — Весь Зельдан падет. Даэхонскую империю нельзя остановить!

— Однако мы попытаемся, — сказал Нэч. — Вы можете к нам присоединиться.

Воин покачал головой.

— Ты обречен, избавитель. На тебя объявлена охота. Толкователи ищут человека с черными волосами и серыми глазами на каждом шагу.

— И вы собираетесь сидеть в лесу до самой смерти? — удивился Аэвер.

— Я не хочу, чтобы мои люди погибли ради недостижимой цели!

— А ради чего они должны погибнуть?! — воскликнула Ниана. — Пусть они сами решат!

— Здесь я принимаю решения! — отрезал воин.

Нэч перевел взгляд на номаэнцев. Они казались растерянными, утратившими боевой настрой, полными сомнений.

— Я прекрасно помню, что написано в Предании, — продолжил воин. — Избавитель может перейти на сторону Вечной Змеи.

— Я не собираюсь так поступать! — рявкнул Нэч, начиная терять терпение.

— Это пустые слова, избавитель. Ты еще не знаешь, на что способна Вечная Змея. Думаешь, джайшемцы по своей воле уходили в мир Пасти сумерек, чтобы стать толкователями без имени, прошлого и будущего? Внушение — вот что управляло ими. И с твоим появлением в мире стало хуже. Вечная Змея не успокоится…

— Довольно! — оборвал Нэч. — Предлагаю вашим людям самим выбрать, оставаться в лесу Обрайг или сражаться с даэхонцами.

— Здесь я решаю! И не позволю никому сеять смуту среди моих подчиненных! Скажите спасибо, что я собираюсь отпустить вас живыми.

— Спасибо. Мы уходим.

Нэч посмотрел на Аэвера и Ниану, потянул Хельхе за руку. Они ушли с поляны под покровы леса и вернулись к дозору.

— И все, Нэч? — не могла поверить Ниана. — Ты даже не пытался его переубедить!

— Да, не пытался, — согласился Нэч. — А зачем? Я не принимаю за них решения. Гьюхр, оповести остальных, надо уходить.

Гьюхр разослал дозорных, неслышно скрывшихся в зарослях.

— Бессмыслица, — проворчал Аэвер. — Как низко пали дугвы. Что-то с ними не так.

— Они теперь скорее виджамайцы, чем дугвы, — отозвалась Ниана. — Слишком долго они находились под влиянием джайшемской культуры.

— Разве вы не понимаете? — Нэч до боли сжал кулаки. — Теперь они знают обо мне! А если знают они, то рано или поздно узнают толкователи и Вечная Змея!

— Скверно… — пробурчал Аэвер, изменившись в лице.

Они вернулись на тропу. Из лесу возвращались тролли. Нэч надеялся, что предводитель дугвов переменит решение, но напрасно. Дугвы не присоединилсь, и воинство продолжило прерванный путь, наверстывая упущенное время.