Скоро лес измельчился и перешел в вытянутую каменистую равнину. Кое-где виднелись высохшие деревца, окруженные пучками мертвой травы. Слева нависали белые горы Афи, справа — черные горы Эргисау.

— Вот и перевал, которого мы не достигли в прошлый раз, — сказал Аэвер.

За перевалом начиналась пустыня, раскинувшись во все стороны белыми вытянутыми холмами. Далеко на юге под полуденным солнцем кружили многочисленные черные стаи.

— Что там? — спросил Нэч.

— Долина Альварон, — отозвалась Ниана, вытащила компас и, сверив направление, возглавила отряд, задавая скорость.

— Мы успеем к Грезаару до заката? — Нэч перевел взгляд в пустыню.

— Сомнительно. Слишком далеко.

— Придется подыскать место для ночлега. — Аэвер поравнялся с Нианой, пристально всматриваясь в белые пески. — Не хотелось бы после всего, что нам выпало, стать пищей пустынных тварей.

Подумав в первую очередь о песчаных людях, а не о жуках, которые прятались днем в норах, Нэч поежился и повернулся к Грюгхелю.

— Ты долго жил в пустыне?

— Достаточно. — Грюгхель дернул пятачком. — Никто из нас не ожидал, что Уния гоблинов набирает отряды наемников из троллей. Мы просто бежали туда, где нет войск Даэхонской империи, чтобы спастись от уничтожения.

— Но не все предпочли переселение в пустыню, — вступила в разговор Хельхе. — Когда даэхонцы сожгли наш поселок, многие разбрелись по лесу и объединялись с другими племенами.

— Осторожно, я вижу зыбучее озеро, — предупредил Аэвер.

— А я ничего не вижу, — призналась Ниана.

— Я тоже. — Сколько ни всматривался, Нэч не замечал никаких изменений в песчаном однообразии.

— В этом его коварство и опасность, — сказал Аэвер. — Берите левее.

Отряд изменил направление, не сбавляя бега эздов. Ниана постоянно смотрела то на компас, то на скатывающееся на запад солнце. Наконец друзья обогнули зыбучее озеро и опять помчались в сторону Грезаара под наливающимся зелеными оттенками небом.

— Сделаем привал. Там должна быть какая-нибудь пещера, — предложил Аэвер, указав на каменную гряду, чуть заметную в дрожащем воздухе. — Но не забывайте, в таких местах обычно селятся пустынники. Приготовьтесь.

Друзья приблизились к возвышающимся из песка глыбам, и Нэч ощутил странное чувство узнавания, увидев столбы перед зияющей пещерой.

— Кажется, нас никто не ждет, — заметил Аэвер.

В это время в воздухе просвистела стрела и ударила Грюгхеля в плечо. Охнув, Грюгхель свалился эзду под ноги, перекатился на живот и поднял с песка стрелу. Нэч увидел черное оперение и стиснул зубы.

— В сторону! — крикнула Ниана. — Они внутри!

Отряд стремительно двинулся к гряде. Грюгхель вскочил на эзда и помчался следом. Просвистело еще несколько стрел, но ни одна не достигла цели. Остановившись возле гряды, друзья спешились.

— Нэч, проследи за эздами, — шепнула Ниана.

— Хельхе, останься с ним, — рыкнул Грюгхель.

Проглотив комок раздражения, Нэч взял поводья эздов и присел на корточки. Ниана вскинула винтовку и отступила от глыб, держа на прицеле выход из пещеры. Аэвер и Грюгхель с обнаженными мечами, вжимаясь в стену, начали красться к распахнутой двери. Что-то черное мелькнуло в проходе, и сразу прозвучал выстрел. Выронив лук, дроу вывалился из пещеры и упал в песок. Черный плащ распахнулся, открыв серебристую кольчугу, начавшую темнеть и крошиться в лучах заходящего солнца. Грюгхель и Аэвер замерли, бросая взгляды то на Ниану, то на дверной проем. Ниана зашагала к ним, не опуская винтовки. Втроем они ворвались в пещеру, послышался приглушенный хлопок, и у Нэча защемило сердце, рука сама потянулась к рукояти меча.

Из пещеры показался Грюгхель, волоча за ногу тело дроу.

— Вот и все, — раздался над головой голос Хельхе. — Поголовье дроу сократилось.

За Грюгхелем появились Ниана и Аэвер.

— Уберите отсюда трупы, — попросила Ниана.

Пока Грюгхель и Аэвер оттаскивали дроу в пустыню, Нэч ввел эздов в пещеру и разместил у дальней стены в разломанных стойлах. Пещера сохранилась в том же разгромленном виде, в каком они оставили ее. Нэчу представлялось, будто это случилось сотни лет назад.

— Даже не предполагала, что опять проведу здесь ночь, — призналась Ниана, прислонив винтовку к стене.

Хельхе осмотрела остатки разломанной тролльей утвари и, вздохнув, вышла на порог. Когда вернулись Грюгхель и Аэвер, Ниана вытащила из сумки осветительный шар, и Нэч закрыл дверь на засов, обрубив скупые остатки солнечного света.

— За этот вечер дракон дважды спас меня, — пробурчал Грюгхель и погладил безрукавку.

— Кстати, Грюгхель, ларчик, который ты мне подарил, остался в мире Пасти сумерек, — сказал Нэч. — Я не успел его забрать.

— Найти другой я пока не успел. — Нэч так и не понял, шутит Грюгхель или оправдывается.

Друзья расстелили шкуры, готовясь ко сну.

— Аэвер, ты оставил кого-нибудь в Талнери? — спросила Ниана. — Наверное, хочешь вернуться?

— Конечно, хочу. — Аэвер мечтательно закатил глаза. — У меня семья, двое детишек. Жизнь в пустыне не для людей. Но я не могу предложить им лучшей доли. Податься нам некуда. Особенно теперь, когда Зельдан отравлен Вечной Змеей. Мы до сих пор не сумели придумать способ уничтожить песчаных людей… Этим пожирателям душ не место в нашем мире.

Словно подслушав беседу и негодуя от таких слов, снаружи забился песок, в дверь заскребли когти.