В два часа ночи все мирно спали в своих уютных постелях. Мистер Босу подумал, что хорошо бы присоединиться к остальному человечеству. К сожалению, Игрун считал по-другому. Щенок беспрестанно поскуливал в ванной и скреб дверь. Одна часть мозга мистера Босу сказала: «К черту!» Это всего лишь его вторая ночь, проведенная в настоящей постели. Можно было распрямить руки и ноги, уткнуться лицом в матрас и не ощущать запаха мочи. Он и не подумает вставать из-за какой-то писклявой собачонки.

Зато другая часть мозга отличалась безжалостной логикой. Он все равно лежал без сна уже несколько часов. И вполне мог позаботиться о своей собаке. Кто же знал, что, выйдя из тюрьмы, он окажется не в силах заснуть в тишине?

Жизнь несправедлива.

Мистер Босу встал, надел брюки, открыл дверь ванной. Игрун немедленно бросился ему на руки, восторженно извиваясь всем телом, и лизнул хозяина в подбородок.

— Да, да, — с напускной суровостью сказал он.

Игрун обслюнявил ему пол-лица, и угрюмое настроение мистера Босу как рукой сняло. В конце концов, он уже достаточно выспался за минувшие двадцать пять лет. Теперь он на свободе и может погулять с собакой.

— Пойдем на улицу. — Он пристегнул поводок и вышел.

Сегодня мистер Босу остановился в «Хэмптон-Инн» — мило и не слишком роскошно. А он всего лишь еще один постоялец, прогуливающийся по отелю. Сегодня он здесь, а завтра его не будет — не стоит труда запоминать.

Игрун нашел хороший куст на парковке, задрал ногу и выпустил на диво мощную струю. В этот час поблизости никого не оказалось. Какого черта!.. Мистер Босу расстегнул молнию и присоединился к щенку. Мужчина и его собака вместе отливают. Он сразу почувствовал себя лучше.

И слава Богу, поскольку весь вечер мистер Босу тосковал.

День принес одни разочарования. Он прошел удачно, но… пусто. Мистер Босу нашел девушку, проследил, как она вышла из той самой квартиры. Направился следом за ней и завязал разговор о собаках. Все как по маслу, кроме…

Начать с того, что она не клюнула на его внешность. В ее глазах не блеснуло ни искорки, никакого интереса. Это его раздражало, он ведь великолепно выглядел. По крайней мере достаточно хорошо для того, чтобы женщина, которую он прежде никогда не видел, предложила ему встретиться за ужином. А эта молодая девушка, и в подметки ей не годившаяся, даже не взглянула на него. Почесав Игруна за ухом, она тут же отправилась по своим делам.

Взволнованный, он быстро припустил за ней. Забавно, но, проведя двадцать пять лет за решеткой, разучиваешься думать стоя.

Эта глупая телка уходила. Устраивать сцену нельзя, но и упустить ее — тоже. И потом, при второй встрече она ни за что не поверит, будто он случайно возник у нее на пути. Нет, нет. Он выбрал стратегию, и теперь она должна была сработать.

Его озарило, когда он пересекал улицу. Что он любит? Детей. А няня? Детей. Он заговорил о своих двух детях, которым явно недоставало внимания днем. Бац! Она стала поглядывать на него более заинтересованно.

Выяснилось, что Пруденс Уокер подумывает о смене места. Она находила своих нынешних работодателей «довольно жуткими». Очевидно, когда отец семейства получает пулю, целясь из пистолета в жену и ребенка, это наводит на неприятные мысли.

Не то чтобы по погибшему в доме страшно скучали. Няня терпела его тисканье, а семья — пьянство. Парень, похоже, был настоящим неудачником. Впрочем, богатым — это и объясняет его проживание в особняке на Бэк-Бэй, в то время как прочие неудачники обычно отправлялись за решетку. Жизнь несправедлива.

Мистеру Босу надоело слушать про мужчину. Ему хотелось знать о женщине — о Кэтрин…

Просто умора, сказала няня. Всюду ходит на высоченных шпильках — чертовски смешно, в ее-то возрасте. Миссис Гэньон — красавица, мысленно перевел мистер Босу, наверняка красивее, чем няня, и по меньшей мере вдвое сексуальнее.

И потом, слишком много запретов. Мальчику нельзя есть того-то, давайте ему то-то. Парнишка — просто мешок с костями, болтала няня. «По-моему, она должна испытывать благодарность: единственное, чего он хочет, — так это наесться как следует!»

Мать равнодушна и надменна. Держится слишком высокомерно, важничает. Не работает, не ведет хозяйство, не занимается ребенком, почти никогда не сидит дома. Наверное, слишком занята, ведь у нее столько друзей.

Мистеру Босу больше не нужно было поддерживать разговор, он только восклицал с подобающим случаю сочувствием: «Невероятно!» Девушка разошлась — видимо, слишком многое таила в себе. Он обнаружил, что ему ничего не стоит навести ее на разговор о Кэтрин — этой ужасной женщине, которая так кошмарно обращается со своим бедным мальчиком.

А потом, весьма ненадолго, он ощутил прежнее влечение. Солнце сияло, Игрун прыгал. Они шли по улице, и его нервные окончания отзывались легким покалыванием, по мере того как мир медленно превращался во что-то сюрреалистическое. Мистер Босу, пробирающийся сквозь городские джунгли. Мистер Босу, медленно приближающийся к своей добыче.

Тридцать тысяч долларов, подумал он. Господи, кто бы знал, сколько ему заплатят за такую ерунду.

Автобусная остановка на углу. Няня остановилась и вдруг словно впервые осознала, что говорит уже долгое время и он по-прежнему рядом с ней. И тут она, кажется, смутилась.

Он подумал: надо сделать первый ход. Пригласить ее в гости — познакомиться с женой и детьми. Это близко, за углом. Изобрести какой-нибудь предлог, чтобы оказаться с ней наедине.

Мистер Босу взглянул ей в глаза, и тут же фантазии отхлынули, мир утратил все свои краски, уровень адреналина перестал расти. Она на это не клюнет. Наоборот, она уже начинала хмуриться и явно была далека от того, чтобы восхититься его великолепным костюмом и миленьким щеночком.

Он почувствовал себя на краю обрыва. Позволить ей уйти? Никто не узнает.

Но потом он понял: уже слишком поздно.

Она знала Кэтрин. Она говорила о ней. С этой минуты приговор был подписан.

Он огляделся, девушка приоткрыла рот.

И тогда мистер Босу схватил ее, развернул спиной к себе и свободной рукой обхватил за шею. Слабый вскрик. «Нет, пожалуйста, не надо». Легкий хруст — и она безжизненно повисла на нем. Он поднял ее на руки, положив голову себе на плечо, словно изображая любовников.

Он принюхался к ее коже. Она занималась сексом, недавно. Запах пота и страсти, запах взрослого человека.

Желание мигом покинуло его. Мистер Босу остался с мертвым телом на руках, абсолютно ему неинтересным, в то время как Игрун тянул поводок и удивленно скулил.

После этого все оказалось просто и даже скучно. Следовало вынести труп куда-нибудь за пределы видимости, не привлекая к себе особого внимания. Он понял, что все испортил, — предполагалось, мистер Босу, используя свои способности в области убеждения, заставит девушку написать записку. Да, мосты сожжены. Ему придется сделать это самому — аккуратным девичьим почерком. Ну да, как будто полиция этого не разгадает.

Несомненно, клиент будет недоволен. В прошлый раз мистер Босу и так перестарался, а теперь еще и это.

Мистер Босу искренне возмутился. Если убивать так просто, почему бы клиенту самому этим не заняться? Честное слово, убийства и увечья — это вовсе не то, что ему сулили. Взять сегодняшний случай, например. Мистер Босу устал. Мистер Босу собирался поужинать, черт возьми, и выпить тоже.

А вместо этого он стоит на углу с трупом, вынужденный изображать любовное томление, чтобы не выглядеть идиотом.

Ему придется напрячь мозги и что-нибудь быстро придумать.

Ладно. Мистер Босу прислонил мертвую девушку к лестнице. Так красиво и мирно — она словно задремала на солнце. Потом он обошел квартал и, как бы ему это ни претило, завел чужую машину, замкнув провода. Таков конец, с отвращением подумал мистер Босу. Кара за убийство минует его, зато он вляпается за угон.

Обратно на улицу. Мистер Босу припарковал угнанный автомобиль. Подождал, пока проедут машины, потом попытался усадить труп на переднее сиденье, не привлекая лишнего внимания. «Милая, не нужно было столько пить», — преувеличенно громко провозгласил он. Если никого вокруг нет — это не значит, что никто не слушает.

Наконец он вывел украденную машину с мертвой нянюшкой и щенком на трассу. Теперь необходимо доставить труп в нужное место, выбрав подходящее время.

Черт возьми, убийства в тюрьме требовали куда меньше труда, чем это. Хорошо, таинственный благодетель раскошелился сверх обещанного — подобная работа явно стоила больше, чем десять тысяч долларов. Даже тридцать штук не казались такой уж идеальной сделкой.

Он достал мобильник и позвонил. Как выяснилось, он неплохо рассчитал время. Дом пуст, добро пожаловать.

После короткой поездки мистер Босу остановился перед домом, который он мечтал посетить в течение последних шести месяцев — с тех пор, как ему впервые позвонили и таинственный клиент нашел его, волшебным образом подарив надежду.

Один поворот няниного ключа — и мистер Босу вошел в дом. Он втянул ноздрями воздух, пытаясь уловить аромат духов. Медлить нельзя. Не сегодня, да, но быть так близко…

Когда он поднялся по лестнице, то подумал о Кэтрин. Он принес лестницу, прикрепил веревку и начал возиться с неповоротливым телом, воображая ее тонкое лицо. Расставил свечи и любовно зажег каждую из них и снова вспомнил, как его руки смыкались на ее шее.

Он сжимал ее. Каждый раз, когда он это проделывал, он останавливался в последнюю минуту. Однажды должен наступить день, когда он доведет все до конца. Они оба это знали. Однажды желание будет настолько сильным, что он просто вышибет из нее дух.

Но мистер Босу сдерживался и каждый раз, выбираясь на свет божий, видел в ее глазах слабый проблеск облегчения. На прощание он бодро махал ей рукой и снова оставлял в холодной, мрачной яме.

Потом пришел тот день, он вернулся в свое укромное местечко — веселый, в самом лучшем настроении (он даже принес ей булочку с кремом в виде особого подарка) — и обнаружил, пустую яму. Ему стало очень больно, а потом очень страшно. Кто-то ее похитил, забрал, и он больше никогда ее не увидит…

В следующую секунду он понял, что произошло: она сбежала, бросила его. Он столько для нее сделал, так заботился… И он, держа ее жизнь в своих руках, позволял ей жить дальше…

Его охватил невообразимый гнев. Он вернулся домой, заперся в своей комнате и подумал о том, что нужно всех поубивать. Начать следует с родителей, конечно. Это будет очень правильный поступок. Убить их сейчас, прежде чем они успеют понять, какое чудовище вырастили. Затем он убьет соседей, очень методично: сначала ближних, потом дальних — и так по всей улице.

Лучший вариант — пистолет. Быстро и неутомительно. Впрочем, это его не впечатлило. Пули несут смерть на большом расстоянии. А он хотел подойти к жертве вплотную, чтобы услышать похрустывание, с которым нож рассекает кожу, хотел почувствовать горячую кровь, брызнувшую ему на руки, увидеть, как последний отблеск надежды исчезает с лица жертвы, пока наконец не сменится бесконечной, жуткой пустотой.

Так и стоит сделать: отправиться на кухню, взять зазубренный нож, найти мать и начать.

Но мистер Босу никуда не пошел. Он посидел еще какое-то время, а потом вяло подумал, что голоден, и приготовил себе сандвич. Потом, на сытый желудок, обнаружил: гнев изрядно утомил его, — и лег спать.

Шел день за днем, а он так ничего и не предпринимал. Четыре дня спустя в дверях дома появилась полиция, и его на очень долгий срок лишили возможности вообще что-либо предпринимать.

Теперь он повесил няню, сдвинул комод и отодрал пластиковую заплату с разбитой двери. Потом положил аккуратно подделанную записку на кровать.

У него зазвонил мобильник. Кэтрин и Натан возвращаются, сказали ему. Пора уходить. Он помедлил на пороге, покрутил дверную ручку, снова принюхался, пытаясь уловить запах ее духов. Думает ли она о нем? Скучает ли? Говорят, девушка никогда не забывает своего первого мужчину…

А в следующую секунду его осенило: быстро, в комнату мальчика. Четыре минуты — вот все, что ему нужно.

Его снова охватило возбуждение. Та неуловимая дрожь, которой он не ощущал с тех пор, как обхватил рукой шею Пруденс Уокер. Теперь она вернулась, когда он торопливо двигался по комнате Натана, воображая себе выражение лица Кэтрин.

Через три минуты мистер Босу спустился, насвистывая. Вновь включил систему наблюдения, запер входную дверь, забрал Игруна, ждавшего его снаружи. Они вышли на улицу.

Он успел услышать голос маленького мальчика у себя за спиной:

— Мама, посмотри, какая собачка!

И мистер Босу растворился в темноте.

На парковке возле «Хэмптон-Инн» мистер Босу окончательно отказался от мысли о сне. Он слишком разволновался, вспомнив о недавних событиях.

Можно сделать что-нибудь полезное, решил он и ласково сказал:

— Эй, Игрун, давай прокатимся.